Диана Гэблдон.

Дыхание снега и пепла. Книга 2. Голос будущего



скачать книгу бесплатно

Он смотрел на меня пару мгновений с абсолютно непроницаемым выражением, только глаза выдавали волнение. Джейми оглянулся вокруг, мы были одни.

– Почему ты спрашиваешь? – тихо спросил он.

– Мне нужно знать.

Он сделал вдох, сглотнул и кивнул.

– Да. Иногда это сны. Тогда… все нормально. Я просыпаюсь, вспоминаю, где я, читаю молитву и… все проходит. Но иногда… – он на мгновение закрыл глаза и снова распахнул их. – Я не сплю. Но он там со мной, Джек Рэндолл.

– Ох, – выдохнула я, одновременно чувствуя сострадание к нему и облегчение. – Значит, я не схожу с ума.

– Думаешь? – отозвался он сухо. – Что ж, рад это слышать, саксоночка.

Он стоял очень близко, ткань его килта касалась моей руки – он мгновенно пришел бы на помощь, вздумай я снова отключиться. Джейми оглядел меня ищущим взглядом, пытаясь убедиться в том, что я не собираюсь падать в обморок, коснулся моего плеча и с коротким «Сиди тут» отошел.

Он не ушел далеко – только до столов, расставленных под деревьями на краю лужайки. Не обращая внимания на рабов, накрывающих все для барбекю, он потянулся через блюдо с вареными раками и вытащил что-то из крошечной миски. Потом он вернулся, взял мою руку и высыпал горстку соли в открытую ладонь.

– Вот, – прошептал он. – Держи это при себе, саксоночка. Кто бы это ни был, он тебя больше не потревожит.

Я сжала пальцы поверх влажных крупинок, ощущая себя странно успокоенной. Уж горцы знают наверняка, как поступать с призраками, которые преследуют жертву средь бела дня! Соль, говорят они, держит мертвецов в их могилах. Если Людовик и был еще жив, то тот, другой мужчина, кто бы он ни был, этот тяжелый сгусток плоти в темноте, – он точно мертв.

В толпе внезапно началось волнение – на реке показалась лодка. Все гости, как один, привстали на цыпочки и затаили дыхание в ожидании. Я улыбнулась, но их благоговение отчасти передалось и мне. Заиграли шотландские волынки, и мое горло сжалось от непролитых слез.

Джейми непроизвольно сжал мое плечо, я подняла к нему лицо и увидела, что он плотно прижал костяшки пальцев к верхней губе, глядя в сторону реки. Я посмотрела вниз, часто моргая, чтобы не потерять контроль над эмоциями. Когда зрение прояснилось, я увидела на земле крупинки соли, аккуратно рассыпанные перед входом в мавзолей.

Она оказалась гораздо меньше, чем я думала. Так всегда бывает с известными людьми. Вокруг нее сомкнулось плотное кольцо из нарядной шотландской клетки. Мне удалось увидеть только проблеск ее высокой прически – темные волосы были украшены белыми розами, – и она снова исчезла за спинами почитателей. Зато я могла рассмотреть ее мужа, Алана. Это был статный и красивый мужчина с затянутыми в хвост черными волосами с проседью. Кажется, он стоял позади нее, кланяясь и улыбаясь, принимая шквал гэльских приветствий и комплиментов.

Я невольно и сама ощутила желание кинуться вперед, чтобы разглядеть их. Однако я его сдержала. Я стояла на террасе вместе с Иокастой, миссис Макдональд сама к нам придет.

Джейми и Дункан вместе с Улиссом – черным дворецким Иокасты – уже проталкивались сквозь толпу, образуя единый клин.

– Это правда она? – промурлыкала Брианна возле моего плеча, не отрывая глаз от волнующегося моря голов, из которого мужчины уже выловили почетного гостя и теперь сопровождали ее по лужайке к террасе. – Она меньше, чем я думала. Какая жалость, что Роджер не с нами, – ему было бы до смерти интересно на нее посмотреть!

Роджер на месяц уехал в пресвитерианскую академию в Шарлотте, чтобы получить сан священника.

– Он может увидеть ее в другой раз, – пробормотала я в ответ. – Я слышала, они купили плантацию возле Барбекю-Крик, недалеко от Маунт Плезант.

К тому же Макдональды останутся в колонии еще год или два, но я не сказала этого вслух – люди считали, что они переехали навсегда. Я видела высокий мемориальный камень на острове Скай, отмечающий место, где Флора Макдональд была рождена и где однажды умрет, разочарованная Америкой. Конечно, я уже не первый раз встречалась с человеком, чья судьба была мне известна, но ощущения всегда оказывались неприятными.

Люди расступились, и она вышла вперед, глядя на Джейми и смеясь, миниатюрная и привлекательная. Он держал ее под локоть, поднимаясь на террасу, и коротко кивнул в мою сторону, представляя нас друг другу. Она с готовностью подняла на меня взгляд и вдруг как будто оцепенела – миссис Макдональд моргнула, и ее улыбка померкла. Однако уже через секунду она взяла себя в руки и стала приветливо кланяться. Что такого она увидела в моем лице?

Гостья повернулась, чтобы поздороваться с Иокастой и представить своих взрослых дочерей, Анну и Фанни, сына, зятя и мужа. К тому времени, когда суета взаимных приветствий была позади, она отлично себя контролировала и вернулась ко мне с очаровательной приветливой улыбкой.

– Миссис Фрэзер! Как же я польщена, наконец, свести с вами знакомство! Я столько слышала о ваше доброте и умениях. Признаюсь, я испытываю благоговение в вашем присутствии.

Это было сказано с теплотой и искренностью, к тому же она так трогательно держала меня за руки, что, несмотря на мои довольно циничные спекуляции относительно того, с кем она могла меня обсуждать, я радостно отозвалась на ее слова. Моя репутация в Кросс-Крике и Кэмпбеллтоне была неоднозначной и уж точно не общепризнанной.

– Я имела честь свести знакомство с доктором Фентиманом на благотворительном балу, устроенном в нашу честь в Уилмингтоне. Как невероятно мило с их стороны! Все были так добры к нам с самого нашего приезда. А доктор был в совершенном восторге относительно вашего…

Мне было интересно услышать, о чем именно говорил Фентиман, – наши отношения по-прежнему оставались несколько настороженными, хотя мы и пришли к некоему компромиссу. Но в этом момент мистер Макдональд зашептал супруге на ухо, убеждая ее отойти и поговорить с Фаркуардом Кэмпбеллом и другими важными джентльменами. Изобразив глубокое сожаление, она сжала мои ладони и отправилась за мужем, снова лучезарно улыбаясь нетерпеливой публике.

– Хм, – протянула Бри негромко. – Ей повезло, что все ее зубы по-прежнему на месте.

Признаться, я и сама думала об этом и засмеялась в ответ, мгновенно маскируя смех под случайный кашель, когда Иокаста резко повернулась в нашу сторону.

– Значит, это она и есть. – Йен подошел ко мне с другой стороны, с любопытством глядя вслед именитой гостье. Он был одет в килт, жилет и сюртук по случаю, каштановые волосы убраны назад. Если не считать татуировок на скулах и переносице, он выглядел вполне цивилизованно.

– Это она, – согласился Джейми. – Фионагал – прекрасная.

В его голосе прозвучала неожиданная нотка ностальгии, и я удивленно посмотрела на него.

– Ну, это ее настоящее имя, – уточнил он мягко. – Фионагал. Только англичане зовут ее Флора.

– Ты на нее запал, когда был ребенком, па? – спросила Брианна со смехом.

– Я – что?

– Питал симпатию, – уточнила я, невинно хлопая ресницами за веером.

– Что за глупость? Ради бога, мне было семь лет! – Но кончики его ушей, несмотря на возмущение, порозовели.

– Я был влюблен, когда мне было семь, – заметил Йен немного мечтательно. – В повариху. Ты слышал, как Улисс сказал, что она привезла зеркало, дядя? Подаренное ей принцем, с его гербом сзади. Улисс установил его в гостиной и приставил двоих слуг для охраны.

Конечно же, те, кто не был в толпе, окружающей Макдональдов, стояли, оживленно переговариваясь, в очереди к гостиной, образуя линию, тянувшуюся через весь коридор и даже перед двойными дверями в дом.

– Джеймс?

Властный голос Иокасты положил конец нашим шуткам. Джейми бросил на Брианну грозный взгляд и присоединился к тетке. Дункан был увлечен разговором в компании серьезных джентльменов – я узнала Нила Форбса, адвоката, Корнелиуса Харнетта и Колонеля Мура, – Улисса тоже не было видно – скорее всего, он был занят организацией барбекю на две сотни человек, поэтому Иокаста временно осталась без сопровождения. Положив руку Джейми на локоть, она выплыла с террасы, направляясь в сторону Алана Макдональда, который оказался отрезанным от жены толпой поклонников и теперь стоял под деревом с видом несколько оскорбленным.

Я смотрела, как они шли через лужайку, наслаждаясь любовью Иокасты к театральности. Ее личная горничная, Федра, послушно шла следом и явно справилась бы с задачей поводыря, но этот выбор не имел бы такого эффекта. Эти двое заставляли людей оборачиваться – Иокаста, высокая и стройная, изящная, несмотря на возраст, с белыми волосами, убранными в высокую прическу, в голубом шелковом платье, и Джейми, высокий как викинг, в малиновом тартане Фрэзеров; обоим досталась конституция Маккензи и их кошачья грация.

– Колум и Дугал могли бы гордиться младшей сестрой, – сказала я, качая головой.

– О, ай? – отсутствующе проронил Йен, явно не слушая. Он наблюдал за Флорой Макдональд, которая принимала букет цветов от одного из внуков Фаркуарда Кэмпбелла под всеобщие аплодисменты.

– Ты ведь не ревнуешь, мама? – поддразнила меня Брианна, заметив, что я смотрю в ту сторону.

– Точно нет, – ответила я с некоторым самодовольством. – В конце концов, у меня тоже все зубы на месте.

* * *

Я не заметила его в суете приветствий, но майор Макдональд оказался среди гостей. Он выглядел очень нарядным в сияющем алом мундире и новой шляпе, украшенной золотой лентой. Майор снял с головы головной убор и низко поклонился мне, выглядел он очень довольным – несомненно, потому что со мной не было моих питомцев; к его счастью, Адсо и белая свинья остались на Ридже.

– Ваш покорный слуга, мэм, – сказал он. – Вижу, вы уже познакомились с мисс Флорой – она очаровательна, не правда ли? И такая красивая, жизнерадостная женщина.

– Так и есть, – согласилась я. – Значит, вы с ней знакомы?

– О, ай, – ответил он, и заметное довольство расплылось по его обветренному лицу. – Я не рискну утверждать, что располагаю ее дружбой, но смею думать, что могу претендовать на скромное место ее знакомого. Я сопровождал миссис Макдональд и ее семью из Уилмингтона и удостоился чести устроить их прибытие сюда.

– Вот как? – я взглянула на него с интересом. Майор не был одним из тех, кто с трепетом относится к знаменитостям. Он был тем, кто жаждет использовать их известность. И таким же был губернатор Мартин.

Майор наблюдал за Флорой Макдональд взглядом собственника, одобрительно окидывая взором толпившихся вокруг людей.

– Она очень любезно согласилась произнести сегодня речь, – сказал он мне, раскачиваясь на каблуках. – Какое место лучше всего подойдет для этого, как думаете, мэм? Терраса, потому что это самая высокая точка? Или, быть может, возле статуи на лужайке, ближе к центру, и люди смогут обступить ее со всех сторон, чтобы было лучше слышно?

– Думаю, она получит солнечный удар, если вы поставите ее на лужайку в такую погоду, – сказала я, поправляя свою широкополую соломенную шляпу, чтобы спрятать нос от солнца. Было очень жарко и влажно, тонкие нижние юбки неприятно прилипали к ногам. – О чем будет речь?

– Просто пара фраз на тему верности, мэм, – отозвался он с самым невинным видом. – О, вот и ваш муж – разговаривает с Кингсбургом. Прошу меня извинить, мэм. – Поклонившись, он выпрямился, надел свою шляпу и пошел вниз по лужайке к Иокасте и Джейми, которые по-прежнему стояли с Аланом Макдональдом, прозванным на шотландский манер Кингсбургом, в честь его имения на острове Скай.

Начали выносить еду: супницы с овсянкой и рагу, огромную бадью супа а-ля-Рейн – в честь дорогой гостьи, – блюда с жареной рыбой, цыпленком и кроликом, рубленую оленину в красном вине, копченые колбаски, форфарские брайди, инки-пинки, жаркое из индейки, голубиный пирог, колканнон[8]8
  Ирландское блюдо, которое готовят из толченого картофеля, капусты и сливочного масла.


[Закрыть]
, стови[9]9
  Шотландское рагу с мясом и картофелем.


[Закрыть]
, репу в грушевом сидре, печеные яблоки, фаршированные сушеной тыквой, кукурузу, грибные пироги, гигантские корзины со свежим хлебом… И я отлично знала, что все это было лишь прелюдией к барбекю, чьи соблазнительные запахи уже висели в воздухе: для гостей уже зажаривали несколько свиней, три или четыре говяжьи туши, двух оленей и, в качестве главного блюда, американского бизона, пойманного или купленного бог знает где.

Вокруг началось приятное оживление, люди потянулись к столам с твердым намерением воздать должное угощению и празднику.

Я видела, что Джейми застрял с миссис Макдональд, – он помогал ей наложить в тарелку нечто, что издалека выглядело как салат из брокколи. Он поднял голову и, увидев меня, кивнул, предлагая присоединиться к ним. Но я покачала головой и показала веером в сторону фуршетных столов, вокруг которых деловито устраивались гости, похожие на голодных кузнечиков в поле ячменя. Я не хотела упустить возможность расспросить о Манфреде Макгилливрее, прежде чем люди погрузятся в сытую дрему.

Я бросилась в самую гущу гостей, по пути подхватывая угощения с подносов домашних слуг и рабов и останавливаясь, чтобы поболтать с каждым знакомым, которого я видела, и особенно с теми, кто жил в Хиллсборо. Я знала, что Манфред провел там много времени – принимал заказы на оружие, привозил готовые ружья и занимался разной мелкой починкой. Мне казалось, что это его самый вероятный выбор. Но никто не видел его там, хотя большинство были с ним знакомы.

– Хороший парень, – сказал мне один джентльмен, отрываясь от своего напитка. – Нам ужасно его не хватает. Кроме Робина, вокруг всего ничего оружейников до самой Вирджинии.

Я это знала и задавалась вопросом, улыбнулась ли удача Джейми в поиске мушкетов. Возможно, потенциальные связи лорда Джона с контрабандистами окажутся единственным выходом.

Я взяла пирожок с подноса одного из проходящих мимо рабов и продолжила бродить вокруг, переговариваясь с гостями. Многие упоминали серию гневных статей, которые недавно опубликовали в «Хроникл», местной газете, чей владелец, некий Фогарти Симмс, явно пользовался популярностью среди присутствующих.

– Редкой смелости малый этот Симмс, – сказал мистер Гудвин, качая головой. – Но я сомневаюсь, что он долго продержится. Я говорил с ним на прошлой неделе, и он сказал, что опасается за свою шкуру. Ему угрожали.

Из тона беседы я предположила, что мистер Симмс, должно быть, противник борьбы за независимость, лоялист. Так и оказалось впоследствии. Еще поговаривали о конкурирующей газете, которая вот-вот должна была выйти в печать, она поддерживала опасные идеи о тирании и свержении короля. Никто не знал в точности, кто за ней стоит, но люди негодующе судачили о том, что издатель должен прибыть с севера, где народ имел склонность к подобным извращенным сантиментам. Все сошлись на том, что подобные персонажи нуждаются в хорошенькой взбучке, чтобы выбить из них всю дурь.

Формально я не садилась за стол, но после часа неторопливых прогулок среди жующих людей и бесконечных блуждающих подносов с закусками у меня возникло ощущение, что я поприсутствовала на французском королевском банкете – подобные мероприятия длились настолько долго, что ночные горшки незаметно прятали прямо под креслами, а периодические вылазки гостей под стол были обычным делом.

Теперешнее мероприятие было менее формальным, но не менее длительным. После часа, отведенного на закуски, дымящееся жареное мясо сняли с огня возле конюшен, и рабы понесли его на лужайку на деревянных козлах. При виде огромных кусков говядины, свинины, дичи, буйволятины, блестящих от масла и уксуса и окруженных сотнями жареных тушек голубей и перепелок, гости, уже вспотевшие от усилий за столом, зааплодировали, ничуть не обескураженные неудобствами.

Иокаста, сидевшая рядом с главной гостьей, выглядела очень довольной при звуках аплодисментов, отдающих должное ее гостеприимству; улыбаясь, она наклонилась к Дункану и что-то сказала ему. Дункан больше не выглядел обеспокоенным и, казалось, наслаждался происходящим – пара пинт пива и почти целая бутылка виски сделали свое дело. Он широко улыбнулся Иокасте в ответ и коротко обратился к миссис Макдональд, которая смеялась на любое его слово.

Она невольно вызывала уважение и симпатию. Окруженная со всех сторон людьми, желающими с ней поговорить, она сохраняла достоинство и к каждому обращалась с тактом и дружелюбием, при том, что ей то и дело приходилось слушать бесконечные чужие рассказы, по десять минут держа вилку с едой у рта. По крайней мере, она была в тени, и Федра, облаченная в белый муслин, покорно стоя у нее за спиной, обмахивала гостью крупным опахалом из листьев пальметто, создавая прохладу и отгоняя насекомых.

– Лимонад, мэм? – Почтительно склонившись, блестящий от пота раб предложил мне напиток, и я взяла бокал. С меня ручьями лился пот, ноги болели, а во рту пересохло от разговоров. Мне уже было все равно, что в бокале, главное – это жидкость. Однако я поменяла свое мнение, как только сделала первый глоток: это был лимонный сок, смешанный с солодовой водой, и мне больше хотелось вылить его в декольте, чем пить. Я осторожно попятилась к кусту ракитника, чтобы выплеснуть напиток туда, но меня остановило появление Нила Форбса, вылезшего прямо из-за ракитника.

Он был так же озадачен встречей со мной, как и я. Мужчина подался назад и торопливо глянул через плечо. Я посмотрела в том же направлении и увидела Роберта Хоува и Корнелиуса Харнетта, уходящих в противоположную сторону. Эти трое явно секретничали.

– Миссис Фрэзер, – сказал он, коротко поклонившись. – Ваш покорный слуга.

Я в ответ присела в реверансе, бормоча какие-то учтивые фразы. Я бы проскользнула мимо него, но он наклонился ко мне, перекрывая путь к отходу.

– Я слышал, ваш муж собирает оружие, миссис Фрэзер, – сказал он тихо с довольно недружелюбной интонацией.

– О, правда? – Я держала перед собой раскрытый веер, как все присутствующие женщины, и лениво махала им перед самым носом, пряча выражение лица. – Кто сказал вам такое?

– Один джентльмен, к которому он обратился по этому делу, – ответил Форбс. Юрист был крупным, с лишним весом, нездоровый румянец на щеках мог рдеть по этой причине, а не из-за недовольства. И все же…

– Если ваша доброта позволит мне такую дерзость, мэм, я бы посоветовал вам оказать свое влияние и подсказать мужу, что это не самый разумный выбор.

– Для начала, – сказала я, глубоко вдыхая горячий влажный воздух, – извольте объяснить, что за неразумный выбор он делает?

– Тот, что не принесет ему ничего хорошего, мэм. В самом лучшем случае, я предполагаю, что ружья, которые он ищет, предназначены для того, чтобы вооружить его личный отряд полиции, что вполне законно, хотя и несколько тревожно, – все будет зависеть от его дальнейших шагов. Однако о его отношениях с чероки хорошо известно, и ходят слухи, будто мушкеты в конце концов окажутся в руках дикарей, чтобы те могли обратить их против подданных его величества, которые могут выступать против тирании, насилия и коррупции, столь часто встречающихся среди властей – если такими словами вообще можно описать их действия – этой колонии.

Я бросила на него долгий взгляд из-за кромки веера.

– Если бы я не знала, что вы юрист, то после этой речи у меня не осталось бы сомнений, – заметила я. – Кажется, вы только что сказали, что подозреваете моего мужа в том, что он желает отдать ружья индейцам, а вы этого не хотите. С другой стороны, если он хочет вооружить собственный отряд полиции, то это может быть не так уж плохо в том случае, если вышеупомянутая полиция действует согласно вашим пожеланиям. Я права?

В его глубоко посаженных глазах блеснула искра веселья, и он почтительно склонил голову в мою сторону.

– Ваша проницательность меня совершенно обезоруживает, мэм.

Я кивнула и сложила веер.

– Ясно. И каковы же ваши пожелания, могу я узнать? Я не стану спрашивать, почему именно Джейми должен принять их во внимание.

Он рассмеялся, его обрюзгшее лицо, и без того раскрасневшееся от жары, приобрело еще более глубокий оттенок под модным париком.

– Я желаю справедливости, мэм, – падения тиранов и торжества свободы, – ответил он. – Этого обязан желать всякий честный человек.

«…единственно во имя свободы, кою каждый добрый человек утратит лишь вместе с жизнью». Строчка эхом отозвалась у меня в голове и, должно быть, отразилась у меня на лице, потому что мой собеседник как-то особо внимательно на меня смотрел.

– Я очень высокого мнения о вашем муже, мэм, – добавил он спокойно. – Вы передадите ему мои слова? – Мужчина поклонился и развернулся, не дождавшись ответа.

Он не понижал голос, пока говорил о тиранах и свободе, – я видела, как люди оборачивались на него, теперь мужчины на поляне там и тут сбивались в группы, переговариваясь и глядя на шагающего Форбса.

Я рассеянно сделала глоток лимонада, поэтому пришлось проглотить неприятную жидкость. Обернувшись, я поискала глазами Джейми – он отошел немного в сторону и о чем-то беседовал с майором Макдональдом.

Все происходило быстрее, чем я думала. Я считала, что республиканские настроения были не так уж популярны в этой части колонии, но, судя по тому, как открыто Форбс высказывался на таком сборище, они набирали силу.

Я повернулась, чтобы посмотреть на юриста, и увидела, что к нему подошли двое мужчин, их лица были искажены гневом и подозрениями. Я была слишком далеко, чтобы услышать, что они говорят, но позы и выражения были достаточно красноречивы. Напряжение между ними нарастало, слова становились все горячее, и я снова беспокойно посмотрела на Джейми. В последний раз, когда я была на подобном барбекю в Риверане, как раз перед войной регуляторов, на лужайке случилась драка, и теперь, похоже, она могла случиться снова. Алкоголь, жара и политика – идеальный рецепт для вспышек насилия на любом публичном сборище, не говоря уж о тех, где были исключительно шотландские горцы.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16