Борис Громов.

Это моя земля!



скачать книгу бесплатно

– Ладно, парни, расклады такие: в обратный путь нам все-таки придется через Клин и Дмитров возвращаться. Командир очень просил на обстановку в тех краях поглядеть, мало ли. Как ни крути – соседи. Случись чего – а мы ненакрашенные.

– С одной стороны – верно, – хмуро морщит лоб Буров. – С другой – очень аккуратно нужно. Ты по пути сюда сильно прав был – проблемные это города, учитывая происходящее. Улицы не шибко широкие, обзор вокруг плохой, да еще и мост через канал имени Москвы в Дмитрове. Очень осторожно ехать придется.

– Да ладно, – скептически приподнял правую бровь Гумаров, – где наша не пропадала!

– Вот-вот, – в тон ему ехидно поддакивает Солоха. – И там пропадала, и сям пропадала… Все верно тезка говорит: осторожно нужно. Там кое-где реально такие места есть: грамотно человек засаду устроит – и фиг ты куда денешься.

– Лады, заканчиваем прения сторон, – подвожу итог я. – Если настоящий профессионал засаду устроит, то почти где угодно фиг куда денешься. Приказ выполнять все равно надо. Сказали: произвести первичную разведку и оценку обстановки – будем производить и оценивать. Не забывая при этом о личной безопасности. Вопросы?

– Никак нет, сэр! – продолжает паясничать Солоха. – Не извольте сумлеваться, барин, чай оно не в первый раз. Сделаем…

– Раз вопросов нет – по коням! В гостях, конечно, хорошо, но дома все равно лучше.

Фраза избитая и банальная, спору нет, но возражений со стороны парней не последовало. Что неудивительно. Это я – бобыль: молодой-красивый, холостой-неженатый, а их на базе ждут: Андреев – их семьи, Тимура – любимая девушка.

Уже сев за руль, я еще раз напоминаю:

– Не расслабляемся, мужики. Сколько хороших парней в Чечне сгинуло из-за того, что бдительность не вовремя теряли! Нам оно не нужно.

Клин выглядел откровенно плохо. Живых на улицах нет совсем – только покойники по каким-то своим, нам непонятным, надобностям култыхают. «Макдоналдс» на обочине Ленинградского шоссе выгорел дотла, только стены закопченные стоят, и те не все. Сквозь одну, снеся хлипенький декоративный заборчик вокруг здания, в руины въехал грузовик. Наливник, если по остаткам развороченной цистерны судить. Нет, он, конечно, чисто в теории, мог и молоко перевозить, но оно свойства взрываться, буквально вывернув наизнанку толстостенную стальную бочку, не имеет. Так что, скорее всего, этот грузовик причиной пожара и стал. Чуть дальше, на площади с фонтаном, той, что на пересечении улиц Гагарина и Ленина, – следы людей. Много стреляных гильз и начисто обглоданных и на части растащенных костяков. Похоже, кто-то решительный и хорошо вооруженный вывозил стоящий тут торговый центр «Семья». Не исключено, что тут наши коллеги из Управления по Клинскому району поработали. С одной стороны – проверить бы… С другой – в здании Управления точно никого нет, мы мимо проезжали: одни мертвяки, как вокруг, так и на территории. Но в форме там зомби практически не было, только в штатском. Ну, может, пара-тройка мертвецов в сером милицейском повседневном пэша и затерялись в толпе, но при масштабах произошедшего такое количество говорит скорее о том, что здешние милиционеры смогли все же и сориентироваться вовремя, и правильно отреагировать.

А вот куда местные коллеги податься могли и где осесть – да кто ж их знает? Предложенную Гумаровым версию про Клинский колбасный завод отмели с ходу. Пищевое производство, особенно такое крупное, – это крысы. А крысы отлично зомбируются, про это нам Пантелеев очень подробно рассказал. Крысы, собаки, любые хищники кроме, как ни странно, кошек. И всеядные: свиньи там или медведи. А вот травоядные не восстают, проверено. Это хорошо. Потому что я, когда про хрюшек услыхал, дико расстроился. Люблю я свинину, чего уж греха таить, особенно в виде шашлыка. Похоже, придется на говяжьи стейки переходить, по баранине я не любитель. Солоха с видом знатока заявил, что если где здешние менты оборону и заняли, то это точно на пивзаводе. Но где он расположен, никто из нас не знает, поэтому – не стоит и время тратить на поиски. Отметим для себя, что Клину – хана, но какие-то вооруженные выжившие в нем все же имеются. Для начала и этой информации хватит. Потребуются подробности – проведем доразведку.

А вот в Дмитрове мы нарвались. Точнее, даже не в самом Дмитрове, а на железнодорожном переезде при въезде в город, сразу после моста через канал. А ведь так все тихо и безобидно выглядело… Ни у кого даже малейших подозрений не возникло до того момента, как вдруг в окне будки дежурного по переезду полыхнуло дульное пламя и в боковое окно точно напротив моей головы ударил сноп крупной дроби. Ни черта себе! Блин, так ведь и обхезаться недолго. Понятное дело, что триплекс нашего УАЗа должен не то что дробь – автоматную пулю держать, но уж больно внезапно все случилось.

Нет, как ни крути, а все-таки опыт – великая штука! Башка моя еще, как мне кажется, даже не успела толком переварить внезапное происшествие, а руки-ноги уже начали действовать: врубаю нейтралку, ручник – вверх до упора, руль выворачиваю влево (вправо нельзя – в кювет улетим, а слева – целая полоса встречного движения, совершенно сейчас пустая). Есть! Ручник вниз, задняя передача, сцепление, тормоз. УАЗ замирает будто вкопанный.

– Огонь! – рявкаю я на ухо Тимуру, и его «Печенег» заливается злым, лязгающим лаем, сквозь который едва слышен звон звеньев ленты и разлетающихся по салону гильз. «Полицейский разворот» я выполнил четко, будто на автодроме, не зря столько тренировался в свое время, и ствол Тимурова пулемета сейчас смотрит точно на будку. У нападавших нет ни малейших шансов. Для старого доброго 7,62х54R, который «в девичестве» – трехлинейный патрон образца 1908 года, обшитая пластиковыми панелями стенка в один кирпич толщиной – вообще не преграда, так, досадное недоразумение. Словом, когда Гумаров высаживает примерно половину пристегнутого к «Печенегу» короба-«сотки», ответных выстрелов нет. Боже мой, как удивительно!

– Что это было? – раздается с заднего сиденья голос Бурова, явно пытающегося изобразить генерала Михалыча из «Особенностей национальной охоты». – Ну вы, блин, даете!

– Мешок тебе срочно нужен, Тима, – протянул я, задумчиво трогая кончиками пальцев свежий ожог на правой щеке, слегка припухший и влажный на ощупь. Ай, блин, больно!

Помню, в армии у меня случай был: на учениях одному бойцу гильза от ПК красиво залетела точно в ворот тельняшки. И все бы ничего, да только кроме нее на бедном Лехе были в тот момент еще китель и тяжелый бронежилет. Хорошо, попрошу заметить, подогнанный и дисциплинированно застегнутый. Короче, пока он с воплями и матом все это с себя сдирал, гильза неспешно сползала от ключиц к пупку, оставляя за собой красивый такой ожоговый шрам. Нам вот только такого не хватало…

М-да, мысли в голове какие-то… не соответствующие обстановке. Но на то и нужны тренировки, чтоб в критической ситуации туловище действовало само, практически без участия мозга, чисто на рефлексах.

– Тима, прикрываешь! – коротко командую я и выкатываюсь из УАЗа. За спиной слышу хлопанье дверей – это мои «неразлучники» рванули следом. Нет, сработанная «тройка» в боевой обстановке – великое дело! Ни единого лишнего слова, ни секунды потери на команды и объяснения, каждый отлично знает, что и как он должен делать. Одним быстрым броском преодолеваем расстояние от машины до будки на переезде и сразу же врываемся внутрь. Накапливаться перед дверью смысла нет: окна в этой сарайке огромные, к тому же одно из них выстрелом разнесено вдребезги, вон осколки в подсыхающей грязи под ногами блестят на солнышке. Да и стены никакой защиты не обеспечат, в этом мы уже убедились. А значит – работать нужно быстро, с ходу. Как там у Высоцкого? «Вперед и вверх, а там…» Вот-вот. Стараясь максимально быстро проскочить дверной проем, «крючком» входим внутрь и замираем, беря под контроль единственную комнатку, что совершенно не сложно, при ее-то размерах.

– Твою-то за ногу… – зло сплевывает Солоха на пол, залитый растекающейся из-под двух тел кровью.

Добавить нечего, согласен. Напавшим на нас идиотам было лет около тридцати… Это если в сумме считать, на двоих… Сопляки тупорылые! Ну на кой хрен вам это вообще нужно было?!

– Рейнджеры, мля, техасские… – почти шипит Андрей, поднимая с пола старенькую ижевскую двуствольную вертикалку.

С тихим клацаньем он переламывает ружье, экстрактор выбрасывает на пол две стреляные гильзы из красного пластика с надписью «Record».

– Ой, кретины, сука… – На лицо Солохи смотреть страшно. – Ну и какого рожна, а?!

Прекрасно понимаю его реакцию. У Андрюхи трое детей, старшей девчонке как раз примерно столько же, сколько и этим двоим… было. Подозреваю, что вопросы несколько запоздали. Отвечать на них уже некому.

Опустив автомат, свободно повисший на груди стволом вниз, тяну из кобуры Старичка.

– Андрей, – в упор смотрю на Солоху, – давай на крыльцо, прикрываешь тылы. «Контроль» на мне, а вещи…

– Вещи я погляжу, – согласно кивает Буров.

Солоха, видимо, собирался что-то сказать, возможно – возразить, но не стал. Только рукой махнул и вышел на улицу. Буров отбрасывает в дальний от лежащих возле окна трупов угол принадлежавшие им небогатые пожитки в дешевых «типа тактических» рюкзаках. Совсем поганеньких, даже не китайских, вроде «МилТека» какого-нибудь, а из неведомого подвала в Подмосковье, вроде того цеха, что мы в Ивантеевке сожгли. Я с пистолетом в руках замираю над телами.

Опять же, из разговора с Пантелеевым мы вчера выяснили, какую несусветную глупость отмочили мы возле складов на Пожарской, после расстрела банды азербайджанцев. Оказывается, если добить мертвеца уже после того, как он восстанет и превратится в зомби, – это одно. В самом худшем случае он станет кормом для своих же «собратьев». Те станут немного умнее и быстрее, что само по себе далеко не сахар, но и только. А вот трупы не обратившиеся – они для зомби натуральный допинг и стероиды в одном флаконе… С научной точки зрения это все Пантелеев и сам описать не смог, так и сказал, мол, сам в этой ахинее не силен, но если по-русски и коротко – зомби, нажравшиеся «необращенного» мясца своего вида, могут очень быстро превратиться в мутантов. Ага, в тех самых «мини-халков» с блокпоста ФСИНа возле Калужской, или ту непонятную крысо-пантеру, которой я шею свернул, когда мы блондинку из офисного центра вытаскивали. Правда, «научники» этих мутантов называют иначе – метаморфами, или, для краткости, просто морфами. А что? Тоже нормальное слово, короткое и емкое. Я его по какой-то незнамо когда прочитанной фантастической книжке помню, тоже были там хищные твари, постоянно видоизменяющиеся и боевые качества свои улучшающие. Тех тоже метаморфами называли. Очень похоже… И получается, что по незнанию своему мы какому-нибудь случайно забредшему в тот дворик мертвецу самый натуральный шведский стол накрыли. Калорийный и питательный, блин. Не исключено, что та тварь, которая к нам заглянула на огонек во время вывоза складов и которую только благодаря парням из СОБРа и их «Корду» уконтрапупили – мною же лично и выкормлена. А ведь были еще трое висельников на Садовом кольце… Эх, блин, подложили ж мы кому-то свинью! Одно слегка извиняет, что по незнанию. Хотя, если кто-то на выкормленных нами морфов нарвался, – вряд ли он согласится с такими смягчающими обстоятельствами. Виноваты, чего уж там. Остается только принять во внимание и в будущем не косячить. И другим не позволять. Ладно, значит, теперь контроль – только после «воскрешения». Так опаснее, ворон ловить нельзя ни в коем случае: зазеваешься – и свежевосставший покойник тебе в ногу зубами вцепится, даром что тупой, как пробка. Уж укусить на полную тактическую глубину пасти и кусок мяса зубами отхватить – у них у всех соображалки хватает. Зато совесть чиста, на таком уже в монструозную хищную тварь никто откормиться не сможет. Так что – ждем.

Когда через три-четыре минуты два тела у меня в ногах слабо зашевелились, я без колебаний всадил по девятимиллиметровой пуле в голову каждому. Мертвяки окончательно умерли, не успев толком ожить. Ну и правильно. Нечего! Мертвый – лежи спокойно и не дергайся.

– У тебя там что? – оборачиваюсь я к уже переворошившему рюкзаки Бурову.

– Да ничего толком, – отмахивается тот. – Самое ценное – само ружьишко да три десятка патронов к нему. Патроны, кстати, тоже фуфло. Половина – дробь на утку или зайца. Пяток пулевых да картечных несколько. Остальное – полный шлак: фляжки, фонарики, ножики складные. Все дешевка страшная, будто на развале «Всё по десять» закупались. И еще вот это… На, глянь.

Андрей протягивает мне тощую стопочку листов офисной бумаги с каким-то распечатанным текстом. Начинаю читать верхний и, презрительно скривившись и сплюнув, бросаю их в изрядно натекшую с тел лужу крови. Сколько ж я подобного бреда в свое время на разных форумах в Интернете перечитал? Эротические мечты чахлых пубертатных подростков на тему: «Вот придет полная задница, а я так раз – и сразу стану крутым. Добуду у ментов волыну, начну «грабить корованы», трахать манекенщиц и вообще»… А что «вообще», дети вы безмозглые, инфантильные? Откуда возьмутся силы на что-то, если вы на уроке физкультуры километр пробежать и десять раз на перекладине подтянуться не можете? Откуда «добуду волыну» и «грабить корованы», если огнестрельное оружие вы только в своем несчастном «Контр-Страйке» и видели? С чего взяли, что «тупые менты» (которые, в отличие от вас, хоть изредка, да на стрельбы ходят и службу со своим оружием несут постоянно) вам свои стволы вот так возьмут и на тарелочке с голубой каемочкой подарят? Ну вот двое и решили «абсолютно реальный» сценарий в жизнь воплотить… И чем это закончилось? Да ничем, двумя уже начавшими остывать трупами у меня под ногами! Твою ж душу!

Начавшиеся было у меня рефлексии по поводу «слезинки младенца» прерывает стоящий снаружи на крыльце Солоха.

– Борян, давайте живее! Там со стороны торгового центра в нашу сторону хорошая такая толпа прет, особей так на пару сотен, навскидку. Видно, на выстрелы навелись.

М-да, пожалуй, пора делать ноги. Никаких дел у нас тут все равно не осталось: мертвяки окончательно упокоены, ружье и патроны к нему Буров прибрал, а больше тут ничего ценного или для нас интересного и не было. Значит – сворачиваемся.

– Тимуру – ни слова, – обернувшись, пристально смотрю я в глаза «неразлучникам», спускающимся по лесенке в пять ступенек за мной следом.

Те только согласно кивают. Не стоит нашему татарину знать о том, кем на самом деле оказались нападавшие на нас «бандиты». Уж на что мы – упыри прожженные и циничные, и то как-то не по себе всем, и мне, и парням – по глазам вижу. А он – на десяток лет моложе, и столько дерьма, что и мы в свое время в Чечне, не хапал. Не нужно ему попусту нервы трепать.

– Чего там? – Гумаров за эти несколько минут явно извелся весь от любопытства.

– Да ничего, – скривил безразличную мину я. – Два дебила решили в НВФ поиграть. С одной двустволкой на двоих. Ну и доигрались… Ты молодец, чисто сработал – обоих наповал.

Тимур шутливо козырнул двумя пальцами и выпятил, явно подражая Шварценеггеру, нижнюю челюсть: мол, могем, если надо.

– Хватит, потом друг друга хвалить будете, – ворчит Солоха. – Сваливать отселя пора, а то мы в этой толпе завязнем на фиг. У нашей броняшки и так движок не шибко мощный. Увязнем в толпе – фиг тронемся.

Это он прав. Да только я в толпу зомби, что в нашу сторону бредет от расположенного всего в сотне-другой метров супермаркета «Спар», въезжать и не собираюсь. Снег сошел почти, грязи немного. В общем, по обочине и газонам объехал эту невыносимо смердящую (даже в закрытой машине вонь гниения и едкой химии буквально с копыт сшибает) толпу.

– Не, парни, что-то с этим нужно делать, – заговорил я, когда и зомби, и торговый центр, из которого они выбрались на звук наших выстрелов, остались позади, – если каждый раз на выстрелы такая орава выбредать будет – это придется на какие-нибудь алебарды переходить. Тяжело, неудобно, опасно – зато бесшумно. Тимуровой «девятки» тут явно недостаточно будет. Нужно попробовать что-нибудь из Бати под это дело выдавить. Хоть глушителей к «Клинам»[2]2
  Производимый на Ижевском оружейном заводе ПП-9 «Клин» конструкционно почти не отличается от ковровского ПП-91 «Кедр». Разница лишь в устройстве патронника, так как «Клин» разрабатывался чуть позже и изначально предназначался под более мощный 9-мм патрон ПММ (в настоящее время снятый с вооружения). Кроме того, часть «Клинов» имеет резьбу для ПБС.


[Закрыть]
.

– Не нужно ни из кого ничего выдавливать… – негромко вздыхает Солоха, с загадочным видом разворачивается на сиденье и, наклонившись, начинает ковыряться в недрах «собачника», погромыхивая какими-то железяками. – На вот, держи.

С этими словами Андрей укладывает между передними сиденьями автомат «Вал» со сложенным прикладом.

– Ого, – не в силах сдержать изумление я. – И откуда дровишки?

– Из леса, вестимо, – подначивает меня наш скопидомный хохол. – С блокпоста на Калужской.

– Я не понял: а ты что, собранное оружие не сдал?

– Кому, Боря? – В голосе Солохи явно слышно возмущение. – Что-то не припоминаю я там представителей ФСИН… Филипочкину, царствие ему небесное, они тоже ни в одно место не впились, у него и патронов под них не было. А в Отряде про эти стволы и не знал никто. Ну вот они и того… прижились…

– Ну, Андрюха, силен, – хмыкаю я. – И много у тебя «прижилось»?

– Да есть кой-чего, – скромно потупил глазки он. – Запас – он, как известно, хлеба не просит, карман не тянет и в попу не сношает. Нет, ну ты сам посуди, Борь… Отдал бы я этих красавиц… Да тому же Филипочкину и сдал бы на хранение. По описи, блин. И чего? Так бы они сейчас там и валялись, посреди кубла ожившей мертвечины. Безо всякой пользы и толку. И кому от этого было бы хорошо? Зато поступили бы типа правильно… Да на фиг такую правильность! Нам оно сейчас понадобилось – вуаля, получите и распишитесь. А не прибрал бы вовремя – обходились одним Тимкиным «Штурмом» и сосали бы… как мишка лапу.

– Ладно, ладно, не горячись, убедил, – примиряюще поднимаю я на мгновение руки с руля. – Признаю, был не прав и теперь раскаиваюсь. А с патронами как?

– Вот с патронами – не очень, – хмурится Андрей. – Только те, что в разгрузках у погибших минюстовцев нашлись. Не запасливые были парни… земля им пухом. Но в Отряде теперь этого добра навалом, я помню, на Пожарской грузили много.

– Если много, то хорошо, – глубокомысленно изрекаю я с видом восточного даоса, которому после многих лет медитации открылась Великая Истина. – Так, всё: техническая остановка на пять минут!

Из Дмитрова мы уже выехали: по обе стороны от дороги – только грязные поля, на которых с прошлой осени лежат неубранными здоровенные валки уже сопревшего сена.

– Чего, в туалет прижало? – с улыбкой интересуется Гумаров.

– Не совсем, – отвечаю я, останавливая УАЗ на обочине. – Хочу эту «ляльку» в руках подержать, а то как-то раньше не доводилось.

– Ну ты даешь, – фыркает Тимур. – А попозже никак?

Но я уже не слушаю. Как в том годичной давности мультике про Добрыню Никитича было: «Ой, девочки, вот это любовь!» Вот-вот, у меня сейчас что-то похожее. Взял в руки – и выпускать не хочется. Легкий, не больше двух с половиной кило, какой-то ажурный, даже и не оружие, а словно игрушка в руках. Короткое цевье и пистолетная рукоять из шершавого, приятного на ощупь пластика прямо просятся в руки. Блин, хороша штуковина! Никому не отдам. Мое!

– Все, завязывай, фетишист оружейный, – бурчит рассудительный Буров. – Потом с этой железкой понянькаешься. А я уже назад в Отряд, к семье хочу. Тут и осталось-то минут сорок пять – пятьдесят. Так что не тяни резину: заводи – и поехали.


г. Пересвет, база подмосковного ОМОНа,

30 марта, пятница, вечер

Как же я завидую парням! Хорошо им сейчас: приехали, из машины выбрались и рванули к женам-подругам да детям – они, видите ли, соскучились. Угу, а я, если по их логике судить, за время отсутствия по полковнику Львову сильно скучал. Ну очень, просто страшно. Потому как, едва припарковав нашего слегка «окривевшего» на стекло водительской двери «Хантера» возле боксов автопарка, рванул к нему на доклад. Даже на старательно скорченную зверскую физиономию стоящего на въезде начальника автопарка капитана Юрки Горбунцова никак не отреагировал, только руками развел: прости, мол, старый друг, но дурака сейчас мне с тобой валять некогда, вот вернусь – тогда и изобразим мексиканские страсти: поорем от души друг на друга и вообще… А пока – некогда мне, на ковер к начальству спешу. Я ж не успел в ворота проехать, как стоящие в карауле на КПП двое сержантов из второй роты, молодых, недавно устроившихся, пока только в лицо мне знакомых, призывно руками замахали, привлекая внимание.

– Ты Грошев? – спросил один, как только я притормозил и приоткрыл дверь.

– Он самый, – не стал отрицать я.

– Командир велел – как приедете, чтоб ты сразу к нему прибыл. Ждет.

– Не вопрос, раз ждет – значит, прибуду, – хмыкнул я и, высадив парней, порулил к автопарку.

Место на большой и обычно полупустой площадке перед боксами отыскать удалось не сразу. Вся «плешка» была заставлена разной строительной техникой. Новенькие автокраны, манипуляторы и экскаваторы сияли глянцевыми боками на ярком, почти летнем солнце. И где их только достали столько разом? На мое счастье, УАЗ все-таки – далеко не трехосный «Урал» и даже не пазик, поэтому местечко его приткнуть я все же отыскал, аккуратно втиснувшись между кирпичной стеной боксов и деревянной беседкой водительской курилки. С трудом выбравшись через едва приоткрытую дверь (сильнее открыть просто не позволяла стена боксов), я оглядел машину. М-да, триплекс нам эти дурни все же угробили, менять придется однозначно. Была б это задняя дверь – и черт бы с нею, не до эстетики сейчас, но сквозь паутину трещин не очень хорошо видно боковое зеркало, а это совсем «не есть хорошо».

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29