Эдуард Катлас.

Акренор: Девятая крепость. Честь твоего врага. Право на поражение (сборник)



скачать книгу бесплатно

Виктор подбежал к нему и начал разрезать кожаный доспех на его плече сзади.

– Выживет? – спросил остановившийся Сагран, только что выпустив еще одну стрелу.

– Если я не помогу ему немедленно, то нет. – Виктор повернул Лашана на бок и резким движением протолкнул стрелу вперед, в глубь плеча, пока наконечник не показался с другой стороны.

– Мы примем бой здесь, – крикнул Сагран, подряд выпуская еще две стрелы и уклоняясь от стрелы орка.

– Мне тоже надоело бегать, – пробормотал Брентон, перехватывая секиру поудобнее.

Их окружили три десятка орков. Еще столько же приближались, их рожки звучали не более чем в минуте бега.

Сагран выпустил еще три стрелы, прежде чем ему пришлось отбросить лук и взяться за меч.

Вокруг Кима быстро образовалась куча из нескольких тел орков, каждый из которых не успел добежать до него за то время, пока он вытаскивал очередной стилет. Но стилеты заканчивались. Еще один орк был уже в трех шагах, когда в его горло вонзился последний стилет. Увернувшись от падающего тела, Ким выхватил клинки.

Виктор всыпал в рану Лашана красноватый порошок, отчего кровь, толчками выходящая из плеча, зашипела. После этого маг зажал рану рукой, другой нашаривая в сумке нужную траву и бандаж.

Хаграл, окруженный несколькими орками, сделал длинный выпад и покончил с одним из них. Неожиданная боль в ноге заставила его упасть на колено: кто-то, неожиданно оказавшийся сзади, перерезал ему сухожилие. Крутанув мечом, Хаграл в ярости перерубил напавшему на него ногу, и захлеставшая кровь ослепила мечника. В последний момент, пытаясь выиграть время, Хаграл упал на землю и подкатился под ноги двоих орков, образовав кучу, в которой мечи и ятаганы стали бесполезны. Хаграл вслепую тыкал ножом в навалившиеся на него тела.

Еще два десятка орков выбежали на место схватки. Сагран получил скользящий удар ятаганом и на мгновение отскочил от своего противника, пытаясь перегруппироваться. Две стрелы из второй волны орков глубоко вошли в его грудь, и враг, с которым он только что сражался, сделал шаг вперед и замахнулся для последнего удара.

– Не-е-т! – закричал Виктор, завязывавший бинт на теле раненого. Отстранившись от тела, он протянул руку в отталкивающем жесте и выкрикнул два слова.

Орк нанес удар, глубоко разрубив плечо падающего рейнджера. Одновременно с этим кровь самого орка вскипела. Она разорвала его легкие, и красный фонтан вырвался из его рта, орошая все вокруг.

Виктор повалился рядом с Лашаном, потеряв ниточку, связывавшую его с реальностью.

Оставшиеся орки сначала остановились, не веря увиденному, а затем побежали. Как они умерли, не смог потом вспомнить никто в… Никто вообще не помнил ничего, что происходило в следующие минуты. Но когда отряд пришел в себя, трупы последних орков уже были изрублены на куски.


Маршал запада Тукан по прозвищу «Филин», седовласый воин, не имевший дворянства, но имевший память о десятках битв, в которых он руководил армией запада, и шрамы, обезобразившие его лицо, неспешно скакал вдоль колонны движущихся пехотинцев. Жеребец шел легкой рысью, маршал же думал о том, каким образом и откуда орки сумели собрать такую внушительную силу у стен крепости Аанек. В силу своей должности маршал постоянно следил за донесениями, содержащими сведения о миграциях орков вдоль западных границ, но последнее нападение переворачивало представления о возможностях орков. Не только из-за количества напавших, но прежде всего из-за той скрытности и скорости, с которыми они сумели осадить крепость. Единственный сокол, прилетевший из третьей крепости, нес сообщение примерно о шести тысячах орков, неожиданно осадивших ее стены, и о предположении, что эта цифра может оказаться не окончательной. Ввиду этого глубоко уважаемый маршалом баронет Владимир просил подкрепление.

Маршал, чутье которого не раз помогало удержать западные границы, решил вывести из города практически весь гарнизон, застоявшийся, как он считал, без дела. И сейчас он скакал мимо колонны, составлявшей более семи тысяч пехотинцев, к которым нужно было добавить еще почти тысячу легкой кавалерии и пять сотен тяжелых конных рыцарей. Закованных в латы рыцарей маршал взял скорее из необходимости размять их застоявшихся лошадей, чем из реальной веры в то, что они могут быть полезны на границе, сплошь заросшей лесами. В таких местах тяжелая кавалерия была легко уязвима. Значительно больше он полагался на возможности легкой кавалерии, которую называли «пешими кавалеристами» за их умение мгновенно спешиваться и организовывать глухую оборону, ощетинившись железом.

Заметив пыль от лошади вестового далеко впереди, Филин пришпорил коня. Свое прозвище, практически превратившееся в родовое имя, он получил за мудрость и необычайную зоркость, как считал он сам. И за любимую привычку неподвижно, лишь иногда поворачивая голову, сидеть часами на советах, как добавляли злые языки.

Вестовой вздыбил лошадь, заставив жеребца Тукана отшатнуться. Не заметив этого, юноша, явно младший отпрыск дворянского рода, начал докладывать:

– Мой командир, передовые отряды столкнулись с группой людей в миле отсюда. Похоже, это рейнджеры из третьей крепости, шедшие навстречу нам. Похоже, они пробирались всю ночь. Они все в крови, большая часть их ранены, и… – вестовой заколебался, не зная, как лучше выразить свою мысль, – и, похоже, все слегка невменяемы. Они несли на себе троих раненых и одного мертвого. Уже остывшее тело. Они ни с кем не хотят говорить, требуют немедленного разговора с вами и еще…

Вестовой сглотнул, пытаясь перебороть страх перед магом, который очень редко выходил из своей башни в Рамангаре, но сейчас скакал рядом с маршалом, что вносило сумятицу в умы младших офицеров, никогда не видевших возможностей магии, но боявшихся их.

– И еще они требуют к себе волшебника. Немедленно… – Последнее слово юноша произнес склонившись в поклоне, чтобы скрыть ужас, который выдавали его глаза.

Маг ухмыльнулся.

– «Немедленно» говоришь? Что ж, господин маршал… Не следует ли нам посмотреть на этих людей? Немедленно. – Улыбка мага стала еще шире.

Маршал пришпорил коня и перешел в галоп.


Они подскакали к восьмерым воинам, сидевшим вокруг костра. Окружавшие их легкие пехотинцы маршала встали, отдавая приветствие командиру, но недавно прибывшие бойцы продолжали сидеть, лишь невысокий юноша, еще совсем мальчик, встал и направился в сторону маршала.

Один из офицеров кинулся было призвать к порядку незнакомцев, но повелительный жест спешивающегося маршала остановил его.

– Пусть сидят. Им сейчас не до субординации.

Юноша прошел мимо маршала и схватился за поводья лошади мага.

– Уважаемый волшебник, вы должны посмотреть на нашего товарища. Он не приходит в сознание и едва дышит.

– Почему ты считаешь, что на него должен посмотреть я, а не лекари? – спросил Т'Асмерин, потомственный маг Рамангара.

– Потому что он тоже волшебник, вот почему. Он потерял сознание во время последнего заклинания вчера вечером. Просто упал и больше не шевелился. Лекари только разводят руками.

– Откуда взяться магу среди маленькой группы рейнджеров?

– Ну, он не совсем маг, он ученик мага. Ученик волшебника З'Вентуса из Прокриона. А мы не рейнджеры, мы специальный отряд принца Грегора, – ответил Ким, махнув рукой в сторону своих товарищей. – Так вы посмотрите?

– Конечно, юноша, я посмотрю.

Маг направился в сторону развернутой палатки лекарей.

– Странные дела творятся. С каких это пор ученики магов бегают по лесам, без армии и без учителя, – бормотал на ходу волшебник. – Я так и знал, что З'Вентус когда-нибудь свихнется после одного из своих экспериментов.

– Прошу меня простить. – Ким развернулся в сторону терпеливо молчавшего маршала. – Мы шли вам навстречу с сообщением из третьей крепости. Командир гарнизона передает, что почти десять тысяч орков осаждают его крепость и, несмотря на подкрепление, прибывшее из Азгара, каждый день на счету. Он не уверен, что крепость выстоит хотя бы сегодняшний день, маршал. – Ким поклонился.

Маршал кивнул, положил руку на плечо юноши и сказал:

– Я скорблю вместе с тобой о твоих товарищах. Ты будешь хорошим воином, и твоя скорбь сделает тебя сильнее.

Развернувшись к офицерам, он произнес:

– Вестовых ко мне. Пора показать оркам нашу силу.


К сидящему рядом с Виктором волшебнику подошел Мугра.

Маг положил руку на лоб ученика и взглянул на присевшего рядом воина.

– Он плох. Я помог ему, чем смог, но сейчас его судьба в руках богов, а не моих. По вашим описаниям, он выбросил заклинание, на которое у него не было ни энергии, ни знаний. Я вообще плохо представляю, как такое возможно – зажечь кровь в живом теле. Я бы очень хотел поговорить с ним об этом. Мне такие заклинания недоступны.

– Что может ему помочь?

– Сейчас ему может помочь только Локо, и никто больше. Маг, находящийся в состоянии сильного потрясения или ярости, может разбить все барьеры, ограничивающие его, и произнести заклинание, недоступное ему в нормальном состоянии. После этого он умирает, почти всегда. Известны лишь несколько случаев, когда маги сумели выжить после такого. Если он выживет, то либо потеряет свою силу, либо она значительно увеличится. Но повлиять на исход мы не способны. Он все еще может умереть.

– Он не умрет, – тихо, но уверенно произнес Мугра.

– Я буду молиться об этом. – Маг кивнул. – Идете ли вы с нами обратно на запад?

– Нет, мы останемся. Мы будем хоронить друга. Как только прибудет монах.

Первый осенний лист, неслышно планируя, упал на землю.

Заря освещала осенний лес, превращая его в сказочный мир эльфов.

Заря освещала погребальный костер, на котором неподвижно покоилось тело воина.

Заря освещала орду орков, идущих в наступление на стены.

Вожди решили взять крепость сегодня, бросив на нее все силы. Они не могли больше стоять у стен и одновременно сдерживать постоянные нападения на юге. Пришло время решающего удара.

Даниэль положил на тело воина лук, молча поклонился мертвому и отошел в сторону.

Волна орков нахлынула на крепость.

Мугра разжал непослушные пальцы и положил в ладонь мертвеца медную монетку. С усилием закрыв ладонь рейнджера в кулак, он сжал его в своей руке.

– Пусть Лодочник не заставляет тебя ждать, друг. Пусть лодка плывет плавно и быстро. Пусть на том берегу тебя встретит сам Нес'Ариан и склонится перед настоящим воином.

Орки бежали от стен, встретив неожиданно яростное сопротивление защитников, усиленное прибывшим подкреплением.

Хаграл, сидевший в двадцати шагах от костра, приподнялся, стараясь не задевать поврежденную ногу, и встал на одно колено. Вытащив из ножен меч, он вонзил его в землю перед собой, склонив голову.

Генерал крепости Азгар закричал, бросая тысячи мечей с юга вперед, на оборонительный строй врага.

На другом краю поляны Аль'Шаур преклонил колено, и в землю вонзились спаренные мечи.

Подъемный мост крепости упал, открывая дорогу набиравшим скорость тяжелым конникам.

Молот Шатуна лег на землю перед склонившимся Грегом.

Тяжелые рыцари врезались в отступающих орков, снося все на своем пути.

Гедон преклонил колено, разделил свои мечи и вбил их в землю, склонив голову.

Тысячи пехотинцев, обгоняемых легкой кавалерией, выливались из северных и южных проходов, растекаясь вокруг крепости.

Рем ударил мечом, загоняя его в землю.

Орки бежали по осеннему лесу и падали от догоняющих их стрел.

Стоя на одном колене, Ким наклонился вперед, и его клинки вгрызлись в землю. Даниэль положил лук перед собой, накрыв его стрелой из колчана.

Потомственный маг Т'Асмерин выкрикивал заклинание, стоя на башне рядом со своим собратом по ремеслу.

Секира Брентона прочертила молнию в воздухе и вонзилась в землю, разметав яркие осенние листья. Рядом с ней вертикально встала катана Мугры.

Монах склонил голову и запел погребальную молитву.

Солнце поднялось из-за деревьев, освещая окружавшее погребальный костер кольцо воинов, преклонивших колени. Костер вспыхнул, мгновенно взметнув языки пламени высоко в небо и опалив жаром круг склонившихся воинов.

Солнце поднялось из-за деревьев, освещая шаманов, валившихся на землю один за другим, сраженных неожиданной атакой из крепости.

Виктор судорожно вздохнул, открыл глаза и повернул голову, встретившись с взглядом Лашана, лежащего рядом.

– Добро пожаловать обратно, друг, – раздался хриплый шепот мечника.


Маршал запада поднялся в верхний зал цитадели и оттуда руководил событиями.

Позади крепости, за восточной стеной, загорались погребальные костры, сжигая тела павших в битве воинов. Больше четырех сотен погибло за один день, но это было ничто по сравнению с потерями орков.

По самым приблизительным оценкам, отступая, те потеряли не менее семи тысяч клинков, а также всех шаманов. Это было крупнейшее поражение орков, которое маршал видел за всю свою карьеру.

Костров на западе крепости, сжигающих трупы орков, было значительно больше.

– К вечеру завтрашнего дня мне нужно знать точное количество собранного железа. – Филин инструктировал одного из своих офицеров. – Все ятаганы, щиты и прочий железный хлам орков сложить и приготовить для отправки в Рамангар. Я отправлю караваны с усиленной охраной из Рамангара, как только смогу. Они должны вернуться до первого снега. Это железо понравится гильдии кузнецов. Они сделают нам за него много мечей. Сколько людей преследуют орков в лесах? – спросил маршал другого офицера.

– Полторы тысячи, мой маршал.

– Передать общий приказ: продолжить преследование до вечера, после этого возвращаться. Преследовать орков в лесу – не лучшее занятие для королевской пехоты. Как только орки опомнятся, они вырежут наши отряды. Отправьте нескольких конных вестовых. До вечера они должны встретить и вернуть все слишком увлекшиеся погоней отряды.

– Да, мой командир.

– Генерал! – Маршал обернулся к начальнику гарнизона. – Отправились ли лекари к западным воротам?

– Да, мой командир. Несколько лекарей начали засыпать ров своими порошками. Надеюсь, мы сумеем избежать мора из-за такого количества трупов, неделями гниющих на солнце.

– Мой командир! – Вошел один из офицеров, оставив дверь за собой распахнутой. – Мой командир, прибыла команда принца.

– Да, хорошо, запусти их всех. – Маршал вновь повернулся к генералу и продолжил: – Сколько каменщиков тебе прислать для восстановления стен?

– Нескольких хватит, мой командир. Пока лежит снег, они успеют сделать свою работу. Я также хотел бы попросить прислать мастеров по катапультам и баллистам. Некоторые из них повреждены вражеским огнем и шаманами.

– Да, конечно. До моего отбытия подготовьте полный список необходимого крепости. Я сделаю все, что будет в моих силах.

– Благодарю вас, маршал.

Генерал с легким поклоном отошел в сторону. Маршал развернулся к вошедшим воинам.

– То, что я слышал о ваших подвигах на западе, повергает меня в изумление, – произнес маршал. – Лично убить четырех шаманов, уничтожить двести орков в одном бою – не каждый способен на такое. Сделать все это и выжить – это делает вас персонажами легенд, которые будут рассказывать воины долгими зимними вечерами в каждой крепости вдоль границы. И поднимать кружки в вашу честь. Но вернемся к делам. Я получил сообщение с востока. Принц Грегор сел на престол Рамангара, и отныне он будет управлять всеми западными провинциями королевства. В своем послании мне он упомянул вас. В нем сказано, что если ваша команда появится у меня на виду, то я должен немедленно отправить вас в Рамангар. Возьмите лошадей и отправляйтесь прямо с утра. Не будем заставлять принца ждать. Мы еще не раз встретимся с вами в Рамангаре. А теперь отдыхайте, отдых вам необходим. Не думаю, что принц вызывает вас только для разговора.

Часть третья
Политика Короны

Осенью Лес Чар был великолепен. Принц Денис не спеша пробирался по нему, где только можно пиная сапогом опавшую сухую листву.

Прямо как мальчишка, подумал Ка'Гордон. Хотя почему «как»? Он и есть мальчишка. Мальчишка, на которого судьба навалила заботы, с коими справится не всякий взрослый.

Они шли к тому памятному месту, где впервые встретились с представителями народа леса. Сначала принц хотел идти один, но Ка'Гордон увязался следом, буквально вымолив у принца разрешение сопровождать его. Прелат не мог позволить себе пропустить встречу с народом леса. За прошедшее с предыдущего посещения Леса Чар время он написал целый трактат, в корне меняющий представление ученых мужей ордена о жителях леса и их возможностях. Одно то, что они владели языком людей, ранее неоднократно подвергалось сомнению. Так что сочинение Ка'Гордона моментально получило статус «важнейшего» внутри ордена, и сейчас десятки писцов аккуратно его переписывали, отсылая копии во все библиотеки ордена, разбросанные по стране. Сохранение знаний любой ценой – это правило неукоснительно выполнялось орденом.

– Не забудьте поинтересоваться у них, знают ли они что-нибудь о местоположении эльфов. – Ка'Гордон вновь начал инструктировать принца. Если в первый раз орден был совершенно не готов к встрече с хозяевами Леса Чар, то сейчас Ка'Гордон, похоже, впадал в другую крайность. – Если у них есть подобные сведения, то они очень бы нам помогли, вы понимаете. Это великий народ, обладающий огромным запасом знаний. Надо смотреть в будущее, принц.

– Вот сами и спросите, прелат, – рассеянно произнес принц.

– Но вы же помните, Денис, – в прошлый раз только вы говорили с ними. Мне показалось даже, что у вас с ними наладился некий контакт, которым необходимо воспользоваться. И еще, принц, обязательно намекните им, что нам были бы очень полезны сведения о том, как можно управлять ростом деревьев.

Они уже выходили на поляну, заросшую молодыми, посаженными ранним летом деревьями, и прелат поторопился добавить:

– Принц, вам надо еще обязательно договориться с ними о посещении делегацией уважаемых представителей нашего ордена их леса для…

– Не увлекайтесь, прелат. – Денис все так же рассеянно оборвал Ка'Гордона. – Нам бы договориться хотя бы о том, ради чего мы пришли. Я больше думаю, как бы нас не выперли из леса сразу после того, как только мы заговорим на подобные темы.


– Мне нужны деньги. Много денег. – Принц Грегор сидел во главе стола в окружении советников и высших чинов Рамангара.

– Ваше высочество, мне казалось, что текущих поступлений вполне достаточно на обеспечение всех нужд короны. Как военных, так и всех остальных. Конечно, сейчас трудные времена, пограничные бароны практически освобождены от вассальной повинности, но…

Грегор не дал казначею закончить.

– Мне нужны деньги на дополнительные расходы. Как можно больше.

– Осмелюсь поинтересоваться, ваше высочество, какие дополнительные расходы предполагаются? Я как старший казначей Рамангара и помощник казначея короля совершенно не осведомлен ни о каких грядущих тратах. О какой сумме вообще идет речь?

– О самой большой, которую вы сможете собрать. Я не готов сейчас обсуждать детали.

Казначей начал медленно багроветь: принц, не успев сесть на трон Рамангара, уже начал влезать в то, что он считал исконно своей вотчиной, не допуская в нее никого.

– Пожалуйста, уважаемый Эрегон, успокойтесь. Я очень ценю вашу службу на благо короны и вашу компетентность в данных вопросах. – Принц как будто прочитал мысли казначея, собиравшегося высказаться в духе «я готов подать в отставку, если корона не считает меня достойным…» – Скажем так: обстоятельства и требования короны таковы, что до конца предстоящей зимы мне необходимы крупные средства на одно новое предприятие. Давайте посмотрим, на чем мы можем сэкономить и где можно добыть дополнительные средства.

– Да, конечно, ваше высочество, я подготовлю детальный доклад обо всех доходах и расходах, которые мне подотчетны. – Казначей сделал еще одну попытку отложить неожиданно возникшую тему и получить время подготовиться. Как опытный счетовод, он не любил высказываться без подготовки и всех цифр на руках.

– Конечно, Эрегон, конечно. Но сейчас мне хотелось бы оценить общую картину и наметить план необходимых мероприятий, так сказать. – Грегор легко обошел казначея в его жалкой попытке увильнуть от темы, демонстрируя неожиданную для его возраста подкованность в придворных речах.

– Наши основные поступления, безусловно, идут от баронов. – Казначей сдался. – Каждый барон в соответствии с размерами его вотчины, ее месторасположения и других факторов ежегодно приносит в казну определенную сумму. Золотом, разумеется, хотя некоторые бароны поставляют фураж нашим войскам, что может уменьшить их выплаты в деньгах. Но, – казначей повысил голос, сразу отметая возможные обвинения в мздоимстве, – только с разрешения короны. Мы не можем потребовать от баронов разом увеличить эти выплаты. Насколько я понимаю в таких вещах, бароны либо взбунтуются, либо начнут повышать оброк с крестьян и торговцев. Что опять же может привести к бунту. Вассальная преданность имеет свои границы, знаете ли.

– Преданность не может иметь границ, уважаемый казначей, – она либо есть, либо ее нет. Но это не относится к нашей теме. Пожалуйста, прошу вас, продолжайте.

Казначей вновь начал багроветь, но неожиданно понял, что с принцем придется считаться. Как ни хорошо и спокойно ему жилось до его появления, но теперь такая жизнь подходила к концу.

– Либо, что может оказаться еще страшнее, крестьяне начнут мигрировать на восток, на территории более лояльных к своим подданным баронов. Так или иначе, мы не получим реального увеличения поступлений в казну, только больше проблем.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22

сообщить о нарушении