Дарья Дорошилова.

И взойдет Солнце



скачать книгу бесплатно

– Ну что, мать Тереза, проводила своего слепого? – Наташа кинула сумку на парту рядом с подругой. Маша невольно вздрогнула от резкого звука, который вывел ее из облака мыслей.

– Чего ты к нему пристала? – мягко спросила она, убирая свои вещи на противоположный край парты.

– Да он псих какой-то! Ненормальный! – воскликнула Наташа и села на стул, поправив джинсовую юбку. – Черт, ну вот что за стулья! Я опять колготки зацепила…

Подруга переключила внимание на капроновые колготки, на которых появилась пара микро-дырочек. Конечно, их никто не увидит, кроме самой Наташи, но девушка всегда очень ревностно относилась к своему внешнему виду, поэтому даже самые мелкие зацепки могли испортить ей настроение. Машу же колготки подруги волновали в последнюю очередь, ей больше всего хотелось заступиться за Кирилла.

– И ничего он не псих, – тихо сказала она и добавила уже более громко. – А ты вот поставь себя на его место! Ведь я даже себе представить не могу, как это – не видеть… – Маша задумалась и отвела взгляд в окно.

– Сплюнь! – Наташа три раза плюнула через левое плечо, постучала по парте и снова все свое внимание обратила на колготки. Маша мудро решила больше не поднимать эту тему и успокоить подругу, что никто не увидит недостатков ее внешнего вида.

Отсидев пары, подруги как всегда вместе пошли домой. Маша взглядом искала Кирилла в толпе, особенно когда подошла к тому самому перекрестку, где они встретились вчера. Ее внимательная подруга уловила ищущий взгляд и, когда они встали у светофора, усмехнулась:

– Да нету твоего психа, нету. Хватит уже его выглядывать!

– Никого я не выглядываю! – воскликнула Маша, но прозвучало это неубедительно. – Просто смотрю, есть машины или нет! Пошли уже…

Дальше они отправились по своей обычной дороге и вскоре расстались на том же месте возле продуктового магазина с романтическим название «Мечта». Маша решила пройти мимо дома Кирилла – а вдруг он где-нибудь поблизости? Во всяком случае, ей очень хотелось в это верить. И как же радостно забилось сердце, когда на скамеечке возле подъезда она увидела его! Кирилл сидел, выпрямив спину, его руки лежали на коленях, создавая впечатление монументальной статуи.

Маша невольно улыбнулась, увидев случайного знакомого, и почувствовала, как вспотели ее ладони. Но что ей делать? Подойти к нему? Зачем? Вчера они расстались не на самой положительной ноте. Маша никак не могла придумать, как начать разговор, хотя ноги уже сами шли к старой скамейке. Оставалось сделать буквально пару шагов и сказать «привет», но Кирилл опередил ее.

– Кто здесь? – напряженно спросил он.

Маша вздрогнула от его голоса. Неужели, у него настолько развит слух?

– Я… в смысле, Маша! – Ей не хотелось напугать его, поэтому она поспешила отозваться, не медля ни секунды.

– Маша? – повторил он, и показалось, что голос его дрогнул. – А я ждал тебя…

Уже не было тех резких ноток в интонации, раздражения и злости, вместо этого Маша услышала приятный мужской голос, звуки которого достигали самых потаенных уголков ее души.

Это странное ощущение она испытала впервые, и пока не знала, радоваться или бояться его.

– Ждал? Меня? – Она не двигалась с места.

– Да! Знаешь, вчера я был очень груб с тобой. Присядешь? – Кирилл указал рукой на место рядом с собой.

Маша повиновалась просьбе и, сев на край скамейки, украдкой взглянула на его лицо. Тонкие губы были плотно сжаты, словно боялись выпустить наружу лишнее слово, а чуть выступающий подбородок выдавал сильного и волевого человека. Маша со школы увлекалась психологией, поэтому могла по лицу очень многое узнать о человеке, но Кирилл все равно оставался для нее тайной за семью печатями. Единственное, что она могла сказать наверняка – он очень красив. Кирилл обладал правильными чертами лица, которые в народе называют «точеными»: тонкие линии скул, ровные надбровные дуги и прямой аккуратный нос создавали по-мужски красивый образ. Вдобавок у него были густые темные волосы, чуть прикрывающие уши, которые при определенном падении солнечных лучей становились еще более насыщенного цвета. Для завершения образа не хватало одного – цвета и формы глаз.

Кирилл оставался неподвижен, словно дал Маше время присмотреться к себе, но она все же отвела взгляд от его лица и заметила, что к спинке скамейки прислонена трость. Она находилась неподалеку от правой руки парня, видимо, чтобы он мог с легкостью воспользоваться ею, если понадобится.

Воцарилось молчание. Маша не знала, что ей делать, о чем говорить с Кириллом, и как вообще себя вести. Она ждала, что он сейчас начнет разговор, и все само образуется, но ничего этого не происходило. Минуты проходили томительно долго, и тишина, повисшая между ними, все больше усугубляла ситуацию.

Первой не выдержала Маша. Она и сама не знала, зачем пришла сюда, а молчание Кирилла только подтвердило догадку, что она навязывает ему свое общество. Поэтому, взяв сумку, лежащую на коленях, она сказала:

– Ладно, я пойду, а то еще курсовик делать…

Но только она попыталась встать, как вдруг почувствовала на своем запястье его холодные пальцы, и этот жест сказал гораздо больше слов.

– Стой! – На секунду Кирилл ослабил хватку, будто давая понять, что Маша может уйти, если хочет. Но она не хотела, поэтому села обратно и плавно вложила свои пальчики в его ладонь, чтобы показать – она рядом, ей можно доверять.

– Ты сильно торопишься? – Прозвучал его голос.

– Не очень, а что?

– Покажи мне парк, – Вдруг попросил он.

– Парк? Там же ничего интересного, – Маша ходила туда практически каждые выходные, поэтому знала место отдыха практически наизусть.

– Я просто давно там не был, а мама не хочет со мной идти. Может, ты мне его покажешь?

Маша задумалась и снова перевела взгляд на нового знакомого. Она видит этого странного парня только второй раз в жизни, ей еще делать курсовик и кучу практик. Но об учебе она сейчас думала в последнюю очередь. Почему бы и не прогуляться с ним? В конце концов, он обычный молодой человек. Ну почти обычный, и они даже немного знакомы.

Но пока Маша сопоставляла разум и чувства, Кирилл по-своему понял ее молчание. Он резко отдернул свою руку от ее и раздраженно сказал:

– Ладно, если не хочешь, то не надо. Обойдусь и без тебя!

– Погоди! Прости, я задумалась! – попыталась оправдаться Маша. – Конечно, я могу с тобой сходить в парк! Все равно в такую хорошую погоду мне неохота ничего учить. Идем!

Она подскочила со скамейки, но парень остался сидеть неподвижно.

– Ты опять жалеешь меня, да? – спросил он ледяным тоном.

– Что? Причем тут это? – Маша пыталась придать своему голосу беззаботные нотки. – Ты сам вообще-то предложил сходить в парк! Так что идем!

Несколько секунд Кирилл колебался, но потом резко встал и уверенным движением схватил трость. Машино сердце снова сжалось, когда она увидела в его руках этот предмет. Конечно, Кирилл был прав, когда говорил, что она жалеет его. Сама Маша не считала это чувство постыдным и ненужным, совсем наоборот, только она всегда разделяла для себя жалость и сострадание. Пожалеть можно героя книги или собачку на улице, а вот сострадание – гораздо более глубокое чувство. Ему не нужны красивые гладкие фразы, оно молча проникает сразу в сердце и живет там, не требуя дорогих апартаментов. Не каждый способен его испытать, для этого необходимо доброе и чистое сердце, потому что по дороге к нему всегда горит зеленый свет.

Глава 3

Они пошли по небольшому переулку между старых домов. Маша вела Кирилла самой короткой дорогой к парку, которую только знала, она специально шла медленно, чтобы ее спутнику было удобнее, но Кирилл шагал так уверенно, как будто знал эту дорогу.

– Осторожно! – воскликнула Маша, когда он чуть не запнулся о выступивший кусок старого асфальта.

– Не кричи так громко, – сухо сказал он. – Я же не упал!

– Прости… – смутилась Маша.

Она чувствовала себя неуютно рядом с новым знакомым и уже жалела, что согласилась пойти в парк. Вот зачем ей это надо? Наташка узнает, будет долго издеваться.

– Просто у слепых очень обострен слух, – Вдруг смягчился Кирилл. – Твое восклицание стало для меня как вой сирены.

– Правда? Нет, я слышала, конечно, что у вас очень хороший слух… – робко начала Маша, но Кирилл ее перебил:

– А нам долго еще идти?

– Нет, мы уже почти дошли! Сейчас дорогу перейдем, и считай, что уже в парке, – оживилась она. —Правда, тут пешеходного нигде нет, поэтому я всегда дорогу просто так перехожу! Ты не имеешь ничего против нарушения правил дорожного движения?

Только когда слова слетели с уст, она поняла, что сморозила глупость. Маша уже подсознательно ждала несколько грубых фраз в свой адрес, но в ответ Кирилл спокойно сказал:

– А, может, дойдем до светофора? Мы ведь гуляем.


– Хорошо, – согласилась она. – Тем более, сегодня отличная погода!

В этот раз страж дорожного порядка был более благосклонен к молодым людям, и, как только они подошли к краю дороги, загорелся зеленый. Маша осторожно коснулась рукава куртки Кирилла, чтобы таким образом дать понять ему, что можно переходить.

Пройдя через большие кованые ворота грязно-зеленого цвета, они оказались в парке, и Маше показалось, что Кирилл взволнован. Она молча наблюдала за тем, как он нащупывает своей тростью асфальт под ногами и прислушивается к посторонним звукам.

– Здесь есть колесо обозрения? – поинтересовался он.

– Ну да, есть, только я высоты боюсь! – По привычке сказала Маша в ответ на подобный вопрос.

– Боишься? Почему?

– Ну не знаю! Боюсь и все. С детства. Даже со второго этажа вниз страшно смотреть иногда! – призналась Маша. Ей хотелось своей фразой вызвать улыбку на лице спутника, потому что уже знала, как мужчинам важно чувствовать себя сильнее по сравнению с женщинами, но Кирилл снова ответил грубостью.

– Радуйся, что можешь вообще смотреть куда-то, – резко сказал он.

– Извини… – виновато протянула Маша, мысленно ругая себя за неосторожно вылетевшие слова.

Кирилл пошел чуть впереди, а она – за ним, словно тень. Его шаги были уверенными, он ни разу не запнулся, и как будто забыл, что девушка еще рядом. Обойдя часть парка, он случайно нащупал лавочку и сел на нее, а Маша в нерешительности остановилась рядом.

– Ты чего не садишься? – спросил он своим звонким голосом, и девушка вздрогнула.

– Слушай, скажи, зачем я-то тебе нужна? Ты с таким же успехом мог бы и один тут побродить! – Маша села рядом.

– Да я что, держу тебя что ли? Иди! – грубо сказал Кирилл и отвернулся.

Эти слова, как нож, полосонули Машино чувствительное сердце. Подсознательно у нее теплилась надежда, что она нужна ему. Хотя бы немножко.

«Да вообще, что это со мной?! Почему я вожусь с каким-то противным мальчишкой? Пошла с ним в парк непонятно зачем! Ненормальный какой-то!», – возмущенно подумала про себя Маша и встала со скамейки.

– Отлично! Найдешь дорогу обратно?

– Найду, – резко ответил Кирилл.

– Замечательно! Тогда пока!

Маша решительно направилась к выходу, желая поскорее оказаться дома. Мысленно она называла Кирилла всеми обидными словами, которые только знала, но все же в сердце закрался страх за него. Как он доберется до дома? Ведь он же не знает этой дороги! А вдруг не запомнил, как выбраться оттуда? Он же ни у кого не попросит помощи! Он слишком гордый и своенравный! Да все равно! Пусть что хочет, то и делает, а она, Маша, идет домой!


Но вскоре сострадание победило гордость, и Маша начала безумно переживать за Кирилла. Не нужно было оставлять его одного, надо вернуться и проводить домой, а там уже пусть делает, что хочет, больше они все равно не встретятся, но сейчас Маша чувствовала свою ответственность за незрячего парня. Все-таки она привела его сюда! Будет лучше, если она же и доведет его до той скамейки, где он сидел до встречи с ней.

Маша быстро вернулась к лавочке, где оставила нового знакомого, но Кирилла там уже не было, и волнение с полной силой закралось в душу девушки. Она крутила головой по сторонам в надежде, что он не мог уйти далеко, но Кирилла нигде не было. Парк жил своей привычной жизнью: в заводном вихре кружились аттракционы, по траве бегали дети, а их родители чинно прогуливались рядом, не выпуская малышей из поля зрения. Недолго думая, Маша подбежала к одной женщине, которая гуляла со своим маленьким сыном.

– Извините, пожалуйста, вы не видели здесь где-нибудь поблизости парня в джинсовой куртке и… с тростью, – обратилась к ней Маша с надеждой. Женщина задумалась на несколько секунд, пытаясь вспомнить, видела ли она Кирилла.

– В очках такой, да? – Наконец спросила она, одергивая маленького мальчика, который так и норовил удрать в погоне за голубями.

– Да-да! – подтвердила Маша, моля о том, чтобы ей помогли.

– Вроде только что видела его у Большого Дуба… – задумчиво ответила прохожая, и Маша, поблагодарив ее, со всех ног понеслась туда.

«Большим Дубом» горожане называли указатель аттракционов, находящийся в самом центре парка. Это был настоящий дуб, на который приколотили таблички с названиями каруселей, но и возле него Кирилла не было. У Маши снова появилось плохое предчувствие. Что-то тут не так. Где же он?

Она села на одну из скамеек, потому что ноги уже болели от бега по парку, и судорожно начала думать, куда он еще мог пойти. Ей было страшно и стыдно одновременно. Она корила себя за опрометчивые слова и беззаботность, с которой оставила незрячего парня одного в незнакомом месте. Виски сдавило от невыносимой боли, и Маша потерла их, чтобы немного придти в себя, но это не помогало. Макушки коснулось легкое дуновение ветерка, и девушка приподняла голову, подставляя лицо живительному воздуху. Он заботливо потрепал ее волосы, спутавшиеся от быстрого бега, словно успокаивал и уверял, что все будет хорошо.

Немного передохнув, она решила с новыми силами продолжить поиски, но вдруг заметила, что в тени одного из деревьев на траве лежит человек. Сначала Маша подумала, что это очередной местный бомж, который решил немножко отдохнуть, но приглядевшись, поняла, что это никакой не бомж. У дерева на животе лежал Кирилл и тщетно пытался нащупать трость, лежавшую в метре от него.

– Кирилл! Что с тобой?! – Маша подлетела к нему.

Ее сердце бешено билось одновременно от страха и радости. Она волновалась, все ли в порядке с ним, но так была рада, что нашла его. Темные очки лежали на траве, и Маша невольно первым делом посмотрела ему в глаза – обычные без всех тех ужасов, которые она себе представляла. Они были только немного сужены, а левый зрачок чуть скошен к носу. Его глаза смотрели как будто сквозь нее, но если бы Маша не знала, что Кирилл слеп, она бы никогда не подумала об этом!

– Маша? – Его голос дрогнул, а пальцы вцепились в ее запястье. – Это ты?

– Да! Что произошло? Почему ты лежишь на траве? – девушка села рядом.

Все ее мысли сейчас были только о нем и о том, что ей не нужно было оставлять его одного! Но еще сильнее сердце билось взгляда его глаз. Он был настолько рядом, что Маша могла ощущать его дыхание. Насколько же красивыми оказались его глаза! Кристально-голубые, словно вода чистейшего горного озера. Таких глаз она еще не видела никогда в своей жизни.

– Да я просто шел, а потом меня кто-то толкнул, – сказал он нерешительно.

Маша сразу поняла, что он что-то недоговаривает, но сейчас ей было это не так уж и важно.

– С тобой все в порядке? – перебила она, пытаясь помочь подняться. Кирилл и сам хватался за нее, чтобы сохранить равновесие.

– Да, все в порядке все. Где мои очки? – Тут же спросил он, пытаясь закрыть глаза ладонью, словно они могли испугать Машу, но она и не думала бояться. «Без очков ему гораздо лучше», – пронеслось у нее в голове, однако все же подняла их с земли.

– Держи! Только они немного сломались, – Маша вложила очки с погнутыми дужками ему в руку.

– Черт! – выругался Кирилл и ощупал их. – Мать сразу спросит, где я был, причитать начнет…

– Зачем же ты так о своей маме? Я уверена, что она просто переживает за тебя! – возразила ему девушка, которой с детства привили уважение к старшим.

– Ты просто ее не знаешь, это же на неделю затянется! – грубо сказал он и попытался встать, опираясь на Машины плечи.

– Вот, держи еще! – Она подняла с земли трость и отдала ее.

– Спасибо. Я сильно грязный? – Кирилл ощупал трость, боясь, что и она повреждена, но, к счастью, с ней все было в порядке.

– Есть немного. Давай, я отряхну тебя! – предложила Маша и быстренько почистила его куртку и джинсы, Кирилл при этом стоял молча и нервно вертел в руках трость.

– Ну вот, все. Правда, все равно видно, что ты лежал на траве, придется одежду постирать! – Она закончила свое дело и отошла в сторону, чтобы оценить масштаб работы.

– Да ладно… Мне все равно! – безразлично сказал Кирилл.

– Ну что, может, уже домой пойдем? – Маша и не ждала от него благодарности.

– Да, думаю, что уже пора.

Обратно они шли молча. Маша несколько раз хотела начать разговор, но ее что-то останавливало, в итоге решила, лучше всего – промолчать. Если ему будет нужно, то сам что-нибудь скажет. Но Кирилл настолько погрузился в свои мысли, что, казалось, и забыл о существовании Маши. Наконец они дошли до его дома.

– Почему ты так часто смотришь мне в глаза? – После длительного молчания спросил он.

– С чего ты взял? Я не смотрела! – соврала Маша.

– Не ври, я чувствую это. Тебе не противно?

– Противно что?

– Смотреть на меня! – честно сказал Кирилл.

– А почему мне это должно быть противно? Ты такой же парень, как и все, – Также честно ответила ему девушка.

– И глаза у меня такие же, как… как у обычных парней? – С небольшим придыханием спросил Кирилл.

Маша снова решилась посмотреть ему в глаза, чтобы удостовериться в том, что скажет правду.

– Самые обычные голубые глаза, – улыбнулась она.

– А у тебя какие? – Вдруг спросил он с интересом.

– Карие.

– Карие… Красивые, наверное…

Маша невольно улыбнулась. Ей говорили много комплиментов, но почему-то именно эти слова запали в душу, и там стало очень тепло, словно на лугу в жаркий летний день. Она чувствовала, что он сказал от чистого сердца, да и весь его вид говорил об этом. Парень смутился, будто ощущал ее пристальный взгляд, поэтому Маша поспешила отвести его.

– Наверное. Я не могу сама их оценить, – скромно ответила она, разглядывая землю под ногами.

– Жаль, что и я не могу… – Он сказал это настолько тихо, будто не хотел, чтобы Маша слышала.

Она замерла, и в тишине ей казалось, что слышит биение собственного сердца, разрывавшееся на кусочки от безысходности, с которой были сказаны слова. Как же хотелось помочь ему, сделать хотя бы что-нибудь! Первым взял себя в руки Кирилл и, сжав в руках трость, разрушил тишину.

– Ладно, я пойду уже. Пока! – кратко попрощался он.

– Пока… – медленно произнесла Маша.

В глубине души она надеялась, что он хотя бы поблагодарит ее за прогулку, за то, что она помогла ему. Но нет. Он развернулся и уверенным шагом зашел в свой подъезд, не сказав больше ни слова.

Глава 4

На пороге Кирилла встретила его мама. Людмила Степановна дома предпочитала носить свободное платье, а сверху обычно повязывала бело-голубой фартук, седые волосы она всегда собирала в пучок на затылке, откуда не выбивалась ни единая прядка. В ее облике все было предельно аккуратно. Такой же порядок она поддерживала в квартире, где всегда было чисто и с кухни пахло свежей выпечкой. Вот и сейчас Кирилл почувствовал запах пирожков.

– Сыночек, ну почему так долго? Я тебя уже потеряла! Ты не должен ходить один, я очень волнуюсь за тебя! – Женщина всплеснула руками и присела, чтобы помочь сыну разуться, но тот сделал все сам и не дал матери помочь.

– Гулял, – коротко ответил он.

– Мы уж с отцом думали идти тебя искать. А где твои очки? – удивилась она.

– Мам, хватит! Я есть хочу… – резко прервал ее Кирилл.

– Сейчас, сынок! Я как раз закончила готовить… Ручки мой и проходи за стол! Налью тебе супчика, – Мама засуетилась и побежала на кухню, откуда крикнула: – Тебе пирожки с картошкой или с капустой?

– С картошкой… – Нехотя ответил Кирилл и отставил привычным движением руки трость в уголок между тумбочкой для обуви и стенкой. Вымыв руки, он заглянул к отцу в его импровизированный кабинет.

Отец Кирилла, Владимир Николаевич, работал в университете на кафедре теоретической механики. Был доцентом, кандидатом технических наук. Родился и вырос в Ленинграде, там же закончил университет. По распределению его отправили в небольшой городок, где взяли ассистентом на кафедру, поселили в общежитии. Сразу же Владимир Николаевич погрузился в научную деятельность, и начался стремительный карьерный рост. Сначала были статьи, затем доклады и, наконец, диссертация. Учеба всегда давалась ему легко, у него была отличная память, и ученые степени покорялись одна за одной без особого труда, но главное, что он обрел в этом городе – свою любовь, маму Кирилла, Людмилу Степановну.

Людмила Степановна в школе отучилась только девять классов. Нужда в семье заставила ее пойти на работу, ведь она была старшей из детей и должна была помогать родителям, а семья была большая: три брата и три сестры. Заработка родителей катастрофически не хватало, и девушка пожертвовала своим образованием ради того, чтобы прокормить семью. Людочка (как звали ее родители) бралась за любую работу, лишь бы она приносила хоть какие-нибудь деньги. На тот момент, когда она познакомилась с отцом Кирилла, приходилось мыть полы в том самом институте, где работал Владимир Николаевич.

Все друзья поражались, как интеллигент до мозга костей, коренной ленинградец, смог влюбиться в девушку без образования? Но то была любовь с первого взгляда и на всю жизнь. Владимир был отнюдь не честолюбив, не кичился своим происхождением и образованием. В своей будущей жене он сразу увидел то, что всегда искал в женщинах – душевную чистоту и искренность. Он полюбил ее всем сердцем, а она сразу же ответила взаимностью.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

Поделиться ссылкой на выделенное