Дарья Донцова.

Ромео с большой дороги



скачать книгу бесплатно

– Даша? – спросил чей-то знакомый голос.

– Да, а кто говорит?

– Рита Секридова.

– Алиса пришла? – обрадовалась я. – Сделай одолжение, не выпускай ее, уже еду!

– Хорошо, – сухо выронила Рита, – жду.

Я бросилась к машине. Завела мотор и, не обращая внимания на сильный дождь, понеслась на Солянку.

Дверь в квартиру Риты опять оказалась открытой.

– Добрый день! – закричала я, влетая в прихожую. – Алиса, вы где?

– Ее нет, – мрачно сообщила Рита, высовываясь из кухни. – Иди сюда! Чего тарарам подняла?

– Ушла! – расстроилась я. – Ты же обещала ее остановить!

– Она не приходила.

– Послушай, я живу за городом, кататься туда-сюда по пробкам не особое удовольствие. Когда ты позвонила, я поняла, что Алиса явилась домой.

Секридова шлепнулась на колченогий стул, маячивший около буфета.

– Нет, она не объявлялась. Но… Смотри, у Алиски сегодня эфир.

– Так.

– Он прямой, не предварительная запись. Ей люди в студию звонят, заказывают песни, с днем рождения друг друга поздравляют. Ясно?

– В принципе, да, – кивнула я. – Ничего особенного, подобные шоу почти на каждой радиостанции есть.

– Но вечером Алиски на эфире не было, – протянула Рита.

– А кто там был?

– Диджей по фамилии Столяров. Я включила приемник и услышала его голос. Странно.

– Почему? Может, у Алиски случилось неотложное дело, и она попросила ее подменить.

– Нет, – помотала головой Рита, – у них подобное не принято. Генеральный продюсер терпеть не может манипуляции с расписанием. В этом году Алискина смена падала на первое января, в девять утра ей заступать следовало. Приятно, да?

– Невероятно, – кивнула я.

– Если тебе рассказать, из какого Алиска дерьма выплыла, не поверишь, – монотонно вещала Рита. – Ну да не о том речь. Алиска хотела в компании праздник отметить и нашла того, кто согласился у микрофона первого числа париться, – Столярова. У парня как раз облом с бабой случился, ему идти было некуда, вот и сказал Алиске: «Хрен с тобой, я первого оттарабаню». Обрадованная, она побежала просить поменять ей смены. Но начальство встало на дыбы: «Слушатели ждут именно Виноградову, – заявил ей генеральный, – у нас не лавочка со спичками, вот там все равно, какая морда за прилавком. Не нравится сидеть у микрофона, никто не заставляет, получи в бухгалтерии расчет, и разойдемся друзьями». И Алиса, испуганная угрозой босса, в компанию свою не поехала, примчалась первого января в девять утра, трезвая, и вышла в эфир.

Я молча слушала Риту.

– А сегодня вместо нее Столяров вещал, – втолковывала мне Секридова. – Причем вчера утром Алиска, услышав про мое предложение сопровождать Болтова, воскликнула: «Отлично, и выпить мне в свое удовольствие удастся! На работу лишь вечером, можно не ограничиваться бокалом шампанского». Понимаешь, она не думала пропускать эфир. Алиска страшно дорожит своей работой и боится ее потерять.

– Вдруг она попала в больницу? – предположила я. – Позвони ей на мобильный.

– Уже пыталась, он отключен.

Хотя вот тут ничего особенного, у Алиски постоянно заканчиваются деньги. Настораживает другое.

– Что? – подскочила я.

Рита вытащила из прически прядь волос и принялась накручивать ее на палец.

– Алиска, как я уже говорила, из грязи выползала. Она мне рассказывала: отец алкоголик, мать ему под стать, вечно бухая. У таких людей детки в младенчестве помирают…

Но Виноградовой повезло. Ее господь наделил упорством и трудолюбием, девочка сумела окончить школу, поступила в институт, пристроилась на радио и начала вылезать из нищеты. Денег у Алисы было мало, соблазнов в столице много, да еще в Москве принято человека встречать по одежке, поэтому радиоведущая тратила весь оклад на оплату квартиры и на обновки, еда в бюджете не предусматривалась. Чтобы не помереть с голоду, Алиса бегала по тусовкам, убивая двух зайцев: знакомилась со всякими людьми и наедалась на фуршете. В сумочке у Виноградовой всегда имелся небольшой пакетик, куда она незаметно клала халявные пирожки и бутерброды, обеспечивая себе завтрак, а то и обед.

Алиса целеустремленная девушка, она мечтала шагнуть выше по карьерной лестнице, ей было охота пробиться на телевидение, стать звездой, обрести большой оклад, купить собственные хоромы, машину… В общем, планов громадье. В отличие от очень многих девиц Алиса не желала выскакивать замуж, она надеялась лишь на себя и кокетничала с мужчинами на вечеринках с единственной целью: рассчитывая встретить всемогущего продюсера, который произнесет заветную фразу: «Давно ищу ведущую шоу, похожую на вас».

Выпить от души Алиса позволяла себе лишь тогда, когда участники тусовки расходились по домам. И то не всегда. Иногда новые знакомые предлагали продолжить вечер в другом ресторане, и Виноградова ехала с ними. В этом случае нужна трезвая голова, налаживание связей в Москве – процесс длительный и довольно трудный, а Алисе страшно хотелось стать звездой, она на все готова ради карьеры.

Если на тусовке случался облом, то есть никаких интересных встреч не происходило, вот тогда Алиска, выждав нужный момент и увидав, что в зале осталось пять-шесть крепко поддавших личностей, подходила к столику, где наливали спиртное, и быстро опрокидывала в себя пару-тройку бокалов. Не следует считать Виноградову алкоголичкой, ей просто требовалось расслабиться.

Но тут надо упомянуть об одной физиологической особенности Алисы. Девушка способна выпить довольно много вина и не опьянеть. Вернее, алкоголь «догоняет» Виноградову не сразу. Около часа она ходит трезвая, но в какой-то момент весь принятый алкоголь бьет ей в голову, причем с такой силой, что Алиска падает замертво…

Рита остановилась и посмотрела на меня.

– Понятно объясняю?

– Да, – кивнула я, – у меня есть один знакомый, Вадик Рогачев, у него та же особенность: вливает в себя водку стаканами и вроде как ни в одном глазу. А потом – бах, лежит на полу. Его словно выключают.

Рита слабо улыбнулась.

– Вот-вот. Алиса очень хорошо знала о том, какую шутку с ней играет выпивка, поэтому наливалась перед уходом и почти всегда успевала доехать до дома.

– Почти всегда?

Секридова включила чайник.

– Ну, пару раз она засыпала, не добежав до квартиры. Я ее находила во дворе, на лавочке. Но это исключение, обычно Алиска добиралась до спальни. Вернее нет, она вваливалась в квартиру, а там уж где упадет. Понимаешь, ее натурально вырубало, могла улечься в ванной на полу, в прихожей возле комода или в коридоре развалиться. Я с ней пыталась ругаться, говорила: «Если уж доперлась до дома, так дойди до койки». А Алиска растерянно хихикала и отвечала: «Извини, Ритусь, я собой в такой момент не управляю. Темнеет в голове, и все! Мне, главное, в квартиру притопать».

Чайник начал выпускать из носика пар, Секридова взяла с подоконника кружку, бросила в нее пакетик с заваркой и хмуро поинтересовалась:

– Понимаешь теперь, отчего я не слишком удивилась, когда ты про шкаф сказала? Нет, сначала, когда про смерть Алиски услышала, испугалась. Но потом сообразила: она домой заявилась, решила раздеться и в гардероб упала. Если честно, я правда подумала, что тебя Катька подговорила меня разыграть…

– Уже слышала историю про календарь, – перебила я модельку. – Зачем ты сейчас меня позвала, если Алиса не пришла?

Рита нервно огляделась по сторонам.

– Знаешь, похоже, ее украли. Унесли или увезли.

– Кто? Куда? Зачем? – принялась я задавать бестолковые вопросы. – И где шуба?

Секридова отхлебнула чай, дернулась.

– Вот, блин, горячий… В общем, когда ты уехала, я Катюхе позвонила и скандал устроила, пообещала ей морду расцарапать за ее шуточки. А Катька чуть не зарыдала: «Никого не посылала, на твое место не лезу». Уж так она оправдывалась, так отнекивалась… Потом Алиски в эфире не оказалось. Но главное… Смотри!

Глава 9

Рита встала и поманила меня рукой. Мы вышли в коридор.

– Вот, – ткнула Секридова пальцем в сапоги, валявшиеся у входа, – это Алискины.

– Дорогая обувь, – кивнула я, – модная, красивая, из натуральной кожи. О! Да еще с фирменным знаком! Послушай, почти такие же можно купить за сто евро, а в бутике ими торгуют по тысяче. То есть, покупая там, переплачиваешь девять сотен! Неужели не жаль денег?

Рита нахмурилась.

– Это богатая баба может прийти на тусню чуть не в пластиковых сланцах, и никто ее не осудит. Всем ясно, не от нищеты в тапках приперла, а потому что так захотелось. А мы, бедные девушки, должны носить самое дорогое и модное, иначе никуда не проникнешь, фейс-контроль не пропустит. Так вот, у Алиски одни сапоги.

– Понятное дело, – вздохнула я, – таких много не купишь.

– Ты не сообразила! – перебила меня Секридова и повторила: – У Алиски одни сапоги.

– Меня это не удивляет, – спокойно подхватила я. – Кстати говоря, поверь мне, есть не менее хорошие марки, и они дешевле.

– Нет, ты определенно дура! – воскликнула Рита. – У Алиски одни сапоги, других нет! В чем она ушла, если обувь лежит в прихожей?

– Действительно, – насторожилась я. – Впрочем, может, она нацепила кроссовки и джинсы?

– Ага, – кивнула Рита, – я тоже так сначала подумала. А потом открыла ее шкаф и увидела: все вещи на месте. Нет лишь вечернего платья, черного с большим декольте и очень короткой юбкой. В таком по улицам днем не пойдешь.

– Ты уверена, что она не натянула брюки?

– Абсолютно! – нервно воскликнула Рита. – У Алиски мало вещей, я их наизусть знаю, мы друг у друга шмотки постоянно берем.

– Допустим, – кивнула я.

– Сапоги тут, – стала загибать пальцы Секридова, – пальто тоже – вон то, велюровое. У Алиски, кроме него, еще куртка имеется, так она висит на крючке. Получается, что Виноградова сегодня, в дождливый день, утопала из дома в совершенно не подходящем платье, босая, без верхней одежды и сумки. На тусню она у меня аксессуарчики взяла, но они здесь сейчас. И в эфире ее не оказалось! Ну, как ситуация?

– Настораживающая, – согласилась я.

Секридова намотала на указательный палец прядь волос, подергала и прошептала:

– Думаю, ты не ошиблась, она лежала в шкафу. Вот… – сильно побледнев, Рита ткнула рукой в нутро гардероба. – Видишь пол?

– Конечно.

– Теперь нагнись и глянь внимательно. Там гвоздь есть…

Я всунулась в шкаф и уставилась на полувывинченный шуруп.

– Нашла? – прошептала Рита.

– Ага, – тоже отчего-то шепотом ответила я.

– Прядь волос светлых видишь?

– Да.

– Это Алискины! – воскликнула Рита. – Она там лежала!

– Сама же говорила, что подруга способна заснуть в любом положении и месте, – попыталась я успокоить Риту.

Но девушка совсем потеряла самообладание. Она вцепилась мне в плечи и заорала:

– Нет! Мне страшно!

Я еще раз обозрела шкаф.

– Алиса способна на дурацкие розыгрыши?

– Не думаю, – мрачно ответила Рита. – Да, она лежала в шкафу, иначе откуда тут ее волосы… Ты точно видела Виноградову!

– Осталось выяснить, каким образом она покинула квартиру, – хмыкнула я.

– Босиком, без верхней одежды, – обморочным голосом продолжила Рита. – Послушай, сегодня ведь пятнадцатое мая?

– Верно, – подтвердила я.

И тут Секридова побледнела, пошатнулась, а затем, странно всхлипнув, медленно опустилась на пол и вытянулась на грязном паркете.

– Рита! – испуганно позвала я. – Тебе плохо? Ответь, пожалуйста! Ау, отзовись…

Но манекенщица лежала без движения. Я кинулась на кухню, принесла стакан воды, начала брызгать на лицо Секридовой, изредка восклицая:

– Ритуля, открой глазки!

В конце концов девушка приподнялась и простонала:

– Пятнадцатое. Ее убили.

– Алису?

– Да.

– Кто?

– Не знаю.

– При чем тут пятнадцатое число?

Рита попыталась встать на ноги, но они отказывались служить хозяйке.

– Нас перепутали, – еле слышно выдавила из себя Секридова.

– Кого?

– Меня и Алиску, – заплакала Рита. – Виноградову убили по ошибке. Пятнадцатое мая… Пятнадцатое! Мая!

– Извини, пока ничего не понимаю, – осторожно сказала я. – При чем тут все-таки сегодняшнее число? День как день.

Секридова протянула мне руку.

– Помоги.

Я подхватила девушку.

– По-моему, тебе следует выпить чаю.

– Пятнадцатого мая умер папа, – не обращая внимания на мои слова, сказала Рита. – Потом погибла Ксюха, и число было то же. День в день ушла мама, затем Лешка. Понимаешь? Следующая была моя очередь. Я хотела судьбу обмануть, думала, Феня права, это дом наш проклятый, но… Видишь! Алиску просто со мной перепутали. Мы похожи, обе блондинки, и на щиколотке татушки одинаковые. А еще именно я вчера должна была Болтова сопровождать. И Виноградова с моей сумкой утопала на тусню, приметная вещица, дорогая, дизайнерская. Сумочка в коридоре лежит. Все одно к одному, а главное – пятнадцатое мая! Ой, дура я, дура! Надеялась, уеду и избегу проклятия! Зачем мне Феня правду рассказала…

По щекам Риты потекли слезы, губы у нее затряслись.

– Меня обязательно убьют. Непременно. Сейчас он просто ошибся.

– Кто?

– Он, она, оно… Феликс Ковалев! Не знаю! Нет, нет! Не хочу!

Громко зарыдав, Рита бросилась в свою спальню. Я побежала за девушкой. Увидав, как она кинулась на кровать лицом в подушку, я села на скомканное одеяло, обняла трясущуюся Секридову и стала гладить по плечу, приговаривая:

– Ну-ну, успокойся.

– Куда бежать?

– Перестань плакать.

– Страшно, страшно, страшно… – с монотонностью робота завела Рита – …страшно, страшно…

Сообразив, что у девушки началась истерика, я попыталась успокоить бедняжку:

– Давай принесу тебе чай.

– Страшно, страшно…

– Я с тобой.

– Страшно, страшно… Меня убьют…

– Конечно, нет.

– Пятнадцатого числа, как всех.

Я наклонилась к Рите.

– Послушай, он, она, оно – или кто там? – убивает именно пятнадцатого мая?

– Да, – всхипнула манекенщица, – абсолютно верно.

– Вот и хорошо.

Рита перестала рыдать и оторвала голову от подушки.

– Издеваешься, да?

– Нет. Я тебя не оставлю ни на минуту, просижу тут до полуночи, то есть до наступления шестнадцатого числа. При свидетеле убийца не посмеет совершить задуманное. Пятнадцатое закончится, и у тебя будет целый год впереди. За триста шестьдесят пять дней я непременно найду того, кто так напугал тебя. Если он, конечно, существует.

Рита всхлипнула:

– Еще как существует! Феликс Ковалев.

– Это кто такой?

– Убийца! Он сумел уничтожить всю мою семью.

– Знаешь адрес парня?

– Ага.

– Говори скорей.

Неожиданно Рита расхохоталась.

– Адрес? Пожалуйста. Кладбище, за оградой у входа. Только, где погост, не знаю.

– Он умер?

– Молодец, сообразила! – попыталась справиться с истерическим смехом девушка. – Очень ты умная, я бы не дотумкала, что труп зароют, обычно их снаружи оставляют… Ха-ха-ха!

Я встала и, не говоря ни слова, пошла к выходу.

– Ты куда? – закричала Рита.

– Домой, дел полно.

– Бросишь меня тут? – завопила Секридова. – Обещала же посидеть до полуночи! Я боюсь оставаться одна. Погоди!

– Позови кого-нибудь из подруг, – мирно предложила я, – или сама к ним поезжай, а у меня времени на всякое идиотство нет. Прости, конечно, но это ты, похоже, решила надо мной поиздеваться.

Секридова вскочила.

– Пошли чаю попьем.

– Ты уже и так налилась им и ни разу не предложила мне чашку.

– Не обижайся. Мне правда очень страшно.

– Боишься умершего Феликса Ковалева? – усмехнулась я.

Рита устало кивнула:

– Да. Выслушай меня, все не так просто. Теперь я уверена: убить хотели не Алиску. Пожалуйста, не уходи!

Ощущая себя героиней пьесы абсурда, я села в кресло.

– Говори, только без соплей. Спокойно изложи факты.

Рита закивала:

– Это старинная семейная легенда. Мои предки были богатыми людьми, имели дворянский титул и владели тысячами душ крепостных крестьян…

Я скрестила ноги.

После революции 1917 года пришедшие к власти большевики начали планомерно уничтожать дворянство как класс. Населению страны репрессии объясняли просто: всякие там баре – угнетатели рабочего люда, Салтычихи мерзкие. Вот сейчас отнимем у них богатство, раздадим его нуждающимся и заживем счастливо. Сначала пострадали члены очень известных фамилий: Оболенские, Трубецкие, Волконские, Гагарины… Потом карающий меч палачей добрался до менее родовитых семей, до купцов и богатых крестьян, следом начали вырезать средний слой.

Долгие годы в СССР не имелось дворянства. И вдруг в начале девяностых чуть не у каждого второго бывшего советского человека обнаружились родовитые предки. Сначала я удивлялась, читая в журналах рассказы звезд о бабушках и дедушках, танцевавших на придворных балах. Потом спросила себя: «Что же люди раньше-то писали в анкетах? Кадровики ведь тщательно проверяли сотрудников. Неужели работники первого отдела выполняли свои обязанности спустя рукава? Или наши писатели, актеры и ученые слегка приукрашивают ситуацию? Может, их предки и бывали на балах в Зимнем дворце, но не в качестве дорогих гостей, а в ранге лакея или горничной?»

Вот и Рита сейчас самозабвенно пела песню о своих корнях.

– Волковы – старинный род, – абсолютно не подозревая о моих мыслях, торопливо говорила Секридова, – прапрадедушка был меценатом, у него в усадьбе жили художники, писатели…

– Может, попытаешься приблизиться к современности? – улыбнулась я. – И потом, насколько помню, твоя фамилия Секридова.

– Верно, – не смутилась Рита.

– При чем тогда тут богатые дворяне и меценаты Волковы?

– Мой папа был Петр Михайлович Волков, – пояснила Рита, – маму звали Анна Ильина. Нас имелось трое, детей в смысле. Лешка, Ксюха и я.

– Как же ты в Секридову превратилась?

– Да очень просто, – пожала плечами Рита, – замуж вышла.

– И где сейчас супруг?

– Хрен его знает, – вздохнула Рита, – самой иногда интересно. Не виделись мы… э… уж не помню сколько. Лет пять, а то и больше. Он пьяница был, потом на наркоту подсел. Один раз ушел из дома и не вернулся. Если честно, я только рада была, сил уже не осталось Костю терпеть. С «торчком» жить невозможно.

– Так ты не в разводе?

– Не-а, – хмыкнула Рита. – Юридически нет, а фактически давно с муженьком не встречалась. Думаю, он уже покойник. Ты меня выслушай внимательно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6

сообщить о нарушении