Эшли Дьюал.

Одинокие души



скачать книгу бесплатно

– Перестань. Похоже, им всё равно, есть мы или нет. Этих подростков занимают совсем другие мысли.

– Ты не понимаешь. Ты ничего не понимаешь!

– Господи, Лёш, что за паника? – Я хмурюсь. – Всё идет гладко, перестань меня пугать.

– Мы должны найти Карину и как можно скорее убраться отсюда!

– Я и так этим занимаюсь, если ты не заметил.

– Лия, просто…

– Хватит! – с недоумением гляжу на друга. – Если тебе страшно, жди меня в машине. Я найду сестру и приду к тебе.

– Ты даже не пытаешься меня услышать!

Восклицание Лёши тонет в новой порции криков. Люди двигаются за Шрамом, и я вскидываю брови. Что заставляет их прислуживать этому человеку? Почему подростки – неуправляемые свободолюбивые эгоисты слушают какого-то парня с отпечатком жизни на лице?

– Жди меня в машине, – напоследок отрезаю я и уверенно иду за толпой. – Я найду Карину и вернусь к тебе.

Возможно, Астахов говорит что-то ещё, но я не слышу. Его страх не должен мне помешать.

Новое столпотворение не позволяет даже издалека увидеть, что происходит в центре. Я подпрыгиваю. Бесполезно. Осматриваюсь в поисках места повыше. Безрезультатно. Приходится воспользоваться стандартным методом.

– Пропустите, – отрезаю я и, словно угорь, извиваюсь между людьми.

Мои движения резки, просьбы – совсем не просьбы. Я знаю, что пришла в место, где свои законы, и стараюсь им соответствовать. Иного способа пробраться к центру просто не существует, так что приходится быть наглой.

– Пропустите! – в последний раз восклицаю я и наконец оказываюсь в первом ряду.

Передо мной стоит огромная квадратная установка. Первое, что приходит на ум, – гигантский аквариум. Я бы рассмеялась, если бы не видела данное сооружение собственными глазами. Стеклянный куб доверху наполнен водой, внутри колеблется чье-то тело. Люди вокруг отсчитывают время, Шрам стоит с секундомером в руке. Вдруг я понимаю: чёрт подери, вот оно, посвящение новичков. Их испытывают на прочность. Правда, каким способом? Пытаясь утопить? Становится не по себе. Вряд ли обычный человек продержится без кислорода так долго. Да и кто пойдет на подобное? Это же чистой воды самоубийство!

Я присматриваюсь: внутри находится девушка. Несладко ей приходится. Куб выглядит устрашающе, как и толпа, обволакивающая его. Неожиданно в моей голове возникает вопрос: сможет ли адреналин прибавить несколько минут без кислорода, когда страх воды, людей и закрытого пространства нагло их отнимает?

Я скрещиваю перед собой руки и осматриваюсь: «Ну же, Карина, где ты?»

Неожиданно тело в аквариуме шевелится и медленно всплывает вверх. Но, когда девушка вытягивает руки, она и все люди, окружающие куб, понимают: проход закрыт.

– Нет-нет, – кричит Шрам, указывая на секундомер. – Ещё двадцать пять секунд.

Я хмурюсь. Он её не выпускает?

Девушка начинает сильно бить по люку, брыкаться, но парень не шевелится. Сначала я ощущаю глупое недоумение: почему он ей не поможет? Потом мною овладевает паника: ведь она задохнется! А затем меня поглощает дикий ужас: заложница разворачивается ко мне лицом, и я понимаю, что это Карина.

Первое, что я делаю, – кричу, но мой возглас не услышан.

Толпа орёт так громко, что мой голос теряется, как спичка посреди пожара. Меня на автомате тянет к кубу, и я начинаю молотить по нему, как ненормальная:

– Карина! Карина!

Сестра спускается чуть ниже и замечает меня. Схватившись одной рукой за горло, она вторую прикладывает к стеклу и что-то шепчет.

– Боже мой, – судорожно протягиваю я. – Боже, Карина! Помогите ей! Кто-нибудь!

Последний кислород выходит изо рта моей сестры, и я вижу, как начинает оседать её тело.

– Нет! Карина, нет! Выпустите её!

Я срываюсь с места и непроизвольно несусь по лестнице к Шраму. Он удивленно замирает и смотрит на меня, словно видит призрака.

– Отпусти её! – верещу я и кидаюсь вперёд, будто одичавшее животное. – Отпусти! Она умирает! Ей нужен воздух! Открой чёртов люк! Открой его!

Парень молчит, стоит всё так же без движения, словно статуя. Его бездействие злит меня, и я сама нагибаюсь над рычагом, пытаюсь потянуть его на себя.

– Прошу, помоги мне! Пожалуйста, она же задохнется!

– Осталось всего тринадцать секунд, – холодно отрезает парень, и меня одолевает такой безумный гнев, что я готова разбить куб собственными руками. – Правила для всех едины.

– Господи. – От безысходности я готова расплакаться. – Ну же! Давай! – Я тяну рычаг и одновременно не могу понять, почему он не поддаётся. – Давай же!

Время на исходе. Люк не сдвинулся с места. Мой взгляд падает на биту.

Она лежит совсем рядом, в метре от меня. Какое простое и безумное решение. Неужели выхода из куба нет? Неужели испытание проходил не тот, кто находился под водой, а тот, кто смотрел на него? Не понимая, что делаю, я хватаю профессиональную тяжелую биту, спрыгиваю с куба и, размахнувшись, бью по стеклу.

Толпа отпрыгивает назад и в смятении утихает. Наверное, я первая, кто решился пойти против системы.

Ещё один удар. Стекло треснуло.

– Карина! – ору я, увидев, что сестра лежит на дне аквариума. – Нет!

Я вновь размахиваюсь и на этот раз полностью избавляюсь от преграды. Вода мощным потоком набрасывается на меня и утаскивает за собой подальше от куба и от толпы. Осколки царапают кожу, застревают в одежде, но я не обращаю на это внимания. Подрываюсь с асфальта, кидаюсь к сестре. Она совсем бледная, почти прозрачная.

– О, боже мой, Карина, – я падаю рядом с ней на колени, прохожусь руками по её светлым волосам, наклоняюсь к лицу. Дыхания нет. – Даже не думай! Слышишь? Даже не думай об этом!

Я вдыхаю воздух в её рот и начинаю делать массаж сердца. Раз, два, три. Ещё один вдох. Раз, два, три. Вдох. Раз, два…

Сестра резко выгибается и выплевывает застрявшую в горле воду. Тяжело и громко задышав, Карина испуганно выгибается на холодном асфальте и цепляется за мою руку так крепко, что мне становится больно.

– Боже, – шепчу я и обнимаю сестру. – Никогда больше не пугай меня так.

– Лия? Я… я не понимаю…

– Ты кто такая? – внезапно спрашивает меня мужской голос, и я поднимаю голову. Шрам нависает надо мной, будто грозовая туча. Его лицо злое, глаза черные, как у акулы. – Отвечай!

– Я не хочу проблем, – тихо начинаю я, соображая, что делать. Идти на конфликт глупо, хотя о чём я? Конфликт неизбежен. – Я пришла за сестрой. От вас мне ничего не нужно.

– Ты пришла в чужой дом и решила, что можешь вести себя так, как тебе заблагорассудится?

– Но Карина могла умереть!

– Твоя сестра сама пошла на это! – заключает Шрам. – И мне наплевать, благими ли были твои намерения. Ты вторглась на мою территорию.

– Я сейчас же уйду, – обещаю и встаю, поднимая Карину. – Прошу, позвольте нам уйти, мы никогда сюда не вернёмся.

– Твои извинения – вздор. Мне плевать на них. – Я чувствую, как от его взгляда исходит гнев. Даже поза кажется опасной. – Придётся платить. Только каким способом…

– Я не сделала ничего плохого! – Мой голос звучит уверенно, хотя внутри бушует неизведанный ранее страх. – За что платить? За то, что я спасла сестру?

– За то, что ты – чужая, – толпа поддерживает его высказывание. – Ты не из стаи.

– Прошу, – вновь повторяю я и подхожу чуть ближе к Шраму. – Прошу, отпустите нас, мы с вами больше никогда не пересечемся. – Заметив непреклонность в его взгляде, я судорожно выдыхаю. – Тогда отпусти хотя бы Карину. Я не позволю причинить ей вред. Делайте со мной что хотите, но её не трогайте.

Неожиданно парень улыбается. Я хмурюсь, не понимая причины резкой смены его настроения. С чем она связана? С тем, что я дрожу от страха? Или с тем, что Карина едва стоит на ногах?

– Готова отдать жизнь за сестру. Благородно. – Я киваю. – Знаешь, что мы ценим в нашей стае? Три простые вещи: свободу, бесстрашие и…

– Самоотверженность, – одновременно с ним шепчу я.

Шрам продолжает:

– Желание поставить жизнь другого члена «стаи» выше своей – повод для нас уважать и восхвалять тебя. Правда, есть одно «но», – я задерживаю дыхание и выдыхаю, когда он жестко и громко чеканит: – Ты чужая.

Люди вокруг снова орут, а одна девушка, совсем молоденькая, выходит немного вперед и кричит:

– Чужая!

Меня пугает поведение толпы. Что им от меня надо? Почему они хотят причинить мне вред? Словно гигантский механизм, подростки подчиняются Шраму и соглашаются со всеми его словами и выводами. Более того, я сразу поняла, что, попроси он их спрыгнуть с моста, они спрыгнут. Попроси задержать дыхание на пять минут – задержат. Попроси лечь под поезд – лягут.

Череда подростковых самоубийств – не выдумка. И теперь я знаю причину.

– Как мы накажем гостью? – громко спрашивает Шрам, и подростки начинают нервно смеяться, переглядываясь. Я крепче сжимаю сестру за плечи и выпрямляюсь: хочу казаться выше и увереннее. Но, в любом случае, всё катастрофически выходило из-под моего контроля. – Мне кажется, нужно прибегнуть к традиционному методу. – Я сглатываю и сосредоточенно смотрю на парня. – Ты позволила себе слишком много, перешла черту. Я бы простил подобное жертвоприношение, если бы не материальный ущерб, который ты нам нанесла.

– Материальный ущерб? – Невозможно поверить, но я смеюсь. Нервы, наверное. – Ты собираешься наказать меня за то, что я разбила ваш самодельный аквариум?

– Да, именно так.

– Не пытайся провести меня. Я не знаю, кто ты и что тебе от меня нужно, но со мной подобные фокусы не пройдут. Это испытание изначально было сделано для того, чтобы разбить стекло.

– Неужели?

– А как ты ещё объяснишь то, что рядом с кубом лежала бита? Ваш девиз: свобода, бесстрашие и самоотверженность. Это значит, что кто-то из толпы должен был схватить орудие и избавиться от стекла в считаные секунды. Но почему-то никто этого не сделал.

– Возможно, потому, что ты не позволила никому до этого додуматься.

– О чём ты? – Как же мне страшно. Я пытаюсь говорить громко, чётко, уверенно, но внутри буквально умираю от дикого ужаса. – Ещё пара секунд – и Карина умерла бы!

– Это было бы печально…

– Боже, да ты псих.

– Если бы мне было интересно твоё мнение, я бы спросил, – Шрам недовольно сужает глаза и приближается ко мне. – Мы решим проблему радикально. Я отпущу тебя, но сначала пройди испытание.

– Испытание?

– Да, классика жанра. Ты против одного члена моей стаи.

– Подожди, – я не могу понять, о чём он. Хочется спросить у окружающих: он ведь шутит? Правда? Это шутка? Но вряд ли Шрам пускает слова на ветер, и я сконфуженно горблюсь. – Предлагаешь мне драться?

– Кто же будет твоим соперником? – Проигнорировав мой вопрос, парень проходится взглядом по толпе и ухмыляется. Подростки кричат, поднимают ладони, рвутся вперёд, и моя голова идет кругом. Господи, было бы столько желающих меня спасти. – Саша – отличный боец. А может, Костя?

– Драться с ней буду я.

Неожиданно в центр выходит высокий парень. Прежде чем оценить его лицо, я обращаю внимание на мускулистые руки и широкую спину. Мне уже хочется закричать от ужаса и убежать, но потом я смотрю ему в глаза и прирастаю к месту: там лишь безразличие и холод. Я вдруг понимаю, что Лёша был прав – уйти отсюда живой очень сложно.

– Ты? – Шрам искренне усмехается. – Вот это развлечение на ночь!

– Включай секундомер, – рявкает парень. – Засечем, за сколько секунд я её вырублю.

– Подождите! – с вызовом кричу я. – Я не собираюсь ни с кем драться!

– Тебя никто не спрашивает.

– Ещё как спрашивает! Это несправедливо! Тебе достаточно ударить меня один раз – и я в нокауте! В чем тогда смысл поединка?

– Хватит разглагольствовать! – недовольно протягивает мой соперник и встает в оборонительную позу. – Или ты пытаешься защититься, или я тебя убью.

Меня обуревает ужас, я слышу, как дико стучит в груди сердце. На несколько секунд меня прорезает тьма: остаюсь лишь я и глаза моего противника, холодные и мертвые.

Мне определенно не становится легче.

Начинаю отступать назад. Вдруг какая-то девушка вырывает из моих рук Карину.

– Не трогай её! – зло кричу я и кидаюсь к брюнетке. – Убери от неё свои руки!

– Остынь, гостья, – усмехается Шрам в тот момент, когда толпа рук толкает меня в центр круга. – Твоя сестра уйдет домой в целости и сохранности, если ты пройдёшь испытание.

– Но я его не пройду.

– Главное – принять вызов, исход не так важен.

– Исход не важен? – нервно удивляюсь я. – Не важен?

Не обращая внимания на мои крики, Шрам поднимает руку, и толпа начинает скандировать: «Макс! Макс! Макс!»

Отлично! Теперь я хотя бы знаю имя своего убийцы.

– Деритесь, – командует парень, и меня сковывает ужас.

Я прирастаю к месту и, не отрываясь, смотрю на противника. Неужели он не понимает, что я обречена? Неужели ему доставит удовольствие избить девушку, которая даже не успеет поднять на него руку?

Максим спокойно подходит ко мне и, издеваясь, толкает в плечо:

– Ну что, готова, чужачка?

Я не отвечаю.

При мысли о том, чтобы просить у него пощады, начинает горчить во рту.

Глубоко вдыхаю и выставляю руки перед собой. Господи, может, я смогу его победить? Может, у него есть слабое место, и мне удастся найти его за первые несколько секунд? Может, он внезапно передумает и…

Живот пронзает резкая боль. В тот же миг я отлетаю в сторону от удара в плечо и буквально слышу, как внутри что-то ломается. Перед глазами проносится тьма, я клонюсь на бок и едва удерживаю равновесие. Подростки вокруг продолжают скандировать имя моего противника. Они орут, смеются, кричат, и только я мечтаю проснуться и понять, что все происходящее – лишь страшный сон. Но желания остаются желаниями. Максим хватает меня за волосы и ударяет в живот, опять, только сильнее и гораздо жёстче, и я чувствую новую боль. Перед глазами взрываются краски: зелёная, синяя, жёлтая. Аттракционы, лица подростков, асфальт – всё смешивается и начинает крутиться. Я пытаюсь задеть парня, молочу руками в разные стороны, вялая, заторможенная, слабая, но он ставит мне подножку. Моё тело грубо падает вниз, и я скольжу подбородком по холодной земле не в состоянии даже крикнуть и расплакаться от боли. Затем Максим опускается рядом со мной. Он хватает меня за шею и приближает рот к моему уху на такое расстояние, что я чувствую его горячее дыхание.

– Лежи и не двигайся, – шепчет он. Его приказ кажется мне странным, ведь я и так не могу шевельнуться. – Поняла меня? Ни одного движения!

Резко отпустив мою шею, парень поднимается с колен и громко выдыхает:

– Думаю, с неё достаточно.

– Ты правда так считаешь? – переспрашивает Шрам. – Она ещё в состоянии помахать кулачками, так? Ну же, гостья! Драка была слишком короткой, мы не успели ею насладиться! Всего тридцать одна секунда!

– Отстань от неё, Стас, – вновь произносит Макс, и я даже сквозь боль замечаю, что он первый, кто называет вожака по имени. – Пусть идет домой и больше никогда сюда не возвращается.

Наступает молчание.

Я разрываюсь между тем, чтобы плакать от боли или от унижения. Ноет всё тело и конечности. В глазах стоят слезы, в воздухе витает запах крови, и это не кровь соперника. Одно радует: плечо не болит – я его просто не чувствую.

– Ладно, – отрезает Шрам. – Я всё равно не рассчитывал на бо?льшее.

Я вижу, как он поворачивается ко мне спиной и уходит. То же делают остальные. Целая толпа проходит мимо меня, и никто не предлагает помощь, хотя выгляжу я наверняка паршиво.

Воцарилась тишина. Интересно, который час? Родители уже приехали? Обрадуются ли они, увидев меня в крови? Если, конечно, увидят.

Я хочу перевернуться на бок.

– Чёрт, – резкая боль пронзает спину. Я прикусываю губу, чувствую вкус крови и сжимаю руки в кулаки.

Мне трудно дышать. Легкие сдавлены после сильных ударов, рёбра начинают ныть, едва я пытаюсь втянуть воздух. Но кроме физической боли я испытываю ещё и нечто другое: дикий стыд, позор и разочарование в себе. Я оказалась такой слабой, беззащитной и уязвимой. Парню хватило тридцати секунд, чтобы избавиться от меня. Неужели я настолько ничтожна?

Неожиданно я слышу слабый голос:

– Лия? – Моё лицо приподнимают чьи-то холодные руки. – Боже, прости меня. Лия, ты меня слышишь?

– Карина?

– Господи, мне так жаль. Я… – Слова сестры обрываются, и она начинает плакать. – Я не хотела, я…

Неожиданно кто-то берет меня за плечи и медленно поднимает с асфальта. Я встаю на ноги, шатаюсь, пытаюсь разглядеть человека перед собой, но не могу даже удержать равновесие.

– Ох, как же он тебя… – протягивает женский голос. – Мог бы быть поделикатнее с девушкой.

– Я не понимаю…

– И не надо ничего понимать. – Незнакомка перекидывает мою руку себе через плечо, и мы двигаемся в сторону парковки.

– Кто ты?

– Кира. Я учусь с тобой в одной школе, забыла?

– Кира? – Мои мысли крутятся, пытаясь воссоздать портрет человека, но вместо этого я лишь вяло оседаю в руках девушки. – Разве мы знакомы?

– Карина, прибавляй скорость, – проигнорировав мой вопрос, отрезает незнакомка. – Ты же не хочешь остаться здесь одна, правда?

– Я иду.

– Вот и отлично.

– Почему ты мне помогаешь? – неразборчиво произношу я и поднимаю глаза на девушку. – Ты же одна из них, зачем тебе проблемы?

– Не задавай лишних вопросов, Лия.

– Знаешь моё имя?

– Лия, – открывается дверь машины, и мне становится тепло. – Никаких вопросов.

Глава 2. Адреналин в моей крови

Как хорошо, что некоторым вещам приходит конец.

Я медленно открываю глаза, чувствуя запах родного дома. Мои духи. Моя комната. Мне просто приснился кошмар, и он закончился.

Я вытягиваю перед собой руки и вдруг резко сворачиваюсь клубком на кровати. Ядовитая, тягучая боль пронзает тело от кончиков пальцев до макушки головы. Словно маленькие взрывы, во мне то и дело пульсируют синяки, отёки. Я вдыхаю глубже и понимаю, что с запахом духов смешался запах крови, и тогда до меня доходит: это был не сон. И не кошмар! Я сжимаю одеяло и чувствую подступившие к глазам слёзы. Лицемерие исчезло: раньше я считала себя сильной. Я ошибалась.

Собравшись с силами, я пытаюсь разогнуться и открываю глаза. Медленно стаскиваю с себя одеяло и приподнимаю майку. На животе огромный отек. Он синий, желтый, оранжевый – настоящая радуга. Я крепко сжимаю зубы и поднимаюсь с кровати. Тут же взвывают ноги, спина. Прихрамывая, я подхожу к зеркалу и вижу гематому на плече. Вот почему вчера я его не чувствовала: ему досталось больше всего.

В мою комнату стучат, и я пытаюсь как можно скорее добраться до шкафчика. Прикрыть синяки от родителей: наверное, это самая важная задача на данный момент.

Но, когда дверь открывается, на пороге я вижу Карину. Она бледная, уставшая. Я бы сказала больная, если бы не знала истинную причину вялости.

– Привет, – неуверенно шепчет она, и я прожигаю её недовольным взглядом. – Как себя чувствуешь?

– Отлично.

– Давай я принесу йод. Лёша сказал утром обработать раны ещё раз.

– Лёша? – Я вскидываю подбородок и усмехаюсь. – С чего это он решил позаботиться обо мне? Его ведь не волновало, что со мной, когда тот парень избивал меня на виду у целой толпы. Что изменилось?

– Неправда. Он сильно переживал.

– Я заметила.

– Послушай, – Карина подходит ко мне и кладет руку на здоровое плечо. – Прости меня. Я не хотела, чтобы так вышло.

– Ты… – Стряхнув её руку, я протираю ладонями лицо. – Ты была в своем уме, когда прыгнула в куб? Понимала, что делаешь? Я не представляю, какой идиоткой нужно быть, чтобы добровольно пойти на самоубийство! Просвети меня. Скажи, о чём ты думала?

– Лия, это сложно объяснить.

– Нет тут ничего сложного! – заводясь, восклицаю я. – Объясни мне, почему ты делаешь это? Почему не слушаешь меня? Почему подвергаешь себя опасности?

– В «стае» есть мои друзья и я… – Карина резко замолкает, увидев гнев на моем лице. Она растерянно прикусывает губу и отворачивается. – Тебе не понять меня.

– Твои друзья? – Я практически выплевываю этот вопрос. – Считаешь, там были твои друзья? Ах да. Наверное, именно они стояли возле аквариума и смотрели, как ты задыхаешься.

– Всё очень сложно! Я познакомилась с одной девушкой, и она привела меня в «стаю». Мы обе новички, и нам пришлось согласиться на инициацию.

– Господи, что за чушь ты несёшь? Какую инициацию? Что значит нам пришлось согласиться? Увидев этих людей, зачем ты осталась с ними? Это животные, у которых вместо разума – стремление к свободе и насилию!

– Не говори так, – с вызовом отрезает сестра, и я прирастаю к месту. Она защищает их? Защищает после того, что произошло? – Они честные и справедливые. Да, иногда и жестокие, но справедливые.

– Знаешь что, – неожиданно для самой себя я подхожу к Карине, хватаю её за локоть и тащу к двери. – Пошла вон из моей комнаты.

– Но…

– Я рисковала своей жизнью ради тебя, а ты ставишь мне эту безмозглую «стаю» в пример? – Кажется, сестра задевает последние оставшиеся здоровые органы. – Не подходи ко мне больше.

– Лия!

– Я сказала, пошла вон! – взрываюсь я и чувствую, как боль вновь пронзает тело.

Карина вихрем вылетает из комнаты и захлопывает дверь, а я без сил падаю на кровать. Опять трудно дышать. Такое чувство, что вчера мне сломали все ребра. Прикрыв глаза, я пытаюсь встать. Больно. Тогда я отталкиваюсь руками от постели и нахожу опору впереди: фортепиано. Когда-то я часто играла, сейчас не получается. Я чувствую дикое раздражение, если не могу вспомнить ни одного любимого произведения, и поэтому быстро прекращаю занятие.

Вновь открывается дверь. Я поворачиваюсь, чтобы послать Карину куда подальше, но вдруг вижу маму.

– Почему ты ещё не готова? – спрашивает она и достает из шкафа свою кофту. – Твой папа собирается уезжать. Планируешь добираться на автобусе?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

Поделиться ссылкой на выделенное