Борис Алмазов.

Мир России, или Почему русские – русские



скачать книгу бесплатно

Почему я такой?

Чем один народ отличается от другого? Это только на первый взгляд кажется – ну, чего проще?! Разве можно спутать между собой негра и китайца, индейца и австралийского аборигена? Они же разные! И по цвету кожи, и по конституции лица – форме носа, разрезу глаз и т. д. и т. п.

А как различить, например, европейцев: финна, англичанина, белоруса и ярославского мужика?

Чего проще! Пусть заговорят! Языки-то разные!

Но Лев Николаевич Гумилев любил рассматривать этот вопрос, начиная его с рассказа о своей матери – Анне Ахматовой.

«Моя мать, – говорил он, – до десяти лет не знала русского языка. Говорила по-французски. Но то, что она не француженка, не требует доказательств. Иначе не стала бы она великой русской поэтессой! Александр Сергеевич Пушкин был, говоря языком расистов, цветным! Он – «квартеронец», то есть на четверть темнокожий. Его предки с одной стороны – русские бояре, а с другой стороны – эфиопы или негры, или, как их называли в его время, «арапы». Но он – великий русский поэт, и никому в голову не придет считать его африканцем. Хотя в Африке к нему относятся с большим почтением и даже поставили памятник как великому негритянскому поэту. Последнее обстоятельство к нашему разговору не относится – это сфера политики, а не антропологии, этнографии, истории и других наук, к каким мы будем обращаться».

Перечень, начатый Львом Гумилевым, можно продолжить: сын русского барина и пленной турчанки – великий поэт Василий Жуковский; среди предков Лермонтова – шотландцы, что не помешало ему стать русским гением.

Так где же критерий? Где та мера, что позволяет относить человека к тому или иному народу?

Л. Н. Гумилев предлагает следующую ситуацию.

В трамвае едут грузин, татарин, русский и немец. Допустим, что все они обладают среднеевропейской внешностью, поскольку бывают светловолосые татары и грузины и очень черноволосые немцы и русские. Определить, кто из них кто, пока они молчат, – невозможно. Национальность можно определить по акценту, но только в том случае, если они знают свой родной язык. А если для них родной язык – русский? И они говорят на нем без акцента?

Лев Николаевич развивает ситуацию. Как говорят космонавты, «дает вводную»: в трамвай на остановке влезает пьяный и начинает приставать к пассажирам.

По мнению Гумилева, возникает ситуация, когда мы можем увидеть признаки принадлежности человека к той или иной национальности. Гумилев назвал это «стереотипом поведения».

Что это такое?

В данном случае типичное для определенного этноса поведение каждого из участников эксперимента.

Русский долго будет уговаривать пьяного утихомириться.

Татарин, не скрывая своего омерзения, выйдет на ближайшей остановке и пересядет в другой трамвай.

Немец остановит трамвай и вызовет полицию.

Кавказец даст пьяному по физиономии.

Добавлю: я, донской казак, считаю казачество субэтносом, и казачий стереотип поведения несет в себе стереотипы, по крайней мере, трех народов.

То есть этнический, потомственный, а не «ряженый» казак сначала мягко сделает пьяному замечание, затем цыкнет, а уж если тот не утихомирится, намылит ему шею и вышвырнет на остановке из трамвая. Однако для казачьего стереотипа поведения, на мой взгляд, характерно другое: казак обязательно влезет в любой скандал и примет в нем живейшее участие. Вы скажете, что это довольно условная история, что поведение наших придуманных «героев» не обязательно будет таким. Но все-таки – согласились! – здесь видно некоторое присутствие национального «стереотипа поведения». Приведу еще один пример.

Психологи заметили, что южане считают северян холодными и довольно-таки заносчивыми людьми. А северяне южан – крикливыми, хамоватыми. Чаще всего такие суждения возникают после их общения друг с другом. При исследовании психологи выявили интересную подробность: у южан и северян при диалоге возникает (на уровне подсознания) потребность в разной дистанции. У южан – это сантиметров 90, у северян – не менее 120. То есть в момент диалога каждый – неосознанно! – старается держать указанную дистанцию. Южанин, напирая на собеседника, сокращает расстояние до «запланированных подсознанием» 90 сантиметров, а северянин отодвигается, увеличивая это расстояние хотя бы до «положенных» 120.

Откуда берется существующий на уровне подсознания стереотип поведения? Как утверждают ученые, национальный стереотип – это память о прошлом. Человеческая память всегда что-то упускает, что-то сохраняет, а что-то оставляет навсегда. Процесс «запоминания» на уровне подсознания для ученых-психологов пока еще достаточно обширное «белое пятно», но, как видите, даже небольшие открытия в науке дают неожиданный результат.

Как формируются такие стереотипы? На их формирование в первую очередь влияют природные условия, в которых жили наши предки. Приведу очень показательный пример.

Жители Южных Курил и Японии, находящиеся почти что в одинаковых климатических условиях, по-разному реагируют на внезапно наступившую жару. Русский снимет рубаху, японец – штаны.

А объясняется это стереотипом поведения, воспитанным в разных климатических условиях. Русские пришли на Курилы с севера, где нет палящих, падающих почти отвесно лучей солнца – спину не сожжешь, а земля, как правило, холодна… Японцы же побаиваются жалящих солнечных лучей, их давние предки жили почти на экваторе, где солнце жжет, а земля под ногами – теплая…

Влияет на стереотип поведения и система хозяйствования, связанная с ландшафтом, а значит, и быт, и пища, и, конечно, исторический опыт, поэтому стереотипов поведения множество. Люди это заметили давно. Пожалуй, именно стереотип поведения имеется в виду, когда начинаются разговоры о «голосе крови», категории скорее поэтической, чем научной, поскольку ее невозможно измерить. Это не говорит о том, что голоса крови нет. Душу вот тоже измерить пока не удается, а я уверен в ее наличии. Есть! А как же!

Но это все критерии объективные, включая даже стереотип поведения, хотя, например, русский, долгое время живущий среди чеченцев, полностью усваивает стереотип поведения чеченцев, но все равно считает себя русским. И вот это очень важное обстоятельство: кем человек себя считает сам! Лучше всех на вопрос «кто индиец?» (а в Индии представлен весь расовый спектр народов мира и сотни, если не тысячи, языков) ответил Джавахарлал Неру: «Индийцем считается человек, проживающий на территории Индии или на любой другой территории, говорящий на одном из языков Индии или не знающий его, живущий по индийским обычаям и в рамках индийской культуры или не живущий так, как живут в Индии… но считающий себя индийцем!»

Но кем себя считает человек, то есть к какому этносу себя причисляет, – не случайно. Законы, по каким складываются или не складываются этносы, пока изучены не вполне, далеко не все открыто. Но такие объективные законы есть. И мы их обязательно коснемся, когда будем изучать, как и какие этносы складывались на территории России, как и когда русские стали русскими.

Здесь, пожалуй, следует прочитать приложение № 3 – фрагменты статьи самого Льва Николаевича Гумилева. Мне все равно лучше него не сказать.

Современники фараонов

К сожалению, до сих пор большинство учебников, подробно и последовательно рассказывая о Древнем Египте, Ассирии и Вавилонии, о государстве ацтеков, о крито-микенской культуре, о древнем Шумере (о нем еще совсем недавно ничего не было известно, а нынче расшифрованные клинописные таблички доносят до нас даже судебные протоколы, и жителей этой страны мы знаем чуть ли не поименно) и о многом другом, глухо или вообще ничего не говорят о землях, лежащих севернее Черного моря, словно там ничего не происходило. А это не так. Люди и в те древние времена заселяли всю Землю. Племена двигались, сливались и расходились. Мир человеческий клокотал, разливался по всем просторам суши и при этом постоянно и поразительно изменялся.

Примерно за 9000 лет до Р. Х. в районе «Плодородного Полумесяца» (он располагался примерно от первого города-крепости на планете Иерихона в нынешней Иордании – построен в 8000 г. до н. э. и в 7000 г. разрушен кочевыми семитами, но затем восстановлен – до Персидского залива) люди освоили первые приемы земледелия и скотоводства. Люди уже долгие тысячелетия населяли Европу – наскальной живописи в Испании 35 тысяч лет. Первобытные охотники создавали свои произведения до IX тыс. до н. э. А петроглифы, или, как их еще называют, «писанцы», от палеолита до Средневековья…

Почему именно IX тыс. до н. э. стало точкой отсчета? В IX тыс. до н. э. сменился способ производства, зародилось примитивное земледелие, возникло скотоводство, но, опять-таки, не на всей планете. В эти века еще большая часть человечества живет охотой и собирательством. Однако с появлением стад домашнего скота, что было великим благом, появился и грозный спутник цивилизаций – война! И до этого племена, безусловно, сталкивались, и стычки эти были, вероятно, достаточно кровавы, но теперь появилась цель – отнять стадо, отнять главную ценность и самим мгновенно разбогатеть.

Потому-то и пришлось построить первую крепость – Иерихон. Город по тем временам огромный. В нем проживали целых две тысячи человек. Почему в этом месте поднялись крепостные стены? Он стоит на дороге, что соединяет три материка, – Африку, Азию и Европу. Иерихон – замок на этой дороге. Его никак не миновать и не обойти. С одной стороны море, с другой – горы. А торговля-то уже была! Стало быть, в Иерихоне оставляли плату за проход!

Примерно в 6000 г. до н. э. в Малой Азии вырос, как бы мы теперь сказали, крупный «промышленный центр» – город Чатал-Гуюк. Как называли его сами горожане, мы не знаем. Нынешнее название он получил по названию соседней турецкой деревни. В нем жили и трудились более 5000 человек. Лепили посуду, ткали материю, изготавливали из обсидиана различные орудия – естественно, на продажу.

В это же время земледельческие общины расселяются вдоль Нила в Египте. А далеко-далеко на Севере пра-пра-пра-прапредки будущих финнов и ненцев, принадлежащие к уральской языковой семье, освоили охотничьи угодья в Восточном Приуралье и дошли до Заполярья. Я думаю, что физических и интеллектуальных усилий этот тысячеверстный и многовековой марш к Ледовитому океану потребовал не меньше, чем освоение первобытного земледелия. И там, на вечной мерзлоте, в лесах и тундре, возникла удивительная цивилизация, только совсем другая, не такая, как на южном берегу Средиземного моря. Вероятно, люди появились на Севере еще раньше. До прихода или до формирования древней уральской семьи люди здесь уже жили. Они влились в состав пришельцев.

В VI тысячелетии до н. э. из общей уральской семьи выделись самодийцы – предки ненцев, селькупов и омоков. Они обогнули полярный Урал, где смешались с древними народами монголоидной расы – отсюда в их облике есть монголоидные черты, – и заселили огромные территории от Белого моря до полуострова Таймыр включительно, приручили оленя и создали потрясающую тундровую культуру, научившись жить весьма безбедно и счастливо в самых суровых актических условиях. Это все каменный век. Все оружие и орудия каменные или костяные.

Около 5000 г. возникает земледелие в Шумере (Месопотамия), тысячу лет спустя там появились города. И в это же время, в 4000-х гг. до н. э., происходило открытие техники плавки золота и меди. Через полтысячелетия в Шумере изобретают колесо, а в Средней Азии получают сплав меди и олова – бронзу. Начинается бронзовый век.

Примерно в 3300-х гг. до н. э. Верхний и Нижний Египет объединились под властью фараона. В 3118 г. до н. э. фараоном стал Менес, учредивший столицу в Мемфисе. Об этом событии сообщают древние египетские хроники, и оно зафиксировано в древнейшем дошедшем до нас памятнике египетского изобразительного искусства, так называемой плите Нермера. Но в это же время произошли события, которые нигде не зафиксированы, однако последствие происшедшего – наша с вами нынешняя жизнь.

Между 3000 и 2000 гг. до н. э. начались массовые расселения на территорию Азии и Европы народов двух языковых ветвей: индоевропейцев и семитов. Семиты – прапредки евреев, арабов, вавилонян, финикийцев. Индоевропейцы – предки племен, пошедших на юго-восток, – хеттов, мидян, иранцев, персов, на север – скифов и арьев. Арьи обогнули Каспий и вторглись с севера на полуостров Индостан. Поэтому в индийских свидетельствах арьи – жители Севера.

Волна индоевропейцев покатилась по Европе, где стали возникать центры будущих языковых семей: кельтов, италиков, иллирийцев, фракийцев и пришедших на берега Средиземноморья предков греков.

Севернее кельтов сформировался центр образования германских племен, между ними и древними балтами, между Одером и Вислой, выделились племена праславян. Повторяю: это все индоевропейцы.

Балканский полуостров и Кикладские острова освоили предки античных греков.

На острове Крит возникает первая европейская цивилизация. О ней еще век назад вообще ничего не было известно, а нынче восстановлены дворцы-лабиринты, и мы можем восторгаться произведениями искусства золотого века Крита, созданными между 2000 и 1450 гг. до н. э. Кносские дворцы раскопал археолог Эванс. Часть крито-микенского, так называемого линейного письма расшифрована, и мы можем с уверенностью сказать: авторы этих табличек говорили по-гречески. Гибель этой цивилизации относят к 1500-м гг. до н. э. Часть историков называют еще более точную дату: 1468 г. до н. э. Именно в этот год взорвался вулкан на острове Санторине (Фера). Раскопки начал и выдвинул впервые гипотезу о вулканической катастрофе греческий археолог Маринатос, погибший в раскопе. Санторин его не отпустил. Вулканический взрыв по силе сравнивают со взрывом 150 атомных бомб. Причем взрывались они будто заложенные в пулеметную ленту – последовательно, с перерывом в несколько минут.

Есть предположение, что воспоминания об этой катастрофе отражены в легендах о Всемирном потопе и о гибели Атлантиды. В образовавшуюся от взрыва огромную воронку шириной в восемь миль и глубиною в милю хлынуло море, поднявшаяся волна смыла все с побережья материков на расстоянии в 60 миль, а пепел, выброшенный вулканом, превратил день в ночь. Китайские хроники сообщают, что «солнце превратилось в луну и вымерзло пять урожаев риса». Дату катастрофы с большой точностью определили по антарктическому льду, где в слоях этого времени обнаружили следы вулканического извержения. Умирающий от голода Крит легко завоевали греки – микенцы, – те самые, что завоевали Трою, обнаруженную Генрихом Шлиманом.

В это же время на южном побережье Средиземного моря и в Египте появляются «народы моря» – «фелештым» – филистимляне, как звали их древние семиты – иудеи. Свое имя, или, вернее, данное им прозвище (как они сами себя называли – неизвестно), они оставили побережью, где высадились и жили, – Палестине. Кто они, эти загадочные «фелештым», и почему так легко раздвинули плотно заселявшие благодатные земли на побережье теплого моря племена? Возможно, беженцы, уцелевшие после страшной катастрофы, но не исключается, что это и жестокие микенцы, завершившие здесь свой завоевательный поход. Ясно одно: они – индоевропейцы, ни египтянам, ни семитам не родственники. И лучше вооружены. Они знали бронзу. В сказании о Самсоне говорится, что сыны израилевы зависели от филистимлян, поскольку ходили к ним затачивать свои каменные орудия.

На маленьком кусочке планеты столкнулись две разные цивилизации и две эпохи – самый финал каменного века и век новый – бронзовый. Правда, противостояние это длилось недолго. Бронзовый век стремительно сменил каменный. Имеют ли современные палестинцы и евреи из Израиля отношение к тому давнему конфликту? Я уверен, что только по названию. Нынешние палестинцы – арабы, то есть представители той же языковой семьи, что и евреи – сефарды, – никогда не покидавшие эти земли, а остальные израильтяне – пришельцы со всех концов света и даже представители разных рас. Как и палестинцы, они – современные люди, и с тысячелетним прошлым их роднят древняя религия и народное предание. Ни один народ не живет так долго. Но об этом подробнее в главе «Народы приходят и уходят – люди остаются».

Это все в теплых краях, в Средиземноморье. А у нас-то! У нас-то?! Уточним: на территории современной России и соседних ближних территориях. У нас тоже жизнь кипела! Примерно в середине II тыс. до н. э. – до Рождества Христова – образовалась праславянская общность, рядом с ней прагерманская и древнебалтийская. Еще раньше уральская группа, из которой выделились самодийцы, разделилась на угорскую и финскую. И все эти народы – предки современных народов – продолжали расселяться по планете, поглощая племена тех, кто жил в этих местах до них, и превращаясь в новые этносы.

Слово о бронзе

Три немолодых английских джентльмена, три старых холостяка, любили раз в неделю собираться у зажженного камина, уж не знаю, с трубками в зубах или со стаканами грога в руках. Как это принято у респектабельных англичан, каждый из них имел хобби. А надо сказать, настоящий английский джентльмен все, за что ни берется, делает основательно. Один – серьезно увлекался археологией, другой – геологией, а третий – чем увлекался, неизвестно, но служил старшим бухгалтером в какой-то крупной промышленной конторе.

В тот вечер археолог-любитель принес показать друзьям древний каменный топор, что нашел у себя в палисаднике, когда возился с посадкой розового куста. Он объяснил, что этот топор служил древнему охотнику во времена верхнего палеолита, то есть много тысяч лет назад.

Более всех находкой заинтересовался геолог, потому что камень, из которого выточен топор, в Англии не встречается. Этот редкий обсидиан – вулканическое стекло – родом из Афганистана.

Первая мысль, что пришла на ум друзьям, была такая: древние охотники, чья стоянка располагалась на месте палисадника археолога, пришли из Азии и принесли топоры с собой. Но археолог опроверг эту мысль, сказав, что топоров и иных изделий из этой каменной породы такое множество, что явно они накапливались десятками лет. Значит, топор – предмет торговли? Значит, в первобытные времена торговля уже существовала?

Через пятнадцать лет друзья издали научную работу, где на тысячах примеров (археолог находил, геолог определял, бухгалтер «обсчитывал» – готовил статистические и прочие математические данные) доказали, что в каменном веке, и в верхнем палеолите, и в мезолите, и в неолите уже существовала, как бы мы сказали сегодня, международная торговля.

Так вот, если даже в каменном веке древние купцы доставляли товары за многие тысячи километров, то в бронзовом веке торговля стала делом привычным. Бронза – металл искусственный, это сплав меди и олова, в природе он не встречается, его нужно изготовить. И даже пути, по каким доставлялись медная и оловянная руда или слитки, например в Древний Египет, можно проследить с точностью до километра.

В 2001 г. аквалангисты недалеко от древней Александрии обнаружили на дне моря остатки корабля – современника фараонов. Это, пожалуй, самый древний корабль из найденных на Земле. Может быть, старше Ноева ковчега, если тот существовал и в нем праотец спасался от последствий извержения на Санторине. Корабль – купеческий. Товарами – набит. Самое поразительное – слитки меди и олова. Всего десять тонн. Девять меди и тонна олова, то есть соотношение, необходимое для выплавки бронзы. Медь из Афганистана и с Кипра (потому этот остров так и назывался: Кипрус – Медный), а олово из Англии. Десяти тонн бронзы хватило бы для вооружения целого войска.

По другим товарам определили, что корабль курсировал вдоль побережья Северной Африки, Малой Азии, Балканского и Пиренейского полуостровов, доходил до территорий современной Франции и Испании и возвращался в Египет. То есть плавал по всей акватории Средиземного моря вдоль берегов. Для того чтобы совершать (и не убыточно) такое плавание, нужно быть не только моряком, но, как теперь говорят, маркетологом. Знать, где что купят, где и что купить самим, чтобы получить прибыль. Корабль нагружен, что называется, под завязку. Это говорит о том, что и порты, и рынки морякам-купцам были давно и хорошо известны. Средиземноморский рынок складывался давно: и медь, и олово везли к побережью очень издалека. Олово – через Ла-Манш, потом через всю нынешнюю Францию, к району Марселя; медь – из Афганистана. Только Кипр был под боком, но на этом острове медные копи истощились уже ко временам Гомера, т. е. к 700-м гг. до н. э.

А где же впервые человек добыл медь и выплавил бронзу? Не в Египте и не в Древней Греции, не на Кипре и не на Крите, а в дальней-дальней «исторической глуши», в давние-давние времена. На Южном Урале, в нынешней Башкирии. Там есть поразительное место, где находятся еще совершенно неисследованные медные копи древних людей. Называется оно – Аркаим.

Здесь степь как степь. Сухая, покрытая жесткой травой. Но стоит присмотреться, как отыскиваются многочисленные ямы-колодцы – это самые первые на нашей планете рудники. Они и отдаленно не напоминают даже примитивные шахты времен европейского Средневековья. В них есть что-то биологическое. Скорее, они похожи на ходы, какие прогрызают под корою личинки древесных жуков. Вся окрестная степь на глубине от трех до пятнадцати метров буквально прогрызена этими ходами. Туго приходится исследователю, когда он пытается пролезть ходами первобытных рудокопов. Они копали свои лазы, только чтобы проходили плечи, а плечи у них были много уже наших. Рост старателей Аркаима не превышал 150–160 см. Может быть, они чувствовали запах меди? Как, например, бушмены Южной Африки чуют запах воды под восьмиметровой толщиной песка. Как они отыскивали медные самородки в толще породы, как вытаскивали их на поверхность? Их технология загадочна не меньше, чем мастерство строителей пирамид или каменотесов с острова Пасхи.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11