Аскольд Засыпкин.

В памяти нашей гремит война. Книга 2. Часть третья. Служим Родине



скачать книгу бесплатно

© Аскольд Засыпкин, 2017

© ООО «СУПЕР Издательство», 2017

Часть третья. Служим родине

Ту-16. В испытательный полёт после ремонта

Жене – Засыпкиной (Новосёловой)

Тамаре Васильевне, надёжному спутнику по нелёгким дорогам военной службы – посвящаю.



02.09.2011 г. Сегодня впервые в нашей стране отмечается праздник День Окончания Второй мировой войны. 66 лет назад в этот день после разгрома Советскими войсками Квантунской армии был подписан Акт о капитуляции Японии. Эта дата «скромно» замалчивалась руководителями нашей страны. И только благодаря настойчивости ветеранских организаций Дальнего Востока этот день по праву стал праздником доблести ратных дел нашего народа, вернувших свои исконные земли.



Провожая внуков на службу, дедушка говорил:

«Умереть за РОДИНУ – ЛЕГКО,

Служить РОДИНЕ – НЕПРОСТО».



 
В былую юность не вернёшься
как не хотелось иногда.
Дорогу выбрал. Какой бы трудной ни была.
Идти по ней теперь придётся.
Идти по ней. И до конца.
 


Часть третья. Служим родине

Лёжа на жёсткой полке вагона, вновь и вновь задаюсь вопросом. Почему из родительского дома всегда уезжаю только навстречу солнцу, только в сторону Востока? Ненавязчивая закономерность похожа на судьбу. Очень возможно. Предки наши пришли в Сибирь с Запада. Да и дедушка вещал – жить мне далеко. Но про Восток ничего не говорил. Наверняка знал старый мудрец, не хотел преждевременно пугать внука. А дорога и впрямь предстояла дальняя – на окраину России. На окраину Дальнего Востока. Земли эти всегда манили непоседливых русских землепроходцев. Пытливый ум и жажда познать, как далеко заканчивается суша. А что за ней? Если моря, то куда можно плавать? Если богаты земные недра, то чем? И шёл по бездорожью, и плыл по рекам неуёмный человек навстречу солнцу, преодолевая неимоверные трудности. Не одну сотню лет понадобилось российским самодержцам для присоединения свободных земель этих к престолу и обеспечить выход к океану. Сквозной путь к восточной окраине по суше на телегах в летнюю пору и санях зимой был невозможен. Сюда попасть можно было, только совершив кругосветное плавание по трём океанам. Богатые недра Дальнего Востока привлекали внимание развивающиеся страны Европы и Америку. В 1890–1891 годах, совершая длительное морское путешествие на Восток, будущий царь Николай II преследовал не только развлекательную цель. Русский двор беспокоила необходимость усиления влияния России в Азии и особенно в Китае.

Вследствие чего, возникла необходимость быстрого строительства железной дороги с Запада на Восток. Дорога была построена за десять лет. Темпы и качество работ поражают нынешних специалистов. Мостовым переходам рек больше ста лет они и сегодня надёжно служат, являясь уникальными как по инженерной мысли, так и по искусству строения.

Дорогу возводили примитивным способом – вручную. Основную, дешёвую рабочую силу составляли каторжане и крестьяне – переселенцы. Здесь они работали, здесь жили и умирали. Редкие деревни и небольшие города по обеим сторонам железной дороги, как вёшки главного пути, соединившего Запад огромной России с Востоком.


1956 год. Лейтенант А. Засыпкин, Дальний Восток ждёт Вас!


Этот перрон – начало моих жизненных дорог

Дорога до станции Манзовка
 
Россия – Русь, простор безбрежный.
Богатств не счесть. И удаль есть, и ум.
И нрав лихой, и бесшабашный.
Всё через край, всё на авось.
Россия – Русь, куда ни глянь
Повсюду пир, повсюду грусть.
 
(Автор)

В предписании, что получил по окончании училища, было указано место прибытия – штаб Воздушной армии, станция Манзовка, Приморский край. Название станции шокировало. Едва отыскав её на карте, впервые подумал: «Вот занесло меня».

Как и три года назад, но уже в купе вагона, ехали к месту службы два друга, два товарища; земляки, выпускники одной школы и военного училища, единомышленники, крепко связанные по жизни одной судьбой. Уже проехали город Новосибирск, поприветствовали своих «подружек» – молоденьких сосенок, что растут возле здания железнодорожного вокзала родного Ачинска. А дальше – дорога в неизвестную сторонку, в которой быть ещё только предстояло.


Поезд идёт на Восток


Время к полудню, мы ещё валяемся на верхних полках от безделья на свежих простынях министерства железнодорожного транспорта. Саша Диденко проснулся первым и сразу предложил пойти в вагон-ресторан пообедать. Двое суток, как питаемся тем, что положили нам в дальний путь заботливые мамы. Все столы в ресторане заняты, пришлось немного подождать. Финансы наши не позволяют ежедневно кушать в ресторане хотя бы первое блюдо. На станциях с длительными остановками прикупаем готовые продукты, что приносят местные жители к поезду в надежде заработать копеечку. Ассортимент небогат: варёная картошечка, солёные огурчики, грибочки, капуста, топлёное молочко. Словом, то, что производят сами из того, что собирают в своих огородах и сборов в лесу. Сидя за столиком, накрытым белой скатертью с небольшими следами пятен, любуемся быстроменяющимися пейзажами живой природы. За окном уже прохладная осень. Накануне выпал первый снег. Его пушистое покрывало нежно накрыло золотые косы берёз, что как дружные сёстры стоят у дороги. Верхние пряди их да непокорные боковые уже сбросили лёгкий наряд, устремились к солнцу только что выплывшему из хмурых туч. Серёжки красавиц тотчас замерцали тысячами разноцветных огней, утопив в этом сияющем море унылые тучи и грустное настроение.

Мы решили «раскошелиться» и заказали по бутылочке жигулёвского пива. Недалеко от дороги показались деревянные избы. Небольшое поселение с серыми крышами одинаковых строений, прижавшихся друг к другу, будто от холода, выглядело сиротливо и убого на бескрайней равнине. Контрастность увиденных картин побудила к размышлению. Тысячи вопросов задаю сам себе, лёжа на полке вагона, пытаясь самому себе же ответить.

Какая взаимосвязь между тем, что волнует меня от увиденного и есть ли она? А если есть, то где логика? Красоты, созданные природой, и убогость человеческого бытия. Почему такой дисбаланс? Человек, если не составная часть этой природы, тогда откуда он пришёл? Или зародился много позднее и отстаёт в своём развитии от окружающей его среды? Догоняя её, не погубит ли природу и себя? И зачем вообще человек пришёл сюда в холодную часть земли – Сибирь? Жил бы себе в тёплых краях припеваючи, беззаботно. Так нет же, попёрся на Север, на Восток. Когда в Сибирь пришли первые люди и что влекло их сюда?

В 1928 году в селе Мальта, что в 90 километрах от Иркутска, на правом берегу речки Белой, притока Ангары крестьяне Савельев и Брилин копали подполье в своём только что построенном доме и обнаружили кость. Так было открыто жилище сибирского охотника времён позднего палеолита. Радиоуглеродный анализ показал давность мальтийского жилища – около 24 тысяч лет.

В разгар ледниковой эпохи почти половина Европы от Британских островов до Уральского хребта покоилось под мощным ледовым покрывалом толщиною до двух километров. Севернее простирался лишённый жизни Таймырский щит. Только на окраине кристаллической пустыни в летнюю пору зеленела тундра с кустарниками и карликовыми берёзками, поблёскивали голубые озёра. Уж здесь-то была жизнь. Тут паслись и буйствовали дикие мускусные быки. Тяжело переваливались по кочкам сутулые мамонты. Но властителем древних животных был зверь пещерный лев – это было нечто между нынешним львом и тигром.

К Байкалу с юга и северо-запада примыкали холодные степи, болота, тундра, а местами уже шумели деревья с опадающей по осени листвой. В хвойно-лиственничных лесах бродили олени, качая огромными рогами. На соседних юго-восточных территориях климат был мягче и суше, там поселились кулан, антилопа, страус. На болотах и озёрах водились никем ещё не пуганые утки, гуси, гагары.

Переселенческое движение в Северную Азию происходило разными путями, но называют три главных исходных очага: из Северной Азии, с Юга и Юго-востока Азии, из Восточной Европы. По-видимому, эти первые сибирские переселенцы двинулись к неведомым северным краям, когда в Сибири образовались русла рек Оби, Енисея, Ангары и на их надпойменных террасах вблизи от воды можно было устраивать жилища, находить камни для высекания огня и копать яму для очага. Они присматривались к повадкам животных, к их биологическим циклам, путям миграции и придумали сети-ловушки, сплетённые из кожи и волос. Жилище, в которое нечаянно спустились мальтийские крестьяне, было сложено из крупных звериных костей.

К какому физическому типу принадлежал обитатель Мальты и Бурети? (Буреть – находка на правом берегу Ангары у села Нижняя Буреть). Костяной инвентарь Мальты и Бурети теснейшим образом связан с палеолитом Западной и Восточной Европы. Очевидно, в происхождении этой культуры принимали участие племена, которые населяли Восточную Европу, в частности, долину Дона, где известны погребения палеолитических людей. Там отчётливо выражены два типа: кроманьонец и негроид – представитель южного типа. Значит, кроманьонцы и негроиды принимали участие в формировании верхнее – палеолитической культуры Мальты и Бурети.

Охотник мезолита (переходной поры) жил на берегах Ангары у устья речки Белой в красивой лесостепи, которая много позже стала окрестностью Иркутска. А мезолитического человека можно назвать дедушкой сибирского рыболовства. В неолите охотники вышли к Ледовитому океану и поставили вдоль берегов свои жилища, которые у одних северян зовутся чумами, у других голомо, у третьих юртами, у четвёртых тордохами. Люди неолита рисовали на скалах фигуры обитателей тайги. Молодых охотников приучали быть особенно внимательными к самкам, ожидающим детёнышей. Существует много наскальных рисунков охоты, но не встретишь рисунка, где оружие направлено против самки, ожидающей детёныша. Вот и судите о проницательности людей, которых кое-кто зовёт дикарями.

В эпоху неолита на территории нынешнего Прибайкалья и Забайкалья обитали люди явно монголоидного типа, в отличие от Западной Сибири, где убедительно хозяйничал европеоидный тип. Граница между обеими расами проходила, по-видимому, по долине среднего течения Енисея.

В эпоху палеолита (послеледниковый период) человек шёл на север за стадами мамонтов. В ту эпоху физико-географические условия на побережье Тихого океана севернее Амура не были благоприятными для обитания крупных стадных животных.

Вдоль ледовито – морского побережья первобытные охотники промышляли моржей, нерп, голубых песцов, северных оленей, добирались до Медвежьих островов, расположенных севернее устья Колымы в Восточно-Сибирском море, обживали их и продолжали промысел в этих новых и ещё богатых зверем местах. Коренные жители Америки – эскимосы, алеуты, индейцы – действительно пришли в Новый Свет из Сибири. Первые поселенцы немногочисленны и от этого числа начался тот рост американского коренного населения, которое встречало Колумба.

Прежде чем расстаться с обитателями древних эпох на территории Сибири и подняться к новым историческим этажам, окинем последним взглядом воображаемую картину. Над вечерней степью стелется горький дымок костра; охотники сидят локоть к локтю, очищают скребками мездру сырой оленьей шкуры; первобытный литейщик ставит в яму с раскалённым углём глиняные тигли, плавит и разливает в формы медь; на горизонте высятся могильные курганы, встают укреплённые городища воинственных племён… И шевелится в душе тревога: где они, археологические памятники, уже отысканные, раскопанные, изученные – как добраться до них, как зачерпнуть в ладонь пыль минувших столетий?

Не доберётесь… В Мальте и Бурети на тех самых площадях, где проводились всемирно известные раскопки теперь сажают картофель. Гибнут и другие археологические памятники. Шишкинские скалы однажды вздрогнули от взрывов, как будто землетрясение всколыхнуло берег реки: это инициативные жители близлежащих селений рвали аммоналом камни для строительства коровников. Невежество обладает большими разрушительными способностями, чем стихийные силы природы. Горько сознавать эти невосполнимые утраты.

В древних сибирских летописях встречается забытое ныне слово, которое точно объясняет наше отношение к археологическим памятникам и окружающей нас природе – неразумство.

* * *

Как складывались в Сибири события ко времени появления русских?

Сибирские народности не были изолированы от многочисленных соседей. На их судьбах отражались возникновение и распад крупных государственных образований в Центральной Азии: хуннов, жужаней, уйгуров, хакасов… В начале XIII века смерчем пронеслись над сибирскими землями конники Чингисхана, разоряя местные народности, ломая привычный уклад их жизни. Было уничтожено первое государство кыргызов на Енисее. Пала «Золотая империя» чжурчжэней на Амуре и в Приморье. Некоторые сибирские племена погибли, другие снимались с места и перемещались в новые и неведомые им края.

В те времена понятие «Сибирь» не ограничивалось нынешним южным пределом (по-монгольски Сибери – Страна Лесов). И урочище Делиун-болдак на таёжной речке Онон тоже находилось на тогдашней сибирской земле. Но никто из сибиряков XII века, ни одно племя, ни даже шаманы их не могли предвидеть, что рождённый здесь около 1155 года в семье Есугэй-багатура мальчик Тэмуджин, стиснувший в правой руке сгусток крови – знак странного предзнаменования, станет грозою народов. И имя ему будет Чингисхан.

Великий завоеватель слыл образованным человеком, он велел князьям иметь при себе грамотных личных секретарей, сам писал стихи и афоризмы, свидетельствующие о гибкости ума. «Нельзя взять людей силой, – учил он, – забери их сердца, тогда они сами придут к тебе». Правда, мы знаем и другие примеры, когда слова правителей существовали отдельно от их поступков. Шестьдесят тысяч монгольских конников – почти половина ханского войска, разделённого по кочевничьи на десятки, сотни, тысячи, тьму шли на север и на запад, пополняя ряды сибирскими иноверцами, разбивая на берегах рек орды (военные лагеря). Ставили в круг кибитки на колёсах и сборно-разборные войлочные геры (юрты), жгли костры, а на рассвете двигались дальше, оставляя в пыли из-под копыт разруху и кровь.

Покорять сибирские народности послан был Чжочи старший сын Чингисхана. Его конница форсировала Енисей, Обь, Иртыш. Первым навстречу завоевателям вышел с выражением покорности ойратский предводитель Худуха-беки, привел своих соплеменников, предложил услуги – стать проводником монголов среди «лесных людей». Подчинив одну за другой разрозненные народности и племена Южной Сибири, Чжочи на обратном пути взял с собой несколько их князьков-нойонов, доставил к шатру могущественного отца и велел бить государю челом своими белыми кречетами, да белыми меринами, да белыми соболями. Чингисхан обратился к молодому полководцу: «Ты старший из моих сыновей. Не успел выйти из дому, как в добром здравии благополучно воротился, покорив без потерь людей и лошадей лесные народы. Жалую их тебе в подданство».

В степях Прибайкалья монгольское воинство встретило сопротивление хоринских бурят. По легенде, которая и сегодня бытует в верховьях Лены в лесных улусах, хоринский род пошёл от предка Хоридэя, однажды спасённого на озере стаей белых лебедей. С тех пор хоринцы обожествляют лебедя и когда слушаешь древние предания, думаешь, не от этого ли общего поклонения красавице – птице укрепились гордые сердца хоринских бурят? В тот год Зайца (1207) во главе хоринцев стояла отважная Ботохой-Толстая. Под её предводительством хоринцы восстали против монголов. Чингисхану пришлось дважды посылать войска на их усмирение.

Триста лет монгольского ига сильно подорвали экономику сибирских народностей. Татарские улусы, разбросанные по Тоболу и среднему Иртышу, объединились в так называемое Сибирское ханство со столицей Кашлык. Владыки ханства унаследовали строй и традиции Золотой Орды, её воинственный дух. Но только со стороны ханство выглядело крепким сжатым кулаком, на самом же деле оно было как разрозненные пальцы, каждый из которых не хотел смыкаться с другими и претендовал на титул большого. Само государство постоянно находилось под угрозой набегов южных кочевников. Эту непрочность Сибирского ханства выявил поход Ермака. Присоединение Сибири к Русскому государству связывают с именем Ермака. Между тем этот отчаянный молодец и его товарищи всё же не были первыми россиянами, перевалившими за Урал-камень. По «чёрным рекам», что текут с запада в восточном направлении уже с XVI века, ставшими первой дорогой русских в Сибирь. При Иване III начались систематические и хорошо организованные походы Москвы на Восток.

(История заселения пространства Сибири, археологические исследования её взяты из книги Леонида Шинкарёва «Сибирь», изд. 1978 г.)
* * *

Поезд медленно катил по рельсам над синими водами могучего Енисея, пересекая условную границу Западной Сибири и Восточной. В сопровождении приветствующего шума ажурных конструкций моста над рекой плавно подъехали к железнодорожному вокзалу. Здравствуй, город Красноярск. Вот и встретились вновь. А сколько ещё будет таких встреч. От Енисея на Восток, как и от Волги до Енисея – необъятная Россея. Крутые горки да повороты. То медленно ползём вверх, то быстро катимся вниз до самого Байкала. Вот они горные хребты от широт южных аж до самых северных с красивыми названиями: Становой да Яблоневый, о которых знал что из школьного учебника географии да рассказов учителя незабвенного Ивана Ивановича Сырецеого. Жителя равнины Западной Сибири, увидевшего впервые горы, впечатляет. Горные пейзажи поражают и завораживают своей неповторимой красотой. Они более контрастны и горделивы, чем равнинные. Милая сердцу моему природа Прииртышья с синими озёрами под голубым небесным куполом с задумчивыми по их берегам берёзами да ивами. Или степь раздольная Барабинская в весеннюю пору. Невольно представляю табуны лошадей, пасущихся на зелёном лугу татаро-монгольского войска. Или полки генерала Белобородова, сформированные из дальневосточников и сибиряков, готовящихся к смертельной схватке под Москвой с очередным коварным врагом. Внутри одновременно поднимается гордость за Россию и грусть.

Чтобы отвлечь себя от нахлынувших дорожных чувств, начал рифмовать слова, спонтанно пришедшие на ум:

 
Рельсы – шпалы, рельсы – шпалы.
Есть начало, нет конца.
По Сибири до Байкала
От хребта и вдоль хребта
Ехал поезд с опозданьем
От Амура до конца.
Вверх ползёт, пыхтит бедняга.
Вниз бежит, вовсю свистя.
Остановки сокращая,
Быть ко времени спеша.
Пассажиру нет заботы
Хоть устал ты, не устал.
Пассажир приехать должен,
Давно дома не бывал.
До Камчатки нет дороги,
До неё не добежать.
До Камчатки бездорожье.
Нет и шпал, как нет гонца.
До Камчатки бездорожье
От начала до конца.
 

Иркутск позади. Медленно движемся по обрывистому берегу старой железной дороги над водами седого Байкала. Вот ты какой? Самый великий на планете с запасами прозрачных, пресных вод. Воспетый в песнях и былинах, доселе загадочный о своём происхождении. Пытаюсь представить, на каком километре опасного участка пути изволил появиться на свет мой дядя Александр Петрович Пономарёв.

Пассажиры прилипли к окнам, пытаясь увидеть и запомнить великое творение природы. Ещё раннее, тихое утро, над водной гладью повис туман. Байкал не спешит показать себя во всей красе. Видна лишь небольшая прибрежная часть воды, а дальше белая мгла.

Стация Слюдянка. Короткая остановка. Все устремились на перрон, на котором с нетерпением поджидают поезд местные жители в надежде продать омуль. Знаменитый на всю страну байкальский омуль водится только здесь и нигде во всём мире. Торговцы предлагают: омуль свежий, омуль солёный, омуль копчёный, омуль с душком и без душка – на все вкусы. Покупай не робей хоть на последний рубль. К рыбке и свежеварённая картошечка вам, пожалуйста. Да разве устоишь от такого соблазна, ещё и бутылочку водки в синем ларёчке неподалёку непременно прихватишь. Как говорят испокон на Руси: «Коль пошла такая пьянка, режь последний огурец». Кстати, солёные огурчики тоже на рыночке имеются, тут как тут и груздочки, мимо не пройдёшь. От остановки Слюдянка колёса застучали веселее. В вагоне оживление. Взволнованный разговор в каждом купе. Чуть позднее кое-где послышалась песня о бродяге, Байкал переплывшем. Наше купе тоже праздновало под стопочку с омульком да груздём солёным. Пригласили к своему столу земляка Виктора Власенко. Он ехал в соседнем купе. Видел, как на перроне в сопровождении мне незнакомой дамы, Витя со знанием дела помогал своей попутчице выбрать огурчики, грибочки.

После необычной трапезы захотелось выпить горячего чая. Прихватив пустые стаканы в подстаканниках, набирая горячую воду, изредка поглядывал в отрытую дверь на проводницу вагона. Она сидела в своём отсеке ко мне левым боком, поглощённая чтением книги, ничего и никого не замечая. Мне не терпелось спросить у неё как долго еще будем ехать до станции Манзовка. Почусвовав присутствие пассажира, хозяйка вагона нехотя повернула голову в мою сторону. Смущаясь, задал ей свой вопрос. Долго не приходя в осознание от книги, женщина неадекватно глянула на меня. Потом нехотя, как от назойливой мухи, изрекла: «Успеешь ещё не раз выспаться». Возвращаясь в своё купе с чаем, соображал, как понимать то, что сказала женщина, сидя на своём рабочем месте. И понял. Значит, ехать еще не одни сутки. А понял, обрадовался. О чём поспешил доложить Александру.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5