Диего Марадона.

Диего Марадона. Автобиография



скачать книгу бесплатно

В свое время осознал, как трудно быть тренером, когда хочешь выйти на поле и сам забить мяч, но не можешь. И как трудно играть с травмой: я был в плохом состоянии с этим проклятым коленом, которое сильно болело. Все было в порядке с игрой, но я хотел отправить мяч в ворота с углового и у меня никак не выходило. В голове без остановки крутилось: утешительный матч, утешительный матч… Если мы проиграем, то мы будем играть утешительный матч, а оставалось всего 10 минут, и мы проигрывали 2:1.

Ужас, ужас, какие это были страдания!

В том матче вместо Клаусена сыграл Камино, и в первом тайме он выкинул Франка Наварро хорошеньким пинком. Он выкинул его с поля! Спустя 10 минут мы уже вели 1:0, гол снова забил Педрито, но перуанцы сравняли счет и обогнали нас уже в первом тайме. Тогда меня стали беспокоить мрачные мысли.

Я хотел плакать от полного бессилия. Я говорил: «Как это возможно, старина?» Все было так просто, мы так хорошо играли, и вдруг две их атаки и два гола. Я не мог это объяснить.

В перерыве мы все переругались, потому что знали: мы проигрывали по нашей вине, из-за наших собственных ошибок. В раздевалке Билардо не дал нам никаких указаний, не прокомментировал эти два гола, промахи. Он крикнул, чтобы мы перестали уже гонять без толку мяч по полю и прошли в чемпионат мира.

Большая ошибка…

Потому что мы выбежали на поле как сумасшедшие и были близки к тому, что нам забьют еще один гол, а не мы сравняем счет. Время летело… Я наблюдал за часами на табло стадиона и думал: «Да в чем дело? Его специально ускоряют?» Я вспоминал, как боксер Карлос Монсон на ринге Луна Парк смотрел на часы в раунде против Бенни Бриско. Но только я не был слаб. Колено не давало мне делать то, что я хотел, болело ужасно, но нужно было выходить.

Я отбежал назад, чтобы войти в игру и попытаться делать голевые передачи, но был один очень важный мяч, и принадлежал он не мне. Нас выступало двое против троих: Барбадильо, Урибе и кто-то еще против Троссеро и Эль Пато Фильоля. Если бы Урибе сделал пас Барбадильо, то нам бы забили третий гол и конец нашему чемпионату мира. Но когда Урибе сам устремился к воротам, он поскользнулся и грохнулся. Тогда Эль Пато перехватил мяч, и мы вышли из этой атаки без ущерба.

И в результате получился наш гол.

Розыгрыш начал Пассарелла с паса Гареки (точно такой же пас через много-много лет выполнит Палермо на отборочном турнире в Южной Африке). Я всегда говорил: то, как Мартин выставил ногу, было очень похоже на передачу Гареки. Абсолютно то же самое. Я отмечал, как безумец, – в грязи, так же как и потом, когда я бросился лицом на газон. То же самое страдание и то же самое облегчение.

Когда я еще разговаривал с Билардо, однажды я сказал ему: «Вы должны были привезти Гареку на чемпионат в Мексике, как я привез Палермо на чемпионат в Южной Африке». Знаешь, в чем дело? Гарека заслужил это всем тем, что он дал Билардо, пока меня не было. Что там скрывать: Гарека был одним из тех, кто поддерживал Билардо на плаву, пока не появился я.

Это мое мнение. Были хорошие игроки, но определяющим элементом являлся Эль Флако. Потом, когда он играл со мной, он выкидывал мяч за пределы поля, бестолковый (смеется).

Я по сей день помню, что сказал Гареке в раздевалке «Монументаля», когда мы уже были квалифицированы и немного успокоились:

«Парень, так мы закончим финал чемпионата мира… Через тернии к звездам».

Первый шаг мы сделали, но я знал, что впереди нас ожидало что-то очень тяжелое. Хотя я также знал, что мы будем чемпионами мира. Вопреки всему.

День, когда у меня взорвалось колено

Если мне что-нибудь в голову западет, то уже крепко, сложно от этого избавиться. Как когда мне сломали лодыжку в Барселоне. Открываю я на следующий день газету и читаю: «Марадона больше не будет играть». Да вы что? Ну, еще увидите…

С коленом произошло то же самое: после удара в Венесуэле я прошел с травмой весь отборочный тур. Они не говорили, что я больше не буду играть, но все были уверены, что я в любом случае должен оперироваться и что неизвестно, сколько времени займет восстановление. Поэтому я не хотел ничего знать. И поэтому, как и в тот раз в Барселоне, я вновь позвонил безумцу Оливе, который был, несомненно, очень хорошим врачом.

Олива сказал мне: «Ты оперироваться не будешь». Это я и хотел от него услышать, мне это было необходимо.

Что со мной произошло? У меня воспалилась подколенная связка, этого я не забуду никогда. Не забуду я и эту боль: я не мог разогнуть ногу.

С момента удара того идиота я целыми днями только и слышал: «Марадона должен оперироваться». Об этом говорили все, и говорили одно и то же. Даже врач «Наполи» силком тащил меня на операцию. Но безумец Олива – нет и нет. Потрясающе было выиграть спор у врачей «Интера», «Милана», «Рома», «Ювентуса» – у всех великих, которые утверждали противоположное… Какого черта они вообще вмешивались?

Решение обнаружилось в товарищеском матче, который мы играли против команды Крола. Дело было так: врач вколол мне что-то, практически обездвижив мое колено. «Потихоньку будет проходить», – говорил мне безумец. Но приближался момент начала игры, а я все еще чувствовал напряжение в связке. Начался матч, и через десять минут я уже забыл о своих ощущениях, побежал за мячом, повернулся и – бум! – коленка взорвалась.

Я упал на землю и так и остался, с невыносимой болью… Тогда ко мне подошел доктор и спросил:

– У тебя взорвалось колено?

– Да-аа, доктор, да-аа… Мне очень больно, боль жуткая!

– Отлично, этого я и хотел!

Я пристально посмотрел на него. Он оказался еще ненормальнее, чем я думал. Я услышал, как врач говорил: «Накройте его, накройте…» Потом он достал шприц, огромный шприц, и вколол мне его посреди поля. Я лежал на животе, с адской болью.

– Ну-ка подвигай ногой, – приказал доктор.

Я послушался – и как ни в чем не бывало. Никакого напряжения, ничего. Я продолжил игру. Кажется, забил один гол. Мы выиграли со счетом 2:0. Я отыграл 90 минут, и когда пришел на скамью, Безумец сказал мне: «Ну? И где теперь все, кто хотел тебя оперировать?»

Мы были готовы на все

Таким образом моя проблема была решена. Теперь требовалось решить все остальные, весь этот дурдом, связанный с командой.

А команде не хватало связи с народом, в тот момент она была не слишком приятная. Как я уже сказал, сборную преследовали предрассудки, связанные с нашим тренером и с тем, где он играл раньше. Очень много пересудов было. И много идиотов, которые просто так развлекались.

Но доставалось-то и приходилось это отрабатывать нам, игрокам. Поэтому я решил принять удар на себя. Поэтому и потому, что я переживал магический момент на стадионе в футболке «Наполи» со спасенным коленом. В конце 1985 года, примерно в ноябре, я исполнил мечту всех неаполитанцев: мы обыграли «Ювентус», и гол забил я во время штрафного удара; Таккони все еще пытается его повторить. Он был непрямой, с внутренней стороны площадки, и прошел поверх стенки. Какой там исчезающий спрей! На поле были опилки! Недавно много говорили об этом, потому что исполнилось 30 лет с той игры и потому что «Наполи» снова вышли на поле с «Ювентусом», как в старые добрые времена. По мне, так пусть бьют все рекорды, пусть меня обойдут. Счастье Неаполя – мое счастье.

В те времена у меня очень хорошо шли дела в «Наполи», но сборной было очень тяжело. Чтобы было понятно раз и навсегда, что я чувствую и чувствовал к сборной 30 лет назад: в тот момент между «Наполи» и сборной, я всем сердцем был со сборной и играл за нее. Пришло время взяться за дело.

Возможно, из-за этого я чувствовал себя одиноким, грустным и обеспокоенным, прямо как в заголовке El Gr?fico. Да, я помню о той обложке журнала. Времени до чемпионата оставалось немного. Билардо приехал навестить меня в Неаполь, и все это время он только и спрашивал, как я себя чувствую. Я не знаю, о чем он думал: что я не потяну или что не буду тренироваться… Он меня поимел. И больше всего меня убивало то, что он поехал во Флоренцию за Пассареллой, как будто бы вопрос не был давно решен. Знаешь, чего я боялся? Того, что все наши договоренности резко поменяются, и это тогда, когда мы уже встали на путь к великой цели – ни много ни мало играть на чемпионате мира. Всякая всячина… Мне захотелось все послать к черту. Меня все достало, я отпустил бороду, и все говорили, что это плохой знак. Правда, вид у меня был не очень, но моя сестра посоветовала мне попробовать, вдруг мне пойдет. Она сказала, что так я буду выглядеть мужественнее. Да уж, мачо хоть куда – тот период я смог пережить только благодаря матери, которая была рядом со мной. Тота приехала в Италию на несколько дней, и я много раз повторял: «А что, если вернуться, Тота? Что, если мы уедем в Буэнос-Айрес?»

В конце 1985 года, примерно в ноябре, я исполнил мечту всех неаполитанцев: мы обыграли «Ювентус», и гол забил я во время штрафного удара.

Еще раз: дело не в том, что я боялся, нет, но я знал, что на меня надвигалось много проблем и не все выходило так, как я хотел. Приближались не очень удобные товарищеские матчи. Сначала мы должны были играть против Франции, а потом против «Наполи», моего «Наполи», и против «Грассхоппера» в Швейцарии. В раздевалке после тренировок мой друг Эральдо Пекки меня доставал, спрашивал, не боюсь ли я выглядеть клоуном в игре с французами. Мне было не смешно, совсем не смешно. Я хотел ему как следует врезать!

У меня было желание, чтобы Билардо перестал выпендриваться и определил состав команды для чемпионата мира. У него имелось 30 человек, которые ходили кругами, и ему требовалось выбрать 22. Я не говорю, что ему следовало написать список, но хотя бы оповестить тех, кто будет играть, чтобы придать им сил и уверенности. И также тех, кого ждало худшее решение. Я был готов умереть за игроков, испытавших все тяготы отборочного тура: Гарека, Паскулли, Камино, Гарре, Бурру, Эль Боча, Понсе. И даже за Пато Фильоля и Вальдано, хоть у них и опыта было больше. По правде говоря, мое главное желание заключалось в том, чтобы Билардо уважал нас прежде всего как людей, а не только как игроков. И чтобы он включал в команду людей. Да, людей. Таких, как Толо Гальего, который очень мне нравился, или Гуасо Доменеч, который всего добился сам, с нуля. Да, это не была команда супергероев, но зато эти люди разбивались в лепешку ради команды. Вот почему я публично выразил желание, чтобы Билардо дал шанс Рамону Диасу. Да, Рамону Диасу. Я сказал это до чемпионатов 1986 и 1990 годов. Так что история о том, что я ставил, кого хотел – выдумка, боже мой, самая настоящая выдумка! Барбас не принял участия в чемпионате мира. Барбас, который был мне как брат!

На грани всегда был Эль Боча, Бочини. Все знали, что я еще мальчишкой мечтал играть с ним. И мы почти никогда не совпадали. Он отлично выступил на матчах, в которых я не участвовал, разбогател и стал играть меньше. Мы встретились в конце 1985 года, в дружественных матчах с Мексикой, проходивших в Лос-Анджелесе. Как по мне, Бочини мог играть важную роль в команде, каким бы сумасшедшим он ни был. То же самое с Эль Бичи Борги. Он был полным идиотом и иногда ошибался в ударах, как в первом товарищеском матче с Францией. Мы не остались в дураках, как говорил мне Пекки, но нас обыграли со счетом 2:0. Борги сделал так, чтобы его выгнали, заехав ногой Луису Фернандесу. При этом Пассареллу, который в итоге играл, не выгоняли ни при каких обстоятельствах, даже когда он засветил локтем Тигане. Спустя три дня, как ни в чем не бывало, у нас был матч против «Наполи» на «Сан-Паоло». Мне казалось очень странным играть против моих друзей, и к тому же на этом стадионе, но данная игра была не чем иным, как выставкой. Там Билардо впервые поставил Пассареллу свободным защитником, Руджери – полузащитником и Гарре – на фланг, но пройдет еще много времени до того, пока данную схему снова будут использовать.

Потом мы поехали в Швейцарию играть против «Грассхоппера» в Цюрихе. Мы со скрипом победили 1:0, вот почему я не хотел этих матчей. Для чего? Та победа ничего не решала, а если мы проигрывали, то нас смешивали с грязью. Этого Билардо не понимал. И нас тоже не понимали, в том числе и меня, когда я просил, чтобы нас подождали. Что я правда буду вместе со всеми в Мексике.

Они беспокоились, например, о моей физической форме, но я знал, как я готовился и как буду готовиться. Говорили, что европейцы бегали больше нас, что они сильнее, но я не сомневался, что в Мексике все будет по-другому, совсем иначе. Мы сможем добиться желаемого. Например, нападающие также выполняли бы функцию личных защитников, а не стояли бы без дела, если теряли мяч.

Критика в мой адрес придавала мне сил. Когда говорили, что Марадона – всего лишь один из игроков, я чувствовал себя мужественней.

Критика в мой адрес придавала мне сил. Когда говорили, что Марадона – всего лишь один из игроков, я чувствовал себя мужественней. Но не все могли реагировать так же. Если верить всему, что говорили, получалось, что Борги уже не подавал больших надежд, Паскулли не забивал… Поэтому я и сказал, что нашу сборную преследовали.

В апреле Билардо дал окончательный список. На меня особого внимания он не обратил: не взял Гареку, Эль Пато, Барбаса. Оставил хотя бы Негрито Энрике, он был просто гений. Хоть и задействовал его всего один раз, в Тулоне, но Энрике никогда не был с нами, так что это был сюрприз. Несколько человек его терпеть не могли: тот же самый Барбитас, Троссеро…

В итоге список получился такой: Пумпидо, Ислас и Селада в качестве вратарей; Браун, Клаусен, Кучуффо, Гарре, Олартикоэчеа, Пассарелла в качестве защитников; Батиста, Борги, Бочини, Бурручага, Энрике, Джусти, Тапия и Троббиани в качестве полузащитников; Альмирон, Паскулли и Вальдано в качестве нападающих.

И я – капитан.

Мы снова отправились в турне, в ходе которого мы сыграли плохо, очень плохо. Ох, как нам досталось, когда мы потерпели поражение от Норвегии! Потом мы забили семь голов Израилю, но это не спасло положение. Зрителям этого было мало.

Зато мне – в самый раз. Я был уверен, что если бы нас оставили в покое, если бы нам дали тренироваться, как мы хотим, в Мексике, мы бы подготовились к чемпионату мира.

Я любил эту сборную. Любил по-особенному. Я чувствовал, что она была моей. Я был капитаном выдающейся команды. Когда-то я сказал, что нам не хватало удачи. Но нет: больше всего нам не хватало работы… А еще я чувствовал, что нам недоставало уважения. И я не собирался это терпеть.

Обрати внимание: я всего-навсего просил, чтобы нам дали время. Мне и всем. Я не хотел стать капитаном самой плохой сборной в истории, как я тогда заявил. Много народа слепо верило тому, что рассказывали журналисты. Но если бы игроков оставили в покое, мы бы добились всего. Я стал гораздо сильнее в Италии: чтобы осадить меня, им пришлось бы хорошенько попотеть. Я был готов ко всему. Со всех сторон на нас направляли пушки.

Именно тогда, после этого проклятого турне, появилась информация о том, что правительство хотело сместить Билардо с должности. Это было ужасно. И я поддержал его. Я сделал 30 лет назад то, что сейчас, после чемпионата мира 2010 года, Билардо не сделал для меня.

По крайней мере, хоть для чего-то это пригодилось. Потому время болтовни подходило к концу, наступала пора выходить и играть. И мы были готовы на все.

II. На тех собраниях родился чемпион

В Колумбии началась наша великая революция. Революция, которая покончила с жестким руководством Билардо и продемонстрировала силу команды. Потому что до нее Билардо говорил: «Мы должны поехать в Ла-Кьяку», и мы отправлялись туда все вместе, или ребята, не говоря ни слова, ехали без меня. Он говорил: «Мы должны сыграть вот этот матч и еще один», и мы играли все эти матчи, как и было запланировано на том странном турне, которое он организовал (с играми в Боготе и Барранкилье), тогда как мы уже больше 10 дней провели на базе в Мексике в начале мая 1986 года.

И нет, дружище, дела обстояли не так.

В итоге на том турне мы сыграли только в одном матче. На поле – в одном. Вне поля – еще парочку, ха. И вот они были действительно важными.

В этом мы приняли непосредственное участие после собрания, которое мы организовали в огромном люксе в отеле La Fontana в Боготе в ту же ночь, что мы приехали из Мексики, и еще одно уже в Барранкилье, после ничьей 0:0 с «Хуниорс».

Первое собрание состоялось во вторник, 13-го числа, но, несмотря на дату, удача нам сопутствовала[3]3
  Во многих странах вторник, выпадающий на 13-е число, эквивалентен пятнице 13.


[Закрыть]
. Оно прошло сразу по прибытии в Колумбию. В ту майскую ночь, когда все еще оставалось три недели до дебюта на чемпионате мира, начала зарождаться команда-чемпион. Команда, которая не собиралась терпеть никакого давления, чей голос будет услышан всеми: журналистами, критически настроенными болельщиками, политиками, управляющими, соперниками – теми, кто окружал нас со всех сторон, – и даже тренерским составом. Команда, нацеленная на хорошую игру.

Какое там космическое светило!

Мы уже неделю были в Мексике и в то утро выдвинулись в Колумбию, но с плохим настроем. Выезд планировался в 8.30, что уже выводило меня из себя, поскольку встать надо было ни свет ни заря, а самолет вылетел в итоге в полдень из-за угрозы взрыва или чего-то там еще. Мы уже были напряженные, и это придало остроты ночному собранию.

Нас было 22 игрока, и никого больше.

Мы говорили о деньгах, о призе, который мы получим, если станем чемпионами. Да, мы верили, что станем ими, и также знали, что заработаем гроши, если совершим этот забег. Знаете, сколько мы получили за звание чемпионов мира, последних чемпионов мира в футболках аргентинской сборной, 30 лет назад? 33 тысячи долларов. Да, 33 тысячи долларов! Сейчас игроки зарабатывают столько в день. А знаете, сколько мы получали за день? 25 долларов, 25! Я рассказываю об этом и до сих пор не могу поверить.

На собрании мы обсуждали деньги и пришли к выводу, что они нас совершенно не интересуют: мы находились там ради чего-то гораздо более важного. Тяжело приходилось, потому что некоторые из нас (но не все) уже хорошо зарабатывали, играя в Европе. Там присутствовали ребята, у которых бутсов?то не было. Никто их не обеспечивал так, как обеспечивают сейчас. Я стремился акцентировать внимание на том, что аргентинская футболка стоила гораздо больше и что именно мы наденем эту футболку. Не эти говнюки в галстуках и привычные соперники, а мы.

Мы поговорили о тренировках, о том, что нам было нужно, об обязательстве выложиться по полной, дать все, все, все!

Я помню все, будто это было вчера. Я встал в центре и начал говорить, смотря своим товарищам в глаза и чувствуя, как моя кровь кипит и вздуваются вены. Я так стискивал зубы, что казалось, будто они сломаются. На каждом слове мои кулаки сжимались словно для удара. Да, я этого хотел. Ударить словами. Врезать как следует. Чтобы дошло до самого сердца.

«Сейчас… сейчас мы должны забыть обо всем. Обо всем. О наших клубах, семьях, деньгах, проблемах. Нам следует думать только о нас, и ни о ком больше. О нас! И не важно, кто в основном составе, а кто в запасе, не доставайте меня с этим. Мы все в одной лодке, нам следует стать не разлей вода, в лепешку разбиться, но помочь товарищам. Чтобы никто не халтурил, никто! Выигрывает один, выигрывают все, это понятно? Понятно, я спрашиваю?! Потому что многие ждут, что мы, все мы, а не кто-то один, проиграем. И после нашего проигрыша они мечтают разорвать нас на куски. Порвать сильнее, чем когда-либо. И знаете что? Мы не доставим им этого удовольствия! Они его не получат!»

Это была клятва.

И если в тот момент нас выгнали бы на поле, то мы кому угодно забили бы пять голов подряд. Мы настроились против всего и всех. Там все были как мальчишки. И хорошо то, что никто не молчал. Каждый что-то говорил по-своему. Этой команде требовалось объединиться, получить возможность высказаться. Там говорил даже Бочини, чей голос мы толком не знали; говорили Энрике, который присоединился к нам месяц назад; Селада, вошедший в команду в Мексике; ни минуты не сыгравший Альмирон и, конечно же, Вальдано… Последнего нам иногда приходилось останавливать. «Замолчи!» – кричали мы, чтобы Вальдано остановился. Высказывался также и Пассарелла… Но потом он замолчал. Еще узнаете, почему.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4