Джоан Кэтлин Роулинг.

Гарри Поттер и Дары Смерти



скачать книгу бесплатно

– Нельзя, – сурово отозвалась Гестия. – Шизоглаз потом объяснит.

Дурслеи прислушивались к разговору, решительно ничего не понимая, и сильно вздрогнули, когда кто-то вдруг громко завопил: «Поторопитесь!» Гарри в недоумении огляделся и не сразу понял, что кричали карманные часы Дедала.

– И то правда, время поджимает. – Дедал кивнул часам и спрятал их в жилетный карман. – Нам желательно переместить твоих родных одновременно с тобой, Гарри, чтобы в момент исчезновения защиты все вы были уже в безопасности. – Он повернулся к Дурслеям: – Ну, готовы?

Никто не ответил: дядя Вернон в гадливом смятении взирал на оттопыренный карман Дедаловой жилетки.

– Нам, наверное, лучше подождать в коридоре, Дедал, – вполголоса произнесла Гестия. Она явно считала нетактичным оставаться в комнате, пока Гарри будет нежно – быть может, в слезах – прощаться с семьей.

– Ни к чему, – буркнул Гарри, но объяснять ничего не пришлось.

Дядя Вернон громко сказал:

– Ну, бывай, парень, – и сначала хотел пожать Гарри руку, но потом не нашел в себе сил, сжал пальцы в кулак и закачал им туда-сюда, как метроном.

– Готов, Диддик? – спросила тетя Петуния, суетливо проверяя застежку на сумке и всячески избегая взгляда Гарри.

Дудли не отвечал – он стоял, полуоткрыв рот и немного напоминая гиганта Гурпа.

– Тогда в путь, – подбодрил дядя Вернон.

Он почти дошел до дверей гостиной, когда Дудли вдруг промямлил:

– Не понимаю.

– Чего ты не понимаешь, пусик? – ласково спросила тетя Петуния.

Дудли поднял жирную, похожую на окорок руку и показал на Гарри:

– А он почему не с нами?

Дядя Вернон и тетя Петуния уставились на него ошеломленно, будто он изъявил желание стать балериной, когда вырастет.

– Что? – громко переспросил дядя Вернон.

– Почему он с нами не едет? – отчетливо повторил Дудли.

– Он… не хочет, – ответил дядя Вернон, повернулся к Гарри и пронзил его яростным взглядом: – Ведь не хочешь?

– Ни капельки, – отозвался Гарри.

– Вот видишь, – сказал дядя Вернон сыну. – А теперь пойдем, нам пора.

Он вышел из комнаты. Было слышно, как открывается входная дверь, но Дудли не двигался, и тетя Петуния, нерешительно просеменив по гостиной, тоже остановилась.

– Ну что еще? – рявкнул дядя Вернон, снова появляясь на пороге.

Казалось, Дудли не в состоянии выразить словами то, что его гнетет. Спустя несколько секунд напряженной внутренней борьбы он наконец выдавил:

– А куда же он поедет?

Тетя Петуния и дядя Вернон переглянулись. Поведение сына явно их пугало. Молчание нарушила Гестия Джонс, озадаченно спросив:

– Но… Вы ведь, разумеется, в курсе, куда едет ваш племянник?

– Естественно, в курсе, – ответил Вернон Дурслей. – Куда-то с кем-то из вашей братии, верно? Все, Дудли, идем, мы торопимся, ты же слышал, что сказал дяденька.

Вернон Дурслей дошел до дверей, но Дудли за ним не последовал.

– Куда-то с кем-то из нашей братии? – вознегодовала Гестия.

Гарри такое уже видел: никто из колдунов не понимал, почему родные столь мало интересуются знаменитым Гарри Поттером.

– Все нормально, – успокоил он. – Ерунда, правда.

– Ерунда? – Гестия грозно повысила голос. – Они что, не понимают, сколько ты пережил? И в какой ты опасности? И какое уникальное место занимаешь в сердцах людей, восставших против Вольдеморта?

– Э-э… Нет, не понимают, – сказал Гарри. – Для них я пустое место, но я уже привык и…

– Для меня ты не пустое место.

Если бы Гарри не видел, как шевелятся губы Дудли, он бы не поверил своим ушам.

Он уставился на двоюродного брата и в итоге вынужден был признать, что тот действительно произнес эту фразу; во всяком случае, Дудли залился краской. Изумленный Гарри тоже смутился.

– Ммм… Спасибо, Дудли.

Дудли вновь замолк, сражаясь с непростыми словами и обширными понятиями, а затем промямлил:

– Ты спас мне жизнь.

– Не совсем, – поправил Гарри. – Дементор взял бы только твою душу…

Он с любопытством смотрел на Дудли. Они не общались ни этим летом, ни прошлым – Гарри приезжал на Бирючинную ненадолго и почти не выходил из комнаты. Но лишь теперь до него дошло, что чашка с холодным чаем под дверью вовсе не была подложенной бомбой. Трогательно, конечно, но все-таки хорошо, что Дудли, кажется, исчерпал возможности выражать чувства… Он еще пару раз открыл рот и, красный как рак, замолчал.

Тетя Петуния разразилась слезами. Гестия Джонс посмотрела на нее одобрительно, но тотчас – едва тетя Петуния бросилась на шею не к Гарри, а к Дудли – вновь вскипела от гнева.

– М-милый Диддичка… – всхлипывая, лепетала тетя Петуния, припадая к массивной сыновней груди. – Ч-чудный мальчик… Поблагодарил…

– Он не благодарил! – возмутилась Гестия. – Он только сказал, что не считает Гарри пустым местом!

– Да, но от него это все равно что «я люблю тебя», – пояснил Гарри. Затянувшееся прощание утомило, хотя наблюдать за тетей, которая обнимала Дудли так, словно тот вытащил Гарри из горящего здания, было забавно.

– Мы вообще когда-нибудь поедем? – взревел дядя Вернон, вновь вырастая в дверях. – А еще говорили, время поджимает!

– Да… да, поедем. – Дедал Диггл, зачарованный происходящим, с очевидным трудом вернулся к действительности. – Действительно пора. Гарри…

Он, слегка споткнувшись, бросился к Гарри и обеими ладонями стиснул его руку:

– …Удачи! Надеюсь, мы еще встретимся. На твоих плечах – судьбы всего колдовского мира.

– Ну да, – буркнул Гарри, – конечно. Спасибо.

– До свидания, Гарри. – Гестия тоже пожала ему руку. – Мысленно мы с тобой.

– Надеюсь, все будет хорошо, – сказал Гарри, глянув на тетю Петунию и Дудли.

– О, я уверен, мы подружимся! – Диггл на прощание помахал цилиндром и вышел из комнаты. Гестия направилась за ним.

Дудли аккуратно высвободился из материнских объятий и шагнул к Гарри, который едва подавил желание выставить ему навстречу волшебную палочку. Но Дудли протянул ему свою большую розовую ладонь.

– Ну и ну, Дудли. – Гарри пришлось повысить голос – причитания тети Петунии возобновились. – Тебя что, дементоры подменили?

– Не знаю, – пробормотал тот. – До свидания, Гарри. Увидимся.

– Угу… – Гарри пожал двоюродному брату руку. – Может быть. Давай, береги себя, Чемпион.

Дудли чуть не улыбнулся и вразвалку вышел из комнаты. Вскоре с улицы донесся хруст гравия, а потом хлопнула дверца машины.

Тетя Петуния, плакавшая в платочек, встрепенулась и словно бы изумилась, увидев, что осталась с Гарри наедине. Торопливо сунув мокрый платочек в карман, она буркнула:

– Что ж… Прощай, – и, не глядя на племянника, направилась к двери.

– Прощайте, – ответил Гарри.

Она остановилась, обернулась, и на секунду Гарри показалось, будто тетя хочет что-то сказать – такой странный, взволнованный был у нее взгляд, но затем она легонько дернула головой и заспешила вслед за мужем и сыном.

Глава четвертая
Семь Поттеров

Гарри взбежал по лестнице к себе и успел увидеть в окно, как машина Дурслеев выезжает на дорогу. На заднем сиденье между тетей Петунией и Дудли виднелся цилиндр Дедала. С Бирючинной улицы автомобиль свернул вправо, рубиново блеснув стеклами в лучах заходящего солнца, и скрылся из виду.

Гарри взял клетку с Хедвигой, «Всполох» и рюкзак, в последний раз обвел взглядом непривычно чистую комнату, затем сволок багаж вниз и поставил у лестницы. Темнело быстро; прихожую наполнили тени. Странно стоять здесь в тишине, зная, что покидаешь дом навсегда. Раньше, давно, когда Дурслеи уезжали куда-нибудь развлекаться и Гарри на несколько часов оставался один, это было редкое счастье. Он несся к холодильнику, хватал что-нибудь вкусненькое и бежал к компьютеру Дудли играть или к телевизору – переключать каналы сколько заблагорассудится… От воспоминаний у Гарри странно защемило в груди, словно при мысли о младшем брате, которого больше нет.

– Не хочешь напоследок прогуляться по дому? – спросил он Хедвигу. Та все еще дулась и прятала голову под крыло. – Мы сюда больше не вернемся. Вспомним старые добрые времена? Смотри, коврик… Это сюда Дудли вырвало, когда я спас его от дементоров… Он сказал мне спасибо, представляешь?.. А прошлым летом Думбльдор вошел в эту дверь… – Гарри на мгновение утерял ход мысли, но Хедвига не желала ему помочь и не вынимала головы из-под крыла. Гарри повернулся к двери спиной. – А здесь, Хедвига, – он открыл дверь в чулан под лестницей, – я жил! Тебя со мной еще не было… Хм, я и забыл, до чего тут тесно…

Гарри смотрел на старые ботинки и зонтики и вспоминал, как, просыпаясь по утрам, упирался взглядом в изнанку лестницы, где обычно сидела пара-тройка пауков. Он еще не знал, кто он на самом деле такой, не знал, как погибли родители, не понимал, почему вокруг него происходит столько странного. Но уже тогда его преследовали загадочные сны про ослепительные зеленые вспышки и летающий мотоцикл – помнится, дядя Вернон чуть не разбил машину, услышав об этом…

Неожиданно где-то рядом что-то оглушительно взревело. Гарри резко выпрямился и стукнулся затылком о низкую притолоку. Припомнив несколько отборных ругательств дяди Вернона, он, держась за голову, прошел на кухню и выглянул в окно на задний дворик.

Тьма, казалось, пульсировала, воздух зыбился. Во дворе один за другим, сбрасывая прозрачаровальное заклятие, появлялись люди. Надо всеми, в огромном мотоцикле с коляской, возвышался Огрид в шлеме и защитных очках. Остальные слезали с метел, а двое – с черных скелетоподобных крылатых лошадей.

Распахнув дверь, Гарри бросился во двор. Послышались радостные восклицания. Гермиона обхватила Гарри руками, Рон хлопнул по спине, Огрид пробасил:

– Ну, все путем? К отъезду готов?

– А то! – Гарри так и сиял. – Но я не думал, что вас будет столько!

– План изменился, – проворчал Шизоглаз. Он держал два здоровенных, туго набитых мешка. Его волшебный глаз вращался как бешеный, сканируя темнеющее небо, дом, сад. – Давай-ка в укрытие, там все и расскажем.

Гарри провел всех на кухню, и, весело смеясь, переговариваясь, они расселись по стульям и столам, до блеска отполированным тетей Петунией, а кое-кто прислонился к безупречно чистым кухонным агрегатам. Вот долговязый Рон, вот Гермиона – пышные волосы заплетены в косу. Фред и Джордж с одинаковыми улыбками. Билл, весь в шрамах, с неизменной длинной шевелюрой. Добрый лысеющий мистер Уизли в очках набекрень. Одноногий вояка Шизоглаз – волшебный ярко-голубой глаз так и крутится в глазнице. У Бомс короткие розовые волосы – ее любимый цвет. Люпин все седеет и весь в морщинах. Стройная красавица Флёр с длинными серебрящимися локонами; лысый и широкоплечий чернокожий Кингсли; всклокоченный бородатый Огрид пригибает голову – потолок низок. Ну и паршивец Мундугнус Флетчер, маленький, грязный, с печальными глазами бассет-хаунда и свалявшимися патлами. Сердце Гарри разрывалось от нежности ко всем – даже к Мундугнусу, которого он едва не придушил при последней встрече.

– Кингсли, а тебе не надо разве охранять премьер-министра муглов? – спросил Гарри через всю кухню.

– Один вечер он без меня как-нибудь обойдется, – отозвался Кингсли. – Ты у нас гораздо важнее.

– Гарри, угадай что? – Бомс со стиральной машины помахала левой рукой – блеснуло кольцо.

– Вы поженились? – ахнул Гарри, переводя взгляд на Люпина.

– Жалко, прошло без тебя, но все было очень скромно.

– Здорово, поздра…

– Тихо, тихо, после наболтаетесь! – рявкнул Хмури, сразу прекратив общий гомон, затем бросил мешки на пол и повернулся к Гарри: – Дедал, наверное, сообщил, что от плана А пришлось отказаться. Донельз Ретивс переметнулся, и у нас возникли трудности. Он запретил подсоединять этот дом к кружаной сети и пользоваться здесь портшлюсами и аппарированием. Иначе – тюрьма. И все – чтобы обезопасить тебя от Сам-Знаешь-Кого. Якобы. На самом деле толку чуть – тут пока еще действует защита твоей матери. А значит, его истинная цель – помешать тебе отсюда выбраться. Вторая проблема: ты несовершеннолетний, а значит, ходишь под Оком.

– Под чем?..

– Под Оком, под Оком! – нетерпеливо повторил Шизоглаз. – Заклятием, которое выявляет магическую активность вокруг несовершеннолетних. Так министерство отслеживает юных любителей поколдовать. Если ты или кто-то рядом произнесет заклинание, чтобы вытащить тебя отсюда, Ретивс сразу об этом узнает. И Упивающиеся Смертью тоже. Но нам нельзя ждать, пока тебе исполнится семнадцать и Око закроется: одновременно спадет и защита твоей матери. Короче, Донельз Ретивс уверен, что тебе от них не уйти.

Гарри оставалось лишь согласиться с неизвестным ему Ретивсом.

– А что делать?

– А что нам остается? То, что не видно Оку: метлы, тестрали, мотоцикл Огрида. Для них заклинания не нужны: сел и поехал.

В плане были просчеты, но Гарри пока придержал язык: может, Шизоглаз сам о них скажет.

– Итак. Материнские чары спадают в двух случаях: либо когда ты достигаешь совершеннолетия, либо когда этот дом, – Хмури обвел рукой идеально чистую кухню, – перестает быть твоим. Сегодня твои с родственниками пути разошлись, и все вы понимали, что вам больше не жить вместе, верно? – (Гарри кивнул.) – Значит, теперь, стоит тебе выйти за радиус действия материнской защиты, она спадет. Мы решили снять ее раньше – не ждать же, пока Сам-Знаешь-Кто схватит тебя в день семнадцатилетия. У нас лишь одно преимущество: Сам-Знаешь-Кто не знает, что тебя перевозят сегодня. Для министерства мы запустили утку: там думают, что до тридцатого ты сидишь тут и не рыпаешься. Однако противник наш не абы кто, и мы не можем рассчитывать на его легковерие; наверняка парочка Упивающихся Смертью сейчас патрулирует небо над окрестностями. Поэтому мы выбрали двенадцать домов и обложили их всеми мыслимыми защитными заклинаниями. Все будут смахивать на твое убежище, все так или иначе связаны с Орденом: мой дом, дом Кингсли, дом Мюриэль, тетушки Молли… Короче, понял?

– Да, – ответил Гарри без особой убежденности: он по-прежнему видел в этом плане зияющую дыру.

– Ты отправишься к родителям Бомс. А там, в зоне действия защитных заклинаний, на портшлюсе переберешься в «Гнездо». Вопросы есть?

– Э-э… да, – кивнул Гарри. – Даже если сейчас им неизвестно, в какой из двенадцати домов меня перевозят, они разве не… догадаются, когда мы толпой в… – он быстро всех пересчитал, – четырнадцать человек подлетим к дому родителей Бомс?

– А, – сказал Хмури, – я же самое главное забыл. Мы не полетим всей толпой к родителям Бомс. У нас будет семь Гарри Поттеров, и каждый с отдельным сопровождающим отправится в свое убежище.

Хмури достал из-под плаща фляжку с какой-то жидкой грязью – и Гарри сразу все понял.

– Нет! – воскликнул он. Голос звенящим эхом прокатился по кухне. – Ни за что!

– А я и говорила, что ты будешь против, – с некоторым торжеством сообщила Гермиона.

– Думаете, я позволю, чтобы шесть человек рисковали из-за меня жизнью!..

– Поскольку нам это, конечно, впервой… – перебил Рон.

– Это другое! Превращаться в меня…

– Естественно, кому понравится, – серьезно согласился Фред. – Вдруг чего, и мы навсегда останемся тощими очкариками?

Гарри даже не улыбнулся.

– У вас ничего не выйдет, я не дам волосы!

– Ну все, хана плану! – сокрушенно покачал головой Джордж. – Без твоего согласия нам их не раздобыть.

– Ага, нас ведь всего-навсего тринадцать против одного, которому нельзя колдовать… Шансов – просто ноль, – ухмыльнулся Фред.

– Очень смешно, – сказал Гарри. – Обхохочешься.

– Если потребуется, мы применим силу, – пророкотал Хмури. Его волшебный глаз слегка подрагивал в глазнице, глядя на Гарри. – Мы здесь все взрослые и готовы рисковать.

Мундугнус, пожав плечами, скроил морду; волшебный глаз, перекатившись вбок, гневно на него воззрился.

– Хватит спорить. Время на исходе. Давай, парень, нам нужны твои волосы.

– Но это же бред, зачем…

– Зачем? – взревел Хмури. – Поттер, Сам-Знаешь-Кто на тебя охотится и полминистерства на его стороне! Может, он и проглотил утку про тридцатое число, но был бы полным придурком, если б не выставил одного-двух Упивающихся Смертью за тобой послеживать! Я бы точно так сделал. Да, здесь им тебя не достать, но материнская защита скоро спадет, а местоположение дома им более или менее известно. Так что обманки – наш единственный шанс. Даже Сам-Знаешь-Кому не под силу разделиться на семь частей.

Гарри поймал взгляд Гермионы и тотчас отвел глаза.

– В общем, Поттер… Несколько волосинок, будь любезен.

Гарри посмотрел на Рона. Тот ответил гримаской: мол, давай, все равно не отвертишься.

– Ну! – рявкнул Хмури.

Гарри под взглядами всех присутствующих ухватился за волосы на макушке и дернул.

– Молодец. – Хмури, хромая, подошел к нему и вытащил пробку из фляжки с зельем. – Сюда, пожалуйста.

Гарри бросил волосы в грязное месиво. Зелье вспенилось, задымилось и внезапно стало ярко-золотым.

– Ого, Гарри, а ты на вид повкуснее Краббе и Гойла, – сказала Гермиона, но, заметив, как Рон поднял брови, покраснела и спешно пояснила: – В смысле… Зелье Гойла было как сопли.

– Хорошо, теперь лже-Поттеры. В очередь, пожалуйста, – приказал Хмури.

Рон, Гермиона, Фред, Джордж и Флёр выстроились в ряд перед ослепительно-белой раковиной тети Петунии.

– Одного не хватает, – объявил Люпин.

– Вот он. – Огрид за шиворот поднял Мундугнуса и втиснул его рядом с Флёр. Та демонстративно сморщила нос, отошла и встала между Фредом и Джорджем.

– Я ж просил, мне б в охрану, – буркнул Мундугнус.

– Заткнись, – рыкнул Хмури. – Слизняк бесхребетный! Сто раз объяснял: Упивающимся Смертью нужно поймать Поттера, а не убить. Думбльдор всегда говорил, что Сам-Знаешь-Кто захочет лично прикончить Гарри. Бояться надо как раз охранникам, их жизнь точно под угрозой.

Мундугнуса это не слишком убедило, но Хмури уже достал шесть рюмок, раздал их и разлил всеэссенцию.

– Поехали, дружно…

Рон, Гермиона, Фред, Джордж, Флёр, Мундугнус выпили и разом начали задыхаться, корчиться. Их лица запузырились и принялись менять очертания, как горячий воск. Гермиона и Мундугнус вытянулись, Рон и близнецы съежились, их волосы стали темнеть, а у Гермионы и Флёр – словно бы втягиваться в голову.

Хмури тем временем невозмутимо развязывал тюки. Когда он выпрямился, перед ним стояло шесть задыхающихся Гарри Поттеров.

Фред и Джордж повернулись друг к другу и хором воскликнули:

– Гляньте-ка! Мы одинаковые!

– Не знаю, по-моему, я все-таки симпатичней, – заметил Фред, разглядывая свое отражение в чайнике.

– Ой, – сказала Флёр, посмотревшись в дверцу микроволновой печи. – Билль, не смотги на менья, это какой-то кошмаг.

– Кому одежда велика, берите поменьше. – Хмури указал на первый мешок. – И наоборот. Да, не забудьте очки, в боковом кармане шесть пар. Когда оденетесь, в другом мешке возьмете багаж.

Настоящий Гарри подумал, что, пожалуй, в жизни не видел зрелища безумнее – а он успел навидаться всякого. У него на глазах шесть одинаковых Гарри рылись в тюках, переодевались, цепляли на нос очки, складывали вещи. Ему хотелось потребовать к себе уважения – как легко они выставляют напоказ его тело! Со своим бы небось постеснялись.

– Я так и знал, что Джинни наврала про татуировку, – сказал Рон, оглядев свою голую грудь, а Гермиона, едва надев очки, изрекла:

– Гарри, у тебя и правда ужасное зрение.

Шесть лже-Гарри, одевшись, взяли из второго тюка по рюкзаку и клетке с чучелом совы.

– Отлично, – одобрил Хмури, когда перед ним наконец предстал последний Гарри. – Сейчас разобьемся на пары. Гнус, ты летишь со мной на метле…

– С чевой-то? – буркнул Гарри, стоявший ближе всех к задней двери.

– С того, что за тобой глаз да глаз, – рявкнул Хмури, и его волшебный глаз сверлил Мундугнуса, даже когда сам Хмури уже переключился на другое: – Дальше… Артур и Фред…

– Я Джордж, – обиженно произнес близнец, на которого указывал Шизоглаз. – Неужто нас нельзя различить, даже когда мы оба Гарри?

– Прости, Джордж…

– Вообще-то прикалываюсь: я Фред…

– Хорош мугляка валять! – взорвался Хмури. – Так, второй… Фред, Джордж или кто ты там… В пару к Рему. Мисс Делакёр…

– Флёр со мной на тестрале, – сказал Билл. – Она недолюбливает метлы.

Флёр подошла и встала рядом с женихом, не сводя с него обожающего, рабски покорного взгляда. Гарри от души понадеялся, что такое выражение появляется на его лице в первый и последний раз.

– Мисс Грейнджер с Кингсли тоже на тестрале…

Гермиона, явно успокоившись, ответила на улыбку Кингсли; Гарри знал, что она тоже не очень уверенно держится на метле.

– Значит, мы с тобой, Рон! – Бомс радостно махнула рукой и опрокинула сушилку для кружек.

Рон в отличие от Гермионы приуныл.

– А ты со мной, Гарри. Не возражаешь? – немного озабоченно спросил Огрид. – На мотоцикле, яс’дело, – ни метла, ни тестраль меня не подымут… На сиденье ты со мной не уместишься, придется в коляске, лады?

– Отлично, – ответил Гарри не вполне искренне.

– Упивающиеся Смертью наверняка ждут, что ты полетишь на метле, – объяснил Хмури, догадавшись, судя по всему, о чем думает Гарри. – У Злея была уйма времени, чтобы выложить о тебе всю подноготную, все, чего раньше не рассказывал. Так что, если мы и столкнемся с Упивающимися, они, скорее всего, погонятся за тем Поттером, который хорошо сидит на метле. Ну, порядочек. – Хмури завязал мешки с вещами и направился к двери. – Три минуты до старта. Дверь запирать незачем: Упивающихся Смертью этим не остановишь… Пошли…

Гарри забрал из прихожей рюкзак, «Всполох» и клетку и вместе с остальными вышел в темный сад. Метлы повскакивали с земли прямиком в руки седоков, Кингсли усадил Гермиону на черного тестраля, Билл помогал Флёр. Огрид в защитных очках ждал около мотоцикла.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5