Д. Московская.

Николай Анциферов. «Такова наша жизнь в письмах»: Письма родным и друзьям (1900–1950-е годы)



скачать книгу бесплатно

Гревс Екатерина Ивановна (1887–1942) – дочь И. М. и М. С. Гревс.

Гревс Мария Сергеевна (урожд. Зарудная; 1860–1941), жена И. М. Гревса.

Курбатова Наталия Ивановна (1880–1961) – художница, Курбатова Татьяна Ивановна (в замужестве Богданова, 1889–1970), Курбатова Христина Ивановна (1882–1963) – троюродные сестры Анциферова, описаны в его мемуарах4848
  Там же. С. 94–135.


[Закрыть]
.

Лозинская Татьяна Борисовна 4949
  Биография Лозинской и ее отношения с Анциферовым представлены здесь по публикации М. Б. Вербловской «Т. Б. Лозинская – друг Н. П. Анциферова» // Н. П. Анциферов. Филология прошлого и будущего… С. 371–377.


[Закрыть]
(Gratia, урожд. Шапирова; 1885–1955) – историк и экскурсионист, росла в обеспеченной семье. Ее отец, Борис Михайлович Шапиров (1851–1915), будучи врачом, имел чин действительного статского советника (генерала), инспектировал КВЖД и районы Дальнего Востока. Мать – Софья Васильевна Семичева (?–1923) – женщина по характеру решительная и властная, вела дом, растила детей. Смерть Бориса Михайловича – свидетельство чувства ответственности за свое дело и особой совестливости. Не обязанный по службе и положению, он отправился на холерную эпидемию, вспыхнувшую на Дальнем Востоке, заразился и умер. Татьяна Борисовна училась в гимназии Таганцевой и на историческом отделении Высших женских курсов (Бестужевских) в Санкт-Петербурге, а затем на историческом факультете Ленинградского государственного университета. Состоятельность родной семьи рассматривалась ею как возможность благотворительной деятельности: помощи бедным, покупки и дарения вещей и книг в детские и инвалидные дома. До революции Татьяна Борисовна преподавала историю в рабочих школах. После революции она вместе с Анциферовым и Гревсом была связана с работой Центрального бюро краеведения и Петроградского экскурсионного института. Став в 1911 году женой М. Л. Лозинского, кроме семейных и хозяйственных дел, а также экскурсионной деятельности взяла на себя работу литературного секретаря мужа. В активной причастности к труду мужа находили применение ее собственные знания и вкусы, ее увлеченность Данте, творчество которого она изучала в семинарии Гревса. В 1912 году, когда состоялось путешествие дантовского семинара по Италии, она, любимая ученица padre, как вспоминал Анциферов, «была в ожидании ребенка» if (mobileDevice){ document.write('\

\
Из дум о бы" id="a_idm140462254420096" class="footnote">5050
  Анциферов Н. П. Из дум о былом. С. 280.


[Закрыть]
. С середины 1920?х годов Лозинская работала с Н. П. в Центральном бюро краеведения. Летом 1928 года вместе с ним и Гревсом посетила «тургеневские места»: Тулу, Орел, Курск и Воронеж.

Когда начались гонения против краеведов и волна репрессий захватила близких ей людей, в том числе Анциферова, она ездила навещать их, хлопотала об освобождении. Сама Татьяна Борисовна была арестована в 1933 году ненадолго. Как сказал ей следователь по делу Николая Павловича Николай Робертович Стромин (1902–1938): «Вы, я вижу, очень добивались того, чтобы попасть к нам».

Как предмет постоянной трепетной заботы и участия в письмах Лозинской присутствуют Анциферов и все, кто с ним связан, а также живая память об их общем учителе, Иване Михайловиче Гревсе: «Николай Павлович по-прежнему не знает ничего ни о дочери, ни о сыне. Пушкин наш, и то, что он ничего не получает от них, ужасно. О Светике у меня тоже самые грустные мысли…»; «Получила телеграмму Николая Павловича о смерти Светика… Не могу не думать о нем без чувства отчаяния – слишком много горя для одного человека. Судьба как-то хочет добить его. Выдержит ли он». Она включила в круг своих забот и интересов не только Анциферова, но и его друзей, семью Штерн. Заботы Лозинской материализовались в череде посылок и денежных переводов. Она писала, что рассматривает мальчиков Штернов как «добавочных внуков», а себя просит именовать «почетной бабушкой».

Татьяны Борисовны не стало вскоре после смерти Михаила Леонидовича, их хоронили одновременно.

Оберучева Анна Николаевна (тетя Аня, Анечка, 1891–1992) – свояченица Анциферова, сестра Татьяны Николаевны Оберучевой. В 1902–1909 годах обучалась в Киевской женской гимназии Министерства народного просвещения (Ольгинской женской гимназии). В 1909–1910 годах продолжила учебу в восьмом педагогическом классе той же гимназии, в котором кроме общеобязательных предметов специально изучала математику для получения звания домашней наставницы по этому предмету. В 1910–1913 годах – слушательница электромеханического отделения Высших женских политехнических курсов. В декабре 1923 года была арестована и приговорена к пяти годам лишения свободы условно по обвинению в участии в Киевском областном «Центре действия» (это был один из первых громких процессов против украинской и русской интеллигенции, который проходил в Киеве). Как вспоминал свидетель, на процессе Анна заявила, что «стоит за демократию, за свободу слова и печати, что она против диктатуры и за полное равноправие. Она идеалистка и не может принять марксизма. Это говорила молодая девушка, курсистка, говорила четко и ясно. Она была больна и единственная из всех давала показания сидя, тихим, спокойным голосом. Тысячеголовая толпа замерла и жадно ловила каждое ее слово, которые произвели большое впечатление». В своих показаниях она резко высказывается против Советской власти: «А. Оберучева заявляет, что „советская власть должна эволюционироваться…“. Мое убеждение, что Коммунистическая партия сама придет к заключению о необходимости восстановления демократии. Вопр.: Считаете ли Вы конспиративную деятельность актом враждебным соввласти? Отв.: Да, считаю ее актом враждебным. Вопр.: Следовательно, вы являетесь врагом Советской власти? Отв.: Да»5151
  Цит. по: Пашко О. Студент-филолог в Советской Украине 1920?х гг. (на материале записных книжек Соломона Рейсера). Эл. ресурс: https://www.apgads.lu.lv/fileadmin/user_upload/lu_portal/apgads/PDF/Rusistica_Latviensis/08_Rusistics-8_2019_O-Pasko_01.pdf).


[Закрыть]
.

После смерти своей сестры, ареста Анциферова в 1929 году и в годы его пребывания на каторге Анна взяла на себя ответственность за племянников и таким образом спасла их от детского дома. Когда началась Вторая мировая война и Пушкин был оккупирован немцами, Анну Николаевну и ее племянницу Татьяну Николаевну отправили в разные трудовые лагеря на территории, находившейся под немецким контролем. В 1946 году Анна Николаевна начала переписываться с племянницей, которая находилась в Соединенных Штатах. Сама она находилась в лагере для перемещенных лиц, и ей не разрешали уехать к племяннице из?за туберкулеза. В середине 1950?х годов она смогла воссоединиться с семьей Татьяны Николаевны в Нью-Йорке. Здесь она занялась образованием внучатой племянницы Наталии, обучала ее математике и русскому языку.

Оберучева Людмила Николаевна (Мэка, Мэкуся, в замужестве Добровольская, 1895–1932) – свояченица Анциферова, физиолог, младшая сестра Татьяны и Анны Оберучевых, в 1907–1914 годах обучалась в Киевской женской гимназии А. В. Жекулиной, окончила полный восьмиклассный курс по программе мужских гимназий с золотой медалью. В 1916–1918 годах училась в Петроградском женском медицинском институте. С 1920?х годов была замужем за врачом Е. Е. Добровольским. Жили в Киеве, потом в Харькове. Имела дочь Елену (Люлю), оказавшуюся с отцом в Германии во время войны. Людмила скончалась от туберкулеза.

Оберучева Татиана Николаевна (Таня, 1889–1929) – дочь полковника Николая Михайловича Оберучева, среднее образование получила в Киевской женской гимназии Министерства народного просвещения (Ольгинской женской гимназии), которую окончила в 1908 году с серебряной медалью. Поступила в 1909 году на исторический факультет Санкт-Петербургских высших женских (Бестужевских) курсов, была подававшей большие надежды ученицей С. Ф. Платонова и А. И. Заозерского. Обучалась восемь семестров и окончила курс в 1913/14 учебном году по группе русской истории, соавтор нескольких работ Н. П. 5 февраля 1914 года состоялось венчание Татьяны Николаевны и Николая Павловича в Царском Селе. Скончалась от туберкулеза через полтора месяца после отправки мужа на Соловки, 23 сентября 1929 года. Похоронена на Смоленском кладбище Санкт-Петербурга.

Фортунатов Александр Алексеевич (Саня, 1884–1949) – сын Алексея Федоровича Фортунатова, окончил 1-ю Киевскую гимназию, обучался на историко-филологическом факультете Московского университета, являлся учеником историка-медиевиста Д. М. Петрушевского. Преподавал в Московском университете, Народном университете им. А. Л. Шанявского вплоть до его закрытия в 1920 году. В 1919–1925 годах работал с С. Т. Щацким в 1?й опытной станции по народному образованию при Наркомпросе, заведовал внешкольным отделением, с 1934 года – в Центральной педагогической экспериментальной лаборатории (ЦПЭЛ) Наркомпроса. Автор многочисленных методик преподавания истории в школе. В 1923–1929 годах работал научным сотрудником в Институте истории при РАНИОН. Заведовал кафедрой Средних веков, являлся деканом исторического факультета Московского городского педагогического института им. В. П. Потемкина. Был женат на Елене Яковлевне Казимировой, авторе многочисленных учебников и пособий для начальной школы. Имел двух сыновей, Георгия и Юрия5252
  См. о нем также: Иванова Т. Н., Агеева Н. Н. А. Фортунатов как исследователь Каролингского Возрождения // Ученые записки Казанского университета. Серия «Гуманитарные науки». 2017. Т. 159. Кн. 4. С. 884–896.


[Закрыть]
.

Фортунатов Алексей Федорович (1856–1925) – профессор сельскохозяйственной экономики, статистики, экономической географии, политической экономии, общественной агрономии; педагог. В 16-летнем возрасте познакомился с произведениями Людвига Фейербаха, которого он не только конспектировал, но и частично перевел на русский язык и увлечение которым, наряду с творчеством А. И. Герцена, пронес через всю жизнь. В 1874 году поступил в Московский университет на историко-филологический факультет, одновременно посещал курсы и на медицинском факультете. На первом курсе Фортунатов прочитал и тщательно законспектировал первый том «Капитала» Карла Маркса. При первичной обработке фонда № 492 (ГИМ) оказалось, что Фортунатов не только сделал первый перевод на русский язык послесловия к немецкому изданию «Капитала» 1872 года, но стал автором первой в России биографии Карла Маркса, напечатанной анонимно в «Московском телеграфе» в 1883 году. После второго курса под влиянием народнических идей решил посвятить себя медицине и поступил в Медико-хирургическую академию и посещал курсы П. Ф. Лесгафта. На старших курсах большое влияние на него оказали лекции С. П. Боткина. В годы жизни в Санкт-Петербурге Фортунатов был близок к чернопередельцам, тесно общался с братьями Игнатовыми, Верой Засулич и Г. В. Плехановым. Не окончив курса, решил идти в народ – «осесть на земле» и поступил в Петровскую академию, где изучал сельскохозяйственную статистику. В 1884–1894 годах преподавал в Петровской академии. После закрытия академии в 1894 году в числе «крамольных профессоров» был уволен за штат и принял приглашение В. В. Докучаева, директора Ново-Александрийского института сельского хозяйства и лесоводства, занять должность профессора сельскохозяйственной экономии и статистики. В 1899 году перевелся в Киевский политехнический институт, в 1902 году вернулся в Москву. Период с 1902 по 1915 год стал временем расцвета преподавательской деятельности А. Ф., когда он одновременно преподавал в пяти московских высших школах и на многочисленных курсах.

Фортунатов Григорий Алексеевич (Гриша, Гриня, Мут, 1891–1976) – сын Алексея Федоровича Фортунатова, окончил Московский университет историко-филологический факультет (1909–1916) по специальностям психология, русский язык и литература. Кандидат педагогических наук, доцент. Преподавал во 2?м Московском государственном университете на педагогическом факультете (1924–1930), в Московском областном педагогическом институте (1931–1941), Высшем коммунистическом институте просвещения (1934–1935), Московском городском педагогическом институте им. В. П. Потёмкина (1932/3–?), Институте психологии Московского государственного университета им. Ломоносова (1942–1943). Был женат на Марии Александровне Георгиевской, детей в семье не было.

Фортунатов Константин Алексеевич (Костя, 1882–1915) – старший сын Алексея Федоровича Фортунатова, после переезда в Киев держал выпускные экзамены на аттестат зрелости при 1?й Киевской гимназии. В 1900 году поступил на физико-математический факультет Киевского университета, одновременно занимался в химической лаборатории, после переезда семьи в Петровско-Разумовское перевелся на второй курс естественного факультета Московского университета. В 1905 году примкнул к Всероссийскому крестьянскому союзу, ездил пропагандистом в Тамбовскую область – агитировать за кандидатов Союза. Принимал участие в декабрьских событиях 1905 года, после окончания университета был арестован и выслан из Москвы. Отказавшись от научной карьеры, работал в селе Абрамовском Калужской губернии земским врачом, для чего получил диплом медика. В Абрамовское семья приехала 1–2 мая 1913 года. Почти сразу же, благодаря усилиям К. А., началось строительство больницы, он сам занялся ежедневной врачебной деятельностью с выездами к больным в окрестные деревни. Кроме того, основал сельскохозяйственный кооператив и занимался культурным просвещением крестьян. В начале Первой мировой войны был мобилизован и назначен врачом военно-полевого госпиталя. В 1915 году, отступая вместе с армией генерала Самсонова, заразился брюшным тифом, умер и был похоронен в братской могиле города Гольдапа (Восточная Пруссия). Был женат на Вере Михайловне (урожд. Золотаревой). После его смерти остались две дочери – Вера (детское прозвище Арочка) и Ольга – и сын Игорь (детское прозвище Кирок)5353
  Трифонов С. Земской доктор Константин Алексеевич Фортунатов // Боровскъ – сердце мое. 2018. 20 марта. № 3 (10). С. 3.


[Закрыть]
. Судьба К. А. и его счастливый брак описаны в мемуарах Анциферова5454
  Анциферов Н. П. Из дум о былом. С. 421.


[Закрыть]
.

Фортунатов Михаил Алексеевич (Миша, 1899–1984) – последний, восьмой ребенок в семье А. Ф. Фортунатова, гидролог, лимнолог-ихтиолог. В 1933 году был арестован и осужден на 10 лет по так называемому делу «Автономная Камчатка», освобожден в 1945 году, полностью реабилитирован в 1957 году. В 1946 году был назначен заведующим лабораторией ихтиологии Аральской научной рыбохозяйственной станции ВНИРО, в 1951?м сослан в Богучанский район Красноярского края. После освобождения в 1956 году он поступил младшим научным сотрудником на биологическую станцию «Борок» под Рыбинском. В 1961 году М. А. была присуждена степень доктора биологических наук5555
  Агеева Н. Н. Михаил Алексеевич Фортунатов: штрихи к биографии // Парадигмы российской истории сквозь призму биографистики. Чебоксары, 2019. С. 105–107.


[Закрыть]
.

Фортунатов Федор Алексеевич (Федя, 1888–1965) – сын Алексея Федоровича Фортунатова, окончил юридический факультет Московского государственного университета (1907–1912). В 1910–1913 годах занимался историей культуры и историей искусства на историко-филологическом факультете МГУ в качестве вольного слушателя. Учился на вокальном отделении музыкально-вокальных курсов Малинина (1909–1912). Обучался сценическому искусству по режиссерской специальности в Первой студии Московского художественного театра в 1913–1916 годах под руководством К. С. Станиславского, где преподавателем по практике сценического искусства был Е. Б. Вахтангов. В 1916–1921 годах посещал занятия по сценическому искусству, проводившиеся К. С. Станиславским. В 1916–1918 годах был вольнослушателем на архитектурном отделении Строгановского художественно-промышленного училища, получил специальность архитектора-проектировщика. С 1916 года занимался созданием Музея Первой мировой войны. После революции был преподавателем истории культуры в Опытно-показательной школе им. Карла Маркса, тот же курс он читал и в составе 2?го МГУ. В 1921 году организовал театральный техникум в системе МОНО (позднее – Художественное училище им. 1905 года), в этой же системе работал инспектором по художественному образованию. Работал режиссером «районных спектаклей», воспитывая своих питомцев по системе Станиславского. Женат был на Любови Ивановне Дмитриевой, а в конце 1920?х развелся и вновь женился – на Ирине Николаевне Теплых, своей ученице по театральному техникуму. В 1937–1938 годах – руководитель методического кабинета Московского областного управления по делам искусств. Позднее – преподаватель техникума им. Глазунова. Описан в мемуарах Анциферова5656
  Анциферов Н. П. Из дум о былом. С. 56–63.


[Закрыть]
.

Фортунатов Юрий Александрович (1911–1998) – сын Александра Алексеевича Фортунатова, музыковед, композитор, педагог. Служил в музвзводе Ташкентского пехотного училища, с 1941 года военный капельмейстер. В 1944 году возвратился в Москву.

Фортунатова Александра Александровна (урожд. Данилович, 1853–1916) – жена А. Ф. Фортунатова, библиотекарь, училась на медицинских курсах в Петербурге.

Фортунатова Вера Михайловна (урожд. Золотарева, 1883–1981) – жена К. А. Фортунатова, родилась в семье художника Михаила Михайловича Золотарева, закончила с золотой медалью Московскую женскую гимназию на Страстном бульваре. В 1908 году, после свадьбы, избрала специальность врача и вслед за мужем переехала в Петербург, где в 1911 году окончила Высшие женские медицинские курсы. В 1930?х годах ее неоднократно арестовывали. В 1933–1953 годах она отбывала ссылки в Казахстане, Горьком, Александрове.

Фортунатова Мария Александровна (урожд. Георгиевская) – жена Г. А. Фортунатова, семья была бездетной.

Фортунатова Мария Алексеевна (Маня, 1894–1918) – дочь А. Ф. Фортунатова, студентка Высших женских сельскохозяйственных курсов. Умерла от туберкулеза в Симеизе. Описана в мемуарах Анциферова5757
  Там же. С. 72.


[Закрыть]
.

Штерн Георгий Александрович (Гога, Гогус, Гогушка, 1905–1982) – познакомился с Анциферовым осенью 1919 года в Тенишевском училище, когда учился здесь в четвертом классе. После окончания училища в 1922 году поступил в Ленинградский университет, специализируясь как историк-медиевист. Его учителями были Гревс и О. А. Добиаш-Рождественская, под руководством которой была подготовлена и опубликована единственная научная работа Штерна: «Портоланы XVI века в Российской Публичной Библиотеке»5858
  Средневековье в рукописях Публичной библиотеки / Под ред. О. А. Добиаш-Рождественской. Л., 1925. Вып. 1. С. 78–93. Книга с дарственной надписью сохранилась в домашней библиотеке Штернов.


[Закрыть]
. Прослушав в 1924 году семинар по экскурсионной работе под руководством Анциферова и Я. А. Влядих, с 1926 года Штерн начал работать в Экскурсионной лекторской базе Политпросвета. Штерн стал не только учеником и последователем Анциферова, но и другом его семьи. После ареста учителя 23 апреля 1929 года он собирал деньги для больной Татьяны Николаевны и для передачи в тюрьму. Это послужило затем одним из пунктов обвинения самого Штерна. Он был вначале арестован по так называемому делу «вредительской группы „Просвещенцы“»5959
  Архивно-следственное дело П-75789 (Архив Центра «Возвращенные имена» при РНБ). По делу проходили 15 человек.


[Закрыть]
. Первый ордер на его арест и производство обыска выписан 17 июля 1930 года, но Г. А. не оказалось дома. Повторно ордер был оформлен 3 сентября 1930 года на производство ареста в здании Полномочного представительства ОГПУ в Ленинградском военном округе, куда Штерн был вызван к следователю для дачи показаний. 1 ноября 1930 года на допросе он сообщил: «Будучи предупрежден об ответственности за дачу ложных показаний, по существу дела показываю. По своим политическим взглядам я во многом согласен с политическими взглядами Анциферова. Что же касается политики Советской власти по отношению к интеллигенции, то я не согласен с тем, что Советская власть не доверяет интеллигенции, что не предоставляется свобода слова и печати, а также не согласен с репрессиями Советской власти, в частности с расстрелами и т. п. Относительно сбора средств во время ареста Анциферова в помощь его семье, то я признаю, что я был первым, который поднял вопрос об этом, что я собирал среди сотрудников ЦБК пожертвования и собранные мною деньги я сам относил семье Анциферова, а то на эти средства устраивал Анциферову передачи»6060
  Архивно-следственное дело П-42952. По делу привлечены 28 человек. Основные обвинения выдвигались против Анциферова и Я. А. Вейнерт-Влядих; от всех арестованных требовались показания об их контрреволюционной вредительской деятельности.


[Закрыть]
.

6 января 1931 года прошли аресты по делу Центрального бюро краеведения. 31 января 1931 года доставлен из Кеми Анциферов. 14 февраля 1931 года следователь Шондыш постановил привлечь Штерна по второму следственному делу, так как в нем «имеется материал, изобличающий его же в контрреволюционной деятельности». В деле постоянно упоминается фамилия Штерна как находившегося «всецело под влиянием Анциферова и воспринявшего его идеи», а также как человека, активно помогавшего собирать средства для семьи арестованного. Уже в рамках этого дела Георгий Штерн был снова допрошен 20 мая 1931 года. Протокол этого допроса краток: «В Экскурсбазе Политпросвета я начал работать с 1926 года, но в 1924 году я прослушивал семи<нарий> под руководством Влядих и Анциферова. Экскурсии я водил по быв<шему> больш<ому> Екатерининскому дворцу в Детском Селе. Я признаю, что в своих экскурсиях я делал упор на искусствоведческий момент. Занятия семинар<ия> происходили или в быв<шем> дворце Па<лей>, или в Дворце труда. Иногда ряд экскурсоводов собирались на кв<арти>ре Анциферова за дополнительными указаниями по методике экскурсий. Кроме того, иногда бывал на кв<арти>ре у Влядих, где также собирались экскурсоводы для заслушивания докладов по вопросам экскурсионного дела. Методические указания, которые давались со стороны руководителей Влядих, Анциферова, я принимал и проводил в своей экскурсионной работе».

В тот же день, 20 мая 1931 года, Особым совещанием при Коллегии ОГПУ Штерн был осужден по делу «просвещенцев» на три года. Этот арест и годы, проведенные в Ухтпечлаге, навсегда изменили жизнь Штерна – больше, чем других его «однодельцев». Он стал профессиональным геологом и только под конец жизни смог вернуться в Ленинград.

* * *

Настоящее издание представляет первый опыт публикации эпистолярия Николая Анциферова, охватившей лишь небольшую часть всего выявленного в архивохранилищах Москвы и Санкт-Петербурга объема переписки. Письма печатаются по архивным первоисточникам, расположены в хронологическом порядке. Датировка писем и место написания восстанавливаются по авторским указаниям, в случае их отсутствия в тексте письма – по штампам на конверте или открытке; в случае отсутствия данных устанавливаются по содержанию и даются в угловых скобках. Авторская подпись считается частью письма. Все тексты писем печатаются по современной орфографии и пунктуации, с максимальным сохранением авторской манеры. Недописанные и сокращенные слова в ряде случаев для облегчения понимания восстанавливаются без специальной маркировки. Самое большое число сокращений, вызванных цензурными соображениями, приходится на письма из заключения. Не раскрываются сокращения, являющиеся частью эпистолярной манеры автора, общеупотребительные сокращения или аббревиатуры, характерные для социальных диалектов времени (т. е. – то есть, т. д. – так далее, ж. д. – железная дорога / железнодорожный, Л-д – Ленинград, Ин-т – Институт, Пушдом – Пушкинский Дом АН СССР, к-р – контрреволюционер, адмтехперсонал – административно-технический персонал, квра – культурно-воспитательная работа в лагерях, з/к – заключенный и др.). В письмах сохранены авторские варианты написания имен собственных, неточности при цитировании, ошибки в названиях (Е. Р. Гюбенет вместо правильного Е. Р. Гюббенет, «Воспоминания Мейзенбург» вместо «Воспоминания Мейзенбуг», «Давид Коперфильд» вместо «Дэвид Копперфилд», Алквист вместо Алкснис и проч.), правильное современное написание дается в комментариях. Редакторские примечания текстологического характера даются в тексте письма в угловых скобках. При публикации восстанавливается последний слой авторской правки. Авторские подчеркивания в тексте сохраняются. Комментарии к письмам даются постранично и не включают справок на шифр архивного первоисточника, за исключением отдельных писем, источники которых сообщаются в постраничном комментарии. Источники многочисленных цитат из произведений А. И. Герцена устанавливаются по научному собранию сочинений писателя в 30 томах (М.: Издательство Академии наук СССР. 1954–1965), кроме тех случаев, где, как указывает переписка, источником послужило издание: Герцен А. И. Полное собрание сочинений и писем: В 22 т. / Под ред. М. К. Лемке. Пг.: Лит. изд. отд. Наркомата по просвещению, 1919–1925. Библиографическое описание часто цитируемых источников представлено в постраничных примечаниях в сокращенном виде (например, Анциферов 1992). Полные сведения представлены в разделе «Печатные источники» настоящего издания. Предметом комментирования является широкий контекст переписки, литературные аллюзии и реминисценции, социально-политические, биографические и прочие реалии.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7

сообщить о нарушении