Диего Дон Валенсия.

Солнечная пыль



скачать книгу бесплатно

© Диего Дон Валенсия, 2018

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2018

* * *

Пара слов для читателей

…Лара…

Эта книга посвящается ей. У каждого свой способ излить эмоции, я нашел именно этот: запечатать их в слова.

И когда закончил рассказ об этой особенной девушке, о нашей любви, стало легче, я освободился и какое-то время не заглядывал в файл. Но история по-прежнему жива, навеки похоронить ее мне не удается. Я помню… И знаю, что не забуду никогда.

Сам не понимаю, зачем дал прочитать текст своему другу Даниэлю. Видимо, хотелось разделить с кем-то груз воспоминаний, чтобы облегчить душу. Он был впечатлен, сказал, что даже не подозревал о таких страстях, со стороны мы выглядели обычной и довольно счастливой парой.

Получилось так, что и Даниэль не смог забыть эту историю. И через какое-то время, когда мы вместе приехали в Москву, он пригласил меня в издательство, к своей знакомой, ведущему редактору одного из отделов. По понятным причинам имя я скрою. Назовем ее, к примеру, Сеньорита Икс. Она оказалась очаровательной и доброжелательной. Мы уединились в «переговорке», пили ароматный зеленый чай и много говорили. Я сердился на друга, как оказалось, он пару месяцев назад отправил файл редактору, решив, что такая книга понравится многим. Мне сообщать не стал, подумав, что если мое произведение получит отказ, то это меня больно ранит.

Сеньорита Икс задавала много вопросов. Первым делом ее интересовало, есть ли вариант на испанском.

– Нет, – ответил я. – Текст только на русском. Я писал на эмоциях, в память о русской девушке Ларе, и на другой язык переводить не собираюсь.

– И у вас эксклюзивные права! – с улыбкой заявил Даниэль.

Сеньорита Икс мило улыбнулась ему и спросила, не является ли мой друг моим литагентом. На что Даниэль отрицательно покачал головой, рассмеялся и сказал, что «мавр свое дело сделал, мавр может уходить».

– Будете издаваться под своим настоящим именем? – уточнила Сеньорита Икс.

Я растерялся, такой вопрос никогда не приходил мне в голову.

– Не стоит, – сказал Даниэль. – Лучше взять псевдоним.

– Псевдоним… – в раздумье повторил я.

Но решение пришло мгновенно.

– Имя оставлю, – твердо произнес я, – а вот вместо фамилии пусть будет название реки. Думаю, из моей книги понятно почему… Диего Дон, как?

– Звучит! – ответил Даниэль.

– Ах да, вы же детство провели в Ростове-на-Дону, – с улыбкой проговорила Сеньорита Икс.

– И все же постоянно ты живешь в Испании, – заметил Даниэль.

– Но часто езжу в Россию и не только, – задумчиво произнес я. – Хотя ты и прав! Тогда пусть будет Диего Дон Валенсия.

– Что ж, отлично! Все так и оставим, – подытожила Сеньорита Икс.

После посещения редакции мое настроение вдруг упало. Честно, я испугался, все произошло так быстро и будто помимо моей воли. И даже захотелось отказаться от публикации.

Обнародовать личную историю, выставить напоказ интимные переживания, раскрыть перед незнакомыми людьми тайники своей души – на это нужна определенная смелость.

Но я всегда стараюсь увидеть и понять «знаки судьбы». Этому меня научила Лара. И раз уж так все сложилось, я должен дойти до конца.

И вот книга издана, «Солнечная пыль» у вас в руках. Делюсь сокровенным, дорогой мой читатель.

Ваш Диего Дон Валенсия

Глава первая
Лара. Первая встреча

Закатное солнце слепило глаза, я прикрывал их рукой, но взгляда не отводил. Сам не понимал, почему я смотрю и смотрю из-под ладони на эту девушку. Она прыгала, подавая мяч, изгибалась стройным телом в микроскопическом купальнике. Загорелая кожа блестела, светлые волосы разлетались, лучи низкого солнца подкрашивали их в золотисто-червонные тона, мелкий речной песок пылил от ее беспрерывной беготни и прыжков, создавая колышущуюся, моментально слетающую завесу, и я видел ее тонкие лодыжки и стройные икры. Девушка заливисто смеялась, попадая в кого-нибудь из друзей мячом, а если перебрасывала его через высокую волейбольную сетку, то громко кричала от восторга и хлопала в ладоши.

Я лежал на пляжном полотенце неподалеку и наблюдал за игрой. Август выдался жарким, столбик термометра днем поднимался до 35, и основная масса отдыхающих появлялась у реки ближе к вечеру. Это была закрытая территория ГД «Золотой берег», пляжный участок всегда вычищали, белые пластиковые шезлонги с утра промывали и выставляли ближе к воде (моя мать, владелица гостевого дома, строго следила за порядком), большие зонты защищали от палящих лучей солнца. А оно в Ростовской области жарило до поздней осени. Хутор удачно расположился на берегу Дона, это привлекало людей, дела у мамы шли отлично, и уже не первый год. И я с удовольствием проводил время у нее в гостях. Родители разошлись, когда мне было пять лет, отец остался в родной Валенсии, мама вернулась в Ростов?на-Дону. Я жил здесь до одиннадцати лет, учился в местной школе, поэтому русский язык считаю таким же родным, как и испанский.

Мяч ударил меня в плечо, я вздрогнул и резко сел. Девушка «с солнцем в волосах» бежала ко мне и смеялась. Пряди бились за ее плечами, как светящиеся крылья. Я поднял мяч и вскочил. Она оказалась ниже меня почти на голову. Остановилась, подняв лицо, и смотрела уже без улыбки. Голубые глаза словно погасли и приобрели серый оттенок, в их глубине появилась грусть. Это было странно и даже противоречиво, весь облик незнакомки излучал радость, ее глаза только что искрились весельем, и вдруг на какой-то миг эта лучезарная энергия потухла, ее затемнила печаль. И мне невыносимо захотелось прижать девушку к себе и утешить, сам не знаю почему. Она опустила глаза.

– ?Hola! ?Qu? tal? – быстро произнес я на испанском неожиданно для себя.

– Чего? – с недоумением спросила она, глянула на меня и снова рассмеялась.

Будто солнечные искорки зажглись в ее зрачках и прогнали печаль. И это показалось мне невероятно прекрасным. В груди разлилось тепло, захотелось рассмеяться в ответ. Я стоял и глупо улыбался, глядя на незнакомку.

– Эй! – весело позвала она и прыснула.

– Ой, простите! – опомнился я и протянул ей мяч. – Машинально поприветствовал на испанском.

– Круто! – восторженно заявила девушка. – И чего ты сказал?

– Да ничего такого, стандартная фраза, – ответил я, начиная смущаться, и перевел: – «Привет! Как дела?»

– Ты прикольный, – сказала она. – И на русском нормально говоришь! И чего ты мне выкаешь? А ты переводчик?

Я растерялся от такого количества вопросов.

– Чего молчим? – насмешливо спросила девушка.

– Я журналист, – неловко и не к месту сообщил я, не в силах преодолеть все нарастающее непонятное волнение.

Обычно у меня не возникает трудностей в общении с незнакомыми людьми, и уж тем более с хорошенькими девушками, но сейчас меня сковало какое-то необъяснимое смущение.

– Ларка! – раздался крик. – Ты чего там застряла? Игра стоит!

Она резко обернулась и бросила мяч подбежавшему парню. Он ловко поймал его и недобро на меня глянул.

– Не буду мешать, – сказал я, поднял полотенце и ушел с пляжа, не оборачиваясь.

Удивился, как упало настроение без видимых на то причин.

На следующий день погода испортилась, небо затянули тучи, и на пляж я не пошел, хотя все утро думал о Ларе. У мамы имелся просторный коттедж, где располагалось все ее семейство. После развода с моим отцом она быстро вышла замуж. На этот раз мама выбрала своего соотечественника, родила ему двух дочек и занялась совместным бизнесом, открыв гостевой дом на хуторе Арпачин, расположенном неподалеку от Ростова-на-Дону. В этом городе мама родилась и выросла. Когда я приезжаю к ней, то предпочитаю останавливаться именно в гостевом доме, хотя меня всегда зовут пожить в семейном коттедже. Я люблю своих сестер, к маминому мужу отношусь с определенной долей симпатии, но мне комфортнее находиться отдельно от них. Иногда я бронирую номер отеля в Ростове-на-Дону – этот город мне так же близок, как и Валенсия, а к маме просто приезжаю в гости. Она все понимает и не обижается.

Несмотря на испортившуюся погоду, под влиянием странного настроения я отправился из гостевого дома к маме. Коттедж находился на краю хутора, в получасе ходьбы. Хотелось прогуляться, привести мысли в порядок, но на полпути меня настиг настоящий ливень. Я бросился под развесистый вяз, растущий у дороги. Но листва слабо защищала от потоков воды. Прижавшись спиной к толстому стволу, я вдруг начал улыбаться. Настроение менялось, потоки воды словно смывали тот непонятный, неприятно-тоскливый настрой, не дававший мне покоя с самого утра. Я поднял голову и закрыл глаза. Капли дождя бежали по лицу, но я не вытирал их, наслаждаясь прохладным скольжением влаги.

– Эй, журналист! – услышал я звонкий голосок, вздрогнул и открыл глаза.

К вязу подбежала парочка. Это была Лара и ее вчерашний дружок с пляжа. Он держал над их головами прозрачный, обвисший от воды дождевик. В руках девушки болтались сандалии, ее маленькие босые ступни перепачкала мокрая земля. Мой взгляд зацепился за поблескивающие сквозь грязь розовым перламутром ноготки, но я тут же отвел его, вновь начиная смущаться. На Ларе были крохотные белые джинсовые шортики и бирюзовая шелковая майка. Намокшая тонкая ткань облепила ее тело, я четко увидел упругую небольшую грудь, торчащие соски и снова отвел глаза.

– Привет! – весело сказала Лара, вынырнула из-под укрытия дождевика и встала рядом со мной. – Дождь скоро кончится, уже видны просветы вон там!

И она махнула рукой влево, задев меня локтем. Я замер, жар разлился по телу.

– Может, пойдем? – недовольно произнес ее спутник, по-прежнему стоя возле вяза. – Чего ты тут застряла? Все равно промокли! Надо бы чаю… или чего покрепче!

– Ага, с утра и покрепче! – раздраженно бросила она. – Отстань, Стасик!

– Простудишься! – сказал он и зло на меня посмотрел.

– В такую-то жару! – рассмеялась Лара. – Дождь теплый.

Я отчего-то ощутил себя лишним, захотелось уйти. Но тут сверкнула молния, и почти сразу раздался оглушительный удар грома. Лара вскрикнула и спрятала лицо у меня на груди, крепко ко мне прижавшись. Я инстинктивно обнял ее. От ее влажных волос исходил сладкий цветочный аромат с примесью ванили. Я втянул носом воздух и замер. Стаса не испугал почти вертикальный разряд электричества, ударивший в паре метров от вяза, парень даже не шелохнулся. Его потемневшие глаза метали молнии не хуже грозовых, желваки ходили ходуном. Атмосфера все больше накалялась. Лара не шевелилась, я слышал, как колотится ее сердце.

Сильный порыв ветра взметнул дождевик над головой Стаса, парень чертыхнулся и скомкал его. Выглянуло солнце, лужи засверкали тысячами искорок. Траву, листву и даже заборы осыпало бриллиантовой пылью от заблестевшей влаги, и я обомлел от странного восторга, восхищаясь про себя этим послегрозовым, сияющим на солнце убранством. Тучи унеслись, и мир вновь стал ярким и безмятежным. Лара оторвалась от меня, легко перепрыгнула через огромную лужу, образовавшуюся в ложбинке у подножия вяза, бросила: «Пока, журналист!», схватила Стаса за руку и потащила его по дороге. А я все никак не мог выйти из оцепенения и понимал, что со стороны выгляжу как полный дурак. Парочка удалялась, я смотрел вслед, испытывая непонятное сожаление. Лара вдруг остановилась, что-то резко сказала своему спутнику и бросилась обратно к вязу. Я вышел из столбняка, картинка залитой солнцем, бегущей по сверкающим лужам босоногой девушки была восхитительна, и я остро пожалел, что оставил фотоаппарат в номере. Лара замерла в шаге от меня и улыбнулась, ясно глядя мне в глаза.

– А ты, может, фотожурналист? – уточнила она. – Я видела у тебя там, на пляже… ну помнишь?.. какой-то крутой большущий фотик. А я давно мечтаю о профессиональной сессии… Вот и подумала, ты бы мог меня снять… за бесплатно! – весело добавила она.

– Нет, я специализируюсь на автомобилях, пишу статьи для журналов соответствующей тематики, – растерянно сообщил я.

– А?а, понятно, – сказала Лара и поскучнела. – Тебя как зовут-то?

– Диего.

– Я просто так спросила, – сказала она, резко развернулась и бросилась прочь.

– Милая… но странная, – пробормотал я и пошел в противоположную сторону, направляясь к коттеджу матери.

Волнение, возникающее при встрече с этой девушкой, схлынуло, я был недоволен собой и постарался выбросить новую знакомую из мыслей.

Когда я открыл калитку, то увидел, как мама щеткой на длинной ручке сгоняет воду с дорожки, выложенной крупной плиткой и ведущей от ворот к дому.

– Мой Диего пришел! – радостно сказала она, увидев, как я вхожу во двор. – Привет, сынок!

Мама прислонила щетку к стене дома, вытерла руки и заправила выбившиеся волнистые пряди под косынку. Ее такие же, как у меня, зеленые глаза засияли, широкая улыбка вызвала ямочки на румяных щеках, я улыбнулся в ответ и обнял ее.

– Петя рыбы наловил, – сообщила она. – Мелочовка всякая, но какой роскошный судачок попался.

Петром звали ее мужа. Он обожал рыбалку.

– Под грозу не попал? – спросил я. – Как раз со стороны Дона пришла.

– Нет, что ты! Они ж рыбачили на утренней зорьке, тихо было, а гроза только вот… Да что мы во дворе застряли! – спохватилась мама. – Сейчас я тебе свежей рыбки пожарю, знаю, как ты любишь…

Мама скрылась в доме, а я отправился на веранду. Виноград увивал ее, создавая кружевную тень внутри просторного помещения. Семейство любило здесь собираться и пить чай. Деревянный резной буфет, выглядевший, как антикварный, большой овальный стол, удобные стулья, укрытые плоскими мягкими подушками-сидушками, простые глиняные напольные вазы с букетами полевых цветов создавали атмосферу обволакивающего и расслабляющего уюта. Я любил сидеть на этой веранде.

– Привет, Диего!

Из-за стола встала девушка и расцеловалась со мной. Это была Софа, моя младшая сестра. Русоволосая, зеленоглазая, румяная, пышущая здоровьем – она уродилась точной копией мамы. Я увидел на столе большое блюдо с крупной темно-красной клубникой, рядом на тарелочке зеленели обрезанные листочки. Тут же стояла кружка с уже остывшим зеленым чаем. Возле нее лежал мобильный телефон сестры.

– Вот сколько еще клубники насобирала! – довольно сообщила Софа. – Хватит на пару банок варенья.

– Какой-то поздний сорт? – поинтересовался я и сел за стол. – Уже конец августа, и вдруг клубника!

– Можно подумать, ты такой оголтелый садовод! И знаешь сроки созревания ягод, – весело заметила она и прыснула. – Это вам не какой-нибудь джип или кабриолет, тут ты спец…

– Ты обобщила, – оживился я, – машина машине рознь. Джипы тоже разные…

– Ага, скажи еще, что на сорта делятся, как клубника! – ответила Софа и хихикнула. – Подумаешь! Просто большая тачка.

– Я недавно писал о Subaru Outback, очень крутая машина, – сказал я, не удержавшись от назидательного тона, – универсал повышенной проходимости, полный привод, четыре цилиндра оппозитного мотора…

– Ох-ох-ох, я в обмороке! – задиристо ответила сестра, сняла с блюда очень крупную ягоду и повертела ею у меня перед носом. – Сорт «Эльсиноре» от итальянских селекционеров. Мы с мамой весной высадили. Классная ягода! Противостоит нашествиям земляничного клеща, правда, может пострадать от мучнистой росы.

– Н?да, в этом ты спец… – заметил я и осекся, услышав звонкий голосок, несущийся из телефона.

– Софка, эй, ты там с кем болтаешь?

Я вздрогнул и взял гаджет. Показалось, это голос Лары, и я на миг решил, что уже начинаются галлюцинации.

– Блин, забыла громкую связь отключить. Я ж с подругой разговаривала, когда ты заявился, и одновременно клубнику чистила. Дай сюда! – сказала сестра и схватила телефон. – Ларчик, тут брат мой пришел. Давай, пока!

Она отключила связь, села напротив меня и улыбнулась.

– Кто это был? – слегка севшим от волнения голосом спросил я, взял клубнику и откусил округлый кончик.

– Это наш «Ларчик с секретом», – охотно ответила Софа. – Вообще-то Лариса, моя одноклассница, это ее прозвище.

– С секретом, значит… Такая загадочная? – упавшим голосом спросил я, понимая, что Ларе, как и моей сестре, всего шестнадцать, ведь они перешли в 11-й класс.

– Ага, загадочная, – согласилась Софа. – Вернее, непредсказуемая. Характер такой, что хочет, то и делает, и нет на нее никакой управы. Ну просто бомба замедленного действия, так и жди, когда рванет.

– Своенравная девушка, – тихо произнес я.

– Чего это ты так заинтересовался? – спросила она и с любопытством на меня посмотрела. Или уже успел познакомиться? Ларка симпатяга, но ты ж для нее слишком старый!

– Вообще-то мне двадцать два, если ты вдруг забыла, – сказал я. – Нашла старика!

– А нам по шестнадцать, если ты вдруг забыл, – в тон мне ответила Софа.

– Что-то раньше я ее не видел. Значит, она из Ростова-на-Дону? А сюда отдыхать приехала? С тобой за компанию?

– Ого, сколько вопросов! Ты точно на нее запал! – задорно произнесла Софа и отправила ягоду в рот. – Могу пригласить ее в гости прямо сейчас.

– Зачем?! Да я так просто…

– Лара только два года с нами проучилась, – перебила меня сестра. – Они с отцом переехали в Ростов откуда-то с Севера… Вроде климат там ей не подходит. Точно не знаю. А мамы у них нет. Папа ее в нашем хуторе дачу на все лето снимает. Вот мы с ней и тусим. Ладно, чего мы все про Ларку!

– Давай про тебя, – легко согласился я. – И как дела на личном фронте?

– Именно, что на фронте! – немного раздраженно ответила Софа. – Ну вот просто война полов!

– Чего? – рассмеялся я. – С кем воюешь-то?

– А, вам, парням, не понять, – отмахнулась Софа от меня и надула губы.

– Ну-ка, дочка, помоги! – раздался голос мамы, и она внесла на веранду большой поднос с дымящейся рыбой. – Моего Диего судачком угощать будем.

– Твоего-твоего, чьего же еще! – ворчливо ответила Софа и начала составлять с подноса тарелки.

Побыв у матери, я вернулся в гостевой дом за фотоаппаратом. Около семи вечера в хутор должна была прибыть колонна из шести автомобилей. Они направлялась из Воронежа в Ростов?на-Дону, там завтра пройдет выставка тюнинга в рамках фестиваля автоспорта Drift Weekend. Я решил, что для журнала, с которым я сотрудничаю, будет интересна не только съемка открытия фестиваля и выставочных площадок, но и репортаж по ходу следования одной из групп участников. Остановка в хуторе была весьма кстати для моей задачи. Я хотел поснимать ребят, взять пару интервью и, возможно, с ними же и уехать в город, попутно проведя тест-драйв какого-нибудь автомобильного раритета. Я ощущал приятное возбуждение от таких заманчивых перспектив.

В гостевом доме я первым делом воспользовался компьютером мамы и вышел в Интернет. Участники выкладывали фото и видео по ходу следования машин на страничке сообщества в Фейсбуке. Я определился с местонахождением колонны, понял, что они прибудут через пару часов. Автолюбители решили остановиться на ночлег на северной окраине хутора на берегу реки и уже завтра на рассвете отправиться в Ростов?на-Дону. Это меня обрадовало, я предвкушал интересные снимки при разном освещении.

На место я прибыл, когда автолюбители уже разбили лагерь. Они приехали раньше, что меня немного раздосадовало. Хотелось снять, как колонна приближается. Я заметил несколько профессиональных, судя по техническому оснащению, фотографов, и это окончательно испортило настроение. Мне хотелось быть единственным, снявшим участников на хуторе. Я только окончил университет (Complutense University of Madrid), получил степень бакалавра, был полон азарта, амбиций и мечтал стать топовым журналистом, пишущим об автомобилях. С третьего курса я уже сотрудничал как внештатник с парой испанских журналов этой тематики, а около года назад начал работу еще и с российским изданием. Испанский и русский для меня, как я уже писал выше, два родных языка, и это упрощало задачу.

Я обозрел местность, прикинул ракурсы, с которых лучше всего снимать, и направился к группе парней. Болтающийся на груди, внушительный NIKON D300 был словно моей визитной карточкой. И правда, ребята сразу поняли, что я профи. Мы познакомились, пожали друг другу руки. Я решил времени зря не терять. Солнце уже клонилось к горизонту, но освещение было достаточно ярким. Я обратил внимание на одну из машин, выделяющуюся неординарной, ядовито-кислотной аэрографией. Владелец выглядел под стать машине – неформал с разноцветными короткими дредами, пирсингом и татуировками. Я мгновенно ощутил творческий зуд от картинки, захотелось немедленно снимать такого колоритного персонажа. Звали его Василь. Он охотно согласился и позировал вполне профессионально и возле авто, и внутри, сидя за рулем и глядя в камеру. Сделав серию фотографий, я включил диктофон и начал разговор. Как оказалось, предстоящий Drift Weekend соберет опытных пилотов. Василь в прошлом году выиграл кубок Черноземья в Воронеже как в парных заездах, так и в командном зачете. И сейчас также был настроен на победу.

– Мы – сильнейшая команда! – с гордостью заявил он. – И завтра покажем класс!

– Первый день фестиваля – это… – четко проговорил я и глянул вопросительно на респондента.

– …Это автошоу, дрифт, тюнинг, стайлинг, автозвук и много еще чего интересного, – без запинки продолжил Василь. – Кстати, в конце дня будет устроено своего рода дрифт-такси.

– Да, это круто, – добавил я, видя, что парень замолчал и смотрит куда-то влево.

Я глянул туда же и заметил в паре метров от нас девушку. Она присела и завязывала шнурок кроссовки. Ее короткая юбочка задралась, обнажив часть бедра и демонстрируя узкую красную полоску трусиков.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4