Брайан Эвенсон.

Dead Space. Мученик



скачать книгу бесплатно

– Мы все видели ее во сне и она стала реальной? – спросил пораженный Чава.

Бруха раскрыла беззубый рот и захихикала:

– Думаешь, ты такой могущественный? – Она снова заковыляла к берегу. – Думаешь, мы все обладаем такой силой? Нет. Это не мы создали ее. Наш сон был предупреждением.

– Предупреждением?

– Сон говорит нам: что-то здесь не так, – объяснила старуха. – Мы должны это исправить.

Некоторое время они шли по песчаному берегу молча. Старая колдунья тяжело дышала. Чава уже слышал шипение, которое издавало существо, – оно перекрывало даже шум прибоя.

– Ты там грезишь наяву, что ли? – спросила вдруг бруха.

– О чем ты? – испугался мальчик.

– Ага! Я по твоему голосу слышу, что грезишь. Будь осторожен. Ты первый, кого она нашла. Она хочет тебя забрать. Чиксулуб. Знаешь, что это за слово?

Чава помотал головой.

– А ведь ты прожил здесь всю свою жизнь, – проворчала старуха. – В месте, названия которого не знаешь.

Он немного помолчал и спросил:

– Это плохое слово?

Бруха только фыркнула и ничего не сказала. Очевидно, вопрос попросту не заслуживал ответа.

– Что значит «Чиксулуб»? – продолжал допытываться мальчик.

Старуха резко остановилась и кончиком палки начертила на песке фигуру, состоявшую из двух переплетенных линий.

Мальчик скрестил пальцы – этому знаку, защищающему от злых чар, он научился еще ребенком – и повторил начерченную фигуру.

Колдунья молча кивнула.

– Что это такое? – спросил Чава.

Старуха по-прежнему ничего не отвечала. Она широко раскрыла рот, который на мгновение точь-в-точь напомнил лишенную челюсти пасть кошмарного существа.

– Хвост дьявола, – нарушила наконец молчание бруха. – Дьявол уже просыпается и молотит хвостом. Если мы не уговорим его снова заснуть, нам всем придет конец.

6

Олтмэн решил, что идти на встречу нет никакого смысла. Это, скорее всего, была просто дурацкая шутка. Слишком много он задавал сегодня вопросов, и неудивительно, что кто-то решил его подколоть. Всевозможные мысли о заговорах и прочих шпионских играх Олтмэн отверг с ходу. Он был обязан рассуждать рационально, как подобает настоящему ученому. Поэтому, вместо того чтобы идти в бар, Олтмэн отправился домой.

Войдя в комнату, он увидел Аду: она сидела перед столом, откинувшись на спинку стула, и спала. Длинные черные волосы были заправлены за уши и водопадом рассыпались по плечам. Олтмэн поцеловал девушку в шею, и она проснулась.

Ада улыбнулась, ее темные глаза засверкали.

– Что-то ты припозднился, Майкл. Ты же не изменял мне?

– Эй, я не из тех, кто устает на работе.

– Я плохо спала ночью, – пожаловалась Ада. – Видела нехорошие сны.

– Я тоже. – Олтмэн сел и тяжело вздохнул. – Происходит нечто странное.

И он рассказал подруге о том, что обнаружили они с Филдом, о вопросах, которые он задавал по телефону. Поделился также своими ощущениями – их, похоже, разделяли многие, – что здесь было неладно.

– Забавно, – молвила Ада. – Но ничего хорошего в этом нет.

Со мной сегодня было то же самое.

– Хм, ты тоже обнаружила гравитационную аномалию?

– Вроде того. Ну или, скажем, ее антропологический эквивалент. – Она помолчала. – Меняются предания.

– Какие предания?

– Народные предания, сказки. Они претерпевают изменения – и тоже очень быстро. Майкл, так не бывает. Это просто невозможно.

Олтмэн внезапно сделался серьезным:

– Невозможно?

– Абсолютно.

– Ерунда.

– Местные повторяют истории о хвосте дьявола, – пояснила Ада. – Такая изогнутая заостренная штука. Говоря о ней, они скрещивают пальцы, вот так. – Она скрестила указательный и средний пальцы. – Но когда я пытаюсь расспросить подробнее, они сразу же замолкают. Странно, ведь раньше они были со мной откровенны. Впечатление такое, будто мне больше не доверяют. – Она положила руку на столешницу. – А хочешь знать, что во всей этой истории самое странное?

– Что же?

– Знаешь, как будет на языке юкатанских майя «хвост дьявола»? Точно так же, как и название кратера, – Чиксулуб.

У Олтмэна пересохло в горле. Он взглянул на часы: без четверти восемь. Что ж, он еще вполне успевает в бар на встречу с незнакомцем.

7

Некоторое время все молчали. Просто стояли и смотрели на бруху. Та, опершись на плечо Чавы, в свою очередь рассматривала кошмарную тварь.

– Вы видите? – прошептала она наконец, и ее голос почти не был слышен за тяжелым дыханием существа. – Оно растет.

Старуха засунула руку в сумку, покопалась в ней и, вытащив щепотку порошка, задвигалась в медленном танце. Она обходила тварь кругом, по самой границе зловонного облака, и рассыпа?ла впереди порошок. Мальчика старуха тащила за собой. Это был странный, хаотичный танец, напоминавший походку пьяного. Собравшиеся на берегу люди сперва просто наблюдали за ритуальными движениями колдуньи, но вот пара человек присоединилась к необычному танцу, а следом и еще несколько. Другие стояли и трясли головой, словно прогоняли наваждение.

Когда бруха оказалась прямо напротив головы твари, она остановилась и принялась кружиться на месте. Затем все повторяли за ней движения; каждый занял свое место, и постепенно люди образовали полный круг. Они танцевали возле существа, некоторые при этом находились по колено в воде.

Вот колдунья взмахнула посохом, отошла назад и снова шагнула вперед. Люди повторили за ней движения. Чава зашел слишком далеко и закашлялся, когда вдохнул испускаемый тварью ядовитый газ. Глаза зажгло огнем, в горле нестерпимо защипало.

Бруха подняла руки со скрещенными указательным и средним пальцами. «Чиксулуб», – пробормотала она и снова повернулась. Исковерканное множеством языков слово пронеслось по толпе, будто стон.

Колдунья медленно повернулась и отошла в сторону. Спина ее была теперь более прямой, а походка увереннее, чем когда они с Чавой шли к берегу. Вот она отступила на несколько ярдов и, покопавшись в песке, извлекла из него принесенную морем дощечку. Затем старуха возвратилась в круг. Она кивнула мальчику и показала жестами, чтобы он сделал то же самое. Когда Чава вернулся с плавником, остальные один за другим тоже принялись выходить из круга и потом медленно возвращаться.

Кожа, из которой состояли серые мешки на спине существа, становилась все тоньше по мере того, как последние увеличивались в размерах. Теперь она была уже практически прозрачной. Мешки медленно раздувались, туго натягивая кожу, потом опадали, уменьшались почти вдвое и снова набухали. Зрелище было ужасное. Чава каждую секунду ожидал, что вот сейчас мешки лопнут.

Бруха снова пустилась в странный танец. Она высоко воздела подобранную деревяшку, улыбнулась беззубым ртом и швырнула плавник в существо.

«Снаряд» несильно ударил тварь в морду и упал рядом на песок. Страшилище как будто ничего и не заметило.

– А теперь ты, – велела колдунья мальчику. – Поднимай выше и кидай сильнее.

Он вложил в бросок всю свою силу, деревяшка попала в левый мешок у основания и слегка его надорвала. Из прорехи со свистом пошел воздух. Бруха подняла руки к небу, а потом опустила, и люди из круга, повинуясь ее жесту, тоже бросили деревяшки. Конечно, кто-то промахнулся, пара «снарядов» срикошетила, не причинив особого вреда, но большинство пропороло мешки – некоторые достаточно глубоко. Воздух с шумом вырывался из дыр, а окружавшее существо ядовитое облако постепенно рассеивалось.

– А теперь твоя очередь, – хрипло сказала Чаве колдунья. – Видишь вон того пьянчугу? Как обычно, еле на ногах стоит. Пойди забери у него бутылку и принеси мне.

Мальчик бегом бросился вокруг стоящих людей к тому самому невысокому, но исполненному достоинства темноволосому пьянице, который слишком близко подошел к желтому облаку и едва не лишился жизни. Мужчина повернулся и одарил мальчика улыбкой, но тот, не дав взрослому опомниться, схватил стоявшую между его ног бутылку и помчался назад к брухе.

Колдунья взяла ее и вытащила пробку. Позади пьянчужка пытался протестовать, но его крепко схватили за руки.

– Задержи дыхание, – велела бруха мальчику и передала ему сосуд. – Нужно вылить на древесину и на саму тварь.

Сердце Чавы учащенно забилось. Он набрал полные легкие воздуха и бросился вперед. Дыры в мешках на спине существа затягивались прямо на глазах. Сами мешки были еще небольшие по размеру, но уже раздувались снова. Мальчик быстро перевернул бутылку, облил существо и раскиданные вокруг деревяшки и бегом вернулся к колдунье. Глаза его распухли – их жгло словно огнем.

Бруха тем временем подпалила кончик посоха, осторожно приблизилась к твари и дотронулась палкой до ее головы.

И существо, и сухой плавник занялись мгновенно. Старуха выпустила из рук посох, и тот упал в горящий костер. Тварь шипела и бешено билась на песке, но даже не пыталась вырваться из языков пламени. Серые мешки на спине быстро обуглились, а затем взорвались. Наконец существо затихло.

Покачиваясь, бруха снова повела людей за собой в медленном и будто неуверенном танце. Чава обнаружил, что ноги – будто принадлежа не ему, а кому-то другому – сами несут его вперед, подстраиваются под общий ритм этой странной пляски.

«Интересно, – подумал он, – многие ли испытывают такое же чувство?»

Он заметил, что пьянчужка не двигается вместе с остальными; стоя в отдалении и глядя на костер, он медленно покачивался из стороны в сторону. Лоб его испещрили морщины. Другие же продолжали танец, совершая медленные движения руками в воздухе, до тех пор, пока от кошмарной твари не остался только вонючий обугленный скелет. Лишенная плоти черная головешка выглядела точь-в-точь как человеческие останки.

8

Олтмэн заказал бутылку пива и убедился, что крышку до него не открывали. В ожидании сдачи он осматривал небольшое помещение бара, пытаясь вычислить, кто же ему звонил. Единственными посетителями заведения в этот час были несколько ученых из Североамериканского сектора. Звонить мог любой из них.

Олтмэн сел за столик, открыл пиво и едва успел немного отхлебнуть, как к нему приблизился мужчина. Подошедший был худощав, с бледной кожей и коротко постриженными волосами, одет в рабочий комбинезон.

«Должно быть, техник или кто-то в этом роде», – предположил Олтмэн.

– Вы Олтмэн. – Это был не вопрос, а утверждение.

– Верно. А вы…

– Я сообщаю свое имя только друзьям, – заявил незнакомец. – Вы друг?

Олтмэн молча уставился на мужчину.

– Понятно. Видать, вы не из тех, кто обзаводится друзьями через минуту после знакомства. Ну хорошо, давайте договоримся: можете думать о моих словах все, что угодно, но если кто-нибудь спросит, я вам ничего не рассказывал.

Олтмэн колебался недолго:

– Договорились.

– Пожмем друг другу руки? – предложил незнакомец и первым протянул свою.

Олтмэн пожал ее.

– Хэммонд, – представился мужчина. – Чарльз Хэммонд.

Он выдвинул стул и тоже сел.

– Рад с вами познакомиться, – сказал Олтмэн. – Ну а теперь расскажете мне, что происходит?

Хэммонд наклонился к собеседнику:

– Вы кое-что заметили. И вы не один такой.

– Не один? – холодно переспросил Олтмэн.

– Я занимаюсь связью. Работаю по найму, в основном на промышленные компании. – Он легонько ткнул Олтмэна пальцем в грудь. – Я тоже кое-что замечаю.

– Это хорошо…

– Импульс, – перебил его Хэммонд. – Медленный, нерегулярный и очень слабый, но все же достаточный, чтобы чуть заглушать другие сигналы. Я педант и, когда ставлю перед собой задачу, люблю, чтобы все было кристально ясно. Меня волнуют вещи, на которые другие люди и внимания не обратят. Вот почему я это заметил.

Он замолчал. Олтмэн не дождался продолжения, отхлебнул пива и спросил:

– Что заметили?

– Сначала я подумал, что дело в терминале связи, который я как раз устанавливал для «Дреджер корпорейшн».

– Я и не знал, что «Дреджер корпорейшн» работает здесь, – удивленно заметил Олтмэн.

Это само по себе уже служило признаком того, что происходит нечто странное. «Дреджер корпорейшн» слыла одной из самых темных и сомнительных фирм по добыче природных ресурсов. Подобные корпорации обычно стремительно проникали на территорию государства без ведома местных властей, устраивали карьеры или прокладывали шахты, извлекали столько полезных ископаемых, сколько могли, пока их хищническую деятельность не замечало правительство, и быстро убирались восвояси.

– Официально они и не работают. Просто оказались здесь. Только тсс! – предупредил Хэммонд. – Считается, что я ничего о них не знаю. Так или иначе, сперва я решил: причина в плохом контакте, какая-то деталь вышла из строя и дает незначительный электрический разряд, который и вызывает в линии периодические посторонние шумы. Тогда я разобрал все на части, но никаких неполадок не обнаружил и собрал заново. Шумы не прекратились. Они возникали раз или два в минуту и длились несколько секунд, а бывало, что и меньше. «Может, ты чего-то не заметил» – так я себе сказал и хотел уже снова разобрать эту хреновину, но тут вдруг подумал, а не проверить ли другой терминал в той же системе. Проверил и обнаружил сходную проблему. Я готов был разобрать по винтикам всю чертову связь «Дреджер корпорейшн», и тут меня осенило: возможно, причина не только в ней, но и в чем-то еще.

– И?..

Хэммонд кивнул:

– Сигнал ловят все, но никто не обращает внимания. Проблема вовсе не в системе. Это электромагнитный импульс, слабенький и нерегулярный, и распространяется он из неизвестного источника.

– И что же это такое?

– Я занялся исследованиями, – проигнорировал Хэммонд прямой вопрос Олтмэна, – установил несколько приемников и методом триангуляции определил местоположение источника. Так как импульс нерегулярный, работа отняла у меня некоторое время. Когда же я получил результат, то решил, что где-то ошибся. Я переставил приемники, снова определил источник, и у меня не осталось никаких сомнений по поводу того, где он находится.

– Где же?

Хэммонд наклонился еще ближе, обнял Олтмэна за плечи и приблизил губы к его уху.

– Помните, – прошептал Хэммонд, – я вам ничего не рассказывал.

Олтмэн кивнул.

– Источник находится в самом центре Чиксулубского кратера, погребенный под километром или двумя камней и грязи. Там же, где вы обнаружили вашу аномалию.

– Боже, – только и смог произнести Олтмэн. Потом он пересказал Хэммонду то, что услышал сегодня от Ады. – Три различные истории, и все они ведут в Чиксулубский кратер.

Хэммонд откинулся на стуле и кивнул:

– Я думаю точно так же. Возможно, этот импульс был там всегда, но до сих пор его просто никто не замечал. Может быть, мы зафиксировали его только сейчас, потому что у нас появилась более чувствительная аппаратура. Хотя, думаю, я бы его и раньше обнаружил – таких вещей я не пропускаю. А к вам у меня будет вопрос: это просто импульс или некий сигнал?

– Сигнал?

– Он несколько хаотичный, но все же имеет определенную структуру. Не могу утверждать наверняка, однако мне кажется, это явление носит не природный характер. Что-то или кто-то, находящийся под миллионами тонн камня и воды, подает сигнал.

– Но это просто невозможно, – заметил Олтмэн.

– Невозможно, – согласился Хэммонд, – и потому еще более загадочно. – Он снова наклонился к собеседнику, и на этот раз Олтмэн заметил у него в глазах испуг. – Я рассказал людям из «Дреджера» об импульсе – решил, что это моя обязанность. Не хотелось, чтобы они обвиняли меня; я собирался объяснить, что все это испытывают, пусть даже никто и не обращает внимания. И знаете, что мне сказали?

– Что?

– Спросили, не рассказал ли я еще кому-нибудь. Именно так. Я не успел и глазом моргнуть, как с меня взяли подписку о неразглашении. В обмен на некоторую денежную компенсацию мне было запрещено говорить об импульсе. С кем бы то ни было. Ну, я и не говорил… до сегодняшнего вечера.

– И что это все, по-вашему, означает?

– А что это означает по-вашему? – ответил Хэммонд вопросом на вопрос. – Разрешите кое о чем спросить. От кого бывает не защищена даже самая надежная система связи?

– От кого же? – поинтересовался Олтмэн.

– От того, кто ее монтировал. То есть от меня. Если вы устанавливали систему, вы всегда сможете в нее проникнуть десятком различных способов, так что никто и не узнает. Что я и делаю время от времени – это в порядке вещей, просто хобби, чтобы руки не теряли навыков. – Голос его упал до едва различимого шепота. – Я влезал и в связь «Дреджер корпорейшн».

– И?..

– И продлилось это недолго, – ответил Хэммонд. – Через десять дней после того, как я установил систему, ее демонтировали. Причем вызвали какого-то спеца из Североамериканского сектора, на этот раз своего человека.

– Должно быть, они обнаружили, что система не такая уж и защищенная?

– Это было невозможно обнаружить, – горячо заявил Хэммонд. – Они не могли знать наверняка. Но они что-то нашли. Там, на дне кратера, что-то есть – ценное, быть может, даже уникальное. В тех передачах, что мне удалось перехватить, много рассуждений на эту тему. Но дня через три все сообщения стали шифроваться. – Он сунул руку в карман и достал эйчпод, портативный голографический компьютер. – Вот, взгляните. Только поближе – никто не должен увидеть.

– Что это?

– Вот вы мне и скажите.

Олтмэн взял эйчпод, прикрыл экран от чужих взглядов и посмотрел на возникшее и медленно закрутившееся между ладоней изображение – обычную цифровую картинку. Невозможно было догадаться, из чего сделан объект, или четко определить его внешний вид, но кое-какие версии Олтмэн мог выдвинуть. Это была мерцающая трехмерная фигура, состоявшая как бы из двух частей, широкая в основании и с двумя остриями вверху. Не приходилось сомневаться, что это не творение природы, а искусственное образование. Или же на такую мысль его просто навело цифровое изображение? Объект что-то напоминал Олтмэну, но что? Это было похоже на две соединяющиеся внизу и обвивающиеся друг вокруг дружки ленты; хотя могло быть и цельным сужающимся кверху образованием с отверстием посередине.

Он долго смотрел не отрываясь на медленно вращавшийся объект, а потом наконец вспомнил. Подобную фигуру сложила из двух скрещенных пальцев Ада и еще рассказала, что такой знак сейчас делают многие местные жители.

– Хвост дьявола, – прошептал Олтмэн и, только когда увидел на лице Хэммонда испуганное выражение, понял, что произнес слова вслух.

Он выключил эйчпод и вернул его Хэммонду.

– Я скопировал это изображение незадолго до того, как систему отключили. К нему было прикреплено сообщение о том, что картинка создана путем компиляции всех имеющихся у них данных. Они изучали импульс, исследовали аномалию и, вероятно, использовали еще какие-то источники, о которых пока ни мне, ни вам не известно. И в конце концов получили этот объект. Вот что находится в самом сердце кратера.

Некоторое время мужчины сидели молча, уставившись на стаканы.

– Итак, из центра кратера пошел импульс, – произнес наконец Олтмэн. – Быть может, это сигнал. Там что-то скрывается, и, похоже, это не образовавшееся естественным путем геологическое тело, а творение человеческих рук.

– Да, это искусственный объект, но кто сказал, что он создан человеком?

– Но если не человеком, тогда… – Олтмэн не договорил. Внезапно он все понял. – О черт! Вы считаете, его сделали не люди, а пришельцы?

– Я не знаю, что и думать, – признался Хэммонд. – Но… так действительно считают некоторые в «Дреджере».

Олтмэн только покачал головой.

– Не знаю, – задумчиво протянул он и нервно оглядел бар. – Но с какой стати вы это рассказываете? Почему мне?

Хэммонд снова ткнул собеседника пальцем в грудь:

– Потому что вы задавали вопросы. История началась не вчера, и другие тоже могли что-то заметить. Но вы единственный, кто связался со всеми, с кем только мог, в поисках ответов. Знаете, о чем это говорит? Что вы ни на кого не работаете. Что вы хотите разузнать все лично для себя.

– Но другие тоже обеспокоены, я уверен.

– Вот что я вам скажу, – заявил Хэммонд. – Кто-то пытается утаить правду о происходящем. Может быть, люди из «Дреджер корпорейшн», а может, и кто-то покруче. Многим известно, что здесь происходит, но никто об этом не говорит. А почему? Потому что их купили. С чего я беседую с вами? С того, что я не думаю, что вас тоже купили. – Он осушил бутылку и пристально посмотрел на Олтмэна. – По крайней мере, пока.

9

Когда мальчик провожал бруху до ее лачуги, произошло нечто противоречившее здравому смыслу. Буквально только что она шла рядом, негромко разговаривала с ним, а уже в следующее мгновение пропала. Притом исчезла не только сама колдунья. Когда Чава оглянулся, он увидел на песке лишь одну цепочку следов – своих собственных.

Он продолжал идти вперед, к жилищу брухи. Возможно, она бросила его и направилась домой. Быть может, он просто не обратил на это внимания.

Мальчик подошел к лачуге и негромко постучал по искореженному листу жести, заменявшему дверь. Ответа не было. Он постучал снова, уже сильнее. Внутри по-прежнему стояла тишина.

Он постучал еще раз. И еще. Никто не отвечал.

В конце концов любопытство пересилило страх. Чава сделал глубокий вдох и осторожно отодвинул лист ровно настолько, чтобы проскользнуть внутрь.

В лачуге было темно, и мальчику потребовалась пара секунд, чтобы освоиться.

Поначалу он не видел ничего, кроме проникавшего в дверной проем луча света. Но он чувствовал запах – резкий, словно металлический, – только никак не мог определить, чем пахнет. Постепенно Чава различал силуэты: стол, заставленный непонятными предметами; перевернутый вверх дном тазик на утоптанном земляном полу. Потом в дальнем конце комнаты он увидел убогое ложе из травы и соломы и на нем под рваным одеялом рассмотрел очертания тела.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29