Даниил Веков.

Крымская весна. «КВ-9» против танков Манштейна



скачать книгу бесплатно

Он стоял в темном тамбуре вагона и смотрел в дверное окошко. Снаружи ничего не было видно – ночь, да еще мелкий, противный дождик… Вагон слегка покачивало, Петр курил папиросу и пытался разглядеть названия станций, мимо которых они проскакивали. Но ни огонька снаружи, ни искорки света – маскировка! Хоть до фронта еще прилично, но все равно правила соблюдали… Если прикинуть приблизительно – они сейчас где-то возле Ростова, на славной реке Дон. Через сутки будем на месте…

А место это – Крым, точнее – Керченский полуостров. Именно туда и направили особую группу ГАБТУ Наркомата обороны, чтобы обкатать и проверить новую боевую машину – «Клим Ворошилов-9». Хотя, если разобраться, не такой уж это и новый танк – работу над ним начали еще в конце 1940 года, вскоре после Финской.

Наркомат обороны тогда решил, что надо расширить парк тяжелых танков, создать еще один КВ – со 122-мм гаубицей. Должен получиться некий «артиллерийский» вариант «Клима Ворошилова», сверхмощный, для прорыва укрепленной обороны противника. Например, такой, как знаменитая линия Маннергейма…

Разработка шла ни шатко, ни валко, но кое-какие планы реализовать успели. Однако после начала войны проект заморозили – появились другие, более важные задачи. Осенью 1941 года, после того как немцы доказали высокую эффективность своих самоходок, стало понятно, что новый танк все-таки нужен. Вот тогда-то и вспомнили про «Объект-229».

За основу взяли КВ-1, отлично зарекомендовавший себя в сражениях, и основательно его доработали: во-первых, улучшили двигатель и ходовую часть, во-вторых, существенно усилили защиту: башенная броня стала 110 мм, корпус – 60–80 мм. Лоб корпуса – так вообще 135 мм. Такого нет ни у одного танка в мире!

Для нового «Клима Ворошилова» разработали и специальную пушку – 122-мм У-11, танковый вариант полевой гаубицы Ф-30. Отличное орудие, снаряд легко пробивает броню любого немецкого панцера, даже Pz.IV (не говоря уже о всех прочих). Собственно, не пробивает, а просто ломает, крушит, как гигантский молот. Для У-11 пришлось несколько увеличить амбразуру в башне, зато маска получилась 210 мм. Толще не бывает! Оставили, как и в КВ-1, три ДТ – спаренный, курсовой и кормовой. Плюс добавили хорошую радиостанцию – для надежной связи между машинами…

Экипаж сначала хотели сократить до четырех человек (командир, механик-водитель, стрелок-радист и наводчик), но затем поняли, что без заряжающего, как в «прародителе», не обойтись. Выстрелы же тяжеленные, к тому же раздельно-гильзовые, тут нужен специальный член экипажа, кто станет заниматься только этим. Командир машины и наводчик не должны отвлекаться от своей главной задачи – поиска и уничтожения танков противника…

КВ-9 предполагалось сделать универсальной машиной, чтобы и вражескую бронетехнику уничтожал, и оборону прорывал. Особенно – мощную, хорошо подготовленную, со многими фортификационными сооружениями. Он должен прокладывать путь для штурмовых групп, а огневые точки или артиллерийские батареи противника – просто давить своими широкими стальными гусеницами.

47-тонная машина, как гигантский каток, пройдет по линиям обороны, впечатает в землю и орудия, и минометы, и пулеметы. И людей – кто не успеет убежать…

К весне 1942 года на Челябинском тракторном заводе был собран и обкатан первый КВ-9. Испытания прошел успешно, но, прежде чем пускать машину в серию, требовалось ее проверить в реальной боевой обстановке. Одно дело – полигон, и совсем другое – война, это все понимали. Вот и отправили группу майора Дымова в Крым с целью испытать КВ-9, а потом дать конструкторам необходимые рекомендации для доработки.

Виктор Михайлович и члены его группы уже имели опыт подобных заданий: в июне 1941-го обкатывали улучшенный КВ-1, доработанный и модернизированный, гоняли на Украине под Радеховом. Там и застала их война… Пришлось с ходу включаться в боевые действия и принимать участие в танковых боях под Луцком, Дубно и Бродами. Проверку огнем машина прошла успешно, выдержала все столкновения с панцерами. В середине июля группа вернулась в Ленинград, на Кировский завод – чтобы доработать машину.

Осенью того же года майор Дымов воевал на Ленинградском фронте, участвовал в Синявинской операции, оборонял город, а потом, в декабре, наступал на Тихвин и форсировал Волхов… Все на том же КВ и с тем же экипажем. В общем, много чего было… Но в одном из боев прославленный танк, прошедший немало огненных верст и поразивший не один десяток немецких панцеров, все-таки получил смертельное ранение. Даже толстая 75-мм броневая шкура не спасла его от прямого попадания 105-мм немецкого снаряда… Экипаж, к счастью, успел покинуть горящую машину – за минуту до того, как рванул боекомплект. Восстанавливать и чинить после этого уже стало нечего.

И вот новое задание, причем очень важное и ответственное. Впрочем, другие группе никогда и не поручали, ведь она была специальная… Командир, майор Виктор Дымов, – умный, спокойный, уверенный в себе человек, с подчиненными строг, но справедлив. Его заместитель и ближайший друг, капитан Петр Вальцев, – наводчик в танке, отвечает за работу всего огневого «оборудования».

Механик-водитель, старший лейтенант Денис Губин, специалист по двигателям и всей танковой механике. Если что-то с ней не так – это сразу к нему. Лейтенант Михаил Стрелков – пулеметчик и радист, а при необходимости и снайпер (даже из самой обычной «мосинки» бьет в цель без промаха). А все вместе – специальная группа Главного автобронетанкового управления Наркомата обороны.

Вместе сражались за Ленинград, били на КВ-1 гитлеровские панцеры. Отлично притерлись друг к другу, что называется – одна семья. Или, как поется в песне, «экипаж машины боевой».

Но для нового задания пришлось взять еще одного человека, старшего сержанта Ивана Меньшова. Парень молодой, всего двадцать два года, но уже достаточно опытный. В Красной армии – три года, был призван еще в 1939-м. Воевал на Финской, в Карелии, в 20-й танковой бригаде – был заряжающим в КВ-1. В бригаду как раз поступило несколько машин – для испытания… Там, кстати, они с ним и познакомились – группа Дымова тоже обкатывала новую машину, но другую – Т-100.

Иван воевал отлично, зарекомендовал себя храбрым, умелым бойцом. За Финскую получил медаль и благодарность от командующего бригадой. Поэтому и взяли его в группу – раз уже знаком с КВ и понюхал пороху. Да и вообще – с проверенным человеком работать легче, надежнее. Пусть орудие у нового «Клима Ворошилова» другое, гаубица У-11, но, в принципе, не такая это и большая разница, освоить можно. Так оно и вышло – Иван быстро приспособился к гаубице и отлично вписался в группу, стал настоящим членом экипажа.

После того как группа была готова, ей передали экспериментальный КВ-9. Новенький, только что из цеха Челябинского тракторного. Покатались немного на полигоне, освоили машину и отправились в Крым, под Керчь. Почему туда? Так это понятно – главную роль в выборе места сыграли чисто природные условия. Вес же нового КВ – 47 тонн, не по всякому грунту пройдет, а весна в 1942 году выдалась поздняя. В апреле – начале мая почти на всех фронтах земля все еще была мягкая, вязкая. А вдруг танк где-нибудь застрянет, сядет намертво, что тогда? Особенно – если на виду у немцев…

А им отдавать машину никак нельзя – не для того ее создали, не для того готовили. Для панцерваффе появление нового КВ-9 должно стать большим сюрпризом…

Под Керчью же земля в апреле уже твердая, танк пойдет легко, без проблем, даже, можно сказать, с ветерком. И продемонстрирует свои лучшие качества. К тому же тяжелый 122-мм фугасный снаряд очень эффективен именно на сухой каменистой почве, воронка получается три метра в диаметре и почти в метр глубиной. Пусть гитлеровцы почувствуют всю мощь советского оружия! И еще КВ-9 очень пригодится Крымскому фронту – при прорыве немецкой обороны.

Командующий фронтом генерал-лейтенант Дмитрий Козлов не хотел упускать инициативы, мечтал отыграться за прошлое поражение. Да, наступление в феврале и марте 1942 года на Кой-Аксанском направлении пошло не слишком удачно, потеряли немало людей и техники, но все-таки войска сохранили свою силу. И имели значительное превосходство над 11-й армией генерал-полковника Эриха фон Манштейна: по личному составу – в 1,6 раза (250 тысяч человек против 150 тысяч), по танкам и самоходкам – почти в два (347 против 180), по артиллерии и минометам – в 1,4 раза (3577 против 2472). И лишь по авиации было примерное равенство. Значит, можно попытаться еще раз – взять реванш. Прорваться на Кой-Аксан, разгромить гитлеровцев, освободить Феодосию, Симферополь и другие города…

К наступательным действиям генерала Козлова активно подталкивал представитель Ставки Верховного Главнокомандования армейский комиссар 1-го ранга Лев Мехлис. Ему удалось убедить Верховного, что фронту вполне хватит сил, чтобы выбить Манштейна с Крымского полуострова. Сталин согласился – давайте, нам очень нужна победа. После освобождения полуострова можно существенно потеснить группу армий «Юг» и под Харьковом…

По планам советского командования Крымский фронт должен был нанести мощный удар своим правым, «азовским» флангом и захватить наконец Кой-Аксанский район. Затем – бросок на Владиславовку, большой транспортный узел, а потом – в тыл немецкой группировки. Перерезать снабжение, разгромить штабы и склады… Ну а затем – на Феодосию, чтобы захватить важнейший морской порт. После этого – рывок на Симферополь, столицу Крыма, и одновременно – на Севастополь, чтобы деблокировать Приморскую армию. И ко 2 июня можно уже полностью освободить Крым от немецко-фашистских войск.

Для реализации плана две из трех имеющихся армий (44-я и 51-я) были нацелены именно на Кой-Аксан и Владиславовку. Третья, 44-я, должна была наступать вдоль побережья Черного моря на Феодосию – чтобы не дать фон Манштейну перебросить резервы на север.

Сражение ожидалось тяжелое, кровавое, ведь у Кой-Аксана гитлеровцы успели создать мощную оборонительную линию. Для ее прорыва нужны значительные силы, в том числе и артиллерийские. Значит, «Клим Ворошилов-9» как раз пригодится, ведь он один стоит целой батареи… Надо пробить линию у Кой-Аксана, сделать брешь, в которую ринутся танковые бригады и батальоны. У них, конечно, слабее, в основном легкие машины, Т-60, Т-26, но есть также Т-34 и КВ-1. Тоже сила, и немалая. А затем к прорыву подтянутся стрелковые части, поддержат наступление…

Очень важно одержать первую победу, показать пример, а потом пойдет легче – советские бойцы, вдохновленные успехом, смело ринутся в бой и погонят гитлеровцев с крымской земли.

Так что у группы майора Дымова задача была двойная: во-первых, испытать в бою КВ-9, а во-вторых, помочь частям Крымского фронта преодолеть Кой-Аксанский рубеж. Ну а после этого следовало вернуться на Челябинский тракторный и доложить о недоработках и неполадках, чтобы конструкторы могли их быстро устранить. Новые тяжелые танки очень нужны фронту, надо скорее пускать их в серию… Поэтому на группу Дымова возлагали особые надежды.

* * *

…И вот они уже который день в пути. С Урала – на поезде через полстраны до Ростова, что на реке Дон, а затем – на Таманский полуостров. Переправа через Керченский пролив – и вот он, Крым!

Ехали в обычном воинском эшелоне, вместе с танками Т-26, также направляемыми на полуостров. КВ-9 стоял на открытой платформе, лишь укрыт был гораздо плотнее и тщательнее, чем другие машины. Все-таки особый танк, не стоит его светить раньше времени – враг, как говорится, не дремлет. Вот доберемся до места, там и покажем во всей красе. Пусть гитлеровцы полюбуются!

Группу приписали к 56-й танковой бригаде, входившей в 51-ю армию. Она пока была во втором эшелоне, но к началу наступления ее собирались перебросить на центральный участок фронта, к Кой-Аксану. Штурм немецких укреплений и являлся первым боевым заданием для экипажа. А потом вместе со всеми – на Владиславовку, перерезать железную дорогу на Симферополь, чтобы не дать немцам подтянуть свежие силы.

Кой-Аксанский рубеж войска 51-й армии штурмовали еще в феврале и марте 1942-го, но сломить сопротивление гитлеровцев не смогли, завязли в позиционных боях. Важно было не повторить их ошибку – взять поселок с ходу, с первого же раза прорвать оборонительную линию…

Для помощи бригаде придали новенькие Т-26 – во время тяжелых мартовских боев она потеряла 88 машин, требовалось срочно пополнить. И еще, как основную броневую силу, – «Клим Ворошилов-9».

Новый танк очень берегли: для защиты от немецких авиаударов на платформе установили ДШК (помимо двух зенитных установок, счетверенных «Максимов», прикрывавших весь эшелон). Хороший пулемет, крупнокалиберный, 12,7 мм, поражает самолеты на высоте до двух с половиной километров. При необходимости можно также использовать и против бронированных целей – пуля на полкилометра легко пробивает 15-мм стальной лист. Все легкие немецкие панцеры – в зоне поражения…

Возле ДШК в дневное время постоянно дежурил кто-то из членов экипажа КВ-9 (кроме майора Дымова, конечно). Пока, к счастью, пулемет применять не пришлось – из-за низкой облачности и дождей немцы не летали, да и до Крыма еще было далековато… Но чем ближе к Ростову, тем больше вероятность появления «юнкерсов». Эшелон идет на юг, в сторону фронта, да и погода может измениться в любой момент…

Вот разойдутся тучи – и тогда жди гостей, «лаптежники» не замедлят появиться. Они любят висеть над железнодорожными путями, бомбить станции, военные эшелоны, составы с беженцами и даже поезда с ранеными.

Раньше, в 1941 году, санитарные вагоны обозначали красными крестами на крышах, думали, что немцы атаковать их не будут… Как же! Наоборот, налетали с удвоенной силой! После этого кресты рисовать перестали, но все равно от ударов с воздуха пострадало немало составов с ранеными. А сколько военной техники погибло в пути – и не сосчитать! Возле каждой крупной станции или железнодорожного узла есть целые кладбища с мертвыми, сгоревшими машинами – танками, броневиками, тягачами, тракторами… Их черные остовы с рыжими ржавыми пятнами наводят на грустные мысли – да, немцы пока имеют преимущество в воздухе…

Но на земле им уже дали как следует прикурить – во время зимнего контрнаступления. Отогнали на запад на 80—150 км, разбили считавшиеся прежде непобедимыми дивизии, в том числе и танковые. А в Крыму после декабрьского десанта и боев за Феодосию прочно закрепились в Керчи, заняли территорию вплоть до Акмонайского перешейка.

К сожалению, освободить Феодосию, Судак и другие города на восточном и южном побережье пока не удалось, немцы оказались сильнее… Как и пробиться на соединение с Приморской армией, защищающей Севастополь. Но все равно успехи были очевидны, и теперь их требовалось закрепить – в ходе нового наступления. Так что присутствие КВ-9 в Крыму было не только полезно, но и крайне необходимо – для поддержки войск.

Группа Дымова занимала целое купе в командирском вагоне. Внизу, как и положено, спали старшие по званию, Виктор Михайлович и капитан Вальцев, над ними – Михаил Стрелков и Денис Губин, а на «антресолях», на третьей полке – Иван Меньшов. Он человек привычный, легко переносит всякие неудобства…

Капитан Вальцев вздохнул – завтра предстоит трудный день. Утром поезд приходит на узловую станцию Лихая, а затем поворачивает на юг, к Тамани. Надо ждать немецкие самолеты… Не может быть, чтобы они упустили такую возможность – разбомбить эшелон с бронетехникой. Наверняка появятся, даже если день выдастся пасмурный. Ну а если хороший…

Тогда точно придется отбиваться! Благо поезд прикрывал не только их ДШК, но и зенитная рота лейтенанта Ильясова. С зенитными счетверенными «максимами» в начале и в конце состава… Как-нибудь прорвемся!

Петр Вальцев затушил папиросу и пошел спать – давно пора. Эшелон медленно, но верно приближался к фронту…

Глава вторая

«Лаптежники» появились внезапно, словно из ниоткуда. Возникли в утренней дымке и низко полетели над эшелонами, скопившимися на станции Лихая. Воздух наполнился их низким, ревущим гулом. Громко, пронзительно закричали дневальные: «Во-о-здух! Во-о-здух!» Люди бросились кто куда, посыпались из теплушек на землю, словно горох.

Засуетились зенитчики лейтенанта Ильясова, стали разворачивать «максимы» навстречу «лаптежникам». «Юнкерсы» прошлись над путями, высматривая добычу, а затем резко набрали высоту и, перевернувшись вверх брюхом, понеслись вниз. Завыли «иерихонские трубы» немецких бомбардировщиков, полетели к земле тяжелые черные «капли»… Укрыться от них было негде: справа и слева – эшелоны, а дальше – голая степь…

Красноармейцы дружно полезли под вагоны, пытаясь укрыться, залегли между рельсами. Зенитчики Ильясова открыли бешеный огонь, но попасть в быстрые «юнкерсы» было трудно. Ю-87 серыми когтистыми птицами пронеслись над составами, а затем снова взмыли вверх. Сухой воздух разрывался от гула моторов, наполнился треском зенитных пулеметов…

Развернувшись, Ю-87 пошли на новый круг. Метили в санитарные вагоны, знали, что раненых не успеют вынести. Открыли огонь, пули защелкали по щебню, зазвенели об рельсы, острыми иглами впились в стены вагонов. Во все стороны полетели длинные щепы…

При первых звуках налета Миша Стрелков бросился к ДШК – защищать КВ-9. За ним кинулся Иван Меньшов – помогать, менять коробки с лентами. Михаил встал за станковый пулемет, задрал ствол максимально вверх. Иван заправил патронную ленту и на всякий случай приготовил вторую коробку. Одной может и не хватить…

Миша повернул ДШК чуть левее, прищурился и дал короткую очередь по выходящему из пике «юнкерсу». Тот как раз повернулся серым брюхом, задирая вверх неуклюжие «лапти». Крупнокалиберные пули прошили Ю-87 насквозь, задели топливные баки, за «юнкерсом» потянулся черный шлейф дыма.

Бомбардировщик загорелся и рухнул в степь, летчик выпрыгнуть с парашютом не успел. Красноармейцы радостно закричали: «Получил, фашист! Будешь знать, как наших убивать…»

Остальные самолеты, не ожидавшие столь резкого отпора, взяли вверх. Счетверенные «максимы» их не особо пугали – пули не пробивали броневую защиту кабины, к тому же точность невелика… Но ДШК – это совсем иное дело. Одна короткая очередь – и тебя подбили. С первого же раза! Немецкие пилоты решили не рисковать, убрались восвояси. Сбросили оставшиеся бомбы где-то в степь и были таковы. Растаяли в весеннем небе черными кляксами…

Бойцы стали вылезать из-под вагонов, отряхиваться, делиться впечатлениями. Потери оказались невелики – пять человек раненых, все легко, техника же вообще не пострадала. Бомбы, к счастью, легли в стороне от путей, платформы с танками не задели. Спасибо Мише Стрелкову, отпугнул «лаптежников»…

Станции весьма досталось – деревянные строения запылали ярким огнем, языки пламени охватили пакгаузы. Белесые клубы дыма потянулись к прозрачному небу… Красноармейцы бросились тушить пожар – не хватало еще, чтобы огонь перекинулся на эшелоны. Тогда беды точно не миновать…

Там же – и боеприпасы, и горючее, и техника. Чудо, что бомбы не задели цистерны в конце поезда… А то бы сейчас полыхало все вокруг – и теплушки, и танки, и даже сама земля.

Иван Меньшов проводил «юнкерсы» тяжелым взглядом – вот сволочи, чувствуют себя хозяевами в небе! Хорошо, что хоть один сбили… Мы тоже огрызаться умеем! Вытер пот со лба, перевел дух – кажется, беда миновала.

Миша Стрелков с улыбкой посмотрел на него:

– Что, Ваня, страшно?

– Да нет, – пожал плечами Меньшов, – дело привычное. Я с тридцать девятого воюю, с Финской, не боюсь уже ничего. Только фрицевские «шарманки» очень не люблю, всю душу выматывают…

– Это чтобы боялись, – пояснил, подходя, Петр Вальцев, – чтобы запугать. Побежит со страха какой-нибудь неопытный, необстрелянный боец, его из пулемета и достанут…

– Да, – согласился Иван, – бывает такое, сам видел! Я всегда говорю молодым – при налете сиди в окопе и не высовывайся. Понимаю, что страшно, что душа в пятки уходит, но терпи. Забейся в щель, закопайся и жди, рано или поздно «лаптежники» улетят». Не могут же они бомбить вечно! Даже если тебя землей чуть засыплет – все равно сиди. Не паникуй, не дергайся, вот закончится налет, тебя и откопают. И еще сопли утрут. А если побежишь – точно конец… Одна беда: зарываться здесь негде, – продолжил Меньшов, оглядывая расстилавшуюся вокруг степь. – Все как на ладони…

– Местность такая, – пожал плечами Вальцев. – Но как по мне – все же лучше, чем было под Тихвином. Тамошние болота у меня в печенках сидят. Как вспомню – сырость, туман, вечная вода под ногами… Шаг ступишь – и угодишь по пояс в хлябь, выбирайся потом… А здесь – хорошая, твердая земля, ходи спокойно.

– Даже слишком твердая, – добавил Миша Стрелков. – Сейчас, в мае, еще ничего, копать можно, а вот когда настоящая жара настанет… Я позапрошлым летом под Керчью жил, у родственников, не земля – камень! А у моря – солончаки, что тоже не лучше. По сравнению с ними наши северные леса – ерунда, пуховая перина. Тут пока небольшой окоп выдолбишь, весь потом изойдешь. А капонир для танка? Особенно такого, как наш… Он же совсем немаленький…

Михаил кивнул на КВ-9, стоявший на платформе. Капитан Вальцев вздохнул: да, размеры у нового «Клима Ворошилова», прямо скажем, весьма приличные. Длина – семь метров, ширина – почти три с половиной, высота – два метра семьдесят. Спрячь такой! Хорошо было зимой на Ленинградском фронте – завалил машину лапником, закидал снегом, и нет ее. А здесь? Сверху немецким летчикам все видно, как ни маскируй… Ни лесочка, ни хилой рощицы вокруг – не укрыться! Одно слово – степь.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

Поделиться ссылкой на выделенное