Блейк Пирс.

Если бы она знала



скачать книгу бесплатно

Секунду женщина изучающе смотрела на неё, а потом впустила в дом. Кейт вошла и прошла по коридору мимо гостиной, в которой люди с грустными лицами собрались вокруг человека в кресле. Этим человеком была Дебби Мид. В мужчине, стоящем рядом и разговаривающим с другим мужчиной, Кейт узнала её мужа, Джима.

Кейт неловко вошла в комнату и направилась к Деб. Не мешкая, чтобы та не успела подняться с кресла, Кейт наклонилась и обняла её.

«Мне так жаль, Деб», – сказала она.

Деб была измучена долгими слезами и смогла лишь кивнуть, уткнувшись Кейт в плечо. «Спасибо, что пришла, – прошептала она Кейт на ухо. – Мы можем поговорить в кухне через несколько минут?»

«Конечно».

Кейт отступила от кресла и кивком головы поприветствовала тех присутствующих, чьи лица были ей знакомы. Чувствуя себя лишней, она прошла в конец коридора, который переходил в кухню. Здесь никого не было, но там, где когда-то стояли люди, остались пустые тарелки и бокалы. На столешнице стояло несколько пирогов, рулеты с ветчиной и другие закуски. Кейт решила заняться уборкой и прошла к раковине, чтобы помыть посуду.

Через несколько минут в кухню вошёл Джим Мид. «Ты не обязана это делать», – сказал он.

Кейт повернулась в его сторону и увидела его уставший и невероятно грустный взгляд. «Знаю, – ответила она. – Я пришла, чтобы поддержать. Когда я вошла, атмосфера в гостиной была тяжёлой, поэтому я решила поддержать вас тем, что помогу с посудой».

Джим кивнул, и казалось, он в любую секунду может уснуть прямо на месте: «Друг сказал, что видел, как в дом вошла женщина. Я рад, что это ты, Кейт».

Кейт увидела за спиной Джима ещё одного человека, идущего в кухню. Она была такой же уставшей и разбитой. Глаза Деб Мид опухли и покраснели от слёз. Волосы торчали во все стороны, и когда она попыталась улыбнуться Кейт, то у неё ничего не вышло.

Кейт отложила блюдо, которое мыла, быстро вытерла руки полотенцем у раковины и подошла к подруге. Кейт не любила объятия, но знала, когда они были необходимы. Она ждала, что, обнимая, Деб начнёт рыдать, но та молчала, тяжело повиснув на руках.

«Наверное, слёз уже не осталось», – подумала Кейт.

«Я узнала только сегодня утром, – сказала она. – Я так сочувствую, Деб. Вам обоим, – добавила она, посмотрев на Джима».

Джим благодарно кивнул и посмотрел в сторону коридора. Когда он убедился, что там никого нет, а все собравшиеся продолжают тихо общаться в гостиной, то сделал шаг ближе к Кейт, когда та отошла от Деб.

«Кейт, мы хотим тебя кое о чём попросить», – почти шёпотом сказал Джим.

«И, пожалуйста, – взяв её за руку, сказала Деб, – позволь нам всё сказать, не перебивай, – Кейт почувствовала, как дрожит рука Деб, и у неё сердце сжалось в груди».

«Конечно», – ответила она. Мольба в их взглядах и общее горе нависли над её головой, как наковальня, которая может в любой момент опуститься.

«У полиции нет никаких зацепок относительно убийцы, – сказала Деб.

Её усталость превратилась во что-то, напоминающее гнев. – Исходя из наших слов и сообщений, что нашли в телефоне Джули, полиция сразу арестовала её бывшего парня. Они продержали его в участке меньше трёх часов и отпустили. Вот так запросто. Но, Кейт,… я знаю, что это он. Это должен быть он».

Во время работы агентом Кейт много раз видела подобное. Убитые горем члены семьи хотели моментального правосудия. Они не обращали внимания на логику и здравый смысл расследования, ища скорейшего возмездия. Если мгновенных результатов не было, опечаленные родственники начинали обвинять ФБР и полицию в некомпетентности.

«Деб,… если они сразу его отпустили, значит, у них было весомое основание. В конце концов,… как давно они расстались?»

«Тринадцать лет назад, но он многие годы пытался снова с ней сойтись, даже несмотря на то, что она вышла замуж. Она даже получила защитное предписание».

«И всё же… Если его отпустили, значит, у него было надёжное алиби».

«Если и так, то мне они ничего об этом не рассказали», – сказала Деб.

«Деб,… послушай, – сказала Кейт, ободряюще сжав её руку. – Вы переживаете утрату. Пройдёт несколько дней, и ты станешь смотреть на всё с точки зрения разума. Я много раз видела подобное».

Деб покачала головой: «Кейт, я знаю, что говорю. Они встречались три года, и я ни секунды ему не доверяла. Мы уверены, что он как минимум дважды избивал её, но Джули ни разу не обратилась в полицию и ничего нам не сказала. У него проблемы с самообладанием. Даже он сам это признавал».

«Я уверена, полиция…»

«Вот о чём мы просим, – перебила её Деб. – Я хочу, чтобы ты всё проверила. Я хочу, чтобы ты занялась этим делом».

«Деб, я на пенсии. И ты это знаешь».

«Знаю. А ещё я знаю, как сильно ты скучаешь по работе. Кейт,… человек, убивший мою дочь, отделался лёгким испугом и коротким пребыванием в комнате для допросов. Сейчас он дома, уютно расположился в гостиной, а я должна организовывать похороны дочери. Это неправильно, Кейт. Прошу,… проверь всё сама. Я понимаю, что ты не можешь сделать это на официальном уровне,… но сделай, что сможешь. Я буду очень благодарна».

В глазах Деб было столько боли, что Кейт почувствовала, как та передалась ей. Умом она понимала, что должна стоять на своём, чтобы не питать горе Деб ложными надеждами. В то же время она понимала, что Деб права. Она действительно скучала по работе. И если речь шла лишь о нескольких звонках в департамент полиции Ричмонда или бывшим коллегам в Бюро, это всё лучше, чем ничего.

Этот вариант был однозначно предпочтительней нездорового увлечения воспоминаниями о днях на службе, подправленного одинокими поездками на стрельбище.

«Вот, что я могу сделать, – сказала Кейт. – Когда я вышла на пенсию, то утратила всю власть. Да, мне звонят и спрашивают совета по тому или иному делу, но у меня нет права что-либо решать. Более того, это расследование находится вне моей юрисдикции, даже если бы я до сих пор работала на Бюро. Однако я сделаю пару звонков старым знакомым, чтобы убедиться, что полиция отпустила бывшего парня на веских основаниях. Честно сказать, Деб, это всё, что я могу сделать».

Она увидела благодарность во взгляде Деб и Джима. Деб снова её обняла, но на этот раз дала волю слезам: «Спасибо».

«Мне не сложно, – сказала Кейт, – но я не могу ничего обещать».

«Мы понимаем, – сказал Джим, – но также знаем, что сейчас за нашим делом следит профессионал».

Кейт было неуютно от мысли, что они видели в ней госслужащего, который им помогал, или считали, что полиция им не поможет. Опять-таки, она понимала, что всему виной было горе, которое ослепляло их в поиске ответов. Она решила, что пусть пока всё идёт, как идёт.

Она подумала о том, какой уставшей чувствовала себя перед тем, как уйти в отставку – это была не физическая усталость, а эмоциональное опустошение. Она всегда любила свою работу, но как часто, заканчивая расследование, говорила про себя: «Боже, как я устала от этого дерьма…»

В последние годы эта фраза проскальзывала всё чаще.

Но сейчас речь шла не о ней.

Она прижала подругу к себе, думая о том, что как бы люди ни пытались оставить позади прошлое – будь то старые отношения или работа, – оно всегда каким-то образом следовало по пятам.

Глава третья

Кейт не теряла времени. Она вернулась домой и секунду сидела за столом в маленьком кабинете. Она посмотрела из окна кабинета на скромный задний дворик. Солнце проникало в комнату через окно, оставляя прямоугольник света на деревянных половицах. Пол, как и всё остальное в доме, построенном в 1920-е, был потёрт и поцарапан. Живя в районе Каритаун в Ричмонде, Кейт часто чувствовала себя здесь неуместно. Каритаун был модным районом, и она понимала, что в ближайшем будущем ей придётся отсюда уехать. У неё было достаточно денег, чтобы купить дом там, где она пожелает, но сама мысль о переезде лишала её всяких сил.

Наверное, пенсия давалась ей так тяжело именно из-за отсутствия мотивации. Не говоря уже о нежелании отказываться от воспоминаний о тридцатилетней карьере в Бюро. Когда эти две вещи случались вместе, Кейт чувствовала себя поникшей и потерянной.

Но теперь была просьба Деб и Джима Мидов. Да, просьба была некорректной, но Кейт не видела ничего дурного в том, чтобы сделать пару звонков. Если они ничего не дадут, то она, по крайней мере, сможет позвонить Деб и сказать, что сделала всё, что смогла.

Первым она позвонила заместителю комиссара полиции штата Вирджиния, мужчине по имени Кларенс Грин. Она тесно работала с ним в ходе нескольких расследований в течение последних десяти лет, и они питали друг к другу взаимное уважение. Кейт надеялась, что последний год не навредил их отношениям. Отлично зная, что в кабинете Кларенса никогда не застать, она не стала звонить в офис и набрала номер сотового.

Когда Кейт уже собиралась положить трубку, то услышала знакомый голос. На секунду ей показалось, что она никогда не уходила с работы.

«Агент Уайз, – сказал Кларенс, – как, чёрт возьми, ты поживаешь?»

«Хорошо, – ответила она. – А ты?»

«Как всегда, хотя должен признать… Я думал, что уже никогда не увижу твой номер на дисплее телефона».

«Именно поэтому я и звоню, – сказала Кейт. – Мне неудобно беспокоить тебя по такому поводу после почти года молчания, но моя подруга только что потеряла дочь. Я дала ей слово, что проверю, как идёт расследование».

«И что ты хочешь от меня?» – спросил Кларенс.

«Главным подозреваемым был бывший парень дочери. Похоже, его арестовали, а потом отпустили через три часа. Как ты понимаешь, родители хотят знать почему».

«А, – ответил Кларенс. – Послушай,… Уайз, я не могу вот так запросто поделиться с тобой этой информацией. И ты должна сама это понимать».

«Я не пытаюсь вмешиваться в ход расследования, – сказала Кейт. – Мне лишь интересно, почему родителям не объяснили реальную причину, по которой подозреваемого отпустили. Она потеряла дочь и ищет ответы…»

«И вновь я должен тебя остановить, – сказал Кларенс. – Как ты знаешь, я довольно часто вынужден иметь дело с разбитыми горем матерями, отцами и вдовами. Если ты лично знакома с одной из них, это не значит, что я могу нарушить протокол или пойти навстречу твоей просьбе».

«Мы с тобой достаточно времени проработали бок о бок, чтобы ты понимал, что я руководствуюсь только лучшими побуждениями».

«Не сомневаюсь, но последнее, чего мне хочется, это видеть, как ушедший на покой агент ФБР пронюхивает информацию о текущем расследовании, пусть даже не пытаясь в него вмешиваться. Ты же должна это понимать, верно?»

Самое неприятное в этом было то, что она была с ним согласна, но должна была сделать последнюю попытку: «Считай это личным одолжением».

«Ну конечно, – с лёгким снисхождением сказал Кларенс, – только мой ответ «нет», агент Уайз. А теперь, если ты позволишь, мне нужно идти в суд для разговора с одной из горюющих вдов, о которых мы только что говорили. Прости, что не смог помочь».

Он положил трубку, не попрощавшись. Кейт осталась сидеть на стуле и смотреть на медленно ползущий квадрат света на полу. Она стала думать над следующим шагом, отметив про себя, что заместитель комиссара только что сказал, что идёт в суд. Она рассудила, что было бы разумно посчитать отказ в помощи с его стороны собственным поражением, но его нежелание помочь лишь придало ей сил пытаться дальше.

«Мне всегда говорили, что я была упрямым агентом, – подумала она, поднимаясь из-за стола. – Приятно видеть, что некоторые вещи не меняются».

***

Полчаса спустя Кейт парковала машину в подземном гараже, примыкающем к Третьему участку полиции. Исходя из того, где произошло убийство Джули Мид – в замужестве Джули Хикс, – Кейт решила, что сможет получить нужную информацию именно здесь. Единственной проблемой было то, что кроме заместителя комиссара Грина она не знала никого из местных офицеров, не говоря уже о служащих Третьего участка.

Она уверенно вошла в приёмную. Кейт знала, что наблюдательный офицер сразу бы отметит пару интересных деталей в её облике. Во-первых, при ней не было оружия. У неё было разрешение на скрытое ношение оружия, но, принимая во внимание цель визита, присутствие пистолета могло лишь навредить, если бы её поймали даже на незначительном обмане.

Обман был ей не по карману. На пенсии или нет, речь шла об её репутации – репутации, которую она бережно создавала целых тридцать лет. В следующие минуты ей предстоит нелёгкое испытание, и она была к нему готова. Она ни разу так не волновалась за весь год на пенсии.

Она подошла к стойке приёмной – ярко освещённой зоне, отделённой от главного зала стеклянной перегородкой. За столом сидела женщина в форме. Когда Кейт подошла, та проставляла штампы в учётном журнале. Она посмотрела на Кейт с таким выражением, будто улыбка уже несколько дней не касалась её лица.

«Чем я могу вам помочь?» – спросила секретарь.

«Я бывший агент ФБР и ищу информацию по убийству, которое произошло совсем недавно. Я надеялась узнать имена офицеров, занимающихся этим делом».

«Можно посмотреть ваши документы?» – спросила женщина.

Кейт достала водительское удостоверение и просунула его в отверстие в перегородке. Женщина-секретарь изучала его не больше секунды, а потом вернула назад: «Мне нужно ваше рабочее удостоверение».

«Как я уже сказала, я на пенсии».

«Кто вас направил? Мне нужны имена и контактные данные этих людей, чтобы они могли заполнить форму запроса на получение информации».

«Я надеялась, мы сможем обойти формальности».

«Тогда я ничем не могу вам помочь», – сказала женщина.

Кейт не знала, стоит ли настаивать на своём. Если она будет слишком навязчива, кто-нибудь обязательно доложит о ней Кларенсу Грину, а этого ей не хотелось. Она напряжённо искала другой выход. В голову пришла только одна мысль, и она была более рискованной, чем то, что она делала сейчас.

Вздохнув, Кейт коротко ответила: «В любом случае спасибо».

Она развернулась на каблуках и вышла из здания. Она была смущена. О чём, чёрт возьми, она думала? Даже если бы у неё до сих пор было удостоверение агента, полиция Ричмонда не имела права выдавать ей какую-либо информацию без разрешения начальника в Вашингтоне.

Было очень унизительно возвращаться к машине с всепоглощающим чувством, когда ты понимаешь, что ты обычный гражданин.

«Гражданин, который не принимает отказов».

Кейт достала телефон и позвонила Деб Мид. Когда та взяла трубку, её голос всё так же казался уставшим и отрешённым.

«Прости за беспокойство, Деб, – сказала Кейт. – Ты знаешь имя и адрес бывшего парня?»

Оказалось, что Деб знала и то, и другое.

Глава четвёртая

У Кейт не было старого рабочего удостоверения из Бюро, но был электронный пропуск, которым она пользовалась перед тем, как уйти в отставку. Он стоял на полке над камином, как реликвия из прошлой жизни, ничем не лучше старого выцветшего фото. Когда Кейт покинула Третий участок, она вернулась домой и взяла пропуск. Она долго думала, брать или не брать с собой пистолет. Она с любовью посмотрела на М1911, но оставила его лежать в прикроватной тумбочке. Если она возьмёт пистолет с собой, то у неё могут возникнуть серьёзные проблемы.

Однако она решила взять наручники, которые хранила в коробке из-под обуви под кроватью вместе с другими ценными вещичками с работы.

На всякий случай.

Кейт вышла из дома и поехала по адресу, который дала Деб. Она направилась в Шоко Боттом, до места было двадцать минут езды. Она не нервничала, но чувствовала легкое волнение. Кейт понимала, что ей не следует делать то, что она задумала, но в то же время ей было приятно снова пуститься в погоню, пусть даже об этом никто не должен был знать.

Доехав до дома бывшего парня Джули Хикс по имени Брайан Нейлболт, Кейт подумала о собственном муже. Мысли о нём время от времени возникали в её голове, но иногда они задерживались в сознании надолго. Сейчас, когда она сворачивала на нужную улицу, случилось нечто подобное. Она так и видела, как он разочарованно качает головой.

«Кейт, ты знаешь, что тебе не следует это делать», – словно бы говорил он.

Она натянуто улыбнулась. Иногда она жутко скучала по мужу, что ярко контрастировало с тем фактом, что ей казалось, она довольно быстро оправилась после его смерти.

Она тряхнула головой, чтобы избавиться от воспоминаний и припарковала машину у дома, адрес которого получила у Деб. Это был довольно милый дом на два хозяина, с отдельным входом для каждого. Выйдя из машины, Кейт сразу поняла, что дома кто-то был, потому что услышала чей-то довольно громкий голос.

Когда она поднялась по ступеням крыльца, ей показалось, что она вернулась в прошлое примерно на год назад. Ей снова казалось, что она была агентом, пусть даже на поясе не было пистолета. И всё же, будучи агентом на пенсии, она не могла и представить, что скажет, когда постучит в дверь.

Кейт не позволила этим мыслям себя остановить. Она постучала в дверь с той же уверенностью, с которой стучала бы год назад. Вслушиваясь в громкий голос изнутри дома, она решила, что будет говорить правду. Ложь в её ситуации, когда она и без того лезет не в своё дело, могла только навредить, если бы её поймали.

Мужчина, открывший дверь, на минуту ввёл Кейт в ступор. Это был качок ростом около метра девяносто. Глядя на его плечи, можно было легко представить, как много он тренируется. Его можно было принять за профессионального борца. Единственное, что не вязалось с его обликом, это злость во взгляде.

«Да, – сказал он. – Вы кто?»

Кейт сделала так, как уже давно не делала. Она показала ему свой пропуск. Она надеялась, что он сможет придать весомость её появлению: «Меня зовут Кейт Уайз. Я агент ФБР на пенсии. Я надеялась, что вы сможете уделить несколько минут разговору со мной».

«О чём?» – быстро и неприветливо ответил мужчина.

«Вы Брайан Нейлболт?» – спросила она.

«Это я».

«Вы раньше встречались с Джули Хикс, верно? В девичестве её звали Джули Мид».

«Чёрт. Опять об этом? Знаете, грёбанные копы уже забирали меня в участок и допрашивали. Теперь очередь федералов?»

«Хочу вас заверить, что я здесь не для того, чтобы вас допрашивать. Я просто хочу задать несколько вопросов».

«Как по мне, это и есть допрос, – ответил он. – Кроме того, вы сказали, что на пенсии. Уверен, это означает, что я не обязан выполнять ваши просьбы».

Кейт притворилась, что его слова её задели, и отвела взгляд. На самом же деле она смотрела на его огромные плечи и то, что находилось за ними. Она увидела стоявшие у стены чемодан и два рюкзака. На чемодане лежал лист бумаги. Крупный логотип указывал на то, что это была распечатка квитанции с Orbitz. Судя по всему, Брайан Нейлболт собирался на какое-то время покинуть город.

Не лучший вариант, когда бывшую девушку убили, а тебя арестовала и допросила полиция, в итоге отпустив.

«Куда вы направляетесь?» – спросила Кейт.

«Не ваше дело».

«С кем вы так громко разговаривали по телефону, когда я постучала?»

«И снова не ваше дело. А теперь простите меня…»

Он собрался закрыть дверь, но Кейт не позволила. Она сделала шаг вперёд и вставила нос туфли между дверью и косяком: «Мистер Нейлболт, я прошу уделить мне пять минут вашего времени».

Глаза мужчины заволокла пелена ярости, которая тут же исчезла. Он ссутулился, и Кейт показалось, что он выглядит опечаленным. Тот же взгляд она видела у Мидов.

«Вы сказали, вы на пенсии, так?» – сказал Нейлболт.

«Верно», – подтвердила Кейт.

«На пенсии, – повторил он. – Вот и выметайтесь с моего крыльца».

Она не сдавалась, давая понять, что не собирается никуда уходить.

«Я сказал, убирайтесь с моего крыльца!»

Он кивнул головой и потянулся, чтобы толкнуть Кейт. Она почувствовала силу его рук, когда они коснулись плеча, и действовала по возможности быстро. Её поразила скорость собственных реакций и хорошая мышечная память.

Она отшатнулась назад и обхватила правую руку Нейлболта двумя руками. В то же самое время она опустилась на одно колено, чтобы сохранить равновесие и не упасть назад. Затем она попыталась перекинуть его через бедро, но он был слишком тяжёлым. Когда Нейлболт понял, что она хочет сделать, то с силой ударил её локтем по рёбрам.

Воздух вылетел из лёгких Кейт, но из-за удара локтем мужчина сам потерял равновесие. Когда она вновь попыталась перекинуть его через бедро, приём сработал. Кейт вложила в него все силы, и всё вышло даже удачнее, чем планировалось.

Нейлболт слетел по ступеням вниз. Приземлившись, он ударился о нижние две ступени. Он вскрикнул от боли и сразу попытался подняться на ноги. Шокированный, он поднял глаза на Кейт, пытаясь понять, что произошло. Движимый яростью и удивлением, хромая и теряясь в пространстве, он бросился вверх по лестнице.

Кейт шокировала его ещё больше ударом правого колена по лицу, когда он добрался до крыльца. Он попытался увернуться, она попала по виску и снова припала на колени. Она с силой прижала его голову к крыльцу, пока он пытался ухватиться за ступени руками и ногами. Кейт достала наручники из внутреннего кармана куртки и надела их на него со скоростью и лёгкостью, которые могут дать только тридцать лет практики.

Она отошла от Брайана Нейлболта и посмотрела на него сверху вниз. Он не пытался освободиться от наручников и, на самом деле, выглядел совершенно потерянным.

Кейт потянулась к телефону, собираясь вызвать полицию, когда поняла, что руки дрожат. Адреналин кипел в жилах, и она была на взводе. Она также поняла, что улыбается.

«Боже, как я по этому скучала».

Рёбра чертовски болели от удара – уж точно болели гораздо сильнее, чем болели бы пять или шесть лет назад. И ещё: у неё всегда так ныли коленные суставы после драки?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4