Эль Кеннеди.

Ошибка



скачать книгу бесплатно

Вся эта ситуация с Джесс и Майей по-прежнему больно жалит, но даже из-за этого я не могу заставить себя отвернуться от столь многолетней дружбы.

– У нас все хорошо, – успокаиваю я Рамону. – Правда.

По ее лицу расползается сияющая улыбка.

– Здорово. – Она обхватывает меня за талию и сжимает в медвежьих объятиях. – А теперь пойдем домой, где ты расскажешь мне обо всех непристойностях, которые делал с тобой этим утром Джон Логан. В подробностях.

Глава 8

Логан

Когда в среду утром я еду в Мансен, мое настроение на шкале счастья и радости прочно располагается на своем обычном месте – на нуле.

Такое случается крайне редко, чтобы я ехал домой посреди учебного года, но иногда у меня просто нет выбора. Обычно так происходит, когда внештатный механик в гараже моего отца не может заменить Джефа, который везет отца к доктору. Сегодня как раз такой случай, и я убеждаю себя, что смогу вынести пару часов, меняя масло и ремонтируя машины, и не сойти с ума.

К тому же это будет неплохим разогревом перед летом. Я имею склонность забывать о том, насколько сильно ненавижу работу в гараже, так что первый день для меня обычно равен отправке на фронт. У меня все скручивается в животе, а сердце начинает колотиться от страха, когда до меня доходит, что на следующие три месяца это станет моей жизнью. Но, по крайней мере, если сегодня я немного поработаю, то потом смогу хотя бы чуть-чуть снизить порог этой паники.

Фургона Джефа уже нет, когда я паркую свой пикап перед гаражом с вывеской «Логан и сыновья. Авторемонт». Звучит, конечно, смешно, учитывая, что это мастерская называлась так еще задолго до того, как мои родители обзавелись детьми. До папы гаражом заправлял мой дедушка, который, похоже, надеялся произвести на свет немало дюжих отпрысков мужского пола. Но отпрыск получился только один, так что фактически гараж следовало бы назвать «Логан и сын».

Мастерская представляет собой небольшое кирпичное здание, где места хватает только на два автоподъемника. Впрочем причина того, что бизнес особо не процветает, совсем не в площади. «Эл и Эс» приносит достаточно денег, чтобы покрывать необходимые расходы, оплачивать счета отца и выплачивать кредит за наш коттедж, который располагается в задней части земельного участка. В детстве я ненавидел то, что наш дом стоит так близко к гаражу. И в середине ночи нас будили клиенты, дубасившие в дверь, потому что их машина сломалась неподалеку, или телефонные звонки от службы техпомощи с сообщением о том, что нам везут машину. Все это было обычным делом.

Но после той аварии эта близость превратилась в удобство, потому что папа мог добраться из дома до работы меньше чем за минуту.

Но сейчас отец проводит в гараже не так уж много времени. Джеф – единственный, кто выполняет всю работу, а родитель пропивает себе мозги, развалившись в кресле в гостиной.

Я подхожу к помятой металлической двери, которая оказывается запертой на замок.

К двери неровно оборванной полоской скотча приклеен разлинованный лист, и я сразу узнаю почерк брата.


«ТЫ ОПОЗДАЛ».


Два слова, написанных большими буквами. Черт, Джеф был в бешенстве.

Воспользовавшись собственным комплектом ключей, я открываю боковую дверь, вхожу внутрь и нажимаю кнопку, которая заставляет взлететь вверх огромную механическую дверь. На улице еще холодно, но я всегда держу дверь открытой – какой бы ни была погода. Когда я начал здесь работать, это было моим единственным требованием. Потому что довольно быстро невыносимый запах масла и выхлопных газов начнет сводить меня с ума.

Джеф оставил мне список заданий, к счастью не очень длинный. Устаревшая модель «Бьюика», припаркованного на бетоне, нуждается в замене масла и передних фар. Раз плюнуть! Я натягиваю синий рабочий комбинезон с логотипом «Эл и Эс» на спине, включаю радио на первой попавшейся станции, где передают тяжелый рок, и приступаю к работе.

Через час я делаю свой первый перерыв. Сначала пью воду из-под крана в офисе, а затем выхожу на улицу для быстрого перекура.

Я как раз тушу окурок металлическим носком ботинка, когда в отдалении слышится рокот мотора. При виде того, как в просветах между высаженными вдоль длинной подъездной аллеи деревьями начинает виднеться передний бампер белого фургона моего брата, грудь моя сжимается.

Трусливо втягивая голову в плечи, я пячусь назад и устремляюсь к открытому капоту «Бьюика». Наклонившись, делаю вид, будто решил проверить мотор, и изо всех сил притворяюсь, что не слышу, как хлопают двери машины и как отец хриплым голосом что-то рявкает моему брату. До меня доносится звук шагов двух пар ног: одни, медленные и тяжелые, удаляются прочь от грязной дороги, а другие – быстрые и яростные – принадлежат Джефу, который в гневе врывается в гараж.

– Что, трудно было подойти и поздороваться с ним?! – раздраженно спрашивает мой старший брат.

Я распрямляюсь и захлопываю крышку капота:

– Прости, я как раз заканчивал работу. Зайду в дом перед отъездом.

– Давай-давай, а то он только что выговорил за это мне, а ведь это не я не здоровался с ним! – Джеф сердито хмурит темные брови. У него такой вид, словно он собирается продолжить читать мне нотации, так что я резко меняю тему до того, как он успеет начать:

– Что сказал доктор?

Тон Джефа меняется:

– Ему нужно перестать пить, иначе он умрет.

Я невольно фыркаю:

– Черта с два он бросит.

– Конечно нет. Будет пить до самой смерти. – Джеф яростно качает головой. – До того несчастного случая это было просто зависимостью. Но сейчас, мне кажется, это стало его целью.

Господи. Я в жизни не слышал более удручающего суждения.

Но с ним не поспоришь. Несчастный случай действительно все изменил – отец словно с катушек слетел, и прежние годы трезвой жизни пошли коту под хвост. И ведь это было хорошее время, черт побери. На целых три года у меня снова появился отец.

Когда мне было четырнадцать, последнее пребывание папы в центре реабилитации волшебным образом оказалось продолжительным. До маминого ухода он не прикасался к выпивке целый год, что, собственно, и стало причиной, почему она согласилась, чтобы мы остались с ним. Когда родители разводились, у нас было право выбора, с кем остаться. Джеф не хотел менять школу и уезжать от своей подружки, поэтому решил остаться с папой. А я решил остаться со своим старшим братом. И не только потому что боготворил его, а еще потому, что когда мы были маленькими, то пообещали прикрывать друг другу спину.

После развода отец соблюдал трезвый образ жизни еще года два, но у меня такое ощущение, что вселенная решила, будто семья Логанов не должна быть счастлива. И вот, когда мне стукнуло шестнадцать, отец попал в ужасную автомобильную аварию по дороге из Бостона, где он оставил нас в гостях у мамы.

Обе его ноги были сломаны. Действительно сломаны – папе повезло, что он не остался парализованным. Он чертовски страдал от боли, но доктора не спешили назначать обезболивающие человеку с губительной тягой к алкоголю. Они сказали, что ему нужен постоянный уход, и Джеф ушел из колледжа, чтобы остаться дома и заботиться о нем. Новый мамин муж предложил нам взять кредит и нанять кого-нибудь, кто бы присматривал за папой, но мы убедили Дэвида, что в состоянии справиться сами. И тогда мы действительно ничуть не в этом сомневались. В том, что ноги отца заживут и если он пройдет курс физиотерапии, как предписали врачи, то когда-нибудь и сможет нормально ходить.

Но вот опять – вселенная снова послала Логанов в жопу. Папе было настолько плохо, что он снова стал пить, чтобы заглушить боль. Он не закончил курс физиотерапии, и ноги не срослись так, как планировалось.

Так что сейчас он сильно хромал, постоянно мучаясь от боли, а оба его сына смирились с тем фактом, что им придется ухаживать за ним до самой его смерти.

– Что будем делать? – мрачно спрашиваю я.

– То же, что и обычно. Возьмем себя в руки и будем заботиться о нашей семье.

Чувство бессилия опутывает меня изнутри, переплетаясь с уже поселившимся там чувством вины. Почему мы должны пожертвовать всем ради него?

Потому что он твой отец и он болен.

Потому что твоя мама делала это на протяжении четырнадцати лет и теперь твой черед.

И вдруг в сознание прокрадывается другая мысль, которая уже не раз приходила мне в голову, всегда вызывая ощущение тошноты.

Все стало бы куда проще, если б он умер.

Желчь обжигает мне горло, и я отгоняю от себя эту эгоистичную, отвратительную мысль. Я не хочу, чтобы он умирал. Пусть он конченый человек, пусть он пьет и порой ведет себя как настоящий козел, но, черт побери, он все равно остается моим отцом. Именно он в любую погоду возил меня на хоккейные тренировки. Он помогал мне запоминать таблицу умножения, и он научил меня завязывать шнурки.

Когда он был трезвым, то из него выходил отличный отец, и именно это делает всю ситуацию такой невыносимой. Я не могу ненавидеть его. Я не ненавижу его.

– Слушай, я тут подумал… – я умолкаю, опасаясь реакции Джефа. Откашлявшись, достаю из пачки еще сигарету и направляюсь к двери. – Давай выйдем.

Через несколько секунд я уже делаю глубокую затяжку, надеясь, что никотин добавит мне столь необходимой сейчас уверенности. Джеф с неодобрением поглядывает на меня, но вскоре покорно вздыхает:

– Дай и мне одну.

Пока он закуривает, я выпускаю облако дыма и заставляю себя продолжить разговор:

– Один из агентов из Нью-Йорка заинтересовался мной. И речь идет о крупном спортивном агенте. – Я выдерживаю паузу. – Он считает, что мне ничего не стоит попасть в профессиональную команду.

Лицо Джефа тут же каменеет.

– Это может означать приличную премию. И контракт. Деньги, Джеф. – От отчаяния мое горло словно сжимает тисками. – Мы сможем нанять человека, который занимался бы гаражом, и постоянную сиделку для папы. Возможно, даже сможем выплатить весь кредит за дом, если сумма контракта будет достаточно большой.

Джеф язвительно усмехается:

– И насколько большой контракт ты планируешь заполучить, Джон? Давай начистоту. – Брат качает головой. – Послушай, мы уже говорили об этом. Если ты хотел уйти в профессиональный хоккей, то тебе следовало бы податься сначала в юниорскую лигу. Но ты решил окончить колледж. Ты не можешь убить одним выстрелом сразу двух зайцев.

Да, я выбрал учебу в колледже. Потому что чертовски хорошо знал, что если выберу второй путь, то никогда не смогу уйти из лиги, а это значит подставлю брата. Им бы пришлось вытаскивать клюшку из моих холодных мертвых рук, чтобы я перестал играть в хоккей.

Но мы с Джефом вот-вот поменяемся местами, и это вселяет в меня ужас.

– Я мог бы заработать кучу денег, – бормочу я, но моя жалкая попытка убедить Джефа не срабатывает – он опять качает головой:

– Нет уж, Джонни. У нас был уговор. Если бы даже ты попал в команду, то не получил бы всех денег сразу, и понадобилось бы время, чтобы все здесь уладить. У меня нет этого времени, понимаешь? Как только ты получишь диплом, я уматываю отсюда.

– О, да брось. Думаешь, я поверю, что ты вот так, ни с того ни с сего, уедешь?

– Мы с Кайли в мае уезжаем в Европу, – тихо говорит Джеф. – На следующий день после того, как ты окончишь колледж, нас уже здесь не будет.

Его слова обрушиваются на меня.

– И когда вы это решили?

– Мы планировали эту поездку уже давно. Я говорил тебе – сначала мы хотим немного попутешествовать, а потом пожениться. А затем провести какое-то время в Бостоне и уже только после этого подыскать жилье в Гастингсе.

Моя паника только усиливается:

– Но ты по-прежнему не отказываешься от задуманного, ведь так? Жить в Гастингсе и работать здесь?

Именно об этом мы договорились, когда я окончил старшую школу. Джеф держит оборону дома, а я учусь в колледже, затем, пока они с невестой обустраиваются, на несколько лет я сменяю его, но в результате он снова занимается мастерской, а я получаю свободу.

Вот только на тот момент мне стукнет уже двадцать пять и шансы попасть в профессиональный хоккей сведутся к нулю. Да, возможно, меня возьмут в какую-нибудь команду Американской хоккейной лиги, а вот НХЛ вряд ли будет уже во мне заинтересована.

– Не отказываюсь, – уверяет меня брат. – Кайли хочет жить в небольшом городке и растить наших детей здесь. К тому же мне нравится работа механика.

Что ж, хотя бы одному из нас это по душе.

– Я не возражаю присматривать за папой. Я… – Он тяжело вздыхает. – Мне просто нужен перерыв, понимаешь?

Мне трудно говорить, и я просто киваю. Затем тушу сигарету и, выдавливая из себя улыбку, наконец обретаю голос:

– Мне все еще нужно поменять ту фару. Лучше вернуться к работе.

Мы входим внутрь, и Джеф направляется в офис, а я возвращаюсь обратно к «Бьюику».

Пятнадцать минут спустя я вешаю на крючок свой комбинезон, кричу «пока!» брату и как можно быстрее лечу к своему пикапу.

Чертовски надеюсь, Джеф не заметил, что я так и не поздоровался с нашим отцом.

Глава 9

Логан

Все, чего мне хочется, – это завалиться на диван и смотреть начало плей-офф по телику. Мне даже плевать, что «Бостон» не играет – во время межсезонья я готов смотреть любую игру, какую будут показывать. Ничто так не разгоняет мою кровь и не заставляет так сильно биться мое сердце, как матчи плей-офф.

Но у Дина другие планы. Когда я выхожу из ванной после душа, он уже поджидает меня в коридоре с горящими от нетерпения глазами:

– Господи, мужик, что, черт побери, ты там делал?! Брил ноги? Тринадцатилетние девчонки и то принимают душ быстрее, чем ты!

– Я пробыл там буквально пять минут.

Я прошмыгиваю мимо него и ныряю в свою спальню, но он вваливается туда за мной. Этот парень не признает никаких границ.

– Одевайся побыстрее. Мы идем в кино, а я не хочу пропустить анонсы новых фильмов.

Я пялюсь на него:

– Ты приглашаешь меня на свидание?

Ответом мне служит его средний палец.

– Размечтался.

– Нет, похоже, это ты размечтался. – Я достаю из верхнего ящика комода пару боксеров и многозначительно смотрю на Дина. – Не возражаешь?

– Серьезно? Я тысячу раз видел твой член в раздевалке. Давай одевайся уже. – Он складывает руки на груди и начинает притоптывать ногой.

– Вали отсюда. Сегодня я собираюсь смотреть матч «Ред Уингз».

– О, да ладно! Тебе даже не нравится «Детройт». К тому же в кинотеатре сегодня акция – билеты на вечерние сеансы за половину стоимости. А я и так всю неделю ждал, чтобы посмотреть этот новый фильм со Стейтемом, так что давай сходим сегодня.

Теперь уже я таращусь на него во все глаза – это не сон?

– Эй, придурок, ты баснословно богат! Если уж кто и должен платить за билеты полную стоимость, так это ты.

– Я хотел быть вежливым, придурок. Ждал, когда билеты подешевеют, чтобы ты смог их купить. – И тут он улыбается мне своей фирменной улыбкой, увидев которую, телочки тут же срывают с себя трусики и запрыгивают на его член.

– Вот не надо мне тут так развратно улыбаться. Это наводит на меня ужас.

Его губы продолжают растягиваться в сексуальной ухмылке:

– Я перестану так улыбаться, если ты согласишься пойти со мной в кино.

– Ты самый невыносимый ти…

Ухмылка Дина становится еще шире, и он подмигивает мне.

Через десять минут мы выходим их дома.

* * *

В кинотеатре Гастингса всего три зала, и там показывают только одну новинку в неделю, что существенно ограничивает выбор. Но, на счастье Дина, фильм со Стейтемом, на который он так облизывался, все еще стоит в прокате. Дин большой фанат Стейтема. Если кто-то скажет мне, что он стоит перед зеркалом и говорит с британским акцентом или притворяется, что перевозит вещи по своей спальне, я ничуть не удивлюсь.

Меня по-прежнему не радует перспектива смотреть кино, хотя после того, как Дин насильно вытащил мне из дома, я понял, что это и не такая уж плохая идея – по средам после работы Ханна обычно приходит к нам. Но надеюсь, к тому времени, когда мы с Дином вернемся, они с Гарретом уже будут спать. И да, я знаю ее рабочий график, жалкий никчемный неудачник.

Но есть и хорошая новость – в последнее время я не так одержим ею, как обычно. Все выходные моими мыслями владела не Ханна, а Грейс. Боже, и лучше не вспоминать об оральной феерии в понедельник. Когда я мастурбировал вчера вечером, то перед моими глазами стояли упругие кремовые бедра Грейс и ее горячая, тесная…

– Логан. Привет.

Я в замешательстве моргаю, потому что вижу… Грейс. На какую-то секунду меня даже одолевают сомнения: не порождение ли это моих похотливых фантазий. Но нет. Она действительно здесь, стоит в пяти шагах от билетной кассы.

– Привет, – говорю я в ответ.

Она улыбается и заправляет за ухо прядь волос. На ней облегающий свитер, черные леггинсы, расстегнутая ветровка – Грейс словно сошла со страниц каталога «Аберкромби энд Фитч». И мне даже нравится ее удобный, но вместе с тем сексуальный наряд.

Я слышу легкое покашливание и замечаю, что рядом с ней стоит кто-то еще. Фигуристая черноволосая девушка в черной кожаной юбке и пушистом красном джемпере. И она пялится на меня. С отвисшей челюстью и вытаращенными глазами.

Чей-то локоть подталкивает меня в спину.

– Чувак, – раздраженно говорит Дин. – Давай придерживаться плана. С тебя билеты, с меня попкорн.

Я протягиваю ему двадцатку:

– Планы меняются. Я куплю еду.

Он закатывает глаза и, бросив сладострастный взгляд на сиськи подружки Грейс, топает за билетами.

– Что собираетесь смотреть? – спрашиваю я Грейс.

Она улыбается:

– А ты как думаешь? – Грейс протягивает два билета, и я усмехаюсь, когда вижу на них название фильма со Стейтемом.

Ну конечно! Я и забыл, что она фанатка экшенов.

– Мы тоже идем на этот фильм. Давайте сядем вместе.

Подруга Грейс издает непонятный звук, напоминающий писк. Это как удивленный вдох, только с визгом. И этот один маленький звук уже говорит о многом.

Грейс показывает на свою подругу:

– Это Рамона. Рамона, это Логан.

Подруга окидывает меня взглядом с головы до ног:

– Я знаю, кто он.

Ох, проклятье. Я уже видел такой взгляд. Много-много раз, на лицах многих-многих женщин. Как если она представляет меня внутри себя, голым.

К несчастью для нее, мне не хочется воплощать в жизнь эту фантазию. Я полностью сосредоточен на Грейс, и в голове один за другим проскальзывают развратные образы. Например, ее остекленевшие глаза, когда мой язык впервые коснулся ее клитора. Или эти ее звуки с придыханием, которые она издавала, когда кончала. Или…

– Сегодня день рождения Грейс, – объявляет ее подруга.

Грейс морщится от смущения:

– Рамона.

– Блин, правда? – Я ухмыляюсь ей: – С днем рождения, красавица.

От меня не ускользает то, как ее подруга снова изумленно открывает рот, и то, как неловко переминается с ноги на ногу Грейс.

– Спасибо. – Она хмуро выпячивает нижнюю губу. – Сегодня мне девятнадцать. Убейте меня.

Я усмехаюсь:

– Похоже, ты не особо любишь дни рождения?

– Совсем не люблю. А благодаря моей маме я еще и до смерти их боюсь.

Ее подруга вдруг фыркает:

– О, а помнишь тот случай на весенней ярмарке? Когда твоя мама забралась на сцену во время выступления какой-то фолк-группы и зачитала тебе поздравительный рэп?

– Ты имеешь в виду, помню ли я тот день, когда изучала, каким образом мне можно освободиться от опеки своих родителей? – сухо спрашивает Грейс. – Во всех красках.

Рамона заговорщицки смотрит на меня:

– Я хотела пригласить народ к нам в общежитие и отпраздновать, но она пригрозила, что отрежет обе мои руки и скормит их мне, если я так сделаю. Так что мы нашли компромисс – сходить в кино.

Нас прерывает Дин, который, нахмурившись, взирает на мои пустые руки.

– Е-мое, ну почему мне все надо делать самому? – Но тут, словно вспомнив, что он находится в обществе двух прекрасных девушек, Дин широко улыбается: – Ну так что, ты нас познакомишь или как?

– Это Грейс, а это… – Черт, я уже и забыл имя ее подруги.

– Рамона, – подсказывает она сама, и теперь ее голодный взгляд сфокусирован исключительно на Дине.

Она может пожирать его глазами сколько влезет, но даю гарантию: как только Дин узнает, что она первокурсница, то тут же перестанет пожирать ее глазами в ответ.

Будучи заядлым бабником, Дин, однако, строго придерживается правила не иметь дел с первокурсницами. Не могу сказать, что виню его – достаточно вспомнить одну маньячку, преследовавшую его в начале прошлого года. Дин переспал с первокурсницей, которая после ночи бурной страсти решила, что они по уши влюблены друг в друга. И тут она начала появляться у нашего дома в любое время дня и ночи, иногда в одежде, иногда без, вооруженная цветами, любовными письмами и – это мое самое любимое – с вставленной в рамку собственной фоткой, на которой она красуется в хоккейном свитере Дина.

Порой, когда я засыпаю, мне до сих пор будто слышатся с улицы ее завывания: «Ди-и-и-и-и-ин!»

Нет нужды говорить, что с тех пор Дин избегает столь юных девиц. Он называет их прилипалами десятого уровня.

Мы вчетвером останавливаемся у торгового прилавка, чтобы Дин купил себе попкорн, и через несколько минут входим в темный зал кинотеатра, где только что начали показывать анонсы новых фильмов. Зал забит под завязку. Скорее сам Джейсон Стейтем появится здесь и расскажет о фильме, чем мы найдем четыре свободных места рядом. Но тут я замечаю несколько свободных сидений на двоих.

Девушки идут впереди нас, поэтому я склоняюсь к Дину и бормочу:

– Не возражаешь, если мы разделимся? Я хочу сесть с Грейс. Сегодня ее день рождения.

Взгляд приятеля тут же опускается на отменную задницу Рамоны.

– Согласен.

Когда я предлагаю то же самое девушкам, Грейс и Рамона утвердительно кивают. Рамона сразу же цепляется за руку Дина и что-то шепчет ему на ухо. Он усмехается, и они скрываются в темноте в поисках свободных мест.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25

Поделиться ссылкой на выделенное