Борис Миронов.

Ура-путинизм. Кто толкает Россию к гражданской войне



скачать книгу бесплатно

Еще один «советник» новоизбранного Президента Путина – Владимир Потанин, хоть и без уголовного комсомольского прошлого, а такой же мошенник. Широкую огласку получила история с покупкой Потаниным за бесценок контрольного пакета акций РАО «Норильский никель», производящего всю российскую платину, кобальт и никель. Владельцем богатейшего, одного из самых прибыльных производств России стал потанинский ОНЭКСИМ-банк, опередивший своего близнеца – банк «МФК» (одни и те же учредители) и никому неизвестное ООО «Реола», которое было готово выложить за РАО «Норильский никель» 170 миллионов долларов. Вскоре выяснилось, что учредитель общества «Реола» житель подмосковного села Алабушево Рашид Исматулин – безработный, пропивающий гроши материнской пенсии. Но ведь сумел этот забулдыга внести задаток в 23 миллиарда рублей на право участия в аукционе и предложить за «Норильский никель» всего на 100 тысяч долларов меньше победителя аукциона. Ничего себе алкаш! готовый выложить 170 миллионов долларов за «Норильский никель», хотя что это такое и где это находится представления не имеет… Следователям МВД не составило труда выявить всю мошенническую цепочку подставных лиц, «заимствованных» паспортов, фирм-однодневок для участия в залоговом аукционе, чтобы создать правдоподобие законности продажи. Документы из МВД ушли в Генеральную прокуратуру для внесения протеста в арбитражный суд о признании залогового аукциона по «Норильскому никелю» незаконным. Основание протеста: за всеми участниками аукциона стояло одно и то же физическое лицо – Владимир Потанин. Если бы суд признал, что число участников было менее двух, то результаты аукциона по продаже флагмана мировой металлургической промышленности отменили бы. Но приближались президентские выборы 1996 года и команде Ельцина нужны были большие деньги, не важно от кого они, не важно чистые они или грязные… Президент Ельцин разом отмывал и людей, и деньги… Новый Президент Путин сделал вид, что ему достались уже «чистые»… Бывшим советским фарцовщикам и карточным шулерам, кооператорам-мошенникам и комсомольцам-сутенерам, как они не тщились, не удалось убедить мир в том, что они стали цветом нации, это только Президент России Путин признал их таковыми. И что тому причина: родство душ? сходство биографий? – чего гадать, одно очевидно: Путин вершил строительство абсолютно криминального государства. Одного не пойму, на что опирается русский человек, когда связывает с Путиным свои надежды на оздоровление, укрепление России?

Роковым образом определили мы судьбу России в президентские выборы 2000-го года, не прервав сокрушающего Россию, уничтожающего Россию горбачевско-ельцинского правления, выбрали себе в Президенты человека, не просто продолжающего гибельное дело Горбачева-Ельцина, но лично последним и рекомендованного стране. Удивительно! уму непостижимо!: роковой для России Ельцин, при общем вздохе облегчения, наконец-то! покидает политический Олимп, своей мертвеющей беспалой дланью тычет в никому не известного, блеклого, как моль, зато алчного и жестокого, как хорь, с замороженными глазами Путина, кажет на того, кому он, Ельцин, убийца русского народа, разрушитель России, крестный отец грабящей и убивающей страну еврейской мафии, доверяет больше, чем кому-либо, и мы, сполна хлебнувшие при Ельцине государственного разорения, национального унижения и позора, еще при жизни ощутившие зловонное и смертоносное жуткое дыхание ада, – избираем любимца Ельцина, преемника Ельцина на владычествующий престол.

Однако не сам по себе страшен Путин России, он пришел не сам и уйдет не сам, он страшен тем, что стоящий за ним, тот самый кукловод, на лохматую руку которого напялен Путин, убедился в собственном всесилии приводить к власти в России любого, кого он захочет, самого пустого, самого зряшного, самого ничтожного, и примет его русский народ, и будет возвеличивать его, будет искать и находить в нем то, чего в нем отродясь не бывало, как ищут и находят русские люди в Путине патриотизм.

А потому после удачных экспериментов с путиными, чубайсами, и мало не оглядываясь на мнение народа, даже не скашивая глаз в его сторону, на ключевые государственные позиции расставляют открытых врагов России, ее ненавистников, ее грабителей, ее губителей. А наполненный энергией идиотского исполнения своего гражданского, патриотического долга – голосовать, продолжающий верить, что выборы – это и есть фронт борьбы за Россию, русский человек, по теле-радио-газетному наущению предпочитающий отныне вилам, топору и оружию лишь избирательный бюллетень, так и не может понять, что он не бюллетень в избирательную урну бросает, это он бросает горсть земли в могилу России, в могилу русского народа, в собственную могилу. И даже на краю бездны страх сковывает ему руки, чтобы сменить избирательный обманный бюллетень на русскую дубину.

* * *

Это написано давно, 12 лет назад, в 2002 году напечатано в книжке «Путин и его команда. Пожирающие Россию» под недовольное бурчание многих, не надо, мол, спешить с оценками, мало ли у кого что в жизни случается, судить надо человека по делам теперешним, а не по тому, что было у него когда-то, да и наговоров хватает… Поверить, что Путин мог оговорить себя в своей же собственной, да еще предвыборной исповеди, а в газетах сплошь фальшак из сфабрикованных против него еще в Ленинграде уголовных дел?.. Ладно, время покажет.

Через два года после моей публикации «Путин и его команда. Пожирающие Россию» вышла книга путинского сослуживца по дрезденской разведгруппе Владимира Усольцева, обильно насыщенная фотографиями, книга так и называется «Сослуживец» (издательство «Эксмо», 2004 год). С искренней, как мне показалось, симпатией к Путину, автор жестко, нелецеприятно отзывается о самой работе в Дрездене, которой им приходилось заниматься, давая нам возможность понять, наконец, чем же занимался в Дрездене Путин, в каком котле варился, какая среда его формировала. «Вся наша деятельность, – пишет Владимир Усольцов, – была элементом всеобщей профанации, поразившей страну сверху донизу и снизу доверху… Если быть честным, то это была видимость разведработы, игра в разведку. Если бы какой-нибудь американский шпион проник в оперсостав КГБ и попал бы в какую-нибудь разведгруппу в ГДР, он был бы несказанно изумлен тем, что грозный КГБ на самом деле играет в бирюльки… В Первом главном управлении (ПГУ) КГБ, попросту – в разведке, работа в Представительстве в ГДР считалась совершенно непрестижным делом… Его справедливо называли «кадровым отстойником»… От таких командировок отбивались многие… Работали и оправдывали свое существование не столько работой против «главного противника» – НАТО, сколько по становящемуся все более независимым союзнику – хоннекеровской ГДР. Сбор информации о СЕПГ, о настроениях населения ГДР был одновременно и главным делом, и побочным пустяком. Трудностей эта работа не представляла».

Но более интересны штрихи к портрету Путина, что рассыпаны по книге Усольцева. Вот он рассказывает своему сослуживцу или, как он иногда называет Путина, «сокамернику» – они сидели в одном кабинете, историю своего годичного обучения в Краснознаменном институте, «где мои, – пишет Усольцев, – особо бдительные сотоварищи подняли вопрос о моем политическом облике. Я наивно полагал, что в своем кругу я могу высказывать свою точку зрения открыто. Я ее и высказывал без малейшего стеснения.

Такая открытость была присуща оперсоставу Красноярского управления, где я отработал три года и набрался опыта контрразведчика. То, что было естественно в Сибири, в Москве оказалось немыслимым покушением на устои. Мои язвительные замечания относительно геронтократического характера нашего государственного устройства и возмущение существующим порядком вещей, когда партийные функционеры являются неприкасаемыми, будь они даже сверхпреступниками, стали предметом партийного разбирательства. Любопытным был его итог. Меня не изгнали из «органов» – не хотели признаваться в браке при приеме на учебу в святая святых, а просто сослали в Минск вместо штаб-квартиры в МАГАТЭ в Вене, где моя ученая степень физика была бы прекрасным прикрытием». В Дрезден Усольцев попал из Минска, когда «надо было заткнуть брешь в Дрезденской разведгруппе после энергичного отказа от такой командировки моего сослуживца из Минска с «волосатыми руками». Тот сослуживец воспринял предложение поехать в Дрезден как оскорбление. Минск, где сидел его тесть-министр, представлялся ему гораздо плодоноснее для карьерного роста». Вот это все Усольцев излагает Путину, продолжая злиться «при воспоминании о лицемерах, пытавшихся на своей «бдительности» подзаработать карьерные очки», и не согласный «с необходимостью скрывать свои настроения в своем же кругу: «Какая мы после этого к черту разведка – пауки в банке и только!». И что же Путин Усольцеву в ответ? «Не думай о человечестве, а думай о себе. Что хорошего ты сделал для своей семьи своей провинциальной откровенностью? Нам не дано ничего изменить, и жить нужно для себя». «Этим Володя, – пишет Усольцев, – раскрыл свою истинную позицию», тут же добавляя: «Это, надо признаться, уже было и моей позицией» (Владимир Усольцев «Сослуживец», М., «Эксмо», 2004 год).

А теперь прикиньте, как велико число ключевых постов в наиважнейших государственных структурах, в первую очередь контролирующих финансовые потоки, занятых или сослуживцами Путина, или выходцами из его родных структур. Конечно, нам не дано узнать их откровенные жизненные позиции, но если судить по результатам их деятельности, – по наглому, циничному разграблению России, личной многомиллиардной наживе – они с Путиным единомышленники. Может Путин и подбирает их по общности жизненных принципов «жить для себя». Они все и живут для себя, потеряв уже, ладно, стыд и совесть, они их потеряли на прежнем месте службы, но они просто здравый смысл, инстинкт самосохранения потеряли, хапая миллиарды, вилы, дворцы, яхты, самолеты, придумывая такие законы, по которым они неподсудны. В связи с этим меня поразил интересный момент, проскользнувший в рассказе Усольцева: «Никита Сергеевич Хрущев, узнав, что валютчики не расстреляны, потому что их преступление по действовавшему уголовному закону могло быть наказано только «посадкой», рассвирепел и велел переписать закон, а валютчиков расстрелять. Так и стало». Потрясающая реакция Путина!: «Володя разволновался: «Ведь эти валютчики пошли на преступление, зная, что в худшем случае они отсидят по десять лет, и это они принимали в расчет. Если бы они знали, что получат «вышку», они бы, возможно, на дело и не пошли. Государство их просто обмануло!». Перечитайте только что процитированное мною еще раз. Да у Путина точно переполюсовка в голове. Государство, расправившееся со своими грабителями жестко и жестоко, чтоб другим неповадно было, оказывается, их обмануло! Не преступниками возмущается страж страны, призванный служить государственной безопасности, он возмущается государством, которое защитило себя от разграбления! Не это ли первопричина принятых ручной путинской Думой таких законов, при которых награбленные у России, прикарманенные сворой путинских друзей общенародные богатства уже не вернуть? Не это ли первопричина многолетнего сопротивления путинской Думы возвращению в Уголовный кодекс полномасштабной конфискации наворованного? Неужели у этих зарвавшихся ворюг не хватает здравого смысла, что мерить их преступления будут не их фальшивыми законами, а другой мерой – по справедливости, и тогда, интересная спираль времени! Путин вновь возопит, что государство их обмануло. Теперь уже и его лично.

«Большой мир с большой политикой, к которой мы имели некоторое косвенное отношение, Володю особо не занимал, – признает Владимир Усольцев. – Намного важнее для него была семья. Он как-то особенно нежно и предупредительно относился к своей молодой жене Люде и самозабвенно любил маленькую дочурку Машеньку. Вскоре после прибытия в Дрезден в семействе Путиных родилась вторая дочка, Катенька… Мой младший сын, благодаря посещению немецкого детского сада, стал двуязычным. И Володя такую универсальную возможность не хотел упускать. Как-то Володя пришел на работу сияющий: «Послушайте, Машенька уже заговорила по-немецки, вчера заявила: «Alles maine!» («Все – мое»). Вскоре обе его дочки общались друг с другом только по-немецки» (Владимир Усольцев «Сослуживец», М., «Эксмо», 2004 год).

Вот это «Alles maine!» в психологии самого Путина с младых лет и это психология такого «maine», что даже с родителями не желал делиться, все себе любимому, как в истории с деньгами из стройотряда, прогулянными им в Гаграх, так и с «Запорожцем», способным облегчить жизнь матери, снять с нее ярмо, но доставшийся Вовочке для куража. «Так решили родители». Но ты же не ясельного возраста, мог сказать свое твердое «нет». Если б захотел. Не захотел.

Владимир Усольцев сел за книгу своих воспоминаний о сослуживце Путине, когда Путин только-только входил во власть, и никто еще не мог даже предположить, какого невиданного размаха достигнет в России при Путине воровство, мздоимство, казнокрадство, сребролюбие, когда вся роскошь пойдет напоказ, никто никого стесняться не станет. Поразительное дело, но это есть в книге «Сослуживец», когда майор Путин рассуждает о частной собственности, наследстве и Отечестве. «Каждый из нас стремится иметь в собственности самые ценные для себя вещи», – убежденно говорил Путин. «Самые правоверные коммунисты никогда не забывали и не забывают свои личные потребности, и они бывают у них очень даже не слабые. И частные фирмы работают всегда лучше государственных… А понимаешь ли ты, какую огромную роль в обществе играет право наследования?.. Если я знаю, что результаты моего труда не достанутся моим потомкам, как же я могу стараться реализовать мой потенциал? Я и буду тянуть лямку для видимости да пьянствовать, что мы и видим вокруг. Только то общество, где закон гарантирует передачу плодов труда потомкам, может обеспечить человеческую гармонию. Ведь это же закон природы работать во имя своих потомков, а не во имя абстрактного общества.

Когда все стараются о себе, то и общество в целом процветает». Этот человек сегодня управляет нашей страной, так чего же удивляться, что все его друзья-кореша стали долларовыми миллиардерами, а 80 процентов населения страны прозябают в диапазоне от крайней нищеты до бедности.

И на тему коррупции у Володи Путина, как вспоминает Усольцев, была присказка, происходящая из байки о просителе, которую Путин любил повторять: «Приходит посетитель к чиновнику и подает заявление. Чиновник его принимает и говорит: «Надо ждать». Проситель ждет, регулярно навещает чиновника и всякий раз слышит: «Я же говорю вам русским языком: надо ждать». Через год хождений обескураженный проситель жалуется своему знакомому, весьма удачливому ходоку по присутственным местам, что у него простейшая просьба зависла на целый год. Знакомый удивляется:

– А в чем дело, что тебе там говорят?

– Надо ждать…

– Эх ты, балбес, тебе же ясно говорят – надо ж дать…»

(Владимир Усольцев «Сослуживец», М., «Эксмо», 2004 год).

Вот уж поистине: расскажи мне свой любимый анекдот, и я скажу кто ты.

Повторюсь, но очень важно подчеркнуть, что автор книги «Сослуживец» пишет о Володе Путине с искренней симпатией, они были дружны и откровенны, Усольцев, хоть и чуть старше Путина, но во многом ощущал его превосходство, принимал его лидирующее положение, и по сей день благодарен Путину за то, как легко, приятно, комфортно, с ним было работать, делить один кабинет без малейшего напряжения. Но вот детали… Оброненное Усольцевым порой вскользь, между прочим, а он старается прописать все, что сохранила память, тренированная память разведчика, дают нам возможность понять Путина сегодняшнего. Вот Путин говорит об академике Сахарове: «На то он и академик, что можно ему, то не подобает нам, сирым». Вот откуда чванство Путина ни с кем сегодня не считаться. Что позволено ему, то не подобает нам, сирым. Редчайший случай: все четыре фракции Государственной Думы, все, включая «Единую Россию», обращаются к Президенту Путину с просьбой убрать с министерского поста зарвавшегося министра образования и науки Ливанова, об этом же Путина просят академики, лауреаты Нобелевской премии, ученые, директора институтов, школ, а в ответ вельможно небрежное через губу: «Пусть работает». Плевать Путину на всех, потому что он – Президент, все остальные для него – «сирые», которым не подобает того, что позволено только ему. Это – психология, и психология Путина, прописанная в книге Усольцева, точно повторяет психологию Путина, прописанную им прежде самим в своей книге «От первого лица». Это меня и поразило больше всего, насколько психологически точно совпали эти два портрета Путина: портрет прописанный Усольцевым через штрихи, детали, даже любимые путинские анекдоты с автопортретом самого Путина.

«… Володя поясняет, что моряки загранплавания, которых в Ленинграде живет немало, давно уже списали нашу страну на свалку истории. Я изумленно вскидываю брови, а Володя продолжает: «При встрече где-нибудь в Сиднее наши моряки спрашивают друг друга:

– Ты куда идешь?

– Да вот за кофе в Эфиопию. А ты?

– А я возвращаюсь в страну дураков.

«Страна дураков» – иначе наша великая Родина между моряками и не именуется»… Мне виделось решение в наведении порядка, а Володя видел его в изменении системы. Нам надо перестать быть социалистической страной. Такой откровенности, – поясняет Усольцев, – хватило бы с лихвой, чтобы в лучшем случае с треском вылететь из КГБ. Но мы друг другу доверяли и могли быть вполне откровенными» (Владимир Усольцев «Сослуживец», М., «Эксмо», 2004, стр.188–189).

Сослуживец будущего Президента России подтверждает и то, что все у Путина сводилось к удовольствиям. Иллюстрацией приведу рассказ Усольцева о его командировке с Путиным в Чехию: «Володя, как и я, остался в восторге от Карловых Вар… Вечером первого же дня мы обнаружили большое оживление в грандиозном «Народном доме». Там проходило какое-то празднество, громко играл духовой оркестр. Мы решили попасть внутрь. Точнее, это Володя загорелся столь несбыточной, на мой взгляд, идеей. К моему удивлению, Володя очень быстро договорился с ужасно строгим швейцаром, сунув ему какую-то купюру… Просидели мы довольно долго… Я в конце концов почувствовал усталость, и мне все это, откровенно говоря, быстро наскучило. Но Володя был полон восторга. Он словно впитывал всеми своими порами развеселую атмосферу зала. «Вот как надо жить!.. Мы строим дурацкий коммунизм и губим сами себе жизнь в дурацких заботах», – Володя начал философствовать, слегка опьянев не столько от пива, сколько от бьющего фонтаном чужого праздника» (Владимир Усольцев «Сослуживец», М., «Эксмо», 2004, стр. 201).

При этом, как пишет Усольцев: «Володя серьезнее всех нас относился к службе и к данной им Присяге. Во многих дискуссиях он чаще других вспоминал, что мы – офицеры, давшие Присягу на верность Родине, и звучали его слова всегда искренне, без тени нарочитости. При всем его конформизме оставался в нем поэтический налет особенной гордости за цеховую принадлежность к защитникам Отечества» (Владимир Усольцев «Сослуживец», М., «Эксмо», 2004, стр. 220).

Усольцев избегает давать оценки своему сослуживцу, но нет-нет, да и проскочит у него прямое суждение о Путине: «Он скорее индивидуалист, чем коллективист. В этом нет ничего зазорного. На мой взгляд, это абсолютно естественное качество: будучи социальным существом, быть ориентированным прежде всего на себя… Главный нравственный императив Володи – следование закону. А закон должен соответствовать принципам Права. И коль в нашей стране до Права было далеко, Володя дал полную волю своим индивидуалистическим установкам: жить для семьи, для своих дочурок, извлекая из сложившейся ситуации оптиум. Когда все население России, особенно из так называемого «красного пояса», поймет, что думая прежде всего о себе, каждый принесет и себе, и обществу намного больше пользы, чем приносит, убиваясь «на благо общества»… У немцев есть ходовая поговорка, означающая жизненный принцип, – leben und leben lassen (жить самому и давать жить другим). Несомненно, этот принцип характерен и для Володи» (Владимир Усольцев «Сослуживец», М., «Эксмо», 2004, стр. 221).

Неожиданно Усольцев заявляет: «Володя не имел никаких признаков карьериста. Это был обычный трудяга-конформист, смирившийся с системой… Он вовсе не «гигант мысли» и не супермен. Он – обычный толковый, работящий, приятный человек. Уровень притязаний в карьере у Володи был вполне реалистичный. Он понимал, что никогда не станет генералом». Тогда как же Усольцев объясняет столь успешную дальнейшую карьеру своего сослуживца Путина? «Ну, а теперь читатель, наверное, согласится со мной, что такой симпатяга закономерно не оставил конкурентам из ближайшего ельцинского окружения ни малейших шансов в необъявленном соревновании за симпатии уходящего на покой Бориса Николаевича. Хоть и не был Володя выдающимся экономистом, юристом, социологом, он победил. Оказался самым симпатичным из единомышленников Ельцина» (Владимир Усольцев «Сослуживец», М., «Эксмо», 2004, стр. 230).

И все же почему из длинного ряда претендентов, означенных Ельциным своими преемниками, Немцова он даже публично представлял Маргарет Тэтчер в этом чине, спившийся вконец Борис Николаевич именно Путина короновал? Трудно не согласиться с Владимиром Усольцевым, что лидерство Путина определил в том числе и его талант нравиться начальству. Не только начальству, надо заметить. Очень многие, имевшие с Путиным встречи, им очарованы, и лишь единицы поняли почему. «Мы услышали от него то, что хотели услышать», – резюмировала такую встречу глава телекомпании «РЕН ТВ» Ирена Лесневская. Желание Путина понравиться публике особенно заметно на теле-шоу «Прямой линии» с народом.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8