Дарья Быкова.

История суда и правосудия в России. Том 2: Законодательство и правосудие в Московском государстве (конец XV – 70-е годы XVII века)



скачать книгу бесплатно

Так что стирать я отправилась злая, как чёрт. В голову упрямо лез только один способ успокоиться, да-да, тот самый, где надо представить тихое пустынное озеро, гладкую прозрачную воду… и лицо своего врага под этой водой. С первыми двумя пунктами выходило не очень – у меня тут была бурная и довольно людная река – посудомойки, зеваки и всё такое, зато вот лицо Фара, ну, точнее, его образ в капюшоне, представлялся на удивление легко. Кажется, никогда ещё я не отжимала бельё настолько хорошо, у меня вообще руки довольно слабые, но стоило представить кое-чьё горло, и дело сразу шло быстро и энергично. Я даже бояться перестала, отвлеклась, а опасаться было чего: река была широкой и бурной, а моя позиция на поваленном дереве не шибко надёжной, но что поделать, если хороший подход к воде заняли посудомойки, а мне ещё и надо было оказаться выше по течению, чем они, а то вряд ли Её Высочеству понравится аромат мясной подливки от очередного платья. Можно было бы, конечно, подождать. Но не хотелось.

Я уже выжимала предпоследнюю юбку, когда ощутила сильный толчок, потеряла равновесие, и в тщетной попытке восстановить его отчаянно замахала руками. Наверное, надо было кричать, но я просто не могла, даже в голову не пришло, все силы были отданы на попытку устоять. Я где-то читала, что тонущие люди тоже никогда не кричат, отчаянно барахтаются и кричать просто не могут, не остаётся сил. Вот и я, нелепо помахав руками, на глазах у десятка свидетелей со сдавленным криком полетела в воду, которая тут же сомкнулась над моей головой.

Вообще, плаваю я неплохо, но тут совершенно потеряла ориентацию в пространстве, меня сначала обожгло холодной водой, затем завертело, кажется, даже приложило о дно и понесло с течением вниз, лишь изредка давая возможность вдохнуть немного воздуха. И самое паршивое было в наличии водопада – на него-то и собирались зеваки, и сейчас, видимо, я тоже их развлеку. Смертельный номер, так сказать. В самом что ни на есть прямом смысле.

Я уже прощалась с жизнью, такой короткой и так бестолково прожитой – сейчас я осознавала это с поразительной ясностью, столько всего было недоделано, не опробовано, отложено на неясное «потом», которого теперь не будет, уже никогда не будет… Но буквально за десять метров до водопада – это я потом уже поняла, сколько там было метров, меня сильно потянуло в сторону, а потом кто-то подхватил, и я вцепилась в него руками и ногами, пытаясь унять дрожь и понимая, что отпустить я не в состоянии, даже когда меня вынесли уже на берег. Краем уха я слышала какие-то охи и ахи от людей, видевших мой невольный сплав, но мне было всё равно, тем более что от реки мы отошли куда-то вглубь леса.

– Спасибо! – сказала я Фару, продолжая на нём висеть и чувствуя, как с моей одежды течёт вода, а по щекам – слёзы. – Спасибо!

Если бы не этот его капюшон, я бы вообще его расцеловала, и совершенно неважно в его я вкусе или не в его, сам-то он запомнился мне довольно привлекательным, хоть черты лица я и забыла.

Кажется, ему стало слегка неловко от проявлений моей искренней и горячей благодарности.

Это он такой скромный? Или это потому что я так нескромно на нём вишу, обвив руками и ногами? Он, кстати, молодец. Уже давно держит… Похоже, уже и зеваки все разошлись от греха подальше, и посудомойки куда-то делись, или это мы далеко от них ушли? А что всё-таки не так? Тут я вспомнила, что равновесие потеряла не сама. Да, рядом со мной никого не было, но я готова была поклясться, что толчок был. И вовсе не порыв ветра, а такой целенаправленный убийственный толчок.

– Меня толкнули! – сказала я ему. Мне казалось, что я готова ко всему. Что он не поверит, или скажет, что ему всё равно…

– Да, – сказал он, продолжая куда-то идти. – Так было надо.

– Что?.. – растерянно переспросила. – Что?!

Фар повторять не стал, и на несколько минут повисла тишина, а потом я, осознав, наконец, в полной мере, что именно он всё это и устроил, с криком запустила руки под капюшон и вцепилась ему в волосы. Неожиданно длинные и приятные на ощупь, – отстранённо отметила. То ли от неожиданности, то ли в знак протеста, но свои руки он разжал, и я стала падать, впрочем, опустилась всё же не на попу, успела подставить колени, не выпуская добычу из рук, и встала, подтянув себя руками, наверняка, больно дёрнув его за волосы. По крайней мере, он как-то совершенно не величественно зашипел.

– Ах ты, гад! – мокрое платье липло к ногам и мешало врезать ему коленом между ног, как он, несомненно, заслужил, так что продолжила просто тянуть его за волосы. Была ещё мысль боднуть головой – знаете, как в фильмах, но свою голову стало жалко. – Да у меня чуть сердце от страха не остановилось! Да я, наверняка, поседела вся!

– Прекрати! – вдруг рявкнул он, совершенно не ученическим голосом, мне вообще показалось, что в этот момент на меня пристально посмотрела смерть, куда пристальнее, чем пока я барахталась в реке.

Так что я прекратила – отпустила его многострадальные волосы, отошла на пару шагов и даже просившееся на язык “мразь!”, заменила на более уважительное, на мой субъективный взгляд, “мерзавец!”.

Глава 7

Я сидела в шатре Фара – надо же, отдельная жилплощадь! – и стучала зубами о кружку с чем-то горячим. Нет, не специально стучала, а очень даже искренне и натурально. Увы, взывать к совести и каким-то иным человеческим чувствам этого чудовища было бесполезно.

– Вообще-то, я тебя спас, – сказало чудовище в ответ на мой укоризненный взгляд, которым я сверлила его уже минут десять кряду.

– Ага, – совершенно неубедительно согласилась, отставляя кружку и начиная опять заводиться. – Это игра у тебя такая? Утопил-спас… Весело!

– Вот дурная! – пробормотал Фар.

– Да пошёл ты! – поддержала я разговор.

– Первый раз вижу, – сказал он, словно поясняя, – настолько дурную пришлую! Тебя поэтому ни в какой орден не взяли? Медкомиссию не прошла?

Я запаниковала. Бежать, наверное, надо бежать! Но куда? И как? Моё мокрое платье Фар уничтожил, сама я сидела сейчас в его одежде, которая была мне явно велика. И, признаюсь вам по секрету, мне в его одежде нравилось. Но для побега она явно не годилась. К тому же я ещё была босиком, далеко ли убежишь по лесу?

С другой стороны, пока он ничего такого ужасного не делает. Ну, не считая того, что чуть не утопил меня и почти довёл до сердечного приступа…

– Дурак, – сказала я, так как он явно ждал какого-то ответа на свой дурацкий вопрос. И продолжила затравленно оглядываться, пытаясь решить – бежать или нет? И если да, то когда, как и куда?

– Так почему ты не в ордене? – спросил он, беззастенчиво отпивая из моей кружки.

– Не взяли, – буркнула я. – Давно ты знаешь?

– С первой встречи, – равнодушно пожал плечами. – Так а почему не взяли? И в какой орден?

– У меня нет дара, орден Золотого Феникса. А… – тут у меня случилась заминка с формулировкой вопроса, и я спросила совершенно не то, что хотела. Ну, точнее, это тоже хотела, но далеко не в первую очередь. – А почему ты в капюшоне, и что за Замок, которого все так боятся?

Замка действительно боялись, старались лишний раз о нём не упоминать, но нет-нет, да и проскакивало что-то, какие-то полунамёки, полутона, недомолвки и оговорки, которые показывали – не по себе людям на этой территории, чего-то они опасаются, и довольно сильно.

– В капюшоне – чтобы скрыть лицо, неужели не понятно? – не упустил случая подколоть. – А что касается Замка… возможно, это у тебя надо спросить? – и он кивнул на мой многострадальный кошель. Прятать его под одеждой Фара было совершенно некуда, да и был он, кошель, отвратительно мокрым и холодным, так что лежал просто рядом на полу. И сейчас Фар явно намекал на знак, которого тогда так испугались разбойники. Значит, фиолетовый – из Замка?

– Что тебе от меня нужно? – наконец-то, сформулировала я главный вопрос. Кошель комментировать никак не стала. С капюшоном тоже непонятно – ведь на постоялом дворе он был без него, а всё равно не запоминался. Но тут я проявила логическое мышление… или фантазию, время покажет, и предположила, что всё дело в Замке. Возможно, Фар остерегается лишний раз колдовать на Его территории?

– У нас вроде договор был – я беру тебя на работу на два месяца, – ответил тем временем он, и я снова ощутила прилив раздражения, даже руки зачесались вцепиться опять в волосы.

– А почему надо было делать это именно так?!

– А как ты себе это представляла? – язвительно отозвался Фар. – Ваше Высочество, не отдадите ли бесхозную пришлую, которую проморгали, но вот-вот обнаружат Ваши маги? – И неожиданно мирно добавил, кивая на кружку. – Допивай, пока не остыло.

Я покорно взяла кружку, сделала пару глотков, уже не стуча зубами, к счастью, и потом только спросила:

– Вот-вот обнаружат?

– Какое именно слово непонятно? – участливо поинтересовался Фар, и я, допив залпом всё, запустила в него кружкой.

– Почему обнаружат-то? – не сдалась я, глядя, как он убирает в сумку ловко пойманный предмет посуды.

– Сколько ты здесь? – спросил он вместо ответа. – Неделю? Две?

– Две, – почему-то соврала я. Будем считать, что из хитрости и осторожности, а не духа противоречия и склонности ко лжи.

– У вас, приходящих из других миров, совершенно другой фон. Если бы они проверяли вас по одной там, в деревне, то сразу бы определили, что ты – другая. Но они схалтурили и смотрели всех вместе.

Как-то слишком много он знает про события в той деревне, где его не было, – пришло мне в голову, но почему-то я этого не испугалась. Чуть позже даже нашла рациональное объяснение – разветвлённая шпионская сеть.

– А теперь-то что вдруг?

– Теперь все озаботились вопросом – откуда у простой прачки такое дорогое бельё? Может быть, она шпионка? Или наёмный убийца? А может, ведьма? В любом случае, они жаждут посмотреть на тебя поближе и попристальнее, и сегодня сдерживала их только близость к Замку, которой к завтрашнему вечеру уже не будет.

– Но… – начала было я вопрос, однако поняла всё сама. – Они думают, что я утонула, да?

С одной стороны, это было даже хорошо, всё-таки моя жизнь в качестве прачки меня совершенно не устраивала, с другой – почему-то было очень обидно, что мои вещи достанутся-таки этим клушам, которые, в общем-то, и растрезвонили всему свету о слишком дорогом содержимом моей сумки. Но, что делать… Буду считать это откупом от других, больших неприятностей.

– Покажи лицо, – сказала я Фару, отчаянно зевая – всё-таки уже и поздно было, и пережитый стресс, и водные процедуры…

– Покажи грудь, – насмешливо предложил он.

– А ты не ох… обнаглел?! – поражённо спросила я. А в голове сразу тревожно заметались уже уснувшие было мысли. Мы с ним вдвоём тут, по части маскировки он – мастер, кричи – никто не услышит… Но говорил ведь, что не нравлюсь? Хитрил? Заманивал? Или ночью все кошки серы? И что делать-то?

– А ты? – тем временем лениво поинтересовался предполагаемый домогатель, не делая никаких поползновений в мою сторону. Даже наоборот – лёг и отвернулся. И свет погасил.

– Это разное! – обиженно сказала я, поняв, наконец, что это была просто аналогия. И моя грудь ему совершенно неинтересна.

– Почему? – совершенно миролюбиво спросил Фар. – Ты не хочешь показывать грудь, я – лицо. Почти равный обмен.

– Вот именно, что почти.

– Да, – сказал гад. – Почти. Во-первых, тебе намного интересней, чем мне, а во-вторых, лицо у меня красивое… Спокойной ночи.

Невысказанное противопоставление повисло в воздухе. Лицо, значит, у него красивое, а грудь у меня – нет? Вот ведь… подлюка. А может, это попытка взять меня “на слабо”? Не выйдет. Но я заставлю тебя взять свои слова обратно, гад! Примерно на этой мысли я и заснула.

Спала, правда, беспокойно. Мне снилось, что я решила изучить лицо Фара ночью на ощупь, и он теперь требует сатисфакции – тоже изучить на ощупь. А я смущалась и отнекивалась. Тем более, что насчёт его лица ничего не поняла.

Утром Фар был на удивление молчаливым и покладистым. Мне бы, конечно, хотелось списать это на свою неотразимость, дескать, за ночь он осознал, что я – лучшее, что было, будет и в принципе может быть в его серой и унылой жизни, но, кажется, он был просто погружён в свои мысли. Тем не менее, он стерпел мои набеги на свой завтрак – не то чтобы мне не хватило своего, но чужой же вкуснее, и мои попытки заглянуть под капюшон – признаться честно, ни черта я там не разглядела, даже странно, и даже пошёл навстречу моему настойчивому желанию продолжить путешествие на спине его коня, вместо самоходной повозки. Не то чтобы я так уж хотела быть к нему всё время близко, но ведь теперь, когда я знаю, что он знает о моём иномирном происхождении, я могу, наконец, задать все накопившиеся вопросы. Так что совместная поездка интересовала меня исключительно в этом, информационно-познавательном, аспекте. Точно вам говорю. Зуб даю… зуб мудрости. Всё равно растёт криво, и надо будет вырывать.

Самому предполагаемому источнику информации я пока о его роли не говорила, боялась спугнуть, да и не интересовался он особо. Сказал только:

– В повозке тебе было бы удобнее, но как хочешь.

И вот теперь я ехала позади Фара и размышляла, а можно ли уже приступать к расспросам… или тридцать секунд после того, как мы тронулись в путь – маловато.

– Фар, – с нами поравнялась леди Фиа. То ли она меня в самом деле не заметила, то ли мастерски притворялась. – Она что-то затевает. Утром опять приходила скандалить, требовала повернуть, отвезти её обратно. У меня плохие предчувствия…

– Фиа, – Ух ты, каким, оказывается, мягким и дружелюбным может быть этот голос! С такой интонацией он вообще неотразим. Какое счастье, что со мной Фар так не говорит! И какая досада… – Вряд ли до долины они смогут придумать что-то такое, с чем мы не справимся.

Она, помедлив, кивнула и поехала вперёд, к экипажу принцессы. За ней потянулись и остальные черракарцы, а Фар наоборот – придержал своего механического коня, и мы оказались опять в самом хвосте, замыкающими.

– Ты с ней спишь? – спросила я, и самой вдруг стало противно от собственной испорченности и циничности. С другой стороны, а где положенные дистанция, субординация и пиетет ученика к учителю? Что это за фамильярности – “Фиа”? И почему это меня так покоробил и возмутил их короткий разговор и его тон, за которым явно чувствовалась какая-то привязанность? Хотя последний вопрос, кажется, лишний, не буду об этом думать. Просто странно он себя ведёт, и это всё.

– Дай угадаю, – предложил Фар. – Там, в своём мире, ты не замужем…

Ну, допустим, угадал. И что? Между прочим, я могла бы выйти замуж, были у меня и поклонники, и предложения, я просто не хотела за кого попало… И вообще, это разве ответ – ударить человека по больному? Очень хотелось обидеться, а то и пощёчину влепить этому гаду, что, правда, было затруднительно сделать, сидя у него за спиной, но здравый смысл и инстинкт самосохранения на редкость единодушно и настойчиво противились этому. Я вдруг поняла – Фар чуть что ссадит меня с лошади, скажет “уволена”, и я останусь совершенно одна в самой чаще леса.

– Не была, – неохотно призналась я. – Хочешь сказать почему?

Ну, давай. Тебе же нравится меня унижать… Козёл!

– Откуда я знаю почему? – передёрнул плечами он. – Но тема отношений в разных их видах тебя явно излишне заботит.

И замолчал. Вот так. И на вопрос не ответил, и носом ткнул… Хотя в чём-то он прав. Чего это я вдруг? Ну, может, дружат они. Или у них так принято. Сама ведь работала в компании, где в норме обращение по имени ко всем, вплоть до генерального директора… С другой стороны, я вчера такой стресс пережила по его вине, что меня можно простить, что бы я ни сказала. Да что там можно, просто необходимо и понять, и простить.

– А кто “она”? – перевела разговор на другую тему, подавив в себе слабое и неуверенное желание извиниться. Кто он такой, чтобы я перед ним извинялась? И, главное, за что? Я, может, комплимент ему сделала, ведь леди Фиа очень даже привлекательная женщина, и пост занимает высокий… не то, что некоторые.

– Илона, – сухо ответил Фар. Вот мне бы так обращаться с голосом… Тут и слова уже даже не важны, одной интонацией можно и заморозить, и вдохновить, и осчастливить… и даже убить, наверное, он тоже может.

– Извини, – сказала я неожиданно для себя самой. – Я…спать с кем-то – это не считается чем-то плохим в нашем мире.

– В нашем тоже, – хмыкнул он. Вот и пойми… Чего он тогда куксился? Или всё дело в бестактности? Или ему хотелось бы с ней отношений, а она не соглашается? Может, у него это больная мозоль, как у меня с замужеством и отношениями? Может, он поэтому и сидит в учениках? Но после того как меня так осадили, уже и не спросишь. Ладно, узнаю позже.

Чтобы как-то сгладить небольшую размолвку, я погладила Фара по спине – кажется, он вздрогнул от неожиданности, обняла его покрепче, прижавшись щекой. И спросила как можно мягче:

– Илона не хочет замуж за этого вашего принца, да?

– А кто вас, женщин, разберёт, – довольно легкомысленным тоном откликнулся Фар. – Говорит, что хочет. Но теперь никак не может, после этого ужасного инцидента, когда она оказалась помолвлена с другим. Её честь, – это он произнёс как-то особенно цинично, – не позволяет ей гостить не у жениха, поэтому мы должны отвезти её обратно.

– А правда, – заинтересовалась я и для закрепления успеха погладила спину ещё раз, та уже не вздрагивала, – зачем вы её везёте при таком раскладе? Может, вернуть домой?

– Для Черракара это очень важный союз, а вернуть её домой – всё равно что выдать замуж за кого-то другого. Помолвку же можно расторгнуть, если найти этого предполагаемого жениха, на чьей крови было замешано зелье, и провести другой обряд. И лучше это сделать, когда принцесса будет под надёжной охраной в Черракаре.

– А тебе действительно нужен пе… писец?

– В дороге не особо, в Черракаре, может, пригодится…

– А леди Фиа меня не заметила? Или проигнорировала?

– Не заметила.

– А она вообще обо мне знает? – спросила я в шутку… и застыла с открытым ртом, когда Фар совершенно серьёзно ответил:

– Нет.

– Нет? – переспросила не столько для верности, сколько для того, чтобы осознать.

– Нет, – всё так же спокойно повторил он.

– Фа-а-ар, – протянула я. – Ты ни фига не ученик. Ты кто вообще такой?

Естественно, он не ответил.

* * *

Пользуясь своей незаметностью – признаюсь, у меня даже мелькнула мысль: а может, я – призрак, ударилась-таки головой о дно, и готово, я наведалась на обеде к бывшей своей повозке. Не давала мне покоя судьба вещей. А вдруг получится умыкнуть? Ну, или отомстить как-нибудь расхитительницам моего имущества, мелко, но обидно.

Прогулка вышла на редкость познавательной. Во-первых, я убедилась, что не призрак. Незамеченное мной дерево продемонстрировало это очень наглядно, теперь, если будут ещё сомнения, у меня имеется неоспоримое доказательство – шишка. Во-вторых, оказалось, что мои вещи забрали маги. К ним я, понятное дело, не пошла. Ну а в-третьих… Выяснила, что принцип "или хорошо, или ничего" в отношении покойников местным жителям незнаком, и узнала о себе много нового и интересного. Настолько, что мне захотелось срочно вымыться. Оказывается, мне далеко за сорок, я переспала со всей делегацией чернокнижников – тут я вспомнила свою инсинуацию про Фара и леди Фиа и устыдилась, а ещё я – толстая, некрасивая и стирала из рук вон плохо. Напрасно я говорила сама себе, что это просто злобные бабы-дуры, пытающиеся таким образом самоутвердиться, что ничегошеньки они на самом деле обо мне не знают, и вообще, они настолько глупы, что сами себе противоречат – если я такая страшная, старая и некрасивая, то откуда такой спрос со стороны чернокнижников? Или это я такая сильная, что против воли всех их… кхм… переспала? Не помогало. Вроде бы и всё понимаю, а всё равно тошно и муторно. И ладно бы был у меня нормальный спутник, так нет же, к этому подойдёшь с нулевой самооценкой, уйдёшь вообще с отрицательной. А больше меня никто не видит… Я представила на секундочку, что подхожу к Фару с традиционным вопросом:

– Я – толстая?

А он вместо того, чтобы ответить, как полагается “Нет-нет, дорогая, что ты, ты прекрасна!”, говорит что-то типа:

– Нет. Разве круглое может быть толстым?

Содрогнулась. И зареклась с ним вообще разговаривать.

Впрочем, не сдержалась – с силой воли у меня не очень, да – и жалобно-жалобно спросила, когда мы снова тронулись в путь.

– А я тебе совсем-совсем не нравлюсь?

Тут же пожалела, но не тараторить же теперь "Нет-нет, не отвечай!", это будет совсем уж жалко. Фар ещё на привале снял капюшон и снова был невзрачно-незаметным, и даже то, что я за него держусь, иногда не помогало зафиксировать внимание. В плаще, кстати, такого эффекта не было. Значит ли это, что он остерегался применять своё заклятие на территории Замка? Но ко мне же применил? И ещё колдовал, когда спихивал меня в реку и доставал оттуда. В чём же разница и смысл?

– А ты, – как-то лениво отозвался он, – с какой целью интересуешься?

– С исследовательской, – огрызнулась я. – Статистику собираю. Пока в вашем мире со вкусом и чувством прекрасного не очень.

– А-а-а, навестила кортеж принцессы, – догадался он. От понимания, что он всё это тоже слышал, а может, ещё чего и похлеще, стало совсем плохо. – А тебе не всё равно, что про тебя думают совершенно безразличные тебе люди? – с каким-то отстранённым любопытством спросил Фар.

– Всё равно, – согласилась я. – Абсолютно. Где тут можно повеситься?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20