Диана Килина.

#Невеста. Не любить тебя сложно, но я учусь



скачать книгу бесплатно

Из цикла рассказов серии #Территория


© Диана Килина, 2016


ISBN 978-5-4483-4944-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Не любить тебя сложно, но я учусь. Не кричу, не буйствую, не скорблю. День идет за днём, вот еще чуть-чуть, и тебя я полностью разлюблю. Я кривой и пьяный, но я живой, трогаю гитары нагретый гриф, и своей взлохмаченной головой осторожно дёргаю – вдруг слетит. Не «„люблю“», а матерное словцо, раз, и понимаешь – тебе конец. За грехи библейских каких отцов, ты опять приходишь ко мне во сне? Микроскоп достану, шагну вперед, ведь в тебе изъянов – не сосчитать. (Но какого черта твой жаркий рот мне так сильно хочется целовать?). Нет-нет-нет, не сдамся, я лёд, я сталь. Я звезда в созвездии Орион. Там тебе меня точно не достать, как Луне не тронуть древесных крон. Под ногами небо, над головой – колосится рожь и поют сверчки. Я кривой и пьяный, но я живой, и шаги по звёздам мои легки.


Я спою с котами полночный блюз, наколдую дым и пойду к реке. А наутро, я тебя разлюблю, только имя прутиком на песке, только желтый камешек из серьги, поцелуи в щеку и звездный дождь, – я себе оставлю, еще шаги, и твои ладони – оставь, не трожь.

Я включу паяца, начну шутить, ведь по мне не скажешь, что я тебя… Рану нужно выжечь и посолить, пусть болит сильней – тем сильнее я. Вверх, по небосводу, покуда ночь, и пока погода еще тепла. Пусть мурашками пробегает дрожь, а под курткой будто горит напалм. Я, как чёрт, заливисто хохочу, и играю с ангелами в слова.


Не любить тебя сложно, но я учусь.

Пусть пока по предмету выходит «„два“».

Джио Россо

Пролог

Обжигающий, липкий воздух ворвался в приоткрытое окно. Я тут же поспешил поднять его и сурово посмотрел на приборную панель – и где же обещанная прохлада от кондиционера?

Вздохнув, в сотый раз подергал рычаг переключения передач, стоящий на нейтралке и устало посмотрел на задний бампер впередистоящей машины. Угораздило выехать на обед в час пик. Теперь мало того, что не успею потрапезничать, так еще и обратно в офис приеду с опозданием.

Поджав губы, я откинулся на спинку сиденья и повернул голову вправо. В соседнем ряду стояла старенькая пыльная иномарка – убогая и не внушающая доверия. Как еще на болты не разваливается на ходу – непонятно.

Впереди маячил все тот же черный бампер Опеля. А вот слева мой взгляд смог зацепиться за кое—что интересное.

Крайний ряд двигался, медленно, но все же двигался. Со мной поравнялся блестящий, наполированный Пыжик—кабриолет цвета серебристый металлик. Дама, сидевшая за рулем самым наглым образом красила губы, глядя в зеркало заднего вида и одновременно с этим давила на педаль газа, даже не смотря на дорогу. Наверное, у особы было какое—то внутренне чутье, потому что, не переставая покрывать свои уста густым слоем ярко—малиновой помады, она остановила машину.

Даже завидно немного стало, честное слово.

Усмехнувшись, я уставился на мадам с нескрываемым интересом, подперев щеку рукой, что покоилась на дверце.

Девушка пристально разглядывала свое отражение, а потом просто… подмигнула ему и широко улыбнулась.

Я тихо хмыкнул. Дамочка села поудобнее и положила руки на руль, а затем нажала какую—то кнопку. Даже с закрытыми окнами я услышал громкие и ритмичные басы, а потом не смог сдержать широкой улыбки – она принялась подпевать. Немного опустив окно, прислушался и чуть не заржал в голос.

Все говорят, что я плохой, но это временно

Хочу, чтоб от меня ты была беременна

Во дает… Смешная.

Мне посигналили сзади, и я быстро дернул рычаг, продвинувшись вперед. Левый ряд тоже пришел в движение, и серебристый Пежо быстро скрылся из вида, подмигнув мне на прощание задними фарами.

Видно, не судьба.

Знакомство

It’s a bad man’s world

It’s a bad man’s world

It’s a bad man’s world

Jenny Lewis «Bad man’s world»

1

Заброшенный аэродром в ночное время суток преображается до неузнаваемости. Единственное место, где проводятся уличные гонки и единственное место, которое не накрывает полиция. Дорога эта практически не используется, поэтому опасности и угрозы лихачи на тюнингованных тачках никому не несут. Главное – незаметно передвигаться по городу, что для многих просто невозможно – подсветка днища в стране запрещена, но разве стритрейсеров это волнует?

– Привет! – сильный удар по обтянутому кожей плечу мог бы разлететься хлопком в ночном воздухе, если бы не рев двигателей.

– Привет, – пробормотал я, разглядывая новоприбывшие машины.

Несколько новичков на приличных тачках заставляют понервничать. Моя старушка, БМВ пятой модели двухтысячного года, конечно, хороша, но иногда капризничает.

– Ссышь? – словно прочитав мои мысли, хихикнул Морпех.

– Иди ты.

Подняв капот, я еще раз бегло проверил все ли в порядке. Удовлетворившись, выпрямился, но тут же застыл на месте, услышав громкую музыку:

 
С пятницы по понедельник я с тобой
Бездельник и без денег, но зато я твой
Тебе я обещаю – это временно
Хочу, чтоб ты во мне была уверена
 

Медленно повернувшись, уставился на логотип льва с раскрытыми лапами и удивленно моргнул, увидев, как знакомый Пежо серебристого цвета встает на стартовую линию рядом со мной.

– Вызов? Ты серьезно? – вырвалось у меня с изумлением.

Девица, сидящая за рулем, ухмыльнулась:

– Я опоздала, а у тебя нет пары.

– Ты хочешь участвовать в баттле на этом? – брезгливо кивнув на ее машину, я передернулся, – Да у тебя наверняка автомат.

Вокруг нас начала собираться толпа зевак. Девушки перешептывались и изучали мое лицо исподлобья – все знают, что с Пиратом никто не тягается. Парни только усмехались, повсюду слышались смешки.

– У меня типтроник, – смело заявила мадам, – Если боишься, так и скажи, я найду другого партнера.

Вещая мне прямо с водительского места, она улыбнулась и поправила длинные черные волосы, собранные в высокий хвост. Быстро оглядевшись, я заметил, что найти партнера у нее получится за секунду – к линии стали подтягиваться первые участники – их движки как раз остыли и вполне могут пройти еще один заезд.

– Ладно, – решился я, – Что ставишь?

– Машину, – не раздумывая, ответила она.

Толпа за моей спиной загудела.

Я же тихо присвистнул.

Ненормальная. Шизанутая. Я впервые ее здесь вижу, а она так нагло вызывает меня на дуэль, да еще и ставит на кон машину, вынуждая меня сделать то же самое.

И я не могу отказать. Если я откажу, репутации, которую я зарабатывал годами, честно обходя всех… Репутации конец. Баста. Я буду неудачником до конца жизни. Я больше никогда не смогу появиться на «Улицах» и погонять, без смешков за моей спиной. И плевать, что последний год я езжу один, потому что никто, как я уже говорил, не рискует соревноваться со мной – репутации конец. А репутация гонщика – единственное, что у меня осталось.

Оценив ее Пыжик, я подошел к пассажирской двери и заглянул в салон. И правда, типтроник. Настроен на ручной режим. Теоритически, у нее есть преимущество, но плюс механики в том, что я при разгоне могу переключаться с первой на третью, а затем сразу на пятую. Это дает весомое преимущество. Правда, такая пташка, как у нее… Она может выдержать длинную дистанцию. Моя же служит верой и правдой только на прямом участке дороги. А на этом кругу есть крутые повороты, где я потеряю скорость…

Но я же быстро разгоняюсь…

– По рукам, – наконец—то согласился я.

Девушка улыбнулась и вцепилась в руль обеими руками. Я побрел к своей машине, оглушаемый громкими криками расступающейся на моем пути толпы: «Пират, Пират, Пират». Сев в салон, пристегнулся и посмотрел на свою соперницу, а затем глубоко вздохнул. Для успокоения.

Это не помогло. Адреналин – давно забытое ощущение – быстро выбросился в вены. Сердце забилось чуть чаще, когда я выжал педаль газа и двигатель моей старушки дико заревел. Руки, обтянутые в тонкие кожаные перчатки заскрипели по рулю; зубы звонко клацнули, когда я сжал челюсти. Люди быстро расчистили путь для старта, и мы с соперницей синхронно подкатили вплотную к линии. Деваха в рваных джинсах и коротенькой ветровке белого цвета встала между нашими тачками и стянула с шеи тонкий шарфик.

Обратный отсчет всегда задает толпа. Вот и сейчас послышалось громкое:

«Десять»

«Девять»

«Восемь»

«Семь»

«Шесть»

«Пять»

«Четыре»

Шарфик поднимается в воздух. Все мое внимание сконцентрировано на дороге, на руках, сжимающих руль и на ноге, удерживающей сцепление.

«Три»

«Два»

«Один»

Резко дернув первую, я жму газ в пол. Сцепление, третья и капот Пежо скрывается в левом зеркале. Сцепление, пятая. Пыж маячит в зеркале заднего вида.

Сто километров. Сто десять. Сто двадцать. Я в отрыве. Впереди поворот – первый и резкий. Убрав ногу с педали газа, я выжимаю сцепление и переключаюсь на третью. Должен проскочить… Должен проскочить…

В поворот я вхожу, как по маслицу. Снова выжимаю, снова переключаю передачу. Пежо с девчонкой—невестой быстро нагоняет, но на повороте притормаживает.

– Получи фашист гранату, – с улыбкой бормочу я.

Впереди еще один поворот, точнее – разворот. Приходится сбросить скорость, что дает преимущество моей сопернице – фары быстро приближаются. Я понижаю передачу и готовлюсь к маневру, когда она пролетает мимо и…

Эта сучка делает резкий разворот на полной скорости.

Опережая меня!

Твою—то мать!

В полнейшем шоке я следую за ней и пытаюсь нагнать, но она оторвалась. Эта безбашенная меня сделала, и она почти у финиша.

Рука с шарфиком поднимается в воздух.

Я не должен видеть. Первый никогда этого не видит. Ни за что в жизни – невозможно увидеть финальный взмах, если ты пришел победителем.

Но затем ее машина резко останавливается, так не доехав до финиша. Я, закономерно, пролетаю мимо и выигрываю заезд.

2

– И зачем ты это сделала? Подставилась? – спрашиваю я, сидя на теплом капоте своей крошки, которая так и осталась моей.

Народ потихоньку разъехался. На трассе остались только мы – я и Лола – так зовут незнакомку, любящую творчество Егора Крида.

Она загадочно улыбнулась и закуталась в тонкую курточку, подобрав ноги до себя.

– Бывший подарил ее. Она меня бесит, – пожав плечами, ответила девушка.

Мои брови удивлённо взмыли вверх, к самой кромке волос, чесслво.

– А он тебя за такие фокусы не накажет? – бросил я небрежно.

– Неа. Она же моя по документам, захотела – поставила. Так что, – она махнула рукой, указав на машину, – Теперь она твоя по праву.

– Знать бы еще, что с ней делать, – вздохнул, разглядывая свой приз, – Трос есть?

– Неа, ее ж нельзя с тягача… – хмурится Лола, – Я могу пригнать, куда скажешь.

– А документы?

– Да хоть завтра в авторегистр поедем, – кивнула девушка, поднимаясь.

– Не нравится мне это, – пробормотал я, – Не люблю легкие победы.

– А ты такой честный? – Лола вскинула бровь, – И правильный?

– Стараюсь, по мере возможности.

Мы замолчали. В ночной тишине звучал только тихий рокот мотора, да стрекот цикад и ночных букашек. Где—то вдалеке заухала сова. Из—за верхушек деревьев виднелось светающее небо – рассвет на подходе.

– И что, на первом свидании к девушкам не пристаешь? – послышалось насмешливое рядом.

Близко. Очень близко. Подозрительно…

– Ты чего, – успел промямлить я, перед тем, как тонкая рука с длинными ноготками вцепилась в мой затылок, и я ощутил на губах сладковатый привкус помады.

Она целовала меня, неумело и как—то странно. Порывисто и резко, даже немного покусывая. Встала между моих ног и прижалась ко мне всем телом, от чего я попятился назад. Но и это ее не остановило – Лола практически повалила меня на спину.

– Эй… стой, – попытался оттолкнуть ее я между касаниями ее мягких губ, – Да тормози ты!

Оттолкнув ее, я подскочил на ноги и взглянул на девушку из—под бровей. Она растерянно заморгала и облизнула губы – я увидел кончик языка, мелькнувший и тут же исчезнувший.

– Кто ж так делает? – проворчал я, – Ты что, с бешенством матки, на мужиков бросаться?

– В смысле? – ее глаза моргать перестали, и стали расширятся от удивления.

Хмуро оглядев ее, я ляпнул первое, что пришло в голову:

– Гей я, дура.

Махнув рукой, обошел свою машину и открыл пассажирскую дверь. Вытащив блокнот и ручку, я оторвал листок и написал свой адрес и номер телефона. Протянув бумажку Лоле, я ухмыльнулся, глядя, как все краски покинули ее лицо:

– Держи. Мой мобильник и домашний адрес. Созвонимся и решим, что делать с твоим Пыжиком, невеста.

Она молча взяла бумажку и резко развернулась, пустившись галопом к пока-еще-своей машине. Я проводил ее взглядом и растянулся в улыбке, когда она дала по газам и скрылась из вида, оставив за собой только столб пыли и огоньки вдалеке. Покачал головой и запрыгнул на водительское сиденье.

Дом, в котором я живу, встретил привычно-темными окнами, лишь в одном – на четвертом этаже второго подъезда – мелькал свет от работающего телевизора. Вздохнув, похлопал по карманам куртки и чертыхнулся – снова забыл ключи. Лерка меня убьет.

Домофон запищал, я крепко зажмурился, приготовившись. Через пару гудков, трубку сняли и хриплый, гробовой голос прошипел:

– Ты труп, Новиков.

– Лерусь, открой, солнце, – промямлил я.

– Открою, – прорычала она, – Но лучше не поднимайся. Я буду ждать тебя с тесаком для разделки мяса, чтобы отчекрыжить твои яйца.

Я уже вошел в подъезд, а динамик у двери все продолжал ворчать женским голосом:

– Без наркоза. Отрежу все, к чертовой матери.

Посмеиваясь, пробежал по ступенькам и вошел в квартиру. Бросив куртку на полку, стянул ботинки и осторожно заглянул в кухню, где горел тусклый свет от вытяжки и тихонько шипел электрический чайник.

Леру я нашел сидящей на подоконнике и пускающей дым от тоненькой сигареты в открытое настежь окно. Подошел поближе, предварительно присмотревшись – колюще-режущих предметов у нее не наблюдалось – и поцеловал в макушку, чуть приобняв. Похоже, моя кастрация все-таки отменилась.

– Ярик, это не смешно, – злобно процедила она, – Ты будишь меня уже третий раз за неделю, а я не могу уснуть если подскочу среди ночи. Мне на работу в семь утра вставать, – выбросила сигарету и встала на ноги, – Серьезно, братишка, пришей ключи к одежде.

– Ну прости. Я постараюсь…

– Не забывать, – закрыв окно и махнув на меня рукой в пренебрежительном жесте, Лерка вздохнула, – Знаем, плавали.

Выключив кипящий чайник, она достала с полки две чашки и насыпала в них заварки. Посмотрела на меня недовольно и спросила:

– Как прошла гонка?

– Я машину выиграл, – усевшись за стол, я стянул футболку через голову и бросил ее на спинку стула.

– Серьезно? – Лера вскинула бровь и поморщилась, задержав взгляд на моей груди.

Налив кипяток в чашки, подхватила их, протянула одну мне, а сама устроилась на подоконнике, скрестив ноги.

Угукнув, я подул на дымящийся напиток и сделал глоток.

– А это законно? – поинтересовалась она.

Я пожал плечами:

– Сама понимаешь, никто никого не заставляет. Проигравший может и отказаться.

– Понятно.

Я вскинул голову, смотря на сестру. В который раз не удержался и усмехнулся – словно в собственное отражение смотришь, только оно – это отражение – другого пола.

Мы с Леркой родились с разницей в шесть лет, но внешне похожи настолько, что нас часто принимают за двойняшек. Я – старший, правда это только формально – по жизни тот еще раздолбай и придурок. Последнее мое «приключение» закончилось тем, что я вернулся домой с полупустым рюкзаком, абсолютно пустыми банковским счетом и карманами; потерянный и разбитый. Вернулся домой, вот только дома меня никто не ждал – родители отказались от меня примерно за полгода до моего возвращения. Плюс-минус пару месяцев.

– Ладно, пойду, – допив чай, я встал со стула и поставил чашку в мойку, – Прости, что разбудил.

– Иди уже, – вздохнула Лера, – Буду конспекты зубрить.

Скрывшись в темноте прихожей, я дошел до своей комнаты и завалился на диван, даже не удосужившись его расстелить. Устало потер лицо ладонями и ухмыльнулся, вспомнив неловкий поцелуй новой знакомой. Ощущения от женских прикосновений были настолько забыты, что я не сразу понял, от чего мышцы живота сжались, когда на языке возник фантомный привкус сладковатой помады.

– Вот блин, – выдохнул я, закрыв глаза и почувствовав, как пах наливается тяжестью, – Только не это, нет.

Скатившись с дивана, уперся руками в пол и начал отжиматься, прогоняя это ощущение. Изгоняя его, как экзорцист изгоняет дьявола; выжигая его из своей крови.

Я не должен думать о таких вещах. Секс – под запретом и не волнует меня – я хватил сполна. Нет, нет, нет.

– Сорок восемь… – хриплю я, – Сорок девять.

Обливаюсь потом, но продолжаю, пока наваждение не проходит, и я не падаю без сил на пол.

3

Она позвонила через день, когда я почти забыл о том вечере. Ключевое слово – почти, и вспоминал я не о машине. Мышцы ныли от беспрестанных тренировок, но это хоть как-то помогало отвлечься от мыслей, которые начинали мелькать в моем мозгу, когда воспоминания о мягкости ее губ…

Стоп! Не думай об том, чувак, просто не думай.

Решив сначала проверить состояние машины, я назначил встречу в мастерской у Морпеха – лучшего из лучших. Видел собственными глазами, как он разбирает, а затем собирает двигатель. Затем снова разбирает и снова собирает. Так он мог проделать несколько раз, причем движок продолжал бы работать. Пока Роберт – именно таким странным имечком окрестила Морпеха мать – осматривал машину, я молча попивал кофе из стоящего в углу аппарата и незаметно разглядывал Лолу.

А посмотреть было на что. На вид девушке не больше двадцати, и даже то, что она ярко красится не прибавляет ей возраста, напротив, еще больше подчёркивает молодость. Знаете, такое бывает – все равно блеск в глазах и слишком наивный взгляд выдают с потрохами. Красивые серо-голубые глаза миндалевидной формы – классика, но та самая классика, о которой слагали поэмы и песни. Длинные волосы, перекинутые на одно плечо; пухлые алые губы – видимо это фетиш. Невольно поймал себя на мысли, что это могло бы стать и моим пунктиком…

– Мы с тобой так и не познакомились толком, – неуверенно промычала она, отвлекая меня от похабных мыслей.

– Я знаю, как тебя зовут.

– А я знаю только твою кличку, – Лола натянуто улыбнулась.

Поморщившись, я резко бросил:

– Клички у животных.

Девушка вздрогнула и выпрямила сниму. Промолчала, но я заметил, как дернулись от обиды ее губы.

Я намеренно повел себя, как мудак и нагрубил ей – заметил интерес, а мне это не нужно. Да, она хорошенькая. То стеснительная, то дерзкая и это кажется забавным – такое странное несоответствие. Да, я часто думаю о ней, но такое уже было, и я вполне успешно справлялся с этим, когда объект пропадал из поля зрения насовсем.

Мне это не нужно. Отношения – это не про меня, а в дружбу между М и Ж я не верю.

С другой стороны, она же словно маленький ребенок, которому нужно одобрение взрослых: обратишь внимание мимолетно – сразу расцветает; проигнорируешь – хрупкие плечики опускаются и в глазах, кажется, блеск пропадает. Наверное, стоит быть с ней помягче – Лола не виновата в моих заморочках.

Отвернувшись, допил кофе и выбросил пластиковый стаканчик в урну, а затем огляделся. Приметив складной стульчик, я взял его и поставил перед девушкой, постаравшись максимально небрежно бросить:

– Садись. А то ты уже все ноги истоптала.

Она прищурилась, фыркнула, а затем отвернулась от меня и шагнула в сторону окна, из которого все равно не было видно улицы – до такой степени пыльное и грязное.

– Ярослав, – тихо сказал я, надеясь, что не расслышит.

Лола обернулась и недоверчиво прищурилась.

– Меня зовут Ярослав, – чуть громче повторил я.

– Очень приятно, Ярослав, – ответила, и снова отвернулась.

– Садись, – повторил попытку быть вежливым.

– Не хочу.

– Садись, тебе неудобно на таких каблуках стоять.

– Нормально.

– Лола, – вздохнул я

– Ярослав, – ехидно произнесла девушка, изогнув бровь.

Упертая. Вредная. Раздражает и в то же время заводит, хотя я не должен об этом думать.

– Могу помочь с продажей, – захлопнув капот Пыжика, Морпех привлек мое внимание и принялся вытирать руки какой-то тряпкой, – Много не выручите, но машина в отличном состоянии и из наших за нее могут дать чушь выше рыночной стоимости. К тому же купе-кабриолет больше не выпускают, так что это может немного повысить цену.

Я посмотрел на него, медленно обошел авто и уставился на девушку.

– Что думаешь? – спросил у нее.

В ответ она неопределенно пожала плечами.

– Предлагаю половину, – продолжил я.

– В смысле? – Лола встрепенулась.

– Предлагаю поделить выручку напополам, – задумчиво хмыкнув, я открыл авто, заглядывая в салон. Отметил красивый оттенок бежевой кожи на сиденьях и уловил запах какао – ненавязчивый и очень приятный. Сразу захотелось сладкого – словно где-то рядом есть шоколадный торт или печенье – слюнки потекли, – Если ты, конечно, все еще хочешь от нее избавиться.

– Снова играешь в честность? – она прищурилась, и я невольно усмехнулся, пожав плечами, – Ладно, по рукам.

– Найдешь покупателя? – обратившись к приятелю, я краем глаза проследил за Лолой, которая направилась в нашу сторону.

– Да, конечно. Здесь оставите или заберете?

Я снова посмотрел на девушку, та лишь пренебрежительно махнула рукой:

– Оставим.

– Тогда будем на связи, – Роберт оглядел сначала меня, затем девицу и дернул бровью, но его лицо моментально приобрело непроницаемое выражение.

Попрощавшись с механиком, мы вышли из душного помещения на не менее душную улицу. Тридцатиградусная жара – здравствуй лето. Не припомню, чтобы такая духота стояла в Эстонии с тех пор, как я вернулся.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2

Поделиться ссылкой на выделенное