Бернхард Хеннен.

Небеса в огне. Том 2



скачать книгу бесплатно

Спасся

Лоб богини распахнулся, в лицо Хорнбори брызнули мозги.

– Святые альвы!

Девантар смотрела на него стеклянными глазами. Но не упала, а продолжала плыть в том же направлении. Почти с той же скоростью, что и он. Нет, немного быстрее. Она приближалась. Ее змеи извивались, шипели, тянулись вперед, пытаясь укусить его.

Хорнбори ухватился за секиру, висевшую у него на поясе. Змеи! Вот с этим он точно справится.

– Идите сюда, гады ползучие! Я вас в капусту изрублю! – Он в ярости принялся колотить по змеиному клубку, вросшему в голову богини. Несколько мгновений – и отрубленные змеи полетели в разные стороны.

Жгучий яд брызгал ему на пальцы. Он не обращал внимания на боль, и его секира не посрамила своего имени.

«Я спасся», – облегченно подумал он, наконец опустив оружие. В очередной раз.

Отличный план

– Зовущая бури мертва! – воскликнул потрясенный Длиннорукий.

Пернатый почувствовал ужас своих братьев и сестер. Они ведь боги! Как могло случиться, что их сестра погибла?

– Я уверен, что это работа небесных змеев, – в панике бормотал Длиннорукий.

– Молчи! – велел ему Пернатый.

Подобная болтовня – это последнее, что им нужно. Все они собрались в Ничто, у Золотой тропы, по которой маршировало войско детей альвов. Его план был прост и гениален. Они столкнули в Ничто сотни детей альвов. Конечно, они могли и убить их, но дело было не в парочке эльфов и карликов – девантары надеялись, что небесные змеи пришлют на помощь воинам способных к магии драконов. Драконов, которые могут летать в Ничто и свободно перемещаться там, где простым существам наступает конец. И они убьют этих драконов. Всех! Многие годы небесные змеи не давали своим низшим братьям участвовать в сражениях. Приберегали их в качестве резерва для последней битвы. И вот теперь девантары намеревались уничтожить этот резерв.

– Зовущая бури мертва! – как литанию повторял Длиннорукий. – Здесь небесные змеи.

– Сохраняй спокойствие, брат. Они никогда прежде не вмешивались в сражения, – напомнил Живой Свет.

Пернатый никогда особенно не любил своего брата, любившего появляться в облике светящегося существа. Считал его чрезмерно эксцентричным, изнеженным и нацеленным не на то, что нужно. Но сейчас он наконец-то поступил правильно и помог ему. Как же чертовски трудно было заставить их всех действовать сообща! Слишком много интриг, слишком много самовлюбленных индивидуалистов, слишком…

Пернатый отчетливо ощущал приближение чужой силы. А еще чувствовал растущее напряжение своих братьев и сестер. Повысив голос, он воскликнул:

– Мы все разработали план! И этот план хорош! Давайте же воплотим его в жизнь! Как правило, поражение начинается с того, что кто-то отступает от задуманной цели. Идемте же, убьем драконов! Отомстим за сестру! – И, не оборачиваясь, не тратя времени на дальнейшие перебранки, он полетел к тропе альвов. Двигаться в Ничто было легко. Нужна была лишь воля и немного магии.

Девантар предвкушал бой.

Наконец-то повеселятся не только Львиноголовый и Ишта. Он не понял, почему эти двое взяли с собой Зовущую бури. Она никогда не была истинной воительницей. Может быть, она наткнулась на нескольких драконников? Все они были вооружены зачарованными клинками и могли стать опасными даже для девантара.

Пернатый приближался к широкой Золотой тропе. Бегущие войска выделялись на ее фоне в виде теней. А затем он увидел бледно-желтого дракона. Девантара захлестнула эйфория. Он был охотником и всегда жаждал заполучить такую добычу! Девантар покрепче сжал копье и полетел быстрее. Издав радостный орлиный клич, он обрушился на дракона, несшего в когтях карлика. Бестия попыталась увернуться, но он, описав красивую дугу, последовал за ней. Бросился навстречу, подтянул ноги, когда жадная пасть дракона намеревалась вцепиться в них, а затем метнул копье. Длинный наконечник вонзился в один из странных глаз дракона. Они были похожи на прозрачное стекло, совсем без темного зрачка. Острие копья пронзило фальшивое стекло и исчезло глубоко в голове дракона. В предсмертных судорогах тот раздавил тело карлика, которого нес в когтях.

«Двоих одним махом», – удовлетворенно подумал Пернатый и произнес слово силы, заставляя копье устремиться обратно и лечь в его руку.

Некоторые братья и сестры предпочли броситься на детей альвов, находившихся на Золотой тропе. Таких он презирал. Недостойно драться с противниками, априори более слабыми, чем они. Теперь девантару хотелось убить одного из крупных драконов. Хищника, обладающего тысячелетним опытом. Он летел вдоль тропы, слушая крики и наслаждаясь паникой в рядах врагов. Многие дети альвов добровольно прыгали в Ничто.

И вдруг он увидел Ишту. Рядом с ней парил Львиноголовый. Оба махали ему руками.

– Мы ошиблись! – крикнула Крылатая. – Они пришли! Ты только посмотри! Там! – И она, вытянув руку, указала вперед. – Пока только один из них, остальные еще слишком далеко. Воспользуйся Незримым оком, и ты увидишь его.

Ишта оказалась права. В магическом мире Пернатый отчетливо увидел небесного змея. Его аура, подобная луне среди звезд, затмевала собой все, что находилось рядом. Он был огромен! И он приближался к ним.

– Я думаю, что с ним пришли его братья, – прорычал Львиноголовый. – Я чувствую их. Они выше, над дорогой. Ближе к следующей звезде альвов.

Пернатый ничего не почувствовал, но поверил Львиноголовому. Он презирал мятежного бессмертного, избранного его братом для своих целей, но тем не менее не мог не признать, что охотник он хороший. Лучше многих, ибо обладает инстинктами настоящего хищника.

– Давайте схватим одиночку, – предложила Ишта. – Полетим к нему, схватим и прыгнем на звезду альвов, через которую пришли сюда. А там спокойненько заколем его, пока братья не пришли ему на помощь.

Пернатый вспомнил, как они с Иштой и Длинноруким сражались с Пурпурным. Его брат был так сильно изранен в этом бою, что зарекся драться с небесными змеями во веки веков. Даже если им удастся отделить огромного дракона от его братьев по гнезду, то заколоть его будет непросто.

– Так и сделаем, – решил Львиноголовый и полетел вместе с Иштой навстречу небесному змею.

Пернатый на миг замер, рассерженный тем, что эти двое не стали ждать его решения, а затем полетел вслед за ними. Он не хотел показаться трусом.

В этот же миг он ощутил охватившую остальных девантаров панику. Теперь все они почувствовали, что на поле битвы явились драконы-боги Альвенмарка. Паническая болтовня Длиннорукого оказалась пророчеством.

Его братья и сестры были далеко не трусливыми, но необходимость ввязываться в драку с практически равносильным противником не нравилась им. Их чудесный план вот-вот должен был обернуться катастрофическим поражением, и изменить это способно было лишь мужество.

Пернатый закрыл Незримое око и увидел небесного змея. Дракон был цвета нежных весенних побегов. Он тоже заметил их и приветствовал Львиноголового, оказавшегося ближе всех к нему, струей пламени. Его брат почти успел увернуться от огня, загорелась лишь грива. Всего на один удар сердца, а затем слово силы потушило разгорающееся пламя.

Пока Ишта и Львиноголовый пытались вцепиться в концы драконьих крыльев, Пернатый направился к длинной, похожей на змею шее чудовища.

Дракон повернулся вокруг своей оси, чтобы стряхнуть его. При этом он ударил Ишту хвостом. Черная чешуя разорвала ее одежды. Пернатый воспользовался возникшей возможностью, потянулся и коснулся шеи чудовища, одновременно увернувшись от склонившейся к нему головы. Каким бы гибким ни был дракон, он не мог согнуть шею настолько, чтобы поддеть его клыками.

– Давайте! – громовым голосом крикнул Львиноголовый.

Пернатый обеими руками потянулся к шее дракона, но не смог обхватить ее даже вполовину. Упрямо думая о звезде альвов, через которую они вошли в Ничто, девантар произнес слово силы. Ощущение было такое, словно его схватила невидимая рука великана и отшвырнула прочь. На миг ему показалось, что его разорвет, вывернет наружу, а затем все закончилось. Он почувствовал магические колебания близкой звезды альвов. Сильную пульсацию.

Небесный змей вздыбился и издал дикий крик.

У Пернатого больше не было сил держаться за гладкую чешую. Его отбросило в сторону. Он увидел, как дракон ударил когтями Львиноголового, который при помощи магии призвал щит, чтобы отбиться от врага. Но гнев дракона разорвал металл, а его брат получил глубокие раны.

Ишта попыталась вонзить свое копье в бок небесного змея, но тот отбросил его сильным ударом крыльев.

Пернатый тоже занес копье и в гневе метнул его. Яростно выкрикнул слово силы, чтобы управлять полетом своего оружия. Копье описало широкую дугу и понеслось прямо в грудь дракона, ниже основания шеи. Наконечник раскалился от колеблющейся и усиленной гневом магии.

Богоподобный дракон тут же отреагировал. Он выплюнул слово силы, и Пернатый почувствовал, что этот ящер воспользовался магией, текущей сквозь ближайшую звезду альвов, чтобы усилить свое заклинание.

Сотни нежно-зеленых чешуек отделились от тела дракона, и девантару показалось, что внезапно налетевший порыв ветра сорвал листву с зацветающего дерева. Чешуйки ринулись навстречу копью, позволили ему проткнуть себя, чтобы остановить несущееся на дракона оружие.

Их дуэль превратилась в сражение двух сил воли. Пернатый тоже потянулся к волшебной силе, наполнявшей Золотую сеть, и направил свое копье. Оно должно найти цель, ничто не сможет остановить его. И действительно, острие копья, которое неудержимо неслось вперед, протыкало одну чешуйку за другой.

В магии дракона появился еще один оттенок. От его тела оторвались новые чешуйки. Кружась подобно бабочкам, они устремились навстречу Пернатому и двум другим девантарам. Вот уже первая из них нашла свою цель. Несмотря на то что для стороннего наблюдателя они были похожи на листочки, это по-прежнему была драконья чешуя. Чешуйки задели лицо Пернатого, оставив глубокие шрамы на щеке. Девантар невольно закрыл глаза.

Потом их полетели сотни. Они разорвали его оперенье, оцарапали клюв, вспороли веки, когда он закрыл их, чтобы защититься от бури острых как нож чешуек.

Он услышал исполненный боли крик Ишты, проклятия Львиноголового. Чешуйки безжалостно рвали его перья, впивались в его плоть, но он молчал.

Он мог бы покончить с болью. Достаточно было воспользоваться своей силой и защититься, вместо того чтобы нападать. Но он не хотел этого. Ему нужна была победа. Любой ценой! Поэтому девантар отгонял боль, полностью сосредоточившись на копье. Он продвигал его вперед, против силы поднятой чешуйками бури, пока наконец не почувствовал, как острие коснулось плоти дракона, как раскаленная сталь вошла в нее, как вскипела драконья кровь, выступая из раны горячим паром.

Его собственное лицо уже практически лишилось кожи. От клюва остался лишь жалкий огрызок. Чешуйки-бабочки резали глаза, из глазниц выступило студенистое желе. Боль была сильнее всего того, что ему довелось испытать прежде. Что ж, или дракон, или он. Лишь несколько ударов сердца отделяло их обоих от смерти. Чешуйки царапали кости черепа.

Он – бог, он создал мир людей! Он и себя создаст заново, если выживет. Сдаться было так заманчиво. Одна мысль, одно произнесенное шепотом слово – и он будет в безопасности.

Его воля безжалостно вгоняла копье все глубже и глубже в драконью плоть. Он чувствовал, что пульсирующее сердце бестии совсем близко от острия, как чувствовал и то, что его собственное сердце бьется все слабее и слабее. Слишком много крови он потерял. Но девантар думал только о победе и не хотел сдаваться.

Копье вонзилось в сердце дракона. Сильная мышца сократилась сильнее, а затем обмякла. Режущие чешуйки опали с Пернатого, полетели прочь в бесконечное Ничто. Но боль не прекращалась. Она терзала плоть, хотела утянуть его во тьму безумия. Сердце билось слабо и неровно.

– Мы с тобой, брат, – услышал он совсем рядом голос Ишты. Она коснулась его, и боль взвилась к новым, доселе неведомым высотам. Он весь превратился в боль. И последнюю мысль.

– Он мой! – раздался в его голове голос сестры. – Отнесите его к кровавому пруду. Он навеки будет моим.

Мая

– Жрецы, принесите черепки! – громовым голосом приказал Соломон, первый Хранитель света.

Сердце Ильмари забилось быстрее. Вот и пробил час, когда решится вопрос жизни и смерти. Он унизился и пошел утром к верховному жрецу Глубоководья. Умолял его помочь его жене, всего один-единственный раз поспособствовать удаче. Но жирный священнослужитель был неумолим. Поэтому ему осталось лишь надеяться на суд черепков. На милость богов, которые уже дважды были жестоки к нему.

Перед ним стоял лысый жрец. Он протягивал ему кувшин с черепками. Пару лет назад они изменили церемонию. Больше под мраморную кафедру Соломона не высыпали черепки – с тех самых пор, как в очередной раз дело дошло до стычки враждовавших между собой кланов. Первый Хранитель света не терпел ничего, что могло нарушить святость мгновения. Поэтому те несчастные, которые приходили сюда, должны были вслепую тянуть черепки из глиняных кувшинов.

Ильмари опустил руку в узкое горлышко кувшина. Внезапно ему стало холодно. От этого мгновения зависело все. От руки, к которой не хотел прикасаться никто из жителей деревни, потому что слишком многих умерших отправил он в последний путь. Пальцы его скользнули по черепкам. Каким же будет тот самый? Какой дарует путешествие на свет?

– Быстрее! – торопил жрец, державший кувшин. Это был молодой человек с подведенными черной краской глазами. Как и все из подчиненных Соломона, он был обрит наголо. Сейчас ради церемонии он нарисовал на своей лысине капли всех цветов радуги. Несмотря на молодость, он уже был склонен к полноте. Жрецы были единственными толстяками среди всех жителей Глубоководья. Даже самые бедные крестьяне постоянно давали им мешочки с рисом, зерном и копченой рыбой, чтобы сохранить их расположение. Все знали, что рано или поздно они будут стоять здесь, на рыночной площади, и волноваться за судьбу дорогих сердцу людей. Таков был безжалостный закон потаенных городов Таркона Железноязыкого.

– Если ты не можешь решиться, то не получишь вообще ничего.

– Еще мгновение, – униженно прошептал Ильмари.

Его пальцы погрузились глубже в черепки. Счастье никогда не лежит на поверхности. Не бывает так, чтобы до него было рукой подать. Мужчина ощупал длинный, узкий черепок. Он отличался от остальных. Броский – это хорошо! Сжав черепок в кулаке, Ильмари вытащил его из кувшина, а жрец, ворча, отправился дальше.

На площади собрались более семидесяти худощавых фигур, и еще сотни стояли дальше, на ступенях, окружавших площадь. Все они молились про себя Великой богине, сжимали в руках талисманы или взывали к древним богам своей родины, Дайи, амулеты которых носили под одеждой, потому что не доверяли Нангог.

На черепке Ильмари выцарапал острием своего ножа буквы: НЕМАЯ. Сколько часов провел он, перечисляя жене имена, чтобы узнать, как звали ее до того, как Урс отрезал ей язык, но она всякий раз лишь качала головой. Это превратилось в своего рода игру. В путешествиях в другие города он искал новые имена. Вскоре он уверился, что на земле нет второго мужчины, который знал бы столько же имен, как он. Но, что бы он ни говорил, обмывальщица отвечала ему покачиванием головы. Когда их маленькая дочь научилась произносить первые слова, она называла свою мать «мамой» или «Маей», потому что сказать «немая» у нее не получалось. На этом имени и остановилась Серин, пока не умерла от пещерной болезни. Ее младший брат Талам тоже называл мать этим именем.

Ильмари знал, что оно нравится его жене, хотя и не переставал искать ее истинное имя.

Он неотрывно смотрел на выцарапанные на черепке буквы. Может быть, написать Мая? Кроме их семьи, этого имени не знал никто. Здесь, в деревне, его жену все называли Немой. Может быть, этим он прогонит счастье? Царапая ножом, он зачеркнул первые буквы, пока на черепке не осталось одно лишь МАЯ. Мужчина негромко произнес это имя, и на душе стало легко. Имя, придуманное их детьми, наверняка принесет удачу!

Неприветливый молодой жрец снова обошел собравшихся. На этот раз он собирал подписанные черепки в пустой кувшин. Ильмари осторожно положил свой глиняный жребий поверх других черепков. Словно в насмешку над ним, жрец встряхнул кувшин, так что лежавшие внутри черепки ударились друг о друга.

– У тебя на руках несчастье, носильщик мертвых. К тому, кто больше якшается с трупами, чем с живыми, смерть всегда на шаг ближе, чем к остальным.

Ильмари сжал губы. Нужно проглотить эти глупые речи, нужно быть покорным. Если он поссорится со жрецом, то добьется лишь того, что его черепок изымут из кувшина.

Ликующе улыбаясь, жрец пошел дальше. Если бы он только знал, кого оскорбил… В былое время Ильмари пришел бы к нему в гости ночью и перерезал бы горло.

Наконец жрец отнес кувшин наверх, к Соломону, и поставил его на широкий парапет кафедры. Первый Хранитель света торжественно протянул руки к солнцу, пославшему широкий луч чистого света сквозь отверстие в раскинувшемся высоко над их головами своде пещеры.

– Услышь меня, о Великая богиня! – звучным голосом воскликнул он. – Сегодня лишь одна душа из нашего города познает твою милость. Слишком многочисленны твои враги в широком небе, поэтому благородный Таркон может отправить в путешествие только один из своих кораблей. Покажи же своим смиренным слугам, кто самый достойный из них. – И с этими словами он опустил руку в кувшин и принялся шумно копаться в черепках.

Ильмари молился про себя Иште, к которой не раз был близок в течение своей жизни, и при этом не сводил напряженного взгляда с Соломона. Драгоценные камни на золотой дощечке, которую тот носил на груди, сверкали всеми цветами радуги. Выглядел жрец внушительно. Глядя на то, как играет свет на груди жреца, можно было подумать, что его коснулась Великая богиня. На всякий случай Ильмари начал бормотать молитву и ей, когда Соломон извлек из кувшина черепок. Он не был продолговатым.

На душе у Ильмари стало тяжело.

– Микаэль! – громко провозгласил с кафедры Соломон. – Именно Микаэлю позволит богиня подняться в небо!

Внезапно ноги отказались держать его. Прямо там, где стоял, Ильмари опустился на мощеный пол. И чувствовал себя так же не он один. Тем не менее большинство покидали площадь в молчании. И только одна-единственная женщина всхлипывала от счастья. Ильмари знал ее в лицо. Она бросалась в глаза. Женщина с волосами цвета золота. Они с мужем были единственными друснийцами в Глубоководье.

Соломон спустился с кафедры и направился к ней. Отечески обнял женщину, прижал к себе.

– Поздравляю, Елена. Твои молитвы были услышаны, я рад за тебя. Уже через час мои жрецы придут к тебе, чтобы забрать Микаэля и сопровождать его на протяжении первого этапа его великого пути.

– Это ваши молитвы были услышаны, – с благодарностью в голосе прошептала она и опустилась на колени перед Соломоном, покрывая его ладони поцелуями.

Он погладил ее по голове, как гладят верную собаку.

– В нашей маленькой общине для меня нет душ, которым я отдаю большее предпочтение. Я уверен, что именно твои молитвы сделали твоего мужа избранником богини. А теперь иди и помоги ему подготовиться к путешествию. Не трать на меня время. Твоего мужа не будет долго, и я уверен, что вам есть о чем поговорить перед разлукой.

Елена снова поцеловала его руку, затем поднялась и заспешила прочь.

Соломон пошел дальше, остановился напротив Ильмари. Отечески улыбаясь, он глядел на него сверху вниз. Друзьями они не были. Верховный священнослужитель так и не простил ему того, что он выиграл бой на кулаках против Руфия. Более того, с тех пор он постоянно пытался заставить Ильмари рассказать о своем прошлом. Казалось, он перестал доверять ему.

– Сожалею, что тебе не повезло. – Голос Соломона звучал неискренне.

– Склоняюсь перед тобой. – Ильмари стоило немалых усилий, чтобы заставить эти слова сорваться с губ. – Дай моей жене место на свету, и я всегда буду к твоим услугам.

Жрец покачал головой.

– Ильмари, наша община зиждется на столпах равенства и справедливости. Я не имею права предпочесть кого бы то ни было. Что бы ты ни предложил мне, я отвечу то же самое: нет. Богиня выбрала того, кто отправится в путешествие на свет, и я не вправе идти против ее воли. Отправляйся домой! Обещаю молиться за здоровье твоей супруги, как я молюсь за каждую вверенную мне душу.

– Прошу… – Ильмари наклонился, поцеловал подол одежды жреца.

– Если бы ты молился Великой богине так же страстно, она наверняка услышала бы твою просьбу. Не молился ли ты для верности своим прежним богам? Если да, будь уверен: богиня отправляет к свету лишь тех, кто чист в своей вере. Ибо это, Ильмари, есть ключ ко всему.

Едва сдерживаясь, носильщик до боли стиснул челюсти, но Соломон, ничего не заметив, великодушно потрепал его по голове.

– Продолжай молиться, и будешь услышан.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9