Ауробиндо Шри.

Шри Ауробиндо. Жизнь Божественная – II



скачать книгу бесплатно

В нашем представлении Бесконечное бесформенно, но мы повсюду видим формы, формы окружают нас, и провидцы могут подтвердить и подтверждают, что Бог имеет форму и одновременно бесформен. И здесь тоже, несмотря на внешнее противоречие, нет никакого реального противопоставления; Бесформенность – это не отрицание возможности творить форму, а условие свободного творения форм Бесконечным: ибо иначе в конечной вселенной была бы только одна единственная Форма или только набор или сумма возможных форм. Бесформенность – характерный признак духовной сути, духовной субстанции Реальности; все конечные проявления реальности являются силами, формами, воплощениями этой субстанции: Божественное бесформенно и безымянно, но именно благодаря этому оно способно проявлять всевозможные имена и образы бытия. Формы – это проявления, а не произвольные творения из ничего; ибо линия и цвет, масса и объем, являясь главными признаками формы, всегда несут в себе смысл и, можно сказать, являются тайным выражением достоинств и смыслов незримой, но становящейся видимой реальности; именно по этой причине образ, очертания, оттенок, масса, структура могут воплощать то, что иначе осталось бы невидимым, могут сообщать о том, что иначе не воспринималось бы органами чувств. Можно сказать, что форма является плотью бесформенного, его неизбежным самооткровением, и это верно не только для внешних форм, но и для незримых формаций ума и жизни, постигаемых нами только мысленно, и для тех тонких образов, которые может уловить только очень восприимчивое внутреннее сознание. Имя в своем более глубоком смысле – не просто слово, которым мы называем объект, а сочетание силы, качества и характера реальности, которое воплощается в форме и которое мы пытаемся обозначить определенным звуком, узнаваемым именем, Номеном[12]12
  Имя, наименование, символ (лат.) – Прим. пер.


[Закрыть]
. Можно сказать, что в этом смысле Номен является Нуменом[13]13
  Суть или дух объекта (лат.) – Прим. пер.


[Закрыть]
. Тайные имена богов, описывающие силу, качество, характер их бытия, были уловлены сознанием и выражены в звуке. Бесконечное безымянно, но в этой безымянности все возможные имена – Нумены богов, имена и формы всех проявлений реальности – уже предначертаны и обозначены, так как всё это скрыто и неизменно пребывает во Всесущем.

После такого рода рассуждений становится ясно, что сосуществование Бесконечного и конечного, составляющее саму основу вселенского бытия, является не совмещением или взаимным включением двух противоположностей, а совершенно естественным и неизбежным явлением, напоминающим связь принципа Света и Огня со светилами.

Конечное становится фронтальным аспектом и самоограничением Бесконечного; ничто конечное не может существовать само по себе и за счет себя, оно существует за счет Бесконечного и потому, что оно единосущно с Бесконечным. Ибо под Бесконечным мы понимаем не только безграничную протяженность Пространства и Времени, но также нечто вневременное и внепространственное, самосущее Неопределимое и Беспредельное, способное выражать себя как в мельчайшем, так и в огромном, в мгновении времени, в точке пространства, в мимолетном событии. Считается, что в конечном Неделимое делится на части, но ничего подобного не происходит, ибо это только кажущаяся фрагментация; возможны лишь различия, но никакого реального разделения. Когда мы воспринимаем дерево или другой объект не физическим, а внутренним зрением и чувством, мы осознаём бесконечную единую Реальность, из которой состоит дерево или объект, пронизывающую каждый его атом и молекулу, творящую их из себя, формирующую всю природу, процесс становления, деятельность внутренней энергии объекта; всё это является самой этой бесконечностью, этой Реальностью: мы видим, как она непрерывно простирается и объединяет все объекты в единое целое, так что невозможно говорить ни о реальном отделении какого-то объекта от нее, ни о полном отделении его от других объектов. В Гите сказано: «Во всех существах нераздельно То, что кажется разделенным». Таким образом, каждый объект является этой Бесконечностью, и на уровне сокровенного бытия он един со всеми остальными объектами, которые также суть имена и формы – силы, нумены – Бесконечного.

Это единство, неизменно присутствующее в любом разделении и многообразии, лежит в основе расчетов Бесконечного, о которых в одном из стихов Упанишад говорится: «Это – целое, и То – целое; если вычесть целое из целого, остается целое». То же самое можно сказать и о бесконечном самовоспроизведении этой Реальности, которая, таким образом, порождает все вещи; Целое становится Множеством, но все элементы этого Множества являются Тем, что никогда не переставало и не перестанет быть собой, и в становлении Множество остается Целым. Феномен конечного не дробит Целое, ибо именно Бесконечное являет себя нам в образе множественного конечного: творение ничего не добавляет к Бесконечному; после творения оно остается тем же, что и прежде. Бесконечное – это не сумма вещей, это То, что включает в себя и превосходит все вещи. Если эта логика Бесконечного противоречит представлениям нашего конечного рассудка, то причина в том, что она, превосходя его, не опирается на данные какого-то ограниченного феномена, а объемлет Реальность и видит истину всех феноменов в истине этой Реальности; она не воспринимает их как отдельные существа, движения, имена, формы, вещи; ибо они могли бы восприниматься так, только если бы были феноменами, возникшими в Пустоте, объектами, лишенными общей основы или сути (связанными друг с другом не на фундаментальном уровне, а только благодаря внешним или практическим отношениям), если бы они не были реалиями, существующими благодаря одному объединяющему истоку, реалиями, которые, если и могут считаться независимыми, то только до определенного предела, и сама независимость которых на уровне внешнего или внутреннего образа или движения поддерживается их вечной зависимостью от породившего их Бесконечного, от тайной тождественности с единым Тождеством. Это Тождество – их основа, формирующее начало, единая сила, порождающая множество их сил, материал, из которого они сделаны.

В нашем понимании это Тождество неизменно; оно вечно то же самое, ибо, если оно подвержено или становится подвержено изменениям или если оно допускает различия, оно перестает быть тождеством; но то, что мы видим повсюду, представляет собой бесконечное разнообразие того, что фундаментально едино и неделимо, и это, кажется, является главным принципом всего творения Природы. Основная сила одна, но она порождает бесчисленное количество сил; основная субстанция одна, но она формирует множество различных субстанций и миллионы не похожих друг на друга объектов; ум один, но он дробится на множество ментальных состояний, формаций, мыслей, идей, которые, отличаясь друг от друга, либо приходят в согласие, либо вступают в конфликт; жизнь одна, но различны и неисчислимы формы жизни; человеческая природа едина, но существуют различные нации и народности, и каждый человек индивидуален и отличается от всех остальных; Природа не допускает, чтобы узоры на листьях одного дерева повторялись; в своем стремлении к разнообразию она заходит так далеко, что не так давно выяснилось, что на большом пальце каждого человека кожные линии образуют неповторимый рисунок, по которому его можно идентифицировать – хотя фундаментально все люди похожи и никакой принципиальной разницы между ними нет. Повсюду мы видим тождество или сходство и повсюду – разнообразие; сокровенная Реальность, создавая вселенную, опиралась на принцип развития миллиона различных форм из единого семени. Но и это тоже логика Бесконечного; поскольку глубинная суть Реальности постоянна и неизменна, она может спокойно выражать себя в виде всех этих неисчислимых форм, свойств и движений, ибо даже их миллионнократное умножение никак бы не повлияло на фундаментальную неизменность вечного Тождества. Природа может позволить себе эту роскошь бесконечного разнообразия только потому, что во всех вещах и существах пребывает одно «Я» и один Дух: не будь этой надежной основы, благодаря которой всё меняется, хотя и остается неизменным, вся мозаика ее трудов и творений рассыпалась бы и погрузилась в хаос; нечему стало бы удерживать ее не похожие друг на друга движения и творения вместе. Это постоянство Тождества сводится не к монотонной неизменности, неспособной к дифференциации и проявлению различий, а к такой неизменности бытия, которая делает возможным бесконечное разнообразие бытия и образование бесчисленных форм, но при этом не может быть нарушено, уменьшено или ослаблено никакой дифференциацией. «Я» становится насекомым, птицей, зверем и человеком, но, несмотря на все эти изменения, остается тем же самым «Я», потому что не кто иной, как Единый бесконечно проявляет себя в безграничном многообразии. Наш поверхностный рассудок склонен приходить к выводу, что многообразие не совсем реально, что это только видимость, но при более тщательном рассмотрении нам становится ясно, что подлинное многообразие обнаруживает подлинное Единство, демонстрирует, так сказать, все его возможности, выявляет всё, чем то может стать и внутренне является, проявляет множество разных оттенков, которые, сливаясь вместе, образуют белый свет; Тождество в полной мере обретает себя в том, что, представляясь нам отступлением от его тождественности, на самом деле является неистощимо разнообразным проявлением единства. Такова Майя, чудо вселенной, которое, с точки зрения внутреннего видения и внутреннего восприятия Бесконечного, совершенно логично, естественно и неизбежно.

Ибо Майя Брахмана одновременно является магией и логикой бесконечно разнообразного Тождества; если бы действительно существовало только неизменное однообразие ограниченной целостности и тождественности, то логике и рассудку не нашлось бы места, ибо логика заключается в выявлении и прослеживании закономерностей: высочайшая задача рассудка состоит в том, чтобы найти одну первооснову, один закон, цементирующую тайную реальность, связывающую и объединяющую в одно целое то, что кажется множеством разнообразных феноменов и объектов, отличающихся друг от друга, противоречащих друг другу, вступающих в противостояние или конфликт. Всё вселенское существование движется между этими двумя противоположностями: разделением Единого на разнообразное множество и объединением множественного и многообразного в одно целое, – и так и должно быть, потому что Единое и Множество являются фундаментальными аспектами Бесконечного. Ибо то, что божественное Самопознание и Всеведение обнаруживает в процессе проявления Бесконечного, должно быть истиной его бытия, а игра этой истины – его Лилой.

Такова логика развертывания бытия Брахмана во вселенной и фундаментальной работы рассудка, бесконечного ума Майи. С сознанием Брахмана – Майей – всё обстоит точно так же, как и с его бытием: оно не ограничивается никакими конечными пределами, а его деятельность – каким-то одним законом или состоянием; оно способно одновременно принимать множество форм, совершать множество скоординированных действий, которые могут казаться конечному рассудку противоречащими друг другу; будучи единым, оно беспредельно многообразно, бесконечно пластично и обладает неисчерпаемыми способностями к приспособлению. Майя является верховным и универсальным сознанием и силой Вечного и Бесконечного и, будучи по самой своей природе свободной и безграничной, она может одновременно проявлять множество состояний сознания, развертывать множество порядков своей Силы, не переставая вечно оставаться одним и тем же сознанием-силой. Майя одновременно трансцендентна, универсальна и индивидуальна; это верховное супракосмическое Бытие, которое осознаёт себя как Универсальное Бытие, как Космическое «Я», как Сознание-Силу космической Природы и в то же время ощущает себя индивидуализированным бытием и сознанием во всех формах проявления. Индивидуальное сознание может воспринимать себя ограниченным и изолированным, но также может отбросить свои ограничения и осознать себя универсальным, а затем и превосходящим вселенную; и всё это потому, что во всех этих состояниях или позициях или в их основе пребывает неизменное триединое сознание, обладающее тройственным состоянием бытия. И по этой же причине сознание Единого может с легкостью воспринимать или осознавать себя трояким образом – свыше, с уровня Трансцендентного Существования, из Космического «Я» – с промежуточного уровня и снизу – с уровня индивидуализированного сознательного бытия. Чтобы согласиться с этим как с чем-то естественным и логичным, нужно лишь допустить, что сознание Единосущего может находиться в подлинных, но не похожих друг на друга состояниях – что не являлось бы невозможным для свободного и бесконечного Существования, которое не может быть связано каким-то одним состоянием; способность свободно видоизменять себя должна быть естественно присущей сознанию, не имеющему ограничений. Если допускается возможность пребывания сознания в разных состояниях, то и количество способов изменения этих состояний становится безграничным, при условии, что Единый продолжает осознавать себя в каждом из них; ибо такая универсальная сознательность должна быть присуща Единому и Бесконечному. Остается непонятным только то, как между собой связаны состояние ограниченного или тварного сознания, подобное нашему, то есть состояние неведения, и состояние бесконечного самопознания и всеведения. Возможно, мы поймем это в ходе наших дальнейших рассуждений.

Также нужно допустить, что Бесконечное Сознание способно ограничивать себя или вторично вовлекаться в движения более низкого порядка, разворачивающиеся внутри интегрального безграничного сознания и знания; ибо способность Бесконечного детерминировать себя неизбежно должна вести к этому. Каждая детерминируемая таким образом формация самосущего бытия должна по-своему осознавать свою сокровенную истину и свою сокровенную природу; или, если мы предпочитаем другие формулировки, Бытие на каждом этапе процесса детерминирования должно по-новому осознавать себя и мир. Духовная индивидуализация предполагает, что каждое индивидуальное «я» или дух являются центром видения себя и видения всего; поле видения – фактически безграничное поле – может быть одинаковым для всех, но центр может отличаться, – речь идет не о геометрическом центре, локализованном в определенной точке сферического пространства, а о психологическом, связанном с другими центрами благодаря сосуществованию Множества по-разному осознающих себя и мир существ в одном универсальном бытии. Каждое существо видит один и тот же мир, но из своего собственного «я» и в соответствии с особенностями своей собственной природы: ибо каждое должно проявить свою собственную истину Бесконечного, свой собственный способ самодетерминирования и взаимодействия с космическими принципами; видение, подчиняющееся закону единства в многообразии, в сущности, будет одинаковым у всех, но при этом каждое существо сформирует свое собственное, отличающееся от других видение, – люди тоже в целом одинаково воспринимают космическую реальность, но в то же время каждый в соответствии с особенностями своей природы. Это самоограничение станет не фундаментальной, а индивидуальной дифференциацией общей универсальности или тотальности; духовный индивид будет действовать из своего собственного центра единой Истины и согласно собственной сокровенной природе, но опираясь на общую основу и обладая ясным видением внутренней сути и природы других. Это будет сознание, ограничивающее свою деятельность в свете полного знания, а не в плену неведения. Но сознание Бесконечного помимо этого индивидуализирующего самоограничения должно обладать способностью космического ограничения; оно должно уметь так ограничивать свою деятельность, чтобы создать определенный мир или вселенную и сохранять присущие им порядок, гармонию и внутреннее становление, ибо для творения вселенной необходимо особое намерение Бесконечного Сознания управлять этим миром и сдерживать всё, что не требуется для такого рода деятельности. И точно так же проявление независимой деятельности некоего могущества, подобного Разуму, Жизни или Материи, должно опираться на аналогичный принцип самоограничения. Нельзя сказать, что, поскольку Бесконечное безгранично, то подобное движение [самоограничения] для него невозможно; напротив, это должно быть одной из множества имеющихся у него возможностей, ибо его возможности столь же безграничны, как и оно само: но это самоограничение, это конечное творение, подобно всем прочим, не становится изолированной формацией или реальным отделением от целого, так как всё Бесконечное Сознание пребывает позади и вокруг него и, поддерживая как его, так и само это специфическое движение, остается глубоко осведомленным не только о нем, но, по сути, и обо всём, что стоит за ним. Так всегда бывает на уровне интегрального сознания Бесконечного, но мы можем также предположить, что глубинное, хотя и не активное осознавание такого рода, разграничивающее себя и всё же неделимое, может также присутствовать на уровне целостного осознания движения Конечного. Такое космическое или индивидуальное сознательное самоограничение, вне всякого сомнения, было бы доступно Бесконечному и могло бы рассматриваться более широким рассудком как одна из его духовных возможностей; но пока что, опираясь на эту основу, невозможно объяснить всю ту раздробленность, невежественную обособленность, сковывающую и омрачающую ограниченность, которыми характеризуется наше сознание.

Однако нужно допустить, что у Бесконечного Сознания имеется и третья способность или возможность – умение уходить или погружаться в себя и пребывать в состоянии, в котором осознание себя сохраняется, но не как знание и не как всеведение; всё поглощается чистой самоосознанностью, и знание и само внутреннее сознание теряются в чистом бытии. Это сияющее состояние в полном смысле слова является Сверхсознательным – хотя большая часть того, что мы зовем сверхсознательным, на самом деле, не сверх, а только более высокосознательно и представляет собой вполне осознаваемые сферы, которые только кажутся нашему ограниченному уму сверхсознательными. Аналогичное, но уже не сияющее, а сумрачное самозабвение, транс бесконечности мы называем Бессознательным; и, хотя в нем присутствует бытие Бесконечного, оно, в силу своей внешней бессознательности, представляется нам, скорее, бесконечным небытием: тем не менее в глубинах этого явного небытия в состоянии самозабвения пребывают изначальное сознание и сила, благодаря которым энергией Бессознательного творится упорядоченный мир; он создается в глубочайшем трансе, сила действует автоматически и как будто наугад, как во сне, но при этом властно и неотвратимо реализует истину Бесконечного. Если мы пойдем дальше и допустим, что, будучи погруженным в себя, Бесконечный способен на специфическую или ограниченную и частичную деятельность – деятельность, не всегда осуществляемую с позиции его беспредельности или осознания своей безграничности, а ограниченную определенным состоянием или определенным индивидуальным или космическим самоосознанием, тогда мы сможем объяснить, как возникают локальные состояния, в которых Бесконечным осознаётся только какой-то один аспект собственного бытия. Тогда может возникнуть фундаментальное двойственное состояние, в котором оказывается Ниргуна, отступая от Сагуны и забываясь в своей собственной чистоте и неподвижности, а всё остальное удерживается в скрытом виде и не проявляется в рамках этого особого состояния бытия. Аналогичным образом мы смогли бы объяснить состояние сознания, внимание которого сосредоточено только на одной сфере бытия или одном его движении, – когда осознание всего остального скрывается или вуалируется или, так сказать, отсекается бодрствующим трансом динамического сосредоточения, в котором локально или ограниченно осознаётся только та сфера или тот процесс, которые кажутся наиболее значимыми в данный момент. Тотальность бесконечного сознания в этом случае никуда не исчезает, она сохраняется и может быть восстановлена. Это сознание продолжает действовать подспудно, исподволь, или используя ограниченные формы восприятия и не проявляя открыто свою силу и присутствие. Динамизм Бесконечного Сознания, вне всякого сомнения, вполне допускает существование этих трех способностей, и именно рассмотрение различных вариантов их проявления позволит нам получить ключ к разгадке загадочной деятельности Майи.

К тому же это позволяет понять, почему чистое сознание, чистое существование, чистое блаженство противопоставляется нашим умом масштабной деятельности, многообразным формам проявления и бесконечным перипетиям бытия, сознания и блаженства бытия, имеющим место во вселенной. Погрузившись в чистое сознание и чистое бытие, мы осознаём только эту беспредельность, неизменную, простую, самодостаточную, лишенную форм или объектов, и мы чувствуем, что только она подлинна и реальна. Находясь в другом или динамическом состоянии, мы чувствуем, что этот динамизм абсолютно истинен и естественен, и даже можем подумать, что опыт чистого сознания вообще невозможен. Однако сейчас мы уже понимаем, что Бесконечное Сознание может находиться как в статическом, так и в динамическом состоянии; эти два его состояния бытия могут присутствовать одновременно в универсальном осознании, когда сознание либо наблюдает собственное движение и его поддерживает, либо не наблюдает, но тем не менее автоматически поддерживает его; или же тишина и неподвижность могут пронизывать активность или, как некий океан, неподвижный внизу, а наверху вздымающий гребни волн, порождать ее. Это также объясняет, почему, изменяя состояние своего бытия, мы можем одновременно ощущать несколько различных состояний сознания. Йога позволяет достичь состояния, в котором человек воспринимает одновременно два сознания – одно поверхностное, ограниченное, активное, невежественное, подверженное волнениям под влиянием мыслей и чувств, переживаниям горя и радости и всевозможным реакциям, другое – внутреннее, спокойное, широкое, уравновешенное, с нерушимым бесстрастием или снисходительностью взирающее на внешнее существо или, возможно, воздействующее на его беспокойное или возбужденное состояние, с тем чтобы успокоить, расширить и трансформировать его. Также мы можем подняться к сознанию, пребывающему наверху, и наблюдать различные части своего существа – внутреннюю и внешнюю, ментальную, витальную и физическую, а также самую нижнюю подсознательную, и воздействовать оттуда на ту или иную или на все части вместе. Также у нас появляется возможность спуститься с этой высоты или с любого более высокого уровня в любое из этих низших состояний и начать работать в их сумерках или темноте. При этом все остальные наши части либо временно оставляются и забываются, либо сохраняются как некий опорный пункт, с которого мы можем получать поддержку, одобрение или свет и влияние, или как место, поднимаясь или отступая в которое мы можем наблюдать низшие движения. Или же мы можем погрузиться в транс, уйти внутрь себя и перестать осознавать все внешние феномены, или даже превзойти это внутреннее осознание и раствориться в некоем ином и более глубоком сознании или в некоем возвышенном сверхсознании. Существует также и вездесущее незыблемое сознание, в которое мы можем проникнуть и охватить всё свое существо одним взглядом или целостно воспринять с позиции вездесущего единого и неделимого бытия. Всё это, что выглядит таким странным и необычным или может казаться фантастическим поверхностному рассудку, знакомому только с нашим обычным состоянием ограниченного неведения и его процессами и отделенному от нашей внутренней более высокой и целостной реальности, становится вполне понятным и допустимым, если мы учитываем более широкое видение и логику Бесконечного или если мы верим в более великие, безграничные силы «Я», Духа в нас, единосущные с Бесконечным.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38