Дмитрий Самохин.

Цепные псы Россы



скачать книгу бесплатно

© Д. Самохин, 2019

© ООО Ид «Флюид ФриФлай», 2019

* * *

– Хозяин, я все думаю: как живут рыбы в море?

– Как люди: большие поедают маленьких.

Уильям Шекспир
«Король Ричард Второй»


Часть 1. Обитаемая планета

 
Я вижу черные дыры.
Холодный свет.
Черные дыры.
Смотри – от нас остались черные дыры.
Нас больше нет.
Есть только черные дыры.
 
А. Башлачев

Глава 1. Затерянные в космосе

Тряхнуло основательно. Так что чуть «разгонник» не замкнуло. Прямое попадание в корпус даль-проникателя. Спасли защитные экраны. Они приняли сфокусированный луч, поглотили его и рассеяли по всей поверхности.

«Арго» хоть и являлся торгово-транспортным кораблем, но капитан в свое время озаботилась и установила защитные экраны военного образца, рассчитанные на ведение боя в межзвездном пространстве. Капитан так же настояла на том, чтобы оснастить корпус корабля боевыми излучателями средней мощности класса «Буран».

Времена нынче неспокойные. На звездных дорогах появилось множество стервятников, охотящихся на даль-перевозчиков и их грузы. Вольные флибустьеры Либерталии всегда рады поживиться за чужой счет, и, хоть специальные боевые экраны и излучатели стоили больших денег, капитан «Арго» Талия Луговая скаредничать не стала. И не просчиталась.

Спустя всего три тяжелых экспедиции затраты на вооружение окупились. Охотники за чужим добром пытались поживиться за их счет, да только остались с дырявыми посудинами. Доставленные в срок заказы послужили отличной рекламой. Теперь количество клиентов увеличилось, выросла и сумма гонорара за услуги по перевозке.

Кирилл почувствовал, как раскалились экраны, принявшие вражеский залп. На его вшитый в районе виска под кожу speed-чип, часто в просторечье именуемый просто «разгонник», в потоковом режиме поступала оперативная информация о состоянии корабля, также он позволял разговаривать при помощи мыслеречи и улучшал сенсорные способности, в частности, позволял видеть при слабом освещении почти как днем. Кирилл видел, как оружейник корабля Никита, по прозвищу Горец, огрызнулся из всех орудий «Бурана» по вражескому судну. После чего Борис Тюрин, по прозвищу Магистр, отправил «Арго» в даль-прыжок. Перед тем как «Арго» исчез с экранов противника, его настиг ответный залп.

* * *

Первое, что увидел Кирилл, когда «Арго» вынырнул из даль-прыжка в незнакомой планетарной системе, вышедшие из строя размыкатели стазис-поля. Настроение тут же испортилось. Без размыкателей они навсегда привязаны к чужой солнечной системе без надежды на возвращение домой.

Без них корабль не сможет уйти в даль-прыжок, а на маршевых двигателях недалеко уползешь. Оставалось надеяться, что это временный сбой и Дизель, главный техник корабля, сумеет наладить работу размыкателей.

Кирилл дал команду тревоги по коду «:::» и сбросил всю информацию об аварии на «разгонник» Дизеля и на капитанский мостик.

Талия тут же откликнулась:

– Кир, Дизель сейчас определит поломку. Сбор на мостике через десять минут.

– Принято, капитан.

До сбора оставалось время, и Кирилл решил осмотреться. Он подключился к внешним экранам корабля, отключил реальное человеческое зрение и загрузил картинку с экранов. Одновременно проверил корабельный навигатор и удивился. Навигатор не распознавал планетарную систему, в которой они очутились. Кирилл запустил привязку к доступным им картами и стал ждать результата, пока же осматривался по сторонам.

Привыкнуть к внешнему зрению ему никак не удавалось. Оказаться глазами корабля, видеть все, что окружает его, свыкнуться с безграничным космосом, почувствовать себя песчинкой по сравнению с гигантами-планетами, серьезное испытание для зрения и разума…

Навигатор закончил обработку данных. Результат оказался неутешительным. Программа не узнавала местность, при этом Кирилл видел, что планетарная система обжита.

Следы технического мусора можно было обнаружить возле каждой из девяти планет. Больше всего его скопилось в поясе астероидов. Кирилл нашел несколько объектов искусственного происхождения: пару искусственных лун возле третьей от местного солнца планеты и с сотню мертвых спутников различного назначения. Также он заметил несколько давно заброшенных межпланетных станций. Одна висела возле ближайшей к солнцу планеты. Вторая находилась между третьей и четвертой. А третья болталась в кольцах шестой.

Кирилл запустил сканирование системы и запрограммировал всесторонний анализ на потоковую обработку. Часа через полтора они будут знать все возможное об этой системе. В том числе и о цивилизации, чьи следы он заметил при визуальном осмотре.

Покончив с этим, Кирилл вернул себе истинное зрение, выбрался из кокона и направился в капитанскую рубку, поддерживая через «разгонник» контакт с центральным компьютером корабля по прозвищу Большой Умник и работающим навигатором.

Только пленка двери срослась за его спиной, как в коридоре показалась призрачная фигура Малыша. Он был облачен в костюм старшего техника «Арго», отрастил себе большие бицепсы, явно под стать Дизелю, что на мальчишеской фигурке смотрелось весьма карикатурно.

Малыш влился в их экипаж несколько лет назад. Сам пришел, пробрался безбилетником на борт. Они стояли под погрузкой в одном из портов Силентии и, когда вышли в космос, обнаружили, что к ним на корабль проник вирус.

По крайней мере, именно в таком качестве Кирилл распознал странную программу, кочующую внутри их системы. На «Арго» он отвечал за всю электронную начинку. И именно ему пришлось бороться с «вирусом». На деле «вирус» оказался разумным человеком с трагической историей, вернее тем, что от него осталось. Лет сто назад он был тринадцатилетним мальчишкой. В автомобильной катастрофе погибло его тело, но разум удалось спасти. Его загрузили в виртуальную среду. Родители хотели подобрать новое тело, но денег на выращивание пустышки не хватило. Вскоре они умерли, а он так и остался блуждать в сети, обрастая знаниями, пока из любопытства не забрался на «Арго».

«Привет, мастер. Не ругайся. Сейчас все поправим. Отремонтируем. Подлатаем и дальше полетим», – пришло сообщение от Малыша на «разгонник» Кирилла. Он всегда общался только при помощи мыслеречи.

Никто не знал его настоящего имени. Возможно, он и сам забыл его со временем. Или постарался забыть. Все называли его Малышом, и ему это, кажется, нравилось. К тому же оно ему подходило.

Малыш обожал шалить и озорничать, но больше всего любил примерять разные костюмы, развлекаться и подшучивать над остальными членами экипажа. Благо менять проекции костюмов труда не составляло. Вот и сейчас он вовсю изображал из себя Дизеля, даже мускулы нарастил для придания большей достоверности.

«Хочется верить. Провести остаток жизни, кочуя от звезды к звезде, весьма посредственная перспектива. Тебе не кажется?»

«Совсем нет. Как только начнете стареть, можно отсканировать ваше сознание в сеть и продолжать путь. Когда-нибудь доберемся до цивилизации. И мне веселее будет. Для меня времени не существует. Если, конечно, вы не угробите эту посудину».

«Добрый ты. Аж страшно становится. Лучше бы проверил систему. Тебе все равно нечем заняться. Нет ли каких еще повреждений. И если сможешь, установи, из-за чего размыкатели вылетели», – предложил Кирилл.

«Эксплуататор. Детский труд незаконен как в Солнечной Федерации, так и в Древе Независимости. Я могу и в суд обратится!» – деланно возмутился Малыш.

«О каком детском труде ты говоришь? Тебе по меньшей мере лет сто уже стукнуло. Скорее уж эксплуатация пенсионеров».

«Духом я всегда молод!» – гордо заявил Малыш и исчез.

Капитанский мостик «Арго» – большая круглая зала – от него лучами уходили коридоры, ведущие в жизненно важные отсеки корабля. В центре капитанского мостика возвышался светящийся виртуальный ствол, вырастающий из пола и упирающийся в потолок. Так выглядел центральный компьютер корабля, Большой Умник. Вокруг ствола стояли подключенные к нему рабочие кресла пилотов. Каждый пилот имел свой персональный выход в информационное поле корабля. Светящийся ствол в ширину всего в два обхвата, но стоило пилоту раскрыть индивидуальную точку визуализации, как перед ним разворачивался огромный экран, куда поступала вся необходимая информация. При этом для неподключенного к виртуальному стволу человека экран оставался невидим, как и для остальных пилотов. Оптический эффект. По-настоящему, никаких экранов не существовало. Картинка передавалась напрямую в мозг.

К появлению Кирилла на капитанском мостике собрался почти весь экипаж.

Талия Луговая сидела в капитанском кресле и, судя по напряженному без единой эмоции лицу, работала в информационном поле.

По другую сторону Большого Умника сидел помощник капитана, Борис Тюрин, правда, все его чаще звали просто Магистром, иногда прибавляли «Отец Родной». Прозвище Магистр он получил за неуемную тягу к новым знаниям. Куда бы ни забрасывала «аргонавтов» судьба и условия контракта, Магистр собирал по крупицам информацию обо всем, что видел. Он обладал воистину энциклопедическими знаниями о том, что касалось флоры и фауны открытых и изученных планет Древа Независимости и Солнечной Федерации. В Большой Энциклопедии Мироздания, издаваемой под эгидой Академии наук Древа Независимости, вышли две статьи Магистра. Время от времени в научно-популярных журналах, таких как «Вокруг Вселенной», «Точка», «Барьер», «Поколение NEXT» и других, выходили его статьи, написанные во время длительных перелетов с планеты на планету при исполнении очередных заказов. При этом Магистр не был снобом и заумным занудой. Более веселого и простого человека Кирилл еще не встречал. Люди тянулись к нему. Можно сказать, он служил эмоциональным стержнем, вокруг которого сплотился экипаж корабля. И если Талии Луговой все подчинялись, потому что она являлась главным работодателем, во-первых, и, во-вторых, непререкаемым авторитетом во всем, что касалось работы, то Магистра слушались потому, что любили, и относились к нему как к Отцу Родному.

Борис занимался обработкой информации. Он хмурился, неодобрительно качал головой и закусывал ус. Кирилл представлял, как Магистр прогоняет через «разгонник» последние минуты боя с либертальцами в поисках слабого места в обороне корабля.

За ним с тревогой и надеждой наблюдала и дочка Таня, сидевшая в одном из гостевых кресел. Всеобщая любимица. На прошлой неделе ей исполнилось двадцать лет. Девушку мало кто звал по имени. Все предпочитали называть ее Ежонком, в честь мифического животного, покрытого вместо шерсти иголками. Об этих удивительных существах рассказывали сказки, их поселяли в выдуманные миры наряду с Драконами, Единорогами и Химерами. Таня влюбилась в образ Ежа и повсюду окружала себя предметами с его изображением или символом.

Все «аргонавты» относились к Ежонку, как к младшей сестре, за исключением Никиты Снегова, главного оружейника корабля. Вот и сейчас он преданными глазами смотрел на нее из соседнего кресла и, казалось, авария на «Арго» и перспектива застрять в этой планетарной дыре его мало волновали. Оружейника все называли Горцем. Его дедушка родом с Нового Эдинбурга принадлежал к одному и из самых крупных и влиятельных шотландских кланов. Горец ужасно гордился своим дедом и происхождением, и повсюду его демонстрировал. Вот и сейчас он напялил на голову дурацкий клетчатый берет с белым помпоном по центру. Национальный головной убор. И попробуй ему скажи, что в этом берете он выглядит комично, как минимум обидится. А если об этом скажет кто-нибудь из посторонних, может и по морде съездить.

Горец был старше Ежонка на восемь лет и влюблен по уши. Она не показывала своих чувств на людях, но Кириллу казалось, что и у нее сердце бьется чаще, когда она видит Никиту.

Магистр назревающий роман не одобрял. Какая тут может быть любовь, когда надо учебу закончить (дочка училась дистанционно в Академии международных отношений), получить специализацию и найти хорошую работу. Не весь же век Тане на «Арго» по всяким закоулкам Древа слоняться. Надо и корень пустить, обрасти домом, семьей и детьми. Борт даль-проникателя для этого совсем неподходящее место. Да и Горец – парень, конечно, хороший, Магистр его по-отечески любил, только вот больно не серьезный. Так ему казалось. Но вмешиваться в их отношения он не собирался. Ежонок вольна поступать так, как ей заблагорассудится. В конце концов, это ее жизнь и ее выбор.

Обо всем этом Кирилл знал из первых уст. Как-то они стояли в порту на планете Смоленск. Магистр и Дизель отправились по местным кабакам предаваться «веселью жизни», как любил поговаривать старший техник корабля. Дизель встретил кого-то из знакомых и задержался в порту, а Магистр вернулся на «Арго». Изрядно захмелевший, спать он не пошел, хотелось общаться. По воле случая он наткнулся в кают-компании на Кирилла и полночи беседовал с ним по душам за бутылкой крепкого ямайского рома. Впрочем то, что ром с Ямайки, уверяла этикетка, но, судя по ценнику, разливали его тут же на Смоленске. Настоящий ямайский ром стоил в десять раз дороже и в эту ветвь Древа его не поставляли.

На капитанском мостике еще находился Майк Курбатский по прозвищу Казак. Он происходил из древнего казачьего рода. По степени гордости за свое происхождение мог поспорить с Горцем. Только вот никогда не стал бы этого делать. Казак – серьезный мужчина средних лет. В данный момент он спал мертвым сном на дальнем диване.

На «Арго» Казак служил ведущим пилотом, и именно на него легла вся нагрузка игры в прятки с пиратами. На корабль флибустьеров дальнего космоса они наткнулись несколько дней назад. С тех пор время для всего экипажа превратилось в непрерывную цепь даль-прыжков в безуспешной попытке оторваться от либертальцев. Похоже, у них все-таки получилось спрятаться. И не только от потрошителей звездных трасс. Больше всех досталось Казаку. Он не выпускал штурвал из рук двое суток и держал в постоянном напряжении «разгонник», через него лавиной проходила оперативная информация. Неудивительно, что теперь он спал «без задних ног».

Кирилл осторожно, чтобы не помешать работе Талии и Магистра, прошел к свободному креслу и плюхнулся в него. Опять же, чтобы не мешать, Кирилл обратился к Горцу через «разгонник»:

«Где остальные?»

На мостике не хватало техников Дизеля и Заира, Романа Заирова.

«В ходовом. Скоро будут. Кир, что и вправду все так хреново?»

«Все зависит от того, что они накопают. Если размыкатели накрылись с концами, то хорошего мало».

На «разгонник» Кирилла пришла информация от Большого Умника. От удивления системщик даже присвистнул. Становилось все интереснее и интереснее.

Талия оторвалась от работы, устало потерла глаза и, откинувшись на спинку кресла, спросила, ни к кому конкретно не обращаясь:

– И откуда на нас свалился проклятый либерталец?

Борис тут же ответил, оглаживая аккуратные темно-русые усы:

– Думается мне, что нас вели на поводке. Кто-то из властных кругов Нового Ярославля слил информацию о нашем фрахте и о грузе, что мы везем. Нас еще в порту пасти начали. Не удивлюсь, если всю эту потасовку с братвой из профсоюза даль-перевозчиков тоже подстроили.

– Но зачем?

– Груз должен был везти кто-то из своих. Кто без пыли и шума слил бы его либертальцам и всего делов. А тут мы подвернулись. АКБ решило подстраховаться и спихнуло груз на нас. Если бы в результате давления профсоюза мы отказались от контракта, он тут же ушел бы к нужному лицу, – разжевал схему Борис.

– Ты считаешь, что за нашим фрахтом стоит Агентство Космической Безопасности? – нахмурилась Талия.

– Уверен. На все сто. Ой, говорил Дизель, что от этого дела дурно попахивает, но я его не слушал, старый дурень. А надо было брать ноги в руки и валить с Нового Ярославля куда подальше. Когда АКБ с либертальцами сцепится, крайними даль-перевозчики окажутся.

На капитанском мостике показался Дизель. Из-за его могучей спины выглядывал Заир.

– Судя по твоей физиономии, новости хреновые, – не выдержал Магистр.

– Ага, Борь, хуже некуда, – кивнул Дизель и устало плюхнулся в кресло.

Выглядел он весьма чумазо, как будто в мазуте целый день плавал, а потом слегка полотенцем вытерся. Будь под ним нормальное кресло, его бы после такого приземления можно было выкидывать, но на «Арго» стояли самоочищающиеся кресла. Талия не выносила грязи, а когда большую часть команды составляют мужчины, грязь такое же естественное явление, как восход и закат солнца.

– Докладывай! Не тяни, – приказала Талия.

Дизель тяжело вздохнул.

– Размыкатели погорели. Двенадцать из двадцати. Стазис-поле создать невозможно. И это самое хреновое. Там еще по мелочи кое-что слетело, но это цветочки по сравнению с размыкателями.

– Без стазис-поля «Арго» не уйдет в даль-прыжок. И нам остаются маршевые двигатели. Хорошая перспектива, – произнесла Талия.

– На маршевых до ближайшей солнечной системы Древа мы доползем лет через пятьдесят, при условии, если через каждые три года будем заправляться. А, насколько я в курсе, по Вселенной столько заправочных станций нет, – подытожил Борис.

– Да и где мы находимся, кто знает. Чтобы определить ближайшую обитаемую систему Древа, надо знать, где мы сейчас, – поддержала его Талия. – Кир, Умник хоть что-нибудь дал? Есть какая информация?

– Ничего. Система, в которой мы сейчас находимся, не идентифицируется. Ее нет ни в одном из доступных нам атласов. А у нас на корабле с картами полный порядок. Вы же знаете, я всегда пополняю базу. Так что, можно сказать, что у нас самая полная база карт, – затараторил Кирилл.

Он поймал себя на мысли, что говорит очень быстро, словно пытается оправдаться. Только сейчас он начал понимать всю тяжесть сложившегося положения.

– А как нас вообще сюда занесло? – неожиданно поинтересовался Горец. – Даль-прыжок же всегда просчитывается. Всегда известна точка входа и выхода. Магистр, ты куда прыгал?

– Я в другую ветвь прыгал. В провинцию Ясень. Система Сэлинджер, – задумчиво пояснил Борис.

– И как нас сюда выкинуло? – не понял Никита.

– При погружении в даль-прыжок на точке входа либертальцы нам засадили в брюхо, – ответил Дизель.

– Правильно. Перенапряжение экранов привело к нагрузке на стазис-поле и в свою очередь к разрушению размыкателей. Сбой в работе стазис-поля привел к нарушению маршрута. Вот так и получилось, что мы ушли в неизвестность. Мы можем быть с равным успехом как очень близко от точки входа, так и на другом конце Галактики, – разъяснил Магистр.

– Переводя на простой разговорный, все могло бы быть хуже, если бы не было так хреново, – мрачно заявил Дизель.

– Похоже, мы в западне, – оценил услышанное Горец.

– Надо думать, ребята. Надо думать! Безвыходных положений не бывает, – призвал всех Борис. – Если ничего не придумаем, то нам останется робинзонничать. А такая перспектива мне совсем не по душе. Стар я для всего этого хламья.

– А что если… – тихо и неожиданно проговорил Заир.

Среди «аргонавтов» он был самым молчаливым. Редко выступал с предложениями. Все больше Дизеля слушал, в критических ситуациях прятался за его спиной. А тут не побоялся, высказался.

– У нас же на корабле есть программы матричного дуплицирования. Раз уж размыкатели погорели, мы можем их вырастить.

– Можем-то, конечно, можем, но исходного сырья для размыкателей, прайана, у нас на «Арго» дай бог на пять-шесть штук хватит. А из строя вышло двенадцать. Для стазис-поля все равно мало, – тут же отозвался Дизель.

– Куда ни кинь, везде черные дыры, – тяжело вздохнул Борис. – И где мы можем взять прайан в этой богом забытой глуши?

– Если бы мы находились в Древе, мы бы его купили. Без проблем, – произнес Дизель.

– Но мы не в Древе. Тут лавок с прайаном не наблюдается, – возразил Борис, теребя ус.

– А если на планетах в округе поискать? Вдруг мы найдем залежи прайана? – подала голос Ежонок.

– Если я правильно помню, прайан – искусственный металл. Он в природе не существует. Его человек изобрел, – осторожно заметил Кирилл.

– Вот то-то и оно! – стукнул кулаком по столу Борис.

– Кажется, у нас есть шанс, – произнес Кирилл.

У него сложилось впечатление, что на капитанском мостике все перестали дышать.

Тишину нарушила капитан.

– Говори! – приказала Талия и пронзила его пристальным взглядом пепельных глаз.

Глава 2. Дурные предчувствия

Неделей ранее

Поль Кальянов, по прозвищу Дизель, увлеченно размахивал руками перед лицом магистра.

– Вы можете списать меня на берег. Можете, взять нового техника, их в каждом порту море разливанное, но мне не нравится новый фрахт. Жуть как не нравится! Ничего хорошего нам не светит. Носом чую, это подстава какая-то!

Трактир «Черная Дыра» находился в здании космопорта «Ярославль Главный» на последнем, третьем, этаже. Здесь же располагался большой торговый комплекс. Каждый прибывший на планету или улетающий мог купить здесь любой товар: от повседневной одежды и даль-софта до последней модели speed-чипа или пакета вирусных барьеров.

«Черная Дыра» разделялась на две половины. В первую залу трактира мог прийти любой посетитель, заказать кружку пива или чего покрепче, пообедать или отужинать, один или в компании друзей. Вторая половина трактира, так называемое «закулисье», представляла собой уютный темный зал с дубовыми столами и лавками, длинной, отполированной локтями посетителей стойкой и усталым усатым барменом с вечно отсутствующим выражением лица. Сюда пускали лишь избранных, тех, кто бороздил космические просторы не в пассажирских креслах, а на боевых постах, контролируя каждое движение, каждый вздох даль-корабля. В «закулисье» выпивали, отдыхали душой и телом, заключали во фрахт-кабинах, имеющих speed-выход в сеть, деловые контракты, искали работу и нанимали специалистов на борт. Каждый вошедший в «закулисье» – свой человек, член команды, семьи.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8