Джон Кейнс.

Общая теория занятости, процента и денег. Избранное



скачать книгу бесплатно

Что же касается прорыва, который осуществил Кейнс в экономической науке, то здесь следует обратить внимание хотя бы на такой факт. Время, которое потребовалось ему для создания теории денежной экономики (если вести отсчет от появления «Трактата о денежной реформе»), было примерно таким же, как время, в течение которого она утвердилась настолько, что стала частью учебников (это произошло в конце 1940-х – начале 1950-х гг.). И это принципиально отличается от ситуации с великими экономистами-революционерами прошлого – Л. Вальрасом, У. Джевонсом и К. Менгером: несмотря на то что их работы появились, как принято говорить, залповым образом, и с точки зрения теории и методологии были, безусловно, революционными, потребовалось не менее 20—25 лет, прежде чем они получили признание в профессиональном сообществе.

Конечно, по сравнению с периодом маржиналистской революции научное сообщество 1920—1930-х годов было более зрелым и гораздо более компактным: распространение идей и обмен мнений происходил значительно быстрее в том числе и благодаря уже сложившейся системе университетского экономического образования, распространению профессиональных журналов, созданию современной сети научных центров и т. д. Здесь мы можем сказать и о позитивной роли знаменитой модели Хикса в популяризации идей Кейнса. Благодаря «Вводному курсу» Самуэльсона эта модель вошла в учебный процесс уже к началу 1950-х годов33
  Samuelson P. Economics. N.Y., 1948 (Самуэльсон П. Экономика. Вводный курс. М.: Прогресс, 1964).


[Закрыть]
. Большую роль в утверждении революционных идей Кейнса сыграли практическая политика, взявшая на вооружение его рекомендации, а также сложившаяся к тому времени практика активного обсуждения в обществе социально-экономических проблем.

В «Общей теории занятости, процента и денег» Кейнс признал наиболее острую социально-экономическую проблему – безработицы – предметом экономической теории, предложил объяснение этого феномена и указал меры, которые не только отражали понимание более активной роли государства в решении этой проблемы, но определяли фокус вмешательства государства в экономику. Следует отметить, что общественное сознание было уже подготовлено к восприятию новой роли государства. И важную роль в этом сыграла не только Великая депрессия, но и имевшее место еще в конце XIX в. осознание необходимости решения социальных проблем и повышения ответственности государства. Причем этот процесс происходил при одновременном укреплении доверия к науке и ее способности дать ориентиры для осуществления социальных преобразований. Тогда же определилась и общественная сила, способная стать субъектом научного подхода к социальным проблемам – научная и управленческая элита, о которой писали, например, Коммонс и Веблен и которая должна была в будущем потеснить образованных, часто широко образованных, любителей в сфере политики и экономики.

И Кейнс оказался таким профессионалом, одним из первых профессиональных adviser от науки.

Однако, выступая с требованием расширения вмешательства государства, Кейнс не переставал быть верным идеям либерализма44
  См., например: Кейнс Дж.М. Конец laissez-faire // Настоящее издание. С. 367; Keynes J.M. Am I a liberal? // Keynes J.M. The Collected Writings of John Maynard Keynes. 30 vols. L.: Macmilan, 1991—1990. Vol. IX.


[Закрыть]
, но не старой доктрины, а «нового либерализма» – программы, в качестве цели полагающей поиск путей, как он писал, «перехода от экономической анархии индивидуалистического капитализма, которая характерная в настоящее время для Западной Европы, к режиму, который имеет своей целью контроль и направление экономических сил в интересах социальной справедливости и устойчивости»55
  Кейнс Дж.М. Экономический перелом в Англии // Финансовая газета. 17.09.1925. С. 2 (цитата дана с некоторыми уточнениями) / Настоящее издание. С. 935.


[Закрыть]
.

С точки зрения методологии кейнсианская революция (если мы согласимся с этим термином) происходила, как бы, не совсем логически правильным путем. Практические рекомендации предлагались не столько вслед за теорией как ее следствие, а скорее параллельно с ее созданием, а в некоторых отношениях опережая ее. Действительно, «Трактат о денежной реформе», а затем «Трактат о деньгах» во многом были теоретическими выпадами против возвращения Англии к золотому стандарту и установления курса фунта стерлингов на довоенном уровне, но, особенно в последней работе, поднимались проблемы, имевшие общетеоретическое значение. Среди последних первенствовала великая проблема денег в экономике, или проблема синтеза теории денег и теории ценности.

«Общая теория занятости, процента и денег» появилась в феврале 1936 г., но уже в начале 30-х годов Кейнс пытался отстаивать практические рекомендации, которые были в ней обоснованы. Он не только принимал активное участие в обсуждении проблем американской экономики с главными вдохновителями Нового курса – президентом Ф. Рузвельтом и экономистом Ф. Франкфуртером, но и признавал выбранный ими путь правильным. И уже в 1940-е годы достижение полной занятости стало официально провозглашенной целью экономической политики правительств Великобритании и США, причем методами, соответствующими рекомендациям Кейнсом.

«Общая теория»: что и для кого?

В предисловии к «Общей теории» Кейнс прямо указывал на то, что его работа адресована коллегам-экономистам и посвящена сложным теоретическим вопросам и только во вторую очередь их практическим следствиям. Он полностью осознавал, что сделать это весьма трудно и что трудность не в самих новых идеях как таковых, а в освобождения от старых, на которых он и экономисты его поколения были воспитаны и которые проникли во все уголки их сознания66
  См. с. 39 настоящего издания.


[Закрыть]
.

В разные периоды времени исследователи научного наследия того или иного ученого выделяют в нем различные стороны. Наше сегодняшнее восприятие Кейнса неизбежно окрашено знанием произошедших уже после его смерти событий как в реальной экономике, так и в области экономического знания. Поэтому предлагаемый ниже перечень теоретических новаций Кейнса вполне может быть подвергнут критике, по крайней мере, в том, что касается их иерархии. Но прежде, чем представить этот список, хотелось бы сделать одно небольшое отступление, отчасти поясняющее этот порядок.

Критика Кейнсом «классиков» основывалась на убежденности в том, что теория должна учитывать, как мы сегодня сказали бы, институциональные факторы, к числу которых можно отнести как систему трудовых договоров, так и отделение капитала-собственности от капитала-функции, а также существование современных финансовых рынков. Но сегодня нам интересно не только это. Наше внимание все больше привлекает подход Кейнса к проблемам неопределенности, его представления об ограниченности нашего знания как важнейшей характеристике реального мира и проекция этих представлений на экономическую теорию.

Эта проблематика тесно связана с идеями Кейнса в области эпистемологии, послужившими основой для целого направления в теории познания – вероятностной логики, основателем которой Кейнс считается вместе с Гарольдом Джеффрисом и которая в свое время претендовала на роль общей теории индуктивной логики77
  Основные идеи в этой области были представлены Кейнсом в его диссертации, опубликованной в 1921 г. под названием «Treatise on Probability».


[Закрыть]
. Связь вероятностной логики и экономических идей Кейнса представляется чрезвычайно интересной темой, и ее обсуждение, безусловно, позволяет в новом свете увидеть многие стороны его теории и прежде всего затрагивающую проблематику финансового рынка и поведения субъектов этого рынка. Более того, в рамках этой темы интересная перспектива открывается для обсуждения вопроса о содержании понятия «рациональность» применительно к ситуации неопределенности, что имеет принципиальное методологическое значение для современной экономической теории. Но характер данной статьи и ее объем не позволяют углубиться в эту интригующую область88
  Подробнее см., например: Макашева Н.А. Еще раз о революции Дж.М. Кейнса. Опыт построения макроэкономической теории для экономики с неопределенностью // Общественные науки и современность. 2006. № 2. С. 143—154.


[Закрыть]
.

Основные новации кейнсианской исследовательской программы настолько хорошо известны (хотя, разумеется, акценты могут быть расставлены и в действительности расставляются по-разному), что можно ограничиться лишь их кратким напоминанием: сдвиг от микро– к макроподходу, от анализа экономических процессов в рамках долгосрочного периода к их анализу в рамках краткосрочной перспективы; признание важности совокупного спроса для определения уровня производства; особая роль неопределенности и рассмотрение денег как влияющих на реальные процессы (объем производства и занятости); сосредоточенность на изменении не столько цен, сколько количеств; предположение об устойчивости функций потребления и неустойчивости функций инвестиций и спроса на деньги из-за влияния фактора неопределенности; признание того, что сбережения и инвестиции осуществляются разными субъектами по разным мотивам (отсюда возможность неравенства планируемых сбережений и инвестиций), а процент определяется не равновесием спроса и предложения ссудного капитала, а денежными факторами (включая предпочтение ликвидности); понимание того, что рынок труда функционирует не как автономный рынок, а как органическая часть экономики, и что реальная заработная плата определяется объемом производства, а предложение рабочей силы зависит от номинальной заработной платы и предельная тягость труда, как правило, ниже существующей на рынке реальной заработной платы, а номинальная заработная относительно устойчива к снижению.

Все эти новшества в аналитическом аппарате и позволили Кейнсу показать возможность существования равновесия при неполной занятости. Смысл последнего утверждения состоит в том, что неполная занятость может не означать неравновесной ситуации, преодоление которой обеспечивается механизмом цен, а может быть ситуацией, когда отсутствуют автоматические силы, стремящиеся вывести экономику из этого состояния. Таким образом, принципиальное расхождение с классиками состоит в том, что у Кейнса механизм, который традиционно был в центре внимания экономистов (механизм цен), оказался не способным вывести экономику из состояния, когда количество желающих работать и величина спроса на труд не равны.

Кейнс был первым, кто ввел понятие вынужденной безработицы. И это новое понятие позволяло увидеть явление, которое старая исследовательская программа попросту игнорировала. Насколько строгим было определение вынужденной безработицы как объекта теоретического рассмотрения и насколько убедительным (с точки зрения логической строгости и/или эмпирической достоверности), было объяснение этого феномена – вот ключевой вопрос, вокруг которого и велись споры.

Далее, теория Кейнса – это теория денежной экономики, в том смысле, что возникновение равновесия с неполной занятостью принципиальным образом связывается с существованием денег и их специфической природой – быть прибежищем для экономических агентов, прежде всего агентов финансового рынка, в условиях неопределенности. Кейнс, по существу, специфическим образом «вплел» деньги в процесс определения уровня производства, и в этом также проявилась его революционность как теоретика.

Не все, что утверждал Кейнс, было подтверждено впоследствии (это касается, например, предпосылок о виде некоторых функций, с которыми он работал), далеко не безупречной является и логика «Общей теории». Более того, теоретические представления, воплощенные в «Общей теории», в целом вполне можно охарактеризовать как эклектичные. Есть основания утверждать, что он предложил не законченную и логически строгую систему, а некоторую совокупность утверждений, допускающую различные толкования, т. е. систему представлений, которую мы могли бы назвать открытой. И это обстоятельство, на первый взгляд снижающее оценку его теории, возможно, оказалось одним из ее преимуществ, которое можно было бы назвать адаптационным потенциалом, обеспечивающим гибкость по отношению к меняющейся ситуации. При этом, разумеется, одновременно открывалась дорога различным, в том числе и не вполне согласующимся интерпретациям его взглядов. Так, например, некоторые как сторонники, так и критики Кейнса первостепенное значение придавали предпосылке о недостаточной подвижности заработной платы как причине безработицы и узловому моменту его теории. Определенные основания для этого были, более того, система трудовых контрактов была тем институтом, внимание к которому должна была проявить теория, учитывающая новые реалии. Однако повышенное внимание к этой предпосылке со стороны теоретиков, возможно, объяснялось еще и тем, что она позволяла простым способом представить теорию Кейнса частным случаем классической теории со всеми вытекающими отсюда последствиями как для теории, так и для практики.

Другим «деликатным» вопросом, вокруг которого было немало спекуляций, был вопрос об отношении Кейнса к социалистической доктрине и реальному социализму (об отношении Кейнса к Советской России будет сказано ниже). Кейнс прямо говорил, что в классовой войне его симпатии были бы на стороне не рабочего класса, а образованной буржуазии99
  Keynes J.M. Am I a Liberal? // The Collected Writings of John Maynard Keynes. Vol. IX. P. 297.


[Закрыть]
, хотя его позиция и не может быть охарактеризована как антирабочая. Более интересным вопросом был вопрос о том, насколько теория Кейнса оправдывала идею перераспределения. Сама по себе его теория, безусловно, лишена классовой окраски. Во всяком случае, сам он считал, что борьба с безработицей теми мерами, которые он предлагал, – в интересах всего общества, а не какого-либо одного класса или группы. Вместе с тем Кейнс исходил из обратной зависимости между величиной мультипликатора и склонностью к сбережениям, что позволяло отчасти устранить противоречие между чисто экономической точкой зрения и социальной и одновременно придало теории некоторую специфическую социальную окраску. При этом, если и можно говорить о социальном пафосе его теории, то это скорее как о призыве к созданию благоприятного климата для капиталистов, чем социальной защиты для рабочих. Хотя его озабоченность по поводу хаотической природы капиталистической экономики и в связи с этим позитивное отношение к привнесению в нее элементом планомерности, не может не волновать как сторонников, так и противников социализма.

Справедливо считается, что макроэкономическая теория Кейнса дала толчок эконометрическим исследованиям, причем прежде всего тех функций, которые занимали центральное место в его теории. Однако Кейнс не был склонен активно использовать ни формальный математический инструментарий, ни прибегать к статистическим и эконометрическим методам, а там, где пользовался статистическими данными, он делал это весьма традиционным способом. Он весьма скептически относился к увлеченности многих его современников, прежде всего занятых исследованием циклов, статистическими и эконометрическими методами. Это определенно проявилось в ходе полемики с Тинбергеном в конце 1930-х годов. В конечном счете, спор шел о сущности экономической науки и ее методологии и в частности о роли статистических тестов, если не в подтверждении правильности теории, то, по крайней мере, в ее опровержении. И здесь Кейнс занял позицию скорее противника статистических методов, чем их сторонника, указывая на целый ряд затруднений, с которыми обычно сталкивается экономист, используя статистические и эконометрические методы для получения содержательных результатов. К числу наиболее серьезных затруднений относятся соотношение между статистическими и причинно-следственными зависимостями, необходимость измерения всех значимых факторов и гарантия их независимости, трудности с обоснованием вида предполагаемых зависимостей, достаточно произвольный выбор формы зависимости, в частности, например, при выделении тренда и т. д. Очевидно, что все эти обстоятельства, действительно, заставляют с осторожностью относиться к результатам эмпирических исследований, в данном случае, циклов1010
  См. Кейнс Дж.М. Метод профессора Тинбергена. С. 433—443 настоящего издания.


[Закрыть]
. Знаменательно, что несколькими годами раньше, также обсуждая проблемы теории цикла, один из наиболее последовательных критиков Кейнса, можно сказать его главный оппонент – Ф. Хайек выступил резко против использования эмпирического подхода к построению теории цикла, т. е. определения причин и характера циклического процесса1111
  Hayek F. Monetary theory and the Trade Cycle. L., 1933. Ch. 1.


[Закрыть]
, хотя и признавал важность эмпирических исследований при проверке теории.

Идеи экономистов трудно воспринимать вне временных рамок, т. е. вне связи с реальными процессами в экономике и обществе в целом. Разумеется, в истории экономической мысли есть случаи, когда теория с реальными экономическими событиями плохо корреспондируют, факты жизни ученого никак не соотносятся с его теоретическими представлениями. Примером может служить Л. Вальрас, который остался в истории как автор чистой экономической теории, и при этом занимал достаточно выраженную социальную позицию, по отдельным вопросам даже перекликающуюся с позицией знаменитого американского экономиста и общественного деятеля Г. Джорджа. При этом можно попытаться усмотреть связь между интересом Вальраса к инженерным наукам в период их безусловного подъема и его стремлением представить экономику как модель общего равновесия.

В случае же Кейнса историческую канву можно обнаружить во всех его работах, причем частью этой канвы является его собственная биография. Некий «экономико-политический» знак можно увидеть даже в датах жизни ученого.

Биография как исторический контекст теории

Дж.М. Кейнс родился 05.06.1883, т. е. в год смерти К. Маркса, а умер 20.04.1946, через несколько месяцев после создания ООН и начала функционирования МВФ, у истоков которого он стоял. Он рос в уникальной интеллектуальной среде Кембриджа, имея возможность благодаря отцу – преподавателю философии и экономики Джону Невилу Кейнсу общаться с такими выдающимися представителями английской общественной науки, как А. Маршалл, А. Пигу, Г. Сиджуик и др. Не удивительно, что образование он получил тоже в Кембридже – в Королевском колледже, где особое внимание уделял математике. Казалось бы, воспитанный в академической среде с ее глубокими традициями, Кейнс скорее мог бы стать конформистом как в науке, так и в других областях жизни. Однако он стал интеллектуальным бунтарем.

Эпоха fin de circle не была очень богата крупными внешними социальными и политическими событиями (хотя англо-бурская война стала важной вехой, обозначавшей серьезные сдвиги в английском общественном сознании), но это было время интеллектуального расставания с XIX в., отмеченное ощущением грядущих потрясений, радикально изменившим мир1212
  Скидельский Р. Джон Мейнард Кейнс. Экономист. Политик. Государственный деятель. М., 2005.


[Закрыть]
. Важную роль в формировании философских, этических и эстетических взглядов ученого сыграли философ Джордж Мур и особенно его этика, основные положения которой были представлены в книге, опубликованной в 1903 г.1313
  Мур Дж. Принципы этики. М.: Прогресс, 1984.


[Закрыть]
Заметную роль сыграл и кембриджский философский клуб «Апостолы», некоторые члены которого впоследствии образовали известный кружок интеллектуалов – так называемую Блумсберийскую группу (создана в 1905/06 г. в лондонском районе Блумсбери, где многие из них жили).

Люди, которые окружали Кейнса, представляли интеллектуальный, литературный, этический и эстетический авангард английского общества. Они взбунтовались против политических и религиозных убеждений и моральных принципов предшествующего поколения ради создания нового, как им казалось, более рационального и свободного общества. Особенно непримиримы они были по отношению к викторианской морали, к морали стяжательства и лицемерия, которая доминировала в английском обществе XIX в. В экономической области викторианская мораль, как известно, проявлялась в освящении стремления делать деньги, осуществлять сбережения, упорно трудиться и т. д. Поэтому не столь неожиданным является и внимание Кейнса к деньгам как средоточию проблем и болевому узлу капиталистической экономики. На уровне экономической теории эта этическая позиция проявилась в повышенном внимании к мотиву денег (т. е. особому отношению к деньгам как наиболее ликвидному активу, психологически окрашенному верой в них как спасательный круг в мире неопределенности и неустойчивости) и мотиву сбережений (в основе которого лежало уходящее корнями в историю убеждение, что сбережение является надежным средством обеспечения личного и общественного благосостояния).

Несмотря на интеллектуальное бунтарство, Кейнс сделал достаточно успешную карьеру государственного служащего и финансиста. Его служебная карьера началась в 1906 г. в Департаменте по делам Индии, продолжалась в Королевской комиссии по индийским финансам и валюте, а с 1915 по 1919 г. – в министерстве финансов. Мировая война, без сомнения, явилась потрясением для всего английского общества. Война и то, что за ней последовало, нанесли сокрушительный удар по многим нравственным ориентирам: ценность человеческой жизни, уважение к личности, вера в надежность социальных контрактов – все это было девальвировано. При этом победа Антанты над Германией не стала точкой в этом разрушительном процессе, и это Кейнс в полной мере осознавал. Неудивительно, что, будучи представителем министерства финансов на Парижских мирных переговорах, Кейнс в работе «Экономические последствия мира» (1919) выступил с резкой критикой политики стран-победителей в том, что касается формирования основ послевоенного политико-экономического порядка в Европе и в связи с этим отношений между победителями и побежденными. Принцип – победитель жестоко (в том числе и экономически) наказывает побежденного – представлялся Кейнсу контрпродуктивным с точки зрения перспектив развития Европы. Публикация «Экономических последствий» означала уход с государственной службы, но одновременно сделала Кейнса знаменитым. Тема политико-экономической ситуации в Европе в связи с реализацией (или, лучше сказать, не реализацией) Версальского договора была продолжена в работе «Пересмотр Версальского договора» (1921), написанной уже после возвращения в Кембридж – к преподавательской и научной работе.

В течение всей жизни внимание Кейнса было сосредоточено на проблемах будущего капиталистической экономики и особенно на судьбе Англии. Начало 1920-х годов давало много поводов для глубоких размышлений в этом направлении. Кризис начала 1920-х годов воспринимался многими как знак серьезных системных сдвигов, происходящих в мировой (капиталистической) экономике, перспективы которой представлялись, в том числе и Кейнсу, весьма туманными. Некоторые соображения относительно природы происходящих изменений в экономике Англии Кейнс высказал в 1925 г. во время его визита в Россию, куда он прибыл вместе с женой – русской балериной Л.В. Лопуховой на празднование 200-летия Российской Академии наук.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Поделиться ссылкой на выделенное