Джей Бонансинга.

Ходячие мертвецы Роберта Киркмана. Найти и уничтожить



скачать книгу бесплатно

– Я знаю, ты говорил нам это раньше, причем не один раз, и мы запомнили, что твоя фирма «занималась дизайном более чем десятка самых больших небоскребов в Атланте».

Купер фыркнул, его кадык задрожал от возмущения:

– Я всего-навсего говорю… мы ни черта не сделаем без горючего! Без горючего мы тут просто полируем рельсы, ведущие в никуда.

– Купер…

– В семьдесят девятом, когда ОПЕК задрал цены на нефть, а в Иране была заварушка, нам пришлось списать целых три здания на Пичтри. Просто оставили их фундаменты, как кости динозавров в смоле.

– Хорошо, послушай…

Позади Эш зазвенел еще один голос:

– Хей, Индиана Джонс! Дай им отдохнуть!

Все головы повернулись к Джинкс, юной бродяжке, которую Лилли нашла ранее в этом году. Блистательная, ветреная Джинкс страдала биполярным расстройством; девушка носила черную кожаную блузку, на коже ее пестрели десятки татуировок, на поясе висели многочисленные ножи, а на лбу сидели круглые очки в стиле стимпанк. Она приближалась быстрыми прыжками, сжав руки в кулаки.

Купер Стивс отступил назад, будто уклоняясь от встречи с бешеным животным. Джинкс подбежала к нему совсем близко, дрожащая и напряженная, как пружина в часах:

– Какого хрена ты издеваешься над ней каждый гребаный день?

Лилли встала и осадила Джинкс:

– Все в порядке, дорогая. Я справляюсь.

– Назад, Джинкс. Мы всего лишь болтали. – Револьвер Купера лишь слегка уменьшал его страх перед этой девушкой. – Ты берега попутала.

В этот момент Майлз и Томми вскочили на ноги за спиной у Эш с опасливым выражением на лицах. За последний год – скорее из-за жары, чем из-за стресса по поводу нахождения на открытом пространстве – между людьми вспыхивали ужасные ссоры. Случалась даже поножовщина. Теперь каждый был вооружен. Даже пухлая Норма Саттерс, которая раньше руководила церковным хором, осторожно потянула руку к своему пистолету сорок четвертого калибра.

– Так, все сбавили обороты! – Лилли подняла руки и заговорила жестким тоном. – Джинкс, отойди. Купер, слушай меня. Ты поднимаешь разумные вопросы. Но дело в том, что мы на пути к созданию биодизеля, и у нас уже есть один в Вудбери. К тому же у нас есть несколько повозок для лошадей и несколько ручных дрезин, чтобы добраться туда, куда нужно, пока мы не сделаем еще двигателей. Все в порядке? Ты доволен?

Купер Стивс смотрел на грязь под ногами и продолжал трагически вздыхать.

– О?кей, эй, все! Слушайте меня! – Лилли обвела взором всех, кто стоял вокруг, всю свою команду. Она подняла глаза к суровому небу, потом опять посмотрела на людей. – Давайте-ка заканчивать с обедом, и сделаем следующую сотню ярдов. Очистим пути от сорняков и поставим забор, пока день не кончился.

К четырем часам тонкий слой облаков накрыл Центральную Джорджию, сделав день серым и ветреным. В воздухе разносился запах гари и разложения. Дневной свет над западными холмами стал мертвецки бледным. Изможденная, потная, мучимая болью в напряженной шее, Лилли провозгласила конец рабочего дня, увидев наконец впереди ту эстакаду, о которой говорил Белл.

Железнодорожный перегон располагался над оврагом, который густо зарос лесом. На вид это было похоже на рисунок готического моста с древней разрушенной аркой, которую подпирали деревянные заплесневелые колонны, оплетенные виноградом и диким ивняком. Здесь все прямо-таки кричало о необходимости ремонта, восстановления и глобальной реконструкции, и это был вызов, о котором Лилли решила подумать завтра.

Она решила ехать домой рядом с Томми Дюпре в одной из самодельных повозок, которая представляла собой обгорелую кабину бывшего джипа без двигателя, передних колес и частично – без панели управления, чтобы удобнее было управлять парой лошадей, привязанных к раме. Томми оснастил повозку тщательно продуманной системой из поводьев и скользящих узлов. И вот, под храп и цокот копыт, под скрип и визг самодельного кеба они с грохотом двинулись по грязной дороге, ведущей к табачным полям на юге.

Они ехали вереницей, впереди – повозка Томми, за ним следом – остальные члены рабочей команды, одни верхом, другие – на таких же самопальных тарантасах.

Когда они добрались до Восемьдесят пятого шоссе, часть команды свернула, чтобы отправиться в свои селения на севере и востоке. Белл, Купер и остальные обменялись кивками, повернулись к западу и исчезли в дымке гаснущего дня. Эш махнула Лилли и увела за собой полдюжины соратников в Харальсон, объехав по дороге перевернутый остов автобуса «Грейхаунд», который лежал на повороте хайвея. За последние годы он настолько зарос сорняками, что казалось, будто сама земля пытается восстановить его, заменив травой металлическую обшивку. Лилли посмотрела на часы. Больше пяти часов. Она бы предпочла вернуться домой до того, как стемнеет.

Они не замечали признаков атаки до тех пор, пока не добрались до крытого моста через Элкинс Крик.

– Подожди… стой… что за черт? – Лилли сползла на краешек сиденья, нагнулась вперед и уставилась на тускнеющее небо цвета олова над Вудбери, до которого оставалось полторы мили. – Что за?..

– Держись! – Томми вцепился в вожжи и направил повозку в темноту крытого моста. – Что это было, Лилли? Это был дым?

Мрачные тени поглотили их на мгновение, пока кони с усилием тащили повозку через зловонную темноту, топая по настилу. Когда они выехали с другой стороны, Джинкс опередила всех и направила коня в сторону ближайшего холма.

Сердце Лилли часто застучало:

– Джинкс, ты можешь разглядеть, что это? Это дым?

На вершине холма Джинкс резко остановила коня и достала бинокль. Она приложила окуляры к глазам и застыла. Пятьюдесятью футами ниже Томми Дюпре с грохотом остановил повозку.

Лилли слышала, как остальные тормозят позади. Голос Майлза Литтлтона:

– Что происходит?

Лилли закричала:

– Джинкс, что там?

Глядя в бинокль, Джинкс застыла и побледнела, как манекен. В отдалении над центром города раскачивался столб дыма, черный, как индийские чернила.

Глава вторая

Они приближались с северо-востока, на конной повозке, грохотавшей по окаменелым рельсам сортировочной станции. Воздух был наэлектризован и наполнен густым дымом от горящего дерева и кордита[4]4
  ?Кордит – название одного из видов нитроглицеринового бездымного пороха.


[Закрыть]
. Тела ходячих покрывали пустырь возле стации, расположенная неподалеку баррикада была изрешечена пулями. За ней можно было видеть несколько зданий, от которых поднимался тонкий дымок от затухающих пожаров – или это были следы продолжительного артобстрела. Лилли подавила желание влезть в драку с пушкой наперевес – необходимо было оценить ситуацию и силы противника. В последние десять минут она безуспешно пыталась связаться по автономной рации с Дэвидом Стерном, и теперь эта тишина в эфире пульсировала в ее голове.

На углу Догвуда и Мэйн стоял автомобиль с разбитым лобовым стеклом и распахнутой дверью со стороны водителя. Рядом ветер развевал синий дымок, поднимавшийся от разрушенной баррикады. При виде всего этого – тлеющие внутри зданий очаги огня, изрешеченные пулями стены, разбитые окна, следы автомобильных шин, мусор, разбросанный на участке между Джонс Милл и Уайт Хаус авеню – сердце Лилли забилось сильнее. Черные следы от буксующих колес, бесчисленные осколки и клочки картона, всего этого не было вчера, когда команда строителей покидала город.

Лилли проверила свой пистолет. «Ругер SR22»[5]5
  ?Модель самозарядного пистолета под патрон бокового воспламенения.


[Закрыть]
был всегда с ней с самого начала этой заразы. Как-то Мартинес, бывший житель Вудбери, нашел в Волмарте шесть штук и отдал Лилли два. Для оружия, при данных обстоятельствах, главным плюсом была возможность использовать патроны типа «длинный винтовочный», которые продавались в большинстве спортивных магазинов на юге страны менее чем по пять центов за упаковку[6]6
  ?Наиболее распространенный тренировочный и спортивный боеприпас. Своей популярностью патрон обязан крайне низкой стоимости, практически отсутствующей отдаче и более чем удовлетворительной баллистике на ближних дистанциях, что позволяет расходовать значительно большее количество боеприпасов.


[Закрыть]
. Как правило, Лилли удавалось добывать коробки с полок, шкафчиков или из ящиков столов. Часто оказывалось, что рядом валялись пустые коробки из-под патронов от «Америкэн Игл» или «Ремингтон». Но все это было тогда, а сейчас это сейчас, и все чаще кладовые оказывались пустыми. Недавно Лилли начала последнюю сотню медных оболочечных патронов от «CCI». Надо использовать их благоразумно, стараясь не тратить впустую на ходячих, с которыми вполне можно справиться клинковым оружием или дубиной.

– Прячем повозку и лошадей в канаве и дальше двигаемся пешком, – приказала она Томми, который направлял повозку вдоль северной окраины города. Он подъехал к зарослям карликовых пальм, натянул вожжи, чтобы остановить кеб, выбрался наружу и привязал лошадей к одной из веток. Бросив взгляд через плечо, Лилли увидела быстро приближающихся на лошадях Майлза и Джинкс, а также повозку Нормы, от колес которой поднимались песчаные вихри в этом нездоровом воздухе. Они резко остановили лошадей, спешились и проверили оружие. Лилли вытащила «ругер», вставила обойму, осматривая окрестности. Полный магазин, сотня готовых к бою патронов.

– Похоже, то, что случилось, уже случилось.

Серьезный тон ее голоса – непреднамеренная его трагичность, больше говорящая об усталости, нежели об ужасе – привлек внимание мальчика.

– Кто это сделал? – просипел Томми голосом, переполненным тоской и ужасом, глядя на заброшенное здание почты из красного кирпича с заколоченными окнами и древней вывеской с улыбающимся почтальоном и пышущим свежестью семейством, которое вне себя от радости получает посылку от тетушки Эдны.

– Кто, на хрен…

– Соберись, Томми. – Лилли указала на плотную чащу деревьев на юге. – Мы пойдем через южные ворота… если гребаные ворота все еще там.

Обернувшись она посмотрела на остальных:

– Наблюдайте за всем подозрительным. Быть тише воды, ниже травы и постоянно смотреть, что за спиной. – Все кивнули. – Хорошо, работаем.

Эмоции накрыли Лилли, когда она повернулась и повела людей мимо Пигги Вигги к воротам. Тишина давила на них. За баррикадой они не нашли ни Барбару, ни Дэвида, ни кого-либо из жителей. Ходячих тоже не было видно.

–?Где хотя бы одно гребаное тело?

Адреналин будто запускал импульсы вдоль позвоночника Лилли, в результате чего у нее возникло настолько сильное желание стремительно пронестись по городу, что перехватило дыхание. Где-то там детишки Дюпре, Стерны, мама Мэй и Клинт Старбридж. Но она подавляла эти импульсы. Сейчас первоочередной задачей являлась оценка угрозы. Им необходимо быстро и спокойно все обследовать и понять, что им противостоит.

Через мгновение ее взгляд зафиксировал лесок, за парковкой у супермаркета. На краю леса Лилли увидела с дюжину ходячих, которые были связаны и до сих пор окутаны синевой оружейного дыма.

Где-то на задворках сознания все обнаруженные детали сложились и выстроились в картину нападения.

Те, кто вторгся в город, вероятно, пришли с северо-востока, используя ходячих, шатавшихся по ближайшим лесам сегодня утром. Оценив устроенную бойню – большинство убиты одиночными выстрелами в голову и аккуратно выстроены вдоль сосен, – Лилли пришла к выводу, что нападавшие были очень организованы, очень опытны. Но с какой целью? Зачем тратить ресурсы и энергию на столь дорогостоящее предприятие, как нападение на город?

Паника комком стояла в горле, пока Лилли шла по Фолк-авеню до ворот. За последний год город вырос и стал способен полностью себя поддерживать – сбылся один из долгосрочных планов Лилли – как за стеной, так и во внутренних пределах. Небольшие одноэтажные дома вдоль Фолк-авеню были модернизированы самодельными солнечными батареями, огромными цистернами для фильтрации воды из пруда, которую использовали для мытья и стирки, а также добавились массивные компостные зоны на заднем дворе для удобрений. Несколько месяцев назад Дэвид Стерн начал собирать лошадиный навоз для компостных ям, в попытке использовать каждую толику природных ресурсов с максимальным эффектом.

Лилли остановилась у ворот и быстро прошептала, но достаточно громко, чтобы ее могли услышать, несмотря на ветер.

– Держитесь вместе, внимательно следите за всем, не болтайте, если в этом нет необходимости, и берегите боеприпасы. Напоретесь на ходячего – используйте холодное оружие. Не разбредайтесь. Я не хочу, чтобы кто-то из вас попал в засаду.

Все еще не веря в происходящее, Томми спросил:

– Что, если это ловушка?

Лилли свысока посмотрела на него, передернула затвор «ругера», проверила обойму и убедилась, что все в норме. После этого, еще раз бросив взгляд на Томми, ответила:

– Если это ловушка, то мы должны сражаться, чтобы из нее выбраться.

Перехватив пистолет двумя руками, она повела их через пролом в баррикаде.

В первые годы чумы оставшиеся в живых узнали горькую правду друг о друге. Хотя ходячие, безусловно, и создавали серьезные проблемы, печальнее всего было то, что реальная угроза исходила от живых. На какое-то время мир людей превратился в тигель, в котором переплавлялись межнациональные конфликты, варварство, корыстные устремления, бессмысленные территориальные проблемы. Однако в последнее время казалось, что конфликты между выжившими стали все более и более редкими. Неспровоцированные атаки почти прекратились. У тех, кто выжил, сложилось другое отношение к конфликтам: противоборство выживших – это разрушительный, трудоемкий и нелогичный процесс. Человечество столкнулось с угрозой неотвратимого исчезновения. Энергию стало выгодно тратить лишь на оборону. Поэтому Лилли и остальные и были озадачены этим необъяснимым нападением на город. Еще больше их озадачило то, что они нашли лежащим на земле, около лестницы, ведущей в здание суда.

– Тормози! – прошипела Лилли, подняв руку вверх, а затем указала на тело у стены в соседнем переулке, напротив небольшого здания причудливой архитектуры.

Здание суда в романском стиле с декоративными колоннами, облупленной белой краской и куполом медного цвета уже более ста лет являлось центром города, его нервом. Различные власти, которые существовали в городе, в том числе тиран Филипп Блейк, использовали это здание для разных целей: проведение торжественных встреч, неофициальных мероприятий, в качестве штаба или как место хранения общественных ресурсов. До сегодняшнего дня совет из пяти деревень собирался в одной из задних комнат здания. Но теперь двойные двери здания стояли нараспашку, и ветер гонял мусор по лестнице и вестибюлю. Место выглядело разграбленным. Но не это сейчас беспокоило Лилли. В жуткой тишине, которая охватила города после нападения, пожары почти полностью прекратились, а задымление рассеялось, не было видно никого из людей. До сих пор.

– Боже милосердный, – прозвучал за спиной Лилли сдавленный голос Нормы Саттерс. – Это Гарольд? Лилли, это Гарольд?

– Норма, держи себя в руках! – Лилли бросила взгляд на остальных. – Всем держать себя в руках и оставаться на месте!

Майлз Литтлтон подошел поближе к Норме и попытался ее успокоить:

– Ничего страшного, сестренка…

– Отвали! – с яростью в голосе вскрикнула Норма и вырвалась из его объятий. – Это же Гарольд!

– Соберись, черт тебя побери! – рявкнула Лилли, держа пистолет наготове, спереди и сбоку, чуть ниже области периферийного зрения (как учил ее Боб). Она быстро осмотрела каменные ступени вокруг покореженного тела. Несмотря на тревожное молчание и звуки ветра – лишь они раздавались в этой тишине – Лилли чувствовала, что где-то здесь кроется ловушка.

Она быстро осмотрела крыши, от выбеленной солнцем водонапорной башни до такой же по цвету башенки на здании в северо-западной части площади. Никаких признаков снайперов. Нет даже признаков, что кто-то залег где-то в ожидании. Даже ходячие, которые, по-видимому, забрели в город через открытые ворота, были быстро и эффективно уничтожены неизвестными: много разорванных останков до сих пор лежали вдоль бульваров и канав города. Теперь селение погрузилось в тишину, сонную и буколическую, как это должно было быть в 1820 году, когда Вудбери впервые пророс из красной глины Джорджии в качестве крошечного городка у железной дороги.

– ОТПУСТИ МЕНЯ!

Норма Саттерс вырвалась из рук Майлза Литтлтона, затем, тяжело переваливаясь, побежала к перекрестку

– НОРМА! – крикнула Лилли и бросилась за ней, а следом побежали и все остальные. Норма добежала до лужайки у здания суда, и дальше – по траве. Сжимая револьвер в руке, она летела к телу на камнях. Остальные спешили за ней, не забывая осматривать окрестности.

– Боже, боже, боже, боже, – слова будто вырывались из глубины души бывшей руководительницы хора, эмоции по отношению к этому пожилому человеку, о которых она не догадывалась, переполняли ее, когда она опускалась перед ним на камни. Она ощупала его шею, пытаясь найти пульс, и поняла, что он мертв уже некоторое время, а причиной смерти стали три огнестрельных ранения в грудь. Судя по ранам, стреляли из чего-то крупного калибра. Но по тому, как были сжаты его кулаки, по выражению его морщинистого лица ясно, что он умер в мучениях. Кровь пропитала юбку Нормы, когда она притянула к себе тело и стала гладить седую голову. Тихо рыдая, она продолжала стонать:

– Боже, боже, боже, боже, боже, боже, боже…

Лилли подошла к ним, держась на почтительном расстоянии. Постепенно приблизились и остальные, держа оружие наготове на случай, если скорбь Нормы прервет пуля снайпера. Норма рыдала и качалась, обняв труп мужчины, которого она любила. Слезы бороздили пепел, покрывающий ее пухлое лицо. Лилли отвернулась и вдруг заметила нечто, что могло иметь… или не иметь значения.

Кровавые следы на камнях, позади тела Гарольда Стобача. Очевидно, что он заполз довольно далеко, прежде чем силы покинули Гарольда, и он умер от потери крови. Откуда он пытался убраться? Или он до конца пытался кого-то преследовать? Лилли смотрела на распахнутые двери, перекатываемый ветром мусор и размышляла обо всем этом. Затем, повернувшись, осмотрела остальную часть города.

Прозрение поразило ее, как удар ледорубом между глаз. Она повернулась к Майлзу и Джинкс.

– Так, слушайте меня очень внимательно. Я хочу, чтобы вы двое пошли и проверили дом Стернов, а затем станцию. Прямо сейчас. Томми и я пойдем проверим гоночное кольцо. Мы встретимся здесь через десять минут. Осмотрите ваши мертвые зоны. ДЕЛАЙТЕ ЭТО БЕГОМ!

Джинкс и Майлз недоумевающе переглянулись. Затем Майлз повернулся и спросил у Лилли:

– Что мы ищем?

Лилли уже неслась от площади к северу. Она прорычала через плечо:

– Детей! Надо найти детей!

Несколько десятилетий назад, задолго до того, что кто-то мог бы представить, что мертвые восстанут и будут пожирать плоть живых, кому-то пришла в голову блестящая идея: городу Вудбери просто позарез нужны автогонки. Не новая игровая площадка для средней школы, не новое оборудование в медицинской клинике… Больше всего Вудбери нужен гоночный трек. Пара местных бизнесменов возглавила усилия по сбору средств в течение зимы 1971 и весны 1972 года. Используя проверенные временем приманки, такие как байки о новых рабочих местах, туризме и экономическом развитии, комитет собрал скромную сумму в пятьсот тысяч долларов, которой хватило, чтобы подготовить землю и залить фундамент для массивного комплекса. Он должен был включать в себя подземные службы, места на семь с половиной тысяч болельщиков, сектор для прессы и новейшие – для того времени – гоночные боксы. Остальные средства были собраны в следующем году, а 1 июля 1974 года гоночная трасса открыла двери для зрителей.

Если бы трассу построили в любой другой части мира, это бы расценили бы как надругательство над буколикой сельской жизни. Но здесь, на Юге, люди разбирались в автомобилях и ценили НАСКАР[7]7
  ?Национальная Ассоциация гонок серийных автомобилей (англ. National Association of Stock Car Auto Racing), Inc – частное предприятие, занимающееся организацией автомобильных гонок и сопутствующей деятельностью.


[Закрыть]
, как нигде. Запах нагретой резины и гудрона, рев мощных двигателей из Детройта, наполнявший воздух, блики горячего солнца Джорджии на блестящем металле капотов, пролетающих мимо трибун красивыми пятнами, хруст шеи, когда твой парень идет в отрыв на последнем круге, – все это было в генах южан; это было такой же неотъемлемой частью жизни для этих людей, как небо для воробьев. И за последнюю четверть ХХ века Вудбери стал важнейшим местом для Юго-восточной Ассоциации США по автомобильным гонкам на треке.

В начале нового тысячелетия интерес к соревнованиям начал постепенно угасать – рост цен на бензин, экономический спад, развитие компьютерных развлечений, а также счета на содержание стадиона привели к завершению расцвета гонок в Вудбери. К моменту, когда разразилась чума, массивный комплекс в западной части города, напоминающий летающую тарелку размером с авианосец, с подземными техническими помещениями и наземной частью, стал дорогостоящей, но бесполезной диковинкой. В течение многих лет он использовался для разных целей: как склад, как стоянка школьных автобусов, как место для музыкальных фестивалей кантри, а теперь – как место для безудержного роста сорняков и кудзу, которые в конце концов обвили все верхние части здания, подобно византийским змеям из босхианских кошмаров триптиха «Страшный суд».

Когда Филипп Блейк (он же Губернатор) захватил здесь власть пару лет назад, присосавшись к городу как некий сатанинский долгоносик, и установил здесь диктатуру, как в стране третьего мира, стадион с треком стал символом нечестивых кошмаров этого апокалиптическго времени. Губернатор сделал из полукруга трибун, массивных порталов, овальной трассы и большинства технических помещений гладиаторскую арену, достойный аналог тех, что были в Древнем Риме.

В боях на выживание головорезы Губернатора, окруженные кольцом из прикованных ходячих, которые пытались схватить участников, боролись за право жить – или умереть за своего любимого императора. Согласно теории Блейка, эта кровавая суматоха вызывала катарсис у жителей, позволяя держать их в послушном и управляемом состоянии. Все было сделано в лучших традициях WWE[8]8
  ?Всемирная федерация рестлинга.


[Закрыть]
. Лилли, которая давно здесь жила и считала Вудбери своим домом, очень тревожилась по поводу этих событий. Непристойное, сюрреалистическое ощущение от наблюдения за нежитью, прикованной под галогеновыми лампами, выполняющей для толпы роль обезьянки шарманщика, не раз приходило в ее сны, и по сей день продолжало жить в воспоминаниях.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6

Поделиться ссылкой на выделенное