Ауробиндо Шри.

Шри Ауробиндо. Письма о Йоге – III



скачать книгу бесплатно

Таковы основные условия, необходимые для того, чтобы подготовить себя для супраментальной трансформации. Ни одно из них не является легким, но они все должны быть полностью выполнены прежде, чем можно будет сказать, что природа готова. Если человек способен утвердить в своем существе истинную внутреннюю позицию (а именно позицию психического существа, лишенного эгоизма и открытого только Божественной Силе), то процесс трансформации сможет идти намного быстрее. Обрести и сохранять истинную позицию, способствовать изменению собственного существа – это та помощь, которую человек может оказать общей работе, единственное, что от него требуется для того, чтобы способствовать общему изменению.

* * *

Я посчитал, что самым лучшим будет отдельно ответить на каждый из тех вопросов, которые вы задали в своем письме. Начну с вашего заключения о том, что европейцы не способны практиковать йогу.

Но я не вижу никаких оснований для подобного утверждения. Европейцы на протяжении веков с успехом практиковали духовные дисциплины, очень похожие на восточную йогу, а также следовали принципам внутренней жизни, которые пришли к ним с Востока. И их невосточная природа ни в коей мере не препятствовала этому. Как совсем недавно было показано, методы и переживания Плотина[11]11
  (204/205—270 гг.) Греческий философ проповедовал абсолютную нематериальность души. Утверждал, что душа обладает способностью устремляться не только «вверх» – к божественному и «вниз» – к материальному миру, но и к самой себе, воспринимая свою собственную сущность и природу. Считал, что индивидуальные души происходят от мировой души, понимал психологическое действие любого уровня как чисто духовное. Основатель неоплатонизма, Плотин сыграл большую роль в развитии античной диалектики. (Прим. пер.)


[Закрыть]
и европейских мистиков, являющихся его последователями, ничем не отличались от методов и переживаний, свойственных одному из направлений индийской йоги. Особенно после установления христианства мистические дисциплины, которым следовали европейцы, были, по сути, идентичны дисциплинам, практиковавшимся в Азии, хотя между ними и могли существовать различия в формах, названиях и символах. Даже если речь идет о традиционной индийской йоге в тех характерных формах, которые ей присущи, то и здесь нельзя говорить о якобы имеющейся неспособности европейцев практиковать эту йогу, так как этому противоречит практический опыт. Еще в древности как греки и скифы на Западе, так и китайцы, японцы и камбоджийцы на Востоке без каких-либо трудностей практиковали буддийские и индуистские духовные дисциплины. А сейчас все больше уроженцев Запада приступают к практике Веданты, вишнуизма и других индийских духовных дисциплин, и никаких замечаний о неспособности или какой-то непригодности не было сделано ни со стороны учеников, ни со стороны Учителей.

И мне тоже не понятно, почему должна существовать какая-то непреодолимая пропасть между духовной жизнью Запада и духовной жизнью Востока, ведь на самом деле между ними нет никакого принципиального различия. Вся разница всегда заключалась лишь в именах, формах и символах, либо в том, на каком аспекте Божественного сосредоточивалось внимание или на какой стороне психологического опыта. И даже в этих случаях люди обычно указывают на различия, которых в действительности не существует либо они не настолько существенны, как это кажется. Подобные голословные утверждения я нашел у одного христианского писателя (который, по всей видимости, не разделяет мнения вашего друга Ангуса о том, что все эти различия несущественны и имеют скорее схоластический характер), заявляющего, что индийская духовная жизнь и мысль признает или стремится только к трансцендентному Божеству и отрицает имманентное Божество, христианство же, по его мнению, отводит обоим аспектам должное место. Но на самом деле индийская духовность, даже если своей окончательной целью она ставила достижение Высочайшего, превосходящего все имена и формы, тем не менее всегда признавала значение и отводила большое место имманентному Божественному, пребывающему как в мире, так и в человеческом существе. За индийской духовностью действительно стоит более обширное и более детальное знание, она приближается к Божественному сотнями различных путей, признает любой вид подхода к Нему и, таким образом, способна проникнуть в такие сферы духовного опыта, которые лежат за пределами менее масштабных достижений западных духовных практик. Но все это опять же не говорит, что между ними существуют какие-то различия по сути, а именно суть имеет значение.

Вы, кажется, объясняете способность многих уроженцев Запада практиковать индийскую йогу тем, что они, хотя и родились в Европе или Америке, обладают индийским темпераментом. Как Ганди, по вашему мнению, внутренне является христианином и европейцем, проповедующим нравственность, так и ашрамиты родом с Запада по своей сути и по своему мировоззрению – это индийцы. Но что именно подразумевается под индийским мировоззрением? Ни я, ни Мать не считаем, что в этих людях присутствует нечто, свойственное индийскому характеру. Мой собственный опыт полностью противоречит всем вашим рассуждениям. Я очень хорошо знал сестру Ниведиту (много лет она была моим другом и соратником по политической борьбе) и встречался с сестрой Кристиной – а это были ближайшие западные ученицы Вивекананды. Они были людьми европейского склада и не обладали никаким индийским характером. Сестра Ниведита, ирландка по происхождению, благодаря своей исключительной чуткости и проницательности, обладала удивительной способностью входить в положение окружавших ее людей, разделять их беды и радости и понимать все особенности их образа жизни. И в то же время она без труда достигла духовной реализации, характерной для Веданты, свойственными ей методами. Да и здесь, в нашем Ашраме есть люди, приехавшие с Запада (в первую очередь я имею в виду тех, кто здесь уже очень давно), типичные европейцы, со всеми характерными качествами, но также и со всеми трудностями, свойственными западному уму и западному темпераменту, – так вот, им пришлось преодолевать свои трудности точно так же, как и индийцам, которые должны были бороться с ограничениями и недостатками, порожденными их восточным темпераментом и воспитанием. Разумеется, они должны были принять основные условия, необходимые для практики йоги, но когда они приехали сюда, они не обладали ни в малейшей степени индийским мировоззрением, и я не думаю, что они когда-нибудь пытались его приобрести. Да и почему они должны делать это? Ведь в йоге главное значение имеет не индийское или европейское мировоззрение, а стремление психического существа и внутреннее намерение следовать духовному пути, – а эти качества одинаковы у всех народов.

Да и какая, вообще, может существовать разница, с точки зрения йоги, между садхаком из Индии и садхаком с Запада? Вы утверждаете, что путь для индийца в два раза короче – во-первых, потому что его психическое существо непосредственно и намного в большей степени, чем у европейца, открыто трансцендентному Божественному. Если не принимать во внимание эпитет «трансцендентное» (ведь не так много тех, кто по складу характера склонен к поискам Трансцендентного, большинство людей охотнее стремятся к тому, чтобы найти Божественную Личность, Божественное, имманентно присутствующее здесь, особенно если им удастся встретить Его воплощенным в человеческом теле), то подобное преимущество, без сомнений, имеется. Просто все дело в том, что в Индии с давних времен все еще очень сильна атмосфера духовного поиска, живы глубокие традиции, связанные с духовной практикой и обретением духовного опыта. В Европе же подобная атмосфера была утрачена, а традиции прервались, и сейчас и то и другое требует восстановления. Нужно сказать также, что обычно индийцам несвойственно то фундаментальное сомнение, которым заражены умы европейцев и, стоит добавить, в не меньшей степени индийцев, находящихся под европейским влиянием, – хотя индийские садхаки также подвержены особого рода сомнениям, касающимся активной и практической стороны жизни. Но когда вы говорите, что индийцы равнодушны и не способны испытывать глубокую привязанность к своим близким, я не в состоянии понять, что вы имеете в виду. Исходя из своего собственного опыта, могу сказать, что подобная привязанность к близким – к отцу, матери, жене, детям, друзьям, – основой которой является не чувство долга или социальные взаимоотношения, а сердечная близость, в Индии не менее сильна, чем в Европе, а часто даже более интенсивна. Сила этой привязанности является одним из самых трудно преодолимых препятствий для тех, кто следует духовным путем, – некоторые поддаются ей и возвращаются в окружение близких, и есть немало садхаков, даже из тех, кто добился наибольших успехов, которые все еще не способны заставить замолчать голос крови или удалить нити этой привязанности из своего витала. Желание установить с другими людьми «психические» или «духовные» взаимоотношения – это характерная для всех черта, которая сохраняется очень долго, но нередко такая попытка служит прикрытием для разного рода витальных отношений, что уводит людей от той единственной цели, к которой необходимо стремиться. В этом смысле между человеческой природой восточного и западного типа нет никаких различий. Но в Индии традиционные духовные учения настаивают на том, что все должно быть обращено к Божественному, а теми вещами, с которыми этого сразу не сделаешь, нужно либо пожертвовать, либо превратить их во что-то подчиненное и второстепенное, или же, возвысив их, сделать таким образом первый шаг, ведущий человека исключительно к поискам Божественного. Такой подход, несомненно, помогает садхакам-индийцам если не посвятить всего себя сразу Божественному, то хотя бы направить шаги в сторону главной цели. Целью для него не всегда может быть одно лишь Божественное, хотя духовная реализация, конечно же, рассматривается как высшее достижение, но все-таки индийцам легче проникнуться пониманием того, что именно Божественное должно быть главной целью, и принять этот идеал.

Начиная практиковать йогу, садхаки-индийцы сталкиваются с трудностями, свойственными их собственной природе, – по крайней мере, это касается практики интегральной йоги, – европейцы же испытывают подобные трудности в меньшей степени. Трудности, свойственные природе западного типа, порождены тем образом мышления, который был характерен для европейского ума в недавнем прошлом. Эти люди намного более подвержены сомнениям в существовании Божественного и скрытому скептицизму, они привыкли к постоянной ментальной активности и рассматривают ее как нечто естественное, необходимое и присущее их природе, а это создает довольно большие трудности при попытке достижения абсолютной ментальной тишины. Их внимание больше поглощено внешним миром из-за их склонности вести активную и насыщенную внешнюю жизнь (в то время как индийцы страдают недостатками, вызванными, скорее, ослаблением или подавлением витальной силы), они обладают привычкой к ментальному или витальному самоутверждению, а иногда склонны к проявлению обостренного и агрессивного чувства независимости, что не позволяет достичь полной внутренней самоотдачи, даже если речь идет о подчинении более великому Свету и Знанию, влиянию самого Божественного. Таковы трудности, наиболее часто встречающиеся у европейцев, но, с другой стороны, они также характерны и для многих садхаков-индийцев. И все же эти трудности, так же как и те, что типичны для природы индийцев, не являются чем-то, неотъемлемо присущим человеческому существу, но представляют собой второстепенные, поверхностные формации. И они не могут вечно стоять на пути души, если она обладает сильным и настойчивым стремлением, а духовная реализация является главной целью жизни. Это те препятствия, которые огонь внутреннего стремления может легко сжечь, если воля преодолеть их достаточно сильна, и можно быть уверенным в том, что они в конце концов превратятся в пепел и исчезнут. Даже если это будет не легкий процесс, это обязательно произойдет, несмотря на то, что внешняя природа может еще долго цепляться за свои недостатки и пытаться оправдывать их, – важно только, чтобы за всей этой борьбой присутствовало настоящее, искреннее пламя стремления, центральная воля и глубокая жажда души.

Ваше заключение о неспособности европейцев практиковать индийскую йогу явилось следствием того, что вы очень остро и болезненно переживаете собственные трудности и они вас приводят в уныние; просто вы ничего не знаете о не менее серьезных трудностях, которые долгое время беспокоили или до сих пор беспокоят других садхаков. Ни для индийцев, ни для европейцев путь йоги не может быть легким и гладким, все обладают одной и той же человеческой природой, которая обязательно напомнит о себе. Каждому его собственные трудности кажутся грандиозными, глубоко укоренившимися и даже непреодолимыми из-за их настойчивого и бесконечного сопротивления, а это неизбежно ведет к длительным периодам уныния, кризисам и отчаянию. Едва ли найдется два или три человека из сотни, которые обладают достаточно сильной верой или ясным психическим восприятием, чтобы мгновенно или почти мгновенно реагировать и отражать подобные атаки. Но не нужно поддерживать в себе мысли о своей неспособности или позволять им превращаться в навязчивую идею, так как подобная идея на самом деле не имеет под собой никаких оснований и создает дополнительные и совсем необязательные трудности на пути. Если в человеке однажды пробудилась душа, то это неизбежно означает, что он обладает внутренней способностью, с помощью которой способен преодолеть все внешние недостатки и, в конце концов, одержать полную победу.

Если бы ваше заключение соответствовало действительности, то все цели этой йоги были бы просто-напросто неосуществимы. Мы ведь трудимся не ради какой-то отдельной расы или нации, или страны, или для достижения реализации, к которой способны только индийцы или народы Азии, и нашей целью также не является основание религии или философской школы, или школы йоги. Наша задача – создать основу для духовного роста и опыта и открыть проход для того, чтобы более великая Истина, находящаяся за пределами разума, но тем не менее доступная человеческой душе и человеческому сознанию, смогла низойти сюда. В этой работе могут участвовать все, кто чувствует потребность в этой Истине, неважно, из Индии этот человек или из какой-то другой страны, с Востока или с Запада. И все могут встретить величайшие трудности, заключенные в их собственной природе или свойственные человеческой природе вообще, но ни происхождение, ни национальный характер не могут служить непреодолимым препятствием для того, чтобы полностью избавиться от этих трудностей.

II

Существует только одно необходимое условие – искренность.

* * *

Прилагательное «искренний» означает, что воля, которой человек обладает, должна быть истинной волей. Если вы просто думаете, что «полны стремления», но в то же время совершаете поступки, несовместимые с этим стремлением, идете на поводу у своих желаний или открываете себя враждебным влияниям, то тогда вы не обладаете искренней волей.

* * *

Это верно, что обладания только искренностью души недостаточно, хотя она является исходной точкой и основой йоги; искренность должна, как вы это описываете, распространиться на всю природу. Но – если только природа человека не разделена на две противоречивые части (т. е. если отсутствует гармонизирующее влияние центрального существа) – этой основы обычно бывает достаточно для того, чтобы, в конце концов, искренним стало все существо.

* * *

Гармония – это когда все в человеке находится в согласии с единой Истиной или является выражением этой Истины.

* * *

Обладать искренностью в витальном существе труднее всего, но именно этого необходимо добиться в первую очередь.

* * *

Вы говорите о неискренности, имеющейся в вашей природе. Если под неискренностью вы понимаете нежелание какой-то части существа жить в соответствии с тем высочайшим светом, которым человек обладает внутри, или ее сопротивление попытке уподобить внешнего человека внутреннему, то тогда неискренность, имеющаяся в этой части, присуща всем и всегда. Единственный выход заключается в том, чтобы сосредоточиться преимущественно на внутреннем существе и развивать в нем психическое и духовное сознание до тех пор, пока в него не низойдет то, что сможет изгнать темноту также и из внешнего существа.

Я никогда не говорил, что витал не способен стать выражением любви к Божественному, но для этого он должен очиститься и возвыситься в лучах света психического существа. Эгоистическая любовь человеческих существ друг к другу приводит, в конце концов, к жалким и очень противоречивым результатам – это именно то, что я называю обычной витальной любовью, – поэтому я хочу, чтобы и это характерное для витала чувство превратилось в нечто более чистое, благородное и высокое и стало одной из движущих сил, приближающих человека к Божественному.

* * *

Человек представляет собой смесь различных качеств, и в его природе достоинства и недостатки тесно переплетены друг с другом. То, каким человек хочет быть или как он хочет выглядеть в глазах других, или каким он иногда бывает, когда проявлена какая-то одна сторона его природы, или как он ведет себя в определенных ситуациях, общаясь с другими людьми, может очень сильно отличаться от того, что человек в действительности из себя представляет, или как он проявляет себя в отношениях с другими людьми или в те моменты, когда проявлена другая сторона его природы. Человеку по своей природе нелегко быть абсолютно искренним, прямодушным и открытым. Этого можно достичь только с помощью духовного усилия, которое в свою очередь предполагает необходимость строгого внутреннего самонаблюдения, беспощадного и тщательного выявления всех неверных движений, – на что способны далеко не все садхаки и даже йоги, и только благодаря озаряющему свету Милости свыше, которая открывает садхаку сущность его природы и трансформирует ее недостатки, это может быть сделано. Но даже в этом случае успеха можно достичь только при условии, что человек согласен и полностью готов подвергнуться божественному воздействию.

* * *

Для Х совершенно необходимо искренне и прямо взглянуть на некоторые вещи и ясно осознать, что они собой представляют, не пытаясь себя оправдать, если он не хочет, чтобы его садхана всю жизнь вращалась по замкнутому кругу или чтобы его постигла неудача и все закончилось полным крахом.

Цель этой йоги – открыть себя более высокой Божественной Истине, превосходящей жизнь, разум и тело, и трансформировать их, чтобы они стали подлинным выражением этой Истины. Но ни осуществить такую трансформацию, ни познать истинный дух, совершенный свет и саму субстанцию этой Истины не удастся до тех пор, пока вся адхара (?dh?ra) не будет подвергнута фундаментальному и кропотливому очищению, пока она не станет пластичной и способной воспринимать то, что превосходит конструкции разума, желания витального существа и привычки физического сознания и физического существа.

Наиболее явным недостатком, препятствующим его внутреннему развитию, является сильное раджасическое витальное эго, от которого он до сих пор не избавился хотя бы частично и для которого его разум всегда находит оправдания и возможность прикрытия. Для витального эго нет ничего приятнее, чем делать вид, что оно усердно занимается йогой, и мнить себя свободным, обожествленным, одухотворенным, обладающим сиддхами и всеми остальными йогическими достижениями, или полагать, что оно движется к этой цели, в то время как на самом деле ничего подобного не происходит – витальное эго лишь меняет свои старые обличья на новые, а его сущность остается прежней. И если человек не способен постоянно следить за собой, сохраняя предельную искренность, то из этого круга невозможно вырваться.

Наряду с избавлением от витального эго, которое всегда склонно к самообману, необходимо отвергнуть все, что его обычно сопровождает в ментальных частях – интеллектуальное высокомерие, ложное чувство превосходства над другими, претензию на обладание особыми знаниями. Любое притворство и любые притязания на исключительность нужно оставить; необходимо прекратить обманывать и себя и других, выдавая себя за того, кем не являешься в действительности, воображать или делать вид, что обладаешь знанием, которого на самом деле нет, или что достиг духовных высот, до которых на самом деле еще очень далеко.

Помимо преувеличенного витального эго, для Х характерна чрезвычайная грубость и тамасичность физического существа, а также отсутствие психической и духовной утонченности. Все эти недостатки должны быть полностью устранены, иначе они будут являться постоянным препятствием для истинного и полного преобразования витала и разума.

До тех пор, пока все это радикально не изменится, сам по себе факт обладания духовными переживаниями или достижения временного и относительного покоя в ментальных и витальных частях существа ничем не поможет и, в конечном счете, ничего не даст. Не произойдет никакого фундаментального изменения – будут лишь бесконечные переходы от одного состояния к другому, периодическое возвращение прежних беспокойств, и всегда один и тот же дефект будет снова и снова напоминать о себе до конца жизни.

Единственным условием избавления от этих трудностей является предельная центральная искренность во всех частях существа, а это означает непреодолимое и настойчивое стремление к Истине и ни к чему другому. Тогда человек будет готов к беспощадной самокритике, научится открываться свету и начнет испытывать неудобство, когда в его существо проникает ложь, – таким образом, все его существо, в конце концов, будет полностью очищено.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33