cвятитель Феофан Затворник.

Путь ко спасению



скачать книгу бесплатно

Святитель Феофан Затворник
Путь ко спасению

© Издательство «Даръ», 2005

* * *

Предисловие

Святитель Феофан, Затворник Вышенский (в миру Георгий Васильевич Говоров) – великий русский духовный писатель, оставивший нам в наследство десятки замечательных произведений и сотни писем. Несмотря на то что святитель скончался более 100 лет тому назад, все его сочинения пользуются неизменным спросом, так как не утратили своей духовной пользы. В них конкретные ответы на очень трудные вопросы: что нужно делать, чтобы прийти к Богу, как привести в порядок свою душу, как научиться молитве.

«Путь ко спасению» (1868–1869) святитель Феофан написал для самой широкой аудитории. Однако современный читатель во многом не похож на тех, для кого писал Феофан Затворник. Во-первых, за полтора века заметно изменился русский язык; во-вторых, то, что раньше изучали на уроках Закона Божия в церковно-приходской школе, теперь неизвестно и многим людям с высшим образованием; в-третьих, в XIX в. любили медленное, размеренное чтение, а у наших современников на это иногда не хватает времени.

Готовя к новому изданию эту книгу, мы решили облегчить путь к ней современному читателю. Во-первых, текст был приближен к нормам современного литературного языка: заменены непонятные и изменившие свое значение слова, кое-где упрощен их порядок. При этом такие важные для книги термины, как «возбуждение», «ревность», «трезвение» и т. п., оставлены в тексте, но таким образом, чтобы мысль автора была понятной. Надо отметить, что святитель Феофан иногда пользовался научной лексикой и иностранными словами: в авторской редакции книги встречаем «эгоизм», «акт», «центр», «эффект», «копировать», «сконцентрировать». В этом издании мы воспользовались некоторыми из таких слов для замены устаревших и непонятных.

Во-вторых, цитаты из Священного Писания, библейские имена и церковные термины снабжены пояснениями и примечаниями.

В-третьих, в некоторых случаях мы позволяли себе делать небольшие сокращения. В соответствии со вкусами своего времени святитель иногда повторял одну и ту же мысль разными словами, активно пользовался синонимами; с современной точки зрения все это кажется «длиннотами». Чтобы помочь читателю, мы в некоторых случаях сокращали «длинноты»; впрочем, общий объем книги почти не изменился.

Хотелось бы упомянуть о двух особенностях личности святителя. Во-первых, он был (в лучшем смысле слова) человеком своего времени: следил за научными открытиями, разбирался в международной обстановке и т. п. Делал он это не из любопытства, а в целях успешной проповеди. Например, в этой книге вы найдете сравнения из физики и астрономии, экскурсы в педагогику и психологию. Во-вторых, в Вышенском монастыре Феофан Затворник 22 года находился в полном уединении, но при этом вел очень обширную переписку, отвечая иногда на десятки писем за день. Он делал это не из страсти к общению, а для того, чтобы помочь людям найти путь к Богу.

Этой же цели служит и издание, предлагаемое вниманию читателя.

Введение

В «Начертании христианского нравоучения» описаны обязательные для нас чувства и настроения, но этим сказано далеко не все, необходимое для заботы о своем спасении. Главное дело у нас – настоящая жизнь в духе Христовом. А этого только коснись, сколько откроется вопросов и сколько поэтому нужно указаний, и притом почти на каждом шагу!

Правда, там указана последняя цель человека – общение с Богом – и изображен путь к ней: это вера с соблюдением заповедей при помощи благодати Божией. Добавить бы только слово: вот путь! Иди!

Легко сказать: вот путь, иди! Но как это сделать? Большей частью не хватает желания идти. Душа, увлеченная какой-либо страстью, упорно отбрасывает всякое принуждение и всякий призыв, отворачивает очи от Бога и смотреть на Него не хочет. Закон Христов ей не по сердцу, и слушать о нем не желает: душа, как говорят, не лежит. Спрашивается, как же дойти до того, чтобы родилось желание идти к Богу путем Христовым, как сделать, чтобы закон укрепился в сердце и человек, действуя по этому закону, действовал бы от себя, без принуждения, чтобы тот закон не лежал на нем, а как бы исходил от него?

Но если кто-то обратился к Богу, возлюбил закон Его – сам путь к Богу, само соблюдение закона Христова обязательно ли будет успешным только потому, что мы пожелали этого? Нет. Кроме желания, необходимы еще силы и умение действовать: нужна деятельная мудрость. Кто вступит на истинный путь угождения Богу или начнет при благодатной помощи стремиться к Богу путем предначертанного закона Христова, тому неминуемо будут угрожать опасности сбиться на распутьях, заблудиться и погибать, воображая себя спасаемым. Эти распутья неизбежны из-за остающегося, даже и в обращенном, греховного желания и недостатка сил, которые и в этом состоянии способны представлять вещи в ложном виде – обманывать и губить человека. К этому присоединяется ложь сатаны, который неохотно расстается со своими жертвами, и когда кто-то от власти его пойдет к свету Христову, гонится вслед и расставляет всякие сети, что бы снова поймать его, и нередко действительно ловит. Следовательно, и тому, кто имеет уже желание идти указанным путем к Господу, необходимо еще указать все повороты, возможные на таком пути, чтобы идущий заранее был предупрежден об этом, видел будущие опасности и знал, как их избежать.

Из-за этих общих всем неизбежностей на пути спасения необходимы особые правила христианской жизни: как дойти до спасительного желания общаться с Богом и старания остаться в нем и как безбедно пройти к Богу среди всевозможных распутий на этом пути. Иначе говоря, как начать жить по-христиански и как, начав, добиться в этом успеха. Это руководство должно взять человека, живущего без Бога, обратить к Нему и потом привести пред лице Его, должно проследить христианскую жизнь в ее явлениях, на деле, от начала до конца, то есть как она зарождается, развивается, зреет и приходит в полноту, или – что то же – написать историю деятельной жизни каждого христианина, показав, как в каком случае он должен действовать, чтобы устоять в своем положении.

Зарождение и развитие христианской жизни существенно отличается от появления жизни естественной. Человек не рождается христианином, а становится им позже: семя Христово падает на землю уже бьющегося сердца. В растении начало жизни – это рост семени, пробуждение как бы спящих сил, тогда как начало истинно христианской жизни в человеке – это некое второе творение, дарование новых сил, ведь естественно рожденный человек поврежден и противоположен требованиям христианства. Далее, когда христианство воспринято какзакон, то есть решено жить по-христиански: это семя жизни (решимость) не окружено в человеке благоприятными условиями; весь человек, его тело и душа остаются не приспособленными к новой жизни, непокорными игу Христову. Потому с этой минуты начинается у человека тяжелый труд – воспитать всего себя, все свои силы по-христиански. Вот почему, если рост растения – это постепенное развитие сил, легкое, непринужденное, то у христианина оно – многотрудная борьба с самим собою, напряженная и скорбная. Ему надо настраивать свои силы на то, к чему они не склонны; он как воин: каждый шаг своей земли должен отнимать у врагов войной – обоюдоострым мечом принуждения себя и борьбы с собой. Наконец, уже после долгих трудов и усилий христианские начала побеждают, господствуют без сопротивления, пронизывают все человеческое естество, вытеснив враждебные требования и желания, и приводят его в состояние бесстрастия и чистоты, давая блаженство чистых сердцем – видеть Бога в себе в ближайшем с Ним общении.

Таково положение в нас жизни христианской. Она имеет три степени, которые можно назвать так: 1-ю – обращением к Богу, 2-ю – очищением или самоисправлением, 3-ю – освящением.

На первой – человек обращается от тьмы к свету, от власти сатаны к Богу; на второй – очищает храм своего сердца от всех нечистот, что бы принять идущего к нему Христа Господа; на третьей – Господь приходит, вселяется в сердце и вечеряет с ним. Это состояние блаженного богообщения – цель всех трудов и подвигов!

Изобразить все это и определить правилами и будет значить – указать путь ко спасению. Полное руководство в этом деле берет человека на распутьях греха, проводит огненным путем очищения и доводит до возможной для него степени совершенства. Иначе говоря, оно должно показать: 1) как начинается в нас христианская жизнь;

2) как совершенствуется – зреет и крепнет, и

3) какой является в полном своем совершенстве.

Отдел I

О начале христианской жизни через Святое Крещение, с указанием – как сохранить эту благодать в период воспитания


Как начинается в нас христианская жизнь?

Надо нам уяснить себе, когда и как начинается истинно христианская жизнь, для того чтобы видеть, началась ли в нас такая жизнь, и если не началась, знать, как начать ее, насколько это от нас зависит. Это еще не главный признак истинной жизни во Христе, если кто-то именуется христианином и принадлежит к Церкви Христовой. Не всякий, говорящий Мне: «Господи! Господи!», войдет в Царство Небесное (Мф. 7, 21). И не все те Израильтяне, которые от Израиля (Рим. 9,6). Можно быть в числе христиан и не быть христианином. Это всякий знает.

Есть момент, и момент весьма заметный, рез ко обозначающийся в нашей жизни, когда кто-то начинает жить по-христиански. Христианская жизнь – это старание и сила пребывать в деятельном общении с Богом, по вере в Господа нашего Иисуса Христа, при помощи благодати Божией, исполнением святой воли Его, во славу пресвятого имени Его. Суть христианской жизни состоит в общении с Богом, вначале обычно скрытом не только от других, но и от себя. Видимое же, или ощущаемое внутри нас, свидетельство о ней – это жар деятельного старания только о христианском богоугождении с полной самоотверженностью и ненавистью ко всему, что этому вредит.

Когда начинается этот жар, тогда начинается христианская жизнь; и в ком он постоянно действует, тот живет по-христиански: Огонь пришел Я низвести на землю, – говорит Спаситель – и как желал бы, чтобы он уже возгорелся! (Лк. 12,49). Это говорит Он о христианскойжизни, и говорит потому, что ее видимое свидетельство – это зажигаемое в сердце Духом Божиим старание угождать Богу, похожее на огонь, ибо как огонь выжигает то вещество, в котором появляется, так и старание жить во Христе выжигает душу. И как во время пожара пламя охватывает все здание, так и этот огонь наполняет все существо человека.

В другом месте Господь говорит: всякий огнем осолится (Мк. 9, 49). И это есть указание на огонь духа, проникающего во все наше существо. Как соль, проходя в портящееся вещество, предохраняет его от гниения, так и дух старания, пронизывая все наше существо, изгоняет грех, растлевающий нашу душу и тело, из всех даже малейших его вместилищ и тем спасает нас от нравственной порчи и растления.

Апостол Павел заповедует: Духа не угашайте (1 Фес. 5, 19), в усердии не ослабевайте; духом пламеней те (Рим. 12,11), заповедует это всем христианам, чтобы помнили, что горение духа, или усердное старание, – это неотъемлемое свойство христианской жизни. В другом месте он говори о себе: забывая заднее и простираясь вперед, стремлюсь к цели, к почести вышнего звания Божия во Христе Иисусе (Флп. 3,13–14); и другим внушает: так бегите, чтобы получить (1 Кор. 9, 24). Значит, в жизни христианской есть некоторая быстрота и духовная живость, с которой берутся за богоугодные дела, пренебрегая собой и охотно принося в жертву Богу всякого рода труды без жаления себя.

Холодное исполнение уставов Церкви, разумная регулярность в делах, исполнительность, постепенность и честность в поведении еще не свидетельствуют, что в нас началась истинно христианская жизнь. Все это хорошо, но коль скоро не носит в себе духа жизни о Христе Иисусе, не имеет никакой перед Богом цены. Такого рода дела будут тогда как бездушные истуканы. И часы хорошие идут исправно, но кто скажет, что в них есть жизнь?! Так и тут: часто имя только имеют, что живы, будучи на деле мертвы (ср. Откр. 3, 1). Эта добропорядочность поведения больше всего может обманывать. Истинное его значение зависит от внутреннего настроя, в котором при правильных делах возможны значительные отклонения от существенной правды. Удерживаясь внешне от греховных дел, можно питать к ним привязанность в сердце, а делая дела внешне правильные, можно не иметь к ним сердечного расположения. Только истинное старание хочет и совершать добро во всей полноте и чистоте и грех преследует до малейших его оттенков. Первого ищет оно как насущного хле ба, с последним поступает как со смертельным врагом.

Враг ненавидит врага не только самого, но и родных его и знакомых, даже его вещи, его любимый цвет, вообще все, что сколько-нибудь напоминает о нем. То же и истинное старание угодить Богу: преследует грех в малейших о нем напоминаниях или намеках, ибо стремится к настоящей чистоте. Не будь этого, сколько нечистоты может залечь в сердце!

И какого успеха можно ожидать, когда нет христианского старания угодить Богу? В чем нет труда, то еще будет исполняться; но если потребуется усиленный труд или какое-либо самопожертвование – сразу последует отказ из-за невозможности справиться с собой. Ибо тогда не на что будет опереться, чтобы заставить себя сделать доброе дело; саможаление подорвет все опоры. Если же примешается какое-то другое желание, то оно и доброе дело сделает недобрым. Разведчики при Моисее испугались оттого, что себя жалели[1]1
  Перед завоеванием земли обетованной Моисей послал двенадцать разведчиков, которые доложили: мы ходили в землю, в которую ты посылал нас; в ней подлинно течет молоко и мед… но народ, живущий на земле той, силен, и города укрепленные, весьма большие… Не можем мы идти против народа сего, ибо он сильнее нас (Чис. 13, 2832).


[Закрыть]
. Мученики охотно шли на смерть оттого, что их сжигал внутренний огонь. Истинный христианин исполняет не только закон, но и совет, и всякую добрую мысль, скрытую в душе; делает не только то, что получится, но бывает изобретателен на добро, весь в заботах об одном добре прочном, истинном, вечном. «Везде нам нужно, – говорит святитель Иоанн Златоуст, – усердие и большое разжжение души, готовое ополчиться против самой смерти; ибо иначе невозможно Царствие получить» (Беседа 31 на Деяния).

Дело благочестия и богообщения – дело многотрудное и многоболезненное, особенно на первых порах. Где взять сил на все эти труды? При помощи благодати Божией – в живом старании. Купец, воин, судья, ученый проходят службу многозаботливую и многотрудную. Чем поддерживают они себя в своих трудах? Воодушевлением и любовью к своему делу. Тем же самым можно поддерживать себя и на пути благочестия. А без этого мы будем находить в служении Богу тяжесть, скуку, вялость. И тихоход идет, но с трудом, тогда как быстрой серне или проворной белке движение и переход доставляют удовольствие. Старание угодить Богу – это отрадный, окрыляющий дух путь к Нему. Без него можно испортить все дело. Надо все делать во славу Божию, наперекор живущему в нас греху; а без этого мы будем все исполнять только по привычке, из-за приличия, потому что так издавна делалось и так делают другие. Надо делать все; а в противном случае мы одно сделаем, а другое нет, и притом без всякого сожаления и даже памяти об упущенном. Надо все делать со вниманием и осторожностью, как главное дело; а иначе мы будем делать как пришлось.

Итак, ясно, что христианин без старания – плохой христианин, вялый, расслабленный, безжизненный, ни теплый, ни холодный, – и жизнь такая не жизнь. Зная это, постараемся истинно заботиться о добрых делах, чтобы быть истинно угодными Богу, не имея греха или порока или чего-то от таковых.

Итак, верное свидетельство о христианской жизни – это огонь деятельного старания угодить Богу. Спрашивается теперь, как зажигается этот огонь? Благодаря чему?

Такое старание возникает действием благодати, однако же и не без участия нашей свободной воли. Жизнь христианская не есть жизнь естественная. Таково же должно быть и ее начало или первое ее пробуждение. Как в семени растительная жизнь пробуждается, как к скрытому в нем ростку проникает влага и теплота и через них – всевосстанавливающая сила жизни, так и в нас Божественная жизнь пробуждается, когда проникает в сердце Дух Божий и полагает там начало жизни по духу, очищает и собирает воедино омраченные и разбитые черты образа Божия. Пробуждается желание и добровольный поиск (действием извне), потом сходит благодать (через Таинства) и вместе со свободой рождает мощное старание. Никто и не думай сам родить такую силу жизни: о ней нужно молиться и быть готовым принять ее. Сильный огонь старания – это благодать Господня. Дух Божий, сходя в сердце, начинает действовать в нем не сжигающим только, но и созидательным старанием.

Некоторым приходит на мысль: зачем это действие благодати? Неужели мы сами не можем делать добрых дел? Вот мы сделали то и то доброе дело. Поживем и еще что-либо сделаем. Редкий, может быть, не останавливался на этом вопросе. Некоторые говорят, что мы не можем сами собою ничего доброго делать. Но здесь речь не об отдельных добрых делах, а о перерождении всей жизни, о жизни новой, о жизни в целом ее составе – такой, которая приводит ко спасению. При случае нетрудно что-нибудь сделать даже очень хорошее, как делали и язычники.

Но пусть кто добровольно посвятит себя непрестанному деланию добра, определит порядок его по указанию слова Божия – и это не на один месяц или год, но на всю жизнь, – и решит неуклонно сохранять этот порядок, и потом, когда останется верен тому, пусть хвалится своею силою, а без этого не лучше ли помолчать. Мало ли бывало и бывает опытов самовольного начинания христианской жизни? И все они заканчивались и заканчиваются ничем. Исполняет недолго человек новоизбранный порядок – и бросает. И как иначе? Нет сил. Только вечной силе Божией свойственно всегда поддерживать нас в готовности, среди беспрерывных приливов временных изменений. Поэтому надо наполниться этой силой, попросить ее и принять по чину – и она приподнимет нас и извлечет из этих временных волнений.

Обратитесь еще к опыту и посмотрите, когда приходят такие самодовольные мысли? Когда человек бывает в спокойном состоянии, когда его ничто не смущает, ничто не прельщает и не влечет ко греху, тогда он готов на самое святое и чистое житие. Но чуть движение страсти или соблазн – куда все обещания?! Не говорит ли себе часто человек, ведущий невоздержанную жизнь: теперь не буду больше. Но насыщение страсти прошло, появляется новый позыв, и он опять является во грехах. Хорошо рассуждать о терпении обид, когда все идет по нашей воле, не наперекор самолюбию. Тут, пожалуй, странным покажется чувство оскорбления или гнева, какому предаются другие. Но случись самим быть в подобном положении, тогда и один взгляд, не только слово, выведет из себя. Ког да дух спокоен, можно самонадеянно мечтать о возможности самому, без высшей помощи, вести христианскую жизнь. Но когда зло, скопившееся на дне сердца, всколыхнется, как пыль на ветру, тогда в собственном опыте каждый найдет осуждение своей заносчивости. Когда мысль за мыслью, желание за желанием – одно другого хуже – начинают тревожить душу, тогда забудет всякий про себя и невольно воззовет с пророком: воды дошли до души моей. Я погряз в глубокой тине (Пс. 68, 2–3). О, Господи, спаси же! О, Господи, поспеши же! (Пс. 117, 25).

Не бывает ли часто так: иной самоуверенно мечтает пребывать в добре. Но вот вспомнился человек или вещь, родилось желание, возбудилась страсть; человек увлечен и впал в грех.

После этого оставалось бы только посмотреть на себя и сказать: как это худо! Но вот представился случай к развлечениям, и он снова готов забыться. Далее, кто-нибудь оскорбил: началась брань, укоры, осуждение; подвернулась преступная, но выгодная сделка – берется и за это: одного унизил, с другим связался, третьего столкнул с места – и все это после того, как хвалился возможностью самому, без особой помощи свы ше, вести себя свято. Где же сила? – Дух бодр, плоть же немощна (Мф. 26, 41). Видишь добро и творишь зло: когда хочу делать доброе, прилежит мне злое (Рим. 7, 21). Мы в плену: выкупи нас, Господи!

Одна из первых вражеских напастей – это самонадеянная мысль, то есть если не отказ, то чувство, что нет нужды в благодатной помощи. Враг как бы говорит: «Не ходи туда – к свету, где хотят тебе дать какие-то новые силы! Ты у меня и так хорош». Человек и предается покою. А враг между тем где подкинет камень (неприятности), где наведет на скользкое место (обманы страстей), где усеет цветами закрытую ловушку (светлая обстановка). Не оглядываясь, человек стремится все дальше и дальше и не догадывается, что падает все ниже и ниже, пока наконец не спустится на самое дно зла – к преддверию ада. Не нужно ли в таком случае крикнуть ему, как первому Адаму: «Человек, где ты? Куда ты зашел?» Вот этот-то крик и есть действие благодати, которое заставляет грешника в первый раз посмотреть на себя.

Итак, желаешь начать жить по-христиански, ищи благодати. Минута, когда сойдет благодать и соединится с твоею волею, будет минутой рождения христианской жизни – сильной, твердой, многоплодной. Где найти и как принять благодать, начинающую жизнь? Благодать приходит и освящает наше естество в Таинствах. Здесь мы предлагаем действию Божию или приносим Богу свою непотребную природу – и Он преображает ее. Богу угодно было для поражения нашего гордого ума в самом начале истинной жизни скрыть Свою силу в простом веществе. Как это бывает, не понимаем, но опыт всего христианства свидетельствует, что иначе не бывает.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6