Борис Коптелов.

Император Лициний на переломе эпох



скачать книгу бесплатно

Рецензент:

кандидат философских наук, профессор Московского института духовной культуры святых равноапостольных Кирилла и Мефодия

М. В. Бахтин

Введение

Для судьбы человечества особенно значимы отдельные этапы истории некоторых государств и народов. В полной мере это можно сказать о первой четверти IV века, важнейшем периоде жизни Римской империи. В то время происходили глобальные идеологические сдвиги, империя постепенно становилась христианской и отходила от традиций греко-римской полисной культуры, усиливалась абсолютизация императорской власти, осуществлялись реформы государственно-политического устройства, менялась внутренняя структура позднеримского общества. Все названные процессы сочетались с почти непрерывной борьбой за власть между различными правителями, которые были озабочены как личными интересами, так и отстаиванием единства государства, отражением вторжений извне, поиском более удачной формы политической организации империи.

Эту примечательную эпоху обычно связывают с именами ее крупнейших деятелей – Диоклетиана и Константина, их роль действительно была огромной, особенно у Константина, создавшего новую империю, основанную на союзе церкви и государства, на признании христианства ведущей идейной силой. Но надо иметь в виду, что в то время выдвинулись и другие правители, среди которых далеко не последнее место занимает император Лициний, известный как соправитель Константина и одновременно его опасный враг. Несмотря на заметную политическую роль Лициния, сумевшего захватить половину империи (Балканы и восточные провинции), в целом он остался малоизвестным в исторической науке и в широком круге людей, интересующихся позднеримской империей. Отчасти недостаточное внимание к Лицинию обусловлено тем, что более масштабная фигура Константина I Великого попросту затмила его соперника, а источники, освещающие правление Лициния, редко оказываются представительными. В то же время историческая роль Лициния не была малозначительной, и его деятельность заслуживает отдельного рассмотрения. Оценка событий его правления, вклада Лициния в преобразование общества и государства позволит более полно и адекватно представить себе историю Римской империи первой четверти IV века.

Источники. Обращаясь к изучению правления Лициния, необходимо учитывать специфику имеющихся данных, которые где-то помогают, а где-то препятствуют исследованию. Современные Лицинию письменные источники носят в значительной мере риторический, или панегирический, или обличительный характер. Христианско-богословское понимание правления Лициния выразил Евсевий, епископ Кесарии Палестинской (около 260 – около 340 г.) в «Церковной истории»[1]1
  Eusebius Pamphilus. The Ecclesiastical history.

Vol. 1–2. L., 1980; Евсевий Памфил. Церковная история. ?., 1993; Богословские труды. Сб. 26. М., 1985.


[Закрыть], освещавшей историю христианства до 324 г., и в биографическом панегирике «Жизнь Константина»[2]2
  Евсевий Памфил. Жизнь блаженного василевса Константина. М… 1998.


[Закрыть]
. Первый труд отражает эволюцию отношения автора к религиозной политике Лициния – от апологетического к негативному. У Евсевия в основе исторических событий лежит борьба Единого Бога с враждебным ему демоническим началом. Взаимоотношения Лициния с Богом – главная тема для христианского историка. В церковной истории приводятся тексты императорских эдиктов о христианах, проливающие свет на религиозную деятельность Лициния, информация о гонениях, ряд сведений о социально-экономической политике императора и о политической борьбе – его отношениях и войнах с Максимином и Константином I. Находясь в провинции, Евсевий был слабо осведомлен о дворцовой жизни, отчасти этим объясняется проявляющиеся обобщенность и умозрительность его информации. «Жизнь Константина» – труд, созданный незадолго до смерти епископа; он повторяет в целом обличительный раздел о Лицинии в «Церковной истории», но содержит ряд дополнительных нюансов о его религиозной политике. Несмотря на многочисленные недостатки, труды Евсевия сохраняют значение как существенный источник, дающий сведения о разных сторонах правления императора.

Лактанций (? – после 317 г.), крупнейший нецерковный историк своего времени, имел риторское образование, пройдя обучение у известного северо-африканского преподавателя Арнобия. В начале IV века он перешел в христианскую веру и использовал свои навыки для полемики с язычниками. Его главный исторический труд «О смертях преследователей» («De mortibus persecutonim»[3]3
  Lactantius. De mortibus persecutorum. Oxford, 1984; Лактанций. О смертях преследователей. СПб., 1998.


[Закрыть]
), посвященный событиям 305–313 годов, был написан в Никомедии после завоевания этого города Лицинием и отражает торжество христианской интеллигенции в связи с концом гонений. Особенность Лактанция – в более глубоком по сравнению с Евсевием знании политических событий, хотя в исторической науке его сведения о тетрархах подвергаются критике за различные преувеличения и искажения[4]4
  Kolb F. Diocletian und die Erste Tetrarchie. Berlin; New York, 1987. P. 131–139; Cullhed M. Conservator urbis suae. Stockholm, 1994. P. 19–23.


[Закрыть]
. Тем не менее он дает представления о политической эволюции Лициния и о его религиозной политике до 314 года.

Оба эти историка, Евсевий и Лактанций, отражают изменения в положении христианского общества – их критика враждебной христианам власти ведется не с узких социальных позиций, а «от лица» широких слоев общества.

Наиболее запутанный источник, хронологически близкий изучаемому времени, – жизнеописание «Трех Гордианов» Юлия Капитолина, одного из так называемых SHA[5]5
  О SHA см.: Штаерман E. M. SHA как исторический источник // ВДИ. № 1. 1957. С. 233–245.


[Закрыть]
. Дата написания этого произведения, – по-видимому, период единоличного правления Константина I, то есть 325–337 годы. Автор, возможно работающий под псевдонимом, преследовал, как можно предположить, неявно выраженную цель осмысления правления Гордиана III в духе угодном Константину и со скрытой аналогией по отношению к Константину и Лицинию. Делать выводы о полноте и достоверности столь сложного источника невозможно.

Правления Лициния слабо касаются галльские панегирики[6]6
  О галльских панегириках см.: Шабага И. Ю. Славься, император! М., 1997.


[Закрыть]
. Незначительные сведения об императоре содержатся у анонимного автора, чей панегирик датирован концом лета – началом осени 313 года, и у Назария Бурдигальского (321 г.). В них отсутствуют прямые упоминания о Лицинии, информация носит завуалированный характер, но касается проблемы отношений Константина и Лициния. Панегирики написаны в консервативном языческом духе и, помимо прямой информации о последнем, доносят атмосферу времени, полного культа монархии и тенденциозности.

У Элия Лампридия[7]7
  О нем см.: Штаермап Е. М. SHA как исторический источник // ВДИ. № 1. 1957; The Scriptores Historiae Augustae. L.; Cambridge, 1967.


[Закрыть]
, по-видимому, современника Константина, в жизнеописании Антонина Гелиогабала есть в чистом виде оценка Лициния, без какого-либо фактического содержания[8]8
  Virtus Licinii – (Ael. Lampridius. Anton. Geliogabalus, XXXV, 6).


[Закрыть]
. Несмотря на очевидные симпатии автора к Константину, он положительно высказывается о его сопернике.

Ряд сведений о Лицинии содержится у Аврелия Виктора в труде «О цезарях»[9]9
  Sexti Aurelii Victoris Liber de Caesaribus. Leipzig, 1911.


[Закрыть]
, посвященном императорам от Августа до Констанция II, и в «Эпитоме»[10]10
  Epitome de Caesaribus. Lipsiae, 1961.


[Закрыть]
(доведенной до Феодосия I) неизвестного историка, ложно приписываемой Аврелию Виктору. Он, впервые отличившийся при Юлиане Отступнике и достигший в 388–389 годах префектуры в Риме, выражал взгляды образованного высшего римского чиновничества, осуждающего репрессивную политику императоров по отношению, в частности, к культурным слоям общества. Информация о Лицинии скудна. Дается краткая и путаная событийная канва, и осуждаются проявления террора. Значение «Эпитомы» более весомое, несмотря на искаженную обрисовку военно-политических событий. В этом сочинении содержится единственная компактная оценочная характеристика Лициния и некоторых принципов его внутренней политики. При этом присутствует элемент скрытого сравнения с кем-то из императоров второй половины IV века, сравнения – отчасти в пользу Лициния. Идеологическая позиция автора «Эпитомы» сходна с позицией Аврелия Виктора. Примерно к тому же времени относится «Бревиарий» Евтропия, секретаря Валента II. В сочинении сжато освещается вся римская история до 364 года нашей эры. В этом источнике есть краткие, но важные сведения о ранних годах карьеры Лициния и в определенной мере о его войнах с Константином. Евтропий, относясь к последнему с известной долей критики, в то же время демонстрирует неопределенное отношение к Лицинию, упоминая лишь о его энергии в войне с персами 296–298 годов.

У Аммиана Марцеллина (около 330–400 гг.) в «Деяниях»[11]11
  Аммиан Марцеллин. Римская история. СПб., 1994


[Закрыть]
информация о Лицинии заключается в одном-двух значимых сообщениях, но это наиболее обстоятельный источник по истории IV века в целом, позволяющий лучше оценивать и время Лициния.

Сведения о влиянии языческих философов на императора сообщает оратор Гимерий (IV в.)», хотя его данные лишь условно и неточно относятся к Лицинию[12]12
  Рассказ Гимерия о философе Гермогене (Himerius. Or. XIV. 18, 28–30) привязан к правлению Лициния Ф. Милларом. (см.: Millar F. The emperor in the Roman World. 1977. P. 100–101). Гермоген состоял при дворе императора, в котором Миллар с неуверенностью видит Лициния. Это предположение кажется допустимым.


[Закрыть]
.

Евнапий Сардский и Зосим представляют наиболее последовательное языческое направление в источниках о Лицинии. Первый, живший около 346–414 годов, был философом-софистом, обучавшимся в Афинах, и крайне негативно относился к христианизации Римской империи. Его «Всеобщая история» в 14-ти книгах, охватывающая период 270–404 годов, не сохранилась, но на ней основывал свои труд Зосим[13]13
  Zosimus. Histoire Nouvelle. Т. I. Paris, 1971.


[Закрыть]
, византийский историк, адвокат фиска при Анастасии I (конец V – начало VI века). Евнапий служил источником для Зосима при описании событий времени нахождения у власти Лициния. Внутренняя история правления императора у Зосима осталась без внимания. В основном даются военные описания с тактическими и топографическими деталями, Зосим часто критикуется за неточности и сомнительные данные[14]14
  Cullhed М. Op. cit. Р. 87.


[Закрыть]
. Описания междоусобной войны служат для неблаговидной оценки Константина как вероломного и агрессивного деятеля. Лициний выступает как коллега Константина в разрушении язычества и одновременно как жертва честолюбия западного правителя. Сохранившееся сочинение Евнапия «Жизни философов и софистов»[15]15
  Римские историки IV века. М., 1997. С. 227–294.


[Закрыть]
охватывает период – конец III – весь IV век и включает некоторые сведения о положении интеллектуальных слоев общества в Восточных провинциях под властью Лициния.

Из поздних источников прохристианской, но не богословской ориентации наиболее значим Аноним Валезия, которому принадлежит «Origo Constantini imperatoris»[16]16
  Anonymus Valesii. Fragmenta historica ab Henrico et Hadriano Valesio primum edita. Citta di Castello, 1913.


[Закрыть]
– краткая и непритязательная биография Константина. Хронологически этот латиноязычный памятник принадлежит вероятно к V веку, так как упомянуты Юлиан Отступник и без называния имен те, кто правил после него. Религиозным аспектам царствования Лициния уделено минимальное внимание и в чисто евсевианском стиле. У Анонима Валезия содержатся нигде более не встречающиеся сведения о придворной борьбе (заговор Сенециона и Бассиана), междоусобных войнах Лициния и Константина, отношениях первого с варварами. Хронологически эти данные относятся к периоду после 313 года, что позволяет конкретизировать неопределенность сообщений Евсевия. Социально-экономические данные у Анонима полностью отсутствуют. Источник отличается неполнотой и отрывочностью, в частности, война Лициния и Максимина в 313 году осталась даже без упоминания.

Другие поздние христианские источники в целом базируются на сочинении Евсевия, в них есть лишь отдельные дополнительные сведения религиозного и политического характера. Это относится к Сократу Схоластику[17]17
  Сократ Схоластик. Церковная история. М., 1996.


[Закрыть]
(V век), пересказавшему официальную версию причин смерти Лициния, а также к Сульпицию Северу, Феодориту Кирскому, Орозию, Филосторгию и Созомену.

Из самых поздних источников сохранились труд Иордана, упоминающий об отношениях Лициния с готами[18]18
  Иордан. О происхождении и деяниях гетов. СПб., 1997.


[Закрыть]
, и сочинение «Об управлении империей» Константина Багрянородного (X век)[19]19
  Константин Багрянородный. Об управлении империей. М., 1996.


[Закрыть]
. Содержащийся в последнем материал касается, вероятно, отношений Лициния с Херсонесом, но выглядит ненадежным и тенденциозным, так как пропитан идеей возвеличивания причерноморского города. Однако некоторые ученые склонны доверять ряду сообщений Константина Багрянородного[20]20
  Сапрыкин С. Ю. Эллинские города и государства Западного и Северного Причерноморья в эпоху Римской империи // История Европы. Т. I. М., 1988. С. 628.


[Закрыть]
.

Кроме того, заслуживает внимания агиографическая литература, которая составлялась значительно позднее изображаемых событий, но отражала реальные события; особенно ценны некоторые acta martyrum.

Среди источников о правлении императора надо также отметить эпиграфические материалы[21]21
  См.: Dessau Н. Inscriptiones latinae selectae. V. 1–3. Berolini, 1954–1955; Gr?newald Th. Constantinus Maximus Augustus. Stuttgart, 1990.


[Закрыть]
. В них содержатся некоторые данные о строительной и военной деятельности при Лицинии, о титулатуре, должностях, отчасти об идеологической политике.

Определенное значение имеют нумизматические данные, дающие сведения о экономической и религиозно-идеологической политике Лициния.

Кроме того, существуют некоторые правовые документы, оставшиеся в кодексе Феодосия от времени царствования Лициния, позволяющие лучше понять социальную ориентацию императора.

Специальная историография, посвященная Лицинию, невелика и представлена исключительно статьями. Но во многих трудах о поздней Римской империи его имя фигурирует, и даются некоторые оценки его личности и деятельности. Э. Гиббон называл его «бесчеловечным тираном»[22]22
  Гиббон 3. История упадка и крушения Римской империи. М., 1994. С. 97.


[Закрыть]
, раболепным в трудные минуты жизни, обладающим определенными военными способностями. В целом император для Гиббона служил одним из показательных примеров упадка римских нравов. Точка зрения английского автора, никем не скорректированная, продолжает сохранять свое значение. Р. Парибени взглянул на Лициния с другой стороны. Он считал зятя Константина медлительным, осторожным, старомодным политиком, мало пригодным для занятия ведущего места в государстве, с очень узкими, главным образом военными, способностями. Лициний, по мнению ученого, был в силу своей анахроничности обречен испытывать неудачи в государственной деятельности[23]23
  РаггЪепг R. Storia di Roma (Da Diocleziano alia caduta dell’Impero d’Occidente). Vol. VIII. Bologna, 1941. P. 78.


[Закрыть]
. Недостатки позиции Р. Парибени – в отсутствии необходимых обоснований его выводов.

Видное место занимает историография о соправителях, прежде всего о Константине I, или правящих современниках Лициния; отчасти изучается и деятельность последнего. Я. Буркхардт[24]24
  Burckharadt J. Die zeit Constantins des Grossen. Leipzig, 1898.


[Закрыть]
, критически подошедший к церковной традиции оценки личности Константина, этим внес изменения и в науку о Лицинии. Наибольшее значение имеет работа Т. Барнеса[25]25
  Barnes T. Constantine and Eusebius. L., 1981.


[Закрыть]
. В ней собран большой материал источников, уточнена хронология, освещены религиозная и социально-экономическая политика Лициния. Барнес считает религиозный фактор очень весомым для деятельности Лициния, многое в этой сфере связывая с влиянием Константина. Переход к вторичному антихристианскому курсу Лициния автор считает естественным, полагая, что «воинствующая» христианская идеология была чужда императору, стороннику компромисса между язычеством и христианством. Социально-экономическая политика Лициния слабо поддается восстановлению. По мнению ученого, в административном и законодательном отношениях деятельность Лициния во многом совпадала с мероприятиями Константина. Но поведение восточно-римского правителя было менее гибким, создавая ему непопулярность. Лициний, по мнению Барнеса, был посредственным государственным деятелем.

К работам того же профиля относится труд Р. Куллхеда[26]26
  Cullhed М. Conservator urbis suae. Stockholm, 1994.


[Закрыть]
о Максенции, где делается попытка развенчать фальсификации Лактанция и других античных авторов. Роль Лициния в политических событиях у М. Куллхеда трудно выявляема. Отдельным вопросам посвящены исследование Т. Грюневальда[27]27
  Gr?newald Th. Constantinus Maximus Augustus. Stuttgart, 1990.


[Закрыть]
, статьи В. Нери[28]28
  Neri V. Un miliario liciniano ad Aquileia: Ipotesi sui rapporti tra Constantino e Licinio prima del con-flitto del 314 // Rivista storica di antichita. 5. 1975. P. 79™ 109.


[Закрыть]
, В. Пикоцци[29]29
  Picozzi V. Una campagna di Licinio contro Massenzio nel 310 non attestata delle fonti letterarie // Num. Ant. Cl5. 1976. P. 267–275.


[Закрыть]
,

Р. Андреотти[30]30
  Andreotti R. L’Imperatore Licinio nella tradizione storiografica Latina // Hommages a 1’Herrmann. Collection Latomus 44. Brussels, 1960. P. 105–117.


[Закрыть]
, А. Арнальди[31]31
  Arnaldi A. Osservazioni sul convegno di Carnuntum // Memorie del Istituto Lombardo. 35. 1975. P. 217–238.


[Закрыть]
и др. Проблема хронологии междоусобной войны Лициния и Константина рассматривалась в ряде небольших публикаций, в частности у П. Нестолы[32]32
  Nestola P. Alle radici del medioevo: il Bellum Cibalense. Pre-testi. 2004 (интернет-статья).


[Закрыть]
.

Существенное место в науке уделялось религиозным проблемам правления Лициния. Основоположник изучения гонений, осуществляемых правителем, Ф. Геррес[33]33
  Gorres F. Kritische Untersuchungen ?ber die licinianische Christenverfolgung. Ein Beitrag zur Kritik der Martyreracten. Jena, 1875.


[Закрыть]
анализировал агиографическую литературу. А. П. Лебедев[34]34
  Лебедев А. П. Эпоха гонений на христиан. М., 1994.


[Закрыть]
строил свое исследование на критическом рассмотрении данных Евсевия. Выводы о масштабах гонений и о позиции Лициния оказались противоречивыми. Попытку дать новое объяснение религиозной политики Лициния сделал А. Д. Рудоквас[35]35
  Рудоквас А. Д. Вопрос о так называемых «гонениях» Лициния и политическая сторона арианского раскола // Античное общество: проблемы политической истории. СПБ., 1997. С. 135–146.


[Закрыть]
, использовавший в качестве исходной точки идею Б. Дюрюи о большей роли внутрицерковных обстоятельств в судьбе христиан при Лицинии. А. Д. Рудоквас предложил более политизированный подход к изучению религиозной ситуации в Восточных провинциях, подвластных Лицинию. Исследователь склонен заменить понятия «арианской раскол» и «ариане» на «евсевианский раскол» и «евсевиане», мотивируя это тем, что противостоящие друг другу епископские партии к 324 – 325-му годам еще четко не осознавали свои догматические разногласия и руководствовались соображениями, мало связанными с религией. Привычное для науки понятие «гонения Лициния» рассматривается как борьба Евсевия Никомедийского со своими оппонентами. Роль императора в этих событиях, по мнению автора статьи, состояла в том, что он «целенаправленно взращивал» евсевианскую группировку, стремился расколоть церковь на западную и восточную и избавить подвластную ему политически Восточную церковь от неугодных императорской власти или Евсевию вождей христиан. Обращаясь к анализу религиозных воззрений императора, автор придерживается мнения о примитивном многоверии Лициния, признающего и Христа и языческих богов, но предпочитающего последних.

В новейшей «Истории христианской церкви»[36]36
  История христианской церкви (до 1054 года) / Под общ. ред. М.В. Бахтина. М., 2007. С. 181–182.


[Закрыть]
, в основе которой лежит труд Е.И. Смирнова 1915 года, отмечается, что Лициний не был расположен к христианам, но из «обыкновенного чувства справедливости» издал эдикт в их пользу, а затем устроил гонение, движимый политическими мотивами.

Во всех работах о религиозной деятельности Лициния есть значительные пробелы. Авторы охватывают лишь последний, гонительный, этап правления Лициния. Исследования строятся на сомнительных или недостаточных источниках. Неясна связь религиозного курса Лициния с социальной, экономической и политической ситуацией того времени.

Таким образом, можно утверждать, что исследователями проделана большая работа: собраны сведения, уточняющие хронологию, создано общее представление о раннем доминате. Но все еще остаются непроясненными существенные стороны правления Лициния в ситуации слома исторических эпох и перехода государства от язычества к христианству.

Глава первая
Возвышение Лициния

1. Ранние годы жизни. Начальный этап правления

Внутренняя ситуация в империи к началу IV века была очень непростой. Общеизвестно, что с 284 года пришедший к власти Диоклетиан положил конец кризису III века и утвердил новую политическую систему – доминат, монархию, в которой прежние полисно-республиканские традиции практически исчезли, и роль верховного правителя была до крайности усилена. Это время можно считать эпохой перелома в жизни Римского государства. Диоклетиан правил в условиях постоянных смут и восстаний, и даже к 305 году, когда он решил отречься от власти, перспективы возникновения междоусобных войн были реальны. При этом успехи правителя очевидны – улучшено положение на границах, проведены важные реформы, изменившие облик империи. Особенно существенной мерой было введение так называемой «тетрархии» (власти четырех), из которых 2 старших носили титул Августа (Диоклетиан и Максимиан) и 2 младших – Цезаря (Галерий и Констанций Хлор)[37]37
  О принципах устройства тетрархии см.: Kolb F. Diocletian und die Erste Tetrarchie. Berlin; New York, 1987.


[Закрыть]
. Предусматривалось, что в нужный момент оба Августа сложат свои полномочия и уступят место Цезарям, а те получат 2-х новых соправителей. Каждый из 4-х императоров управлял несколькими важными областями империи, охранял часть приграничной зоны, имел собственную армию и аппарат управления. Вся эта система создавалась для большей эффективности и в решении военных и политических задач – обороны рубежей, пресечения междоусобных войн, а также для улучшения управления провинциями. Тетрархия могла действовать успешно только в том случае, если четыре правителя сохраняли хорошие личные отношения, единомыслие и контролировали ситуацию на подвластных им территориях. Создавались условия, в которых связи между тетрархами должны были укрепиться (Галерий в 293 г. получил в жены дочь Диоклетиана Валерию), старшие правители называли друг друга «братьями», а младших – «сыновьями». Реформирование армии, административного устройства, регулирование экономики также были призваны упрочить систему власти.

С 303 года начались гонения на христиан, которые были обусловлены консервативным религиозным курсом императоров, укреплявших государственный культ Юпитера и Геркулеса. Борьба с христианством способствовала увеличению нестабильности и в некотором смысле ставила под сомнение успехи во внутренней политике тетрархов. В 305 году Диоклетиан и Максимиан Геркулий добровольно сложили власть, уступив место младшим соправителям – Галерию и Констанцию Хлору, а новыми Цезарями были назначены Максимин Дайя и Север. Констанций и Север стали править западными провинциями, а оба других носителя высшей власти – восточными[38]38
  Обзор политической ситуации того времени см. у Л. Парети (Pareti L. Storia di Roma e del mondo romano. Torino, 1961. Vol. VI. P. 201–220). Также см.: Barnes T. Op. eit. P. 28–43.


[Закрыть]
. Номинально старшим из двух Августов был Констанций, но реально доминировал Галерий. Очень быстро вторая тетрархия обнаружила свою непрочность. В 306 году после смерти Констанция I в Эбораке (Британия) войсками был провозглашен Августом его сын Константин, без всякого согласования с Галерием. Последний отказался признавать Константина равным, и титул Августа получил Север, а Константин должен был довольствоваться титулом Цезаря. 28 октября 306 года произошла еще одна непредвиденная узурпация – сын Максимиана Максенций объявил себя императором в Риме, пользуясь поддержкой отца. Таким образом, вся система власти оказалась под вопросом, вследствие того, что столкнулись принцип наследования власти от отца к сыну и принцип назначения на высшую должность. Константин и Максенций были, с одной стороны, узурпаторами, а, с другой стороны, они заявляли о своих законных правах на власть, поскольку были сыновьями старших императоров, носивших титул Августа. Кроме того, их поддерживали местные легионы, и это придавало обоим «полуузурпаторам» дополнительную политическую силу. Галерий, обеспокоенный тем, что Максенций укрепился в Риме, приказал Северу выступить с крупной армией против узурпатора. Север, выйдя из Медиолана, подступил к Риму и начал его осаждать. Но здесь выяснилось, что Максенций и его отец Максимиан, тоже вернувшийся де-факто к власти, более популярны в легионах Севера, чем он сам, в результате чего солдаты Севера стали перебегать к узурпаторам, а их начальник вынужден был спасаться бегством.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2