Артур Аскеров.

Нью Эйдж и миф «Аполло»



скачать книгу бесплатно

Но просто уйти он не мог, все та же совесть не давала ему это сделать. Он зашел в комнату, откуда на всю квартиру раздавался противный детский крик и откуда был слышен мягкий спокойный голос Мишель. Там он увидел бледного худенького мальчика с редкими волосиками, который лежал на кровати и безумно кричал; Мишель же гладила его по головке, целовала, а он только лежал и кричал, хлопая выпученными глазами; она так пыталась его успокоить, что совсем не заметила стоящего посредине комнаты Крисстала. А вот мальчик, как только заметил большой силуэт незнакомого мужчины, сразу же успокоился и перестал истошно реветь.

После этого Мишель все-таки заметила Крисстала и сердито сказала:

– Говори уже и убирайся.

– Наедине, без твоего сына.

– Я же с ребенком.

– Я подожду, – сказал Крисстал и тут же шмыгнул из комнаты.

Он вышел в прихожую и стал пристально рассматривать там красивую картину, на которой были изображены двух обнаженные девицы, распластавшиеся в шатре, в прекрасном солнечном саду. Темно– зеленые и желтые краски как фон для изысканных белоснежных тел красавиц переносили нашего героя в какое-то неведомое место, где царило спокойствие и свобода от страха и боли. Крисстал вдруг даже вспомнил про тот рай, который, по мнению Роузи, вот-вот должен прийти с приходом Мессии.

Когда Мишель пришла в прихожую и увидела Крисстала, созерцавшего прекрасную картину, она мягким тоном произнесла:

– Давай говорить, о чем хотел…

Крисстал перевел на нее свой сверлящий взгляд и не увидел в лице Мишель никакого сходства с этой роскошной райской картинкой. Теперь наш герой легко смог заметить уставшее лицо этой девушки и ее совсем безразличные апатичные глаза, в которых была видна усталость от жизни.

– Тебе нужно изменится, – твердо проговорил Крисстал.

– В смысле? – с совсем глупой гримасой спросила она.

– Перестать заниматься такой мерзкой деятельностью. Ты губишь себя и тех, кто к тебе ходит.

В ответ она посмотрела на него какими-то полубезумными и в тоже время притягательными глазами. А потом таинственно сказала:

– Странно, а ты сначала показался мне приятным парнем и, я думала, что ты хочешь просто удовлетворить свою страсть. Так ведь ведут себя все нормальные парни – они все хотят от меня только удовлетвориться. Но ты какой-то другой – ненормальный, шизоидный. В твоей голове творится не пойми что. Это меня пугает! Я тебя боюсь, ты ведь можешь убить меня. Я знаю: ты способен на убийство… Эти холодные глаза – они смотреть сквозь этот мир и, они будто совсем безразличны к переживаниям этого мира… В твоих глазах живет неистовая звериная злость, но ты сам этого даже не понимаешь.

Крисстал выслушал это с непроницаемым лицом и, будто бы согласившись со всем, что сказала Мишель, продолжил гнуть свою линию:

– Скоро с тобой начнут бороться и с такими, как ты… Не слышала про указ Короля? Создается новый департамент, он может заняться тобой в ближайшее время. Знай, что перед ликом системы все мы бессильны, а поэтому может прийти время и никто тебе не поможет.

– Да мне плевать! Мне не привыкать к этому унижению.

Через эту грязь я иду всю жизнь. А занятие свое я не брошу. Что бы ты от меня поскорее отстал, скажу, что сын мой болен и без лекарств не проживет и недели. А вот правительство не собирается оплачивать его лечение.

Тут на лице у нашего героя появилась гримаса сострадания и он очень мягко спросил:

– Что с сыном и чем он болен?

– Его зовут Мик, ему 7 лет. В своей бурной молодости я вела такой зажигательный образ жизни, что тебе и не снилось, – сказал она очень ярко, будто бы возжелав разжечь в сердце Крисстала огонь зависти. – Ты даже представить этого не можешь, потому что таких как ты уже отучили от простой парнухи… Жизнь казалось мне кладезью удовольствий и, я не заметила, как забеременела… Я пила алкоголь, снималась в запрещенных фильмах и при этом вынашивала плод своего мальчика. Однажды, отдыхая у одного друга, я почувствовала сильную боль в спине. Вызвали врача, отправили меня в больницу. Там мне сказали, что я на восьмом месяце. Об аборте не могло быть и речи; да и легче было бы родить, а потом убить ребенка. В общем: потом роды и очень нездоровый мальчик. Куча всяких болезней у него, ходить он не может и при этом постоянно болеет. У него все болит и живет он с рождения в сильном мучении. И на всем этом лежит моя вина.

Эта печальная история совершенно выбила Крисстала из колеи в том плане, что он не знал как стоит лучше ответить, да бы посеять хоть какую то светлую надежду в сердце Мишель.

– Грустно это, – сказал он, понимая, что нужно хоть что-то сказать.

– Тебе это сложно понять.

– Нет, я понимаю, – совсем скупо, без эмоции и как бы на автомате, сказал Крисстал.

Но Мишель, видимо, обладала острой интуицией и заподозрила его во лжи.

– Да как ты же можешь меня понять? Ты мне даже незнаком!.. В каждом его крике я чувствую свою вину. Это невыносимо! Это словно какое-то безумие. Первое время после родов я жила в каком то неведомом трансе, не осознавая, что происходит. Все стало каким-то мрачным, темным и я подумала о том, что вот оно – наказание за все мои смертные грехи. Пошла в церковь, откуда и ты наверное пришел, но вскоре в ней я разочаровалась, стала материалисткой …Хотя, один раз я так плохо себя чувствовала, что даже подумала о сильном проклятии… И конечно мне хотелось покончить с собой, но потом я встретила хорошего психолога и, он помог мне вылечиться, помог уменьшить мое чувство вины за искалеченную жизнь ребенка.

Крисстал посмотрел ей в глаза и все равно не мог понять, искренне ли она рассказывает всё это или что-то недоговаривает и передергивает факты; он на секунду подумал, что истина в этом случае где-то посередине.

Мишель, заметив, как нагло и вульгарно, Крисстал пытается разглядеть в ней что-то секретное-то, что лучше было не знать, тут же бросила:

– А теперь убирайся отсюда! Ты выслушал всё, что я могла тебе рассказать. Не думаю, что тебе надо знать больше

Крисстал машинально стал надевать туфли, думая над тем рассказом, который ему поведала Мишель. Потом он выпрямился, посмотрел в последний раз на прекрасную картину с двумя девицами в саду и с опущенной головой вышел за дверь. Прощаться с Мишель он не стал, посчитав, что это только поставит формальную точку над его пораженческим приходом.

Уже стоя в коридоре, он почувствовал неведомое почти блаженное чувство сопереживания незнакомому человеку и, в этот самый момент будто бы сама жизнь стала для него интимно близкой.

После, полностью осознав, что его прибытие к этой девушке закончилось полнейшей катастрофой, Крисстал рассердился на свою слабость, слабохарактерность, мнительность. Он немного себя потравил в голове; поиздевался над собственной гордостью, над своей самооценкой и с мыслью, что стушевался перед презренной проституткой, машинально пошел на выход, уже не замечая абсолютно ничего вокруг. Ему захотелось просто вырваться на улицу и в раздумьях побродить по городу пешим ходом. Еще ему хотелось вдоволь надышаться свежим осенним воздухом.

Но это был очень душный день и Крисстал, оказавшись на улице, сразу это почувствовал своими легкими: он стал задыхаться, потеть, чувствовать себя очень некомфортно и плохо. К тому же над ним давлели те переживания, которые ему удалось испытать только что.

Он, шатаясь, шел по улице, совсем на автомате и ни обращал на других прохожих никакого внимания. Он даже чуть дважды не врезался: один раз в велосипедиста, а другой в мусорный бак. А один раз он все-таки задел плечом прохожего, но тотчас машинально извинился.

После, он, совсем не думая, свернул на очень людную и шумную улицу, где толпы прохожих гуляли по освященному солнцем тротуару. Улыбки на их лицах прохожих заставляли Крисстала нервно содрогаться. Среди прохожих на этой улице были молодые юноши со своими девушками, дети с родителями, пожилые пенсионеры, темнокожие и бледнолицые – в общем, все они были в этот солнечный день такие красивые, веселые. И напролом чрез них, никого не замечая, рвался Крисстал. Он будто был отшельник, изгой, который различен от всех не только тем, что идет против всех, но и своим задумчивым видом и какой-то особенной энергетикой. Лицо его было полно нервного напряжение и казалось, что вот-вот оно покраснеет, скривится и низвергнет со своих губ несколько слов от боли. Крисстал постоянно смотрел только вперед и мелькание чужих лиц, красивых и молодых, не давало ему возможности сконцентрировать поток своих размышлений на чем-то одном. Тут и яркое раскаленное солнце, объединившее сотни людей на улице, стало нашего героя раздражать своим ослепительным светом все больше и больше. Немного пройдясь в нервном напряжении, Крисстал почувствовал усталость, головокружение и теперь он уже с отвращением подумал какая же отвратительная сегодня погода и как же неприятен это проклятый свет, не дающий привести рассудок в порядок.

Наконец, пройдя сквозь оживленный поток людей, он вырвался на пустую улочку и с облегчением пошел дальше. Неожиданно его взору предстал огромный билборд, на котором был изображен самый разыскиваемый террорист Мёрджина – Скайдо Хезли, а посредине фотографии была эпическая надпись большими красными буквами: " Злодей пойман! Спешите узнать все подробности на Площади Восстания».

От волнения Сердце Крисстала забилось сильнее и это несколько облегчало его самочувствие. Он вдруг вышел из своего аутичного раздумья и, даже смог вспомнить вчерашнюю новость, которую в баре огласил Ольсон. Вмиг Крисстал сообразил, зачем такой поток людей собрался вместе и куда-то идет. Он подумал, что они идут туда – на площадь Восстания, что бы узнать все о поимке этого негодяя, который столько лет мешал им крепко спать, а их детям спокойно выходить на улицу.

В момент такого понимания событий, Крисстал испытал блаженное чувство своей избранности и несхожести со всем остальным; он будто вознес себя над всем другими людьми, когда вспомнил о своем старом знакомстве с Хезли, о том, что тот был его хорошим старшим приятелем, но лишь до того, как пошел вершить историю своими руками и потерпел фиаско. Хотя, как фиаско? Хезли уже вошел в историю! Он стал почти легендой и хоть плохой, но легендой. Теперь о нем напишут в учебниках истории, а его именем будут пугать непослушных детей и уж точно никто не назовет своего ребенка таким отрицательным словом, как Скайдо. А может это вскоре вообще станет не имя, а просто оскорбительное прозвище, означающее свирепого зверя – людоеда.

Конечно Крисстал своего старого заблудшего приятеля не считал прям таки зверем, но для остальных людей, для этих милых улыбающихся прохожих, Хезли навсегда останется именно свирепым и кровавым зверем.

«Интересно, а если бы я согласился тогда пойти вместе с ним, то кем бы сейчас был? – задался риторическим вопросом Крисстал».

И, конечно, он знал, что в лице других стал бы таким же террористом – анархистом, но его мучил другой вопрос: а было бы столько дурной славы о нем, сколько сейчас о Хезли? Хотя это уже не имело бы никакого значения, ведь для Крисстала Хезли все равно проиграл. Проиграл потому что умер раньше своих врагов, раньше режима и короля. Крисстал вынес ему смертельный приговор еще тогда, когда отказался сражаться против правительства; тогда, когда революционные идеи показались ему проигрышными и ведущими к полной разрухе. И вот теперь произошло подтверждение прогнозов нашего героя – настал конец Хезли! И хоть этот великий человек, попытавшийся изменить мир, вошел в историю, он все-таки проиграл.

И Крисстал, смотря на красную надпись на белом фоне, произнес свой печальный и одновременно жуткий вывод:

– От тебя мой друг оставалась лишь фотография, а теперь ты и вовсе исчез навсегда.

Набрав в легкие чистого воздуха и расправив плечи, Крисстал пошел дальше, немного расстроенный и угрюмый. А уже через двадцать минут он оказался на большом вокзале, где то и дело ходило множество поездов. Вскоре пришел и его поезд с номером Е 253; тут же к дверям этого стального красавца выстроилась очередь и Крисстал смиренно встал в нее, будто бы позабыв о своей избранности. Через томительные минуты ожидания наш герой, наконец, добрался до дверей поезда; там он поднес свою левую руку к красному идентификационному дисплею и, услышав тихий разрешающий голос робота, прошел в поезд.

Он присел на свое место и тут же обратил внимание на большой плазменном экран, на котором показывали очередное бессмысленное ток-шоу, вгоняющее в тоску и уныние. Такая реакция на шоу была и у большинства пассажиров, за исключением немногих, кто обращал свой заинтересованный взгляд на телеэкран.

Поезд тронулся и стремительно развил огромную скорость. Крисстал стал внимательно смотреть вслед унылому Мёрджину, который все больше и больше удалялся из виду, оставляя после себя лишь маленькое серое пятно, украшенное тусклыми блеклыми огнями. Дальше взору Крисстала предстали сухие пожелтевшие деревья и черная земля, мимо которых очень быстро пролетал поезд.

Крисстал вдруг заметил, что по телевизору начались новости и, он тут же стал ожидать главную сенсацию – задержание особо опасного террориста.

Однако, молоденький диктор в иссиня – черном костюме начал свою передачу не с рассказа о поимке беглого Хезли, а с другой, не менее примечательно новости – со встречи Председателя союза европейских религий и Духовного правителя Великой Азиатской Империи. Видимо эта встреча была на самом деле так важна, что перекрывала сенсационную новость о задержании суперизвестного на весь мир преступника, который несколько лет держал режим и его поданных в самом свирепом страхе.

После вступительных слов ведущего начался, по словам самого ведущего, исторический и грандиозный репортаж. Сюжет начался с того, как у невысокой черной трибуны толстый узкоглазый старичок, одетый в шафрановый азиатский балахон, пожал руку солидному высокому европейцу в классическом костюме. Вокруг были толпы людей: среди них извилистые фотографы, озабоченные журналисты и важные политики в строгих костюмах. Однако главные выделяющиеся фигуры были те двое представителей духовенства, которые жали друг другу руки; а остальные же просто составляли фон из смеси огромных белокурых европейцев с их брутальными скулистыми лицами и маленьких, похожих друг на друга, азиатов. Тут ведущий репортажа проговорил о том, как это историческая встреча поможет создать основу для слияния двух полюсов, двух миров, в единое космополитическое пространство. После этого, те важные особы, вместе, словно сладкая парочка, прошлись к большой черной машине и под сопровождением охраны поехали через радостную толпу ликующих людей; через толпу, которая неистово кричала и приветствовала своих героев. Видеокамера с вертолета показывала, насколько много всех собралось; сверху такое скопление масс напоминало большой человеческий муравейник. Большинство в этой толпе – китайцы, похожие друг на друга как две капли воды, они оделись специально в яркие красочные одеяния, да бы создать своим видом особую атмосферу грандиозности и торжественности. Все они с улыбкой на лице исступленно махали своими ручками, будто бы искренне видя в этой исторической встрече пролог к взаимовыгодному сотрудничеству с большой Европой.

Потом стали показывать, как черная машина остановилась у огромного императорского дворца с колоннами. Из машины под пристальным присмотром огромных охранников, вышли два важных переговорщика, а потом тут же направились в роскошный золотистый дворец, излучающий всем своим светлым видом богатство и величие Азии. Тут картинка сменилась на высокий величественный зал из золота и драгоценных камней – там под дулами фотоаппаратов оба переговорщика о чем-то мило побеседовали за столом, а потом стали подписывать какие-то важные документы; сразу же диктор начал говорить о том, какие выгодные договоры о взаимном сотрудничестве и укреплении двух великих идеологий подписаны, а потом стал их перечислять.

После этого слово дали экспертам и самые влиятельные специалисты в области политики, культуры и религии произнесли пафосные речи, о том насколько это встреча важна на пути всеобщего братского объединения и укрепления единого духа гармонии во всем мире. Все они были едины в том, что эта встреча поистине грандиозна в своем величии и значимости, а последний эксперт – старый седовласый мужчина, лицо которого было покрыто какими-то пятнами, оспинками и болячками, вообще заявил:

– Это шаг для создания единого пространства, не имеющего никаких границ на территории всего земного шара. Этим историческим визитом разрушена последняя стена между двумя великими цивилизациями и это пролог для настоящего объединения. Поистине, мы стоим на пороге новой цивилизации, не имеющей аналогов в истории человечества. Наше сотрудничество с Азией должно стать шарниром времени. Мы входим в новую реальность космполитического единого государства под знаменем обновленной духовой идеологии.

На этом сюжет, который продлился минут десять, благополучно завершился. Никакого интереса у Крисстала встреча европейского министра по делам религий и какого-то азиатского монаха – супербогача, не вызвала, поскольку очередная попытка сблизиться двух полюсов рассматривалась им, как ошибка, аберрация; не верил он в соединение этих идеологически противоположных цивилизаций и рассматривал такую встречу не как великое историческое событие, а скорее как банальную имитацию какой-то важной рабочей деятельности. Невозможно, по мнению нашего героя, было взять и смешать в один котёл дохлых узкоглазых азиатов и мощных брутальных европейцев, а потом из всего этого получить что-то общее с какой-то духовной приправой; или получить было можно, вот только Крисстал не знал, что именно, а поэтому и относился к этому не серьезно и слушал весь репортаж между позевываниями, совсем не вдумываясь в значение тех слов, что сыпались изо рта диктора. Но вот когда диктор с серьезной гримасой на лице заявил, что в западном Мёрджине задержали целую группу террористов из КРС, Крисстал тут же навострился и в его глазах появился блеск заинтересованности.

А диктор с все той же серьезностью продолжил:

– Итак, по данным Комитета Расследований среди террористов оказался сам Скайдо Хезли – особо опасный убийца и преступник, он считается лидером террористической организации Комитет Радикального Сопротивления.

Крисстал оживился, он приготовился увидеть что-то поистине захватывающее и интересное. А на большом экране тотчас появились давно забытые кадры, на которых группа вооруженных автоматами мужчин в балаклавах бегают по плохо освященному туннелю метро и расстреливают всех, кого встречают на своем пути. Под эти кадры ведущий репортажа проговорил, что сейчас зритель может воочию узреть всю звериную сущность той организации, лидером и основателем которой считается пойманный Хезли. Потом на экране появляется сам ведущий репортажа – выхолощенный, отличающийся худобой, молодой человек, который со страхом вцепился в большой микрофон. Стоял этот ведущий на фоне большого синего фасада главного здания Комитета Расследований и говорил о том, что, возможно, еще совсем недавно здесь допрашивали отпетого негодяя, унесшего так много невинных жизней. После ведущий проговорил, что вероятней всего Скайдо до судебного заседания отправили в самую охраняемую тюрьму Деладор, в которой содержат самых опасных преступников. Закончился же репортаж торжественной речью высоченного стройного мужчины в белой форме с красными погонами – Скота Литарда, председателя КР:

– Скайдо Хезли арестован и сейчас дает признательные показания. В самое ближайшее время будут проведены необходимые следственные действия, будет собрана мощная доказательственная база, и тогда мы сможем по всей строгости наказать этого страшного человека, который годами наводил на людей смертельный ужас только своим именем. Если вина Хезли будет доказана, а в этом я не сомневаюсь, ему грозит высшая мера наказания, то есть публичная смертная казнь с применением огнестрельного оружия, – спустя небольшую паузу он завершил, – остальные участники также уже дают признательные показания насчет своей преступной деятельности в КРС.

На этом репортаж бесславно закончился и у Крисстала тут же возникли серьезные подозрения к правдивости всех сведений, которые передали с экрана. Ведь, ни живого Хезли, ни даже того места, где его задержали, не показали!

«А не грамотно ли это выстроенный политический ход? – тут же задался вопросом Крисстал. – А жив ли вообще наш герой? И стали бы патрульные задерживать его, зная, как много проблем он может принести? Скорее бы убили, да 90 процентов, что так и сделали! Скайдо явно не был безоружен и уж, конечно, стал бы сопротивляться. Да и спать в таком небезопасном месте он бы не стал – не его это уровень. А значит – точно убили. Сейчас. А может давно, но объявили о задержании сейчас, сделав мощный рекламный ход. Но почему именно сейчас?».

Плешивый мужчина в очках с глазами на выкате, сидевший рядом с Криссталом, в это время неистово торжествовал :

– Поймали наконец негодяя. Теперь можно хоть спокойно ездить на поезде и за жизнь свою вовсе не опасаться.

Но вот Крисстала эта новость нисколько не успокаивала; и даже не столько из-за своего скептического отношения к ней, сколько по причине того, что деяний своего старого приятеля Скайдо и его организации, он никогда нисколько не опасался. Почему-то наш герой никогда не боялся, что его жизнь может изменить или вообще забрать какой-нибудь акт террора; он к этому относился как – то проще, будто бы вовсе игнорируя вещи, которые происходят не по его воле и одновременно веря в то, что судьбу по большому счету изменить нельзя, а поэтому стоит просто с ней смериться. Из-за этого Крисстала зачастую терзали не переживания насчет того, что его жизнь вдруг может прервать злобное действо КРС, а думы о каких либо незначительных мелочах. Однако сам он относился к таким мелочам или пустякам очень серьезно и считал их чрезвычайно важными хотя бы из-за связи исключительно со своей персоной. Поэтому подумав немного, о Скайдо, он с тревогой переключился на размышления об отношениях со своими родителями; как будто это было намного важнее, чем такое историческое событие, как поимка Скайдо. И так ведь было на самом деле, по причине того, что отношения со своими «пращурами» были для него сугубо личными, а вот Скайдо уже давно отдалился…



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10