Екатерина Верхова.

Виттория



скачать книгу бесплатно

– Ага, не повредив и волосика на ее, несомненно, умной головке.

– В общем, ты меня услышала. Я вернусь лишь к вечеру, так что сиди дома.

– Ага, конечно, – я вложила в свой ответ максимум ехидства.

Если сперва я так и планировала: просидеть весь день дома, валяясь в постели и бездельничая, то сейчас я хотела поступить наоборот. Не то чтобы «назло», просто меня порядком достала такая, не совсем понятная опека моей персоны.

Насколько я помню, сегодня в Камре проходят гуляния по случаю «каникул», и моя основная задача найти спутников. Чем я, собственно говоря, и занялась.

Ворс вышел на крыльцо лишь после того, как я минут пять долбилась в его дверь. Ну и видок, мог бы, приличия ради, хотя б рубашку надеть, как можно было бы прочесть в слезливой романтической книге: «Его брюки совсем не скрывали его наготу, а обнаженный торс давал простор для воображения…»

– Я вообще-то спал…

– Хватит дрыхнуть, пойдем гулять. – Я старалась не давать простор этому самому воображению и смотреть в глаза. Ну а что вы хотите, я все же девушка.

– Куда?..

– Через час гуляния в Камре. Хотелось бы посмотреть…

– Ладно, дай мне время, чтоб я принял душ, а сама оденься… ну… поприличней.

– Поприличней? – чем ему мой наряд не угодил? Коричневые бриджи и расшитая белая туника, по-моему, очень элегантно.

– Платье там… рюшечки… Сама же будешь локти кусать, когда увидишь, как разоденутся местные мамзели. Ты, конечно, и без платья хорошо выглядишь… То есть… Ну… В общем, и брюки тебе к лицу.

– Брюки, как правило, совсем к другому месту. Ладно, давай через полчаса встретимся.

За это время я успела переодеться в то длиннющее салатовое платье, в котором я очутилась в этом мире, очень символично. Также впервые воспользовалась косметикой, приобретенной почти месяц назад. Не то чтобы я раньше не хотела казаться красивой, просто не видела в этом смысла, да и время не хотела зря тратить, подкрашивая глаза специальными щеточками, измазанными в местном прототипе туши, как это делали многие девушки, обучающиеся в Академии. Волосы я распустила, надеясь на то, что их длина не будет мешать. Почти до за… ну чуть пониже спины. То, что я увидела в зеркале, – меня порадовало. Нет у меня такого качества, как ложная скромность, так что с уверенностью могу назвать себя красавицей, даже по местным завышенным меркам.

– Отлично выглядишь, – похвалил меня Ворс. Сам он тоже несколько преобразился. Из обычных мешковатых штанов цвета хаки он переоделся в кожаные брюки и свободную синюю рубашку с рукавами три четверти. Волосы его были влажными, но это определенно придавало ему шарма.

– Стараюсь соответствовать, – отвесила комплимент в ответ.

По пути мы встретили Каарин, вальяжно прохаживающуюся по аллеям.

– О, какие вы милые. Вы в Карм? – Она, кстати говоря, тоже выглядела на отлично.

– Да, на ярмарку, пойдем с нами. – А ведь действительно, Каарин мне очень нравилась за ее усердие и в учебе и в работе.

Думаю, с ней будет весело провести время в неформальной обстановке.

Как оказалось, желающих посетить Карм, помимо нас, великое множество. Практически каждый приоделся, закрыл свои академические домики и направился в сторону ярмарки. И в такой день Калеб хотел, чтоб я тухла дома, пока он где-то развлекается?!

Домики, магазины, да и сами улицы – все преобразилось, все выделялось яркими красками, нарядами… От этого сильно рябило в глазах, но все будто поддались всеобщему веселью.

Каарин с Ворсом травили байки, пока я чуть ли не с открытым ртом рассматривала окружающий меня город, который было не узнать.

– Мой средний брат служит просвещенцем при храме Корнелиуса*, ему приходится часто читать проповеди о святом пути бога приспособленца и маскировки. Один раз он рассказывает о том, что у Корнелиуса к каждому был свой подход, с торговцами он разговаривал хитро и с оценкой, с простыми людьми по простому, с профессорами мудрёно, будто сам трижды отучился. И тут один из прихожан встает и говорит: «Ага, а когда эти самые торговцы пожаловались местному главарю разбойников и те его схватили, он с ними по фене ботал».

– Ох, помню, я как-то столкнулся с разбойниками на большой дороге. Я тогда из деревни в город ходил, корову продавать, отец захворал тогда. Ну они и прицепились: «Отдавай корову»… А я мелкий был и даже знать не знал, что в таких случаях делать. Решил схитрить: «На кой вам эта корова, давайте я вам лучше вырученные деньги за нее принесу», ну они сдуру и поверили мелкому пацаненку, а я просто пошел другой дорогой. На редкость глупые разбойники мне попались.

– Ворс, а у тебя есть братья или сестры? – спросила Каарин.

– Есть старшая сестра, сводная. Отец часто налево хаживал, но мать ему все прощала, пока я не подрос и не смог ее содержать. – Было видно, что ему об этом говорить неприятно, я решила, что срочно надо переводить тему.

– Ой, чувствуете, чем-то сладким пахнет?

– О, да это ж фунжи!

– Фунжи? Ты что никогда не ела фунжи? Это многослойное ореховое лакомство! – Каарин была удивлена, да и, судя по лицу Ворса, он тоже…

– Нуу, я жила в глуши и достаточно уединенно. Практически ни с кем не общалась, никуда не ходила…

– Ты просто обязана это попробовать! – они в две руки потащили меня к лавке со сладостями.

Фунжи – это действительно что-то удивительное. Сладкое, но при этом от него совсем не хочется пить, по вкусу похоже на сладкий фундук и безе, измельченный и слепленный в тонкие палочки.

Погуляв немного по улицам, посмотрев на то, как развлекается местный народ, разрисовывая лица друг другу чудными красками. Я, кстати, тоже стала обладательницей симпатичной зеленой загогулины на щеке, все равно до завтра смоется. Мы решили зайти в таверну и отведать мяса и медовухи, ну а что, взрослые же люди.

Подавальщица устроила нас в самое уединенное место, откуда был виден весь зал, но нас не было заметно вовсе. Спасибо Ворсу, умеет он вовремя состроить глазки и поиграть мускулами.

Мы ели, пили и веселились в лучших эпикурейских традициях – «ешь, пей, веселись», пока я не заметила знакомую фигуру в противоположном углу.

О как, Нартанэ и Калеб, мирно воркующие… Это не то чтоб был удар ниже пояса, это… Это… Ух, аж злость берет. Сам, значит, рассказывал, какая она глупая, как всех бесит… Вот, значит, куда он направился, приказав сидеть дома…

– Эй, что с тобой, ты прям в лице переменилась, кого – то увидела? – Ворс похлопал меня по плечу.

– Нет, просто медовуха не в то горло пошла, – ради правдоподобия я закашлялась.

– Ох, простите, извините, мне надо ненадолго ик… уединиться, – Каарин неплохо так выпила, что было заметно по ее походке, когда она поднялась, чтоб последовать в дамскую дыру, туалетом я бы это и в суперпьяном состоянии не назвала бы.

– Знаешь, я очень рад, что мы подружились. С тобой, как с маленьким ребенком, весело и интересно…

– С маленьким ребенком, сомнительный комплимент, не находишь? – забавная ситуация, мой первый лучший друг сидит рядышком положа мне руку на плечо, говорит, что я как маленький ребенок.

– Ну просто ты такая… такая неиспорченная, светлая, милая, – ооо, еще один в зюзю. Сама я, как ни странно, алкогольного опьянения практически не ощущала, хотя выпито было немало.

– Знаешь, я очень рад, что ты не поддержала ухаживания принца. Не подумай, что у меня есть на тебя какие-то планы, нет, мы же просто друзья… Просто тогда бы у меня к тебе уважение пропало…

– Это из-за того, что он светловолосый, да еще и принц? – кажется, Ворс все же напился.

– Да, а еще потому что такие, как они, «покупают» девушек. Да даже Каарин встречается с одним из беленьких.

А вот это новость, не думала, что она станет… Краем глаза я опять скользнула в дальний противоположный угол. К Нартанэ и Калебу присоединились еще два каких-то мужика сомнительной наружности. Один из них мне кого-то смутно напоминал, но я никак не могла вспомнить кого…

– Ребятки, пойдемте в Академию, мне что-то дурно, – пролепетала побледневшая Каарин, вернувшись из «дамской комнаты». Еще бы, от такого туалета и патологоанатому плохо станет.

Когда мы вернулись в Академию и разошлись по своим жилищам, было уже совсем поздно. Но спать не хотелось совсем. На Земле я бы пошла в ванную, повалялась бы в горячей водичке, но, увы. Тут и душ весьма сомнительный, и пока я не разобралась, как он работает, приходилось мыться под холодной струёй. «А ларчик просто открывался», все было завязано на магии желания. Да и вообще, все устройство Академии и то, как ты в ней обитаешь, было завязано на знаниях, приобретенных в ней же. К примеру, хочешь разжечь огонь, чтоб погреть себе отварчика, осваивай магию огня. Хочешь, чтоб не мучили сквозняки, – воздух к твоим услугам. Любишь что-то выращивать или решил связать себя с травопроизводством* в будущем – земля, земля и еще раз земля. С водой, как мне кажется, и так все понятно. Вода – это жизнь. Калеб рассказывал, что те, кто в совершенстве овладели этой стихией, умеют лечить людей. Мой же «огонь» создан только для тепла и разрушения, если тепло меня радовало, то разрушать мне совсем ничего не хотелось, я вообще в этом плане пацифистка.

Чем же заняться? Читать неохота, телевизора здесь нет… Остается только спать. С этими мыслями я и завалилась в постель, предварительно раздевшись. Надевать пижаму мне было лень, да и алкоголь начинал действовать.

Глава 6

Проснулась я оттого, что кто-то сильно стучал в дверь. Выглянув на улицу, я убедилась, что проспала не больше двух часов, потому что за окном стояла черная ночь. Кто ж меня так поздно желает видеть?

Накинув длинную майку и бриджи, я в сто пятьдесят пятый раз прокричала «иду, иду» и действительно пошла.

На крыльце, облокотившись об косяк, стоял бледнющий и замотанный в длинный плащ Калеб, его трясло и от него несло крепкой выпивкой. Классно, видимо, он пьян, решил, что я для него подходящий вариант. Пф, вот пожалуюсь принцу! Стоп, с каких это пор принц является для меня неким подобием карательного отряда для его нерадивых подопечных? Сама разберусь.

– Что тебе надо? Ночь на дворе.

– Мне нужна твоя помощь, давай пройдем внутрь… – сказал он проникновенно так, глядя в глаза и шепотом… Мда…

– А что, Нартанэ тебе не может помочь?

– Нет.

– Знаешь, что приличная девушка не пускает к себе ночью пьяных мужчин?

– Я ранен. – Калеб немного отвернул плащ и показал, что его рубашка была изорвана и испачкана кровью. А то, что под рубашкой, наверно, совсем жутко.

– Проходи.

Калеб прошел, при каждом движении морщась и хватаясь за стену, и со стоном приземлился на стул.

– Ты когда-нибудь обрабатывала раны?

– Ну… гипотетически, – я сразу попыталась вспомнить уроки ОБЖ и все серии сериала «Доктор Хаус» – не густо, а в критической ситуации у меня вообще ступор – ну сперва надо промыть рану и тебе надо лечь… Но до кровати ты не дойдешь…

– Постели плащ, лягу на пол.

Я и плащ постелила и несколько подушек с кровати стащила, не уверена, что это полезно, но удобно точно. Хорошенечко промыв рану на боку, я стала думать, что делать дальше. Кровило очень сильно, края были желтоватые, а значит, успели загноиться, все же у местного населения быстро происходит регенерация. Калеб был в полной бессознанке, очевидно, что из-за большой кровопотери, и это надо прекратить. Кажется, профессор по травоведению говорил про настойку калтунина – маленькие желтенькие цветочки. Ворсу, которому по долгу службы приходилось часто обрабатывать раны и порезы, выращивал их на крылечке. Кстати, может, попросить его помочь с ранами? Как только я поднялась и направилась в сторону двери, я услышала слабый окрик:

– Если ты кому-нибудь расскажешь, то будут большие неприятности. – Он что, мне угрожать в таком состоянии решил?

– Ладно, я за лекарством. – И бегом к дому Ворса, главное, чтоб он спал и не задавал вопросов… Впрочем, с этим мне повезло.

Вернувшись, я застала Калеба в очередной бессознанке. Бедный, какая же я дура, что сразу его не пустила, ему ведь, наверно, было очень больно. Надо по-быстрому соорудить настойку: смешать все ингредиенты, т. е. спирт и несколько цветочков и состарить магией желания. При попадании этого чудодейственного средства на рану кровь действительно прекращала течь наружу практически мгновенно. Теперь надо как-то обработать… О, точно, у меня же осталась та мазь, которую мне дал Ворс, после того, как растерла ноги в кровь после бега. Она как раз-таки продезинфицирует и заживит.

Когда я закончила, Калеб все еще был без сознания. Так что стаскивать с него разорванную для удобства обработки и перевязки рубашку мне пришлось самостоятельно. Собственно говоря, обмывать его тело от запекшейся крови – тоже. Многим девушкам сия процедура доставила бы немалое удовольствие, поскольку тело у Калеба было, как у профессионального пловца, но я устала, у меня дрожали руки, и я хотела, чтоб он очнулся, чтобы наконец быть уверенной, что все сделала правильно.

Очнулся раненый лишь после третьего компресса на лоб, но хватило его лишь на то, чтоб выпить специальную настойку, которую я сварганила после очередного мародерства в саду у Ворса, и дойти до постели. Калеба я хорошенько укутала, как мамаши обычно укрывают свое годовалое чадо. Осталось решить вопрос, где спать мне. Хотя какая уже, к черту, разница. В моем доме, кроме кровати, нет ни одной поверхности, хотя б отдаленно ее напоминающей. А значит, нашему больному придется потесниться, хотя ему, наверно, все равно, просто положим между нами побольше подушек. Решено.

Едва я выстроила между нами барьер из подушек и занесла голову над одной из них, я отключилась. Видимо, сказываются вечерние гуляния и нервотрепка с раной.

А снилось мне, как меня убивают. Гонятся по большой пустынной улице, долго гонятся, а потом убивают, вонзая кинжал прямо в сердце. И так больно стало, будто это произошло в реальности. Я вскрикнула и проснулась. Сердце нещадно болело.

– Эй, что с тобой? – Калеб выглядел уже совсем отдохнувшим, румяным и бодрым, однако с постели так и не ушел.

– Спроси что попроще…

– Ну… ты всегда спишь в одежде?

– Нет, только тогда, когда возле меня лежит полураздетый мужчина, – ответила я, намекая на его обнаженный торс.

– Я бы, конечно, застеснялся и прикрылся, но, кажется, ты меня вчера откачала, так что не вижу повода скрывать от тебя то, что ты вчера и так успела изучить….

– Если б я действительно изучала, мы б сейчас с тобой не разговаривали – такая привычная перепалка, как будто ничего и не случилось. Всю двоякость шутки я поняла намного позже.

– Нет, серьезно, что с тобой. Ты ворочалась и кричала…

– Кошмар приснился, а ты всегда подглядываешь, как девушки спят?

– Ну, тут уж прости, мы оказались на одном ложе, причем я совершенно не помню как… – Калеб подозрительно на меня посмотрел, стоп, он что, думает?..

– Расслабься, я тебя не насиловала, ты был немножко не в состоянии.

– Да я и не думал даже. А на тему кошмаров, я дам тебе одну очень хорошую настойку, и тебе никогда не будут сниться кошмары. Она, между прочим, уйму денег стоит, так что не отказывайся…

– Предпочитаю наличные.

– Серьезно? Сколько?

– Не обижай меня, просто проваливай. Честно говоря, я хочу спать… И мне ничего не надо, считай, что я тебе помогла взамен тому, что ты до этого со мной нянчился.

– Нет, ну как-то отблагодарить я тебя должен.

– Ну, вот как придумаешь – приходи, обсудим.

– Черт с тобой. Где моя рубашка? – он вскочил с кровати и стал спускаться вниз.

– Эмм, нет у тебя рубашки. Считай, что я оставила ее себе на память. – Ну порвала я ее, не было другого способа его оперативно раздеть.

– И что, мне голым идти, мм? – Калеб был чем-то недоволен. Мне, конечно, не очень интересно, но все же, что вчера произошло, почему он оказался ранен… Или у Нартанэ садистские наклонности? Хи, хотела бы я глянуть на привязанного Калеба.

– Можешь голым, – я уже почти засыпала.

– Из дома одинокой девушки, рано утром, едва первая роса покрыла молодую травку, выходит обаятельный молодой человек аристократического происхождения, причем заметь, я умолчал о том, что знатней моего рода лишь короли…

– Ну конечно, круче тебя только яйца, – я кинула в него самую свободную из своих рубашек. – Потом вернешь, хотя можешь оставить ее себе на память и спать с ней в обнимку, проваливай.

Моя скромная персона, собрав остатки своих сил, вытолкала Калеба на крыльцо и захлопнула за ним дверь. «Бессердечная», – апатично продекламировал он, деловито надевая мою рубашку, которая ему слегка давила в плечах, да даже не слегка. С этой мыслью я и заснула.

* * *

– Какого черта? – спросил Ворс, прожигая Калеба ненавистным взглядом.

– Ты это о чем? – лучший друг принца даже внимания сперва не обратил на незадачливого темноволосого парня.

– Что ты делал у Витки?

– Она тебе что, корова, чтоб так ее называть? – Калеб даже поморщился от такой вольной интерпретации столь прекрасного имени, коего достойны королевы. И главное, кому имя досталось-то… Эх… Не опозорила бы.

– Она говорила, что я ее лучший друг, так что имею право называть ее как хочу. – Ворс был уже в бешенстве.

– Лучший друг, да? Сочувствую. – Калеб решил позлить этого паренька, который большую часть своего времени вился вокруг Витты, которая, видимо, ничего не замечала. – Ну так вот, друг. А она горяча в постели…

Ворс сделал резкий выпад, но лучший друг принца умудрился увернуться, несмотря на рану.

– Остынь, я пошутил… Или нет. Думай сам. Пока.

После чего Калеб действительно зашагал в сторону своего дома, оставив Ворса думать, что ему делать дальше.

Но Виттория уже крепко спала в своей постели. И никак не могла разрешить сложившуюся проблему, которая повлечет большие неприятности.

* * *

Утром я проснулась днем, как бы тривиально это не звучало. Все, что мне сегодня хочется – лениться и ничего не делать. Выйдя на крылечко, как говорится, «на перекур», я обнаружила возле двери записку, прижатую камушком, чтоб не улетела. Писал Ворс:

«Мне надо ненадолго к родным.

прости, что не попрощался.

Отдыхай.

Ворс»

А что, лаконичненько. Только вот сдается мне, что все не так чисто. Ворс, пребывая в здравом уме и здравой памяти, обязательно зашел бы попрощаться, в крайнем случае, о своем отъезде сообщил бы вчера, когда мы дегустировали медовуху. Значит, либо это были дела, не требующие особых отлагательств, либо ему стыдно, из-за того, что он вчера наговорил, хотя по-моему, ничего ТАКОГО не было…

Наслаждаясь солнечными лучами, ласково касающимися моей кожи, я заметила Геллинду. Она степенно шла чуть поодаль основной тропы, не обращая на меня внимания.

– Доброе утро! – настроение было достаточно хорошее, почему бы не поздороваться.

– Ты?! Сейчас же зайди в дом. – Она метнулась в мою сторону, воровато оглядываясь, нет ли никого. – Быстро.

Геллинда схватила меня за руку и с такой силой впихнула меня в дом, что на руках наверняка останутся следы.

– Да что с тобой? – девушку было не узнать, Геллинада отличалась своим спокойствием и рассудительностью.

– Ты себя в зеркало видела?!

– Это все потому что я не сделала красивую прическу и не умылась? – я начала злиться.

После этих слов я метнула свой взгляд в зеркало.

– Черт, черт, черт… – я совсем забыла про эти препаратики, делающие мою кожу смуглой, а волосы темными. Так что сейчас я выглядела как настоящая аристократка, о чем никто не должен был узнать.

– Твои волосы… – Геллинда их потрогала, пропустила между пальцев. В это время я затравленно на нее смотрела. – Не может быть… ты вернулась… ты знаешь, кто твой отец?

– Не поверишь… Не знаю.

– Это как? – кажется, она вновь стала спокойной и рассудительной.

– Я… Я не могу тебе рассказать. И тебя прошу, не рассказывай никому.

– Ладно, захочешь рассказать, расскажешь. Если нужна будет помощь – помогу. Теперь ты мне равная. Хотя… Ладно, не важно. Я, наверно, пойду. – Геллинда уже двинулась в сторону двери.

– Стой, можешь подождать минутку? – Она удивленно подняла брови, но остановилась. – Я нашла травы, хвыну и эти, как их там – листья формналового дерева. Приняла согласно инструкции, поняла, что месяц в запасе есть.

– Что это за травы?

– Это хвына, она для волос, а это листья форналового дерева, они для кожи.

– Где ты их взяла? Это очень редкие травы. Я не знала, что при таком употреблении они дают такой эффект.

– Мне один знакомый хранитель подарил.

– Ты дружишь с хранителем? Тебе повезло. – Она впервые за наш разговор улыбнулась. – Что ты хотела?

– Ты голодна?

Реакция Геллинды была похожа на реакцию маленького ребенка или зверушки из диснеевского мультфильма. Она посмотрела на живот, погладила его, посмотрела на меня и объявила, что действительно голодна.

– Если тебе не претит появление в обществе с простой смертной, – в этот момент я сделала умелый реверанс, что поделать, бальными танцами я тоже занималась, – то предлагаю отобедать в одной замечательной харчевне, достойной появления там столь высокопоставленной гостьи, как ты.

– А ты забавная. Пойдем, покушаем. Я так понимаю, что ты хочешь что-то узнать…

А она действительно не глупа. Впрочем, мое мнение о ней очень двойственно. Невозможно понять, какая она на самом деле.

Заварив Геллинде отвара и попросив ее подождать, я отправилась в душ. Пока я снимала с себя сонливость посредством контрастного душа, я думала о том, не проболтается ли новоявленная подруга, не будет ли ей в тягость хранить молчание… Расскажет ли она мне интересующую меня информацию… Завернувшись в полотенце, я выползла из душа и направилась в комнату за чистой одеждой. Видимо, сегодня не мой день, потому что почти нагишом я предстала не только перед Геллиндой, но и перед Калебом, который, кстати говоря, выглядел выспавшимся и бодрым, еще бы, это не он всю ночь скакал, приворовывая у лучшего друга травы и изготавливая отвары.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12