Брендон Сандерсон.

Сплав закона



скачать книгу бесплатно

Вакс попытался выстрелить, но эти всхлипы…

«Ох, Гармония», – подумал он, преисполнившись отвращения к самому себе.

Направил дробовик вниз, выстрелил в землю, оттолкнулся от пули и умчался прочь из переулка.

В тумане вокруг засвистели пули. Со «стальным пузырем» или без него, Вакс должен был пасть жертвой одной из них. Жизнь уберегла чистейшая удача. Приземлившись на другой крыше, он перекатился и застыл, лежа ничком, защищенный от ружейного огня парапетом.

Вакс судорожно вздохнул, сжимая револьвер в руке.

«Идиот, – мысленно обругал он себя. – Дурак».

Никогда еще Ваксу не случалось застывать во время битвы, даже когда он был зеленым новичком. Никогда! Это, однако, был первый раз, когда он попытался кого-то застрелить после катастрофы в разрушенной церкви.

От стыда хотелось спрятаться, но Вакс стиснул зубы и подполз к краю крыши. Внизу все еще были люди. Теперь он видел их лучше – они собирались и готовились удрать. Наверное, не хотели связываться с алломантом.

Вакс прицелился в того, кто выглядел главарем. Однако не успел выстрелить, как бандит пал жертвой огня со стороны констеблей. Через несколько секунд переулок заполнился людьми в форме. Вакс поднял к лицу свой «стеррион» и глубоко вздохнул: «Я мог выстрелить. Но я застыл и упустил тот самый миг. Такое больше не повторится».

Он раз за разом повторял это про себя, пока констебли по одному выволакивали злоумышленников из переулка.

Никакой женщины там не было. Всхлипы издавал бандит, который поймал пулю до появления Вакса. Бандит продолжал стонать от боли, когда его забирали.

Вакса констебли не заметили. Он повернулся и исчез в ночи.


Некоторое время спустя Вакс прибыл в особняк Ладрианов – свою городскую резиденцию, свое родовое гнездо, которое, впрочем, родным не считал.

Возле величественного четырехэтажного здания с элегантными балконами не было просторного парка, зато имелся милый садик во внутреннем дворе с противоположной от фасада стороны. Вакс бросил монетку и, перескочив через переднюю изгородь, приземлился на крышу сторожки у ворот.

«Моя карета вернулась», – мысленно отметил он.

Ничего удивительного. Слуги к нему привыкали, правда Вакс не знал, радоваться этому или стыдиться.

Оттолкнувшись от ворот, которые задребезжали от нажима, он приземлился на балконе четвертого этажа. Стрелкам приходилось учиться точности, в отличие от их собратьев, наделенных силой железного притяжения и известных как хвататели. Эти просто выбирали цель и тянули себя к ней. Обычно им приходилось взбираться по стене здания, производя много шума. Алломантам-стрелкам же ничего не оставалось, как проявлять изящество, осторожность и аккуратность.

Окно было открыто – каким Вакс его и оставил. Меньше всего сейчас обрадовала бы встреча с кем-нибудь: прерванная стычка с бандитами привела Вакса в замешательство. Он скользнул в темную комнату, пересек ее и прислушался. Ни звука в коридоре. Потом тихонько открыл дверь и шагнул за порог.

В коридоре тоже оказалось темно, а Вакс не был ищейкой, способной усиливать свои чувства.

Пробирался шаг за шагом, стараясь не споткнуться о край ковра и не врезаться в какой-нибудь пьедестал.

Его покои располагались в конце коридора. Вакс протянул затянутые в перчатку пальцы к бронзовой ручке. Отлично. Осторожно открыл дверь, вошел в спальню. Теперь надо только…

В стене напротив открылась дверь, впустив яркий желтый свет. Вакс застыл на месте, рука его нырнула под плащ за «стеррионом».

В дверном проеме возник пожилой мужчина в аккуратной черной униформе, белых перчатках и с большим канделябром в руке.

– Великий лорд Ладриан, – приподняв бровь, констатировал дворецкий. – Вижу, вы вернулись.

– Э-э… – смущенно произнес Вакс, вытаскивая руку из-под плаща.

– Ваша ванна готова, милорд.

– Я ничего не говорил о ванне.

– Да, но, учитывая ваши ночные… развлечения, я счел благоразумным ее для вас приготовить. – Дворецкий принюхался. – Порох?

– Хм, да.

– Надеюсь, милорд не застрелил кого-нибудь слишком важного.

«Нет, – подумал Вакс. – Нет, я не смог».

Тиллом стоял перед ним, чопорный, неодобрительный. Все, о чем думал дворецкий, было понятно без слов: что исчезновение Вакса со званого вечера вызвало маленький скандал, что теперь для него будет еще сложнее подыскать себе приличную невесту. О том, как разочарован, Тиллом тоже смолчал. В конце концов, он был истинным дворецким.

Тем более, что он мог все это выразить одним взглядом.

– Следует ли мне составить письмо с извинениями для леди Сетт, милорд? Полагаю, она будет его ждать, принимая во внимание то, что вы послали такое же лорду Стентону.

– Было бы неплохо, – согласился Вакс.

Он коснулся пальцами пояса, ощупал спрятанные там фиалы с металлами, револьверы на бедрах, тяжелый дробовик, прицепленный к плащу изнутри.

«Что я делаю? Веду себя как дурак».

Внезапно Вакс осознал, насколько по-детски поступил. Покинуть званый вечер и отправиться в дозор по городу, искать неприятности… Да что с ним такое?

Похоже, пытался что-то отвоевать. Часть того себя, каким был до смерти Лесси. Осознавал в глубине души, что теперь могут возникнуть проблемы со стрельбой, и собирался доказать, что это не так.

И провалил испытание.

– Милорд, – шагнув ближе, снова заговорил Тиллом. – Могу ли я высказаться… напрямую прямо сейчас?

– Можешь.

– В городе множество констеблей, – продолжал Тиллом. – И они довольно хорошо справляются с работой. А у нашего Дома есть только один великий лорд. От вас зависят тысячи, сэр. – Тиллом уважительно склонил голову, после чего начал зажигать свечи в спальне.

Дворецкий сказал правду. Дом Ладриан являлся одним из самых могущественных в городе – по крайней мере, исторически. В городском совете Вакс представлял интересы всех работавших на его семью. Конечно, был еще представитель, которого в их гильдии выбирали голосованием, но в большей степени все эти люди зависели от Вакса.

И его Дом находился на грани банкротства. Вакс обладал значительным потенциалом, имуществом и работниками, но ему не хватало наличности и связей из-за дурацкого поведения дяди. Если Вакс ничего не предпримет, чтобы это изменить, результатом могут стать безработица, нищета и крах, поскольку другие Дома набросятся на его владения и захватят их в счет неуплаченных долгов.

Вакс провел большими пальцами по «стеррионам». Он вынужден был признать, что констебли отлично справились с уличными бандитами.

«Я им не нужен. Этому городу я не нужен. Вернее, не так, как был нужен Везерингу».

Он цеплялся за то, кем был когда-то. Однако тот человек уже в прошлом, и Вакс не мог им стать. Он требовался совсем в ином качестве.

– Тиллом, – позвал Вакс.

Дворецкий отвлекся от свечей. В особняке еще не было электричества, хотя рабочие вскоре должны были его провести. Дядя заплатил за это перед смертью, и Вакс уже не мог вернуть деньги.

– Да, милорд?

Вакс поколебался, потом медленно вытащил из-под плаща дробовик и положил в сундук возле кровати, поместив рядом с собратом, которого оставил там раньше. Сняв туманный плащ, намотал плотную ткань на руку. Почтительно подержал секунду-другую и тоже положил в сундук. За дробовиком и плащом последовали револьверы-«стеррионы». Они были не единственными пистолетами, но представляли жизнь, которую Вакс вел в Дикоземье.

Заперев свою прежнюю жизнь в сундуке, он опустил крышку.

– Возьми это, Тиллом.

– Да, милорд. Он будет наготове, если опять понадобится.

– Не понадобится, – возразил Вакс.

Он подарил себе одну последнюю ночь в тумане. Волнующий подъем на башню, вечер наедине с тьмой. Он решил признать это, а не неудачу с бандитами результатом сегодняшней ночи.

Один последний танец.

– Забери это, Тиллом, – повторил Вакс, отворачиваясь от сундука. – Положи в безопасное место, но спрячь куда-нибудь подальше. Насовсем.

– Да, милорд. – В голосе дворецкого послышалось одобрение.

«Так-то. Так-то вот», – направляясь в ванную, думал Вакс.

Ваксу-законнику пришел конец. Настала пора сделаться лордом Ваксиллиумом Ладрианом, Шестнадцатым великим лордом Дома Ладриан, обитающим в Четвертом октанте Эленделя.

2



Шесть месяцев спустя

– Как мой галстук? – спросил Ваксиллиум, отрываясь от своего отражения в зеркале и снова поворачиваясь, чтобы еще подтянуть серебристый узел на шее.

– Как всегда безупречен, милорд, – сказал Тиллом.

Дворецкий стоял, сцепив за спиной руки; рядом с ним на сервировочном столике исходил паром чай на подносе. Ваксиллиум не просил чая, но Тиллом все равно принес. Тиллом не мыслил жизни без чая.

– Уверен? – уточнил Ваксиллиум, снова поправляя галстук.

– Абсолютно, милорд. – Дворецкий поколебался. – Должен признать, милорд, что вот уже несколько месяцев испытываю по этому поводу любопытство. Вы первый великий лорд из всех, кому я когда-либо прислуживал, способный завязать достойный галстучный узел. Я свыкся с мыслью о том, что в этом деле требуется помощь.

– Когда живешь в Дикоземье, привыкаешь все делать сам.

– Со всем должным уважением, милорд. – В обычно монотонном голосе Тиллома проскользнули любознательные нотки. – Я бы не подумал, что в Дикоземье кому-то понадобится осваивать подобный навык. Мне не было ведомо, что тамошние обитатели хоть в малейшей степени заботятся о таких вещах, как мода и правила приличия.

– Они и не заботятся, – улыбнулся Ваксиллиум и в последний раз поправил галстук. – Отчасти именно поэтому я всегда так и поступал. Одеваясь как городской джентльмен, я оказывал странное воздействие на живущих там людей. Одни тотчас же начинали меня уважать, другие немедленно недооценивали. В обоих случаях это работало в мою пользу. И, да будет мне позволено прибавить, невыразимо приятно видеть выражение лица преступника, когда его тащит в суд тот, кого они приняли за городского денди.

– Могу себе представить, милорд.

– Я это делал и для себя тоже, – продолжал Ваксиллиум чуть тише, глядя на свое изображение в зеркале. Серебристый галстук, зеленый атласный жилет. Изумрудные запонки. Черный сюртук с узкими рукавами и брюки с узкими штанинами. Одна из пуговиц на жилете не деревянная, а стальная – его старая традиция. – Одежда являлась напоминанием, Тиллом. Пусть край вокруг и дик, мне было не обязательно становиться таким же.

Он взял с туалетного столика серебристый платок-паше, ловко сложил его и сунул в карман. Внезапно по особняку прокатился звон.

– Ржавь и Разрушитель, – выругался Ваксиллиум, бросив взгляд на карманные часы. – Они рано.

– Лорд Хармс известен своей пунктуальностью, милорд.

– Чудесно. Что ж, давай покончим с этим.

Решительным шагом Ваксиллиум вышел в коридор, плавно ступая по зеленому ковру из разрезного бархата. Особняк мало изменился за два десятилетия. Даже прожив здесь шесть месяцев, Ваксиллиум не чувствовал, что этот дом принадлежит ему. Легкий запах трубочного табака дяди еще не выветрился, и в убранстве чувствовалась любовь к темным породам дерева и громоздким каменным скульптурам. Невзирая на современные вкусы, портретов или пейзажей практически не было. Как Ваксиллиуму стало известно, самые ценные из них ушли с молотка еще при жизни дяди.

Рядом, сцепив за спиной руки, шел Тиллом.

– Похоже, милорд считает то, что надлежит совершить сегодня, неприятной работой.

– Это так заметно? – Ваксиллиум скривился.

Интересно, как его характеризовал тот факт, что он скорее встретился бы с бандой преступников в их собственном логове, причем не в свою пользу по количеству оружия и людей, чем с лордом Хармсом и его дочерью?

В конце коридора дожидалась полноватая, почтенного вида женщина в черном платье с белым передником.

– О, лорд Ладриан, – произнесла она с нежностью. – Ваша матушка была бы так рада видеть вас сегодня!

– Ничего еще не решено, мисс Граймс, – сказал Ваксиллиум, когда женщина к ним присоединилась, и они втроем пошли вдоль перил галереи второго этажа.

– Она и впрямь так надеялась, что однажды вы женитесь на прекрасной леди, – не унималась мисс Граймс. – Вы бы только знали, как она тревожилась все эти годы.

От подобных слов у Ваксиллиума невольно сжалось сердце. Он понятия не имел, тревожилась ли мать. Он почти не писал родителям или сестре, а навестил их лишь однажды, вскоре после того, как железная дорога дотянулась до Везеринга.

Что ж, теперь Ваксиллиум справлялся со своими обязанностями куда успешнее. Шесть месяцев труда, и у него наконец-то под ногами появилась опора, позволявшая оттащить Дом Ладриан – вместе с его многочисленными кузнецами и портнихами – от края финансовой пропасти. Последний шаг надлежало совершить сегодня.

У самой лестницы Ваксиллиум вдруг замешкался.

– Нет, – сказал он. – Не стоит спешить. Надо дать им время устроиться с комфортом.

– Это… – начал Тиллом, но Ваксиллиум развернулся и пошел в обратную сторону.

– Мисс Граймс, – окликнул он, – есть какие-нибудь другие дела, которые сегодня требуют моего внимания?

– Хотите услышать о них прямо сейчас? – спросила она, нахмурившись и поспешив следом.

– Что угодно, лишь бы занять голову, добрая женщина.

Ржавь и Разрушитель… Он так нервничал, что невольно сунул руку в карман сюртука и нащупал рукоять «Иммерлинга 44-S».

Это был прекрасный пистолет, хотя и уступал любому изделию Ранетт. Приличный и маленький, как и подобает личному оружию джентльмена. Ваксиллиум твердо решил: он будет лордом, а не законником, – однако это не означало, что он собирается разгуливать невооруженным. Подобное… подобное представлялось совершенным безумием.

– Есть одна проблема, – поморщилась мисс Граймс. Она была домоправительницей Ладрианов последние двадцать лет. – Прошлой ночью мы потеряли еще одну партию стали.

Ваксиллиум застыл посреди коридора:

– Что? Опять!

– К несчастью, милорд.

– Проклятье. Начинаю думать, что эти воры только за нами и охотятся.

– Это всего лишь вторая наша партия, – возразила мисс Граймс. – Дом Текиэль потерял целых пять.

– Подробности? Исчезновение. Где оно произошло?

– Ну…

– Нет, не говорите, – вскинув руку, остановил ее Ваксиллиум. – Мне непозволительно отвлекаться.

Мисс Граймс одарила его хмурым взглядом: видимо, по этой самой причине она и не хотела рассказывать о случившемся до встречи с лордом Хармсом. Ваксиллиум опустил руку на перила и почувствовал, как у него дергается левый глаз. Кто-то устраивал эти организованные, весьма продуктивные операции, воруя содержимое целых железнодорожных вагонов. Их называли умыкателями. Возможно, удастся, покрутившись немного тут и там…

«Нет, – сурово оборвал себя Ваксиллиум. – Это не мой долг. Уже не мой».

Он отправится к соответствующим властям; возможно, наймет охранников или частных сыщиков. Он не станет преследовать бандитов самостоятельно.

– Уверен, констебли найдут виновных и привлекут их к ответственности, – с некоторым усилием проговорил Ваксиллиум. – Как считаете, лорд Хармс уже достаточно ждал? Думаю, достаточно. Но и не слишком долго.

И двинулся назад, к поджидавшему его Тиллому. Тот закатил глаза, когда хозяин прошел мимо.

Когда Ваксиллиум достиг лестницы, навстречу ему как раз поднимался юноша в зеленом жилете Ладрианов и белой рубашке.

– Лорд Ладриан, прибыла почта!

– Посылки есть?

– Нет, милорд. – Молодой человек по имени Кип протянул письмо с личной печатью. – Только это. Выглядит важным.

– Приглашение на свадебный ужин Йомен-Остлин, – догадалась мисс Граймс. – Вот где будет уместно в первый раз показаться на публике с мисс Хармс.

– Еще ничего не решено! – запротестовал Ваксиллиум, когда они остановились у подножия лестницы. – Я едва коснулся этой темы с лордом Хармсом, а вы нас уже практически поженили. Вполне возможно, ничего не выйдет. Как и с леди Энтроун.

– Все будет хорошо, молодой хозяин, – улыбнулась мисс Граймс. Она приподнялась и поправила шелковый нагрудный платок в его кармане. – У меня в таких вопросах чутье гасильщицы.

– Вы ведь понимаете, что мне сорок два года? «Молодой хозяин» не очень-то теперь подходит.

Вместо ответа домоправительница похлопала его по щеке. Любого неженатого мужчину мисс Граймс считала ребенком. Ужасно несправедливо, если учесть, что сама-то она так замуж и не вышла. Ваксиллиум едва удержался, чтобы не рассказать ей о Лесси; большинство его родных про нее не знали.

– Ладно, – вздохнул Ваксиллиум, направляясь в сторону гостиной. – Итак, прямиком чудищу в пасть.

У дверей ждала Лимми, старшая горничная. Когда Ваксиллиум приблизился, она вскинула руку, словно желая что-то сказать, но он вручил ей приглашение на ужин:

– Лимми, будь любезна, напиши на это положительный ответ. Отметь, что я приду на ужин вместе с мисс Хармс и ее отцом, но придержи письмо, пока не закончится сегодняшняя встреча. Я тебе сообщу, отсылать или нет.

– Да, милорд, но…

– Все в порядке, – перебил Ваксиллиум, распахивая дверь. – Я не должен заставлять их…

Лорда Хармса и его дочери в гостиной не было. Вместо них Ваксиллиум обнаружил там худощавого мужчину, круглолицего и с острым подбородком. Лет тридцати, с двухдневной щетиной. В широкополой шляпе – в стиле Дикоземья, с чуть изогнутыми кверху полями – и кожаном пыльнике. Он крутил в руках часы размером с ладонь, которые взял с каминной полки.

– Салют, Вакс! – радостно поприветствовал нежданный гость и, указывая на часы, добавил: – Можно я что-нибудь на это обменяю?

Ваксиллиум быстро закрыл за собой дверь:

– Уэйн? Что ты здесь делаешь?

– Рассматриваю твои вещички, дружище. – Уэйн окинул часы оценивающим взглядом. – Вот это сколько стоит? Три или четыре бруска? У меня есть бутылка хорошего виски как раз по той же цене.

– Ты должен немедленно отсюда убраться! – прошипел Ваксиллиум. – Ты должен быть в Везеринге. Кто следит за порядком?

– Барл.

– Барл! Да он же негодяй.

– Как и я.

– Да, но ты негодяй, которого я выбрал для этой работы. Мог бы хоть за Майлзом послать.

– За Майлзом? – переспросил Уэйн. – Дружище, Майлз – воистину жуткое создание. Он скорее пристрелит какого-нибудь малого, чем станет утруждаться выяснением, виновен тот или нет.

– Майлз содержит свой город в чистоте, – возразил Ваксиллиум. – И он пару раз спасал мне жизнь. Но это к делу не относится. Тебе было велено охранять Везеринг.

Уэйн дотронулся до шляпы:

– Все так, Вакс, но ты больше не законник. А у меня есть кое-какие важные дела. – Он посмотрел на часы, потом сунул их в карман и взамен поставил на каминную полку бутылочку виски. – Итак, сэр, мне нужно задать вам несколько вопросов. – Он извлек из пыльника маленький блокнот и карандаш: – Где вы были прошлой ночью около полуночи?

– Это что еще за…

Ваксиллиума прервал вновь раздавшийся дверной звонок.

– Ржавь и Разрушитель! Это люди из высшего общества, Уэйн. Я потратил месяцы, чтобы убедить их в том, что я не какой-нибудь хулиган. Мне нужно, чтобы ты отсюда убрался. – Ваксиллиум шагнул вперед, пытаясь оттеснить друга к задней двери.

– Хм, а ведь это весьма подозрительное поведение, чес-слово, – не сдавался Уэйн, продолжая рисовать какие-то каракули в своем блокноте. – Уклоняетесь от ответов, весь такой встревоженный. Что вы скрываете, сэр?

– Уэйн. – Ваксиллиум схватил его за руку. – Я в некоторой степени ценю, что ты проделал такой путь ради того, чтобы мне надоедать, и я действительно рад тебя видеть. Но сейчас не время.

– По-твоему, я здесь ради тебя? – ухмыльнулся Уэйн. – Нет ли в этом толики высокомерия?

– А что еще могло привести тебя сюда?

– Партия провианта, – пояснил Уэйн. – Железнодорожный вагон покинул Элендель четыре дня назад и прибыл в Везеринг совершенно пустым. Ну так вот, до меня дошли слухи, что ты недавно потерял две собственные партии из-за этих умыкателей. Вот я и пришел тебя расспросить. Весьма подозрительно, как и было сказано.

– Подозрительно… Уэйн, я потерял две партии. Это меня ограбили! С какой стати я превратился в подозреваемого?

– Откуда мне знать, как работает твой коварный криминальный гений, дружище?

За пределами комнаты послышались шаги. Ваксиллиум посмотрел на дверь, потом опять на Уэйна:

– Прямо сейчас мой криминальный гений задается вопросом, могу ли я куда-нибудь засунуть твой труп так, чтобы он не слишком бросался в глаза.

Уэйн с ухмылкой отступил на шаг.

Дверь открылась.

Ваксиллиум повернулся и увидел Лимми, которая с робким видом придерживала створку. За порогом стоял грузный мужчина в превосходном костюме, с тростью из темного дерева. Его усы ниспадали до толстой шеи, а жилет украшал темно-красный галстук.

– …Твержу, что не имеет значения, с кем он встречается! – говорил лорд Хармс. – Он захочет поговорить со мной! Нам было назначено, и… – Аристократ осекся, сообразив, что дверь открыта. – А-а! – Он вошел в комнату.

За ним последовали угрюмая женщина с собранными в тугой пучок золотистыми волосами – его дочь Стерис – и девушка, которую Ваксиллиум не знал.

– Лорд Ладриан, я нахожу весьма неуместным тот факт, что меня заставили ждать, – заявил Хармс. – С кем это вы встречаетесь вместо меня?

Ваксиллиум вздохнул:

– Это мой старый…

– Дядюшка! – шагнув вперед, договорил Уэйн. Голос его вдруг огрубел и лишился сельского выговора. – Я его дядюшка Максиль. Нагрянул этим утром без предупреждения, милейший.

Самого Уэйна тоже было не узнать. Он снял шляпу и пыльник, приклеил к верхней губе правдоподобные фальшивые усы с сединой. Чуть прищурился, чтобы появились лишние морщинки у глаз. Отличная маскировка, делавшая его на несколько лет старше Ваксиллиума, а не на десяток моложе.

Ваксиллиум бросил взгляд через плечо. Сложенный пыльник и шляпа покоились на полу возле одной из кушеток, рядом с этой стопкой лежали две скрещенные дуэльные трости. Осуществить подобную перемену, находясь внутри ускоренного пузыря, не составляло труда. Уэйн был скользуном – алломантом, который при помощи темпосплава создавал вокруг себя пузырь сжатого времени. Он частенько обращался к своей силе, чтобы сменить наряд.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Поделиться ссылкой на выделенное