Елена Ленёва.

Что в имени тебе моём?..



скачать книгу бесплатно

А как объяснить поведение некоторых придворных чинов? Когда Август увидел, «взял в толк», как говорят русские, отношение к императору Павлу близкого его окружения, ему стало даже как-то неловко.

Будучи писателем, драматургом, тонко чувствующим человеческую природу (недаром его ставят в один ряд с Гете и Шиллером!), Коцебу умел наблюдать и делать выводы. Он никогда не делился своими мыслями с окружающими: зачем наживать себе врагов? Лишь изредка позволял героям своих пьес выражать некоторые грешные суждения и очень деликатно, намеками, записывал свои соображения в дневниках, которые впоследствии собирался издать: если не в Петербурге, то в Берлине.

Он наблюдал и удивлялся, как может Павел Петрович – человек весьма образованный, достойный, обладающий блестящими способностями к наукам и языкам, с врожденными представлениями о рыцарской чести и государственном порядке – не замечать того заискивания, злорадства и, подчас, неприкрытой ненависти, которые читаются на лицах его ближайших подданных?! На лицах людей, которых государь приблизил к себе, дал возможность возвыситься и мнением которых дорожил? Он – Август фон Коцебу – все видел и понимал, какие интриги плетутся за спиной императора. Но его дело малое.

Вот и сейчас он спешит во дворец генерал-губернатора Петербурга – одного из тех, кого приблизил к себе Павел Петрович и кого Август, мягко говоря, недолюбливает. Знал он Палена уже многие годы – еще со времен, когда служил в Ревеле, а потом в Риге. Сегодня же граф (наряду с обер-гофмейстером Александром Львовичем Нарышкиным) был у Коцебу за начальника.

Чувствует писатель, что замышляет генерал-губернатор нехорошее против императора. Хоть и нет меж Августом Коцебу и Петром Алексеевичем Паленом никаких взаимных претензий, и беседуют они часто на одном языке (граф по рождению немец, вернее, из остзейских дворян[9]9
  Совокупное название курляндского, лифляндского, эстляндского дворянства. Этнически принадлежащие к эстляндским (балтийским, прибалтийским) немцам.


[Закрыть]
), и вроде бы заслуг у графа перед отечеством русским предостаточно – усердно и храбро сражался генерал Пален с турками, но нет ему доверия. Темнит граф, ох, темнит…

Однако драматург Коцебу – всего лишь писатель, сочиняет пьесы для Немецкого театра да художественно описывает Михайловский дворец. Так как дворец этот открыт для Августа фон Коцебу во всякое время (в отсутствие государя ему разрешено проникать всюду, даже во внутренние покои), то видит писатель и слышит многое. В Михайловском замке он знаком с каждым, кто служит там или начальствует. Нужно сказать, что Августа не воспринимают всерьез (драматург, к тому же немец, выполняет причуду гусудареву), и его появление в замке и расспросы не вызывают ни осторожности, ни недоверия.

Это устраивает Августа как нельзя лучше. Все, что писатель слышит и видит, он аккуратно записывает, по всякому поводу имеет свое суждение. Однако же благоразумие не дозволяет ему ни обсуждать свое мнение с кем бы то ни было, ни предавать печати свои записи. Возможно, однажды такое время наступит. А сейчас он держит свои суждения при себе. И ждет.

Авгст Коцебу ждет, когда придет момент, и он сможет издать свои дневники. О министрах, губернаторах, высших чиновниках, о нравах, царящих при дворе, удивительном народе, населяющем империю российскую, о жизни великой страны на рубеже веков. И, главное, о Павле Петровиче – императоре Всероссийском.

И Август тихо и с почтением произнес титул великого монарха: Божиею поспешествующею милостию, Павел Первый, Император и Самодержец Всероссийский, Московский, Киевский, Владимирский, Новгородский, Царь Казанский, Царь Астраханский, Царь Сибирский, Царь Херсониса Таврического, Государь Псковский и Великий Князь Смоленский, Литовский, Волынский и Подольский, Князь Эстляндский, Лифляндский, Курляндский и Семигальский, Самогитский, Корельский, Тверский, Югорский, Пермский, Вятский, Болгарский и иных, Государь и Великий Князь Новагорода Низовския земли, Черниговский, Рязанский, Полоцкий, Ростовский, Ярославский, Белоозерский, Удорский, Обдорский, Кондийский, Витебский, Мстиславский и всея Северныя страны Повелитель и Государь Иверския земли, Карталинских и Грузинских Царей и Кабардинския земли, Черкасских и Горских Князей и иных наследный Государь и Обладатель, Наследник Норвежский, Герцог Шлезвиг-Голстинский, Стормарнский, Дитмарсенский и Ольденбургский и Государь Еверский, а также Великий Магистр ордена святого Иоанна Иерусалимского и прочая, прочая, прочая…

Вторая Загадка. Наши дни. Москва

Максим Максимыч Омский, частный детектив, решил, наконец, сегодня разобрать все бумаги и сгруппировать по алфавиту и по датам все дела, которые ему приходилось расследовать. Столько фамилий, адресов, различных записей. И все это никак не систематизировано! К сожалению, времени на эту бумажную волокиту у него не хватало. Вот и сейчас, только он настроился на это гиблое дело, раздался звонок (высветился незнакомый номер, Макс раздумывал, отвечать или нет, но все же решил нажать на зеленую кнопку – возможно, потенциальный клиент), и тихий неуверенный мужской голос произнес:

– Здравствуйте. Я бы хотел поговорить с господином Омским.

– Это я, – Макс немного удивился обращению «господин», обычно первые фразы по телефону звучат проще: «Это Омский?» или «Мне бы Омского», чаще всего, «Будьте добры, пригласите к телефону Максим Максимыча». – Я вас слушаю.

– Вы – частный детектив Омский?

– Да.

– Мне нужна ваша консультация, – голос замолчал. Пауза длилась достаточно долго.

– Ну, хорошо, как ваше имя?

– Можно я не буду сейчас называть свое имя? – спросил он, и пока Максим думал, что бы ему ответить на столь странное заявление, голос произнес: – Если вы откажетесь меня принять, то нет смысла называться, если же мы увидимся, то, естественно, я представлюсь и расскажу о моих… – он подбирал слова, – сомнениях и проблемах. У меня необычное дело.

– Э-э, – протянул детектив, – а почему вы считаете, что я откажусь с вами встречаться?

– Понимаете, я нахожусь в стесненных финансовых обстоятельствах. Мне рекомендовали вас как профессионала и добросовестного человека, но сказали также и о расценках на ваши услуги. Я боюсь, что не смогу оплатить ваш труд в полной мере. И если вы согласитесь работать со мной, исходя из моих возможностей или в кредит, то я буду рад, если нет, простите, что побеспокоил.

– Послушайте, господин… э-э… – Макс про себя чертыхнулся: как же его называть? – я ведь не знаю, о чем речь. Как я могу браться (или не браться) за ваше дело, если я не знаю деталей. И потом, в оплату входит не только мой гонорар, как вы понимаете, но все затраты по расследованию, передвижения моих сотрудников, их зарплата, сбор оперативной информации, телефонные звонки и множество других расходов. Обещать вам, что все эти действия мы будем совершать за собственный счет, я не могу. Так что и вы меня великодушно простите, – Макс ухватил особенность телефонного гостя выражать мысли и невольно ему подыграл, – обещать вам что-либо без знания дела я не могу.

– Нет-нет. Очевидно, я не так выразился. Я хотел спросить вас, готовы ли вы меня выслушать прямо сегодня? Я изложу вам мою… историю, а вы скажете, сколько будут стоить услуги вашего агентства, если посчитаете нужным заняться этим делом. Если у меня будет достаточно средств, чтобы заплатить вам, то вопрос отпадает сам собой, если же нет, возможно, вы разрешите оплату в рассрочку…

Макс недовольно поморщился: в последнее время не везет с клиентами. Или дела какие-то неинтересные: мелкие слежки, супружеские измены, офисные интриги – все не слишком затратные и, соответственно, малооплачиваемые, или же дела любопытные, но клиенты финансово несостоятельные. Макс знал, если дело его заинтересует, он будет им заниматься и за маленький гонорар. А бывало, что работал и бесплатно.

Звонивший казался именно тем клиентом, с которого вряд ли можно будет взять полноценную оплату. Странный какой-то мужик. Что делать? Пригласить его или нет? Что скажет интуиция? Но интуиция молчала. А все потому, что он был чересчур раздражен: и тем, что снова не разобрал бумаги, и тем, что клиент чудаковатый, и тем, что давно не было интересных дел.

– Ладно. Давайте сделаем так. Вы придете ко мне и расскажете, что у вас за проблемы, а я уже решу, смогу вам помочь или нет. И еще… – Макс выдержал паузу, – кто посоветовал вам обратиться ко мне?

– Ваша бывшая жена, – на той стороне тоже выдержали паузу, прежде чем сказать эту фразу.

– Лена? – Макс удивился.

Он не виделся с Леной года три. А расстались они, вообще, семь лет назад. Слава Богу, разошлись они мирно, так что отношения сохранились ровные, можно даже сказать, дружеские.

– Да, Елена Павловна. Правда, она добавила, что не знает, сможете ли вы мне помочь (слишком у меня необычное дело), но раз уж вы спросили… И еще она сказала, что вы настоящий сыщик и порядочный человек. А мне очень нужно с кем-то посоветоваться. Понимаете, обстоятельства складываются таким образом, что… – он чуть не плакал, этот голос, – что… я боюсь, – снова пауза.

– Хорошо. Приходите. Когда вы хотите подойти?

– А можно сейчас?

– Прямо сейчас? – Макс удивился такой поспешности.

– Я могу быть в вашем офисе минут через пятнадцать-двадцать.

– А вы знаете, куда ехать?

– Елена Павловна сказала мне. По адресу… – он назвал улицу, дом и квартиру, где Макс несколько лет жил и принимал посетителей. Но вот уже два месяца, как кое-что изменилось.

– Нет. Дом вы назвали правильно, но квартира не 75, а 147. Приезжайте. Я вас жду. Шестой подъезд. Код 2304.

О том, что у него новое помещение для работы, мало кто знал. Теперь Макс был владельцем настоящего офиса! Раньше его не смущал тот факт, что посетители приходили в обычную двухкомнатную квартиру, к тому же, принадлежащую его бабушке. Галина Петровна все время жила на даче и в Москву наезжала редко. Получается, что жилплощадь эта была его местом проживания (другого не было) и работой. Но с тех пор, как появилась Анечка, Макс стал подумывать о том, чтобы снять (или, лучше, купить) отдельную квартиру и не смешивать работу и дом. А четыре месяца назад, когда Аня объявила, что у них будет пополнение в семействе (он как-то сразу и не понял, о чем речь, а когда «до него дошло», безумно обрадовался такой новости!), счастливый Макс (ему ведь скоро сорок, а детей нет!) стал целенаправленно искать место под офис. Два месяца безрезультатных поисков (ну, не попадалось ему то, что хотел: чтобы и недорого, и комфортно, и, главное, рядом с домом) привели его в полнейшее уныние. Но, как часто бывает, помог случай.

Однажды вечером, поставив машину у соседнего подъезда и забирая сумки из багажника, он услышал, как проходившая мимо девушка разговаривает по мобильнику и ругает, на чем свет стоит, агентство недвижимости. Макс пошел следом за ней, прислушиваясь к разговору. Когда же она завернула к соседнему подъезду, он остановил ее и спросил: в чем дело? Чем она так расстроена? Девушка, после нескольких минут недоверия (Макс показал свои документы, чтобы ее успокоить) сказала, что продает однокомнатную квартиру на четвертом этаже, но, по всей видимости, агентство хочет ее надуть. Приходят какие-то странные личности, предлагают ей треть от стоимости квартиры и, кроме того, угрожают, если она не согласится на их условия.

Макс напросился к ней в гости, узнал, сколько она хочет за свою одинарку (цена его почти устраивала, об этом «почти» они тут же договорились), и на следующий день они пошли к нотариусу и оформили куплю-продажу. Вот так у него появился офис в этом же доме, на четвертом этаже в шестом подъезде.

Просто замечательный офис! Месяц он делал там необходимый ремонт, перевозил рабочие вещи (наконец-то! Бабушка и Аня просто вздохнули свободно, когда все эти бумаги, каталоги, картотеки, «милицейские» книги, папки, диски и все прочие атрибуты сыскной деятельности перебрались из жилой квартиры в новый офис), устанавливал телефон, интернет, принтер, сканер, в общем, все необходимое оборудование для деловых контактов; а для уюта и хорошего самочувствия клиентов купил мягкий уголок. Получилось очень даже неплохо. Аня украсила его Офис (с большой буквы) различными цветочками и лимонным деревом, но Макс подозревал, что долго им – цветочкам – не жить: руки у него не приспособлены для ухода за комнатными растениями. Думал сразу же отказаться от зеленой красоты, но не захотел огорчать беременную жену. И, как ни странно, растения, действительно, украсили чересчур деловую обстановку. Однако, что удивительно, вот уже месяц росли себе цветочки и продолжали зеленеть, хотя Макс совсем за ними не ухаживал, даже поливать забывал. Он подозревал, что Аня в отсутствие главного сыщика заходит «прибираться» в офис (категорически запрещено только разбирать бумаги на столе), общается с цветами (это у нее есть: разговаривать с книгами, растениями, животными и даже насекомыми!), а они отвечают ей взаимностью – расцветают и зеленеют, радуют глаз.

Макс потянулся в кресле и решил поиграть. Смысл игры заключался в том, чтобы представить звонившего человека до его появления и очертить предположительный круг вопросов, с которыми тот собирался обратиться. Из телефонного общения, голоса, интонаций собеседника и своих впечатлений составить портрет человека, увидеть, визуализировать, нарисовать его в своем воображении.

Игру эту придумал Андрей – его друг и помощник. Больше десяти лет они работают вместе. Макс все время переживает, что однажды его соратник найдет себе более престижное место и покинет детектива Омского, но тот пока не уходит, продолжает работать. К радости шефа и сожалению Анны Станиславовны – мамы Андрея. Правда, сожаление ее кажется им обоим немного театральным. Основная претензия мамы – работа у Макса не дает возможности ее сыну встретить достойную девушку и жениться. (Эх, знала бы она, как часто ее любимый сын меняет девушек! Если бы он хотел, давно бы уже «определился»). Мама его мечтает отдать, наконец, своего «непутевого» сына в надежные руки и радоваться внукам. Но Андрей отшучивается: пока не готов к роли мужа, и работа здесь ни при чем. Просто не появилась еще та самая… единственная.

Встретились Максим Омский и Андрей Шустров случайно. В парижском кафе. Андрей в то время учился на специальных курсах, организованных факультетом истории искусств в Сорбонне. А Макс первый раз выехал за границу. И сразу в Париж! Там Андрей познакомил Макса с криминалистом и частным детективом Мишелем Дебре.

Эта поездка изменила жизнь Максима Омского. По возвращении из Франции он уволился из милиции и организовал свое детективное агентство. А Шустров стал числиться у него в помощниках. В смысле, «на зарплате». Вместе они расследовали не одно дело. Самое интересное и высокооплачиваемое – поиск покрова Девы Марии из шартрского собора[10]10
  О поиске похищенной христианской реликвии – покрова Богородицы из собора Нотр-Дам-де-Шартр см. роман «Покров Любви».


[Закрыть]
.

Что же касается игры, то это идея Андрея (он, вообще, идеями «фонтанирует» – его словечко). Однажды, когда прозвучал телефонный звонок и очередной клиент попросил о встрече, Андрей предложил определить: каков он, этот человек? как выглядит? что ему надо? в чем его проблема? Помнится, в тот раз их представления о человеке во многом соответствовали реальному посетителю. Потом было по-разному: иногда – попадали, иногда – полнейший провал. Но такая игра их захватила. Особенно интересно было, когда они «угадывали» вдвоем, соглашаясь друг с другом или, наоборот, отстаивали каждый свой вариант.

Сегодня Андрей был «на задании» (так, мелочь, небольшое дело). К сожалению, виделись они все реже. И Макс подозревал, что это происходило не из-за работы Андрея на стороне (его часто приглашали в полицию, таможенные органы и музеи для консультаций по вопросам искусства: Шустров, несмотря на молодость, уже имел имя), а потому что тот не хотел злоупотреблять своим присутствием, понимал, что в жизни шефа появилась Анечка. И напрасно. Андрей никак не мешал семейному счастью Макса. И Аня очень хорошо относилась к верному оруженосцу своего обожаемого мужа.

Макс чувствовал, что общения с Андрюхой ему не хватает. Кстати, тот факт, что теперь у них (именно у них, а не только у него) появился отдельный офис, может способствовать возвращению совместных встреч «без повода». Макс улыбнулся, думая об Андрее. Это только кажется, что встречи такие носили характер досуга. На самом деле, это были самые настоящие творческие посиделки: эдакая мозговая коллективная работа, вид взаимопомощи (одна голова – хорошо, а две – лучше), когда в споре и анализе фактов выстраивались версии, находились мотивы, вырабатывались решения, и, в результате, раскрывались преступления. Великолепный собиратель информации Андрей Шустров и практический аналитик Максим Омский дополняли друг друга. У Макса – полицейский ум и блестящая интуиция, а у Андрея – энциклопедические знания, отличная память и… романтическое мироощущение.

Итак, Макс попытался представить, каков он, «голос»? Мужчина лет пятидесяти пяти-шестидесяти, работник бюджетной сферы (учитель, средней руки чиновник), добросовестный, щепетильный в денежных вопросах, воспитанный на классической литературе, интеллигент, про таких говорят: «немного странный». Возможно, насчет денежного вопроса Макс ошибается: «голос» просто жадничает. Что еще? Неуверен в себе, комплексует. Внешне… э… среднего роста, с хорошим благородным лицом, седыми, чуть вьющимися и достаточно длинными волосами, неухоженный, в очках с толстыми линзами, сером пиджаке, серых брюках (верх и низ из разных костюмов), стоптанных туфлях.

Нарисовав такой портрет, Макс поморщился: «Ну, братец, – отругал сам себя, – ты стал банален. Классический портрет, ни грамма фантазии, короче, поиграл на слабую троечку. А где же воображение, где полет детективной мысли? Стареешь! Андрей бы сказал: «Шеф, тебе надо отдохнуть» и был бы прав».

Максим расстроился. Что-то у него сегодня не клеилось. То ли от того, что нарушились его планы, то ли встал не с той ноги, то ли давно не общался на посиделках с Андреем и это вносило дискомфорт в его творческое самочувствие, то ли от неизвестно откуда взявшегося ощущения тревоги, но, так или иначе, игра, по его представлениям, не получилась.

Воображение никак не включалось. Однако с самооценкой у него все в порядке! В ожидании «голоса» Омский бесцельно перебирал бумаги на рабочем месте и продолжал фантазировать. Прошло двадцать минут. Макс забеспокоился. Тридцать. Гость не приходил. Макс выглянул в окно: возможно, клиент ждет внизу, не может зайти в подъезд, потому что забыл код. Никого. Он закрыл окно и тут же услышал шум и крик на лестнице.

Макс выскочил из квартиры: так и есть, что-то случилось этажом ниже. Он спустился вниз и на площадке увидел девушку, прислонившуюся к стене (а ведь чувствовал же, что может случиться нечто подобное! Недаром его состояние было таким странным! Он хорошо помнил момент, когда взглянул на часы и отчего-то занервничал), и лежащего на лестничной клетке окровавленного мужчину. Девушка всхлипывала и пыталась что-то объяснить соседке, выглянувшей на крик из квартиры справа, потом, увидев Маска, начала рассказывать ему, что наткнулась на человека только что, поднимаясь по лестнице: лифт не работал. Омский наклонился к мужчине и потрогал пульс. Бесполезно. Мужчина был мертв.

Самое удивительное, Макс узнал его: человек этот был тот самый «голос», который так спешил посоветоваться с детективом о каком-то своем необычном деле. Вот он – его посетитель: мужчина лет шестидесяти, среднего роста; седые волосы разметались по полу. На нем был серо-зеленый поношенный пиджак и темно-серые брюки. На рубашке какого-то грязно-синего цвета расплылось красное пятно. Вернее, оно было не красным, а бордовым и по форме напоминало голову медвежонка. И даже стоптанные туфли были на нем такие, какими нарисовало их воображение Макса. Очки с толстыми линзами сдвинулись в одну сторону, правая дужка была за ухом, а левая – почти под носом, в глазах застыло удивление. Но было еще что-то в этом мужчине, что зацепило Макса… Он пытался понять, что его так напрягает, но не мог сосредоточиться…

Макс сам вызвал полицию и криминалистов. Ожидая их, все время раздумывал, что именно кажется ему странным. Что же его так задевает? Полицейские приехали на удивление очень быстро. И пошло-поехало… Почти все ребята в оперативно-следственной группе: участковый, оперуполномоченный местного УгРо, эксперт – его знакомые. Но вот следователя Макс не знал. Тот очень неоднозначно отнесся к факту, что человек этот шел на встречу с детективом. Шел, да только отчего-то не дошел! Кто-то ему помешал.

Что же, Омский М.М. – бывший опер, а ныне частный детектив (следак по этому поводу иронично ухмыльнулся) готов быть свидетелем по делу и будет честно отвечать на все вопросы. Но первый же вопрос следователя поставил его в тупик. И отчего это господин сыщик так уверен, что убитый является тем самым человеком, если раньше они никогда не встречались? «А, действительно, – задумался Макс, – почему я так уверен в этом? Неужели только из-за нелепого сходства нарисованного игрой воображения портрета звонившего человека с убитым? Может быть, это совсем другой мужчина, а «мой голос» просто передумал и не пришел?»

Он попытался рассказать следователю о своей игре, но тот, по-видимому, не поверил. Макс на его месте тоже не поверил бы. Как-то неубедительно звучало это объяснение. Неубедительно для следователя. Но чем больше Макс думал о звонившем, тем больше убеждался, что убитый – тот самый «голос». Нужно расспросить бывшую жену. Она направила этого человека к нему. И еще Макс никак не мог понять, что именно в убитом мужчине показалось ему странным. Ускользнула какая-то деталь… Ладно, завтра на свежую голову он «проиграет» все события заново. Теперь ему точно придется, хочет он того или нет, браться за расследование этого убийства. И без всякого гонорара. «Хотя, – подумал Макс с надеждой, – у «голоса» ведь есть родственники, мало ли, возможно, часть расходов они смогут оплатить». Он не будет афишировать свои действия (ментам не нравится, когда сыщики «путаются под ногами»), но провести кое-какую работу все же придется. Надо позвонить Андрею. Пусть начинает сбор информации.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6

Поделиться ссылкой на выделенное