Джон Коннолли.

Музыка ночи



скачать книгу бесплатно

Когда на коврике под дверью появилась третья карточка, Кэролин не стала ее уничтожать.

* * *

Дом был частью нарядного таунхауса, построенного в конце девятнадцатого века. Он оказался опрятным и весьма ухоженным, а припаркованные машины были новые – или сравнительно новые. Палисадником он, правда, не мог похвастаться – там были лишь узкие каменные террасы, украшенные кадками и кашпо, а то и декоративными деревьями.

Но в секции под номером шестьдесят пять подобных изысков не имелось.

Кэролин посмотрела на чистые окна с задернутыми шторами и красную входную дверь, краска на которой начала местами облупляться.

Кэролин открыла воротца, подошла по короткой дорожке и позвонила в звонок. Самого звонка она не услышала (невольно напрашивалась мысль, а не сломан ли звонок), но через пару секунд дверь открыла высокая, болезненного вида женщина с грязноватой сединой и кожей, столь туго обтягивающей череп, что сквозь нее вроде бы просвечивали кости. Похоже, ее скулы могли за минуту пропороть кожу. Двигалась она неспешно, а на ее костлявых плечах дремлющей черной кошкой лежала ее близкая кончина.

Кэролин слегка растерялась. Она вынула из кармана карточку и сбивчиво начала представляться, но женщина молча отступила на шаг, жестом предлагая гостье войти. В прихожей царил полумрак: горела только лампа с плотным желтым абажуром, больше поглощающим, чем рассеивающим свет. Красно-белые в полоску обои нынче можно было встретить разве что в старых барах, а узорчатый ковер был так толст, что полностью поглощал любые звуки.

Где-то тикали часы – вот и все, что нарушало тишину.

Кэролин ступила внутрь, и дверь за ней закрылась.

И тогда она почувствовала запах.

* * *

Когда Кэролин возвратилась домой, она первым делом стянула с себя одежду и сунула ее в корзину с грязным бельем. Приняв душ и хорошенько вымыв голову, она задумалась о том, где ей мог встречаться такой тошнотворный запах. И ее осенило. Однажды она вместе с родителями посетила зоопарк, где имелся террариум с варанами, змеями и аллигаторами, которые сгрудились возле буроватого водоемчика. В том террариуме был точно такой же запах, который пропитал насквозь секцию под номером шестьдесят пять. Правда, подумать об этом у Кэролин не было времени: костлявая помощница провела ее в комнатку, где основное место занимала здоровенная кровать, регулируемая на манер больничных коек.

Рядом на инвалидной коляске сидела женщин помоложе, с укрытыми клетчатым пледом ногами. В комнате было жарко натоплено, и Кэролин сразу же вспотела.

Женщина на коляске красотой не блистала, но ее внешность казалась броской.

Длинные иссиня-черные волосы с серебристой проседью сбоку. Пронзительно-зеленые глаза, а кожа – почти такая же меловая, как у ее компаньонки, но с пятнышками румянца на щеках. Не красил ее разве что крупный рот – с парадоксально узкими губами.

– Привет, Кэролин, – поздоровалась она. – Меня звать Амелия.

А у тебя за спиной – моя сиделка мисс Бронстон. Молодец, что пришла: мы на это надеялись. Снимай-ка пальто и устраивайся поудобней. Насчет духоты извини: холода я терпеть не могу. Хочешь чаю или еще чего-нибудь?

Кэролин согласилась на стакан воды со льдом в расчете, что это поможет сладить с испариной (температура в комнатке, наверное, зашкаливала). Мисс Бронстон налила из стеклянного кувшина воды. Прихлебнув, Кэролин почувствовала себя лучше. Стакан она обхватила так, что к нему прилегали запястья (где-то она читала, что это помогает снизить температуру тела).

– Если честно, я даже не представляю, почему я здесь, – призналась она.

– Да потому, дорогуша, что получила записку.

– Да, но я не поняла, что она означает.

– Она означает то, что в ней написано. Я могу тебе помочь.

– Чем?

– Я решу твою проблему, которую зовут Дэвид Риз. Да ты садись.

За спиной у Кэролин мисс Бронстон успела поставить жесткий стул, на который та опустилась. Мисс Бронстон вышла, плотно прикрыв за собой дверь.

– Откуда вам про него известно? – насторожилась Кэролин.

– Из прессы. Я следила за процессом.

Она вяло махнула ладонью на стопку газет, лежащих на полу. А еще возле коляски был столик, на котором Кэролин заметила пластиковую папку с вырезками. Верхняя из них была ей знакома: заметка об оправдании ее насильника. Прошли недели, прежде чем она нашла в себе силы хотя бы бегло ее пробежать.

– Такие происшествия я всегда отслеживаю, – прошелестела Амелия, и Кэролин подалась вперед, чтобы ее услышать. Голос Амелии напоминал слабую струйку шипучего газа. – Выяснить его имя, да и твое, оказалось несложно. Думаю, я – не первая, кто на тебя вышел. Народ у нас вообще изобретательный, когда хочет над кем-то поизмываться.

От Амелии не укрылся удивленно-подозрительный взгляд гостьи.

– Не волнуйся, твою переписку я не читала, – успокоила она. – Но в таких вещах есть определенная схематика, и я не единственная, кто интересуется подобными разбирательствами. Есть мужчины – да и женщины, чего уж тут, – которые буквально упиваются тем, что доканывают насмешками жертв сексуальных преступлений. Будь моя воля, я бы стирала их с лица земли в порошок. Всех без исключения.

Теперь в ее голосе зазвучали гневные нотки. У Кэролин мелькнула мысль, что перед ней сидит одна из женщин, которой тоже пришлось изрядно пострадать.

Ну и что с того? Кэролин уже жалела, что пришла. Вероятно, Амелии скучно, и она нуждается в компании, чтобы всласть поплакаться, но ей, Кэролин, хватает и своей боли.

И она не собирается откровенничать.

– В записке указывалось, что ты мне можешь помочь. Чем, болтовней? – жестко произнесла она. – Кстати, терапевт у меня есть. Помощь – так себе, но другой мне не надо, ни за деньги, ни задаром.

Кэролин встала и поставила пустой стакан возле кувшина.

– За воду спасибо, – сказала она. – Мне пора.

– Сядь, – властно промолвила Амелия.

Прозрачно-зеленые глаза впились в Кэролин, а та покорно села на стул.

– Как ты сердита? – спросила Амелия.

– На Дэвида Риза?

– А на кого ж еще!

– Очень.

– Так не годится. Этого недостаточно. Нужно все прочувствовать. Скажи-ка, как ты ненавидишь Дэвида Риза?

– Более, чем когда-либо и кого-либо в своей жизни. Я просыпаюсь с ненавистью к нему и отхожу ко сну, ненавидя. Он отнял у меня все, а сам продолжает жить в свое удовольствие. Он счастлив. У него отличная работа. Новая подружка. А со мной он как будто никогда ничего и не делал. Он надо мной надругался, осквернил и пошел себе дальше, насвистывая.

– Ты хочешь видеть, как он будет наказан?

– Конечно!

– Мы сможем его покарать. Тебе надо лишь сказать свое слово.

– Наказать, его? Сейчас?

– Да какая разница? Ты его ненавидишь и хочешь увидеть его мучения? Мы способны это устроить.

– В смысле… избить, что ли? Или…

Она осеклась на полуслове. Время, проведенное в кабинетах полиции, адвокатов, в зале суда, научило ее осторожности.

– Милая моя, полумерами мы не ограничиваемся, – произнесла Амелия, и ее глаза заблестели. – А он впредь никогда не поступит с другой женщиной так, как поступил с тобой.

И она, пожалуй, не шутит.

Теперь, когда речь зашла о реальной возможности возмездия, Кэролин оробела.

– Я не знаю, – выдавила она.

– О нет, – усмехнулась Амелия. – Только учти: вечно это предложение открытым не будет. В мире полным-полно и таких, как Дэвид Риз, и женщин, страдающих от рук насильников. Если наше предложение не примешь ты, найдется кто-нибудь другой.

– Правда?

– Да. Все серьезно, как смерть.

Мысли Кэролин замельтешили. В комнате как будто сделалось жарче, а запах просто ее доканывал.

– Но мне пора, – умоляюще пробормотала она.

– Ступай, – хмыкнула Амелия. – Тебя никто не держит.

Вставая, Кэролин покачнулась, не чувствуя под собою ног. Стоило ей обернуться, как в комнату открылась дверь и вошла мисс Бронстон, чтобы проводить гостью до порога (наушничала у скважины, что ли?).

– В ближайшие дни ты будешь много размышлять, – добавила Амелия. – У тебя может появиться желание побеседовать с адвокатом, а то и с полицией, но я тебе этого настоятельно не советую. А если ты отвергнешь наше предложение, то мы лишь просим тебя об одной услуге: дай шанс кому-то другому, хорошо, милая? Раз уж ты не согласна прибегнуть к нашему заступничеству, то пусть кто-нибудь другой будет отомщен. Кстати, если ты проболтаешься полиции о том, то видела и слышала в этих стенах, тебе никто не поверит. Тебе ведь и на суде не поверили. Такая уж у тебя теперь репутация, дорогуша.

Амелия улыбнулась, отчего губы у нее сделались еще тоньше.

– Иди, Кэролин, и обдумай то, что мы обсуждали.

Амелия обратила лицо к свету, струящемуся в окно за ее спиной. Воздух в комнате плыл удушливыми волнами, и она в нем блаженствовала. Изо рта Амелии высунулся бледный язык и облизнул сухие, в трещинках губы.

* * *

Кэролин направилась домой, и с каждой минутой ее визит к Амелии казался ей все более абсурдным и непонятным.

А сейчас, выйдя из ванной и налив себе бокал вина, она совсем замешкалась. Аудиенция с Амелией и вовсе представилась эфемерным сновидением. Тупо посидев перед телевизором (никаких дельных идей у нее не возникло), Кэролин решила отдохнуть.

Когда Кэролин собралась проглотить снотворное, она посмотрела на запотевший стакан с холодной водой – и словно вернулась в ту душную комнатенку.

Кэролин посмотрела на белый кружочек у себя на ладони и впервые за несколько месяцев отказалась от своей душевной подпорки.

Ночью ей снова снилось, что ее насилует Дэвид Риз. Очнувшись, она обнаружила, что сжимает в кулаке таблетку – причем рука ее находится возле сомкнутых губ. Чтобы отвести руку, ей потребовалась вся сила воли. Кэролин положила кругляш на прикроватный столик, но заснуть теперь не могла. Слишком велик был страх очередного ночного кошмара.

Следующий день прошел в клубящемся мороке усталости и нервозности. Из дома она не выходила, не одевалась, не принимала даже душ, а ум мучился памятью о Дэвиде Ризе и причиненной им боли, возвратившейся вдруг с небывалой силой. Вечером, лежа в кровати с упаковкой таблеток, она понимала, что проглатывать их не надо, а уж если глотать, то все разом. Временами на нее наползала дрема, но ненадолго, урывками, а как только начинались сновидения, тело испуганно вздергивалось и Кэролин широко распахивала глаза.

Наутро Кэролин приняла душ, оделась, позавтракала тостом с кофе и направилась к секции таунхауса, где жила Амелия. Мисс Бронстон открыла дверь, когда Кэролин только обиралась позвонить. Амелия на своем кресле-каталке встретила ее в той же одежде и с тем же наброшенным на ноги клетчатым пледом – и уже со знакомой Кэролин, змеящейся улыбкой.

– Да, – выпалила Кэролин с порога. – Я согласна.

* * *

Разворачиваться события должны были таким образом. Кэролин свяжется с Ризом (ей следовало самой устроить первый контакт). Амелия сказала, что лучше всего позвонить из телефона-автомата, а е-мейла надо избегать, дабы не оставлять следов.

Нужно также признать, что вся ее затея с судом была совершенно неверной и бесплодной.

Амелия лишь начинала развивать свою мысль, как Кэролин уже вскинулась.

– Нет и еще раз нет. Ни за что! Доставлять ему такое удовольствие…

– Ты сделаешь, как я велю, милая, – заявила Амелия. – Ты не только извинишься, что потащила его в суд, но еще и скажешь, что тебе все понравилось и тебе стыдно за твои обвинения против него. Ты ему предложишь заглянуть в гости. Чтобы он снова, еще разок с тобой поразвлекся.

– Нет! – отчеканила Кэролин.

У нее скрутило желудок, а к горлу подкатил ком. С Ризом ей и поздороваться-то будет тошно! Что, вообще, себе эта Амелия позволяет? Неужто она, Кэролин, свихнется до такой степени, что пригласит Риза к себе? Ведь он одним своим присутствием осквернил то единственное место, где она ощущала себя в безопасности. Хотя, если подумать, разве она ощущала себя в безопасности? Только таблетки и помогали ей пресекать вторжение Риза в ее сны, где он снова и снова над ней измывался.

Она оцепенело сидела на стуле. Дура, тешила себя мыслями, что кара над Ризом свершится без ее прямого участия, и позже она просто прочтет о несчастном случае с Ризом в газетах. Но это же примитивный природный инстинкт трусости: дескать, пусть всю грязную работу сделает кто-то другой. А я не хочу ни видеть, ни слышать ничего, что может меня потревожить. Не хочу чувствовать запаха крови.

Кэролин поежилась и вдруг поняла, что запах в комнате был не столь удушающим, как раньше. Но, возможно, она просто к нему привыкала. Как быстро она адаптировалась.

Кэролин с любопытством подумала, чем больна Амелия. Рак, наверное. Нынче он буквально у всех.

– Откуда ты знаешь, что он вообще согласится встретиться? – спросила Кэролин. – Он и не захочет со мной разговаривать. Будет держаться в сторонке.

– Наоборот, он на тебя накинется из спеси и одержимости, – рассудила Амелия. – Он согласится, потому что ты лишь подтвердишь его мнение о тебе. Он верит, что ложно обвинен и в суде ты лгала. Он думает, что на самом деле ты мечтаешь, как бы снова еще отведать.

Казалось невероятным, что изнасилование может быть рассмотрено в подобном ключе, но внезапно Кэролин вспомнила, как сам Риз держался в суде и в каких выражениях он описывал их, по его версии, «встречу».

Если он и впрямь ощущает себя уязвленным, тогда он заслуживает своей будущей участи.

– У него есть подруга, – заметила Кэролин, но даже для ее собственных ушей это прозвучало пустым оправданием – абы что сказать.

– Ой! – отмахнулась Амелия. – Когда баба удерживала мужика от того, чтобы получить удовольствие на стороне?

И диспут закончился. Амелия наказала Кэролин сделать дубликат ключей от подъезда и своей квартиры и что с ней на связи будет мисс Бронстон.

– Главное, пригласи его в свое гнездышко, – напутствовала она Кэролин. – А остальное мы берем на себя.

* * *

Это оказалось легче, чем ожидалось, хотя и сложнее, чем полагала Амелия. Ризу на сотовый Кэролин позвонила, воспользовавшись телефонным автоматом, который находился около туалета местного молла. Все силы убеждения ушли у нее на то, чтобы он не оборвал связь в первые десять секунд, но у нее как-то получилось подыскать нужные слова, причем без запинок и заиканий.

Правда, она уже несколько дней репетировала разговор, и все получилось гладко и убедительно. Встретиться договорились завтра в одной из убогих кафешек, которые Риз всегда избегал. Кэролин выбрала заведение как раз потому, что там их не мог застать никто из знакомых (а Ризу это было на руку, да и Кэролин подобный расклад вполне устраивал).

В кафе она пришла загодя и заказала безвкусный кофе с молоком. Ну и ладно. Сделав глоток, Кэролин испугалась. Ее пальцы тряслись так, что изрядная часть напитка выплеснулась на блюдце.

Завидев Риза, она непроизвольно подскочила на стуле (даже в спине что-то хрупнуло). Он облачился в синий костюм – чуть тесноватый, и все из-за его вечной тяги молодиться. До сих пор хочет казаться молодым парнем, хотя сам уже давно зрелый мужик. Расхоже симпатичен, вроде модели из дешевого каталога.

Кэролин недоумевала, что в нем вообще могло ее привлечь. Боже мой, он ведь даже не в ее вкусе. Дело, вероятно, было в алкоголе, хотя сваливать вину на спиртное не стоит.

Нет уж, вина лежит только на нем.

Он заказал чай и уселся напротив.

– Рад тебя видеть, – ощерился он улыбкой. – В более, так сказать, радушной обстановке, чем в прошлый раз.

Хищный оскал был памятен Кэролин еще во время их первой встречи. Риз, похоже, считал, что он неотразим. Ей захотелось плеснуть ему в физиономию кофе, а затем разбить блюдце и всадить ему в глаза осколки! Она спрятала руку под стол и впилась ногтями себе в бедро.

– Да, – сделав глоток и чуть не поперхнувшись, ответила она (голос у нее стал совсем надтреснутый). – Я очень сожалею о том, что случилось. Обо всем сожалею.

И первый лед был сломан. Разговор стал клеиться – пару раз Кэролин сумела растянуть губы в улыбке, а он согласился встретиться с ней в пятницу, посидеть за бокальчиком. В голове он, кажется, прикидывал, куда вечерок может завести и чем все закончится.

На лице Риза мелькнула неприязнь – хотелось надеяться, что по отношению к самому себе (ну разумеется!).

Затем он спохватился, что хочет заплатить за ее кофе, а выходя из забегаловки, клюнул ее поцелуйчиком в щеку. Кэролин едва не сорвалась, но самоконтроля ей хватило, чтобы молча отвернуться, и Риз не заметил, как она его ненавидит. Едва он скрылся из виду, как она вытащила из сумки влажную салфетку и начала яростно тереть свою кожу на лице. За этим занятием она с кем-то столкнулась. Кэролин вскинула глаза – перед ней стояла сухощавая мисс Бронстон.

Она ничего не сказала, а лишь вопросительно подняла брови.

– Пятница, – произнесла Кэролин.

Мисс Бронстон протянула сухую руку, напоминающую птичью лапку. Кэролин положила на ее ладонь дубликат ключей и двинулась дальше.

* * *

Кэролин и Риз почти одновременно прибыли в бар азиатского стиля, расположенный вдалеке от их обычных мест, так сказать, «приземления».

Закуску они взяли сугубо символическую, чтобы можно было просто пощипать кусочек-другой. Риз начал усиленно подливать ей алкоголь, но она упорно держалась за единственный бокал вина. На вопрос, почему она не пьет, Кэролин ответила, что намерена сохранить ясную голову.

– Я хочу получить удовольствие, – промурлыкала она, поглаживая его ручищу. – Позже, после того как здесь посидим. Чтобы впитать все до капельки.

Риз взял ее ладонь в свою и кончиком указательного пальца лениво прочертил на ней круги. А потом, нагнувшись, приник к ее рту. Его язык елозил по ее губам, и Кэролин приоткрыла их, чтобы он проник внутрь, но не больше, чем на дюйм.

Она надеялась, что теперь у Риза точно не будет никаких подозрений на ее счет и он уже не соскочит с крючка.

К ней они поехали на такси. По дороге Риз пытался раздвинуть ее ноги. Кэролин шлепнула его по руке, возможно, сильнее, чем требовалась, и попыталась сгладить оплошность, лукаво и призывно улыбнувшись.

Когда они очутились в ее квартирке, Риз скинул пальто и начал проявлять настойчивость. Кэролин была вынуждена уступить и поддаться его поцелуям и блужданию рук, после чего нежно отстранила Риза от себя.

– Мне нужно в ванную, – произнесла она, поманив его за собой.

Здесь она развязала ему галстук, расстегнула рубашку и чмокнула в грудь.

– Иди, готовься, – произнесла она низким голосом. – Я сейчас.

Когда он выходил, Кэролин развернулась, чтобы он увидел, как она неспешно расстегивает молнию на юбке. После этого, как было указано, она заперла дверь изнутри, села на крышку унитаза и стала ждать.

* * *

Риз был в нижнем белье.

Остальное мы прибережем, пока она объявится из ванной, и вот тогда ее ждет великое разоблачение. Во всех смыслах. Он знал, что именно собирается с ней проделать. Сперва он хорошенько отымеет, а затем плюнет ей в рожу за то, что она ему устроила. Если позже она всплывет рядом хотя бы раз, он заявит на нее в полицию насчет преследования. Сидя на кровати, Риз поглядел на себя в зеркало ночного столика. Расправил плечи, втянул и расслабил мышцы живота. Как он выглядит, его не заботило. Впечатлять ее он не собирался. Задача ставится другая: чтобы она в процессе почувствовала себя униженной. Причем во всех смыслах. Первый раз в жизни он жалел, что не выглядит жирным, старым и уродливым. И где она? Чего она там возится? Хорошо, что хотя бы постель просторная, есть где развернуться. Между простыней и матрасом Риз обнаружил защитный слой пленки. Это еще зачем? У нее что, энурез?

Сзади послышался шорох. Риз встрепенулся. Наверное, открылась дверь ванной, а он, похоже, чересчур увлекся мыслями о том, как сейчас возьмет ее в оборот.

Он обернулся.

Нет, дверь ванной комнаты по-прежнему закрыта.

А звук раздался снова. Вроде бы откуда-то с пола. У нее, значит, есть кошка. А кошек он терпеть не мог. И что здесь за вонь?

Риз сменил позу: подполз на четвереньках к краю постели и перегнулся, чтобы разглядеть, что там скребется. И вдруг над противоположным краем кровати высунулось женское лицо. Темноволосая баба, кожа – молочно-белая, рот – узкий как прорезь. Ну и дела! Она что, схоронилась под кроватью?

И кто это, вообще, – соседка по квартире?

Намек на групповушку?

Оно, в принципе, и неплохо, но можно было хотя бы предупредить.

Баба руками ухватилась за матрас и вздернула себя на кровать. Она оказалась голой. Груди маленькие, а кожа какая-то шелудивая.

– Ты чего…

Мелькнули ягодицы, и остаток фразы застрял у Риза в горле. Ног у женщины не было вовсе. Риз уставился на ее копчик и увидел уже не блеклую кожу, а темно-красную чешую с бурым отливом. Бедра незнакомки (если их можно было назвать бедрами) спаивались в жесткую членистую конечность, сужающуюся до толщины человеческой руки. По форме она напоминала хвост скорпиона, вплоть до черного изогнутого жала.

Волочась по матрасу, женщина придвинулась ближе. Риз хотел отодвинуться, но тело ему не подчинялось. Зеленые, светящиеся глаза женщины прижали его к простыне, как булавка пришпиливает к доске трупик насекомого. Над ее спиной дугой изогнулся хвост, а на кончике жала выступила капля прозрачной жидкости.

– Пожалуйста, – пролепетал Риз, сам толком не понимая, о чем просит, кроме разве что пощады, – ну пожалуйста …

Жало ударило его как раз в то место наверху груди, куда несколько минут назад приложилась поцелуем Кэролин. Он моментально почувствовал, как по организму жидким огнем растекается яд. Тело Риза крупно вздрогнуло, а челюсти клацнули и широко распахнулись.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9