Арти Александер.

Все игрушки войны (сборник)



скачать книгу бесплатно

По мере роста Хрени она стала считаться благоустроенным местом, и городское жилье постоянно дорожало, что подхлестывало трудоспособных горожан к участию в трудовом процессе по производству оружия.

И как сказал в частной беседе один из низкооплачиваемых работников завода – можно ли трудиться на военном заводе и не мечтать о далекой войне? Потому как сверхурочные и бонусы. Оружие – быстро и качественно! С предоплатой и самовывозом!

Но даже во время праздничных распродаж и черных пятниц, когда цены на навсегда залежалые товары катились вниз, горожане знали, что у них есть нечто, что они не продадут никому. Ни за какие деньги. Даже если деньги предложат. Ведь должно быть то, что считаешь, что не продается. Неважно, есть ли на него спрос и покупатели. Потому как те, кто покупал оружие – они же приобрели только оружие, но не того, кто его производил, участвовал и всячески заботился о том, чтобы оно было лучшим и смертоностным.

Мало иметь то, что ты не продаешь, но надо его и охранять. На всякий случай. И вот раз в год (а когда трава была вкуснее – то и два раза) те, кто не хотел продавать то, что не продавалось, собирались на тренировку защиты этого. Тайным местом подготовки готовности была библиотека и библиотекари – из поколения в поколения блюли эту тайну, бережно убирая со стеллажей чужие болтливые книги. Неведомо куда из них идущие буквы…

Никто не знал, где могут прятаться Чужие, их яйца, зародыши, шпионы и пособники, и поэтому бдительность ко всему не мешала. А если ты не бдителен – то тогда кто ты?

Надев поголовно непроницаемые повязки на глаза, энтузиасты и профессионалы тренировали смекалку и способности сохранения сохраняемого от посягательства и покушательства.

Но опасность проявилась нежданно-негаданно – утром 9 января, когда жители Хрени мирно и кучно спали в кроватках и лежбищах, к королевской статуе пожаловало обшарпанное инопланетное судно со снятыми заранее номерными знаками и с оторванным глушителем.

Судя по издаваемому звуку и запаху, в Космосе было сильно не в порядке с экологией, и отходы наверняка сливались не только в черные дыры, но и мимо.

Из внутренностей чужерода показалось два малогабаритных мужика, криворуких и четырехглазых. Насчет числа половых признаков точных данных так и не было зафиксировано.

Контакт пошел не по традиционной схеме и без использования опыта телесериалов и круглых столов с контактерами и потенциальными инопланетянами. Говорили эти прибывшие не то что в нос, а скорее – в пасть, размахивали разными лапами и требовали, чтобы им показали, где находится самое оружейное место Вселенной.

Может, другие бы обрадовались, услышав такой комплимент родного городу и заводу, но единственный встретившийся на пути – а вернее – около них – юноша, оказавшийся героем, почуял, что это и есть те самые Чужие, к прибытию которых тайно готовились избранные посвященные.

Прямое противостояние невысокого двухручного хлюпика и двух мужиков, имевших в сумме семь рук, было бессмысленно, и поэтому юноша применил военную хитрость и отвел чужаков не на завод, а в библиотеку, сказав, что главная военная сила кроется не в том, что они издалека думали, а в этих прямоугольных бумажных упаковках в виде покетов и обычных изданий.

Далее юноша, отвечая на уточняющие вопросы потенциального противника, рассказал им про великую силу нашей культуры, не имеющей никаких аналогов и способной при необходимости повернуть ручку управления Вселенной в нужную сторону.

К сожалению, для получения актуальных подробностей дальнейших событий необходимо оформить допуск к государственным планетным секретам по формам 5899/8888 и 9666/7776.

Так Вселенная была спасена от покорения коварными Чужими пришельцами, а безымянному, но доблестному юноше подарили яркий сувенирный пластиковый пистолет, выстреливающий струей воды, и инкогнито врученный герою на случай непредвиденной войны.

Я расскажу вам маленькую поучительную историю
А. Санти

– Я расскажу вам одну маленькую поучительную историю о том, как сильно могут меняться вещи от взгляда, от фраз, от случайных встреч, – от тени отделился силуэт и вышел на свет, в длинном плаще, скрывающем очертания тела, однако лицо рассказчика по-прежнему было полностью скрыто, оставаясь под тенью глубокого капюшона.

– Что-то произошло в моем городе. Какое-то изменение, болезнь, занесенная на землю метеоритами, или странная эпидемия. Вначале никто на это не обратил должного внимания, понадеявшись на достижения медицины и прочие знания, возвысившие нашу цивилизацию, а потом стало поздно. Когда установилось затишье, все подумали, что проблема успешно решена и все наконец вернулось к прежней жизни. А потом неожиданно наступила вторая фаза. Люди начали сильно изменяться, словно становились подобными зомби. Они больше не разговаривали, ни в чем не нуждались, забывали свое имя и прошлое, и с ненавистью уничтожали здоровых, всех кто от них отличался, – мужской голос стал задумчивым.

Его внимательно слушала небольшая команда исследователей, недавно совершившая посадку неподалеку от грандиозных руин, лишь отдаленно напоминающих огромное поселение. На первый взгляд остатки некогда высотных зданий, ровно проложенных улиц и перекинутых через реки мостов, были совершенно безжизненны, но они ошибались. На чужих и даже пустынных планетах не все так просто, как кажется на первый взгляд. Они уже собирались идти дальше, когда услышали голос…

Обладатель голоса появился неожиданно и был предельно вежлив. Каким образом он говорил на понятном исследователям языке, было не ясно. Да и никто из группы даже не задумался над этим, словно в этом нет ничего особенного, так и должно быть. То, что он говорил, овладело их вниманием. Оно было главной и важной информацией, которую он стремился передать, словно боялся не успеть, и это пока отбросило в сторону все вопросы… Он говорил, а исследователи покорно следовали за ним. По бывшим площадям, по покрытым зарослями травы расколотым дождями плитам, через залы и проемы дверей, под арками неизвестных раскидистых деревьев и перешагивая растущие прямо на пути упавшие колонны…


– В этом городе был храм, он был немного похож на замок, острыми шпилями тянулся он в небо, серый камень, резные барельефы, ему был уже не один век, кто-то назвал бы его мрачным, но это был красивый храм. Я надеюсь, и вы увидите его, даже когда его не буду видеть я, я укажу к нему дорогу… Люди не заходили в него, хотя он был на одной из центральных площадей, они шли мимо, хотя порой и бросали восхищенные взгляды… почему? Кто знает. – легкое пожатие плечами, и он прошуршал плащом, подойдя к окну, вглядываясь за стекло, там раскинулся город из воспоминаний. Мы жили во времени, когда давно были забыты разные религии и культы, а то, что я называю храмом, воспринималось скорее как уникальный шедевр архитектуры, и могло бы служить дальше, но уже в качестве музея. Только в начале времен вера была необходима нашему обществу для поддержания порядка и закона, но когда общество достигло достаточного интеллектуального и технического развития, оно стало успешно саморегулироваться.

И потому мы, оставшиеся последними служителями и хранителями истории храма, сами следили за зданием и поддерживали в нем издавна заведенный порядок. Нам ни в чем не мешали, и мы также ни во что не вмешивались, и ничего не просили. В нас не нуждались, но и не запрещали, мы стали анахронизмом, для кого-то чем-то несуразным и даже смешным. Если было необходимо, мы были – незаметными, а иногда наоборот – достопримечательностью этого города.


– Нас было трое, включая меня, и я был главным среди нас, мы были… не смейтесь, мы были от Творца, создателя вселенной. Сквозь окна к нам проходили золотые лучи света, даже если солнца не было, мы были в белых одеждах, со светлыми лицами, и мы танцевали в потоках этого света, это было проявление нашего Творца и Сила дарованная нам… – Он запрокинул голову, словно ловя потоки света, видимые лишь ему, и губы дрогнули в намеке на улыбку. Капюшон упал, золотые волосы волнами заструились по спине, а затем улыбка исчезла, и он продолжил рассказ.

– …зараженные не могли пройти к нам, они не имели права, не знаю, как Вам объяснить иначе. Мы хотели умереть как люди, не превращаясь в нечто. Хотели еще хоть не надолго сохранить все, что было накоплено цивилизацией внутри его стен, мы боялись стать бездушными варварами, беснующимися снаружи. Нас оставалось трое на весь огромный храм, в несколько этажей, но нам не было одиноко или пусто… и мы наблюдали сквозь окна за тем, что происходило снаружи, – помолчал, и обернулся вполоборота на своих слушателей.

– Вам наверно не очень понравится, вас ужасает это? Но… мы ничего не чувствовали, может совсем чуть-чуть жалость, но не более того. Люди быстро вымирали, но я знал, таково испытание свыше для них, смогут ли они что-то предпринять и выжить? Или же умрут, исчезнут и города будут погребены в пыли… Знаете ли вы, задумывались хоть на миг, покоряя космические просторы на своих могучих звездолетах и осваивая новые галактики, что если человечество вымрет, планета не исчезнет? И через пару веков, городов не останется, все зарастет, человек не царь природы, он тот, кто ей препятствует. И мы не вмешивались. – Рассказчик невидяще посмотрел вперед, а перед глазами вспыхивали картины прошлого.

– Но вот в один из дней в двери начали стучаться. Небольшая группа людей, и среди них был мужчина, он был довольно умен и спокоен для человека, за спиной которого уже почти мертвый город. Находиться тут на виду было большим риском для них. Мы разговаривали сквозь двери, его цель была в том, чтобы мы их впустили и укрыли, моя же, чтобы отказать, мы не желали вмешиваться, это было не наше. Я сказал ему, почему не открою двери, что таково испытание для них, и тогда он замолчал. Я подумал, что он сдался, а потом он вдруг сказал:

– А ты не думал, что это испытание не для нас, а для тебя? Что ТЫ сможешь сделать в такой ситуации?

Рассказчик начал погружаться во тьму, растворяясь в ней, но прежде чем раствориться, губы изогнулись в легкой улыбке, а яркие голубые глаза, засияли внутренним мягким светом

– …и я впустил их, потому что понял – он прав.

* * *

Когда голос замолк, исследователи уже прошли большую часть разрушенного города. Они оказались практически в его центре. Храм все также стоял, возвышаясь над ним, по-прежнему чистый и светлый. Заходящее солнце освещало его окна, и потому они казались отлитыми из золота. Или это внутри горел зажженный спасенными свет…

Рая и Ада
Михаил Попов

Раиса Сосновская, бухгалтер из зеленхоза г. Краматорск. Платьице в горошек, беленькие носочки на худеньких ножках. Круглое, прыщавое личико, при улыбке неприятно обнажается верхняя десна. Никак не может поверить, что она в Сочи. Маленькие круглые глазки выпучены на мир. Полностью находится под влиянием подруги.

Леокадия Рыбец (можно просто Ада), крановщица, черты лица и все члены тела крупные. Джинсы еле-еле налезли. Уже успела поругаться из-за сковородки с хозяйкой, у которой сняла комнату. Курит, презрительно щурясь в сторону таинственно шумящего моря.

– Здравствуйте, девушки! – звучит приятный мужской баритон у подруг за спиной.

Девушки подозрительно оборачиваются. Они никого не ждали. Перед ними двое рослых, загорелых красавцев. Один в белом костюме и черной сорочке, второй в голубом костюме и сорочка у него темно-синяя. Оба приятно, ничуть не нагло улыбаются.

– Вольдемар, – представился первый.

– Феликс, – представился второй.

Рая рефлекторно вцепилась в мощное предплечье подруги, ее сознание парализовано этим видением. Более устойчивая в этой жизни Ада забычковала сигарету о парапет, готовая отбрить красавчиков.

– Чего вам нужно?

– Мы хотели, – улыбнулся Вольдемар, обнажая великолепные зубы, – пригласить вас позавтракать.

Феликс тоже улыбнулся, и зубы у него тоже были великолепные.

– С чего это вдруг? – недоверчиво хмыкнула Ада.

– Вы нам понравились, – просто и открыто сказал Феликс.

– Как же, как же, – ядовито осклабилась крановщица, давая понять, что не на таких вы, парни, напали.

Красавцы помрачнели, в них появилась какая-то неуверенность.

– Извините, мы не думали… Это было бы необременительно для вас, мы на машине. – Вольдемар показал в сторону переливающегося всеми автомобильными достоинствами БМВ, стоявшего неподалеку. – Но если вы…

Еще мгновение – и они откланяются. Навсегда! Рая впилась востренькими коготками в трицепс подруги. Уже повернулись. Уходят.

– Послушайте, – сказала басом Ада, – если на машине, то можно.

Уже через пять минут все четверо сидели за столиком чистенького, почти пустого кафе. На столе имелась семга, ветчина, крабы, в фужерах сдержанно пенилось охлажденное шампанское. В вазе цвели фрукты. Феликс смешно и непринужденно шутил. Раиса заливисто хохотала и смущенно косилась в сторону подруги. После второй бутылки лед недоверия растаял и в пролетарской душе Ады.

– А что ж вы ничего не едите? – прожевывая кусок ветчины, спросила Рая у Вольдемара.

– Мы на диете! – воскликнул тот, поднимая бокал с шампанским.

– Хотите здоровенькими помереть? – почти дружелюбно пошутила крановщица.

После завтрака решено было поехать в «одно прелестное местечко» неподалеку от города. Там, оказывается, замаринована уже кастрюля великолепного шашлыка и охлаждается в ручье канистра с вином. Ада снова насторожилась, но уже не сильно, и ненадолго.

Когда прибыли на место, молодые люди пошли собирать хворост для костра, а Рая вдруг начала трясти подругу за руку.

– Ну, скажи, зачем мы им?

Подруга угрюмо курила.

– Не боись, малышка.

– Ой, боюсь! – глуповато хохотнула бухгалтерша.

Разожгли костер, приготовили замечательный шашлык, пили вино и баночное пиво. Потом купались. Во время совместного бултыхания в воде, вели себя пристойно, даже не попробовали воспользоваться подводными возможностями рук.

Закончить вечер решили в роскошном отеле «Черноморский». Швейцары у входа в это фешенебельное заведение вытянулись в струнку при появлении молодых людей, а к их спутницам отнеслись с самым угодливым вниманием.

Накрытый столик в самом уютном уголке ресторана уже дожидался гостей. Опять шампанское, коньяк, икра, заливная осетрина и тому подобное. Форель. Какая-то дичь.

Застолье пошло очень весело и славно. Когда молодые люди удалились на минуту в туалет, Рая спросила у подруги, почему же они все-таки ничего не едят?

– Они все делают правильно. Перед сексом вредно набивать живот.

После двух-трех рюмок Феликс заказал оркестру приятную, спокойную мелодию, и кавалеры пригласили дам, Феликс – Раю, Вольдемар – Аду. Молодые люди танцевали великолепно. Ада чувствовала себя в этом танце такой гибкой, такой воздушной, хотя в обычной жизни танцевать и не любила, и не умела. Когда крепкая, но нежная ладонь Феликса легла на талию Раисы, та показалась себе томной, сексапильной одалиской, и в глазах у нее все поплыло. Такой танец бывает один раз в жизни.

Меж столами бродила цветочница. Вольдемар подозвал ее и подарил каждой из девушек по огромному букету алых роз.

– А теперь, – сказал Феликс, – мы все поднимемся наверх, для вручения подарков.

Ни о каких возражениях не могло быть и речи. Пряча лицо в розовых бутонах, почти рыдая от счастья, Рая вошла в кабину лифта, за нею последовала, слегка пошатываясь, с горящим тяжелым взглядом Ада.

Феликс жил в 401-м, Вольдемар – напротив, в 403-м. Игриво и понимающе улыбнувшись друг другу, девушки последовали каждая за своим кавалером.

Приблизительно через полчаса из своего номера вышел Вольдемар и неторопливо спустился вниз в холл. Там он закурил, поглядывая на часы. Минут через десять к нему присоединился Феликс, он был немного возбужден.

– Вытри губы, – недовольно сказал ему Вольдемар, – и на пиджаке у тебя пятна. – Он наклонился и понюхал: – Кровь! Ты что, опять набросился, не раздеваясь?!

Феликс поскреб ногтем отворот пиджака и несколько раз сыто цыкнул зубом.

– Ну, это ты у нас любишь сонные-сонные артерии.

После этого вампиры сели в БМВ и укатили в неизвестном направлении.

Традиция
Арти Д. Александер

«Сами создавайте то, что может спасти мир,и если утонете по дороге, так хоть будете знать, что плыли к берегу…»

Рэй Брэдбери

Когда война прервала сообщение колоний с Землей и развитые миры занялись своими междоусобицами, оказавшиеся в изоляции планеты стали перед выбором, как выживать. Ради выживания они порой выбирали необычные пути. Исчерпав привычное снабжение и руководство, ранее регулярно поступающее из Метрополии или более обжитых планет, чем новооткрытые, для восстановления порядка, люди порой возвращались к феодальному образу жизни, устанавливали собственные правила, были жесткими и бескомпромиссными между собой, таким образом, уничтожив многое с таким трудом достигнутое в демократичном прошлом. Когда Земная Федерация начала освоение космоса, колонизация чужих планет была не только увлекательным, но и полезным делом. Оказалось, там, далеко от родного и привычного мира есть многое, что имело смысл возить на оскудевшую

Землю. И именно для этого в космос потянулись караваны первооткрывателей, переселенцев, военных и торговцев. Так же, как когда-то первые пионеры, осваивающие Дикий Запад, в поисках своей мечты, они делились на сообщества и имели иерархию. В кризисные годы целые семьи покидали перенаселенную и неспокойную Землю. А в годы расцвета и благополучия, между ближними и дальними мирами установилась тесная и взаимовыгодная связь. Однако это длилось не долго, очередная «ксенофобная война» прокатилась по галактике, и заставила человечество вновь пересмотреть свои привычки и внести коррекции.

Когда прервалась связь с другими мирами, в одной из дальних колоний жило не менее нескольких тысяч человек разных рас, религий и культур. Часть из них были переселенцами из Индостана и южных островов Земли. Жажда власти и переворотов привела к возникновению группировок, партий и фракций, защищающих некое «меньшинство», а на самом деле меркантильные интересы лидеров. А в некоторых районах планеты стала царствовать анархия – в самом худшем ее понимании и «само-коронованные князи». Новоиспеченные лидеры умело использовали и подогревали настроения толпы, сталкивая недовольных между собой по принципу «разделяй и властвуй». И понеслось… Когда кончились речи и патроны, тихие и мирные жители начали резать и уничтожать друг друга, сократив собственное население не хуже одичавших боевиков. Это привело к новой проблеме. В первые годы таких военных действий погибли лучшие инженеры, ученые, учителя, все кто не умел или не хотел сражаться, но был необходим для мирной жизни и развития. Но оставшиеся в живых все же нашли в себе остатки разума обратиться к древней истории одной из когда-то развитых цивилизаций, и забыв о жажде власти, навести порядок на ставшей теперь собственностью колонистов, а не Метрополии, планете. Хотя для этого им пришлось объединиться между собой, совершить небольшой, но эффективный переворот и оправить в «вечное свободное плаванье» в просторах космоса, тела бывших тиранов, чтоб даже их прах не осквернял воздух. Дальнейшее, с общего одобрения населения, стало подчиняться традициям, которые и стали опорой порядка, понимания и гармонии. В соответствии с произведенными реформами, планету справедливо переименовали в «Илам» (ударение на первую букву), что значит «Земля Предков». Людям «Иламы» можно сказать еще повезло, потому что многие колонии не пережили собственные распри и не нашли нужных решений, просто перестав существовать как люди. А еще через несколько лет сообщение между мирами стало налаживаться, и жизнь вошла в новый виток истории и прогресса. Отдаленные миры получили возможность вновь общаться и сотрудничать. Давно ставшие на ноги и обретшие независимость колонии начали посылать своих детей учиться в самые престижные университеты и академии. Некоторые из них располагались на возродившейся Земле. Прилетающие на Землю впервые видели разнообразие культур и традиций, которые поддерживали сообщества разных планет. На самой Земле никаких строгих канонов в этом отношении давно не существовало, люди Земли отличались более свободными нравами и взглядами. Разлетевшиеся в разные концы Вселенной люди, стали столь же различны в своем образе жизни, как представители иных миров. Однако прилетающие на Землю имели право сами решать, как им жить дальше, и большинство склонялись к полной свободе. Но не все. Не исчезнувшая из памяти история упадка и затянувшейся борьбы оказывала сильное влияние на выбор. Так, часть предпочитали верность своим традициям и вместе с тем уважение к родственникам, какими бы разными или архаичными они не казались землянам. Традиции когда-то помогли людям выжить и остаться людьми в чужих мирах и теперь, когда чужие миры стали им домом, они верили, что традиции помогут им и на Земле…

Он заметил ее сразу. Она была необыкновенная, неземная, когда она говорила, он затаенно вслушивался в мелодию ее голоса… Он встречался с ней каждый день в большой аудитории, но всегда переживал и краснел, не смея смотреть на нее и заговорить. С детства его воспитывали в традиционной семье, где настоящий мужчина отвечает за каждое свое слово и не разговаривает с посторонними женщинами, если на то нет серьезной причины. Традиция обязывала относиться к каждой женщине как к своей матери, а к каждой девушке как к сестре или собственной супруге. Но он еще не был женат и совсем не хотел считать ее своей сестрой. Потому что был безумно влюблен. И даже то, что они находились далеко за пределами родной страны и даже планеты, на старой Земле, где мужчины и женщины легко знакомились, общались, заводили романы и расставались безо всяких последствий и предрассудков, нисколько не меняло сути. Он гордился тем, что его народ совсем иной и не торопился меняться, обретая странную чужеземную свободу и подражая чужестранцам-инопланетникам. Он любовался ею издалека. Прибывающие из его мира всегда держались мелкими сообществами, делясь на группы по интересам или социальному уровню, но эти группы также строго разделялись на «мужские» и «женские». Вовсе не так как привыкли видеть жители Земли. Ведь по возвращению на родину всех, временно прибывающих на Землю, ожидала привычная жизнь наполненная традициями и, неизменными с течением веков, семейными ценностями. Чем бы они ни занимались в будущем, какую бы карьеру не выбирали, девушек планеты Иламы ожидало – замужество, юношам предстояло жениться.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

Поделиться ссылкой на выделенное