Джастина Биберова.

Мужская логика. О любви, делах семейных и не очень



скачать книгу бесплатно

Музыка и солнце делают свое дело. Настроение легкое и веселое. Я работал сверх всякой меры, я обещал и делаю деньги для покупки дома. Не бросаю слов на ветер: читаю газеты и хожу по агентствам недвижимости. Иду в самое крутое агентство. Сижу и просматриваю рекламные проспекты, которые мне любезно предложили вместе с чашечкой кофе. Сервис!

– Добрый день. Я буду с вами работать, – раздается приятный голос над моей головой.

Медленно поднимаю взгляд – туфельки на шпильках, ножки, талия, грудь, волосы. Глаза! Белоснежная улыбка и вроде искренняя. Вот это я заехал, агентство крутое точно.

– Зовут меня Анастасия Леонидовна, можно просто Анастасия. Пойдемте.

С удовольствием иду за Анастасией, и мы размещаемся у нее в кабинете. Я падаю на мягкий диван, мне здесь уже нравится, смотрю с интересом на Анастасию Леонидовну. Она заметно волнуется, опускает глаза и просматривает бумаги.

– Вот, я могу вам предложить, – она подает мне журналы. – Здесь информация относительно частных вилл и различных вариантов домов. Может, вы уже заранее определились с выбором? – вопросительно смотрит она.

– Может быть, – говорю я и хочу проехать на просмотр двух домов.

– Когда вам удобно?

Анастасия слегка краснеет и это мне нравится.

– А вам? – я смотрю на нее, не моргая.

– Мы можем поехать посмотреть завтра с утра. Я вас буду ждать.

– А я не могу ждать. Сейчас, и я на машине, – решительно говорю я.

– Давайте, тогда я возьму необходимые бумаги и ключи, минуточку. Вы посидите, пожалуйста, здесь.

И вышла. Я закуриваю и закидываю ногу на ногу. Мне здесь нравится все больше и больше. Мы едем, она принципиально садится сзади меня. Я многозначительно смотрю в зеркало и вижу, как Анастасия опускает глаза и старается смотреть в окно.

Оба дома мне нравятся почти одинаково. Но я решаю еще подумать, не хочу торопиться. Мы едем в агентство. Время после шестнадцати, и я предлагаю Анастасии поужинать в ресторане. Она оставляет бумаги в офисе и едет со мной в ресторан. Я клиент, который всегда прав. Я собираюсь заключить с ее агентством сделку по покупке недвижимости.

Мы слушаем музыку и культурно ужинаем, я смотрю на Настю в упор с обычной своей улыбкой. Она смущается и часто вздыхает. Ладно, я оставляю ее в покое и пью горячий чай с лимоном. А жаль, что не могу немного выпить – кручу баранку. Конечно, я отвезу Анастасию домой. Она спрашивает мой телефон для связи и снова осечка: я бестелефонный принципиально. Она удивлена и улыбается.

– Я заеду послезавтра к вам в офис, – сообщаю я.

Она кивает в знак согласия и выходит из машины. Мой выходной день подходит к концу. Я ставлю машину и иду по аллее, я хочу выпить и покупаю коньяк. У меня дома есть «горючее», но я еще не готов идти домой. Сажусь на лавочку и отхлебываю пару глотков, так я еще не пил. Но настроение такое, не знаю какое. Прячу бутылку в рукав и курю.

Из-за поворота идут двое: он и она. Они ругаются, и она плачет.

И здесь! Почему люди всюду выясняют свои отношения?! Я запрокидываю голову и смотрю на небо, там появились первые звезды. Я пью еще несколько глотков, закрываю бутылку и встаю с лавочки, мне хорошо и даже весело. Крики становятся громче, пора уходить, пусть люди разберутся без свидетелей. Она догоняет меня:

– Помоги мне, я хочу уйти! Помоги, будь мужчиной! – слезы заливают ее лицо.

Не люблю я такие истории. Я стою и жду ее друга. Он кричит ей:

– Отойди от него, слышишь, иначе еще хуже будет! – И мне: – А ты катись!

– Не на колесах, – кратко бросаю в ответ и докуриваю сигарету.

Его бесит, видимо, все на свете. Пытаюсь отцепить ее руки от своей куртки. Женщина в шоке. С размаху он пытается нанести мне удар. Я отбиваю его руку и, загнув ее, делаю ему больно – он приседает. Я отпускаю его руку и хочу уйти. Но он пытается нанести мне удар ногой. В этом его большая ошибка – я выворачиваю ему ногу, и он падает навзничь. Я могу бить его теперь ногами, но я не бью лежачих. Он скулит, лежа на земле, закрыв голову руками. Я ухожу, она идет со мной рядом. Она что-то рассказывает мне про свою жизнь, про отношения с женихом, про маму, про подруг. Про какого-то коллегу по ее работе… Я ее практически не слышу. Поворачиваюсь к ней:

– Вам куда?

Ловим такси и едем сначала к ее дому, а потом таксист везет меня. Он курит и говорит мне:

– Ну зачем довел даму до слез? Что она всю дорогу плачет?

Я смотрю, как за окном мелькают деревья, здания и думаю: «Кто хочет – плачет, кто хочет – смеется. Это его выбор». Отдаю таксисту деньги и иду домой. Там темно и тихо, все спят. Ложусь на диван, меня нет, я даже не вижу сны. Но я думаю, впервые в жизни я представляю Иду плачущую, кричащую мне в лицо всякие гадости и упреки. И мне кажется, я даже уверен, что уйду сразу и навсегда из дома, не дослушав. Я не люблю многословия – это от пустоты в голове. Важно только то, что ты чувствуешь глубоко в душе.

Глава 2

Работа, работа, работа. Деньги, деньги, деньги. Это часть моей жизни. Мужики травят байки, у них хорошее настроение. Слушаю молча, прищурив глаза и откинувшись на спинку сиденья авто. Степаныч шлет мне привет из смотровой ямы

– Мишель, а что ты всегда молчок, а расскажи-ка нам про свои победы и поражения! Или у тебя их нет? Везучий ты парень.

Я усмехаюсь в ответ и иду работать. Сегодня еду в агентство. Я моюсь и навожу марафет, у нас все есть в нашем «Сервисе» – это же сервис! Намываю машину и думаю, что точно будет дождь. Натираю стекла и слышу шум тормозов за спиной. Передо мной, хлопнув дверцей машины, появилась Луиза. Она подходит так близко, что я слышу ее дыхание. Мы смотрим в глаза друг другу слишком долго. Она берет из моих рук ветошь и кидает ее в сторону. В ее глазах просьба, мольба и желание. Она оставляет свою машину в «Сервисе» и устраивается в моей. Я вытираю руки и сажусь за руль, мы молча едем к ее дому. Я не попаду сегодня в агентство и не могу предупредить Анастасию Леонидовну, у меня нет телефона. «Можно было позвонить из нашей конторы», – мелькает запоздалая мысль.

Я паркую машину, и мы идем в знакомый дом. В прихожей Луиза закрывает дверь и долго стоит, прижавшись ко мне. Потом ведет в спальню, она ждала и подготовилась заранее: горят свечи, на столе фрукты, коньяк, блестят два фужера.

– Луиза, я сам угощаю жен…

Она не дает мне договорить и прикрывает ладонью мои губы. Она смотрит в мои глаза пристально и долго.

– Что ты хочешь там увидеть? – шепчу я с улыбкой и закрываю глаза. Я знаю, что она хочет мне сказать, и благодарен, что она молчит. Мы пьем по чуть-чуть коньяк и гасим свечи.

Я не иду на работу на утро и знаю, что не иду завтра. Потом просто выхожу покурить на свежий воздух, сажусь в свою машину и уезжаю. Так надо, иначе не вырвусь. Еду по вечернему городу и поворачиваю к матери, просто давно не навещал. По дороге заскакиваю в магазин. Мама рада, она, как всегда, суетится, приговаривая:

– Ох, Мишка, Мишка! Ешь.

И смотрит на меня, качая головой.

– Куплю дом, мам, переедете к нам.

– Нет сынок, живите сами, главное – будьте все живы и здоровы. Вчера я была у твоих.

– Все хорошо?

– Все хорошо.

– Ну и отлично мам, я пошел. Отработал без выходных три недели. Надраил машину – это к дождю! На улице дождь. Ну, что я говорил. Я покурю и поеду.

Заезжаю к Степанычу и беру отгул на три дня. Сегодня еду в агентство. Анастасия Леонидовна принимает клиентов и начинает волноваться, увидев меня. Я не ошибся, она очень быстро заканчивает встречу и приглашает в кабинет.

– Вы не приехали, я вас ждала, – запинается она и смотрит на меня. – Тут есть еще предложения на продажу, посмотрите. Она передает мне бумаги. Я притягиваю ее за руку к себе на диван.

– Ну присядь, Настя, посмотрим вместе.

Она опускается рядом со мной. Сидит ровно, выпрямив спину. Я смотрю новые предложения и хочу, чтобы мы поехали прямо сейчас с ней. Она говорит, что нет ключей еще и соответствующих бумаг.

– А мы посмотрим так, снаружи. Ладно, я не настаиваю.

Но она соглашается. Осматриваем некоторое время дома и участки и едем по городу. Я специально не везу ее в агентство, а она молчит. Вечер, темнеет. Мы слушаем музыку в машине.

– Михаил мы, мы… – Насте даются нелегко слова, но она решается: – Мы можем поехать ко мне.

– Можем? – переспрашиваю я.

– Можем, – она улыбается и слегка краснеет.

– Значит, говори куда.

Квартира у Насти шикарная. Работая в агентстве недвижимости, наверное, можно менять квартиры, как перчатки. Она стоит у окна, опустив глаза, она взволнована и не может скрыть этого. Я глажу ее волосы и обнимаю. Я чувствую, как Настя дрожит.

– Настя, я сейчас уеду.

– Нет, постой, – она ловит мою руку. Ты не бойся, я уже была с парнем. Ну…

– Не надо, не объясняй.

Я целую ее губы и расстегиваю кофточку. Она краснеет, и я не в силах оторваться от нее, меня покорила ее застенчивость. «Она, наверное, будет завтра плакать», – мелькает в моей голове.

– Подожди, – она ведет меня в спальню и плотно задергивает шторы, отключает телефон и закрывает двери. Потом аккуратно развешивает одежду на плечиках и стуле. И мне уже кажется, что она не дышит. Я подхватываю ее и несу в постель. Я жалею ее и целую слегка и очень нежно. Она робко отвечает на мои ласки, но я буду не я, если не разожгу огонь!

– Настя, получай удовольствие, расслабься. Не контролируй свое тело, просто будь моей прямо сейчас.

Я не ошибался еще никогда, и она загорелась. Я не ждал с первого раза такой страсти, в ней проснулась женщина. Еще одна бессонная ночь у меня, но я не хочу спать, мне совсем не до сна! Настя утром отзвонилась и взяла отгул на один день, вернее, ночь – днем мы спали.

Все, мне надо уходить, уже вечер следующего дня, мы лежим в постели, и Настя искренне рассказывает, что это было какое-то волшебство:

– Это совсем не так, как было в первый раз, я не знала, что так бывает!

«Какие твои годы», – думаю я.

– Миша, – она целует мои волосы, – я так счастлива с тобой, Миша!

– Ну?

Я наклоняюсь к ней и искренне улыбаюсь. Я, конечно, подмигиваю и шучу. Но мне надо идти.

– Миша, ты чей? Ты ничей? – спрашивает Настя.

– Свой собственный, – отвечаю я и встаю.

Мне пора. Настя сидит в постели и молча смотрит на мои сборы. Я сбегаю по лестнице и вдыхаю прохладный воздух полной грудью. Моя машина от дождя и пыли потеряла свой былой блеск. У меня остался еще один выходной. Я подмигиваю себе в зеркале и еду к своему школьному приятелю, у него свой тренажерный зал. Два часа мы выкладываемся по полной. Ныряем в бассейн и физически напрягаемся.

– Как твои? – Антон кричит мне в душе, сквозь шум воды.

– А фиг его знает, сейчас заеду домой, узнаю, – отвечаю я, смывая мыльную пену.

– Так ты где пропадаешь?

– На работе Антон, на работе, – смеюсь я.

– Ясно, дом думаешь брать?

Я выглядываю из кабинки с удивленными глазами.

– Да маму твою встретил, сказала.

– Не знаю Антон, ничего еще не знаю.

– Ну пошли чаю попьем.

– Ох, хорошо, даже мозги прояснились.

– Эт точно! – Антон смеется, – приезжай почаще!

Наконец я дома: Ида встречает меня прямо у порога, а дети скачут и пищат. Ида не отходит от меня

– Ты хочешь есть? Ты устал? – Она смотрит на меня, она соскучилась, это точно.

– Ида, я завтра никуда не иду, у меня отгул. Мы будем вместе.

– Миша, давай пока будем жить здесь, в нашей квартире.

– А что с покупкой дома?

– А дом пока подождет, – говорит Ида.

– Как хочешь, – соглашаюсь я.

Она суетится, накрывает на стол, и вообще дома гвалт и кавардак – это дети вот так встречают меня и жена. Я понимаю, что соскучился по ним. Я хочу спать, и после ужина падаю в постель, и больше ничего не помню. Завтра мы будем вместе весь день. Рано утром я ласками бужу свою жену, и мы, как в ту первую ночь, отрываемся в полную силу. Я же вижу, она изменилась, она что-то поняла про нас с ней, что-то очень важное. Я чувствую это сам, где-то в глубине моего сердца. Она другая, совсем другая, я даже слегка удивлен.

– Ида, что с тобой?

– Я соскучилась, сильно-сильно!

Она смеется и шепчет мне разные такие слова. Я смотрю на нее другими глазами. Я беру ее лицо в свои ладони и всматриваюсь в ее глаза.

– Ида.

– Что, что, я люблю тебя, Миша!

В ее глазах счастье и радость. Она похорошела и заводит меня снова и снова.

– Хочешь, Ида, я буду…

– Не говори, Миша, ничего не говори.

Мы слышим топот ног, Сара и Патрик несутся к нам, они прыгают по кровати, как на батуте, и спускаются с воображаемых горок.

Обучаю Иду вождению. Она решила стать водителем. Всю весну занимаюсь Идой и ее обучением. У нее получается неплохо, но главное – практика. В начале лета покупаем ей машину. Она счастлива, и я вместе с ней. Но у меня прибавилось хлопот с водителем-Идой и ее машиной. Ну что поделаешь, это жизнь с ее переменами. Ида едет строго на работу и в детский сад, короткой дорогой, избегая центральных улиц, говорит, ей так удобнее.

Лето. Я его ждал. Люблю пляж и море, а еще люблю смотреть на красивых девушек. Смущать их, рассматривая украдкой. Комплименты не в моем стиле, я молчу (думаю, взгляды говорят больше, чем скажешь словами) и улыбаюсь. Улыбка – мой козырь. Я лежу на пляже и вижу море, оно уже рябит в глазах, и я надеваю очки. Мы тут пятый день загораем, бригадой выбрались на премиальные, рванули на отдых, ни много не мало. Просто валяемся на песке и плаваем, ходим в качалку и на массаж, а вечером пьем пиво в баре. Катался сейчас на парусном гоночном катамаране. Это стоит того, чтобы оторваться от дел и обязанностей. Саня поехал с женой и Илья, а Степаныч на вольных хлебах, с Германом под зонтиком режутся в карты. Ида уехала к своим. У Сани отпуск коту под хвост, сидит с подавленным видом. Ни в баре, ни на массаже мы его еще не видели, не говорю уже про дискотеку. Мы вечером идем. Жанна не отпускает Саню от себя ни на шаг. Они даже смотрят в одном направлении. Я ему подмигиваю и киваю на красотку, Жанна перехватывает мой взгляд и качает головой, возмущаясь:

– Ты бы сидел у меня под замком, Михаил! Тебя надо держать на коротком поводке!

– Что ты, Жанна, я перегрызу любой поводок, – смеюсь я.

– Что? У меня не сорвешься!

– Ах-ах-ах.

Я стряхиваю песок и иду в воду, разбегаюсь и ныряю с головой. Выныриваю далековато от пляжа и вижу, как Жанна выговаривает Сане, жестикулируя руками, и обмахивается своей соломенной шляпой. Я вылез на каменный островок и вытряхиваю воду из ушей. Здесь особо не полежишь, всюду камни довольно острые. Мимо проходит небольшой катер, и девушка в белоснежном купальнике смотрит на меня, я кричу ей, чтобы спасала, потому что я заблудился и не могу добраться до материка. Она понимает, что я просто шучу, но кивает и машет мне, замедляя ход катера. Я ныряю в воду и плыву к катеру. Вот это я попал, на катере три девчонки. У борта я ухожу под воду и «захлебываюсь», девчонки в замешательстве, они спасают меня, тащат на палубу, я падаю и закрываю глаза. Девчонки не знают, что им делать, они тормошат меня изо всех сил и я «оживаю», смеюсь и хватаюсь за первую попавшуюся «в порыве благодарности».

– Ну ты даешь, ты что, так и утонуть можно! Артист! – говорит девушка в полосатом купальнике (если так можно назвать тонкие нити, опоясывающие ее стройное загорелое тело).

– Да! Вы меня узнали, автографов не даю – я на отдыхе, я уходил от поклонниц, – рассказываю, улыбаясь им.

Они весело принимают мои шутки. Я за штурвалом, и мы гоняем по синему морю. Девчонки подогнали к берегу, и я бреду по воде на наш пляж.

– А то может с нами, а? – кричат они мне, хохочут и уходят в море.

Герман вскочил:

– Ты что, кто такие, меня бы позвал.

– Да так, – я смываю песок, – одноклассниц встретил, представляешь?

Герман понял, что я заливаю.

– Я на полном серьезе, Мишка, а ты как всегда! – вздыхает разочарованно он.

Вечером на дискотеке мне скучно, и я иду в свой гостиничный номер. Прямо в полутемном коридоре сталкиваюсь с девушкой с катера, что была в белом купальнике.

– Ого, артист! Мы что, соседи?

Я пожимаю плечами, я не знаю где ее комната.

– Пошли в гости, – приглашает она. – Моя комната в конце коридора, у меня есть кофе!

«Кто же пьет кофе на ночь», – думаю я, но иду в гости. Она заваривает кофе, я люблю его аромат, но не пью. Мне достаточно одной маленькой кофейной чашки с утра.

– А я думала о тебе весь день! У тебя глаза запоминаются сразу.

Молча смотрю на нее и спрашиваю:

– А сам я не запоминаюсь сразу?

– Запоминаешься.

Она стоит, касаясь моего лица своей челкой.

– Мне надо переодеть купальник. Подай мне пожалуйста халат, он в шкафу!

Оборачиваюсь с халатом в руке, она протягивает руку из ванной. Открываю дверь и вижу совершенно голую девушку. Я прячу халат за спину.

– Ну, ну что же ты, дашь мне халат?

– Зачем?

Смотрю в ее глаза и медленно приближаюсь к ней. Я понимаю, что это был всего лишь ее трюк, небольшая хитрость, она сама этого хотела… Подхожу к ней очень близко, но останавливаюсь, хочу прочесть по глазам характер и откровенно рассматриваю ее.

– Я замерзла, ну что же ты! Халат!

Я протягиваю ей халат и вижу разочарование и легкую обиду в ее лице. Продолжения не будет. У меня нет желания.

– Ну, спасибо за кофе.

Я хочу выйти из ванной.

– Ты же не пил, какой кофе? Подожди, ну что же ты? Разве я тебя обидела? Посмотрим фильмы. Знаешь, такие, ну сам понимаешь.

Она включает видео и садится на кровать. А я ложусь на спину, подложив под голову руки. Мы насмотрелись фильмов до одурения, и врожденные инстинкты не заставили себя ждать. Она была готова почти на все, и мне больше ничего не надо было бы предпринимать. Но я встал и пошел к двери.

– А? – она прошла за мной к двери. – Ты что, уходишь?

Я повернулся к ней.

– Мы договаривались смотреть с тобой фильмы.

– Но! – она удивленно подняла брови.

– Только фильмы, – придержал я девушку за плечи.

Пожелал ей спокойной ночи и вышел в коридор.

Романтика нашей поездки позади. Мне сегодня двадцать пять лет. Это много или мало? Меня чествуют, и испекли торт. Я только что вернулся с моря, июль. Ида приехала от родственников, а мама самоотверженно пребывала с детьми и котом. Я загорел, и мои зубы кажутся белее снега на фоне загара. Рождение мое отметили. Мы едем, мама захотела, чтобы я отвез ее домой.

– Миша, зайдем!

И мы медленно поднимаемся к маме. Я приблизительно угадываю тему предстоящего разговора.

– Михаил! – решительно начинает мама.

– Мама!

Я обнимаю ее за плечи и улыбаюсь изо всех сил. Я смотрю на нее своим самым лучшим взглядом.

– Ох, Миша-Миша, ты своими глазами сводишь всех женщин с ума. Ты…

– Все, я буду ходить в солнцезащитных очках!

Мама вздыхает и смотрит в окно.

– Эти женщины, Миша, готовы ползти за тобой по пятам!

Мама качает головой. А я лежу на диване. И начинаю верить, что мы сами выбираем себе родителей, еще до рождения. Моя немногословна, и мы уже все поняли, без долгих дискуссий. Мама спохватывается и гонит меня домой, пока не стемнело. Она шутя выталкивает меня в коридор и захлопывает за мной дверь. Ровно в ту же секунду появляется на верхней площадке Дина и спускается вниз. Она искренне удивляется, увидев меня.

– Какая встреча, Михаил! Здравствуй. Как настроение?

– Отличное.

Моя белозубая улыбка отсвечивает в сумерках подъезда, об этом мне сообщает Дина.

– Миша, может, зайдешь в гости?

Но я не могу, мне надо идти. Или не хочу, что скорее всего, и я иду к машине. Мама наверняка смотрит в окно. Я не хочу домой, не хочу спать, я даже не пил в свой день рождения! Еду, куда глаза глядят, и, очнувшись, вижу перед собой дом Лены, но и к Лене в гости не хочу. Сижу в машине, курю в приоткрытое окно. Я за городом и не могу здесь никого встретить – это даже лучше.

Я начинаю думать, люблю ли я Иду. Не знаю, я просто привык к ней. Зато я люблю детей, я точно это знаю, я даже сейчас в темноте улыбаюсь, так как ясно вижу их перед собой. Мама сама нашла мне невесту, она привела к нам в дом Иду, дочку своей лучшей подруги, с которой они выросли. Вернее, Тамара сама привезла к нам Иду. Они оставили нас вместе, а потом мы просто стали жить дальше, потому что Ида ждала Сару и Патрика, двойняшек. Мне было двадцать лет, я только что пришел из армии, а Иде двадцать три. Мы вместе уже пять лет. Вот такая арифметика. Наверняка мама терзается, ну теперь-то я ее понимаю. Каждый сам должен строить свою жизнь и семью. Ты сам должен выбирать, с кем жить, и куда тебя тянет. Куда меня тянет, я сам еще не знаю.

Дома Ида встретила меня с распухшим носом и красными от рева глазами.

– Ида, что с тобой?

Я обнимаю ее крепко. Я всматриваюсь в ее глаза.

– Что с тобой?

Она хлюпает носом и долго не может произнести ни слова.

– Миша, у меня не будет больше детей, я не могу больше иметь детей, не могу забеременеть, не мо-гу-у-у!

Ида снова плачет, размазывая по щекам слезы.

– Ида! Какие дети? – я подхватываю ее на руки и несу в спальню. Уложив на кровать, осыпаю ее лицо и руки поцелуями.

– Ну и что. Хватит нам двоих. Во! – я приставляю ребро ладони к горлу. – Ты просто устала, поехали на море! В санаторий! Куда хочешь! Сколько ты будешь добиваться этого? Что за идея, Ида, все эти годы с ребенком? Вот пойми женщину!

Она постепенно успокаивается и затихает в моих объятьях…

Саня расстроен: у него сегодня не клеится работа – через каждые двадцать минут он бежит звонить Жанне. Он упрашивает ее, умоляет о чем-то, наверное, простить его, как всегда. Я лежу на сиденье от авто и наблюдаю за Сашкой. Он мелькает в открытом окне конторы, я слышу обрывки разговора. Он переменился в лице и сам не свой. Он нас не видит и не слышит, совсем пропал парень. Я смотрю в небо (у нас обеденный перерыв) и жую спичку. «Интересно, – думаю, – если бы мне вот так вот влюбиться сдуру, как Сашка! Что бы стало со мной?». Я усмехаюсь и никак не могу себе этого представить.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8