Эльвира Осетина.

Я ненавижу тебя! Дилогия. 3 и 4 книги



скачать книгу бесплатно

– Да, – уверенно ответила Геля.

Хотя и мало что сейчас понимала, так как у нее в голове была на данный момент только лишь одна цель – это больница, где лежит ее дочь, и для этого она готова была сейчас ответить на любой вопрос «да» если это приблизит ее хоть на один шаг к Инге.

– И вы понимаете, что для того, чтобы освободить вашу ногу мне придется сделать вам еще одну операцию?

– Да! – опять с уверенностью ответила Геля, и на всякий случай добавила: – И я готова подписать любые бумаги, чтобы снять с вас ответственность, – и тут же нахмурилась, вспомнив, что на операцию-то она как раз и не давала согласия.

Виталий Дмитриевич потер лицо ладонями, пытаясь хоть немного взбодриться. И решил действовать по стандартной схеме.

Он встал со стула и мысленно отстранился от всех эмоций и собственной усталости.

– Значит так, – начал он, – я сейчас подготовлю документы на операцию, и как только спадет отек, я ее сразу же вам сделаю.

Он вытащил из кармана записную книжку и начал ее демонстративно листать и что-то в ней читать.

– Думаю, – сказал он глядя в ежедневник, – это будет примерно через неделю, ага, я ставлю вас на…

– Что? – вскрикнула Геля, – как через неделю?! Мне нужно, чтобы вы сделали ее сейчас!

– Ангелина, – врач сделал вид, что удивлен ее выпадом, – я не имею права это делать! У вас должен спасть отек, вы посмотрите на свою ногу, – он кивнул на ее конечность, затем приблизился к Геле, и указал пальцем на те места, куда входили спицы.

Гелю замутило оттого, что она увидела. Оказывается, она подсознательно избегала смотреть на свою ногу, но сейчас врач заставил ее это сделать, и Геля почувствовала дурноту.

А хирург тем временем продолжил:

– Если я сейчас начну делать вам операцию, то не исключено, что из-за отека я могу повредить вам сосуды, а это чревато серьезными нарушениями.

Геля сглотнула несколько раз вязкую слюну, и упрямо посмотрела в глаза Виталию Дмитриевичу.

– Я всю ответственность беру на себя. Я согласна на операцию прямо сейчас, только избавьте меня от этой конструкции! Я подпишу любые документы! – почти выкрикнула она опешившему врачу.

Мужчина явно не ожидал от нее такой реакции, обычно инстинкт собственного выживания сильнее материнского, и по его опыту пациенты сразу же успокаиваются, и даже самые упрямые соглашаются на выписку через неделю, а когда время подходит ближе к операции, в итоге отказываются, особенно, когда с ними поговорят несколько врачей и штатный психолог. Да и проблема с близкими к тому времени разрешается сама собой. Хотя подобные случаи вообще случаются крайне редко. Но эта женщина умудрилась удивить и испугать хирурга не на шутку.

По закону они не имели права ее тут удерживать силой. И если пациент требует сделать операцию и убрать все спицы, то они обязаны подчиниться. Но то закон, а то здравый смысл.

Оставить человека инвалидом? На всю жизнь? Да еще и выписав из практически самой лучшей клиники в стране?

– Нет, вы не пони…, – начал было он, но Геля не дала ему и слово сказать:

– Я все прекрасно понимаю! – в голосе девушки появились ледяные нотки, – а еще я прекрасно знаю свои права, и я отлично помню, что не давала вам разрешения на операцию, но вы мне ее сделали, и теперь сделаете другую! Избавите меня от этих чертовых спиц! Иначе я вас всех тут засужу!

У мужчины вытянулось лицо от удивления, вот судом ему еще никто не угрожал, нет, угрожали, конечно, но не в таких же абсурдных ситуациях? Но Виталий тут же взял себя в руки, и вновь попытался объяснить девушке, что сделать операцию сию минуту невозможно.

Однако он не подозревал, какой Геля может быть настойчивой.

Она, спокойно выслушала мужчину, а затем таким же спокойным голосом начала говорить:

– Если вы сегодня не сделаете мне операцию и не снимите эту конструкцию с моих ног, поверьте мне, суд для вас покажется цветочками, ягодки вас будут ждать позже. Я работаю администратором в нескольких крупных группах в социальных сетях. И мне ничего не стоит закинуть несколько постов, о том, что в вашей клинике ведутся бесчеловечные эксперименты на бедных. Вы силой удерживаете пациентов, без их спроса делаете сомнительные операции.

– Но это же все чушь, мы можем легко все это опровергнуть, – усмехнулся врач, дивясь абсурдности ситуации.

– Какая разница, чушь это или нет, – холодной улыбкой ответила, Геля, ввергая тем самым хирурга в еще большее изумление, – я забросаю интернет подобными постами, мне это не сложно учитывая то, что у меня есть доступ администратора к огромному количеству сайтов. А, правда это, или нет, уже не будет иметь значения. Репутация вашей клиники пострадает! Это для меня самое главное. И в суд я тоже обязательно подам, если надо, выступлю по телевизору и изображу из себя замученную пытками жертву. Я уверена, у вашей клиники наверняка есть конкуренты, пойду к ним, расскажу свою страшную историю. Они мне обязательно помогут донести ее до масс.

– Но это же глупо и неразумно, – попытался привести последний довод ошарашенный хирург.

– Это вас не касается! – отрезала Геля совершенно спокойным и холодным голосом, чем-то напоминая всем своим видом Снежную королеву из детской сказки.

Виталий Дмитриевич какое-то время смотрел в глаза Геле, надеясь, что ее решимость угаснет, но нет, этого так и не случилось. И мужчина понял, что эта девушка слов на ветер не бросает, и если надо, она сделает все, что сказала.

Он первым отвел взгляд.

– Мне нужно подготовить операционную, а это займет несколько часов, – глухо ответил он ей, и, развернувшись, не смотря на Гелю, покинул палату.

Глава 2

Сказать, что Михен устал за сегодняшнюю ночь, значит и близко не подойти к значению этого слова.

Он и не подозревал, что так сложно договориться о лечении чужого ребенка, и сколько нужно задействовать связей в нашей стране матушке, чтобы на него не смотрели врачи, как на преступника. И даже слова Веры Сергеевны, женщины, что приглядывала за девочкой Гели, все равно их не утешали.

«Друг семьи, что это за звание такое?» – недовольно кривила губы главврач в детской больнице, куда на скорой помощи увезли девочку, и откуда Михен пытался забрать ее и перевести в платную больницу.

Мало того, что добиться встречи с этой женщиной было целым делом, так как она находилась дома и мирно отдыхала, так потом еще и битый час объяснять, кто он такой и почему требует, чтобы ребенка, у которого нет с ним родства, нужно переводить в другую больницу. Что уж говорить о том, что в платной детской больнице ему предстоял не менее тяжелый разговор с главврачом, и даже деньги и положение Михена не бралось в счет того, что ребенок был чужой!

И Михену ничего не оставалось делать, как поднимать с постели министра здравоохранения, и только лишь после его звонка, что одному, что другому главному врачу больниц, он все же смог, добиться того, чтобы на вертолете девочку перевезли в нормальную больницу – в более лучшие, по мнению Михена, условия.

Естественно, после всей этой беготни и мороки, к утру мужчина готов был волком выть. Он в жизни так еще не напрягался и не уставал скорее морально, чем физически, как этой ночью. Даже во времена своей разбитной юности, когда дед лишил его наследства, он и то, так сильно не переживал.

И стоило ему доехать даже не до дома, а до офиса, в котором он иногда ночевал, и наконец-то прилечь, на свой диван и прикрыть глаза, как ему позвонил Гелин хирург и рассказал, что теперь еще и вредный ежик устроила истерику и наговорила такого, что даже у Михена невольно глаз задергался от всей той информации, что вылил на него разъяренный мужчина.

– В общем, так, либо вы в течение часа приезжаете и уговариваете сами эту…, – мужчина сделал паузу, явно для того, чтобы успокоиться и не выругаться в голос, и продолжил: – чтобы она дурью не маялась, либо я умываю руки и действительно назначаю ей операцию, накладываю гипс на ее ногу, и отправляю восвояси!

Последние слова он практически проорал в трубку и отключился.

Михен зашел в ванную комнату и помыл лицо холодной водой, чтобы хоть немного взбодриться и понять, что ему делать дальше. Уже узнав Гелин характер, он понял, что она не шутит, и слов своих на ветер не бросает. Но и позволить ей делать то, что она собралась сделать, он не может.

Блондин вздохнул и набрал номер телефона главврача больницы Лисовского – Владимира Павловича.

Спустя десять минут разговора, Владимир Павлович, вздохнув, согласился на его предложение, но сразу же предостерег:

– Мне кажется, что вы совершаете ошибку Михен Валерьевич, но я не вправе вам указывать, и постараюсь помочь всем, чем смогу. Людей я к вам в дом отправлю, только пусть их там кто-то встретит, думаю, на все про все, уйдет не меньше дня. Мы дадим снотворное Ангелине, чтобы она спокойно проспала всю дорогу, но я вас сразу предупреждаю, Михен Валерьевич, что лучше, если за этот месяц вы придете к взаимопониманию с ней … – Владимир Павлович сделал паузу и глубоко вздохнув, продолжил: – иначе сами же потом пожалеете.

– Их встретят, – жестко ответил Михен, так как чувствовал, что его силы уже на исходе и ему надо срочно прилечь хотя бы часа на два, – не переживайте, главное, чтобы ваши люди создали комфортные условия. И я надеюсь, что медперсонал вы тоже выделите?

– Конечно, – коротко ответил мужчина, – к вечеру, мы уже сможем ее перевезти. Всего доброго, Михен Валерьевич.


Стоило врачу покинуть палату, как Геля откинулась на подушку и закрыла глаза от слабости. Те скрытые резервы, что, заставляли ее держать голову прямо и говорить, явно истощились, и силы ее закончились.

Она и сама от себя не ожидала, что так агрессивно будет нападать на врача, и в душе ей стало даже стыдно от собственных слов, ведь наверняка перед ней отличный специалист, да и человек, по всей видимости, сам по себе хороший. Ведь она видела, какой он уставший, а все равно с таким спокойствием пытался ей все объяснить. И все его доводы были верными.

Но в то же время она понимала и другую сторону этой медали.

Инга… Она была совершенно одна, где-то там, среди незнакомых людей. А Геля, по себе знала, как это, в таком возрасте оказаться в больнице, а к тебе никто не ходит, и нет, поддержи близких…

Нет… Геля не могла этого допустить… Ее маленькая девочка не должна остаться одна, ведь если Геля ее потеряет, то и смысла в этой жизни больше не будет. Маленькая Инга – всегда была ее путевым светлячком, якорем за который она продолжала держаться в этом мире. Только ради нее Геля дышала, что-то делала, к чему-то стремилась. Ее собственная жизнь ей давно уже стала не важна. И только лишь Инга помогала ей бороться и выживать.

Геля даже допустить мысли, что с ее ребенком, что-то может случиться, не могла.

И ее решение ей казалось верным.

А с ногой, она как-нибудь решит, позже… Ведь это же всего лишь кость. Инга же читала где-то, что кости ломают и потом их вновь сращивают, если перелом неправильно сросся. Так что, ничего страшного, если надо будет, то еще раз пойдет на операцию.

Через несколько минут в палату вошла медсестра.

– Врач велел вам передать, что ваша операция назначена на вечер, – улыбнулась девушка.

Геля мысленно успокоилась – скоро она увидит свою дочь.

День прошел в ожидании операции и блондина. И если с первой было решено, то с последним было ничего не понятно. Михен так и не появился. И Гелю почему-то эта ситуация очень сильно напрягала.

Хотя она и пыталась себя успокоить тем, что в принципе Михен сделал все, что смог и не обязан бегать к ней в больницу. Даже об Инге позаботился, не говоря уж и о самой Гели. Вон, какую палату шикарную обеспечил. Геля интересовалась, сколько она должна будет за все хлопоты, но медсестра сообщила, что блондин все оплатил. А ведь он и не обязан был этим заниматься.

В течении дня Геля настолько сильно была загружена мыслями о предстоящей операции, Инге и даже блондине, что все остальное ушло на задний план. И неудобства с уткой, и то, что у нее не толком не получалось сменить позу.

А ближе к вечеру медсестра, что в течение дня за ней ухаживала, пришла с очередным шприцом в руках.

– Это успокоительное перед анестезией, – пояснила ей девушка.

И через пять минут Геля погрузилась в сон, а через час, уже летела на специальном вертолете, для перевозки лежачих больных в дом Михена.

Вот только ничего этого она не чувствовала и не понимала.

Очнулась Геля уже поздно вечером, и увидела в огромное панорамное окно во всю стену – заходящее солнце.

Она какое-то время, жмурясь, наблюдала за краем красного диска, заходящего за верхушки деревьев, пока не поняла, что видит эти деревья, как и огромное окно, впервые. «Вроде бы, раньше в палате было совсем другое окно», – как-то отстраненно подумала она и, повернув голову, посмотрела на свою ногу, которая была тщательно спрятана за какой-то странной конструкцией. Геля чуть приподнялась, опираясь на свои локти, и попыталась отодвинуть, эту самую конструкцию, ну или хотя бы понять, как это сделать, но кто-кто тут же прижал ее плечи обратно к кровати.

Геля с удивлением перевела взгляд на незнакомую хмурую женщину лет сорока в белом халате, удерживающую ее плечи.

– Простите? – прохрипела она, – вы кто?

Женщина тут же покачала головой в отрицательном жесте и, убрав руки, показала на свой рот, и горло, и скрестив руки перед собой, опять покачала головой.

– Вы не можете говорить? – с удивлением поняла Геля, а женщина кивнула ей в ответ, и нажала на большую красную кнопку, находящуюся на подлокотнике у Гелиной кровати.

– Я ничего не понимаю, а мне операцию уже сделали? – еще раз спросила Геля, совершенно не чувствуя какой-либо боли или изменений, и опять попыталась присесть, но женщина вновь надавила обеими руками на ее плечи.

– Мне нельзя вставать? Когда придет врач? Меня выписывают? – начала забрасывать вопросами Геля женщину.

Но та пальцем указала на кнопку, а затем в воздухе начала перебирать указательным и средним пальцами, будто кто должен прийти.

Геля тут же успокоилась и перестала сопротивляться, решив, что видимо ей просто пока еще рано двигаться.

Женщина поняв, что ее подопечная ведет себя мирно и не собирается больше вставать, отошла и села в кресло напротив Гелиной кровати.

В ожидании врача Ангелина начала рассматривать новый интерьер, и с удивлением поняла, что палата теперь стала больше похожа на комнату и довольно приличных размеров, с отделкой в стиле «Хай-Тек».

Чего стоило это панорамное окно вместо стены?

– Меня что перевели в другую палату? – спросила она у женщины.

Но та в ответ, лишь приподняла брови в немом изумлении, будто, была удивлена ее вопросом и просто пожала плечами.

Геля вздохнула и решила дождаться врача. Какой смысл говорить с глухонемой. «Вообще конечно странно, что такого человека взяли на работу, ей же, наверное, тяжело, она никому ничего не может объяснить, как она вообще с врачами общается? – мысленно размышляла Геля сама с собой. – Хотя, какая ей разница, она все равно скоро уже покинет это место»

Вот только через несколько минут Геля осознала, что это место ей покинуть в ближайший месяц, как минимум, точно не удастся.

В комнату-палату вместо ее хирурга вошел Михен.

***

Маша зашла в свою квартиру, закрыла за собой дверь, и почувствовала, как подкашиваются ее ноги от усталости. Вот только усталость эта была не физическая, а скорее моральная. Она откинулась спиной на входную дверь и медленно сползла вниз, сев прямо в коридоре на пол. У Маши было ощущение, что она выиграла, целое сражение. Причем сражаться ей пришлось сразу с несколькими противниками. И с Солейко и самой собой, и даже с его странным секретарем, который вроде бы и ни слова не вставил за весь их диалог, но своим незримым присутствием так давил на нее своим взглядом, что Маше казалось, будто этот человек заглядывает в ее душу, и видит насквозь. А еще каким-то образом знает обо всех ее тайнах.

Она очень сильно удивилась, когда после того, как чудом ей удалось подавить желания ее второго я – убить Солейко, то тот буквально сразу же ее отпустил, еще и на машине предложил подвести до дома, хотя Маша и настаивала на такси.

Она назвала шоферу адрес своей квартиры, так как понятия не имела, где живет Влад. Благо они постоянно оставляли запасной ключ старушке-соседке живущей на пятом этаже, на всякий пожарный случай для Леночки, так как она уже как-то раз, нечаянно забыла ключ и до вечера простояла на лестничной площадке боясь позвонить родителям.

Вот и сейчас Маше повезло, ведь собственные ключи от дома у нее отобрал Влад и так и не вернул. Да и не только ключи, он все вещи и документы личные у нее отобрал, и всё, что было в ее сумочке. Как, впрочем, и ключи от машины, которая, скорее всего так и осталась стоять на стоянке у главного офиса.

А может уже и не стояла?

Маша понятия не имела…

С тех пор, как в ее жизни опять появился Влад, она словно почву под ногами потеряла. И даже сейчас находясь в собственной квартире, в которой несколько лет была полноправной хозяйкой, совершенно не ощущала никакой уверенности в этом.

Будто она и не человек вовсе…

А кто? Кто она такая? Маленькая Маша, закомплексованная толстая девочка в пластиковых очках, и со скобками на зубах… или все же взрослая женщина, которая совершенно не знает, что ей делать дальше?

– Сейчас я встану и хотя бы разденусь, проверю электронную почту, протру пыль, – прошептала она сама себе, не поднимая век, хотя совершенно не чувствовала сил даже на то, чтобы просто пошевелиться…

Маша попыталась зарыться пальцами в собственные волосы, чтобы немного сдавить горячую от мыслей голову, и увидела, как что-то пролетело перед ее глазами и приземлилось возле ног.

Посмотрев вниз, она увидела, что это визитка Солейко. Оказывается, она все это время с того момента, как он вручил этот кусочек картона ей, так и продолжала держать его в руке.

«Позвоните по этому номеру Мария в любое время дня и ночи, сообщите свое имя и вас соединят прямо со мной», – сказал ей мужчина на прощание, после того, как Маша в очередной раз сказала ему «нет», на его предложение выкупить ее контракт у Влада.

Правда она так и не поняла, к чему он устроил весь этот пафос – комната с кучей вещей и драгоценностей, завтрак в малой столовой, разговор возле этого огромного камина. Только идиот бы не понял, что мужчина, словно специально выставлял перед ней всю эту роскошь на показ. Но потом, он почему-то так быстро ее отпустил? Хотя с другой стороны, может он просто привык так себя вести? И это его обычное поведение?

Но все же Маша, почему-то думала, что он не отпустит ее просто так, по крайней мере, она была уверена в этом с самого начала, как только он предложил ей выкупить ее контракт. Но все же Солейко удивил ее…

А может это просто игра? Может все не так и просто?

Но ведь ей в любом случае не понять всех этих маневров власть имущих…

Одно она вынесла из всей этой кутерьмы с Солейко – они с Сергеем оба пешки в их с Лисовским играх. Не верила Маша, что даже если и ее муж умудрился предать Влада, то наверняка его кто-то подговорил или вообще обманул…. Не могла Маша поверить в то, что Сергей не понимал, чем могло аукнуться все это дело не только ему, но и его семье! Ну не мог ее рассудительный муж, вечно все просчитывающий чуть ли не на несколько лет вперед, не подумал о таких серьезных вещах.

Маша уперлась локтями в колени, глубже зарывшись пальцами в собственные волосы. Она закрыла глаза, и постаралась собраться с силами.

– Хватит думать! – сказала она сама себе, а затем резко поднялась, и решительно пошла, переодеваться в домашнее, чтобы заняться делами, что скопились за все то время, что она прохлаждалась у Влада.

На самом деле Маше просто хотелось забыться и сделать вид, будто ничего не случилось.

– Побег от реальности – это мой конек, – усмехнулась она сама себе, проходя мимо зеркала, и заставила себя поверить в то, что, проводила только что Лену в школу, а Сережку на работу.

И, как ни в чем не бывало, занялась домашними повседневными делами и работой.

Она старательно гнала от себя любые мысли, полностью сосредоточившись на мытье полов, вытирании пыли и выбрасывании испорченной еды из холодильника. И даже по привычке поправила съехавшие магнитики на дверце холодильника в определенном порядке.

После того, как вылизав всю квартиру до блеска, и закинув вариться курицу, Маша быстро почистила и порезала картофеля на суп, ополоснулась под душем и включила свой ноутбук. В конце концов, работу тоже никто не отменял. И она занялась почтой.

Писем за это время пришло очень много, и Маша начала переписываться с клиентами, и сослуживцами, а с некоторыми перешла на чат, удивившись, что Гели нет на месте. Подруга, практически всегда была он-лайн, но Маша даже порадовалась, что ее нет, иначе уже не смогла бы отвертеться от очередного допроса.

Она и не заметила, что по привычке сварила большую порцию, рассчитанную на трех человек – себя, Леночку и Сережку. Ведь реальность для Маши померкла, и она даже поела с удовольствием, так как ощутила сильный голод, после уборки и работы.

Она умудрилась настолько отрешиться от насущных проблем, что даже занялась своей привычной работой в интернете – администрированием нескольких сайтов, групп в социальных сетях, и созданием макетов для одного из интернет-магазинов.

И когда прозвенел настойчивый звонок в дверь, а за ним и последовал грохот, будто кто-то пытается выломать саму дверь, то Маша даже подпрыгнула на месте, от неожиданности и у нее возникло ощущение, что она как Нео отсоединилась от матрицы в одноименном фильме братьев Вачевски. Слишком долго до нее доходило, что означают эти яростные звонки и грохот, а когда она все же поняла, кто же это пытается выломать дверь, то ей показалось, что на ее плечи вновь взвалили непосильную тяжесть.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Поделиться ссылкой на выделенное