Дуглас Ричардс.

Око разума



скачать книгу бесплатно

3

Ник Холл проехал несколько миль, а голоса все продолжали рикошетить в его голове. Понимание, что он каким-то образом обзавелся экстрасенсорными способностями, ничуть не делало эти голоса менее раздражающими или менее способными свести его с ума. Время от времени более сильные мысли выбивались из общей какофонии на первый план, а иногда ему было трудновато отделить собственные мысли от остальных.

Он был шокирован, глянув время на цифровых часах автомобиля. Ему почему-то казалось, что сейчас утро, но на самом деле он очнулся во второй половине дня. Мог бы понять это и по положению солнца на небе, но тогда его голова была занята другим – и это еще слабо сказано.

Воздух еще хранил прохладу – градусов под семьдесят[1]1
  Т. е. около 20° по Цельсию.


[Закрыть]
, – откуда следует, что в Бейкерсфилде осень или зима. Хорошо. Будь сейчас лето, он изжарился бы живьем в стальной барбекюшнице с помоями. Не так он рассчитывал умереть. Наверное, ему виделась кончина, как-то связанная с чирлидершами «Даллас ковбойз»[2]2
  «Даллас ковбойз» – американский профессиональный футбольный клуб (американский футбол), выступающий в Национальной футбольной лиге. Чирлидинг – вид спорта, сочетающий элементы шоу и зрелищных видов спорта (танцы, гимнастика, акробатика); в практическом плане применяется командами девушек, «разогревающих» и заводящих публику во время пауз в спортивных состязаниях.


[Закрыть]
и отказом сердца от переутомления.

Холлу ничего не оставалось, как признать, что он вовсе не болен на всю голову. Чувства подсказывали, что теперь он может читать мысли, и окружающий мир ведет себя в полном соответствии с этим новым миропорядком. Но это вековечный камень преткновения философов. Что есть реальность? Реально ли вообще хоть что-нибудь? Разве каждый шизофреник не убеждает себя, что его реальность самодостаточна и рациональна?

Так что же ему известно? Ему известно, что большая группа опасных людей преследует его, и сомнению это не подлежит. Очевидно, он улизнул от них, нырнув в помойку. Нужно пребывать в крайнем отчаянии, чтобы решиться на подобное, но, учитывая отданный Балдино приказ убить его на месте, подобное отчаяние отнюдь не в диковинку.

Так почему же они хотят его смерти? Должно быть, из-за его телепатии. Из-за чего ж еще? Несмотря на потерю памяти, Холл знал, что это нечто новенькое; прежде он подобными ментальными способностями не обладал.

Даже в своем неукрощенном виде – способном довести до умопомешательства, потому что, несмотря на наличие регулятора яркости, выключателя у нее нет – эта способность наделяет его невероятными преимуществами. Без нее на полу в туалете «Шелл» вместо трупа Балдино лежал бы он сам.

А если эта способность полезна даже в неуправляемом виде, даже находясь в распоряжении человека, напрочь лишенного памяти, только-только начавшего ею пользоваться, насколько же полезна она будет укрощенной и во власти человека со знаниями и опытом? Она даст высочайшее превосходство. Чего бы только ни отдал любой властолюбец на любой стезе – преступник, бизнесмен, политик, государственный деятель, военный – за обладание подобным могуществом? И чего бы он ни сделал, чтобы его получить?

Но тогда зачем убивать его? Было бы куда разумнее захватить его в плен и использовать в качестве подопытной крысы. Попытаться выяснить, откуда у него эта способность, и попытаться ее воспроизвести. Или подчинить ее для своих целей.

Хол поразмыслил. Единственный повод так жаждать его прикончить, если…

Что, если он прочел чьи-то мысли? Нечто очень важное? В таком случае его надо устранить любой ценой.

Холл остановился на красный свет. По мере того, как со всех сторон останавливалось все больше и больше машин, голоса в его голове все усиливались. «Хватит!» – крикнул он во весь голос, зажимая уши ладонями, отчего, разумеется, гомон ничуть не пошел на убыль.

Холл заставил себя сделать несколько глубоких вдохов. Сколько себя ни накручивай, положения это ничуть не облегчит. Если не удастся найти способ выключить это, придется найти способ привыкнуть. Игнорировать это, как-то отстроиться. Но сказать легче, чем сделать.

И словно мало жить с неумолчным гвалтом в мозгах, да еще и преследуемым по пятам командой киллеров, намеренных его убрать, – так еще он и не имеет ни малейшего понятия, кто он и что ему известно. Такое знание хотя бы дало ему шанс. Он бы знал, какой ход сделать дальше. Мог бы предать гласности секрет, извлеченный из ума того, кто пытается его убить, создав этому субъекту проблемы посерьезнее, которые мигом сделали бы устранение Холла делом бросовым. Или можно было бы воспользоваться знанием, чтобы заключить сделку ценой в жизнь. Пригрозить оглаской информации в случае, если его убьют…

Но в сложившихся обстоятельствах он – сущий заяц в лучах фар, совершенно беспомощный и дезориентированный без воспоминаний. Новоприобретенные способности пока что оберегают его жизнь, но он не питает иллюзий, что эта сила способна в одиночку задержать банду, следующую за ним по пятам. Если б дверь туалета на заправке «Шелл» открывалась внутрь, а не наружу, он был бы уже покойником, несмотря ни на какое внечувственное восприятие.

Надо сориентироваться. Хоть как-нибудь.

В некоторых отношениях его память просто безупречна. Он знает тексты песен. На миг задумавшись, Холл понял, что заодно может припомнить несметное множество виденных некогда кинофильмов. Может, он и не сумеет вспомнить, где жил или в каком кинотеатре его смотрел, зато знание фильма чуть ли не наизусть говорит хотя бы о том, что Холл видел его много раз и любил – к примеру, первый фильм «Терминатор». Он мог процитировать реплику Кайла Риза, словно играл эту роль самолично: «Ты до сих пор не врубаешься, а? Он отыщет ее! Вот что он делает! Только ЭТО он и делает! Его невозможно остановить! Он пройдет сквозь тебя, схватит ее за горло и вырвет ее гребаное сердце!»

Холл невольно тряхнул головой оттого, что единственный фильм, пришедший ему в голову, был связан с неудержимым убийцей, преследующим беспомощную жертву, даже не догадывающуюся, что за ней охотятся. Просто класс.

Он предположил, что места будут воздействовать на него точно так же, как фильмы и песни. Если он подумает об окрестных населенных пунктах, и один из них спровоцирует высокий уровень отклика, как «Терминатор», это будет полезно хотя бы тем, что поведает ему что-нибудь о нем самом.

Холл прокрутил в памяти населенные пункты Калифорнии. И когда дошел до Ла-Хольи, вдруг понял, что она куда более знакома ему, чем остальные упомянутые. Увидел мысленным взором высокую бетонную дорожку, врезавшуюся в океан, с видом на маленький пляжик, куда любят выбираться тюлени, чтобы понежиться на солнце. Вспомнил рестораны и парк дельтапланеризма над скалами. Он знал, что Ла-Холья – фешенебельная прибрежная община в Сан-Диего с изрядной долей научных работников, особенно по части биотехнологий…

При мысли о науке в его рассудке тотчас же вспыхнул образ Института океанографии Скриппс. Знал он его недостаточно хорошо, чтобы поверить, что работал там, но, наверное, был знаком с кем-то из его работников. В публичном аквариуме или магазине сувениров…

Есть лишь один способ выяснить это. Нужно нанести личный визит. Если очень повезет, кто-нибудь его узнает. И сможет поведать ему, кто он такой. Наделить его прошлым.

Автомобили продолжали миновать Холла, пока он ехал куда глаза глядят, погрузившись в раздумья и высматривая знак, который выведет на скоростное шоссе, но попадались лишь знаки приближения к перекрестку Фримонт и Сентрал.

Холл включил бортовой GPS-навигатор, за последние пару лет успевший стать элементом стандартной комплектации даже самых бюджетных автомобилей.

– Как проехать от Фримонт и Сентрал в Бейкерсфилде до Института океанографии Скриппс? – сказал он, старательно выговаривая каждое слово на случай, если ему попался навигатор винтажной модели, увидевшей свет еще до того, как технологии распознавания голоса начали себя оправдывать.

И ахнул, потому что улица перед ним исчезла!

Салон машины, дорогу, едущие автомобили и пешеходов напрочь затмил объемный вид Калифорнии из космоса, материализовавшийся перед его лицом прямо из ниоткуда, вкупе с маршрутом, прочерченным красной чертой от его текущего местоположения до Ла-Хольи. Вид поглотил его поле зрения целиком – откуда следовало, что теперь он вел машину вслепую.

4

Холл врезал по тормозам, застав этим врасплох водителя машины, ехавшей следом, и вынудив его вслепую вильнуть в следующий ряд, чтобы избежать столкновения, едва не врезавшись в приближавшийся автомобиль в той же полосе. В обеих полосах визжали покрышки и ревели гудки, и лишь благодаря слепому везению его действия не привели к куче-мала из множества автомобилей.

«У тебя что, не все дома, мудак?!»

«Что там стряслось?»

«Проклятье, – подумал подросток, выезжавший из “Макдоналдса” на углу с полным пакетом еды. – На волосок проскочил. Было бы круто, если б долбанулся».

В голове Холла зарикошетили десятки других мыслей, связанных с его безрассудным маневром, но он не обратил на них ни малейшего внимания. Он был чересчур занят паникой. И потугами увидеть хоть что-нибудь, кроме трехмерной карты, парящей прямо у него перед носом.

И вдруг дорога снова показалась. Его рассудок внес какую-то поправку. Карта присутствовала в его поле зрения по-прежнему, но появилась и дорога. И он мог выбирать, на что смотреть. Будто два телевизора бок о бок, и на каждом идет свой футбольный матч. Он мог сосредоточиться на любом из двух, полностью отгородившись от второго, если захочет. Как в бифокальных очках. Когда хочешь посмотреть вдаль – смотри через верхнюю половину; на что-то вблизи – через нижнюю.

Запрокинув голову, Холл испустил в потолок долгий вздох облегчения, игнорируя гудки, продолжавшие облаивать идиота, решившего устроить себе академический отпуск посреди оживленной улицы, и мириады разных изысканных слов, которые он мог прочесть, куда менее снисходительных, чем «идиот».

Решив игнорировать карту, Холл убрал ее из виду и осторожно возобновил движение. Пару минут спустя он остановил машину на парковке минимаркета. Теперь карты не стало. Должно быть, раз он какое-то время совсем не фокусировался на ней, стоящее за ней программное обеспечение отдало ей команду исчезнуть.

Холл принялся разглядывать GPS-навигатор машины. Тот тоже показывал дорогу до Ла-Хольи, но только стандартную, а не парящую куда крупнее натурального вида прямо перед носом с трехмерной четкостью сверхвысокого разрешения. Протянув руку, Холл выключил навигатор, а заодно и зажигание.

– Как мне добраться от минимаркета на Восьмой стрит до Института океанографии Скриппс? – вслух произнес он, и тотчас же карта вспыхнула перед ним снова, зависнув прямо перед глазами. Холл несколько долгих секунд с недоверием разглядывал ее. Стандартная «гугловская» карта. Даже с логотипом «Гугла», и маршрут выглядел точным. И притом не был сгенерирован автомобильным GPS-навигатором, потому что тот был отключен.

Он подумал об исчезновении карты, и та исправно повиновалась.

Совпадение? Или она как-то отреагировала на его мысли? Компании проводили крупные исследования с игровыми контроллерами, управляемыми одной силой мысли, так что подобное отнюдь не исключается. Холл подумал о возвращении карты, и та появилась тут как тут.

Но с одними ли картами он может проделать этот фокус?

«Покажи мне статью “Википедии” о Бейкерсфилде, Калифорния», – подумал Холл, и тут же, как и карта, словарная статья «Википедии» встала перед глазами, наложившись на его реальное зрение. И снова он мог сфокусироваться на обоих изображениях сразу, однако, словно при просмотре двух разных фильмов, весьма поверхностно. Впрочем, как и прежде, стоило сосредоточиться на чем-то одном, как второе полностью гасло, пока Холл не решал сосредоточиться на этом снова.

Он попробовал предпринять еще несколько поисков один за другим, и результаты не заставили себя ждать. Как ни крути, он подключен к Интернету. Способен заниматься веб-серфингом с помощью одной лишь силы мысли, и текст, графика или видео, как по волшебству, проецируются у него перед глазами со сверхвысоким разрешением.

Но чем проецируются? И как?

Холл несколько минут ломал голову, как это может функционировать, прежде чем до него дошло, что разобраться в происходящем можно с помощью самого же Интернета. «Искать “доступ в Интернет под управлением только мысли”», – скомандовал он тому, что отвечало за это техническое чудо.

Выскочила страница результатов. Это не был «Гугл» или какая-либо другая из знакомых ему поисковых систем, так что, наверное, это была проприетарная разработка исключительно для данной цели.

Холл пробежал страницу взглядом, выбрав самую раннюю по дате публикацию из «Компьютер Уорлд Ю-Эс» от 20 ноября 2009 года. Она начиналась с цитаты исследователей компании «Интел», предсказывавших, что когда-нибудь «вам не будет нужна ни клавиатуры, ни мышь, чтобы управлять своим компьютером. Вместо того, – продолжал Холл читать страницу, всегда остававшуюся по центру, куда бы он ни повернул голову, – пользователи будут открывать документы и заниматься веб-серфингом, используя всего-навсего волны собственного мозга».

Холл приостановился, усваивая эту мысль. Он не сомневался, что прежде об этой технологии не слыхал, хотя она явно обсуждалась еще в 2009-м. И продолжил чтение:

Ученые исследовательской лаборатории «Интел» в Питтсбурге работают над поиском способов улавливать и использовать человеческие мозговые волны для управления компьютерами, телевизорами и сотовыми телефонами. Мозговые волны можно подчинить с помощью разработанных в «Интел» датчиков, имплантируемых в человеческий мозг.

Ученые утверждают, что этот план вовсе не позаимствован из научно-фантастического кино… Исследователи рассчитывают, что свобода, обретаемая благодаря использованию имплантата, будет востребована потребителями.

«Я полагаю, человеческий организм отличается удивительной способностью к адаптации, – заявил Эндрю Чен, вице-президент по исследовательской деятельности и руководитель исследований будущих технологий в лабораториях “Интел”. – Если б вы сказали людям двадцать лет назад, что они будут носить с собой компьютеры постоянно, они бы ответили: “Да не хочу я, мне это не нужно”. А теперь людей не заставишь с ними расстаться. Есть масса вещей, которые необходимо осуществить до этого, но я думаю, это [имплантация чипов в человеческий мозг] вполне укладывается в рамки возможного».

Ученый-исследователь «Интел» Дин Померло сказал, что скоро пользователям надоест зависеть от компьютерных интерфейсов и выуживать устройство из кармана или сумки, чтобы воспользоваться им. Он также предсказал, что пользователям надоест манипулировать интерфейсом с помощью пальцев. Вместо того они будут запросто манипулировать своими разнообразными устройствами с помощью мозгов.

«Мы пытаемся доказать, что с помощью мозговых волн можно делать интересные вещи, – отметил Померло. – Со временем люди проникнутся большей приверженностью… к мозговым имплантатам. Только вообразите, что сможете заниматься веб-серфингом с помощью силы своей мысли».

Холл прочел еще несколько статей, но стало ясно, что всего пять-шесть лет спустя все усилия в этом направлении со стороны «Интел» и остальных были по большей части заброшены, оставив лишь несколько разрозненных очагов деятельности. Проблемы оказались куда серьезнее, чем предполагали поначалу, вожделенные же выгоды брезжили в куда более отдаленной перспективе. А моделирование на животных, хоть и оказалось на диво полезным, но не дало достаточного объема данных, чтобы полностью перенести эту технологию на человека.

Впрочем, очевидно, ее вовсе не забросили, как заставили всех подумать. Он – живое тому доказательство. Холл не сомневался, что стал выгодоприобретателем имплантатов, упомянутых в той статье.

Откуда следует, что изображения вовсе не проектируются перед ним. На самом деле дальнейшее чтение совершенно недвусмысленно прояснило, что его имплантаты то ли каким-то образом связаны со зрительной зоной коры изнутри, то ли посылают информацию непосредственно в зону его мозга, отвечающую за интерпретацию непрерывного потока визуальных данных от глаз.

Имплантаты преобразуют интернет-изображения в сложный многогранный двоичный код, поступающий прямо в его зрительные центры. Его рассудок, располагающий только опытом получения этих сигналов через глаза, от источников, находящихся вовне, упорно интерпретирует эти образы как парящие перед глазами, а не поступающие изнутри.

Пионером в этой области была некая Шейла Ниренберг, пытавшаяся исцелить слепоту. Холл посмотрел видео презентации, которую она устроила перед организацией под названием TED в октябре 2011 года, чтобы разъяснить сложный характер электрических импульсов, создаваемых сетчаткой при обработке информации, поступающей от сотен миллионов фоторецепторов. Холл был способен каким-то образом «прослушать» презентацию Ниренберг – значит, система посылает сигналы заодно и к слуховым центрам его мозга.

Он попробовал поискать Ника Холла, но попытка найти себя была чистейшим безумием. Быстрый поиск выявил, что имя Николас в девяностые входило в десятку самых популярных, а фамилию Холл, согласно данным переписи населения США, носит свыше полумиллиона человек.

Его доступ в Интернет был почти мгновенным. Веб-страницы вспыхивали, почти не тратя времени на загрузку. Холл знал, что технология 6G Wi-Fi, только-только успевшая охватить страну, на целые порядки быстрее и обеспечивает куда лучшее прохождение сигнала, чем все предыдущие поколения Wi-Fi, но видеть появление веб-страниц на ПК или планшете по мановению мыши или пальца – одно дело, а когда они выскакивают со скоростью мысли – совсем другое.

Программное обеспечение тоже впечатляло, и не просто впечатляло. Реализованный в нем алгоритм поиска и отображения был ошеломительно совершенным. И оно вроде бы даже способно к самообучению. Даже после пары-тройки проведенных поисков система работала все более и более гладко. Более интуитивно. Даже с самого начала она как-то определяла, когда он хотел получить доступ к внешней информации, а когда просто думал или высказывал вопрос без намерения посылать системный запрос. И допустила лишь одну оплошность, когда Холл вслух произнес вопрос для автомобильного GPS-навигатора, неправильно интерпретировав вопрос как направленный к системе и соответственно отреагировав – попутно едва не погубив его в автокатастрофе.

Но теперь, проработав с ним всего десять минут, система уже эволюционировала, совершенствовалась, и любой интересующий его контент выскакивал как по волшебству чуть ли не до того, как Холл в полной мере осознавал, что тот ему нужен. И алгоритм считывал его интерес со сверхъестественной точностью, бросая вызов даже последним итерациям «Гугла» и совершая ошибки лишь изредка.

Холл тоже все более осваивался, легко извлекая и усваивая информацию, не теряя при этом зрения. Чуть поднаторел он и в манипулировании вторым, внутренним потоком данных, идущих к зрительным центрам его мозга, без сбоев переключая взгляд, чтобы смотреть через верхнюю или нижнюю половину своих метафорических бифокальных очков.

Человеческий мозг чрезвычайно талантлив по части манипуляций сложнейшей визуальной информацией, которая поступает от сетчатки вверх ногами и задом наперед и нуждается в переворачивании, да еще и со слепым пятном, которое мозг заполняет по собственному произволу. Лазерные хирурги начали сплошь и рядом проводить операции, где взамен бифокальных очков резали один глаз так, чтобы тот хорошо видел вдаль, а второй – вблизи, в расчете на то, что мозг чудом произведет пересчет, мгновенно внесет поправки и обеспечит безупречное бинокулярное зрение на любом расстоянии.

Он задумался, насколько же сложную хирургическую операцию провели на его мозге, и его внутренний Интернет предоставил ответ, прежде чем Холл сформулировал мысль до конца. В воздухе перед ним повисла статья из «Уолл-стрит джорнал» за июнь 2012 года.

Нейроимплантаты, также именуемые мозговыми имплантатами, – медицинские приборы, предназначенные для размещения под черепной коробкой на поверхности головного мозга. Имплантаты, по размерам зачастую не больше таблетки аспирина, используют тонкие металлические электроды, чтобы «прослушивать» и в некоторых случаях стимулировать активность мозга. Нейроимплантат, настроенный на взаимодействие нейронов, может «прослушивать» деятельность вашего мозга, а затем «говорить» непосредственно с ним.

Если вас подташнивает от этой перспективы, вы изумитесь, узнав, что установка нейроимплантата происходит относительно легко и быстро. Под анестезией в скальпе делается разрез, в черепе сверлится отверстие, и прибор устанавливается на поверхность мозга. Диагностическая связь с прибором может осуществляться без проводов. И хотя это не амбулаторная процедура, как правило, пациенту приходится задержаться в больнице всего на одну ночь.

Ощупав свой череп кончиками двух пальцев, Холл нашарил ряд небольших изъянов, которые могли быть шрамами, но он недавно перенес травму, так что уверенности не испытывал.

Холл сидел на тесной стоянке уже двадцать пять минут и понимал, что больше не может позволить себе задерживаться. Он знал, что в желудке у него пусто, но теперь голодная резь стала достаточно сильна, чтобы наконец достучаться до его внимания сквозь адреналин, панику и фоновый шум сотен разумов.

Минимаркет – отнюдь не лучший выбор для изысканного обеда, но он буквально умирает с голоду, а здесь можно перехватить чего-нибудь съедобного и через считаные минуты тронуться в путь. Войдя в магазин, Холл прошел по нескольким проходам, озирая шоколадки, подносы с пончиками, выглядевшие так, будто они брошены там со времен Второй мировой, и замороженные буррито для приготовления в микроволновке. А когда увидел в глубине магазина закрытый контейнер с нагретыми стальными валками, поджаривавшими пышные, чисто говяжьи хот-доги «Хибрю нэйшнл», то отреагировал почти как собака Павлова. И решил, что либо обожает говяжьи сосиски больше всего на свете, либо его организм знает, в чем нуждается, и воспринимает их, как быструю легкоусваивающуюся дозу углеводов и белков.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8