Джеймс Фенимор Купер.

Лоцман



скачать книгу бесплатно

© ООО ТД «Издательство Мир книги», оформление, 2009

© ООО «РИЦ Литература», состав, 2009

* * *

Глава I

Волны в неустанном беге

Бились о его борта[1]1
  Стихотворные эпиграфы даются в переводе Д. Горфинкеля. Переводы эпиграфов из Шекспира даются по Полному собранию сочинений в восьми томах, изд. «Искусство», М., 1957–1960.


[Закрыть]
.

Песня

Достаточно читателю бегло взглянуть на карту, чтобы уяснить себе, как расположено восточное побережье Англии по отношению к берегам Европейского континента. В совокупности они образуют границы небольшого моря, уже много веков известного миру как арена морских подвигов и как путь, по которому торговля и война водили флоты северных народов Европы. Вопреки справедливости, обитатели Британских островов давно заявили о своем исключительном праве на этот общий путь, отчего часто возникали конфликты, которые вели к кровопролитию и издержкам, вовсе не соответствовавшим выгоде, которую можно было извлечь из сохранения столь абстрактной привилегии. Через воды этого спорного моря мы и хотим повести читателя, выбрав для нашего рассказа эпоху, особенно интересную для каждого американца не только потому, что это был день рождения его нации, но и потому, что именно в это время разум и здравый смысл начали вытеснять феодальные обычаи в управлении судьбами народов.

Однажды, вскоре после того как революционные события вовлекли в наш спор королевства Франции и Испании, а также Голландскую республику, на северо-восточном побережье Англии, в поле, открытом морским ветрам, собралась группа сельских жителей. Они скрашивали свой труд и сумрачность декабрьского дня, обмениваясь соображениями по поводу политических новостей. Они и раньше слыхали, что Англия ведет войну с какими-то колониями[2]2
  Здесь имеется в виду освободительная война английских колоний в Северной Америке за свою независимость в 1775–1783 гг. В этой войне на стороне восставших колоний сражались противники Англии – Франция (с 1778 г.), Испания (с 1779 г.), Голландия (с 1781 г.). 4 июля 1776 г. была принята Декларация независимости, провозгласившая отделение колоний от Англии и образование независимого государства – США.


[Закрыть]
по другую сторону Атлантики, но эти слухи мало их интересовали по причине отдаленности и туманности событий.

Но, когда против Англии вооружились государства, с которыми она часто воевала и раньше, гул войны потревожил спокойствие даже этих далеких от общественной жизни крестьян. Главными ораторами на сей раз были гуртовщик-шотландец, поджидавший здесь арендатора близлежащих полей, и батрак-ирландец, который пересек Ирландское море и прошел от одного побережья Англии до другого в поисках заработка.

– Если бы не французы да испанцы, старушка Англия сама, и без помощи Ирландии, давно бы расправилась с этими туземцами, – сказал он. – Нам-то уж, во всяком случае, от них одна беда: теперь все время нужно быть трезвым, как священнику за обедней, а то и оглянуться не успеешь – угодишь в солдаты[3]3
  В Англии в то время не было обязательной воинской повинности. Армия комплектовалась вербовкой. Контракт заключался или пожизненно, или на определенный срок (три или пять лет), или до окончания войны. Чтобы заставить подходящего человека подписать контракт, вербовщики часто спаивали его.


[Закрыть]
.

– Знаем, знаем, что вы там в Ирландии собираетесь на войну только под грохот барабана, сделанного из бочонка с виски! – заметил гуртовщик, подмигивая остальным слушателям. – Вот у нас на севере легко собрать народ: шотландцы пойдут за трубами так же чинно, как воскресным утром в церковь. Мне как-то довелось увидеть список солдат горного полка, и представьте – он уместился на таком клочке бумаги, который могла бы прикрыть ручка благородной дамы. Всё Камероны да Макдональды[4]4
  Камерон и Макдональд – очень распространенные в Шотландии фамилии.


[Закрыть]
, хотя в строю их насчитывалось целых шестьсот душ… Но взгляните-ка сюда! У этого малыша непозволительная для морского судна любовь к суше, и, если дно моря похоже на его поверхность, малыш может разбиться!

Столь неожиданная перемена темы заставила всех обратить взоры в ту сторону, куда указывал посохом наблюдательный гуртовщик. К своему крайнему удивлению, они увидели небольшое судно; оно медленно огибало мыс по ту сторону маленькой бухты, на берегу которой находилось поле, где трудились наши крестьяне. Внешность нежданного гостя была весьма своеобразна, что не могло не усилить удивления, вызванного его прибытием в это место. Никакие суда, кроме самых мелких да принадлежащих отчаянным контрабандистам, которые изредка навещали здешние места, не рисковали приблизиться к берегу на этом участке, изобиловавшем подводными камнями и мелями. Отважные моряки, которые пустились в столь рискованное предприятие и действовали так безрассудно, явились сюда на низкой черной шхуне. Корпус ее, казалось, совсем не соответствовал высоте наклоненных назад мачт, несших несколько легких рей; чем выше, тем тоньше они были и на самом верху – не длиннее узкого вымпела, который никак не мог развернуться на слабом ветру.

Короткий день этих северных широт уже угасал, и солнце, бросая косые прощальные лучи на поверхность моря, то здесь, то там дотрагивалось до угрюмых волн полосами бледного света. Штормовые ветры Северного моря, казалось, ушли на покой, и, хотя неумолчный прибой, набегая на берег, придавал еще большую мрачность солнечному закату и окружающей местности, легкая рябь, бороздившая сонные валы, вызывалась лишь тихим ветерком с суши. Несмотря на это благоприятное обстоятельство, море, казалось, таило угрозу. Оно глухо рокотало, как вулкан накануне извержения, усиливая чувство страха, с которым крестьяне воспринимали необычное явление, нарушившее спокойствие их маленькой бухты. Распустив только огромный грот да легкий кливер, шхуна скользила по воде с такой грацией и легкостью, что зрителям это казалось волшебством, и они, оторвав взор от моря, переглядывались в немом изумлении. Наконец гуртовщик тихим, торжественным голосом сказал:

– Храбрый малый, должно быть, стоит там у руля! Но если у этой посудины днище такое же деревянное, как у бригантин[5]5
  Бригантина – двухмачтовое парусное судно с прямыми парусами на передней мачте и косым – на задней.


[Закрыть]
, что ходят между Лондоном и Литом[6]6
  Лит – порт в Великобритании, на восточном побережье Шотландии. С 1920 г. входит в состав города Эдинбурга.


[Закрыть]
, значит, ее ждет опасность, которой благоразумный человек должен бы избегать… Смотрите! Она уже у большой скалы, что всегда высовывает голову при отливе. Нет, ни один смертный не может долго идти этим путем: он дойдет до «земли», но она будет под водой!

Однако маленькая шхуна продолжала двигаться среди рифов и мелей, время от времени слегка меняя курс; это доказывало, что ее ведет человек, сознающий, как опасны эти воды. Когда же судно углубилось в бухту, насколько это было возможно без чрезмерного риска, ее паруса, словно без помощи человеческих рук, сами собой собрались в складки. Покачавшись несколько минут на длинных валах, набегавших с открытого моря, шхуна развернулась на приливном течении и стала на якорь.

Теперь крестьяне начали более оживленно высказывать свои догадки насчет цели этого визита: одни предполагали, что судно занимается контрабандой, другие приписывали ему враждебные намерения. Высказывались также смутные намеки на нечистую силу. «Ни одно судно, – настаивали сторонники этой точки зрения, – будь оно построено человеком, не осмелилось бы зайти в такое место да еще в час, когда даже самый не искушенный в морских делах береговой житель может предсказать бурю». Шотландец, как и большинство его земляков, не только сметливый, но и суеверный, придерживался этой последней теории и начал было с некоторой осторожностью и почтением приводить свои доводы, как вдруг сын Эрина[7]7
  Сын Эрина – ирландец; Эрин – поэтическое название Ирландии.


[Закрыть]
, который, видимо, не имел определенного мнения по этому вопросу, перебил его, воскликнув:

– Смотрите! Их, оказывается, два: маленькое и большое. Если это морские духи, они, видать, любят хорошую компанию не меньше, чем прочие добрые христиане!

– Два! – отозвался гуртовщик. – Два! От них может быть много беды. Два судна, без команды, да еще в таком месте, где человеческих глаз мало, чтобы рассмотреть опасность! Жди несчастья, кто смотрит на них. А ведь второе-то совсем не маленькое!.. Глядите, добрые люди, глядите! Это отличный, большой корабль!

Он замолчал, поднял с земли свой узелок и, еще раз окинув испытующим взором подозрительные суда, многозначительно посмотрел на слушателей и продолжал, медленно удаляясь от берега:

– Я бы не удивился, если бы оказалось, что это военный корабль нашего короля Георга[8]8
  В Англии в то время правил король Георг III (1760–1820).


[Закрыть]
. Отправлюсь-ка я прямо в город и поговорю со знающими людьми: уж больно подозрительный вид у этих судов; малышу ничего не стоит сцапать человека, а большой проглотит всех нас и сытее не станет.

Это предостережение встревожило присутствующих, ибо в то время ходили усиленные слухи о новой вербовке. Работники собрали инструменты и ушли домой. И, хотя с отдаленных холмов за маневрами судов следила не одна пара любопытных глаз, очень немногие из тех, кто интересовался таинственными пришельцами, осмеливались приблизиться к окаймлявшим бухту утесам.

Судно, побудившее местных жителей благоразумно удалиться, было красивым кораблем, огромный корпус, высокие мачты и длинные реи которого, неясно вырисовывавшиеся в легкой вечерней дымке, казались горой, рожденной морской пучиной. Он нес немного парусов и, хотя не решался подойти к берегу так близко, как шхуна, тем не менее производил схожие маневры, подтверждая предположение о том, что цель у них одна. Фрегат – ибо большой корабль принадлежал к этому классу судов – величественно прошел с приливом через вход в маленькую бухту. Он подвигался в воде лишь с той скоростью, какая была необходима, чтобы он слушался руля. Приблизившись к своему спутнику, корабль тяжело развернулся и, поворачивая огромные реи на грот-мачте, чтобы уравновесить действие одних парусов другими, попытался лечь в дрейф. Однако легкий ветер, наполнявший до этого тяжелые паруса, начал спадать, и рябь перестала морщить длинные волны, катившиеся с открытого моря. Течением и волнами корабль понесло в самую глубину бухты, где из воды высовывались черные головы длинной гряды рифов, уходившей далеко в море. Тогда и на фрегате отдали якорь и убрали паруса. Как только судно развернулось по течению, на мачте взвился тяжелый флаг и, когда порыв ветра на мгновение расправил его складки, стал отчетливо виден красный крест на белом поле – эмблема Англии, как успел разглядеть благоразумный гуртовщик, остановившийся на почтительном расстоянии. Но лишь только с обоих судов спустили по шлюпке, гуртовщик ускорил шаг, заметив своим удивленным товарищам, которых забавляло его поведение, что «на эти суда приятнее смотреть, чем на них плавать».

В катере[9]9
  Катер – здесь: быстроходная шлюпка с пятью – семью парами весел.


[Закрыть]
, спущенном с фрегата, заняла свои места многочисленная команда гребцов, и, после того как к ним сошел офицер, сопровождаемый юношей-гардемарином, катер отвалил от корабля и, подгоняемый мерными взмахами весел, направился в сторону берега. Когда катер приблизился к шхуне, от нее отделился легкий вельбот, на веслах которого сидели четыре атлетически сложенных молодца, и, скорее скользя по волнам, чем разрезая их, с удивительной быстротой двинулся навстречу. Как только шлюпки сблизились, матросы по сигналу офицеров осушили весла, и в течение нескольких минут, пока лодка качалась на волнах, произошел следующий разговор.

– Старик с ума сошел, что ли? – крикнул с вельбота молодой офицер, лишь только его матросы перестали грести. – Он, наверно, воображает, что у «Ариэля» днище железное, так что и скала не сделает в нем пробоины! Или он думает, что на «Ариэле» служат аллигаторы, которые в воде не тонут!

Слабая улыбка на миг озарила красивое лицо молодого человека, который полулежал на корме катера.

– Ему отлично известна ваша осторожность, капитан Барнстейбл, – ответил он, – и потому он не боится за судьбу судна и команды. Сколько воды у вас под килем?

– Боюсь даже замерить, – ответил Барнстейбл. – Мне страшно взяться за лот[10]10
  Лот – прибор для измерения глубины.


[Закрыть]
при виде скал, которые, как дельфины, выскакивают из воды прямо на глазах.

– Вы все же на плаву! – воскликнул его собеседник с жаром, который выдавал в нем пылкую натуру.

– На плаву! – повторил его друг. – Да маленький «Ариэль» поплывет и по воздуху! – С этими словами он встал, снял с головы кожаную морскую фуражку и, откинув со лба густые пряди черных вьющихся волос, с удовлетворением моряка, который гордится качествами своего судна, оглядел шхуну. – Но не очень-то легко, мистер Гриффит, стоять в таком месте на одном-единственном якоре, да еще когда приближается ночь. Каковы будут приказания?

– Я войду в прибой и стану на якорь. Вы же возьмете в вельбот мистера Мерри и постараетесь через буруны прорваться на береговую отмель.

– На береговую отмель? – повторил Барнстейбл. – Неужели вы называете отмелью отвесную скалу, которая торчит из воды на сотню футов вверх?

– Не будем спорить о терминах, – улыбаясь, сказал Гриффит. – Ваша задача в том, чтобы добраться до берега. Мы видели сигнал оттуда и знаем, что лоцман, которого мы так давно ждем, готов прибыть к нам.

Барнстейбл с мрачным видом покачал головой.

– Веселенькое у нас плавание! – пробормотал он себе под нос. – Сначала вошли в глухой залив, полный скал и мелей, а потом должны принять на борт лоцмана. Но как я его узнаю? – добавил он вслух.

– Мерри сообщит вам пароль и укажет место, где вы должны искать этого человека. Я высадился бы сам, но данные мне инструкции это запрещают. Если вы столкнетесь с затруднениями, поднимите три весла лопастями вверх, и я тотчас приду вам на помощь. Если увижу три весла и услышу пистолетный выстрел, я открою огонь из мушкетов, а после сигнала, повторенного катером, откроют огонь пушки фрегата.

– Покорно вас благодарю! – беспечно ответил Барнстейбл. – Я полагаю, что сам справлюсь со всеми врагами, которых мы можем встретить на этом берегу. Но старик, ей-богу, спятил. Я бы…

– Будь он здесь, вы бы выполнили его приказания, а сейчас прошу подчиняться мне, – проговорил Гриффит суровым тоном, которому противоречил его дружеский взгляд. – Отыщите человека небольшого роста, в коричневой куртке. Мерри сообщит вам пароль. Если человек даст правильный отзыв, доставьте его на катер.

Молодые люди дружески попрощались, и юноша, которого назвали мистером Мерри, перешел из катера в вельбот. Барнстейбл занял свое место, и по его сигналу матросы снова налегли на весла. Легкий вельбот рванулся прочь от катера и отважно ринулся в сторону скал. Пройдя на некотором расстоянии вдоль берега в поисках благоприятного места, вельбот развернулся и помчался по бурунам туда, где высадка казалась наиболее безопасной.

Тем временем катер медленно следовал за вельботом. Заметив, что вельбот причалил к одному из камней, Гриффит приказал, как и обещал, отдать шлюпочный якорь, а затем экипаж катера приготовил свои мушкеты. Видно было, что матросы заранее получили точные наставления, ибо молодой человек, который был представлен читателю под именем Гриффита, говорил редко и немногословно, как, впрочем, и свойственно тому, кто привык командовать. Как только катер стал на якорь, Гриффит во всю длину растянулся на мягком сиденье и, надвинув шляпу на глаза, с рассеянным видом отдался мыслям, совершенно чуждым его настоящему положению. Однако время от времени он поднимался, отыскивал глазами своих товарищей, высадившихся на берег, а затем обращал выразительный взор в сторону моря, и тогда рассеянная задумчивость, которая так часто сменяла на его лице оживление, уступала место обеспокоенному и внимательному выражению, свойственному не по летам опытному моряку. Закаленные и отважные матросы, приготовившись к бою, сидели молча, засунув руки в карманы, но напряженно следя за клубящимися тучами. Вид этих туч становился все более грозным, и матросы тревожно переглядывались всякий раз, когда катер подымался выше обычного на длинных, тяжелых валах, которые все чаще и все с большей силой набегали с просторов моря.

Глава II

 
…Ты лик прелестный свой
И стан девический плащом укрой.
В толпе мужчин пошире делай шаг.
Не трусь, и ты не попадешь впросак.
 
Прайор

Когда вельбот, о чем мы уже рассказали, подошел к берегу, молодой лейтенант, которого все как командира шхуны называли капитаном, выбрался на скалы в сопровождении юноши-гардемарина, пересевшего к нему из катера, чтобы помочь в этой рискованной экспедиции.

– В крайнем случае нам придется воспользоваться веревочной лестницей, – сказал Барнстейбл, бросая взгляд на крутой склон, – но это отнюдь не означает, что наверху, когда мы влезем туда, нас примут с распростертыми объятиями.

– Мы под защитой пушек фрегата, – возразил юноша, – и вам следует помнить, сэр, что три весла и выстрел, повторенный на катере, вызовут залп этих пушек.

– Да, в нас самих! Никогда не будьте таким дураком, мой милый, чтобы доверять дальней пальбе. От нее много дыма и грохота, но это весьма несовершенный способ швырять чугун. В таком деле, как наше, я скорее предпочту положиться на Тома с его гарпуном, чем на лучший залп, когда-либо прогремевший со всех трех палуб девяностопушечного корабля. А ну, мистер Коффин[11]11
  Коффин – по-английски «гроб».


[Закрыть]
, соберись-ка с силами и погуляй по этой terra firma[12]12
  Твердая земля (лат.).


[Закрыть]
.

Моряк, носивший такое страшное имя, медленно поднялся с места рулевого вельбота и, казалось, рос, распрямляя все складки своего тела. Когда он выпрямился, рост его составил около шести футов и примерно столько же дюймов, однако в вертикальном положении он сильно сутулился, потому что привык жить в низких корабельных помещениях. Фигура его отличалась угловатостью, так как сложён он был нескладно, но огромные жилистые руки свидетельствовали о гигантской силе. Островерхая шерстяная шапочка придавала грубым и резким чертам его лица, окаймленного черными бакенбардами с пробивающейся кое-где сединой, какую-то своеобразную торжественность и степенность. Одной рукой он сжимал сверкающий гарпун. Нижний конец его Том упер в землю, когда, подчиняясь приказу командира, покинул шлюпку, где, принимая во внимание его огромный рост, занимал удивительно мало места.

Как только капитан Барнстейбл получил это подкрепление, он дал матросам, оставшимся в вельботе, несколько необходимых указаний о мерах предосторожности и стал с трудом карабкаться на скалу. Несмотря на природную смелость, из попыток Барнстейбла ничего бы не вышло, если бы ему время от времени не помогал рулевой. Невероятная сила и огромная длина рук и ног облегчали Тому задачу, неразрешимую для большинства смертных. Уже находясь в нескольких футах от вершины, они воспользовались выступом скалы, чтобы передохнуть и посоветоваться о дальнейших действиях.

– Неважное здесь место для отступления, если мы натолкнемся на неприятеля, – заметил Барнстейбл. – Где нам искать этого лоцмана, мистер Мерри, и как узнать его? И почему вы уверены, что он не предаст нас?

– Вопрос, который следует ему задать, вы прочтете на этом клочке бумаги, – ответил юноша, протягивая Барнстейблу записку со словами пароля. – Нам указали скалу вон на том мысу, но он, наверно, видел наш вельбот и направился за нами сюда. Что же касается ваших подозрений, то капитан Мансон, по-видимому, доверяет ему, ибо он усиленно разыскивает его, с тех пор как мы приблизились к берегу.

– Да, – пробормотал лейтенант, – а теперь, когда мы уже на берегу, усиленно разыскивать его должен я. Не нравится мне такое плавание, когда приходится вплотную жаться к берегу, и не очень-то я доверяю перебежчикам. А ты что думаешь об этом, мистер Коффин?

Старый моряк, услышав свое имя, бросил на командира суровый взгляд и столь же сурово ответил:

– Дайте мне морской простор, сэр, да хорошие паруса, и не нужны мне никакие лоцманы! Я родился на борту судна, возившего табак, и по сей день если мне нужна земля, то разве какой-нибудь островок, где можно было бы выращивать овощи да вялить рыбу. От одного вида земли у меня, ей-богу, тревожно на душе, пока не подует ветер прямо от берега.

– Ах, Том, до чего же ты разумный человек! – не то шутливо, не то серьезно сказал Барнстейбл. – Однако нам пора двигаться дальше. Солнце уже садится, и боже нас упаси – оставаться тут на якоре всю ночь!

Схватившись рукой за выступ скалы над головой, Барнстейбл мощным рывком поднялся выше и, сделав два-три отчаянных прыжка, очутился на вершине утеса. Рулевой неторопливо помог гардемарину последовать за офицером и, наконец, с осторожностью, но без больших усилий взобрался наверх и сам.

Когда наши смельчаки ступили на ровную землю над утесами и начали с любопытством оглядываться, они увидели вспаханные поля, размежеванные, как обычно, изгородями и заборами. На целую милю вокруг не было видно ни одного человеческого жилья, кроме маленькой полуразвалившейся хижины, – люди старались селиться подальше от морских туманов и сырости.

– Тут, кажется, и опасаться нечего и искать некого, – заметил Барнстейбл, осмотревшись кругом. – Пожалуй, мы напрасно высадились на берег, мистер Мерри!.. Что скажешь, Длинный Том? Ты что-нибудь видишь?..

– Лоцмана я не вижу, сэр, – ответил рулевой, – зато тут есть кое-что другое, чем было бы неплохо поживиться. Вон под теми кустами я приметил добрый кусок свежего мяса. Он составил бы двойной рацион для всего экипажа «Ариэля».

Гардемарин рассмеялся, указывая Барнстейблу на привлекший внимание рулевого предмет. Это был тучный бык, который жевал жвачку под изгородью в нескольких шагах от них.

– У нас на борту есть немало голодных молодцов, – заметил гардемарин, – которые охотно поддержали бы предложение Длинного Тома, если бы время и обстоятельства позволили нам убить этого быка.

– Да это минутное дело, мистер Мерри, – возразил рулевой и, не шевельнув и бровью, с силой вонзил гарпун в землю, а затем взял его наперевес. – Стоит капитану Барнстейблу сказать лишь слово, и я вмиг загарпуню быка. Не раз загонял я это железо в китов… Правда, на них нет такого слоя жира, как на этой скотине.

– Ты сейчас не на китобойном промысле, где годится в добычу все, что попадается на глаза, – возразил Барнстейбл и сердито отвернулся от быка, словно не доверяя собственной воздержанности. – Но погодите! Я вижу, кто-то крадется вдоль изгороди. Будьте начеку, мистер Мерри! Может быть, в нас будут стрелять без всякого предупреждения.

– Но не этот человек, – беспечно ответил юноша. – Он, подобно мне, молод и вряд ли рискнет схватиться с такой грозной силой, как наш отряд.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9

Поделиться ссылкой на выделенное