Эдуард Яров.

Рождение легенды



скачать книгу бесплатно

– Страх не так велик, когда видишь своими глазами то, чего боишься, – повернувшись, сказал старик.

Что за ерунда? Пытаясь что-нибудь ответить, Кролик разжал зубы, но они так застучали, что он тотчас закрыл рот и просто кивнул в ответ.

– Хитрый лис нарочно распугал всех зверей с холма, чтобы пришлые хищники остались без добычи в лесу, где привык охотиться он сам.

Помолчав, старик неторопливо слез с камня и, опираясь на свой посох, заковылял обратно к расщелине. Зайчонок, изо всех сил стараясь унять дрожь, двинулся следом. Старец поворошил пучки трав, развешанные на верёвках, протянутых между валунами, и продолжил:

– Давай-ка, займёмся приготовлением снадобий. Травы высохли, а сегодня к нам всё равно уже никто не придёт…

Старик и в этот раз оказался прав. Больше в этот день на Заячье Всхолмье никто из зверей не показывался, все были напуганы хищниками. Кролик помогал старому зайцу толочь сушёные травы, но дрожь в руках у него так и не кончалась. Пребывание у Старца оказалась гораздо страшнее, чем он предполагал.

«Что же делать? Оставаться страшно, уходить стыдно…» Только к вечеру зайчонок наконец набрался храбрости, чтобы как можно невозмутимее произнести:

– Я пойду… погулять.

Старый Заяц, сидевший у костра, по своему обыкновению некоторое время помолчал.

– Должен признаться, – сказал он, не оборачиваясь, – что подлинная мудрость пришла ко мне только тогда, когда я уже не мог быстро бегать. Потому что только тогда, поневоле, я и начал по-настоящему думать.

Совсем сбитый с толку Кролик не нашёлся, что ответить.

– Прощай, сынок. – Старик так и не обернулся. – Возвращайся, когда будешь готов.

Кролику стало так стыдно, что из глаз брызнули слёзы, но он ничего не мог с собой поделать. Ноги сами понесли его прочь от Заячьего Всхолмья. Внизу, снова натолкнувшись на следы Рыжего Лиса, Кролик вдруг вспомнил, что уже однажды видел его хищный оскал и большой хвост. В ту самую злополучную ночь, при свете полной луны. Тогда лис тоже улыбался…


Глава 2. Обманутые надежды


Трусишка боязливо выглянул из кустов и посмотрел туда, куда ему указывал Длинноног. Лес отсюда не виден, но они почти дошли. Осталось только пересечь поле…

Длинноног, осторожно высунувшись из зарослей, внимательно осматривался. Трусишка терпеливо ждал своего друга: он старше, и с ним не так страшно. Затевать такое дальнее путешествие в одиночку зайчонок Трусишка ни за что не осмелился бы.

Наконец, Длинноног удобнее пристроил за плечом свою котомку и, сделав перед собой пару резких взмахов палкой, сказал:

– Идём. Если что случится – бежим зигзагами в разные стороны.

Трусишка кивнул, пытаясь унять мелкую дрожь, и зайчата вышли в открытое поле. Кружившие в небе два коршуна сразу же радостно заклекотали и начали снижаться. Трусишку основательно струхнул и, выронив палку, повалился в траву. Однако Длинноног не потерял присутствия духа и угрожающе помахал своим оружием над головой.

Разочарованные тем, что лёгкой добычи не будет, хищные птицы поднялись на прежнюю высоту, но кружить над зайчатами не перестали.

Трусишка подобрал свою палку и заторопился за товарищем.

Зайчата шли споро, но переход был длинный. Солнце нещадно припекало, и вскоре на открытом поле стало жарко. Длинноног держал палку наготове и время от времени помахивал ею. Идти, постоянно оглядываясь вверх, было чрезвычайно утомительно, вскоре у Трусишки затекла шея и перед глазами поплыли цветные круги от солнца.

Наконец, впереди затемнела полоска деревьев, показывающая на края поля, и зайчата, побросав палки, помчались изо всех, выделывая зигзаги.

Длинноног бегал быстрее, но Трусишка видел, что сейчас тот сдерживался, чтобы не оставлять его на поле одного. Он уже совсем выбился из сил, когда зайчата наконец влетели в спасительный подлесок. Длинноног, тяжело дыша, начал осматриваться по сторонам, а Трусишка ничком повалился на землю.

– Добрались! – шептал он, ещё даже сам не веря. – Добрались!..

Молва про этот вожделенный лес, где нет хищников, ходила среди зайцев давно. Но не многие набирались смелости отправиться в столь дальний путь, полный опасностей. Трусишка же после гибели родителей от рук хищников панически забоялся жить в родном лесу и от безысходности поддался на уговоры знакомого зайчонка, Длиннонога…

– Ещё одну такую пробежку я не переживу, – чуть отдышавшись, еле просипел Трусишка и постарался улыбнуться.

– Вся заячья жизнь – одна сплошная пробежка, – улыбнулся в ответ Длинноног. – Нужно идти к Большому Дубу, там узнаем все новости.

Трусишка не переставал удивляться тому, сколько сведений смог собрать Длинноног о чужом лесе из всяких слухов и домыслов. Трусишка поднялся, ноги всё ещё дрожали после сильного спурта.

Спросив дорогу у местного зяблика, друзья направились в указанную сторону. Теперь идти было гораздо веселее. Длинноног болтал без умолку, сбивая палкой листья с кустов. Про этот лес он, казалось, знал всё! Раньше здесь обитал знаменитый Ужасный Лис со своим Братством. Этот лис был настолько хитёр и умён, что под его началом ходили не только лисы и шакалы, но даже волки и медведи! Его Братство истребило всю мелкую живность в лесу и начало промышлять по соседним лесам, наводя ужас на всю округу.

Трусишка, тревожно оглядываясь, поёжился. Хотя Ужасный Лис и скончался ещё прошлым летом, слушать про него всё равно было ой как страшно. Вот после смерти лиса и не осталось в этом лесу ни одного хищника, потому как всё его Братство разбежалось.

Изредка осведомляясь у пернатых, правильной ли дорогой они идут к Большому Дубу, Трусишка и Длинноног неспешно продвигались всё глубже в Ужаснолесье. Во время путешествия они привыкли даже обедать на ходу. Но усталость начала брать своё, и, едва завечерело, друзья, по привычке тщательно запутав следы, устроились на ночлег в зарослях ореха.

Проснувшись утром, Трусишка подумал, что ему давно не спалось так хорошо и спокойно. Длинноног уже расспрашивал соловья, долго ли им ещё добираться до Большого Дуба.

– Вы не местные? – Птица оглядела зайчат – те закивали. – Вам нужно пройти вдоль этой гряды по кабаньей тропе, перейти вброд Бурливую Реку у водопоя и подняться выше по течению по той же тропе. У Большого Дуба живёт ворона Карр-Кар, у неё можно узнать все самые последние новости.

– А хищники в лесу есть? – спросил Длинноног.

– Поговаривали, что у Вязовой Опушки видели енотовидных собак. Но точнее вам расскажет только Карр-Кар.

Зайчата растерянно поблагодарили соловья и, наскоро перекусив листьями орехового дерева, тронулись в путь. Длинноног по дороге долгое время молчал, нахмурившись, а Трусишка даже и не знал, что думать. Как же так – в лесу без хищников есть хищники?!

– Похоже, всё это были обычные птичьи вести, – наконец сказал Длинноног.

– Но почему?!

– Если мы смогли добраться до этого леса, то и хищники запросто могли заявиться сюда. Нетрудно догадаться, если пораскинуть мозгами…

Трусишка сник. Вскоре они вышли к протоптанной тропе и двинулись по ней. Местность понижалась, подлесок становился всё гуще – тропа вела к реке, к месту водопоя и брода. Впереди послушался шум, и Трусишка сначала испугался, но видя, что Длинноног спокоен, и сам расслышал, что это топот копыт, а не ног хищников. Когда шум стал ближе зайчата ушли в сторону, чтобы пропустить небольшое стадо кабанов.

Широко ступая, возглавлял шествие огромный секач, за ним уже вразброс весёлой толпой шли кабаны поменьше, кабанихи и семенили, повизгивая, полосатые поросята. Трусишка с завистью посмотрел вслед шумному стаду. «Держатся вместе и никого не боятся, – подумал он. – Почему мы, зайцы, так не можем?»

Зайчата вернулись на тропу и зашагали дальше. Потянуло свежестью, и впереди в проёме, образованном зарослями возле тропы, показалась река.

Трусишка вслед за Длинноногом втянул ноздрями воздух. Водопой – опасное место, и те же самые собаки, о которых говорил соловей, могли устроить здесь засаду. Но ветер, дующий в их сторону, не приносил с противоположного берега никаких подозрительных запахов. Наказав ждать, Длинноног попрыгал по каменистому берегу вперёд. Переправляться нужно по одному.

Трусишка, сжавшись от страха, спрятался обратно в прибрежных зарослях. Оттуда он наблюдал, как Длинноног перепрыгивал с валуна на валун, в множестве разбросанных по мелководью, и добрался до середины реки, почти не промочив ног. Но далее большие камни кончились, и зайчонок, подняв котомку повыше, залез в воду, доходившей ему до пояса. Длинноног быстро добрался до другого берега и, отряхнувшись, махнул рукой, давая знак.

Трусишка вздохнул и выбежал из прибрежных зарослей. Он хотел перейти реку так же проворно и ловко, как его друг, однако уже на втором камне поскользнулся и свалился в воду, сразу вымокнув. Пришлось весь брод идти по воде.

Зайчатам не терпелось скорее дойти и, быстро утолив жажду и даже толком не обсохнув, они скорее двинулись дальше. Сначала тропа была широкая и вела прочь от места водопоя, а после развилки, на которой зайчата повернули вправо, начала ссужаться и запетляла по чаще леса в сторону верховья реки.

Вдруг из густых зарослей на тропинку нос к носу выскочил местный зайчонок.

– Привет! – сразу окликнул его Длинноног.

– П-привет, – запыхавшийся незнакомец даже растерялся от неожиданности.

– Мы идём к Большому Дубу…

– Что вы! – замахал руками зайчонок, – Со стороны Речной Долины сюда идёт целая шайка енотовидных собак! Поворачивайте обратно!

У Трусишки перехватило дыхание от такого известия и захотелось плакать. В этом лесу не должно быть хищников…

– Мы не местные – не знаем, куда бежать…

– Только к Бурливой Реке. Встретимся у брода! – И зайчонок скрылся в зарослях так же быстро, как и появился.

У Трусишки всё похолодело внутри. По одной из заячьих заповедей при опасности следовало разбегаться в разные стороны, чтобы запутать хищников, а он до смерти не любил оставаться один! Длинноног ему что-то говорил, но Трусишка от страха ничего не мог понять. Когда товарищ подтолкнул его, показывая, куда бежать, Трусишка понёсся во весь дух сквозь кусты и заросли. Кто это только придумал, уходить от опасности врозь?! Те же кабаны, к примеру, улепётывают все вместе…

Изредка он выделывал петли, чтобы запутать следы, и бежал дальше. Местность опускалась всё ниже и ниже, а подлесок сгущался, грозя превратиться в совсем непроходимые заросли. Чтобы выйти к месту брода, Трусишка старался забирать левее, поскольку бежал вниз по течению реки. Наконец он вышел к Бурливой Реке, которая в этом месте полностью оправдывала своё название.

Мгновение Трусишка раздумывал, в какой же стороне находится брод: выше или ниже по течению? Рассудив, что раз хищники идут с верховья, то возвращаться обратно опаснее, зайчонок побежал дальше вдоль реки по течению. Земля всё больше заболачивалась, постепенно все деревья сошли на нет, и остались одни заросли ракитника. А когда кончились кусты, и открылся вид на окружающую местность, Трусишка понял, что оказался в ловушке.

Здесь Бурливая Река впадала в другую, широкую и полноводную реку, образуя длинный и узкий язык. И дорога отсюда была только одна – обратно. Судорожно пытаясь что-либо сообразить, Трусишка заметался по осоке. Бежать к броду или затаиться здесь, хоть он и наветренной стороне у хищников?

Решив остаться, зайчонок спрятался в кустах ракитника, но страх не давал ему покоя и всё глубже проникал в душу. Не выдержав, Трусишка кинулся бежать обратно вдоль Бурливой Реки.

Чахлые деревца снова сменились густым лесом, но он даже не представлял себе, сколько ему ещё добираться до брода. Только бы успеть! Из зарослей ему навстречу вдруг выскочил запыхавшийся Длинноног. Трусишка ещё никогда не видел своего друга таким напуганным.

– Ты почему не у брода?! – надсадно зашептал он.

– А ты? – растерянно пробормотал Трусишка, не найдя, что ответить.

– Я нарвался прямо на собак. Они отрезали меня от брода и погнали сюда.

Трусишка застыл от страха, но Длинноног, не дожидаясь ответа, быстро схватил его в охапку и потащил за собой обратно к месту слияния рек. Зайчонок хотел сказать, что туда нельзя, но от испуга не мог вымолвить ни слова.

Внезапно где-то сзади раздался чей-то хриплый голос:

– Зайчонок где-то здесь, я чую его запах!

Длинноног тотчас повалился на землю. Трусишка, прежде, чем упасть, успел рассмотреть над зарослями силуэт собаки на стволе старой поваленной ивы, зацепившейся ветками за стоящие рядом деревья и оставшейся так висеть.

В голове пульсировала только одна мысль – бежать! Вот только куда?! С трёх сторон – вода, а с четвёртой – хищники…

– Я нашёл следы ещё одного зайчонка! – послышался откуда-то издалека хриплый голос другого хищника. – Их здесь двое! Окружай их, ребята, из этого мешка они уже не выберутся!

Кругом обложили! Прижимаясь к земле, зайчата бросились прочь от хищников. Плутая в густых зарослях, они бежали до тех пор, пока не повалились без сил под последним кустом ракитника. Трусишка даже не предполагал, что успел настолько далеко уйти от окончания языка.

– Там… некуда бежать… там река… – тяжело дыша, просипел он.

– Я уже догадался из разговоров собак, – устало ответил Длинноног. – Если бы только мы умели плавать, как бобры…

– Что же делать?! – еле слышно прошептал Трусишка, беспрестанно оглядываясь и прядая ушами.

Треск ломающихся веток под ногами хищников становился всё ближе. Длинноног, поправляя мешок, оглядел берег.

– Попробуем спрятаться там, – и он побежал к большой груде поваленных деревьев, выброшенных рекой на небольшой мысок во время весеннего половодья.

Более мелкий Трусишка с разбега пролез между брёвнами, Длинноног же замешкался, зацепившись котомкой за ветку.

– Вот они! Держите их, ребята!

От громкого окрика хищников, раздавшегося совсем рядом, Трусишка совсем потерял голову… Он продирался сквозь сучья, ветки, деревья, оставляя на них клочья шерсти. Собаки пытались поймать его в этом буреломе, просовывая когтистые руки в оставшиеся просветы, но зайчонок неимоверными усилиями вырывался и увёртывался.

От страха и усталости перед глазами совсем помутилось. Когти царапали чаще, клацанье зубов становилось сильнее, крики преследователей громче. Конец неумолимо приближался.

Один из псов сумел ухватить его за ногу и издал торжествующий вопль. Трусишка истошно завизжал и, схватившись за ближний сук, что есть силы лягнул другой ногой по рукам хищника. Ему удалось вырваться, но бревно, за ветвь которого он отчаянно держался, вдруг сдвинулось, и зайчонок почувствовал, что полетел куда-то в тартарары вместе с бревном…

Сил бояться уже не осталось, и Трусишка падал почти с облегчением. Он не сразу понял, что свалился в реку, пока вода не накрыла его с головой. Он чуть не захлебнулся, но дерево, за которое он намертво вцепился и не смог бы отпустить, если бы даже захотел, вынырнуло вместе с ним на поверхность.

Глотая воздуха ртом и кашляя, он увидел, что его уже унесло течением на порядочное расстояние от берега, где по поваленным деревьям прыгали и злобно орали собаки. Оглядевшись, Трусишка обнаружил рядом с собой Длиннонога, державшегося за соседнюю ветку.

– Это ты… хорошо придумал… с бревном – отфыркиваясь, сказал он.

«Само так вышло», – хотел сказать Трусишка, но открыв рот, нечаянно хлебнул воды и только закашлялся.

Из стремнины зайчат вместе со спасительным бревном вынесло на середину реки, где более спокойное течение повлекло их дальше. Собаки некоторое время бежали за ними по берегу, но путь им преградил приток, и они с криками, которые Трусишка не смог разобрать, скрылись в прибрежных зарослях. Кроме одного слова…

– Куда они побежали? – Трусишка изо всех надеялся, что ему послышалось.

– К броду, – ответил Длинноног. – Наверное, выше по течению и с этой стороны есть брод. Нужно пристать к левому берегу!

Но, похоже, собаки знали, что делали. Зайчата пробовали грести, но толку от этого не было никакого, течением их медленно, но верно сносило именно к правому берегу. Наверное, лесов без хищников вообще не бывает. И как столь очевидная мысль не пришла им в голову раньше!

Река степенно несла свои воды вместе с подневольными путешественниками. Правый берег медленно приближался, и Трусишка, плывший к нему спиной, беспокойно посматривал назад, но собак ещё не было видно. Зато над кронами деревьев показалось нечто огромное и чёрное.

– Крепость Ужасного Лиса… – выдохнул Длинноног.

Трусишка сглотнул. Прибрежные ивы и тополи наконец расступились, открывая взору высокий холм, каменистый склон которого был покрыт кустарниками и чахлыми деревцами. На самой вершине возвышалось большое деревянное строение, окружённое высоким частоколом. Брёвна со временем почернели, придавая Крепости ужасающий вид. Трусишка почувствовал, что снова начинает дрожать.

Течение, спасшее зайчат от своры собак, теперь несло их прямо к подножию холма. Конечно, сейчас там никакого Ужасного Лиса нет, однако на душе от этого легче не становилось. Зайчата снова попытались грести, но справиться с течением им было не под силу.

Бревно сплавлялось всё ближе и ближе к берегу, пока не застряло в зарослях прибрежного камыша. Зайчата спрыгнули в воду и принялись толкать бревно, чтобы плыть дальше. Однако оно крепко зацепилось торчащими сучьями за илистое дно и не сдвинулось даже ни на йоту.

Спугнув несколько крякв, зайчата выбрались на берег, прямо под Крепостью и, как обычно разделившись, чтобы лучше запутать следы, двинулись вдоль берега вниз по течению. Чем дальше они шли, тем круче становился холм, а береговая полоса сужалась. Вскоре, оба зайчонка топали уже совсем рядом – никто не рискнул приблизиться к страшному строению даже на шаг.

Заросли камыша и осоки становились всё гуще. Под ногами начала хлюпать вода, и через полсотни шагов берег окончательно превратился в непроходимую топь, а склон зловещего холма стал почти совершенно отвесным. Дальше никак нельзя было пройти. Зайчата попробовали идти через болото, но на втором же шаге Длинноног чуть ли не с головой провалился в трясину, и Трусишка еле вытащил его обратно. Вымазавшись в грязи с головы до пят, зайчата, тяжело дыша, отползли к узкому языку земли у стоявшего стеной холма.

– Может, нас не найдут здесь? – решился спросить Трусишка.

– Мы слишком наследили, – покачал головой Длинноног.

Оглядевшись, Трусишка увидел две отчётливые цепочки отпечатков ног на болотистой почве. По таким следам их здесь нашёл бы даже слепой хищник с насморком.

– Надо идти, – Длинноног поднялся.

– Но куда?!

– Вверх. Авось успеем проскочить.

Зайчата как сумасшедшие побежали по берегу в обратном направлении. Трусишка еле поспевал за своим другом. Он несколько раз падал, грязь лезла в рот, глаза и уши, но некогда было даже отряхнуться. Как только берег расширился, зайчата вновь разошлись. Впереди послышалось тявканье. Трусишка похолодел – не успели!

Зайчата повернули так, чтобы проскользнуть между Крепостью и преследователями. Трусишка совсем уже выдохся и сильно отстал от Длиннонога. Где-то совсем рядом раздавались крики хищников. Трусишке приходилось забирать всё правее и правее, и вскоре он уже из последних сил карабкался по холму вверх.

Весь склон был усеян костями животных, которые вместе с камнями осыпались под ногами, затрудняя восхождение. Пот градом лился с зайчонка. Костей становилось всё больше, и он запоздало понял, что это остатки от обедов Ужасного Лиса и его Братства. К горлу подкатил комок, и Трусишка схватился за ближний валун, но тот вдруг сорвался вниз и вызвал оползень. Зайчонок покатился вниз и, ударившись о ствол раскидистого кустарника, внезапно провалился в какую-то яму.

Потирая ушибленные бока, он с трудом поднялся и понял, что это не просто яма, а обширная пещера, ведущая вглубь холма. Света через полузаваленный вход проникало мало, и здесь царил почти полный мрак. Трусишке даже показалось, что в глубине туннеля, кто-то есть… А что если подземелье ведёт прямо к Крепости?!

Он немедленно выскочил бы вон, но снаружи послышались голоса хищников. Трусишка затаился.

– Пока начинайте свежевать этого… – прозвучал довольный голос.

Говорили что-то ещё, но Трусишка уже не мог ничего расслышать. Длиннонога поймали! Трусишка горько и беззвучно зарыдал. Он лишился своего единственного друга…

– Сейчас найдём! – раздался громкий и уверенный голос другого хищника. – Он не мог далеко уйти…

Трусишка невольно шмыгнул носом и замер. Теперь хищники искали его, Трусишку! Бежать можно было только дальше в пещеру. Трусишка вытер слёзы и со страхом всмотрелся в темноту – идти туда не хотелось. Кто знает, какие чудовища могут здесь водиться? От внезапно вспыхнувших в глубине пещеры глаз зайчонок просел… Крик застрял где-то в горле, и наружу вышел лишь еле слышный сип.

Трусишка не мог ни пошевелиться, ни о чём-либо думать, а только неотрывно смотрел на приближающиеся в темноте глаза…

Он не сразу понял, что ему что-то говорят, потому как с огромным облегчением наконец рассмотрел того, кто вылез из тьмы. Это был всего лишь ёж! Он устало снял с плеча котомку и, положив свой узловатый посох на землю, присел рядышком.

У Трусишки даже выступили слёзы на глазах. Он хотел сказать, что снаружи его ищут хищники, но всего лишь беззвучно открывал и закрывал рот. Ёж приложил палец к губам, призывая к молчанию, и Трусишка, прислушавшись, понял, что наверху происходило что-то совсем неожиданное.

– Кто поймал – того и добыча! – надрывались собаки, явно с кем-то споря.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

Поделиться ссылкой на выделенное