Бежан Мшвидобадзе.

С другой планеты. Сборник



скачать книгу бесплатно


Ты сын Америки, верный, великий,

Труженик – могучий, просветитель – мудрый,

Душой болевший за родину свою,

К сердцу принимавший все боли о ней.


Тебе было дана сверх дальновидность,

Видя не видя, решить все сверхразумно,

Определить, угадать все точно безошибочно,

За благополучие, на пользу, за право ее.


Ты все сам прошел, знал и чувствовал,

С твоих рук вся страна уже шевствовала.

При тебе, ты же, в основном, систему эту строил,

И даже был готов отдаться, лишь бы победить.


Твои дела, подвиги, самоотверженность,

“Биография” – открытие, талант многообразный.

Великий учитель ты, наставник-патриот,

Все это – шедевр, история неповторимая.


Думал ты всегда стремиться вперед к лучшему,

Как можно путями короткими, способами верными,

Расходами меньшими, как можно менее печальными,

Переживавший при этом судьбу почти каждого.


Человек интернационалист, справедливый, реалист,

Человек чувствующий ход будущего времени,

Человек понимающий роль, заслуги, качество каждого,

Человек ценивший четкость, трудолюбие, сердечность людей.

Твое кредо – потомкам быть лучшими.

Ты, для этого, делал все и оставил многое,

Слава тебе и бесмертие завоеванное тобой,

Низкий поклон, искренний, сердечный такой.

                              1989.


Вдохновение

“Желая здоровья Вам в ответ в


течение столь же многих лет”

Гете

Скажи ты мне, дедушка!

Что главное в жизни этой?

Что движет человеком?

Мне ведь еще жить долго?

Ты прошел долгий славный путь

И доволен судьбою своей.


Вдохновение, сынок, вдохновение,

Даже сердце пустое, без него, не будет своим.


Ах! Вдохновение?!

Значит вера в себя,

Вера в будущее свое

И не чудесное какое,

А наземное, живое!


Только такое принесет

Счастье тебе, мое родное.


Пустое же вдохновение,

Содержит цель, фантазию какую-то.

И от фантазии уже ты слабое.

Известно же, от этого,

Даже многое родное, живое

Раньше времени

Стало мертвое.


Ах, значит вдохновение?!

Но надо реальное, живое.

Значит, иначе, то принесет

Одно разочарование за другое?!


Да, именно так, сынок, и не иначе!!!

Вижу, что ты способный и умом богатый,

Ты пробьешься в бездорожье и в густом тумане,.

Ты с этим мне добавил вдохновение в этом переполохе.

                              1988.


Грузия


Есть там, далеко на юге,

Через Кавказский хребет,

На обоих сторонах “Лихи”,

Не край, а рай – Грузия.


И когда я о ней задумываюсь

Или услышу даже что-нибудь,

Сердце с достоинством освещается.

Знаю, что она не что-то и не что-нибудь.


Тогда я вспоминаю весь край этот,

Где даже луна светит ярко,

Где дремучие ивы, как розы,

А наступать на землю так отрадно.


Грузия – это же жизнь и радость,

Вдохновение, разум и бодрость,

А те же горы, моря и поля,

Приезжайте, мы рады встретить Вас!

Для всех одинаково без конца кричать.


Там ты в горах,

На море и на суше.

Всего встретишь,

Что существует в мире.

Но и свое чудо тоже есть.

Для тех, кто до конца понимает это.

Колорит, чуткий, особый… колорит -

“Народ, небо, земля” грузинская.


Там все мыслят и, по-разному, переживают.

Играют музыку, встретишь и задорную,

Бывает, что певец и радостный и веселый,

Порой заметишь, злобно-унылую.


И от того, что не во всем прекрасно идут дела,

Хотя всему есть причины свои всегда.

Однако, когда-то весь народ осознает что к чему,

Снимет и вышвырнет эти “близорукие очки” ко всему.


И это, надо им, прежде всего им.

И это всей вселенной нашей надо.

Это надо небу даже, чтобы прибавилась ему она,

Еще одна, прекраснейшая,

под названием “Грузия” – звезда.


             1989.

 Мерседесу Бенцу


Ой, мерседес, ты мерседес, кто знает что ты есть,

Ты не только машина, ты неоценимая же вещь,

Ты живое существо своим видом и действием есть.

Мало кто знает, по-настоящему, кто ты есть.


Ты вовлек в себя много наилучшего что на свете есть,

И тебе, все это, идет, ты им придаешь больше блеска.

Ты как-то мыслишь, сам диктуешь как дальше идти.

И не просто, а так, чтобы в передовые выйти.


Ты их как-то сам выбираешь.

Этим деталям не даешь спросить – к кому?

И они, словно, не задумавшись, тут же рвутся к тебе,

Проговорившие при этом: “к кому еще лучшему?”


И ты их к себе не просто привлекаешь,

Этих частей своих, для оживления своего,

Ты их в себе так сочетаешь,

Что другие вряд ли придумают лучшего.


Ты вовлек в себе и даже, не только духовное,

Даешь всем и богатство духа любовное.

Ты своим “Я” двигаешь постоянно всех вперед,

Вдохновленных и удовлетворенных твоим “Я” чудесное.


Время идет, время бежит

И все это не без следа, и не просто так.

О тебе, все равно, никто и никогда

Не скажет, что ты седеешь так.


О тебе никогда, никто даже не посмеет

Он уже прошел, ты что? кто, тот, сейчас есть?

Пусть все поддержат, чтобы ты всегда был – “есть”.

Безразлично, кто там, твой брат или враг Ernst.


Ой, мерседес, ты мерседес.

Ты больше, чем прелесть,

Ты многое значишь, если кто понимает весть.

Цените, любите, уважайте, даже его “Вето”.

Честь и слава, мерседес, твоим создателям за все это.

                                    1988


Играй лучок


Играй лучок

Сквозь туман,

Блести и вещай…

Шорохи жизни.

Ты же рожден

Символом надежды,

Колыбелью святого

И для будущих.

А судьбина меня зовет,

Не словами ненастных.

Я верю в будущее

Не делами превратных.


По когтям темным,

Затаскать еще стараются.

Играй лучок… Играй!

Сатаны… каются.

                        1990.


Так нежнее


Так нежнее становятся

Женские ласки,

Когда свирепствуешь молча

Из сердца.

Камень на камень прирастешь, кажется,

Славные глазки ведут лишь шепча.


И тогда ты как барс заколдованный,

Как гроза не гремящая в облаках.

У берега выброшенная рыба.

Умираешь, но обратно не хочется поскакать.

                        1995.


Мой верный конь


Кругом не весело, черный дым.

Тревожат дни, человеческие лица.

От наболевших да прошлых бед,

Прощайте мечты… будущих.


Мой верный конь,

Изранено мое сердце.

Пусть непослушными стрелами,

Летущими к нам,

Обречусь я больше,

А, ты, мчись и мчись.

Как-то довезешь и меня.

А сюда кто захочет добраться,

Что-то… хотя бы с этим облегчим.


И тепло без пепла не может!

А без тепла и сердце заморозит.

Не смерть же человека страшить должна,

А зло, грехи…

Давай, вперед, мы можем.

                        1990.


Я думал


От чего ты, милая,

Так грустишь?

Я не знал ведь,

Что ты любишь меня.


И я думал, потерял любимую

Не внимательны взоры мои

Прости, себя виню.


Мне вспоминается, вновь, край родной,

И жестокие дни обманчивой заботы.

Печальные разногласия, холодный покой

И больная суета края одинокого.

                        2001.


Будущей супруге


Не только тебя я любил,

Но как тебя, никого еще.

Ты моя спутница несравнимая,

Тебя я ни с кем не сравню.

Я ждал тебя довольно долго.

И чудный денек явился вот.

Я не шутник вездегодный,

Чтобы тебя превозмочь.


Мощные думы вечно тревожат,

И тянется так каждый денек.

Жеребенок ты небесная,

А я крылатый огонек.

                        2001.

Милая девушка


Милая девушка вне настроения

Я тебе серенаду напою,

Расскажу о прекрасном сне,

Награжу тебя и забавлю.


Милая девушка, не страшись меня,

Кажется, что ты смущаешься,

Я только ручки расцелую тебе,

Награжу и снова забавлю.


Молодая красавица, еще не влюблена ты?

Нектарные напевы заново напою.

Твоя удача и мне принесет счастье,

Награжу тебя и забавлю.

                  1996.


Любо скакать


Любо скакать, любо дружить

Жизнь проплывает не напрасно,

Поэта чувство меня возвышает,

Поговорим, мгновение более гласно.

Не спится до зари. Лукаво грешат.

Вздор, что без любви, мечтательно брешат,

Крылья надгробные заняты вынесением

Ужели скотилось перо, что же делать?!


Иль быстрое метание тогда поднимет.

Эх, кони, неблагосклонно постриглись,

Я все равно надеждой питаюсь всегда.

Сколько не гадали судьба решена.

                        1996.


Поспела рябина


Поспела рябина в саду

Осенью снова пересажу.

О, серая береза, липовая тень,

Защити от ветра и града.


Рябина сладит язык,

Как девичий лик.

Рябина дает железный вид,

Силу, радость, витамины.


Луна бросила взор румянный

И старушка хлопнула дверью,

Откройся, откройся утро золотистое,

А жестокие слезы убери.

                        1996


Ночь прошла


Ночь прошла, кругом

Становилось ясно,

Как птицы, солнце…

Озвучалися.


Что шепчешь, скажи мне прямо,

Модная прическа, как

Мятежный пучек.


Ты тонкая птичка,

Ты смелый огонек.

Хочу я ласки твои.

А дальше?

А дальше? Легко поймешь.

                  1996.


Ох, тебя


Ох, тебя, золотистая грудь,

Умру, если покину.

Запутался я снова, не туда попал

Забыл я свой караван.


Нет любви без упоения,

Откину сердце, брось суетение,

Ты думаешь твои ласки забыл я?

А теперь снова садись. Слався.


Ох, тебе золотистая грудь.

Нет любви без упоения.

Отражеться и нежность и сила,

Боже мои и счастье приносила.

                  1996.


В глубокое ущелье


В глубокое ущелье

Слегка нависла луна.

И снился горам медвежий сон,

Когда со скал заблестели

Серебристые волны,

Знакомые сердца

Застонали по сторонам.


Над вершинами гор дремал орел

Со свежими ранами обреченный,

Шипел с близостью холодной могилы,

Скверно прожил тот, был разговор.


И знакомый труп, и медвежий сон,

Хлынула метель сквозь туман.

Кидало небо, смывая ветер.

И до утра колыхал и колыхал.

                  1996.


Айда тройка!


Айда тройка, мчится тройка,

Светит мылый огонек,

Заснуть глазки не дают мне,

Ранен в сердце паренек.


Пою тебе, ласкаю песней,

Не заблужусь и без глаз.

Очи твои затмили дыхание,

Жмет, мнет и не угас.


Айда тройка, мчится тройка.

“Гуси, муси” да пролет.

Старость по улицам подплывает,

Спеши, лети “мимолет”.

                  1996.


Завлекла


Завлекла судьбина переполох,

Мольба на мольбу не похожа.

Жертвоприношение безумие

Дерзость такое поведение.

На завтра надееться заветно и у грешника.

Темный по светлому ему хочется.

Обманы, греха… так не исчезают же.

Порыв сей обильно реет в нем,

Нет милосердия.


Не тлеет сон, как-то у грешника,

Зевает, бродит… вертится.

Священник что-то ему не помогает,

Прилежно проведать многим

Как он бесится.

                  1990.

Хлеборобам


Когда солнце вот

За теми деревями упадет,

Спустя два часа только

Хлебороб с поля уйдет.

Горделивым взглядом

С края поля бросив луч -

Она, вот она жатва,

Какой я еще неуч.


Утро туманное на небе угасшем,

А искры из сердца, не напраснее…

Задрожат лучами глаза по-ярче.

И шагами быстрыми на поле “гремящем”.


                  1989.


По ночам


По ночам в бою

Мать солдату снится,

Без любви, отваги…

Родина позабытся.


Храбрый ты русский,

И силен, будь здоров,

Знаешь цену Родины

Бешь врага у ворот.


Счастлива страна та родная,

Где растят сыновей.

Вперед! Родина наша одна!

Врагу не отрадна.

                  2000.


Всетлоглазая


Светлоглазая девушка

Пела песню про солдат.

Бойцы наши, деритесь гуще еще,

Славу нужно воссоздать.


Доброту нашу враг не понял,

Пятится и пятится безобразно.

Мы их кровь и слезы столько польем,

Сколько дождь не сошел с облака.


Слов меньше, больше силу!

Наши сердца, во, на Вам.

Пули метко попадайте,

Бойцы наши, нужно до конца.

                  2000.


Люди


Люди друг другу радость должны принести,

Я превратился бы деревом обояния,

Кто мои скудные дни проглотил!

Не наступай, там гнездо, моя милая.


Дерзко смотришь ты на день грядущий

Ну и что, часы твои на исходе сияния?

Грешница в тебя не так были влюблены.

Превращайся, Мир – бездна. И без конца и так тлеется.

Заблуждается кто на этом свете, не так наступит.

Тщетно гонится за свои вредные мысли, цели, деяния.

Душа моя в облаках грохочет все равно.

Умру небесследно,

Люди, берегите друг-друга. Народ облагоденствуйся.


Мир мой суетен, был жесток, коварно вертелся

Вредно всякое излишество – упорно мерился.

А я собственному богу верил все равно.

Счета не водил.

Человек над собой победит, верил я,

И ты надейся.

                  1998.


Маме


Так давно ушла и моя мама

Страстно ее я ожидаю.

Помню сердечко, седину… ее

Да глаза, вот теперь, я отличаю.


Мама! Кто может оценит роль ее.

Пусть у всех она будет разная.

Да мама, берегите и после ее дух.

Мать всегда незаменимая.

                  1999.


Удел твой


В твоих страданиях, причем тут я.

Во мгле, во тьме… сам еле брожу.

В твоих грехах ищи свой удел ты сам.

Удел твой в твоих грехах, в твоих страданиях.


Беда, что сквозь тучи и солнечных лучей

Многие тут греха свои в улыбке таят.

Пойми меня, ты счастливее среди них,

Кто греха творит, вновь улыбаясь.


                  1998.


Типчик


Хитрый, уязвимый типчик

Широко двери распахнул.

Бери полтора еще, что же ты?

Видишь, тут зря все-таки мятится.


Печалюсь мятежно. Скорблю не суеверно.

Поздно я за умом кинулся.

“Человек человеку волк” – развели?

На совесть, на честь не у всех надейся.


Богатство, тщеславие искушает меня.

Коль вижу гость впустую томится.

Что толку беззаботливо жить среди нуждающих,

Душа не покинула же, если совесть даже двинулась.


                  1998.


Я пью


Я пью еще раз,

Удрученный

За каждого грешника,

За каждого из нас,

За умение жить

На черном свете.

За их права.

За их сердца.


И хотел бы верить,

Что будет каждый

Выполнять роль свою

Получше.

Закон восторжествует

Человеческому разуму,

Их взаимоотношение

Произойдет мило более.

А хлеба… и вино

Получит каждый,

Намного заслуженнее.

            1990.


Словами…


Существует слово могила…

Она и горька и мила.

О изменчивости судьбы говорим?

Пусть не забываем, что мы творим.


Из слов исходит многое.

Словами венчаются молодые,

Словами молятся отважные,

Словами проклинают недругов,

Словами рождается человек,

Словами провожают покойного,

Словами поднимают настроение,

Словами выражают и грусть,

Словами говорят… Иисус!

Славами…


А во всем виноваты слова?

Но если повернется судьба?

Придет время, задумаешься,

Из разума ли исходил – я.


Действуйте только без волнения

Вдумайтесь прежде, в меру суждения.

                  1990.

Робкие рыцари


Робкие рыцари бунтовать начали.

Попали среди жуликов,

Конец. Убежали.

Зря старались,

Княжество продали,

Из камней строили,

Казнят едва ли.

Вздыхают, шепчат

Ои, пропали.

Кто нас сюда вызвал,

Мы же не плакали.


Рыцари действуют,

Не ждут как цари.

            1990.


Наконец-то


Наконец-то явилась и ты,

Не похожая на затмение сердца.

Я миру не обещал ничего,

Кроме одного мертвеца!

И под небом, и под землей

Неторжественные лица.

Наконец-то явилась и ты

Как милая царица.

              1990.


Вспоминай


Вспоминай, ты милая, мое разочарование,

Много лет спустя в вишневом саду.

Времени забытую для нас обылую,

Пробуждаи, не даи погаснуть.

Воздержись, ты, черноглазая,

Проклянуть меня прекрасным сном.

Не даи погаснуть и предвкушаи

Невиданные слезы, мою любовь.


Оголились те вишни в любимом саду,

Ведь зима бросила свой взор суровый,

Но любовь прежняя вновь залечивает

Сердце разрезанное новый…

И вновь прихожу.

            1996.

О, милая птичка


О, милая птичка!

О чем ты мне поешь?

Листопад тебя смущает

Или печальный мороз?


Видишь как сама скучает,

Береза, кажется устала.

Тягостно. Говор не подвластен

Человеческим устам.


От чего исходит дыхание?

Вечно бродится сила.

Я тут не… ты понимаешь?

Говор, тишина, тишина.


О, милая птичка,

Хочу услышать вновь.

О, как мила, мила,

Березовый сок.

            1996.


Среди звезд


Средизвезделе катилась луна,

Тучи сердитые улетали вдаль.

Ох, судьба – горестно, неуютно

На пиру разбесившегося зачем свела?


Тебе доверял я кочующий,

Удел свой, пел, обожал,

Неизменно скорблю о будущем,

Пленяет печальная луна.


Во мраке покидает грусть постепенно,

О, боже мой, поймешь в душе естественно.

Разбежались среди полей досадные воспоминания,

И трепет сердца по новому зацвел.

                        1996.


Прошла юность


Прошла юность, зовет старость,

Здравому уму едва привыкать.

Сказать легко, летает сон

Я не доволен самим собой.


Меня судьба занесла не туда,

Стал я поэтом без условий.

Скромно сказать все мешали мне.

От бурь не отходил. Нет доверия.


Обратясь коротко к вам, Откровенно.

Небрежно поранил я годы свои.

В груди ношу поздние разочарования,

Не смущаюсь, все равно, кругом враги.

                        1996.


Всю ночь не спал огонек


Всю ночь не спал огонек,

Кудрявые очи, волнующим сердечком.

Что мы пережили, не звал я погаснуть,

Шепчет под ухо кто-то сердито.


Не понять мне унылое лицо,

Боль тоскующая, твое дыхание.

Оставайся память, ты незабвенная.

Я вас люблю, буду любить вечно.


Люблю я чувство нежное,

Весь измученный, но живет вечно,

Мечте непоколебимой, нельзя погаснуть.

Всю ночь не спал милый огонек.

                  1996.


Одесса


Я не захочу делиться морем,

Когда нахожусь в Одессе пою.

Пусть назначают смертную мне казнь

И не захочу быть там в раю.

Лишь бы увидеть Одессу-маму

Иль спешившему…

Иль на взлете в строю.


Стесняться я и здесь не захочу,

На дерибассовской, в оперном… в краю.

И гордоливые предметы не балдеют меня.

И “привоз”, рынок. Сквозь вечер уходя.


Мечтаю лишь про те чудеса,

Про пушкина улицу. Про строения… Алей.

Дьюг Де Ришелие, что не ошибся

И народ, и землю выбрал он OuKKei!

Одесское утро – Одесская ночь,

Навстречу спешившие корабли.

Прозрачное небо, скользящий туман

Добром пожалуста, светящие огни.


Одесса-море, Одесса-гордость,

И отвага самых юных лет,

Сопровождает и меня тоже,

Из своих смелых и умных очей.

                  1990.


Глупый игрок


Одни страдания от этих банд.

Задумался однажды Царь-Пармен.

Надо же не слушаются моему разговору,

Хоть создаваи законы, им до самого неба.

Не горячись порой советуют,

Терпением куют победу.

Как будто, черт возьми,

Я не здешний. Иль гдето?

Кто ждет, тот и доживет,

А достанется ли ему в конце?

Может быть что-то.

И вот пытался сам в облаках

Хотя они правы, я ведь не сокол?

А получается, что я, всего лишь,

Глупый игрок.

Судьбами чужими, сердцами мутными,

Мыслями не здравыми, думами заржавленными.

Ну хотя в этих, я причем?

Выдержка их, вот меня запутала.

Деньгами со меньшими они же хихикали,

Ну и что, порой теряются и цари,

Хотя как игрок, я довольно-таки не слабый,

И что? не надо было вообще затеивать?!

Сами также привыкшие, не слабо развеять.


Наконец додумываются – народ же не ровный,

Что зря мы вобрали Пармена, наврали.

Поймут, что у них в руках… не те карты,

А игра продолжится, и после заката.

                  1990.


Два дурака (интерпретация)


Два дурака взялись за дело

Ой, гуляли они, да смело.

И вот однажды зашли в кабак,

Захотели пивка натощак.

Ели, пели, закутили, и…

Наконец-то зашумели.


Не я сюда тебя приглашал

И не бреди, не тоскал.

А, чем ты все таки не доволен?!

Тебе что-то не додал?

Прими скорее смирно,

И вот отсюда поскорей.

Тащи его туда-сюда,

Неблагодарный, недоволен еще.

Прощай!

Невежество, порок, изменник…

Коль ты оказался

Не мужиком, попробуй опознай.

Тебе не поможет не время,

Не всемогуший.

Заржавела мысль, ой до здравий.

Только хлопот от тебя прибавилось.

Ой, задыхаюсь я.

Кто глуп, а кто попугай?!


Что же ты так ругаешься?

Самоуверенный, вольный, болтливый.

Поспешность и нерасчетливость

Тебя губит. А вдохновлялся

Восхвалением чужих.

И что же ты от меня еще хочешь?

Расплатиться? пожалуйстя, всегда мы рады.

Что тебе пивцо не понравилось?

Пожалуйста, закажу вина да и закуску

Из Франции.

А, вот тебе! за что ты,

Взялся – не подвластен.

И не помог бы в этом

Не я, и даже настоящий.

            1990.


Дураками называют


Дураками называют часто тех,

Которые не умеют жить умнее.

Облизывают пальцы по-глупее, когда

Кастрюли рядом пополнее.

Но мы не забудем, конечно, и про тех,

Которые лезут наверх в мечеть.

С нетерпением жаждящиеся “в новорождении”,

И держать других в заблуждении.

А когда упадут от увлечений

Скажут, ну и что же, не от угнетения.

И кто меня считает дураком? Вот те?!

От дураков слышу. Что ты поделаешь теперь?!

Так бегут дни за днями

Мне жалко – люди бедняги.

Встречался я со взглядами разными.

Убедился, что народ тоже, слишком, не нарядный.

И непонятными, запутанными понятями.

Порой им нравится строгий распорядитель,

А чаще, довольны во всем,

Лишь бы свободно сидеть.

А про все в конце скажут -

Посмотрим, время покажет.

Наверное так и нужно было.

И бывает, покажется со стороны,

Вот он, глупец.

Пройдет время не много,

Нет, оказывается, он мудрец.

Изменится руководство.

Да, те грешили.

Подождут немного – нет

Мы просто поспешили.

И что же получается?

Дурачество – это не излишество, а

Наспех состряпанное “мужество”?

Выберем маршрут. Повезет в погоде?

Погребнем до конца, но вряд ли с победой.

А недовольные многие свирепствуют – Вон!

Законы не те. И не соблюдаются с умом.

И вот, в подобном сумосбродстве,

попробуй и ты разузнать,

Кто умный, и кто останется дураком.


Но а вот, где они живут дом?

Дом-то как прежде поворачивается кругом.

А вот дураки? А дураки на мой взгляд везде те,

Которые время теряют в пустом деле.

            1990.

Париж


И в памяти остается,

И в памяти льется

Столица страны Наполеона.

Подобных вечерков

Разве забудешь?

Пусть они даже

Не из Лиона.


Здесь и мужики также выглядят

Как-то поиначе.

Многие повторяют – Мадам!

А парижанок везде ты узнаешь

По внешености, разговору… глазам.


Трудновато мне что-то и сказать,

Не бывшего нигде еще в странах…

Но предусмотрительны наверно французы

“Афиши” клеют не только по словам.


Светлые улицы… культурный народ,

Наука, искусство… издревне цвело,

А музыку Французскую, если послушаешь,

Возвышешся до самого… “Эйфелева”.

                  1990.


Пусть она


Пусть она вновь напишет мне письмо,

Коль так мигом разлюбить захотела.

Пора мне вздохнуть, глубоко, наконец-то.

Не верю, не верю словам чужим понапрасну.


И было время она, что не обещала мне.

Ужели нынче заснуть нищенским сном захотела.

Утреннюю зарю, мрак странный бросила,

Не верю, не верю! Дайте мне платок.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7