Борис Ракитский.

Наука о социальной политике: методология, теория, проблемы российской практики. Том II. Становление науки о социальной политике



скачать книгу бесплатно

Давайте все же различать номенклатуру как правящую касту казарменного «социализма» и конкретных людей, состоящих в этой касте. Сущностная характеристика номенклатуры как правящей касты деформированного тоталитаризмом общества – конечно же, насилие, произвол, узурпация власти. Воспроизведение этих свойств – закон движения номенклатуры, ее глубочайший интерес. Реставрация сталинизма – номенклатурный идеал прогресса, наиболее последовательная реализация на практике сущности, предназначения, кастового интереса номенклатуры. Но тождественны ли с этим интересы и устремления конкретных людей? Нет, точнее, совсем не обязательно.

Человек, включенный к систему командно-карательной власти как исполнитель тех или иных конкретных её функций, может осознавать или не осознавать свое истинное место в истории. Думается, что глубочайшая драма прозрения искренне переживается значительной частью исполнителей сталинских преступлений, а в более поздние годы вплоть до наших дней – других командно-карательных акций. Мы не можем отказать ни «афганцам», ни психиатрам – карателям брежневской эпохи, ни участникам карательной акции 9 апреля 1989 г. в праве на осознание своих действий как соучастия в преступлениях против человечности, в праве на покаяние. Но знаем, – осознание своей деятельности как соучастия в преступлениях против гуманизма заставляет многих настаивать на оправдании прошлого любой ценой, доказывать, что черное есть белое. Это трусость, это жажда пощады без покаяния. Это и соучастие в вызванной ранее совершенными преступлениями поддержке сознательных человеконенавистников, планировавших и осуществлявших преступления, вовлекавших в них массы людей. Втягивание масс в механизм подавления – характерная черта «почерка» командно-карательной власти.

Человек может быть включен в систему тоталитарной власти и не понимать истинный смысл своей деятельности в истории. Наука, вскрывая существо тоталитарной власти, помогает человеку своевременно понять, что он делает на самом деле. Своевременно в том смысле, что человек может «прозреть», увидеть себя в действительно реальном историческом контексте не на закате дней, а когда еще остается время для исправления, недопущения личной трагедии. Человек, включенный в номенклатуру, может внутренне порвать с ней, противопоставиться ей и её делам. Это шаг к спасению.

Историческая судьба командно-карательной власти однозначна: эта власть обречена на уничтожение, на вечный позор без забвения. Нельзя победить народ, его можно лишь подавить, иной раз надолго. Но ведь для исполнителя командно-карательной власти не может не быть, существенным, что это его народ, а если даже чужой, то тень исторически черного дела падает на его страну. Какую же страницу впишет каждый из нас в историю своей Родины? Какая память будет о наших делах? «Мгновенья раздают кому позор, кому бесславье, а кому – бессмертие». Вечный позор не может не быть страшен. Именно на этом основана гуманистическая мысль о необходимости объяснения людям, входящим в номенклатуру, исполнителям функций тоталитарной власти всей неприглядности и бесперспективности их роли в истории.

У нас в СССР для развертывания такой работы возможности огромны.

Процесс десталинизации страны не только ещё не завершен, но и начат-то не так давно. Мы все ещё робеем в объяснении, что осуждение преступлений сталинской эпохи и деятельности Сталина – самая простейшая, относительно поверхностная акция десталинизации. Мы ещё идем к нашему «Нюрнбергскому процессу» над сталинизмом как преступной идеологией и системой тоталитарной власти. Но такой высший суд непременно произойдет, как произошел он, например, над опричниной. Наши современные сознательные и бессознательные сталинисты должны увидеть себя в контексте осуждения историей, неотвратимого осуждения. Нельзя позволить им закрывать глаза на ответственность перед народом. Без срока давности за содеянное.

Трудность, конечно же, состоит в том, что сталинизм, как и всякая преступная идеология и практика, глубоко аморален и тем самым отравляет сознание и души людей. Но шанс всегда остаётся, и надо бороться за каждого в номенклатуре, не ставшего еще нёлюдем. Революция проявляет в этом свою добрую волю, свой гуманизм. С нелюдями у нее иные отношения.

Что это – запугивание? Нет, это информация к ответственному размышлению, это призыв к активизации во имя собственного спасения, к покаянию и доброму действию, к возрождению. Для номенклатуры как общественного механизма спасения нет, но каждый её «кадр» или соучастник может вернуться к народу, к его делам и интересам. Путь не закрыт.

Защитить честных, знающих, опытных «бюрократов»

Сколько себя помню, столько слышу эти слова: сокращение штатов. В литературе доказывают, что задачу совершенствования управления так ставить неверно, в чем-то даже абсурдно. Но пишут одни, а занимаются кадрами другие. И десятилетиями решают одну и ту же задачу сокращения штатов.

Если задача долгое время не решается, то тому могут быть две причины: либо решают спустя рукава, либо неверно ставят задачу. У нас причина в основном вторая.

В самом деле, почему столько внимания отдаётся сокращению численности управляющих? Разве управление даёт сбои из-за того, что мешают «лишние»? Можно подумать, что оставшиеся после сокращения будут руководить превосходно, эффективно. Упорная установка на сокращение изобличает неспособность изменить управление, его схемы, формы и методы по существу, качественно. Отвлекается внимание от главного – от негодных методов, от негодного стиля управления. Вот что пора бы понять.

А вместо этого конторы гудят и нервничают по поводу сокращения части их персонала. Приказано думать о количестве, а не о качестве. Большинство уже не раз убеждалось, что сокращения не давали особого эффекта, хотя всем понятно, что ту же работу можно делать и с меньшей численностью. Выходит, наша кадровая политика бьет мимо цели, стратегически неэффективна.

Годы перестройки вновь подняли волну сокращения штатов. Но на этот раз мероприятие вызвало вопросы о социальной защищенности работников аппарата, В самом деле, оказались неподготовленными механизмы переквалификации, трудоустройства. В первую очередь это коснулось работников министерств и ведомств, органов управления среднего уровня. Проблема была осознана и поставлена. Но она только часть более общей проблемы.

Если обозначать общую проблему в достаточно полном объеме, то надо вести речь о социальном положении и социальных проблемах высшего слоя управляющих (тех самых «бюрократов») в обстановке демократизации управления, то есть ухода с исторической сцены номенклатуры как социально-кастового образования. Объективно требуется и все настойчивее даёт о себе знать необходимость изменить характер власти в обществе и в хозяйстве. Что происходит в условиях десталинизации управления с корпусом руководителей? Как вести дело, чтобы проблемы личной трудовой судьбы «бюрократа» не стали фактором укрепления, консервации старых порядков? Все эти вопросы из той же темы – о мирном развитии перестройки. Рассмотрим их на примере руководителей хозяйственных звеньев.

Своеобразное место хозяйственных руководителей в обществе и их своеобразные интересы определены спецификой их социально-профессиональной роли. В их деятельности неповторимо сочетаются организаторские, социально-политические, распорядительные, контрольные, аналитические и другие функции. Объект руководства – деятельность трудового коллектива в её полном или существенном объеме. И поскольку трудовой коллектив есть ячейка общества, имеющая свои конституционные и законные права, обязанности и свободы, постольку функции хозяйственного руководителя непременно носят социально-политический характер. Это ставит их в прямую зависимость от характера отношений, существующих в обществе. Вот почему основные актуальные проблемы хозяйственных руководителей как социально-профессиональной группы нашего общества могут быть поставлены, обсуждены и решены не по аналогии с проблемами их коллег в капиталистическим обществе, а на основе правильного понимания характера, содержательных противоречий и реальных альтернатив развития современного советского общества.

Особенности общественного положения хозяйственного руководителя в течение нескольких десятилетий определялось тем, что реальная и определенная законом структуры власти не совпадали. По закону и по любым писаным решениям руководитель имеет определенные права и несет ответственность, фактически же эти права постоянно ограничиваются вмешательством местных партийных и вышестоящих хозяйственных органов в решение вопросов, отнесённых к компетенции руководителя. Такая практика имеет место и в годы перестройки.

Расхождение правового и реального статуса хозяйственных руководителей существенно деформирует их права и обязанности, свободу действий и ответственность. Типичными оказываются ситуации, когда реальные права не обеспечивают надежное выполнение должностных обязанностей, а реальная свобода действий намного уже, нежели требуемая для принятия конкретных решений, осуществления тех или иных маневров, мер, необходимых для достижения параметров, за которые руководитель несет ответственность. Тем самым хозяйственный руководитель неизбежно оказывается в ситуации выбора: либо действовать исходя из интересов дела, но при этом нарушать некоторые правила хозяйствования, законы или руководящие установки, либо добиваться соблюдения и необходимого расширения своих прав и свободы действий.

В первом случае руководитель переходит на режим поддержки, то есть в положение человека, которому в любой момент могут быть предъявлены обвинения, но не предъявляются, пока он ведёт себя послушно. Поддержка – эта специфическая категория управления в условиях казарменного псевдосоциализма – есть форма беззакония, манипулирования законом, включения или отключения закона по усмотрению органов, осуществляющих командно-карательное управление.

Во втором случае хозяйственный руководитель оказывается в положении человека, не устраивающего органы реальной власти, не соответствующего их требованиям.

Имеются примеры, когда хозяйственный руководитель добивается тем или иным способом поддержки на уровне, более высоком, чем уровень непосредственно руководящих им отраслевых или местных органов. Тогда он и его трудовой коллектив оказываются в особо выгодном положении (по терминологии 30-40-х годов, «гремят на всю страну»), с них предлагается брать пример всем, хотя это заведомо невозможно.

Результатом описанного общественного положения хозяйственного руководителя является его социальная незащищенность, фактическая зависимость от вышестоящего руководителя (или органа). Спутником социальной незащищенности неизбежно оказывается социальная безответственность хозяйственного руководителя, то есть ответственность исключительно перед вышестоящим руководителем (или органом), а не перед обществом.

Смысл революционной перестройки системы управленческих отношений состоит в демократизации управления, восстановлении демократического централизма, сломе командно-карательного управления. Для хозяйственных руководителей это будет означать кардинальное изменение их общественного положения. Главная перемена – становление надежной социальной защищенности руководителя и его социальной ответственности. Ввиду их особой важности определим эти ключевые понятия.

Социальная защищенность есть система необходимых и достаточных гарантий со стороны общества и государства определенных законодательством прав и свобод. Применительно к хозяйственным руководителям как к социально-профессиональной группе социальная защищенность означает реальную, гарантированную действиями общества и государства возможность выполнять свои должностные обязанности в полном объеме на основе законных прав и свобод, защищаться от ущемления этих прав и свобод в судебном порядке. Судебная защита воплощает в себе равноправие, равенство перед законом управляющего и управляемого, что несовместимо с командно-карательными методами и формами руководства.

Социальная ответственность – ответственность перед обществом, перед народом. Применительно к хозяйственным руководителям как социально-профессиональной группе она означает неотвратимость ответственности за нарушение норм и правил хозяйствования, хозяйственного законодательства. Социальная ответственность несовместима с практикой «поддержки» как своеобразной амнистии, как бы выведения хозяйственного руководителя из зоны действия закона.

Кардинальная перемена в общественном положении хозяйственных руководителей, которая произойдет, если удастся восстановить демократический централизм, по-новому поставит и уже начинает ставить ряд привычных, казалось бы, вопросов. Рассмотрим некоторые из них, наиболее актуальные.

Вопрос первый. Взаимоотношения хозяйственного руководителя с трудовым коллективом в условиях демократизации. Опыт введения выборности руководителей поучителен. Он доказал неуместность попыток применить непосредственную, прямую выборность для руководителей всех уровней. Прямые выборы руководителя подчиненными уместны в тех случаях, когда руководитель трудится «на глазах» и каждый из подчиненных может компетентно судить о всем круге выполняемых руководителем функций. Пример таких случаев – бригадир и бригада. Но уже начальника цеха, руководителей отделов заводоуправления, руководителей предприятия и объединения немыслимо выбирать прямым голосованием всего состава подчиненных. В тех случаях, когда в 1986–1987 гг. выборы были не фарсом, трудовые коллективы превращали их по существу в конкурс программ действий и выбирали не руководителя, а по сути дела стратегию хозяйственного развития. Этим самым были доказаны зрелость трудовых коллективов, их высокая готовность к подлинной демократизации. Именно практика 1986–1987 гг. стала решающим аргументом в пользу отказа от примитивной демократии (прямого всеобщего голосования, которым легче манипулировать) и утверждения принципа выборности на конкурсной основе (за исключением выбора руководителей низовых трудовых коллективов).

Сейчас можно констатировать, что и на подбор руководителей распространился процесс демократизации. Правда, сделаны лишь пробные шаги, не подкрепленные изменениями взаимоотношений с вышестоящими органами. По действующему закону, избранный руководитель утверждается вышестоящим органом, который может и не утвердить избранника. При этом обязанность неутвердившего – всего лишь объяснить трудовому коллективу причину неутверждения. Не предусмотрена судебная защита от необоснованного неутверждения. Процедура утверждения без права судебной защиты есть не что иное, как смягченная форма недемократичности подбора кадров хозяйственных руководителей. Такой процедурой хозяйственный руководитель в ещё большей мере, чем прежде, ставится в двойственное положение. Он должен поладить и с трудовым коллективом, и с вышестоящими инстанциями. Если коллектив становится требовательнее к соблюдению прав трудящихся и правил хозяйствования, а вышестоящие органы задерживаются с перестройкой своих методов работы, то можно ожидать тенденции отказа от должностей хозяйственных руководителей, нежелания идти на эти должности. Тем самым тормозится приток способных кадров на ключевые роли в хозяйстве, возможно качественное ухудшение состава руководителей.

Укрепление законности и правопорядка обостряет проблему соблюдения на предприятиях трудовых прав. Сейчас имеют место частые нарушения КЗоТ, особенно относительно ограничения сверхурочных работ, порядка увольнения, перетарификации, отвлечений в порядке шефской помощи и т. п. Профсоюзы пока не перестроились, и это как бы спасает руководителей. Однако в обстановке демократизации положение постепенно изменится. Следует загодя подготовиться к возможным конфликтам, приведя деятельность администрации в строгое соответствие с законами. К началу забастовочного движения это не было сделано, и немало руководителей попало в сложное положение. Теперь возникли новые рабочкомы, забасткомы и независимые профсоюзы. Создается новая ситуация.

Наконец, советы трудовых коллективов воспринимаются сейчас многими хозяйственными руководителями как покушение на полноту их прав и свобод, как ненужное осложнение в работе, как подрыв принципа единоначалия. Приходится констатировать, что многие руководители не способны пока увидеть и извлечь огромную помощь, которую им может предоставить деятельность советов трудовых коллективов. С правильной постановкой работы этих советов в значительной мере может быть связано формирование системы социальной защищенности и социальной ответственности хозяйственного руководителя.

Отмеченные проблемы не остались незамеченными. Правительство СССР признало свои ошибки в регулировании взаимоотношений руководителя и коллектива, в том числе и в вопросе выборности директоров. Но оно внесло законопроект, убивающий, на мой взгляд, как раз здоровые ростки демократизма, пробившиеся в первые годы перестройки[10]10
  Рыжков Н.И. Стратегии углубления экономической реформы – новую законодательную основу. – Правда, 1989, 3 октября.


[Закрыть]
. Смею надеяться, что народные депутаты не дадут повернуть вспять процесс демократизации на производстве.

Вопрос второй. Взаимоотношения хозяйственных руководителей с вышестоящими органами. В 1986–1987 гг. местные партийные и центральные хозяйственные органы проявляли бездеятельность, пассивность в делах перестройки. Лозунги демократизации, развития самоуправления стали интерпретировать как курс на самоустранение от выполнения функций, возложенных на руководящие органы. Стала складываться своего рода доктрина «отделения предприятия от государства». Такая позиция вышестоящих органов вредит делу, ибо оборачивается промедлением в решении ряда назревших и обострившихся общехозяйственных и социально-политических вопросов. Общественная среда функционирования предприятий создаётся не предприятиями, а руководящими органами. Есть большая опасность, что повторится ситуация реформы 1960-х годов, которая была сорвана исключительно бездеятельностью, консервативностью вышестоящих органов управления.

Сегодня главная битва за перестройку хозяйствования ведётся на поприще признания закона верховным регулятором в хозяйстве и в обществе. К сожалению, задерживаются общедемократические реформы, а командно-карательный стиль получает новые формы своего развертывания. В среде хозяйственных руководителей сосуществуют настроения демократизации и укрепления командных методов руководства. Все ещё силён и ощутим конфликт между служебными обязанностями, правами и свободами и партийной дисциплиной. Такой конфликт означает противоречивость процессов перестройки, но его надо разрешать, а не углублять. Движение должно идти в сторону единоначалия в рамках законов и правил хозяйствования, партийные органы призваны сами стать застрельщиками отказа от командно-карательных методов. Вместо этого они освоили новую схему сохранения своего приоритета перед законом. В обстановке слабой работы правительственного центра партийные органы (вместо того, чтобы заняться налаживанием работы исполнительных органов) объявляют острую проблему дефицита мыла, порошка и т. п. политической проблемой и начинают решать её, как принято говорить, политическими методами, то есть так, как бывало прежде.

Весьма существенную помощь в противостоянии командно-карательным методам могут оказать советы трудовых коллективов (СТК). Их решения в пределах установленных законом полномочий обязательны для хозяйственных руководителей. Настаивая на выполнении своих решений, СТК должен делать это не чисто формально, а разбираться в мотивах поведения хозяйственного руководителя. Если вышестоящие органы оказывают нажим на руководителя, СТК может и должен вставать на защиту, требовать управы на бюрократа или на чинящего произвол, подталкивающего хозяйственного руководителя к нарушениям.

Вопрос третий. Профессиональная честь хозяйственного руководителя и ее защита. Из сказанного выше следует, что общественное положение хозяйственного руководителя весьма сложно, неустойчиво, чревато несправедливым к нему отношением, непониманием подчиненными всей сложности реального положения. Права руководителя как человека и профессионала особенно часто нарушаются в процессе назначения (утверждения при избрании) и «снятия» с работы.

Гласность – если это, конечно, не тенденциозное, а правдивое информирование масс о положении дел – помогает осознанию обществом проблем хозяйственных руководителей. Следует напомнить, что в 1986 г. средства массовой информации, особенно телевидение, пытались представить директоров в роли консерваторов и ретроградов, не понимающих даже того, что понимает любой рабочий. Это был период подталкивания масс к примитивной демократии. Он миновал благодаря зрелости масс.

Учеными высказан ряд ценных идей относительно первых шагов по пути к созданию надежной социальной защиты профессиональной чести хозяйственных руководителей. Отметим лишь некоторые из них:

– необходимо законодательно регулировать взаимоотношения трудового коллектива и руководителя. При выборности правильно было бы ввести заключение трудового договора руководителя с избравшим его коллективом, в котором оговаривались бы конкретно права, обязанности и формы ответственности договаривающихся сторон. Надо создать руководителю возможность доказать (в том числе и в судебном порядке) свое соответствие должности в случае, если претензии коллектива субъективны, необоснованны;



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16