Джеймс Нельсон.

Викинги. Ирландская сага



скачать книгу бесплатно

Торгрим сел и огляделся с таким видом, словно впервые столкнулся с подобной роскошью. Арнбьерн опустился на край постели. Торгрим прочистил горло. Он явно не знал, с чего начать. Это было на него не похоже. Вообще-то он не отличался многословием, зато знал себе цену и держался весьма уверенно. Арнбьерн ждал.

– Скажу тебе правду, Арнбьерн, – наконец заявил он. – У меня бывают особенные сны, бывают с тех самых пор, как я стал мужчиной, и в них я вижу разные вещи. Сегодня я тоже видел сон и наблюдал за тем, как ушла из Клойна тяжеловооруженная пехота. Они отправились маршем на север, оставив город практически без защиты.

Арнбьерн кивнул и надолго задумался, прежде чем ответить.

– Говоришь, это всего лишь сны? Я слыхал о них. Не обижайся, прошу тебя, но люди говорят о тебе. Они говорят о Ночном Волке.

– Сны, да… Не знаю, – коротко бросил Торгрим, и голос его прозвучал куда резче, чем он намеревался. Помотав головой, он начал снова: – Не знаю, сны ли это или что-нибудь другое. Но вся штука в том, что они всегда сбываются, и я видел, как воины покинули Клойн. Мы должны немедленно атаковать форт, всей армией. Мы застанем их врасплох и с легкостью захватим в плен.

– Воины могли уйти, но стены-то остались на месте.

– Я видел и кое-что еще. Внутрь можно попасть и другим способом: через потайную дверь. Думаю, что смогу заставить их открыть ее. Я и дюжина добровольцев. Мы можем проникнуть в форт через потайной ход и открыть главные ворота, чтобы впустить остальных.

– Но это же безумие! Вас всех наверняка убьют.

– Не убьют, если мы будем действовать быстро, а остальная армия будет отвлекать их. И если у меня будет дюжина надежных помощников.

Арнбьерн уставился в темноту сквозь откинутый полог палатки и надолго задумался. Торгрим мог внушать уважение, но своих людей под рукой у него не было, как и корабля, кстати. Реальной властью он не обладал. И решение о том, будут они действовать или нет, предстояло принять ему, Арнбьерну.

– Ты же понимаешь, Торгрим, что сам я не могу отдать приказ армии наступать, – сказал он наконец. – На время этого похода мы принесли клятву верности Хескульду Железноголовому.

– Разумеется. Но если ты разбудишь Железноголового и остальных, а потом объяснишь положение дел, то они последуют твоему совету. Я сам могу поговорить с ними, если хочешь.

Арнбьерн принялся взвешивать все последствия того, что предлагал Торгрим. Если Торгрим прав и Арнбьерн ввяжется в это дело, то станет героем. А вот если Торгрим ошибается, то Арнбьерн обречет армию на поражение. В лучшем случае это обернется для него унижением, в худшем случае – смертью.

Можно ли доверять Торгриму? Тот явно верил всему, что говорил, но даже он сам не знал, откуда пришло к нему это знание и чем оно было – сном, видением, ниспосланным богами, или чем-то еще. Тонкой ниточкой, на которой будет подвешена судьба целой армии.

– Нет, Торгрим, прости меня, но я не могу поддержать твое предложение. – Арнбьерн выставил перед собой руку, заставляя умолкнуть Торгрима, который уже готов был разразиться протестами. – Я верю тебе.

Верю. Но просить Хескульда и остальных рискнуть всем на основании твоих… снов – это уже слишком.

Торгрим взглянул ему в глаза и ничего не сказал. Арнбьерну вдруг стало не по себе.

– Уверен, ты меня понимаешь, – продолжал Арнбьерн, чтобы стряхнуть наваждение и нарушить молчание. – Ярлы соберутся на встречу утром, чтобы решить, что делать дальше. И тогда ты сможешь выступить перед ними. Но я настаиваю на том, что это твое предложение должно подождать до утра.

Тут Арнбьерну пришло в голову, что другие, вероятно, поддержат этот план, который вполне может увенчаться успехом, и тогда его сочтут слабаком за то, что он придерживался противоположного мнения. Нет уж, такие вещи надо давить в зародыше.

Торгрим еще долго сидел на раскладном стуле, явно раздумывая, а не добавить ли что-либо еще. Наконец он встал.

– Очень хорошо, Арнбьерн, – бесстрастно произнес он, и в голосе его не было ни гнева, ни горечи, ни облегчения. – Подождем до утра. – С этими словами он вышел из палатки, причем так стремительно, что огонек свечи испуганно заметался в движении воздуха и едва не погас.

Глава девятая

 
Шлем-Страшило не защитит
В схватке смелых;
В том убедился бившийся часто,
Что есть и сильнейшие[16]16
  Перевод А. Корсуна. (Примеч. пер.)


[Закрыть]
.
 
Речи Фафнира[17]17
  «Речи Фафнира» – одна из песен «Старшей Эдды», поэтического сборника древнеисландских песен о богах и героях скандинавской мифологии и истории, сохранившегося в древнеисландской рукописи второй половины XIII века. (Примеч. пер.)


[Закрыть]

До рассвета оставалось еще несколько часов, и маленький отряд, состоящий примерно из дюжины воинов, осторожно двигался по низинам и балкам, стараясь держаться в тени и подбираясь к стенам крепости Клойн. Первым шел Торгрим. За ним на длинных, как у аиста, ногах-ходулях вышагивал Старри Бессмертный, по пятам за которым, в свою очередь, топал Харальд, приземистый и широкоплечий. Торгрим видел, что Харальд старается вытеснить Старри со второго места, на что берсерк не обращал ни малейшего внимания.

Торгрим принял решение, едва выйдя из шатра Арнбьерна. Он не мог обратиться к Хескульду Железноголовому через голову Арнбьерна, это было бы неправильно, но Арнбьерн не мог запретить ему отправиться в Клойн, если таково его желание, и взять с собой столько добровольцев, сколько потребуется.

– Берсерки пойдут с тобой, можешь даже не сомневаться, – заявил Старри, когда Торгрим объяснил ему свой план.

Так оно и получилось – уже через десять минут они были готовы к выходу, вооруженные до зубов и переминающиеся с ноги на ногу с тем нетерпеливым выражением на лицах, с каким собака ожидает команды хозяина. Торгриму пришло в голову, что, пожалуй, берсерки были не лучшими кандидатами на участие в предстоящей вылазке, но тут уж ничего поделать было нельзя. Они оказались единственными, на кого он мог рассчитывать, да и то потому, что Старри отчего-то решил держаться рядом с ним.

Заодно Торгрим разбудил и Харальда, который, в отличие от берсерков, никак не желал просыпаться, но, уразумев наконец, что от него требуется, стряхнул с себя сон и был готов уже через пару минут. И вот теперь они крадучись двигались в ночи.

У Торгрима был план или, по крайней мере, идея, которая при нужде могла сойти за таковой: проникнуть в крепость через маленькую дверь, сохранять в тайне свое присутствие насколько возможно, открыть главные ворота и удерживать их в таком положении. Как только створки распахнутся, в форте неизбежно воцарятся хаос и паника, что, как надеялся Торгрим, привлечет внимание норманнов.

Он попытался объяснить свои резоны берсеркам, но те, едва начав слушать, буквально сразу же потеряли интерес к его объяснениям. Такие вещи, как планы, их ничуть не занимали.

Пригнувшись, воины маленького отряда крались вдоль гребня невысокого холма, который укрывал их от взглядов часовых на стене форта. Отблески света подсказали Торгриму, где стражники разожгли костры у главных ворот, и он обошел это место по широкой дуге, после чего вновь подобрался к кряжу в сопровождении Старри и Харальда.

– Вон там, сразу же за кругом света, мы по одному пересечем открытое пространство и доберемся до стены форта, – пояснил он.

– Так близко к кострам? А почему не подойти к форту с северной стороны, где света нет вообще? – пожелал узнать Харальд.

– Потому что там у стражников на стенах глаза уже привыкли к темноте. А здесь костры высветят любого, кто захочет подойти к главным воротам, но при этом разглядеть, кто крадется в тени, будет очень трудно.

Они пригнулись и вновь двинулись вдоль хребта холма, но, пройдя еще футов двадцать, Торгрим снова подал команду остановиться.

– Первым пойду я, – вызвался Старри, пожалуй, слишком нетерпеливо и слишком громко. Харальд было запротестовал, но Торгрим поднял руку.

– Первым пойду я, – отрезал он. – Харальд – следующий. А потом, Старри, ты по одному начнешь отправлять своих людей. Сам пойдешь последним.

Он не стал дожидаться возражений, чуть ли не ползком перебрался через высокий гребень и принялся спускаться по склону. Роса быстро намочила его кожаные сапоги. На левой руке у Торгрима висел щит, и он старательно придерживал его, чтобы тот не лязгнул о рукоять Железного Зуба и не выдал его стражникам.

Трава сменилась утоптанной землей, когда он добрался до расчищенного участка, окружавшего форт по периметру, совсем так, как он видел в своем волчьем сне. Сторожевые костры у ворот горели ярко, и он избегал смотреть на них. Пригнувшись, он стремглав пересек открытое пространство, напряженный, в любой миг ожидающий окрика, но ослепительное пламя костров, треск углей, звуки ночи и просто поздний час, когда бдительность неизбежно ослабевает, надежно укрыли его от глаз любого наблюдателя.

Прижавшись к земляной стене, которой была обнесена деревушка Клойн, он немного подождал, переводя дыхание, и стал смотреть в том направлении, откуда пришел. Открытое пространство уже пересекал Харальд. Он также добрался до стены незамеченным и распластался на ней, пока Торгрим наблюдал за тем, как в темноте к ним приближается приземистая фигура Нордвалла Коротышки.

Торгрим вдруг улыбнулся про себя и покачал головой, осознав всю драматическую нелепость ситуации. «Ну и для чего я отправился в этот дурацкий и рискованный набег? – спросил он себя. Впрочем, ответ был ему хорошо известен: – Чтобы поскорее покончить с этими дурацкими и рискованными набегами».

У себя дома в Вике он располагал такими богатствами, которых обычному человеку хватило бы на несколько жизней. На своем веку ему довелось пережить такие приключения, о каких остальные могли только мечтать. Все, казалось бы, на этом можно и остановиться. Но попасть домой они с Харальдом могли только с помощью Арнбьерна, а тот не намеревался отправляться в обратный путь, не разжившись изрядной добычей.

«Сейчас я ничего так не хочу, как покончить со всем этим и вернуться домой, – думал Торгрим, – но, чтобы найти для этого средство, придется еще раз взяться за меч. Ну, значит, так тому и быть».

Последним открытое пространство проскочил Старри и всем телом прижался к стене. Торгрим подался к нему и увидел, как Старри кивнул в темноте. Все бойцы были уже на этой стороне. Движения Старри понемногу становились все более дергаными и нервными. В нем просыпался берсерк.

Торгрим положил было ладонь на рукоять Железного Зуба, но потом сообразил, что сейчас ему требуется совсем другое оружие. Опустив руку, он вынул длинный кинжал, который носил в ножнах на правом бедре, и двинулся вперед, держась поближе к стене и время от времени задевая ее щитом. Он был уверен, что теперь их никто не заметит, – внизу, у подножия стены форта, лежала густая тень, и любому стражнику пришлось бы далеко перегнуться наружу, чтобы разглядеть их. Но, кто бы ни остался в Клойне, они будут опасаться нападения со стороны поля, а не от подножия.

Они обогнули угол форта, пройдя четыреста футов. И еще четыреста. Торгрим пытался прикинуть, где может находиться эта потайная дверь, но теперь он смотрел на стену под совсем другим углом. Они двигались почти на ощупь в сплошной темноте, и лишь с одной стороны над ними нависала мрачная громада крепостной стены. А потом рука Торгрима коснулась края деревянной рамы, он замедлил шаг, а вслед за ним остановились и остальные. Он провел ладонью по полотну двери, и контуры ее начали медленно проступать из темноты. Все, они были на месте.

Торгрим протянул свой щит Харальду и поудобнее перехватил кинжал. Согнув руку в локте, он дважды коротко постучал рукояткой по двери, сделал паузу и стукнул в третий раз, совсем так, как тот человек в его волчьем сне. Он подождал. Изнутри не доносилось ни звука. Лишь сзади неслышно переступали с ноги на ногу берсерки, которым не терпелось добраться до врага. Вокруг по-прежнему царила мертвая тишина. Где-то вдали заквакали лягушки. И вдруг с другой стороны раздался приглушенный скрип засова и скрежет петель. Дверь распахнулась.

Торгрим шагнул в дверной проем и оказался лицом к лицу со стражником, который отпер ему дверь. Спросонья тот выглядел злым и недовольным, но только до того момента, пока не сообразил, что Торгрим – никакой не ирландец. Ночной Волк видел, как на лице его промелькнула череда сменявших друг друга чувств – удивление, смятение, гнев, страх. Левой рукой он схватил стражника за тунику, выдернул его из проема и обратным движением правой руки вцепился ему горло. Извиваясь в конвульсиях, тот беззвучно рухнул на землю.

Харальд вернул отцу щит. Тот повесил его на левую руку, а правой во всю ширь распахнул дверь. Где-то здесь должен быть еще один стражник, в этом Торгрим не сомневался. И точно, тот как раз поднимался с небольшой лавки, и на лице его было написано то же самое полусонное раздражение. Торгрим оглушил его ударом щита по голове и перешагнул через упавшее тело, а шедший следом за ним Харальд прикончил стражника тем же способом, которым его отец расправился с первым.

Итак, они проникли внутрь крепости. Торгрим двинулся вдоль стены, стараясь держаться в тени, обшаривая взглядом небольшой поселок во внутреннем дворе форта Клойн. В тусклом свете луны, которую то и дело закрывали облака, он разглядел смутный и грозный силуэт башни и спросил себя, а не заперлись ли люди внутри, воображая, что находятся в безопасности, и не втянули ли лестницы сквозь высокие двери сразу же после того, как тяжеловооруженная пехота покинула город. Насколько он мог судить, в башне запросто поместился бы весь Клойн. До сих пор ему попались лишь два ирландца. И оба были уже мертвы.

Он двинулся дальше, быстро и осторожно, ступая совершенно бесшумно. И вдруг до его слуха донесся какой-то странный скребущий звук, который могла бы издавать мышь или крыса, только более громкий, и, казалось, он раздавался где-то совсем рядом. Торгрим остановился и обернулся. Нордвалл Коротышка грыз край своего щита, пытаясь удержать себя в руках. Торгрим заметил, что и остальным берсеркам становится все труднее владеть собой. Харальд тоже обратил на это внимание и метнул на отца выразительный взгляд, словно бы говоря: «Не представляю, что мы будем дальше с ними делать…»

– Терпение, ребятки, терпение, осталось совсем немного, – громким шепотом произнес Торгрим и двинулся вперед.

Он видел, как по верхнему краю стены, в двадцати футах у них над головой, расхаживают вооруженные люди, но они смотрели наружу, в темноту, а не на внутреннее пространство городка. Да и с чего бы им смотреть в другую сторону?

Норманны шли быстро. Торгрим едва не упал, наткнувшись на редкую изгородь из жердей, обозначавшую границу чьей-то собственности. Примерно в двухстах футах от стены он различил круглую деревянную постройку – должно быть, жилище какого-то крестьянина, увенчанное конусообразной соломенной крышей. Он остановился и вновь осмотрелся, пытаясь определить свое местоположение. Отсюда он мог разглядеть около десятка одинаковых домиков, каждый из которых был окружен клочком возделанной земли. Диаметр форта составлял примерно четверть мили, и, по расчетам Торгрима, крепостные стены могли вместить от двух до трех дюжин подобных домишек, включая высокую деревянную церковь, очертания которой он разглядел справа от башни.

Город по центру рассекала широкая дорога, и Торгрим на мгновение заколебался, а не пойти ли по ней в открытую, с таким видом, словно они имеют на это полное право. Иногда лучше всего прятаться на открытом месте. Но, немного поразмыслив, он все-таки решил не рисковать. Вместе этого он перевалился через изгородь на другую сторону. От удара о землю его грудь пронзила острая боль, и он понял, что разбередил рану. Двинувшись дальше, он услышал, как остальные последовали за ним.

Еще один забор. Они перебрались через него, и вдруг Торгрим услышал звук, которого боялся больше всего и которого с замиранием сердца ожидал с той самой минуты, как только они вошли в маленькую дверь, оставив за собой мертвого стражника. Неподалеку раздалось глухое и угрожающее рычание, пока еще слишком низкое, чтобы взывать тревогу, но становившееся все громче.

– Проклятье! – свистящим шепотом выругался Торгрим.

Одним слитным движением он сунул в ножны кинжал и обнажил Железный Зуб. Не успело лезвие сверкнуть в тусклом лунном свете, как рычание перешло в громкий заливистый лай, недвусмысленно говорящий о том, что опасность близка.

«Надеюсь, эта чертова тварь сидит на привязи», – подумал он, ускоряя шаг. Но, к несчастью, пес оказался на свободе. Он уже несся к людям от ближайшего домика, причем в темноте виднелся только его гигантский силуэт и оскаленные зубы. Примерно за десять футов до одного из берсерков по имени Йокул он взвился в прыжке, но все его усилия привели лишь к тому, что в полете его встретил меч Йокула, вспорол ему брюхо и отшвырнул его в сторону.

Своим надсадным лаем псина, однако же, разбудила все окрестных собак. Сначала отозвались те, что охраняли покой близлежащих домиков, но потом проснулись и принялись вторить им собаки уже всей деревни, так что вскоре викингам стало казаться, будто на них ополчились все псы Западного мира.

– Сколько же… чертовых… собак… держат… эти чертовы… ирландцы? – захлебываясь словами, прошипел Старри.

– Идем дальше. Нам нельзя терять времени, – в полный голос произнес Торгрим, поскольку таиться уже не имело смысла.

Перепрыгнув через ближайшую изгородь, он пробежал через дворик и устремился к следующему частоколу. Теперь сквозь лай собак он явственно различал уже и людские голоса, а в разных концах поселка один за другим вспыхивали факелы.

Впереди показались главные ворота, подсвеченные огнем костров, разведенных по обе стороны от них. Рана в груди отзывалась острой болью на каждый его шаг, и он уже чувствовал, что туника начинает намокать от крови. Кольчугу он надевать не стал, как и Харальд, поскольку ирландцы кольчуг не носили и характерный металлический лязг ее звеньев выдал бы их с головой. Впрочем, сейчас, на бегу, с трудом переводя запаленное дыхание, он ничуть не жалел об ее отсутствии.

– Берегитесь собак! – не оборачиваясь, крикнул он. – Сейчас они спустят их с привязи!

Ирландцы знали лишь то, что внутри крепости оказались чужаки, но сколько их и где они находятся, они еще не выяснили. «Вместо того, чтобы организовать оборону, они пока что ограничатся тем, что спустят на нас собак, – решил Торгрим, – чтобы те обнаружили неприятеля и заставили его залечь». Именно так поступил бы на их месте и он сам.

Они находились уже в футах пятидесяти от ворот и бежали по открытому месту безо всяких заборов и изгородей, когда их наконец заметили стражники на стенах. Торгрим не знал ни слова по-ирландски, но заполошные крики, отчаянные жесты и щелчки накладываемых на тетиву стрел говорили сами за себя.

До ворот оставалось тридцать футов, когда Торгрим увидел собак. Их было не меньше десятка, они мчались с разных сторон, распластавшись в беге, захлебываясь лаем и лязгая клыками.

Молот Тора! Он не хотел останавливаться, пока они не доберутся до главных ворот и не распахнут их. До той поры о помощи главных сил приходилось только мечтать. А еще они не могли позволить, чтобы стражники преградили им путь к воротам. Но если они и дальше будут бежать, то собаки просто догонят их и разорвут на куски.

– Стена щитов! Делаем стену! – закричал он, пытаясь остановиться и пробежав по инерции еще несколько шагов.

Едва он успел вскинуть свой щит, как одна из собак прыгнула прямо на него, оскалив клыки. Из ее распахнутой пасти летела пена. Он принял ее на щит и отшвырнул в сторону, одновременно рубя мечом другую. Он надеялся, что его люди успеют образовать нечто вроде оборонительного круга и, быть может, даже отступить к воротам, не подпуская к себе собак.

Откуда-то слева, из темноты, на него прыгнула еще одна собака. Торгрим не видел ее до тех пор, пока клыки не впились ему в предплечье. Закричав от боли, он попытался поразить ее мечом, но не мог достать пса клинком – ему мешал собственный щит. Еще один зверь прыгнул на него справа, но его яростный лай перешел в жалобный вой, когда в полете его встретил меч Харальда и отбил в сторону. Харальд шагнул влево и проткнул клинком пса, повисшего на руке отца, а потом пронзил его вновь и несколько раз ударил мечом, пока тот наконец не разжал клыки и не свалился на землю.

Отец и сын развернулись навстречу очередной собаке, но тут вдруг перед ними оказался Старри с топором в одной руке и коротким мечом в другой. Он заработал ими, словно ветряная мельница, и Торгрим с опозданием сообразил, что жуткий вой, который он поначалу принял за собачий, на самом деле издавал Старри Бессмертный. Рядом с ним появились и другие берсерки. На руке у Нордвалла повисла собака, раскачиваясь взад и вперед в такт взмахам топора шведа, но Коротышка, казалось, просто не обращал внимания на столь досадную помеху.

Йокул и еще один воин, имени которого Торгрим не знал, стояли спина к спине в окружении воющих и лязгающих клыками собак, которые так и норовили прошмыгнуть под их смертоносными клинками. Один пес уже лежал на земле неподвижно, еще двое, поджав хвосты, ковыляли прочь. Торгрим спросил себя, когда же в Клойне закончатся собаки, и вдруг увидел, как Йокул подпрыгнул на месте, резко развернулся, наобум взмахнул мечом и рухнул навзничь. Из его шеи торчало короткое древко стрелы. В мгновение ока сторожевые псы набросились на него и принялись рвать на куски. Торгрим обернулся. Стражники кучей столпились на стене, и несколько человек уже держали луки наизготовку.

– За мной! К воротам! – Лучники представляли собой куда б?льшую опасность, чем собаки. – Старри, собирай своих людей и отступай к стене!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10