Элан Мэстай.

Все наши ложные «сегодня»



скачать книгу бесплатно

Моей жене



1

Дело заключается вот в чем: я пришел из того мира, в котором мы и должны были жить. Для вас это наверняка ничего не значит: ведь вы находитесь здесь, в той самой поганой реальности, в которой и родились. Но вообще-то все должно было получиться по-другому. А виноват как раз я: если говорить точнее, то главным образом – я сам, затем, в некоторой степени – мой отец и, пожалуй, совсем чуть-чуть – Пенелопа.

Даже не соображу, с чего лучше начать рассказ. Ладно… Знаете, как представляли себе будущее, в котором нам предстояло жить, люди из пятидесятых годов прошлого столетия? Летающие автомобили, роботы-прислуга, еда в виде таблеток, телепортация, реактивные ранцы, самодвижущиеся дороги, лучевые пистолеты, ховерборды[1]1
  Фантастическое средство передвижения – скейтборд с антигравитаторами вместо колес. Такие ховерборды появляются в фильме «Назад в будущее 2». – Здесь и далее – прим. ред.


[Закрыть]
, отпуск за пределами Земли и лунные базы. Наши деды не сомневались, что технология, которая целиком и полностью изменит мир, буквально поджидает их за углом – и павильоны всемирных выставок служили тому подтверждением. Ну а на худой конец, про всякие диковинные штуки можно было прочитать в научно-фантастических журналах, где публиковали разное чтиво под названиями «Сказка о фантастическом будущем» или «Прекрасный завтрашний мир».

Вы же понимаете меня, верно?

Так все и происходило.

Все сбылось более-менее так, как предвиделось. Но я-то не о будущем говорю. Я имею в виду настоящее. Сейчас, в 2016 году, человечество обитает в техноутопическом раю целеустремленности, изобилия и чудес.

Но не мы. Конечно, не мы. Мы находимся в мире, где, разумеется, есть айфоны, 3D-принтеры и даже не знаю, что еще: ударные беспилотники и прочая чепуха… Но вряд ли этот мир похож на тот, который показан в «Джетсонах»[2]2
  Американский мультипликационный научно-фантастический ситком. Первые серии «Джетсонов» были выпущены в 1962 году.


[Закрыть]
. Хотя он мог быть таким. И в принципе был – пока не сгинул. Все изменилось, когда я кое-где напортачил. Впрочем, погодите: я опять ошибся. Я уничтожил мой – или проделаю все это – не в настоящем, а в будущем. Или нет?..

Прошу прощения, но даже для человека, получившего наилучшее образование, какое только доступно в мире будущего, грамматика сложившейся ситуации довольно сложна.

Возможно, для нашей истории совсем не годится форма повествования от первого лица.

Вдруг, если я укроюсь за каким-нибудь персонажем, мне удастся добиться некоторой степени отстраненности, проникновения в суть событий, или, по крайней мере, я обрету хоть каплю душевного покоя?

Во всяком случае, стоит попробовать.

2

Том Баррен просыпается в своем собственном сновидении.

Каждую ночь, пока он спит, нервные сканеры строят карту его сновидений – в результате чего можно успешно построить модель его мозговой деятельности как в сознательном, так и в бессознательном состоянии. Каждое утро нервные сканеры транслируют свежие данные сонного состояния в программу, генерирующую в реальном времени виртуальную проекцию, в которой Том Баррен плавно пробуждается. Бессистемный сюжет сновидения преобразовывается во все более и более линейный и вразумительный – вплоть до той секунды, когда в момент достижения полного сознания достигается и физиологически приятная развязка…

Простите, я так не могу. Я выдохся. Получается фальшиво и уныло.

Конечно, писать в третьем лице удобно, поскольку героем можно управлять, а это – весьма заманчиво, когда дело касается неконтролируемых событий. Примерно так ученый описывает биологический образец, который рассматривает в микроскоп. Но я-то – не микроскоп. Я – как раз тот самый образец, который и лежит на стеклышке. И пишу я вовсе не для удовлетворения своих амбиций. Хотел бы я этого – строчил бы беллетристику.

В романах ведь как? Берешь любые крупные, содержательные детали и собираешь из них картину мира. Но в повседневности на подобные мелочи просто не обращаешь внимания. Не можешь. Мозг прямо-таки проскакивает мимо них, особенно если дело происходит в твоем доме – в месте, которое ощущаешь практически неотделимым от хозяйского сознания, если смотреть изнутри – или от тела, если глазеть на реальность снаружи.

Когда, просыпаясь, ныряешь из настоящего сна в виртуальный, ты словно сидишь на плоту, который всячески швыряет тебя из стороны в сторону и крутит непостижимыми, невидимыми течениями. Но внезапно ситуация меняется: ты понимаешь, что плот рассекает безмятежную зеркальную озерную гладь, и темная бесформенная жуть растворяется в умиротворяющей ясности.

История завершается так, как, вероятно, и должна была завершиться, или вообще – как ей заблагорассудится. И, независимо от того, насколько тревожным было ее содержание, ты просыпаешься со здоровым ощущением восстановленного порядка вещей. А через несколько секунд ты осознаешь, что лежишь в постели, готов встретить утро, и в измятых складках твоего разума не застрял ни один из липких обрывков подсознания.

Пожалуй, сейчас мне более всего недостает именно этого ощущения. Увы, оно исчезло вместе с миром, откуда я прибыл…

А вот тут просыпаться очень погано!

Странно, но никому и в голову не пришло использовать хотя бы самые жалкие технические средства для того, чтобы усовершенствовать процесс. Матрасы не умеют расслаблять твои мышцы посредством легкой вибрации. Направленные форсунки не очищают тело паром, пока ты пребываешь в дреме. Одеяла делают из древесных или травяных волокон, скрученных в нити, и порой набивают перьями! Можно подумать, что от самых настоящих птиц. А ведь пробуждение должно быть счастливейшим мгновением, когда подсознание и сознание функционируют синхронно и в гармонии.

Я привык к комфорту моего мира и потому сейчас буду писать в настоящем времени. Итак, у нас в процессе одевания участвуют специальные автоматические устройства: причем они каждое утро раскраивают и шьют новую одежду, рассчитанную на персональный стиль и телосложение пользователя. Ткань изготовлена из укрепленных лазерным облучением молекулярных цепочек жидких светочувствительных полимеров, которые еженощно перерабатываются для повторного использования наутро. К завтраку подобная система, руководствуясь вкусовыми, ароматическими, цветовыми и текстурными протоколами, создает из белкового геля любые блюда, какие тебе заблагорассудится. И если кому-то это покажется непривлекательным, смею вас заверить, что такое блюдо невозможно отличить от вашей так называемой биологической пищи. Правда, имеется здесь и одно исключение, потому что гелевая еда уникальна и приспособлена к вкусовым рецепторам языка – вдобавок каждый раз вкус и прочее оказываются идеальными.

Знаете, небось, как падает настроение, когда начинаешь резать авокадо и обнаруживаешь, что под кожицей оказывается недозрелый и твердый, как доска, плод… или, вообще, бурый и побитый?

Пока я не попал сюда, я и не думал, что такое возможно! Прежде мне доводилось есть только безукоризненные авокадо.

Дико, наверное, страдать ностальгией по чему-то существовавшему и в то же время не существовавшему. Вроде того, что нельзя же всегда просыпаться утром полностью отдохнувшим. Однако, как ни парадоксально, но мой родной мир и был устроен именно так, а не иначе.

А суть в том, что именно так и было – и одновременно никогда не было.

Кстати, кое-что все же не вызывает во мне ностальгии, поскольку каждое утро, проснувшись, одевшись и позавтракав в сияющей техноутопии, я так и оставался одиноким.

3

11 июля 1965 года Лайонел Гоеттрейдер изобрел будущее.

Вы, конечно, никогда не слышали этого имени. Но в моем родном мире Лайонел Гоеттрейдер был самым знаменитым, любимым и уважаемым человеком из всех обитателей планеты. В любом городе найдется не одна дюжина улиц, зданий, парков и стадионов, названных в его честь! Да и малышня умеет произносить по буквам его фамилию, руководствуясь прилипчивым мнемоническим мотивчиком, под который она и поется: Г-О-Е-Т-Т-Р-Е-Й-Д-Е-Р.

Вам-то невдомек, о чем я болтаю. Но будь вы оттуда же, откуда и я, вы знали бы это лучше, чем детскую считалку.

Пятьдесят один год тому назад Лайонел Гоеттрейдер изобрел революционный метод неограниченной выработки абсолютно чистой энергии. Его устройство получило название «Двигателя Гоеттрейдера». 11 июля 1965 года ученый впервые привел его в действие. И невозможного попросту не стало.

Вообразите себе, что в последние полсотни лет напрочь отсутствуют любые ограничения на потребление энергии. Не нужно все глубже закапываться в землю и все сильнее коптить небеса. Атом признан чрезмерно опасным. Уголь и нефть – недопустимо грязными. Энергия солнца, ветра и воды превратилась в курьезные ненадежные рудиментарные варианты, о которых никто не вспомнит, поскольку им суждено окончательно и бесповоротно выйти из главной энергосистемы.

Спросите, как работает Двигатель Гоеттрейдера?

А как работает электричество? Микроволновая печь? Сотовый телефон, телевизор или пульт дистанционного управления? Понимаете ли вы хоть что-нибудь на конкретно-техническом уровне? Если технологии вдруг исчезнут – сможете ли вы воссоздать их с нуля? Если нет, то почему? Вы можете лишь пользоваться данными устройствами по много раз на дню.

Разумеется, вы не разбираетесь в их начинке. Ведь если ваша работа не связана прямо и непосредственно с такими вещами, то вам и не нужно о них что-то знать. Они работают, не требуя от вас никаких усилий, как и было задумано.

Именно так и обстоит дело с Двигателем Гоеттрейдера в том мире, откуда я пришел. Изобретение оказалось настолько важным, что имя Гоеттрейдера вошло в историю наряду с такими именами, как Эйнштейн, Ньютон или Дарвин.

Но как же функционирует сам Двигатель? Честное слово, понятия не имею.

Вероятно, вы представляете в общих чертах, как производит энергию электростанция на плотине. Естественное движение воды, текущей сверху вниз под действием силы тяжести, крутит турбины, и таким образом вырабатывается электричество. Этим, в общем, и исчерпывается все, что мне известно о гидроэлектрической энергии. Земное притяжение заставляет воду стекать вниз, и если поставить на ее пути турбину, влага будет крутить ее и давать энергию.

Двигатель Гоеттрейдера делал нечто подобное, только в планетарном смысле.

Земля вращается вокруг своей оси и описывает круги вокруг Солнца, а Солнце, в свою очередь, совершает бесконечный путь по Солнечной системе. И как турбина использует движение воды, так Двигатель Гоеттрейдера использует для выработки неограниченного количества энергии непрерывное вращение планеты. Все связано с магнитным полем и гравитацией и… как на духу – опять же понятия не имею! – точно так же, как и с устройством щелочной батарейки, двигателя внутреннего сгорания или даже обычной лампы накаливания. Они банально работают.

Точно так же и Двигатель Гоеттрейдера. Он работает.

Или работал. Пока, видите ли, не появился я.

4

Я отнюдь не гений. Если вы дочитали текст до этой страницы, то должны были многое понять. Но мой отец – официально признанный полноценный гений высшего разряда. Получив третье звание доктора философии, Виктор Баррен несколько чрезвычайно плодотворных лет занимался дальней телепортацией, а затем создал лабораторию для продолжения исследования своего ноу-хау – путешествий во времени.

А там, откуда я прибыл, путешествия во времени признаны более или менее невозможными. И вовсе не из-за времени, а из-за пространства.

Именно по данной причине все фильмы о таких перемещениях – чушь собачья: потому что Земля движется.

Но вы ведь в курсе, верно? Да и я напомнил об этом факте в предыдущей главе. Земля совершает оборот вокруг своей оси за сутки, проходит вокруг Солнца за год, а Солнце между тем совершает собственный космический тур в Солнечной системе, которая движется через галактику, а та вершит свой эпический путь через вселенную.

Почва у вас под ногами движется очень быстро. На экваторе Земля круглые сутки, без остановок вращается со скоростью более 1000 миль в час, а по орбите вокруг Солнца преодолевает за час 67 000 миль с лишним. Получается, 1 600 000 миль в сутки. Тем временем наша Солнечная система проходит относительно галактики Млечный Путь более 1 300 000 миль в час, покрывая ни больше ни меньше, чем 32 000 000 миль в сутки. И так далее.

Если вы переместитесь во вчерашний день, Земля будет занимать совершенно другое место в пространстве. И какие сутки – если вы прыгнете в прошлое хотя бы на секунду, Земля у вас под ногами передвинется почти на полкилометра. С ума сойти, да?

В общем, фильмы о путешествиях во времени – полнейшая чепуха, поскольку Земля движется постоянно, непрерывно. Переместившись на сутки, вы окажетесь совсем не там, откуда отправлялись, а в космическом вакууме.

Марти Макфлай не попал бы в свой родной калифорнийский городок Хилл-Вэлли на тридцать лет раньше. Его напичканная приборами «ДеЛориан» материализовалась бы в черной пустоте космоса на расстоянии, примерно, 350 000 000 000 миль от Земли. Если бы Марти не потерял сознание от нехватки кислорода, то гибели бы он, увы, не избежал! Ведь из-за отсутствия атмосферного давления все жидкости его тела могли мгновенно вскипеть, частично испариться и замерзнуть. Марти расстался бы с жизнью меньше, чем за минуту.

Терминатор бы, пожалуй, выжил, просто потому что он непобедимый киборг, машина для убийств, а Сару Коннор путешествие из 2029 года в 1984-й переместило бы на 525 000 000 000 миль от точки старта.

Но такое путешествие не ограничивается обратным перемещением только во времени. Оно также требует возврата в идеально точно определенную точку пространства. В противном случае точно так же, как в старой доброй привычной телепортации, вы можете очутиться внутри чего-нибудь.

Где вы сейчас находитесь? Допустим, в изножье кушетки оливкового оттенка. Рядом, на тиковом кофейном столике, красуется белая фаянсовая миска с муляжными зелеными грушами и настоящими сосновыми шишками. Позади вашего плеча сияет торшер из полированной стали. Грубый ковер прикрывает нешлифованные вязовые половицы, которые обошлись чересчур дорого, но выглядят и впрямь отлично…

Если вы телепортируетесь хотя бы на несколько дюймов в любую сторону, ваше тело впечатается в твердый предмет. Один дюйм – и вы ранены. Поверьте мне. Ну а три дюйма – мертвы.

Каждую секунду мы находимся в трех дюймах от смерти.

Поэтому телепортация безопасна и эффективна лишь в тех случаях, когда ее проводят между специально обозначенными участками. И не забудьте про тщательно откалиброванную аппаратуру!

Эксперименты с телепортацией были крайне важны для моего отца: именно они помогли ему понять механизм декомпозиции и рекомпозиции человеческого тела между разными, так сказать, местонахождениями. Ведь, как ни крути, а вышеупомянутый камень преткновения препятствовал прежним исследователям путешествий во времени! В принципе, повернуть направление временного потока не слишком сложно. Зато невообразимо трудно организовать в тот же миг абсолютно точное перемещение в пространстве на расстояние, которое может измеряться миллиардами миль.

А гений моего отца не мог сладить ни с теоретической, ни с пространственно-практической проблемами путешествий во времени. Так что мой батюшка сделал вывод о том, что в этих вопросах, как и в бесчисленном множестве иных аспектов повседневной жизни, нашим спасителем должен стать «любимчик вселенной» Лайонел Гоеттрейдер.

5

Первый Двигатель Гоеттрейдера как был пущен в ход, так и работает с тех пор без перерыва. Случилось это в 14 часов 3 минуты, 11 июля 1965 года.

Первое устройство, сконструированное Гоеттрейдером, не предназначалось для восприятия и выдачи в переработанном виде изрядного количества энергии. То был обычный экспериментальный прототип, который превзошел самые смелые ожидания своего создателя. А одна из главных особенностей Двигателя Гоеттрейдера как раз и заключалась в том, что его нельзя деактивировать, как нельзя остановить движение планеты. Поэтому прототип функционировал там же, где его и включили в присутствии немногочисленных – шестнадцати – зрителей, в подвале одной из лабораторий секции В7 Научно-технологического центра Сан-Франциско.

Там, откуда я прибыл, каждый школьник знает Шестнадцать свидетелей по именам и в лицо. О каждом из них написана куча книг, причем присутствие при столь важном повороте истории представлено в хронологической канве их собственных биографий как поворотное событие, хотя было ли так на самом деле – доподлинно неизвестно.

«Включение Двигателя Гоеттрейдера» запечатлено и в произведениях искусства. Это «Тайная вечеря» современной цивилизации, и на каждом из шестнадцати лиц – свое выражение реакции на происходившее. Скептическое. Благоговейное. Рассеянное. Восхищенное. Ревнивое. Злое. Задумчивое. Испуганное. Бесстрастное. Сосредоточенное. Возбужденное. Равнодушное. Такое, будто опаздывает куда-то. И еще трое. Проклятье, ну что же я натворил?..

Ладно… Включая прототип Двигателя, Гоеттрейдер хотел проверить свои расчеты и доказать, что его теория не совсем ошибочна – поэтому от устройства требовалось, только чтобы оно заработало. И оно «закрутилось» в полную силу, однако в нем сразу обнаружился серьезный дефект. Двигатель испускал абсолютно уникальное излучение, которое позднее назвали тау-радиацией, потому что физики используют заглавную греческую букву «Т?» для обозначения собственного времени в уравнениях теории относительности.

А когда замечательная энергетическая способность Двигателя развилась настолько, что произведенного стало хватать на целую планету, конструкцию индустриальных моделей Двигателя довели до совершенства, и они уже не испускали тау-радиацию. Но прототип оставили в первозданном виде в лаборатории Гоеттрейдера в Сан-Франциско. Опять-таки повторюсь, что теоретически он способен работать без перерыва до скончания веков.

Сама же научная лаборатория превратилась к тому времени в самый популярный музей планеты. Немалую роль здесь сыграли не только искреннее почтение и ностальгия, но и недвусмысленная воля создателя, выраженная в его завещании.

Мой отец придумал использовать тау-радиацию действующей модели как пресловутую дорожку из хлебных крошек (где каждая крошка – размером с атом) через время и пространство. Это была своеобразная пунктирная линия, петляющая в космосе и привязанная одним концом к судьбоносному моменту в истории человечества.

Итак, в 14 часов 3 минуты 48 секунд, в субботу 11 июля 1965 года Лайонел Гоеттрейдер положил начало будущему. Данный факт означал, что мой батюшка мог бы отправить кого-нибудь вспять во времени не только в точно определенное мгновение, но и в конкретное место – в лабораторию Лайонела Гоеттрейдера – как раз перед тем, как мир навсегда изменился.

Когда моего отца осенило, в его распоряжении уже имелись практически все детали, из которых складывалась мозаика под названием «путешествие во времени». Оставалось лишь одно – крохотная мелочь по сравнению с проблемой отправки «человека разумного» в прошлое, однако без оного никак нельзя было обойтись. Надо было придумать, как ненароком не изуродовать настоящее и как обеспечить невозможность сколько-нибудь существенного воздействия на прошлое. Отец ввел в конструкцию несколько весьма серьезных охранных элементов, но я упомяну лишь дефазикационную сферу. Потому что именно таким образом жизнь Пенелопы Весчлер столкнулась с моей.

6

Здесь почти все предметы искусства и развлечения совсем не такие, как в моем мире. Сперва различия казались довольно незначительными. Но когда шестидесятые завершились, уступив место могучему техническому и социальному рывку семидесятых, многое изменилось. Начались десятилетия невиданной поп-культуры – полвека, на протяжении которых писатели, художники и музыканты создавали сочинения совершенно иного рода. Порой тут намечаются поразительные и парадоксальные параллели! К примеру, тупиковая ветвь сюжета в одном произведении оказывается кульминацией другого, реплика диалога произносится устами не того героя, гениальная изобразительная композиция возникает в ином контексте, на знакомую мелодию ложатся совершенно другие стихи.

11 июля 1965 года свершился коренной перелом истории, хотя тогда никто об этом и не догадывался.

К счастью, любимый роман Лайонела Гоеттрейдера был опубликован в 1963 году – «Колыбель для кошки» Курта Воннегута.

Произведение Воннегута, которое я прочел там, откуда пришел, не такое, как у вас. Здесь, сквозь остроумие и блеск романа, читатель получает впечатление, что автор понимал: он не в состоянии оказать реальное воздействие на судьбы мира. Он не мог не писать, но не верил, что литература способна что-то изменить.

В моем мире «Колыбель для кошки» оказала сильнейшее влияние на Лайонела Гоеттрейдера, и потому Воннегут считается одним из виднейших философов конца двадцатого столетия. Вероятно, это пошло на благо Воннегуту, но не его произведениям, которые слишком напоминали проповеди.

Я не буду пересказывать вам сюжет. Роман короткий и написан гораздо лучше моей книжицы, поэтому прочтите его сами. Он скучен, дерзок и мудр, а я превыше всего ценю в людях и произведениях искусства именно эти три качества.

И, кстати, Скучающий, Дерзкая и Мудрый – вот те самые канонические реакции, которых я не смог сразу вспомнить у Шестнадцати Свидетелей Запуска.

В «Колыбели для кошки» говорится о множестве разных вещей, но основная линия посвящена изобретению вещества под названием «лед-девять». Смертоубийственный «лед-девять» способен заморозить любой объект: в конце концов, он «вырывается» на свободу и уничтожает на планете все живое.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

Поделиться ссылкой на выделенное