Борис Давыдов.

Жернова



скачать книгу бесплатно

Дизайнер обложки Е. Г. Яшин

Иллюстрации В. Т. Бирокбосинов


© Борис Константинович Давыдов, 2017

© Е. Г. Яшин, дизайн обложки, 2017


ISBN 978-5-4485-5024-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Видя чужие пороки, умный избавляется от своих.

Публилий Сир

Жертва обстоятельств (предисловие)

Книга Кстовского писателя Бориса Давыдова «Жернова», можно смело сказать, найдёт своего читателя, её отличает сатирическое изображение от обычной массовой слащавой продукции. Диапазон художественных средств Давыдова Б. К. чрезвычайно многообразен. Кроме сатирических и любовных линий в романе задействованы элементы мелодрамы, боевика, присутствуют лирические, художественные отступления. Развитие сюжета, изложение событий в книге ведётся в динамичном сценарном стиле и читается с интересом.

Так случалось с произведениями Ильфа и Петрова или Зощенко, где автора нередко путали, отождествляли с его героями, а власти делали после всего этого свои, грозные оргвыводы.

В каждом, даже очень плохом человеке, есть какие-то хорошие стороны, поэтому герои «Жерновов» не однозначны, а многоцветны – написаны не одной чёрной краской. Им свойственны чувства привязанности, сострадания и раскаяния, как живым людям, даже если они расчётливы и циничны. Сводить все чувства персонажей Давыдова только к страсти, к наживе и удовлетворению полового инстинкта было бы чересчур прямолинейно и неверно.

Время действия, описанное в книге «Жернова» – середина девяностых годов, эпоха становления дикого капитализма и «прихватизации» в России, когда вдруг перестали выдавать зарплату, а если и платили, то обесцененными миллионами. Главный герой книги Алексей Макашин, работающий начальником участка по строительству автодорог, однажды сравнил себя с некоторыми бизнесменами, которых расплодилось вокруг как грызунов в урожайный год, и решил уподобиться им.

С этого и началось нравственное падение Макашина. Он не испытывает чувства покаяния, угрызений совести, страха перед Всевышним. Чувство жалости и некоторого уважения заслуживают разве что банкир Аркадий Афанасьевич и вторая любовница Макашина Настя, которая тоже объект вожделения, а всё-таки ещё не личность.

В романе описывается жизнь ниже пояса, когда в первую очередь удовлетворяются простейшие инстинкты: жажда наживы, сексуальная похоть…

Самые лирические страницы романа Бориса Давыдова принадлежат описанию Насти. Автор живописует прекрасное женское тело, как художник. С тёплым юмором изображается и гостевание в деревне у стариков Николая Михайловича и бабки Любы. Любовные сцены здесь сочетаются с описаниями природы, поэтому кажутся естественными и чистыми. Настя любит Макашина. Она однажды доносит Галине о встречах Алексея с Татьяной, но читатели готовы простить и забыть это.

Здесь начинается уже любовь, а не секс.

Иногда цитируют слова из телепередачи одной учительницы: «В СССР секса нет». В наше бесцензурное время показа и описаний эротических сцен у нас предостаточно. Впрочем, они уже идут на убыль, потому что целомудренное, здоровое чувство народа отвергает смакование интимностями. И всё-таки, секс в России есть, и писать о нём следует. Запретный плод слаще!

Как я уже сказал ранее, Бор. Давыдов найдёт своего читателя. Несомненно, этот роман лучше поймёт и оценит мужчина, хотя в нём и осуждается её главный герой Макашин, а не женщины, являющиеся жертвами обстоятельств. В то же время, думаю, и женщины будут читать эту книгу с интересом. Что ж, время покажет.

Александр Фигарев, член Союза писателей России, лауреат премии Нижнего Новгорода.

Часть первая. Искушение


1

Крепко завидовал Алексей Николаевич Макашин нынешним богатеям. Хотя жил, как говорится, тоже в достатке: высокий оклад, большие премии, благоустроенная квартира из четырёх комнат, дача с гаражом. Однако, сравнивая себя с некоторыми бизнесменами, которых расплодилось вокруг как грызунов в урожайный год, он испытывал почти физические страдания. С болью наблюдал он, как его генеральный директор построил себе за счёт фирмы два особняка: один оформил на себя, другой – на жену. Купил детям квартиры, машины. Но на этом не остановился, начал строить коттедж для своей любовницы.

Не один Макашин, все подчинённые видели, что ворует их шеф, но говорить об этом вслух побаивались. Поскольку тот в дружбе с городским начальством. Да и как не держаться за престижную фирму, где зарплата задерживалась лишь на месяц, да и получали побольше, чем в других организациях. «Рыба ищет, где глубже, а человек, где лучше». Святая правда! Не так прост русский человек, ох, не прост! Мастера и прорабы тоже потихоньку «ворковали» на дачных участках: кто возводил бревенчатый домик с русской печью, кто кирпичный теремок с банькой…

А Макашин хоть и алчным был до чужого, но труслив – вдруг посадят? Но смотрел, смотрел он, думал, думал, и однажды пропал у него страх перед шелестом вожделенных купюр. Прикинул он, что пора и ему запустить руку в толстый акционерный карман, где имелся и его процент акций. К тому же и должность позволяла: как-никак начальник участка по строительству автодорог.


Заканчивался май, и работы шли полным ходом. Самая большая бригада укладывала бетон в аэропорту, другая – асфальтировала площадки одного из подразделений трансгаза, третья занималась ремонтом дороги к винзаводу. Объёмов хватало, к тому же заказчики расплачивались своевременно, что, разумеется, радовало подрядчика.

С очередного понедельника Макашин перестал посещать объекты, заставив мастеров безвылазно сидеть по бригадам, а прораба отправил контролировать качество работ.

Оставшись один, Алексей Николаевич достал из сейфа бутылку водки, налил полный гранёный стакан. Любил он, грешным делом, сей народный напиток, благо привозили его к нему ящиками: кто за песок, щебень и асфальт, кто за крупнотоннажные самосвалы, которые он охотно выделял. Одним словом, от души кайфовал на дармовщину.

Немного помедлив, сорокалетний мужчина влил в себя ещё стакан спиртного и вышел из строительного вагончика полюбоваться Волгой. Вот она, красавица, буквально в двухстах метрах от вагончика. Тишина, красота, от участка до города километров пять.

Макашин частенько загорал на берегу, потягивая горячительное. Мог он в течение дня выпить целый литр водки, притом без закуски. И хоть бы что. Правда, разместиться водке было где: при среднем росте – необъятный живот, широкие пухлые плечи, шарообразная голова, а на ней – кудряшки чёрными крендельками, розовые щёки – булками.

Походив возле металлического склада, Алексей Николаевич помассировал под белой рубашкой левую грудь: сердечко уже побаливало. Несмотря на внешне здоровый вид, его и в больницу не раз отвозили, и дома в кресле он терял сознание, вывалив язык. Но хвала жене, голубоглазой брюнеточке Галине, которая хоть и работала в поликлинике сестрой-хозяйкой, а первую помощь оказывала как заправский врач.

Раскинув короткие, толстые руки, улыбающийся Алексей глубоко вдохнул в себя волжский воздух и, качнувшись вперёд, медленно направился назад в вагончик. Однако не успел дойти до стола, как услышал за воротами шум подъехавшей машины. Видно, пожаловал кто-то из каждодневных просителей. И точно: вошёл молодой человек лет двадцати пяти.

– Привет, Николаич! – бодрым тоном произнёс он, протягивая руку. И тут же состроил печальную физиономию. – Николаич, извини, – сказал он заискивающе, – не успел я затариться вчера, а сейчас проезжал, ларьки ещё закрыты.

– У меня всё есть, – недовольно буркнул хозяин кабинета. – А чего тебе, собственно говоря, надо сегодня?

– Николаич, понимаешь, – замялся гость, – мне срочно надо пятьдесят тонн щебёнки, не хватило. И тонн десять асфальта. А после обеда привезу тебе водочки, закуски, пива баночного.

– А техника опять моя? – строго спросил Макашин.

– Ну, коне-е-чно! Ты же знаешь, у меня единственный «Зил», который давно на ладан…

– Витёк, меня это не колышет, – перебил его Алексей Николаевич. – Ты прекрасно знаешь, сколько стоит щебень, асфальт. И сколько – «Краз», «Татра» в смену. Если хочешь всё это получить, плати наличными.

– И сколько? – тихо спросил Виктор.

– Восемьдесят процентов от стоимости, – не моргнув глазом, ответил Алексей.

– Николаич, ты что? – изумился гость. – Побойся Бога!

– Не хочешь, как хочешь, – равнодушно бросил Макашин, начиная разбирать чертежи на столе.

– Дела-а, – протянул Виктор, растерянно качая головой. Затем, достав калькулятор, стал на нём что-то подсчитывать. – Николаич, многовато получается, – нахмурился он. – Это чистая обдираловка.

Макашин молчал, разглядывая чертежи.

– Николаич, давай хотя бы пятьдесят процентов от стоимости? – взмолился Виктор.

Внимательно посмотрев на частного предпринимателя, Макашин жёстко отчеканил:

– Семьдесят процентов и ни грамма меньше. Но деньги вперёд, – подчеркнул он, поднимая указательный палец.

– Да ты что, Николаич? – вновь взмолился Виктор. – Где я сейчас такую сумму найду?

– Меня это не е-е… – безразлично бросил начальник, – думай сам.

– Ладно, поеду у знакомых в долг возьму, – обречённо произнёс проситель.

Менее чем через час пачки денег скрылись в ящике стола начинающего «бизнесмена». За этот час у Макашина успели побывать ещё двое ходатаев. И наглеющий «чиновник» заключил с обоими, как и с Виктором, выгодную для себя сделку. Одному был нужен песок, щебень, товарный бетон, другой упросил ежедневно выделять ему два «КамаЗА» в течение месяца. Попутно уступил за полцены штук пятнадцать дорожных плит, сэкономленных на прошлом объекте.

Ближе к обеду купюры были тщательно пересчитаны, с любовью ощупаны и бережно уложены в сейф. Покоившиеся там шесть бутылок водки переселились в стол, чтоб всегда под рукой были. Водки у Макашина, хоть залейся – не меньше десяти ящиков на складе. Там же в избытке сухое вино, коньяк, коробки конфет, шоколад… Но не это его сейчас радует, а «живые» деньги.

На радостях он выпил в этот день гораздо больше нормы – три бутылки, но, к счастью, обошлось. Правда, надутые щёки побурели, а маленькие глазки заплыли, утонули в глазницах. Но это – ничего. Да, ещё споткнулся у подъезда своего дома, упал вниз проспиртованным пузцом. Опять же никакого ущерба, просто покачался на богатырском животе, будто на резиновом шаре. Так мелочь всё это.

Увидев состояние вошедшего в квартиру мужа, Галина молча раздела его, уложила на кровать, затем мягко спросила:

– Алёша, может, помощь моя в чём-то нужна?

– Переверни меня на живот и помассируй спину, – попросил он.

С трудом перевернув грузное тело, она сделала ему массаж не только спины, но и массивных ягодиц, ног. И вдруг услышала:

– Возьми у меня в брюках два миллиона11
  Шёл 1995 год, когда зарплата у работоспособного населения была мизерной, хотя исчислялась в сотнях тысячах рублях. У кого-то, правда, она была около миллиона, а у кого-то и больше. Среднестатистическая же зарплата по области, где проживали наши герои, составляла в это время четыреста сорок тысяч восемьсот семнадцать рублей. На эту сумму семье, например, из трёх человек, прожить было крайне сложно.


[Закрыть]
.

От такой суммы у Галины дыхание спёрло. Она и не догадывалась, что это только часть денег из мужниного сейфа.

– Это откуда? – спросила она елейным голосом, при этом её красивое лицо расплылось в улыбке.

– Калым, – прозвучал короткий ответ.

Жена больше не стала ни о чём спрашивать. А то, не дай Бог, обидишь чем-нибудь засыпающего мужа.

2

Мысль размахнуться пошире, да так, чтобы никто не догадался, не давала Макашину покоя и на следующее утро. Он подумал, что прорабу и некоторым приближённым можно залить глаза стаканом вина. А остальным? Не делиться же с ними левыми доходами.

Выпив на работе свою обычную порцию и закусив свежим огурцом, Алексей Николаевич успокоился. Разогнал всех по объектам и, оставшись в одиночестве, снова предался размышлениям. Делать деньги в наступившее мутное время может начальник любого ранга. Но как делать поэффективнее и без опаски? Легче всего, конечно, с большегрузными машинами: их Макашин заказывал на каждый день с запасом; всё равно акционерное общество оплачивает. Со своей техникой – автомобильным краном, бульдозером, асфальтоукладчиком и так далее – вообще нет проблем, здесь он хозяин-барин. Труднее со стройматериалами, которые тают прямо на глазах. Вроде, совсем недавно возвышались горы песка, щебня, и вот – их почти нет. Чем же ещё-то поживиться?

Искупавшись в Волге и полежав часок на берегу, он обдумал предварительный план действий. А в ближайшие выходные, подытожив свои мысли, принял довольно дерзкое решение для себя – закодироваться от водки на год. Чтобы по пьянке не наделать глупостей.

Жена от такого решения пришла в неописуемую радость: дошли до Господа её молитвы – муж бросает пить.


Спустя несколько дней после кодирования трезвая голова Макашина нашла-таки дополнительные пути обогащения. В результате только за июнь он оставил в заначке более двухсот миллионов рублей. Процентуя у заказчиков не все выполненные работы, он получал премии и за время вынужденных простоев. Это была палочка-выручалочка, не раз спасавшая его от критики генерального директора. На сей раз предусмотрительный начальник участка решил часть не процентованных работ «продать», предварительно согласовав схему с нужным человеком.

Встретившись с давним своим приятелем – директором частной фирмы, Макашин предложил ему вариант: тот получает на свой расчётный счёт семьдесят миллионов рублей и часть оставляет себе, а остальное – Алексею Николаевичу.

– Хм, – задумался директор товарищества с ограниченной ответственностью. – И сколько же ты себе хочешь?

– Ну-у, – замычал Макашин, вглядываясь куда-то вверх, – хотелось бы процентов восемьдесят.

– Ты, Николаич, загнул, – мотнул головой директор. – Убавь немного. – И будто проверяя экономические знания Макашина, осторожно спросил:

– А ты знаешь, сколько процентов в налоги уходит?

– Конечно, знаю, – грубовато ответил «чиновник», хотя на самом деле знал лишь НДС да ещё пару пунктов, поскольку бухгалтерия для него, что процентовки для рабочих. Помедлив, сказал с равнодушным видом:

– Не хочешь, другую фирму найду, которая без проблем обналичкой занимается. Причём за минимальный процент.

Директор, видимо, этого никак не ожидал.

– Ты, Николаич, не прав, – с укором посмотрев на него, сказал он. – Я тебе предлагаю пятьдесят процентов налом, считаю, это честно с моей стороны. А главное, ни одна живая душа не узнает.

Немного подумав, Макашин с видимой неохотой согласился. На самом же деле он ликовал, поскольку рассчитывал получить двадцать пять процентов или максимум тридцать. В общем, оба остались довольны.

На радостях Макашин побежал было за водкой в металлический склад, но вовремя вспомнил, что закодирован. С досады зарычал, как раненый зверь. К счастью, увидел ящик с безалкогольным пивом, оставленный очередным клиентом. Две бутылки прохладного напитка в одно мгновение исчезли в его чреве. Охладив пылающее нутро, по привычке направился на берег Волги.

Спустя несколько дней он получил тридцать пять миллионов. Вдобавок к тем, что взял за щебень, бетон, машины, экскаватор… Одним словом, деньги потекли к нему, как весенний поток в глубокую балку.

Вскоре появилась у Макашина новая страсть – к женщинам. Благо трезвый образ жизни повышал мужскую силу. Помогали и некоторые снадобья, приобретённые по «блату». Даже лосиное молоко где-то доставал.

Первой это почувствовала жена. Она и радовалась и одновременно удивлялась: муж даже в молодые годы таким не был.

Сам же Алексей Николаевич, почувствовав в себе уверенность, стал с явным интересом поглядывать на молодую женщину Татьяну, которую около года тому назад взял на свой участок мастером. Взял потому, что не мог устоять перед её ярко-зелёными очами и стройной фигурой. Но именно из-за своего недомогания, ни разу не решился остаться с нею наедине. Теперь всё круто поменялось, и в один прекрасный день он предложил подчинённой задержаться в вагончике, «поработать» с чертежами нового объекта. Та покорно ответила согласием.

3

Говорят, аппетит приходит во время еды. Пережив первый восторг от «лёгких» денег, Алексей Николаевич снова призадумался и решил, что пятьдесят процентов – маловато. Он стал искать более выгодного партнёра, уже на сто миллионов рублей, и нашёл-таки сговорчивого человека, который обещал ему от перечисленной суммы семьдесят процентов. И опять оба остались довольны.


Кстати, почему все мужчины любят говорить о женщинах? Не потому ли, что каждый начинает с нею общаться ещё не родившись? Далее идут детские ясли, садик, где няни и воспитатели – женщины. За детсадом следует школа, где учителя – тоже в основном женщины. А врачи, медсёстры, которые сопровождают нас всю жизнь?

Поистине куда ни кинешь взгляд, везде женщины!..



А как себя чувствует Татьяна после объятий своего начальника?

Да как все женщины, которыми руководит любопытство. Она среднего роста, стройная, очаровательная шатенка двадцати четырёх лет, год как замужем, детей пока нет. И производственного опыта тоже, можно сказать, нет. Но глазки кокетливо стреляют, бёдра, ягодицы играют. А чувственные губы, кажется, так и ждут поцелуя, манят, соблазняют мужчин. И ей действительно было любопытно: как, этот огромный, неуклюжий мешок тоже нуждается в объятиях и поцелуях? Неужели он о чём-то думает, кроме работы и вина? Но молодая женщина запамятовала, что её шеф уже не употребляет спиртного. Вскоре простое любопытство перешло в изумление, потом и в восхищение.

А вот жена Макашина в последнее время стала чаще обычного слышать от мужа неприличные слова. Правда, ради справедливости надо сказать, что чаще обычного стала она получать и крупные суммы денег. В постели дело ладилось не всегда, ибо муженёк находил поводы для ссоры и в гневе уходил спать в гостиную.

Галина почувствовала опасность для себя, поскольку буквально неделю назад у них всё было по-другому. Так что она даже боялась: выдержит ли такой бурный натиск с мужниной стороны. Но всё это осталось в прошлом, а женщине хотелось продолжения: она уже вошла во вкус. Пораскинув мозгами, решила устроить за мужем слежку. Но не могла она предположить, что муж оказался предусмотрительным – купил тайком от неё однокомнатную квартиру. Купил также «жигулёнка», об этом супруга знала, чему несказанно обрадовалась, так как на дачу теперь не придётся ездить на перекладных.


Четырнадцатого августа Макашин увёл Татьяну-целовальницу в укромное местечко на берегу Волги. Отметили там мёдом первый Спас, покупались. Молодая дама радовалась вылазкам на природу. Хотя не прочь была «позагорать» с начальником и на полу пока не обставленной однокомнатной квартиры. Тем более что её услуги оплачивались щедро.

Радовало её и то, что стала реже встречаться с грубыми рабочими. А ведь должность мастера её к этому обязывала. «Хотя бы нормировщицей, – думала она, – но сидеть в конторе или вагончике, а не бегать под открытым небом по объектам в любую погоду».

– Алёшенька, может, похлопочешь за меня? – стала она ласкаться к Алексею Николаевичу. То в воде на него прыгнет, то на берегу нежным котёночком подкатится.

– Хорошо, завтра поговорю с генеральным, – пообещал Алексей. К счастью или к несчастью, но генеральный не сумел отказать толковому начальнику участка, который два последних года был доверенным лицом на строительстве его личных коттеджей и в других мелких делах.

Так на участке ввели новую должность – нормировщик с окладом прораба. Ох, и возликовала Танюша, ох и запрыгала она, хлопая в ладоши.

Но, то ли от излишней радости, то ли оттого, что накупалась накануне после жарких объятий, поднялась у неё вдруг температура, в жар милоликую бросило. Отвёз её начальник домой и посоветовал оформить больничный лист. А около полудня жена Алёши стояла в кустах перед вагончиком, наблюдая за мужем.

«Точно ведь стал изменять с этой молодухой. Не зря она как-то с усмешкой посмотрела на меня, распутница. Уж лучше бы не кодировался, – с болью думала Галина. – Пусть меня раньше так не ворошил, но и на других не заглядывался, некогда было; зенки-то каждый день были зельем залиты. А сейчас вон как распрыгался, как будто нанюхался чего. С другой стороны, деньги большие появились. Правда, и раньше у него деньжата водились, но не столько, конечно. А тут машину купил, мне постоянно отваливает, сколько попрошу. Дочери выделил на платное обучение в экономическом институте. Сын, закончивший ПТУ, будет учиться на менеджера. Нет, закодированный всё же лучше, надо только на работу к нему почаще наведываться, чтобы знал: могу застукать его в любой момент в случае чего. И дома, пожалуй, надо поласковее с ним, пообходительнее. Да, так и сделаю, буду с ним ласкушей. Пусть грубит, кричит, а лаской я его всё равно покорю. Сегодня, так уж и быть, постою часок-другой; в окошко незаметно посмотрю. Если всё нормально, тихо скроюсь и буду ждать дома».

Не увидев ничего, чтобы внушало подозрение, Галина спустя полтора часа ушла на автобусную остановку.

После работы Алёша не узнал жену, потому как была она в шёлковом облегающем халате, под которым выступали широкие бёдра, высокая грудь; большие глаза с густыми чёрными ресницами таинственно мерцали небесной голубизной; на пухленьких губах манящая улыбка… Супруга показалась ему просто неотразимой. Тем не менее, он с деланным равнодушием оглядел её и, удивлённо подняв брови, прошёл на кухню. Жена тут же проследовала за ним; ухаживала за благоверным с такой лаской, чуть ли не на коленях ползала, и сломила его упорство. Да и как было устоять перед нежнейшей женщиной, если она предстала словно колдунья-любовница из эротического шоу. В постель они пошли в обнимку.

4

Неделя пролетела у Макашиных в мире, любви и согласии. На новой машине ездили на дачу, к родственникам в деревню. Однако через два-три дня опять с закодированным что-то произошло. Что?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6