Денис Грушевский.

Добро с кулаками. В двух частях



скачать книгу бесплатно

– Да погоди ты, – Аметис обратился к Рокфеллеру. – А ведомо ли тебе, пустая твоя голова, что есть несколько планов в отношении вашего племени и один из них, кстати, наиболее вероятный в настоящее время – это стереть вас и заменить другим семенем более светлым и менее кровожадным. А кто всему виной? Ты и тебе подобные! Ну, куда это годится: держать в планах почти поголовное истребление своего собственного вида, ради сомнительного блага кучки проходимцев, считающих себя лучше остальных. Только ненормальному, дефективному социопату такое может прийти в голову, не так ли Оршан?

– Согласен с тобой на все сто процентов. И чем только они там, на земле думают? Лично мне сдаётся что задницей. А ну, дамка я ему хорошую затрещину, вреда не будет, а вот польза, может какая и случится, – с этими словами толстяк мгновенно подлетел к старику и огромной ручищей, огрел последнего по затылку.

Всё в глазах Джона обвалилось. Да и сам он, закрутившись, кубарем полетел в непонятном направлении. Однако, когда вращения прекратились, он вновь предстал перед ужасной парочкой.

– Пощадите! – полу плача прогнусавил Джон, а затем, уж совсем по-детски добавил:

– Я больше не буду, честное слово!

– Ты только посмотри, как хорошая затрещина влияет на негодяев. Нам с тобой не помешало, испросить бы прибавку к жалованию. Уж больно лихо у нас, получается, перевоспитывать грешников, – заметил толстяк, потуже затянув разболтавшийся пояс на своей тунике.

– Как всегда согласен с тобой, однако скучнее занятия просто не придумать. Очень надеюсь, что этот, – Аметис показал указательным пальцем в сторону беспомощного старика, – будет последним.

– Эх, да не пройдут твои слова мимо нашего Отца! Создателя всего сущего! Вечная слава ему!

– Только на это и приходится рассчитывать. Меж тем, Отец наш мудр и бесконечно добр, и я просто не сомневаюсь в том, что в дальнейшем он избавит двух несчастных путников, как мы с тобой, от подобной публики, – голова шакала мечтательно закатила вверх глаза.

– За всем тем, мы опять заговорились, – и, обращаясь к Рокфеллеру, Аметис спросил:

– Итак! Что прикажешь делать с тобой «О, величайший из людей»?

На сей раз, Джон собрал всю оставшуюся волю в кулак. Всё-таки он был далеко неглупым человеком и, понимая, что решается его судьба, решил притворить раскаяние, тем самым испросить для себя участь, как можно менее суровую. Сделав изо всех сил более жалостливое лицо, Джон ответил:

– Отпустите меня! Я всё исправлю! Я всё понял! Я прозрел! – старик смотрел вниз на кончики своих носков. Один раз он уже встречался взглядом с одним из посетивших его друзей. От встречи этой взглядами, внутри Джона всё закипело, так что тот едва не лопнул.

– Отпустить? Всё понял? Очень сомневаюсь. Хоть тут бы не лукавил. Ты ведь нам насквозь виден Рокфеллер, – злобно прошипел Оршан.

– Ну да ладно, ему всё объяснят и без нас с тобой. Мы здесь, кажется, за другим находимся, – заметил Аметис своему спутнику. – Только, что делать с ним далее вот в чём вопрос.

Лично у меня множество идей, как новых, так и уже проверенных, в связи с чем, просто теряюсь какую выбрать.

– Никто не сомневается в твоей фантазии любезный друг. Я и сам могу бегло предложить десяток – другой вариантов, только как бы ни получилось, как в прошлый раз. Вспомни сколько времени, мы потратили, споря, кому отдать предпочтение тигру или бензопиле, – оба странника снова расхохотались.

– Так вот, – спустя несколько секунд продолжил Оршан, – есть блестящая идея, предоставить это дело случаю. Пускай первый встреченный прохожий подскажет нам решение, тем самым мы избавимся от долгих пререканий.

Аметис молчаливо согласился и тут, как по заказу, невдалеке появился огонёк, который с приближением увеличивался в размерах, а по прибытию к нашей троице, обратился в милейшего вида старушку – божий одуванчик. В очках и с сумочкой-авоськой, правда, источающую слабый свет.

– Вечного здравия тебе мудрейшая Азза, хранительница равновесия и покоя, – поприветствовали друзья новое явление.

– И вам радости и благополучия во все века, – вежливо ответила старушка.

– Куда держишь путь и почему в столь странном облике? – спросил Аметис.

– Ну что касаемо моего нового облика, то ничего странного я в нём не вижу. Он говорит о житейской мудрости, и возраст только подчёркивает это. А направляюсь я в нижние сферы, дабы обсудить с их жителями кое-какие неприятные ситуации, происходящие в некоторых микромирах вот прямо вот сейчас. Но вам нечего волноваться, каждое ведомство должно отвечать за свой участок, и я пока справляюсь со своим как нельзя лучше.

– Да будет и дальше так всю вечность прекрасная Азза, – ответил ей толстяк. – Между тем, мы с Аметисом просим тебя уделить нам пару минут своего драгоценного времени. Речь идёт о мире по величине несколько большем, чем микромиры и вот у нас с другом возникла загвоздка: что делать, например, вот с этим румяным рябчиком? – при этом Оршан кивком показал в сторону Рокфеллера. – А делать, безусловно, что-то нужно, да чем скорее, тем лучше.

– Так вот, не окажешь ли ты нам услугу, любезная Азза, и не подскажешь ли тот единственный верный вариант, который мы и претворим в жизнь без всяких замедлений? – продолжал развивать глубокую мысль Оршан.

– Вот в хитрости вашей парочке нет равных в этой сфере. Да что там в этой, и в других ещё поискать нужно таких прохвостов. Хотите всю ответственность переложить с себя на другого.

Со стороны смотрелось так, как будто бабушка отчитывает внуков за мелкое хулиганство, но вид тем временем у неё был таким благодушным, что любому наблюдателю стало бы ясно, что делает она это исключительно в воспитательных целях и внуков своих любит.

– Ничего не скроется от тебя, мудрейшая заступница сирых и убогих, покалеченных и разбитых, но что делать нам? Боюсь, мы можем выбрать наказание слишком суровое, и потом долгие годы раскаяние будет мучить наши сердца, в то время как ты бы посоветовала, как раз то, что нужно. Я просто убеждён в этом, – ответил Аметис.

– А я готов поставить свой золотой пояс на то, что лучшего решения мы не услышим ни от кого на свете, – добавил Оршан.

– В умении лить лесть потоками, будто вода падает с водопада, вам также мало равных. Впрочем, лесть и хитрость часто ходят рука об руку, – говоря это, старушка поглядела на Джона, слегка приподняв очки.

– Рокфеллер, раньше думать надо было, – обратилась она к Джону, и, секунду поразмыслив, отвечала так мучителям несчастного старика:

– Да отправьте его на остров, право, ну чего тут думать. Они же так любят всей своей бандой на острове собираться, так к чему ломать устои и привычки.

Друзья переглянулись, и в самых восторженных оборотах речи поблагодарили мудрую Аззу, после чего произошло не менее галантное прощание, и старушка в долю секунды просто испарилась.

– Эх, и до чего же умна эта Азза! Ну, как нам самим не пришла такая простая, и вместе с тем замечательная идея, – недоумевал толстяк. – От себя лишь остаётся добавить самую малость: пускай он сидит на табурете, весь срок не вставая, голым задом на перцовом горчичнике. Ну вот, пожалуй, и всё от меня! – Заключил Оршан.

– Ну и я в долгу не останусь: ноги будет мочить в тазике с ледяной водой, – добавил Аметис, явно желающий, чтобы последнее слово в этом важном деле было за ним.

– Так тому и быть! Всё слышал Рокфеллер? Приговор окончательный и обжалованию не подлежит!

Обжаловать приговор, да и вообще, что-либо возразить, об этом и речи не могло быть. Джон лишь глупо моргал глазами и слушал всю эту чушь. Ему даже снова пришли мысли в голову, что всё это дурной сон, но заветного пробуждения не наступало, кошмар не растворялся подобно туману, ничего не исчезало, так что приходилось и далее внимать всему происходящему и дивиться.

– Вот и всё, Джонушка, гран мерси за проявленное мужество и терпение, но как говорится хорошего понемножку. Ты и так отнял у нас уйму времени, которое, не будь ты таким злодеем, и тебя не доставили бы сюда под наше попечительство, я бы лично тратил совсем по-другому и уж поверь не здесь, совсем не здесь, – заключила голова шакала.

– Я просто уверен, что сердобольный виночерпий и пивовара Сезильдор, который всякий раз прежде, чем продать этилового спирта, разведённого водой и пивным порошком, справляется о здоровье, а в особенности интересуется, не шалит ли печень, уже откупорил свежую кегу прекрасного ледяного Майского эля. А мы тут бездарно тратим своё драгоценное время, – подтвердил Оршан.

– И напоследок,… не влепить ли ему волшебного пендаля?.. Так сказать для ума и закрепления материала, а Аметис, как думаешь?

– Да я-то только за, да боюсь, Джон будет против. А, Джон? Не желаешь ли пендаля? Волшебного? – рыкнул Аметис в сторону бледного как смерть Рокфеллера.

– Прошу вас не нужно пендаля. Я, правда, извините, не знаю, что это такое, но догадываюсь что весьма пренеприятная штука, – взмолился старик.

– Эх, Джон! Эх, Джон! – покачивая головой, рассуждал толстяк. – Ты напрасно недооцениваешь полезность и закрепляющие свойства волшебного пендаля. Заодно бы и словарный запас расширил немножко, да и внукам было бы что рассказать. Ну да ладно, нет, так нет, уговаривать не станем. Заколебал ты меня! Нудный ты какой-то. Просто наискучнейшее утомляло! Нет, чтобы отчаянно спорить, дерзить. Доказывая свою правоту, сыпать фактами, клясться богами, что всё делал только из лучших побуждений, так нет. Нытик ты и зануда, небось, на земле сидя в своём кресле не так себя вёл! – Закончил Оршан, многозначительно смотря на Рокфеллера.

– Спасибо, – боязливо нашёлся Джон поблагодарить за отмену пендаля.

– Пожалуйста! – отвечал Аметис.

– И последнее, так сказать утешительный приз! Ответственно заявляю тебе старик, что надежды у тебя никто не отнимал. Верь и терпи, и думай, тысячу раз думай, почему ты там, где ты есть. А теперь, – и тут Оршан вдруг визгливо крикнул:

– Алле оп! Пошёл вон!

Затем мгновенно подлетел, обогнув Рокфеллера сзади, и пендаля всё-таки от всей души влепил. И снова всё вокруг Джона закружилось, завертелось, перемешались все цвета и краски.

– Как здорово мы его расписали, аж самому понравилось. Ха! Ха! Ха!

– Точно так, особенно фокус со старухой удался на славу.

Занавес. Наступила полнейшая тишина.

Глава третья. Дар миру

Вернёмся в далёкий сибирский город, где мы оставили растерявшегося профессора теоретической физики. К слову сказать, сердце у Владимира Ивановича защемило совсем не зря, было чему удивляться. Оглянувшись вокруг, профессор зрительным и слуховым нервами уловил для себя одну странную особенность. А именно: вся обстановка, окружавшая преподавателя, в один миг замерла, студенты сидели без движения, замерев кто как, как будто на фотоснимке. В просторном окне было видно, как в небе в одной точке висит ворона. Звуки также пропали, вместе со всяким движением.

И всё-таки профессор ощутил себя явно не одиноким в постигшем его горе. Подняв глаза кверху, он увидел и между тем снова испытал сильное волнение, что сверху аудитории к нему спускается тот самый странный молодой человек. В этом своём спуске, он как бы переливался в весеннем солнечном свете, исходившем из окон. Первой мыслью профессора было то, что он болен и всё происходящее не иначе как галлюцинация. Впрочем, он быстро отогнал такую вредную мыслишку. Все дело в том, что ощущал он себя вполне нормально, живым и здоровым, а главное, вполне нормально мыслящим. Подойдя почти вплотную к столу, за которым восседал Владимир Иванович, молодой человек вежливо кивнул головой и начал беседу с приветствия:

– Да-да, дорогой профессор, вы тысячу раз правы! Всё происходящее не плод вашего воображения, не галлюцинация, а также смею вас заверить, что вы здоровы, по крайней мере, теперь, когда я здесь. Да и в будущем подобного рода расстройства вам не грозят, – продолжал после приветствия, приятным, но немного металлическим голосом, молодой человек.

– Кстати, забыл представиться, называйте меня Уриил.

– Но что происходит, и кто вы такой? – почти прошептал профессор сдавленным голосом, на что молодой человек знаком руки остановил его и сказал:

– Ни слова более, уважаемый Владимир Иванович, ни слова, пока вы не придёте в себя, а поможет вам глоток прекрасной воды из вашего графина. Я, видите ли, обладаю кое-какими способностями, в кои входит и освящение воды, так что смело пейте. Вам легче станет, уверяю.

Во время этой речи графин сам собой поднялся в воздух и наполнил стакан, который в свою очередь тоже не пожелал оставаться в стороне, и в один миг влетел профессору прямо в руку. Круговой сделал пару глотков и на самом деле почувствовал некое облегчение. Волнение стало убывать. Перестали дрожать руки. Пульс замедлился и выровнялся, а самое главное: страх мучавший его исчез почти мгновенно.

– Ну вот, совсем другое дело, – снова заговорил именующий себя Уриилом. – Теперь можно и поговорить. Сначала отвечу на ваш вопрос. Происходит следующее: меня послали к вам для того, чтобы донести до людей кое-какие знания, важность которых сопоставима, пожалуй, лишь с самой жизнью, ведь защитить эту самую жизнь, эти знания и призваны. Но об этом чуть позже. Что касаемо меня, то я «Дух Света», люди же обычно называют нас «Ангелами».

– Но что происходит со всеми остальными? – спросил после небольшой паузы изумлённый профессор.

– О, как раз тут нет ничего удивительного! Просто побеседовать с вами мне необходимо с глазу на глаз, так сказать, инкогнито. Посторонние нам ни к чему, вот и пришлось остановить время.

– Как же такое возможно? – продолжал задавать вопросы всё ещё не до конца пришедший в себя профессор, которому, кстати, необходимо отдать должное, ведь происходящее событие явно не из рядовых.

– И снова это самое меньшее из всего сложного! В ваш век всякому школьнику известно, что время статично. Остаётся лишь добавить, что время – субъективная категория, привнесённая человеком. Далее, всего лишь, необходимо знать, на какие рычаги воздействовать, да и способности иметь это самое воздействие осуществлять. Тогда фокус с остановкой времени и вам, мой новый друг, покажется сущей безделицей. Однако я здесь не за этим, – закончил Уриил свой монолог.

– Итак, к делу! Разговоры оставим на потом. У нас будет немного времени побеседовать после, а пока о самом важном. Разрешите профессор воспользоваться вашим мелом и доской.

Не дожидаясь ответа, мел сам начал выводить на доске различные формулы мелкими, но достаточно-читаемыми символами.

– Здесь, – Ангел указал рукой на доску, – будет теоретическое обоснование и объяснение некоторых вещей, главными из которых является объяснение природы и свойства тёмной материи и тёмной энергии. Также не позабыта формула гравитационной энергии квазара, затем описание анизотропии мира и пространства. Всё это даст человечеству необъятный источник чистой энергии, энергии связывающей всю вашу материальную вселенную. Сами понимаете, что это значит, но прежде этот дар должен вывести ваш род на совершенно другой уровень мышления. Мир и любовь должны преобладать в обществе, где не останется нужды и голода, болезней и нищеты. Тяга к знаниям, стремление к совершенству, к звёздам, вот что должно заменить пороки и страсти. Однако мы не гарантируем успеха. Человечество и далее свободно в своих поступках и желаниях. Мы всего лишь снова и снова даём вам шанс, а как им воспользоваться выбирать вам самим. Всему своё время: две тысячи лет назад Иисус Христос пожертвовал жизнью, сейчас я открываю вам преждевременно одну из загадок вашей вселенной. Как видите, Отец наш любит вас и не оставляет во все дни. Можно было бы конечно просто засунуть эти знания вам в голову из информационного поля, тем не менее, тут вот в чём дело: всё, что будет записано на этой доске, намного опережает существующее мировоззрение, и вы, профессор, попросту не поняли бы, или не так истолковали бы, всё явленное вам. А главное у вас не было бы того стремления донести знания до остальных, ведь согласитесь наверняка вы и сами сомневались бы в своей правоте. И вот поэтому я тут.

Уриил говорил, а мелок тем временем исписал уже пол доски. Профессор же слушал так, как дети слушают на ночь интересную сказку – с огромным вниманием и приоткрытым от удивления ртом.

– Так вот! – продолжал молодой человек и Ангел в одном лице. – Почему именно сейчас? Видите ли, профессор, будущее разделено на бесконечные сектора вариантов и меняется каждую секунду, но в целом, на небольшой срок его можно спрогнозировать, исходя из того, на каком варианте находится настоящее. Многие пророки, умеющие подключаться к информационному полю так и делали. Так были предсказаны войны, катастрофы и так далее, и заметьте, что прогнозы более и менее сбывались. Однако сейчас люди зашли на такой вариант, из которого есть только два пути, два из бесконечного множества вариантов, созданных для вас любящим Отцом. И как вы, надеюсь, уже догадываетесь, первый вариант означает жизнь, второй же – конец всему. Так вот, мы за первый вариант. Счастье вам, Отец также на вашей стороне. Только, мы неединственные и есть силы, которые считают, что наиболее разумным и подходящим был бы вариант номер два. Ну, тут пока всё ограничивается дискуссией. Вот здесь профессор и наступает ваш выход. Следуя далее моим указаниям, и с помощью знаний, любезно предоставленных вам, мы вместе попытаемся отодвинуть ужасный вариант номер два подальше, к чёртовой бабушке, где ему самое и место.

Владимир Иванович продолжая сидеть за столом, переваривал полученную им информацию. Переваривалась она, к слову сказать, с большим трудом. Все же профессор недаром занимал свой пост, а также был доктором технических наук. Мысли всё-таки сложились в ряд в голове профессора. Он сообразил, что столкнулся с неизведанным. С силой, которой поклонялись все религии мира. С силами, создавшими всю окружающую действительность. Сам собою в голове возник вопрос: но почему я? Смогу ли я? Предстоящие резкие изменения в ближайшем будущем пугали.

– Ну а кто как не вы, драгоценный вы наш, – улыбаясь, прервал размышления профессора Уриил. – Не одну сотню кандидатов пришлось отсеять, прежде чем выбор остановился на вашей персоне. Объясню: во-первых, вас уже многие годы интересуют те области науки, которые большинством учёных и всерьёз-то не воспринимаются. В частности тёмная материя не давала вам покоя последние пару лет. Во-вторых, вы обладаете необходимым набором качеств, чтобы пройти весь путь до конца. В-третьих, вы порядочный и глубоко верующий человек, а значит человек высокой морали и принципов. Ну и наконец, с вами произошла трагедия, ваша жена и дочь погибли в автокатастрофе (что бывает, однако, никогда, неслучайно), и вы одиноки. Вот собственно и все! Не задумывайтесь о будущем. Жить нужно настоящим. Вы справитесь, и награда будет соответствующей.

– Кстати, профессор, – тут Уриил улыбаясь, подмигнул учёному мужу, – ради смеха удивите, завтра, своих коллег по кафедре. Речь идёт о знаменитом эксперименте с прохождением частицы через две щели. Так вот, проведите его завтра ещё раз со своими коллегами, только уверяю вас, на этот раз детектор в ваших руках зафиксирует кое-что. Суперпозиции двух состояний будут, уверяю вас. Дело тут в вашем внутреннем и внешнем намерении. Учёные подходят ко всему только с технологической точки зрения, в то время как будущее за биоинформационными технологиями, то есть совокупностью мысли, информации и технологии. Христос превратил воду в вино, потому что твёрдо знал, что это возможно. Отбросьте завтра важность самого события и просто знайте эксперимент получиться.

Ангел повернулся к полностью исписанной доске, мелок вернулся на своё место.

– Ну вот, пожалуй, и всё! Время ещё есть, вы не торопитесь профессор? – спросил Уриил.

– Конечно же, нет! Я многое бы отдал, дабы беседовать с вами как можно дольше. Все так интересно, – ответил профессор, напрочь забывший и о своей лекции и вообще обо всех делах.

– Хорошо! Тогда я расскажу вам интересную, а главное реально произошедшую историю. Думаю, она не покажется вам скучной. Вы ведь в последнее время историей древнего мира увлеклись профессор?


Очень древняя история


Около сорока семи тысяч лет назад на Африканском континенте, недалеко от современного Египта жило немногочисленное племя. Это были человекоподобные создания ростом около трёх метров, с изящной и стройной фигурой. Лица их были красивы и горделивы, черепа их были немного вытянутыми в затылочной области. Все они были светловолосы: и мужчины и женщины. Появились они на земле с другой планеты, потерпевшей катастрофу, причиною которой послужило чрезмерное могущество, которое заключалось в практически полном умении использовать внешнее намерение, а также в умении подключаться к информационному полю. Все эти способности они развивали в себе с детства и к зрелости любой карелянин, назовём их так, умел силой мысли двигать камни, зажигать огонь, перемещаться в атмосфере и гидросфере. Правители карелян жаждали всё больших знаний и могущества, и неудивительно, что равновесные силы, которые правят материальной вселенной, рано или поздно обратились против них самих, уничтожив планету и большинство самих карелян. Только небольшому количеству удалось спастись и вот нашли они себе приют на планете земля в тихом и прекрасном уголке млечного пути. Племя выбрало себе вождя из самых мудрых старейшин. Звали его Ахарах. У вождя было два сына, и прекрасная дочь Есея. Старший сын Воолей занимался тем, что изучал биологию и фауну новой планеты. Младший Заил был более склонен к политике и власти. Он всё время проводил подле, отца помогая тому принимать те или иные решения, особенно ревностно следил он за их исполнением. Шли земные годы, необходимо отметить, что кареляне жили много дольше теперешних людей, но все, же и их настигала старость и смерть, так устроен этот мир, ничего не вечно. Воолей обнаружил расу примитивных, но все, же мыслящих существ, живущих собирательством и охотой, и молодой карелянин целиком погрузился в изучение нового вида, однако со стороны. Не вмешиваясь и не открываясь. Время текло, красавица Есея вышла замуж за Клавра, карелянина благородного рода, меж тем, честолюбивого и немного заносчивого. Как часто бывает и у людей: девушки ошибочно привязываются к порочным представителям противоположного пола, толи, не замечая пороков, толи наоборот притягиваемые именно ими.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10