Дж. М. Барлог.

God of War. Бог войны. Официальная новеллизация



скачать книгу бесплатно

J. M. Barlog

God of war: The official novelization

© 2019 Sony Interactive Entertainment Llc. God of War is a Trademark of Sony Interactive Entertainment Llc.

Благодарю литературную команду God of War – Мэтта Софоса, Рича Гоберта, Ориона Уокера, Адама Долина – за то, что помогли мне в работе над этой новеллизацией, и особенно благодарю Кори Барлога, гейм-директора игры God of War.

Мидгард

Глава 1

Атрей закрыл левый глаз и опустил лук так, чтобы наконечник стрелы целился прямо в плечо оленя с роскошными развесистыми рогами. При этом он постарался успокоить дрожь в руке, сосредотачиваясь на добыче.

Один выстрел. Нужно подстрелить оленя одним выстрелом.

«Вдохнуть, замереть, выдохнуть, отпустить». Эти слова эхом звучали в его голове в такт биению сердца. А сердце забилось так сильно, что помешало сосредоточиться, и Атрею пришлось выдохнуть и вдохнуть еще раз, прежде чем отпускать тетиву и посылать в полет стрелу с оперением на конце древка.

Он должен подстрелить оленя. Должен доказать отцу, что умеет охотиться. Теперь в голове у него вертелся целый вихрь сбивающих с толку мыслей. Что, если у него не получится?

Правую руку мальчик слегка отвел влево. Олень продолжал щипать траву, не замечая прячущихся охотников, предусмотрительно подобравшихся к нему с подветренной стороны. «Стреляй только тогда, когда животное смотрит вниз», – вспомнил Атрей наставления матери.

– Прочувствуй биение своего сердца. Замедли его. Стреляй между ударами, – снова раздался позади мальчика грубый ворчливый голос, на этот раз прямо над ухом.

Не обращая внимания на учащенный пульс, Атрей постарался сосредоточиться над плечом животного. Если он прицелился верно, то стрела должна попасть прямо в сердце. Несмотря на легкий морозец, в глаз затекла струйка пота. Шансы на удачу с каждым мгновением уменьшались. Олень поднял голову.

Атрей закрыл глаза, даже не осознав, что делает.

– Держись, – не попросил, а скорее скомандовал Кратос.

Атрей отпустил тетиву, молясь наблюдавшим за ним богам.

Сосновая стрела полетела по дуге влево, уносимая внезапным порывом ветра, и воткнулась в ствол вяза. Олень вздрогнул и пустился наутек.

– Ты что творишь! – взорвался Кратос.

Серые стальные глаза мужчины налились огнем, резко контрастируя с белой как облака кожей. По всему его торсу шла алая лента татуировки, как будто кто-то провел по нему кистью с краской. Такая же татуировка шла и по его безволосой голове, пересекая нахмуренную в гневе левую бровь. Кратос вырвал лук из обмякших рук сына. Наплечник из трех слоев кожи, защищавший правую руку, хлопнул его по груди. Больше торс мужчины ничего не прикрывало, если не считать выцветших ремней, которыми были перекручены его предплечья.

– Теперь он знает, что его преследуют! Стреляй, только… – выпалил Кратос сквозь густую, ровно подстриженную каштановую бороду, и остановился, вспомнив, что обращается к ребенку.

Нужно умерить свой гнев.

– Стреляй, только когда я скажу, – проворчал он потише.

– Извини, – машинально отозвался Атрей.

Невинные голубые глаза оттенка испещрявших эти земли озер и поникшая голова мальчика словно умоляли о прощении, хотя он и не понимал, почему этот неудачный выстрел настолько разгневал его отца. Мать всегда приободряла его после промахов во время обучения стрельбе. Она умела прощать, в отличие от отца. Рядом с ней мальчик никогда не чувствовал, что должен извиняться за свои неудачи. А с отцом, казалось, он только и делает, что просит прощения за ошибки. И еще его мать никогда не злилась на него и не повышала голос.

– Не надо извиняться! Надо быть лучше. А теперь ищи его.

Атрей потянулся за своим луком, но Кратос только дальше отвел его.

– Ты промахнулся по цели, – проворчал мужчина, выходя из-за густых кустов на тропу, по которой убежал олень. – Я думал, мы подстрелим оленя, а не будем его выслеживать. Теперь нам придется побегать, прежде чем мы закончим задуманное.

Острые как бритва слова ранили душу Атрея. Он обиженно выпятил грудь под безрукавкой из кроличьих шкур, спасавшей его от холодного ветра. И почему отец так грубо с ним разговаривает? Мальчик постарался свыкнуться с этой мыслью и умерить свой гнев. Иногда ему казалось, что рядом с ним не родной отец, а какой-то незнакомец. Отогнав от себя беспокойство, он побежал вслед за животным, надеясь, что быстро найдет его следы на земле со скудной растительностью.

Уверенность с каждым шагом таяла, сердце билось сильнее, голова кружилась. Атрей ускорился, насколько позволяли его ноги подростка. Коротко подстриженные волосы взмокли от пота. Кратос следовал в дюжине шагов за ним, прокладывая свой путь по лесу в поисках животного. Теперь не время говорить, не время думать, не время переживать свои ошибки. Настало время действия, как учила мать. Если он хочет есть, то должен найти следы и продолжить охоту.

– Сюда! – воскликнул он ликующе, отметив, что Кратос зашел слишком далеко влево от следов животного.

– Твоя мать хорошо тебя обучила, – отозвался Кратос, выходя на ставшую более заметной тропу.

Приблизившись к невысокому, покрытому соснами холмику, Атрей замер. Среди покрытых иголками ветвей он разглядел оленя, пощипывавшего редкие пучки травы, выглядывавшие из грязи и снега. Опустившись на колено, мальчик подождал, пока к нему подойдет отец и вернет ему лук.

– На этот раз жди моего приказа. Расслабься. Не думай о нем как о животном, – хмуро произнес мужчина обычные наставления и вложил в руки сына лук, ни на секунду не сводя глаз с добычи. – Это просто цель. Очисти разум.

Напоминать об этом лишний раз было не нужно. Атрей и так знал, что делать. Он научился стрелять у матери. Она была отличным учителем. Прежде чем наложить стрелу, мальчик выровнял лук.

– Держи локоть выше.

– У меня получится, – прошептал Атрей, больше себе, чем отцу.

– Дотяни до подбородка, – продолжил свои наставления Бог войны.

Атрей чуть ослабил тетиву.

– Сосредоточься на цели. Не смотри ни на что другое.

Олень поднял голову, обнюхивая воздух.

Охотники до сих пор находились с подветренной стороны, и животное не могло их учуять до тех пор, пока не сменится преобладающий ветер.

– Вдохни, сосредоточься, выдохни, отпусти, – строго отбарабанил Кратос.

Атрей не обратил внимания на его слова. Он помедлил, ожидая, пока гнев немного уляжется и не будет мешать сосредоточенности. Мальчик отбросил все мысли, кроме цели перед собой.

– Это всего лишь цель, – повторил Кратос, мешая сыну концентрироваться.

Атрей почувствовал, как его дрожащая рука тянется вверх, и приказал ей замереть на месте. Стрела сместилась с цели. Он снова начал медленно прицеливаться и возвращать стрелу в нужное положение.

– Стреляй. Сейчас! – скомандовал Кратос, не скрывая нетерпения.

Стрела беззвучно полетела по дуге к цели и угодила за лопатку оленя. Животное дернулось, взмыло вверх, но тут же опустилось на землю и, пошатываясь, побежало прочь от охотников.

– Попал! – восторженно воскликнул Атрей, бросаясь в погоню.

– Хорошо, – сдержанно произнес Кратос.

Мальчику не удалось подстрелить животное на месте. Теперь им придется снова гоняться за ним.

Атрею захотелось улыбнуться, похвастаться своим достижением перед требовательным отцом, но вместо этого он сосредоточился на звере, который не мог убежать слишком далеко. Пока он способен выследить добычу, прежде чем та найдет укромное место, ничего еще не потеряно. Кровавые следы отчетливо показывали их путь в этих дебрях.

До того, как скрыться из виду, олень пошатнулся так, словно передние ноги его не слушались.

– Он далеко не убежит, отец, – бросил Атрей через плечо, уже не сдерживая восхищенной улыбки.

Кратос, снова хмурясь, следовал за ним в дюжине шагов.

Атрей остановился, но лишь на мгновение, чтобы убедиться в том, что они не сошли с окровавленной тропы.

– Сюда, – сказал он отцу, взмахивая луком в нужном направлении.

На краю рощицы мальчик снова замер и стоял до тех пор, пока к нему не подошел отец.

Олень упал. В его плече до сих пор торчала стрела. Из раны текла кровь. Животное в ужасе взирало на паренька, который подошел поближе, чтобы увидеть дело своих рук. Мальчику вдруг показалось, что никакое это не достижение.

– Он… он еще живой, – тихо пробормотал Атрей.

В горле его встал комок и, пытаясь проглотить его, он отвернулся. Отец продолжал рассматривать страдающее животное. Кратос успел прочитать мысли мальчика по лицу. Выражение лица у сына в этот момент было таким же, как у его матери: заботливое, печальное и сострадательное.

Атрей понял, что будет дальше.

– Твой нож, – произнес Кратос голосом настоящего охотника, лишенным всяких эмоций.

Атрей вынул нож и машинально протянул его отцу. Кратос стоял, уперев руки в бока, и ожидал, не шевелясь. Тонкие губы Бога войны сжались в прямую линию, заметную под густой бородой. Глаза внимательно осматривали Атрея.

– Нет. Ты должен закончить то, что начал, – требовательно сказал Кратос.

Мальчик должен свыкнуться с жестокой жизнью. Мужчина кивком указал на оленя, до сих пор судорожно глотавшего воздух в ожидании неминуемого конца. Пока ему не нанесут последний удар, животное продолжит страдать от мучительной боли, вызванной стрелой в плече.

Атрей нехотя перевел взгляд с отца на содрогающееся животное. Сомнения мешали ему действовать. Он знал, что от него ожидают. Он понял, почему должен нанести последний удар, но что-то его удерживало.

Вздохнув поглубже, Атрей опустился на колени перед животным и занес над ним нож, но рука дрожала и не слушалась.

– Я… не могу… – пожаловался мальчик.

Кратос присел рядом с ним и обхватил пальцы мальчика своими исполинскими ладонями, сжимая нож и выравнивая лезвие. Атрей невольно поморщился от такого непривычного прикосновения. Отец редко прикасался к нему. Какая-то часть Атрея радовалась и хотела продлить это мгновение; другая часть требовала немедленного действия, чтобы не показать себя слабым. В глубине души он понимал, почему медлит. Жизнь его с этого момента изменится навсегда.

Неверно истолковав жест отца, Атрей расслабился, порадовавшись, что ему не придется наносить роковой удар.

– Затягивая то, что нужно сделать, мы лишь призываем неприятности, – сказал Кратос.

В следующее мгновение, все еще держа руку Атрея в своих руках, Кратос со всей силы воткнул лезвие в шею оленя. Испустив слабый хрип, животное дернулось в последний раз. Брызги крови обагрили лица охотников.

Несколько секунд, показавшихся целой вечностью, они смотрели на безжизненный труп оленя, единственным смыслом жизни которого было лишь поддержать их существование. Он умер, чтобы они продолжили жить. Их жизни значат больше, чем жизни существ, которых они убивают. Атрею нужно это усвоить. Таков их мир, и мальчику придется смириться с этим.

Густые кусты в десятке шагов от них затряслись, словно от землетрясения. На лице Атрея отразился страх – к ним двигалось нечто чудовищное.

Сохраняя спокойствие, но подготовившись к худшему, Кратос вскочил на ноги, схватил мальчика за ворот и толкнул к себе за спину.

Из-за гребня оврага высунулась огромная серая рука, схватившая оленя. Это был лесной тролль, ростом превосходивший Кратоса раза в три, а по обхвату туловища – и во все четыре. Распахнув свою пасть, украшенную двумя изогнутыми клыками, чудовище приготовилось вцепиться зубами в плоть животного. Учуяв запах крови, мерзкая тварь решила, что пора потребовать их добычу себе.

– Что это? – крикнул Атрей.

– Лесной тролль. Держись позади, – приказал Кратос.

Он начал отступать назад, держа Атрея позади себя, когда тролль бросился вперед и ударил Бога войны в грудь огромным кулачищем, одновременно поднимая оленя над собой другой рукой.

Удар отшвырнул Кратоса на прогалину среди деревьев.

Глава 2

– Кьот! – прогудел тролль.

– Что он сказал? – спросил Кратос сквозь зубы.

– По-моему, он сказал «мясо», – ответил Атрей, продираясь сквозь ветви с рыжеватыми пожухлыми листьями, чтобы подобрать свой лук.

– Дауди Каупмадр та! – прорычал тролль, потрясая над головой трупом оленя с болтающейся головой в знак победы, и тут же направил голову оленя к себе в пасть.

– Нет! Это наша добыча! – выпалил Атрей, поняв последнее слово, как «взять».

– Нет! – крикнул Кратос, выхватывая из-за спины свой топор Левиафан.

Подав мысленную команду, он зарядил топор холодом, прицелился и швырнул его в тролля. Чудовище махнуло головой и топор угодил в туловище оленя. Едва пробив кожу, оружие мгновенно заморозило труп, и тролль выпустил его. Тело упало на землю и разбилось на сотни кусочков.

– Ту тилхейра экки хэр, – проворчал тролль.

Казалось, из его пасти вылетал не пар, а облака ярости и презрения.

– Нет, мы здешние! – крикнул Атрей, сам удивляясь тому, что понял упреки тролля.

Мать словно предчувствовала, что ему когда-то придется общаться с местными созданиями, и подготовила его к таким встречам.

– Мы охотимся там, где хотим!

Подняв раскрытую ладонь, Кратос приказал топору вернуться. Оружие, связанное с ним волшебством, отреагировало без промедления и тут же вернулось к нему в руку.

– Отец?

Атрей понимал, что нужно что-то сделать, но не знал, что именно. Во время охоты с матерью он никогда не встречал подобного существа. Не поднимаясь с колен, мальчик попытался нащупать и вынуть из колчана стрелу. Трясущимися руками он наложил ее на тетиву.

Прежде чем Кратос успел запустить топор еще раз, тролль обрушился на него всем своим весом и отшвырнул, словно тряпичную куклу. Топор упал на землю – неподалеку от воина, но слишком далеко, чтобы можно было тут же подобрать его. Увидев беспомощность человека, чудовище издало глухой звук, похожий на смех.

Но своим недалеким умом тролль не понял, что топор мгновением позже вернулся к хозяину, который выставил его перед собой в защитной стойке. Собираясь снова выдернуть оружие из рук человека, тролль повернулся к противнику всем телом. Бог войны угрожающе поднял топор над головой, злобно ухмыляясь.

Одним ловким движением Атрей поднял лук и прицелился в тролля, который схватил древко топора своей чудовищной рукой, удерживая Кратоса на месте.

– Отец, отойди! – крикнул мальчик, пытаясь прицелиться в уязвимое место на груди тролля.

Кратос ударил свободной рукой тролля в челюсть, отчего тот сдвинулся на пару шагов назад. Тролль серьезно недооценил силу человека.

– Не стреляй! – приказал Кратос и сам сделал шаг вперед, но тут же ему в грудь угодил кулак тролля, сшибая его с ног.

Теперь настал черед ухмыляться тролля, который завис над лежащим на земле человеком.

Дрожащей рукой Атрей натянул тетиву в полную силу, переводя стрелу выше, едва ли не в небо, из страха случайно попасть в отца.

Тем временем тролль схватил ближайший булыжник, занес его над головой и повернулся к Атрею.

– Мальчик!

– Все в порядке! Убей его! – прорычал Атрей сквозь зубы.

Растерянность и серьезность положения мешали ему сосредоточиться. Он понял, что чудовище и в самом деле может прикончить его отца. Отказываясь поверить в то, что он сейчас потеряет еще и отца, Атрей выровнял лук, целясь в центр груди тролля. «Самая легкая цель – самая крупная», – мысленно сказал он себе. Но не успел он сосредоточиться и выдохнуть, как тролль снова склонился над Кратосом. Бог войны успел ударить ему в шею, отчего чудовище шагнуло назад, сжало горло и болезненно вздохнуло.

Кратос вскочил с коленей и метнул топор, лезвие которого оцарапало троллю плечо.

Болезненный вопль сотряс окружавшие их деревья. Тролль потер кровоточащую рану рукой и в ярости занес кулак, чтобы обрушить его на голову Кратоса. Теперь ничто не мешало Атрею целиться, но нужно было действовать быстрее, потому что тролль мог попасть по отцу, прежде чем тот крепко встанет на ноги.

– Сейчас выстрелю! – крикнул Атрей, надеясь, что отец поймет, что нужно отступить назад, чтобы его сын выполнил смертельный выстрел.

Сердце Атрея бешено билось. Кончик стрелы вихлял. Во рту пересохло, глаза застилали слезы. Нужно действовать! Нельзя дать отцу погибнуть!

Едва тролль сжал горло Кратоса в смертельной схватке, Кратос вытащил топор и рассек громадную голову тролля.

Продолжая вопить и пошатываясь, тролль пытался схватить топор, но безуспешно. В последний раз, неуклюже взмахнув рукой, он повалился на землю мордой в грязь.

На поляне на мгновение воцарилась тишина. Ничто не двигалось. Затем Кратос снова устало опустился на колени.

С хриплым криком Атрей вскочил на ноги. Отшвырнув в лук, он подбежал к троллю, тоже упал на колени и принялся в яростной злобе бить его ножом. Казалось, сдерживаемые страх и гнев наконец-то вырвались наружу и овладели его разумом. Мысль о том, что он мог потерять отца сейчас, не успев оправиться от потери матери, сводила его с ума. Он уже не мог сдерживать свои чувства.

– Вот тебе! Получай! – кричал он.

Все вокруг расплылось из-за слез. Он отвернулся, чтобы отец не прочитал по его лицу, что творится у него в душе. Ему не хотелось, чтобы отец считал его беспомощным хныкающим ребенком. Он хотел стать мужчиной, а для этого нужно держаться как мужчина.

– Думаешь, я испугался тебя? – прорычал он, обращаясь к троллю, опуская нож и вытирая слезы.

В следующее мгновение Атрей закашлялся, опираясь на руки и отчаянно ловя ртом воздух. Кратос схватил сына за пояс и оттащил от тролля, а мальчик тем временем попытался нанести врагу последний удар.

– Ты никто для меня! Никто! – выпалил мальчик между приступами кашля.

Кратос сжал сына за плечи и развернул к себе.

– Парень! Посмотри на меня! Посмотри! – приказал он, заметив, что Атрей не сводит глаз с чудовища. – Посмотри на меня!

– Нет! Нет! – кричал Атрей, полностью отдавшись захлестнувшему его разум горю.

Кратос сжал его запястья и посмотрел Атрею прямо в глаза. На его невозмутимом лице не отражалось ничего, что могло бы говорить о том, что он разделяет чувства Атрея. Потом он отпустил мальчика, чтобы тот подобрал свой охотничий нож. Атрею захотелось еще раз кашлянуть, но он сдержался усилием воли. Он не должен казаться ребенком, когда на него смотрит отец.

– У нас получилось! – сказал он, тяжело дыша.

Кратос долго осматривал Атрея, словно читая его мысли. Атрей понимал, что его оценивают, но не понимал, как именно.

– Ты не готов, – наконец проворчал Кратос.

– Что? – вырвалось у Атрея.

Он понимал, что должен хранить молчание, но не смог.

– Я нашел оленя. Подстрелил его. Я доказал, что умею. Почему я не готов?

Кратос вдел топор в петлю у себя на спине и вытер кровь тролля с лица. Затем повернулся и прошел прочь с поляны.

– Что мы будем есть?

– Барсука.

– Ненавижу барсуков, – пробормотал Атрей, не скрывая брезгливости.

Кратос продолжал идти, не обращая внимания на его слова.

– Я уже давно не болел, – крикнул Атрей пару мгновений спустя. – Я смогу сделать все, что ты прикажешь.

Закинув колчан с луком за спину, он последовал за отцом, держась в дюжине шагов за ним.

Кратос бросил на него взгляд через плечо.

– Ты не готов, – произнес мужчина тоном, не терпящим возражений.

– Готов, – прошептал Атрей.

Проходя мимо мертвого тролля, он не сдержался, чтобы в последний раз не пнуть чудовище в живот. Неожиданно труп содрогнулся от мощного выброса газов. Атрей зажал нос.

– И куда мы теперь идем? – настойчиво спросил Атрей, не желая показывать, что разочарован.

Кратос уже исчез в лесу.

– Я готов, – повторил Атрей, на этот раз громче.

– Помолчи.

– Я покажу тебе, – прошептал Атрей себе под нос.

Глава 3

Первым из леса вышел Кратос. В нескольких шагах за ним следовал Атрей, перекинув тушу барсука через плечо. У выступа скалы они задержались, чтобы окинуть взглядом расстилавшуюся перед ними долину.

«Дом».

Теперь это простое слово обрело совсем другое значение. Никогда уже дом не будет для них прежним.

Осмотрев окрестности, Кратос принялся спускаться по петляющей тропе, ведущей к хижине.

– Отец, смотри, – Атрей указал луком на пару кружащих в воздухе черных воронов.

Что-то в тоне мальчика насторожило мужчину.

– Да?

– Никогда не видел их раньше. Мама говорила, чтобы я сразу рассказывал ей, если увижу воронов над нашим лесом.

– Пусть летают.

Мгновение спустя под навес деревьев поднырнул внушительный кречет, размером едва ли не в половину Атрея, с пестрым оперением и размахом крыльев в семь футов, распугав местных птиц, которые разлетелись в разных направлениях.

– Йофи вернулась. Я думал, она покинула нас после того, как…

Атрей развел руками, чтобы привлечь внимание кречета, который легко бы проглотил всю его руку, вместо того чтобы воспользоваться ею, как насестом, но хищная птица не обратила внимания на мальчика и уселась на ближайшем пне.

– Она подлетала только к маме. Ко мне никогда, – сказал Атрей, оставив бесплодные попытки.

Удостоив кречета лишь беглого взгляда, Кратос внимательно оглядел растительность, сквозь которую они прокладывали путь к поляне с домом. Раньше тролли никогда не подбирались настолько близко к их жилищу. От этой мысли у Кратоса неприятно заурчало в животе.

– Как ты думаешь, почему мама хотела, чтобы я рассказывал ей о воронах? Что они означают? И почему мы увидели их сейчас?

Атрей снова посмотрел на небо, но вороны уже исчезли.

– У меня нет ответов.

При виде дома у Атрея внутри все похолодело. Его сердце больше не прыгало от радости, как прежде, когда он возвращался домой. Часы, проведенные в пути, в тишине, только усилили чувство потери.

За всю охоту они добыли только барсука. И то потому, что барсуки здесь водились в изобилии. Они были медленными и неуклюжими существами, легкой мишенью для стрел. По крайней мере, сегодня у них будет свежее мясо на ужин.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6