Артем Бук.

Наместник



скачать книгу бесплатно

– Аргентина?

Ирина сняла очки, и я понял, что? заставляет ее носить их при любом освещении. Я никогда не видел ничего подобного. На меня смотрели два неправдоподобно зеленых глаза. Контактные линзы, меняющие или усиливающие цвета радужной оболочки, давно перестали быть новостью, но это… Романтик бы использовал эпитеты вроде «бездонные», «завораживающие» или «манящие». Следователь в моем лице подумал о специальных линзах для прицельной стрельбы и о встроенной функции ночного видения. Объясняет темные очки всей троицы. Возможно, они готовят зрение к операции в кромешной тьме. Девять из десяти мужчин пали бы к ногам Ирины, обрати она на них свой взор. На меня же ее сексапил совершенно не действовал. Почему-то с юности не воспринимал рыжих как объекты, пригодные для романтического знакомства.

– Классные линзы.

Вообще-то я хотел сделать комплимент, но традиционно получилось не очень. Вот что значит длительное отсутствие практики. Интересно, как там поживает генеральская Олеся? Надеюсь, она блондинка. Или брюнетка. Как вернусь, первым делом приглашу ее в лучший ресторан на полученные от Василевского червонцы. Девушка с таким приятным голосом и смехом – то, что нужно после подобной нервотрепки.

Макс издал что-то вроде стона и едва заметно кивнул Амбалу. Я не видел, чтобы кто-то нажимал какие-либо кнопки, но дверь салона бесшумно отъехала в сторону. Господи, это конец. Мы же в сверхзвуковом джете на расстоянии пятнадцати тысяч метров от поверхности. Нас сейчас разорвет на куски. Руки судорожно шарили вокруг, пытаясь найти ремни безопасности, пока я не сообразил, что к местным креслам они не прилагаются. Но ничего не происходило. Никого не вытягивало из салона, самолет не ушел в пике и не развалился на части. Из открытой двери лишь слегка тянуло холодом, и темнело ночное небо. Мы не летели на запад. Самолет держал курс на восток.

Легко оторвавшись от кресла, Амбал схватил сжавшегося напротив него и явно вконец обезумевшего от страха Вербовщика и одним движением вышвырнул беднягу за борт. Дверь так же бесшумно закрылась.

– Мы не летим в Аргентину, – вздохнул Макс. – Боюсь, Александр Евгеньевич, мы летим совсем в другое место. И по другому делу.

– Кто такой Валеев? – раздраженно поинтересовался Василевский, впервые за полет оторвавшись от планшета.

Глава 4

Похоже, меня одного тяготила тишина в кабине. Я не стал отвечать на вопрос «майора», а он – настаивать на ответе. В конце концов, интернет на борту прекрасно работает. Сам найдет. Макс сделал Амбалу еще один коктейль. С вишенкой. Гигант с удовольствием потягивал его через трубочку. Против вишенок он больше не возражал. Может, любит побаловать себя сладеньким после удачной мокрухи. Интересно, за Вербовщика ему заплатят отдельно или в гонорар за миссию входит неограниченное количество трупов? Ирина вернула очки на место и погрузилась в привычную для себя медитацию. Василевский вернулся к своему планшету, а Макс, покончив с коктейлями, уселся напротив меня.

Выражение его лица показалось мне сочувственным. А может, он просто дремал – его глаз я ведь не видел.

Мой статус теперь прояснился. Я не переговорщик и не хитрый засланец могучего ФСП. Я жертва тщательно продуманного похищения. Пленник. Но на кой черт я им сдался? Группе наемников международного масштаба, рассекающей на частных джетах, вряд ли интересен выкуп в виде двухкомнатной квартиры и старенького «ягуара». Единственная конфиденциальная информация, которой я владею, – это состояние собственного кредитного счета. Почему меня слил Стоцкий, втюхав идиотскую историю о семействе Валеевых? Неужели у «Василевского и Ко» есть средства на подкуп генерала ФСП? И куда меня везут? На восток… в Китай? Внутри похолодело. Китай… страна тысячи миллиардеров, подсаженных на технологии омоложения. Крупнейший в мире рынок по нелегальной торговле органами. Неужели мои бедные сердце или печень подошли какому-нибудь столетнему старцу с карманами глубокими настолько, чтобы выкрасть российского чиновника?

– Так куда мы летим? – Да уж, стоило представить себе наиболее безрадостную картину окончания своего существования, чтобы решиться начать задавать вопросы.

– Это не слишком существенно. – Макс, разумеется, не спал. – Важно не то, куда. Важно, к кому. И зачем.

– Достаточно важно, чтобы выбросить человека за борт? Зачем вообще нужно было тащить с собой беднягу и придумывать байки о выкупе пленных? Ваши друзья вполне могли вырубить меня шокером и протащить в самолет.

– Могли, – согласился Макс. – Но вы должны были согласиться лететь добровольно. Насилие в вашем случае неприемлемо.

– А в случае с Сергеем – приемлемо? – язвительно уточнил я. – Можно узнать, чем я заслужил такую честь?

– Представьте себе огромную шахматную доску, – чуть заметно улыбнулся собеседник. – Фигуры на ней делают сложные ходы. Но они избегают соприкасаться друг с другом. Тем более применять насилие в отношении других фигур. По крайней мере, так было до недавних пор.

– У нас, наверное, разное представление о том, что такое насилие, – пробормотал я. – По мне, так выкинуть человека из самолета – очень даже насилие.

– Он не был фигурой в этой партии. – Улыбка Макса стала чуть шире. – Просто муха, случайно севшая на доску.

– Вы сами заманили эту муху липовой историей о пленниках. – Спор в общем-то был бессмыслен, но я надеялся, что мой похититель расскажет что-нибудь еще.

– Почему же липовой? – спокойно отозвался тот. – Пленники действительно есть. Вернее, пленник. И мы летим передать выкуп за него. Просто так уж случилось, что золото похитителю не требуется. Ему нужны вы.

– Хочет разобрать меня на органы? – И откуда у меня эта привычка выпаливать в стрессе неуместные шутки?

– Думаете? – Кажется, мысль показалась Максу интересной. – Вряд ли все будет так грубо. Впрочем, последнее время его поведение не слишком предсказуемо. Хотя лично я думаю, что он предложит вам работу.

– И что же такого уникального я могу для него сделать, чтобы это стоило отправки за мной команды профи на частном джете?

Я укрепился во мнении, что мне вешают очередную порцию лапши на уши. Макс просто хочет успокоить пленника и обнадежить его радужными перспективами. Еще недавно это было крупное вознаграждение в золоте, сейчас мне расскажут об умопомрачительных карьерных возможностях. Связать меня было бы проще, но вдруг они боятся попортить товар? Сбежать из сверхзвукового самолета все равно невозможно.

– Это вам лучше спросить у него самого, – разочаровал меня Макс.

– Хотя бы имя будущего нанимателя я могу узнать? И на кого меня собираются обменять?

– Имена вам ничего не скажут… – Самолет довольно резко пошел на снижение, и собеседник слегка запнулся. – Можете представить себе, что мы летим на встречу с черным королем. И чтобы заполучить вас, он похитил белого короля.

Наши спутники зашевелились, пробуждаясь от дремы, и Макс замолчал. Я думал, что сейчас все начнут доставать и проверять большие пушки, готовясь к возможной битве, но ничего подобного не произошло. Не было и объявления о посадке – я понял, что прибыл к месту назначения, лишь почувствовав легкое касание шасси о землю. Самолет остановился, и дверь все так же бесшумно отъехала в сторону. Не сказав ни слова, Василевский швырнул планшет на диван и быстро сбежал по опустившемуся трапу. Амбал и Ирина последовали за ним.

Я взглянул на дверь кабины пилотов, остававшуюся закрытой весь полет. Никто не спешил выходить из нее и сейчас. Видно, летчикам не следует видеть груз. Покажись кто из них, я мог бы помахать корочкой Следственной канцелярии и потребовать немедленно вернуть меня в Москву. С тщедушным Максом я надеялся справиться – вряд ли он эксперт по рукопашному бою. Я тоже, зато на моей стороне преимущество в десять сантиметров роста и килограмм тридцать веса. Бесплодные мечты.

– Смелее, – приободрил меня человечек и, сняв очки, весело подмигнул.

Я оказался прав – они все носили линзы. У Макса они были фиолетовые. Такой же неправдоподобный, глубокий цвет, как и у Ирины. Как и ей, ему шло. Может, и мне попросить такие в знак утешения? Наверное, черные – под стать настроению.

Вздохнув, я выбрался по трапу наружу и поежился от внезапно оказавшегося прохладным воздуха. Что-то зябковато для Китая в сентябре. Вокруг царила ночь. Самолет одиноко стоял на весьма внушительной взлетно-посадочной полосе, явно предназначенной для техники других размеров. Но это не было аэропортом. Я не видел ничего похожего на пассажирский терминал – только скопление приземистых серых бункеров в нескольких сотнях метров от джета. Вдали темнели горы впечатляющих размеров. Из-за примыкающей к полосе сопки с тихим шелестом вынеслись четыре бронемашины на воздушных подушках и через несколько секунд резко затормозили в десятке метров от неподвижно стоящего со сложенными на груди руками Василевского.

Из машин высыпали самые настоящие солдаты в боевых экзокостюмах. На предплечье у каждого гордо красовался звездно-полосатый флаг, украшенный кленовыми листьями. Твою ж мать. Похоже, теперь я не просто пленник, а перебежчик и изменник Родины.


Несмотря на воинственный вид встречающих, держались они подчеркнуто вежливо. Пусть обмениваться приветствиями и именами никто не стал, но здоровенный тип со множеством нашивок на рукаве, чей возраст я не мог определить из-за маски, весьма любезно предложил нам занять места в машинах. По двое в каждой. Ко мне ожидаемо пристроился Макс, Ирина и Амбал заняли другой транспорт, а Василевский, разумеется, предпочел общество командира.

Дорога до бункеров заняла лишь пару минут, а поскольку окон в бронетранспортерах не было, я продолжал теряться в догадках относительно того, куда же меня завезли. Исходя из времени полета, это мог оказаться Китай либо Средняя Азия. Но там не должно быть американских военных и тем более их постоянных баз. Конечно, обрядить в янко-канадскую форму можно любого. Даже рослых китайцев, говорящих по-английски без акцента. Непонятно только зачем. Климат также говорил за то, что мы пересекли океан. Тихоокеанское побережье Североамериканских штатов. Точно не Калифорния – скорее территория бывшей Канады, поглощенной своим могучим соседом пару десятков лет назад. Или некогда русская Аляска.

Табличка на входе в бункер не прояснила ничего, кроме плохого вкуса вояк, ответственных за название базы. «Форт Клинтон», подумать только. Какой-нибудь гуру национальной безопасности вроде Стоцкого наверняка сразу выдал бы мне географические координаты, но я вообще не ориентировался в тысячах баз, разбросанных империей по всему миру, и название мне ничем не помогло.

Внутрь нас пропустили так же, как и встретили, – без каких-либо формальностей. Я с удовольствием прочитал табличку на окне внутреннего КПП, предписывающую посетителям предъявить документы и сдать образец ДНК. Очевидно, на дорогих гостей все это не распространялось, и караульные лишь стыдливо отводили глаза, когда мы бодро протопали в лифт в сопровождении встретившего нас офицера. Наверное, они и камеры отключили по такому случаю.

Бункер оказался лишь верхушкой айсберга. Лифт доставил нашу пятерку на минус тридцать третий этаж, где выгрузил в длинный белый коридор, заканчивающийся единственной дверью. Офицер с нами не пошел и, махнув рукой в ее сторону, умчался на лифте куда-то вниз. Табличка у входа извещала, что мы готовимся посетить Филиппа Кастора, четырехзвездного генерала. Да уж, отечественная пропаганда, похоже, не врала. О наших генералах можно было сказать всякое, но я не слышал, чтобы кто-то из них брал заложников и требовал выкуп. Тем более живым товаром. Негоже военным разбойничать. Участвовать в корпоративных войнах – дело другое.

Стучать или звонить Василевский не стал. Просто потянул за ручку старомодной деревянной двери, выглядевшей несколько неуместно в защищенном военном объекте, и она охотно распахнулась.


На секунду мне показалось, что я принимаю участие в странном конкурсе двойников. Правда, только в качестве зрителя – мне пары не нашлось. За массивным столом генеральского кабинета восседал огромный голубоглазый блондин, длиной волос не уступающий Василевскому. Причем в отличие от моего спутника он их не прятал, а гордо носил распущенными. При других обстоятельствах я бы поставил деньги на то, что они близкие родственники. Скажем, отец и сын. Хотя на глазок разница в возрасте не превышала десяти – пятнадцати лет. Субъект напялил на себя полевой комбинезон с генеральскими нашивками, но на генерала походил не больше, чем Василевский – на майора ФСП.

Прямо на столе по правую руку от генерала восседала рыжая красотка. Высокая, как Ирина, и с такими же умопомрачительными зелеными глазами, которые она не считала нужным прятать. Младше моей похитительницы примерно настолько же, насколько Василевский был младше генерала. На вид девочке было не больше двадцати, брючному костюму она предпочла обтягивающее красное платье. Тем не менее выглядела она ничуть не менее высокомерно и угрожающе, чем сопровождающая нас «переводчица». Я бы счел довольно вызывающей и ее позу на столе у босса, но в кабинете напрочь отсутствовали кресла помимо генеральского.

Собственно, кресло да стол вообще являлись единственными предметами обстановки в выглядящей почти стерильно комнате с белыми стенами, потолком и полом. Возможно, генерал использовал помещение исключительно для сложных встреч. Например, таких, после которых нужно отмывать полы и стены от крови. Не хватало только расстеленного везде на манер гангстерских фильмов полиэтилена.

По бокам от генерала, сложив руки за спиной и расставив ноги на ширину плеч, стояли копии Амбала и Макса, выряженные в комбинезоны, как у их босса. Кто они по званию, я не понял – чтению нашивок североамериканской армии меня не обучали. Насчет копий я, пожалуй, погорячился. Если Василевского можно было принять за сына генерала, а Ирину – за старшую сестру красовавшейся на столе рыжей, то сходство прочих подручных заканчивалось где-то на уровне этнической принадлежности.

Эрзац-Амбал был высок, но вовсе не выглядел гигантом. Гладко зализанные назад черные волосы и тонкие черты лица скорее позволили бы мне обозвать его Казановой, если бы не глаза. Почему они у всех разные? Может, каждый отслеживает обстановку в каком-то своем спектре? В любом случае, герою-любовнику не стоит носить линзы ярко-розового цвета. С ними он слегка смахивал на какое-то исчадие ада. Впрочем, многим женщинам наверняка понравилось бы. Интересно, у Амбала такие же? Хорошо, что он не снимал очки в полете. Увидев такое, бедный Вербовщик вряд ли решился бы сесть в самолет. Пришлось бы им кончать его прямо на взлетно-посадочной полосе.

Дубль-Макс был значительно выше моего нового приятеля, но весил, похоже, столько же. Худой как жердь, сутулый, с бритой наголо (а может, просто лысой) головой, он не был похож на балагура. Фиолетовые глаза Макса смотрели с сочувствием и иронией, этот же тип смахивал на пыточных дел мастера, обожающего свою работу, и цвет глаз лишь усиливал это впечатление.

– Да будет долог твой век и велики дела, – процедил Василевский.

Вычурное приветствие не показалось мне искренним. Неудивительно, с учетом обстоятельств.

– Долгих лет и великих дел и тебе, – гораздо более миролюбиво отозвался генерал. Вообще, он был единственным в комнате, кто выглядел полностью расслабленным и даже веселым.

То, что обе команды знакомы, меня не удивило. Внешнее сходство должно было что-то значить. Странным показалось то, что общались они на языке, не являющемся ни английским, ни русским. А объяснения тому, что я его прекрасно понимал, у меня просто не было.

Глава 5

Не успели вожди обменяться приветствиями, как чужая рыжая по-кошачьи мягко спрыгнула со стола и оказалась лицом к лицу с Ириной. Надеть аккуратно стоявшие возле стола красивые туфли на высоком каблуке она не потрудилась. Напрасно – так она проигрывала сантиметров пять в росте. Моя попутчица не спеша сняла очки, и теперь девушки пялились друг дружке в глаза на манер боксеров перед схваткой. Вот только женской драки нам здесь не хватало.

– Вижу, ты завел себе новую игрушку. – Голос Ирины звучал мягко и чуть насмешливо.

– Ну ты же меня покинула, – благодушно откликнулся генерал. – Пришлось выбирать из оставшихся. Марре, конечно, пока далеко до тебя. Но ты ведь знаешь, она очень талантлива и быстро учится.

– Предательница, – прошипела его протеже. – Мы с тобой еще…

– Довольно. – Как и любой высокий чин, генерал умел быстро переключаться, и теперь его голос звучал резко и требовательно. – Это переговоры. Место.

Да, кажется, именно так он и сказал. Я не знал, что за странный переводчик в моей голове позволяет мне понимать шипящее наречие, которым владели все остальные присутствующие. Очевидно, наиболее мудрым было помалкивать, что я и делал.

– Это второй. – Василевский вообще никак не отреагировал на стычку девушек, продолжая сверлить взглядом генерала.

– Вижу. – Генерал Кастор снова расслабился, когда его подручная заняла свое место на краешке стола. – Но вы обещали, что будет трое. Хотя вообще-то должно быть четверо.

– Мы не знаем, где четвертый. Зачем снова об этом? – пробурчал Василевский. – Ты дашь мне поговорить с ним?

– Хорошо. – Генерал задумался лишь на секунду и кивнул Казанове.

Тот сделал приглашающий жест и вышел из комнаты вслед за моим похитителем.

– Что вы ему сказали? – Теперь Кастор обращался к Максу, очевидно оставшемуся за старшего.

– Что он участник переговоров по освобождению русских пленных. – Мне показалось, что, против обыкновения, Макс тщательно подбирает слова. – Теперь он знает, что сам объект обмена. Больше ничего.

– Вы его не принуждали? Не связывали? Сила не применялась?

Вот те раз. Похоже, коротышка не соврал, когда говорил о недопустимости плохого обращения.

– Со мной обращались хорошо. – Понятия не имею, зачем я это ляпнул. Я мог лишь понимать их, поэтому фразу произнес на английском. Что ж, кажется, я ударил в гонг у ворот ада.

Хозяин кабинета излучал колоссальную силу и непоколебимую уверенность в себе. Его подручные, как и люди Василевского, производили впечатление отчаянных и крутых профи. Но четыре слова из моих уст повергли присутствующих в настоящую панику. Если бы я не смотрел на генерала, произнося их, то, возможно, и не заметил бы тени испуга, промелькнувшей на его лице. Впрочем, вожак овладел собой практически мгновенно. А вот команда его подкачала.

Рука эрзац-Макса вынырнула из-за спины, сжимая в ней какое-то диковинное стреляющее устройство. Ни в кого палить он, правда, не стал и теперь растерянно пытался поймать взгляд шефа, чтобы понять, что делать дальше. Молодая тигрица ни в чьих инструкциях не нуждалась. Очередной прыжок со стола теперь сопровождался порцией каких-то шипящих проклятий, а воздух вокруг нее начал странно меняться, трансформируясь в подергивающуюся дымку.

– Прекрати, – Ирина оттолкнула меня в сторону и встала между нами, – твой хозяин тебя не похвалит.

– Хватит! – рявкнул генерал, окончательно совладав с собой. – Кто его пробудил?! Да как вы смели…

Вопросы адресовались Максу, который теперь стоял у меня за спиной. Я обернулся, чтобы видеть выражение его лица, когда он будет отвечать. Меня действительно подняли довольно рано, но вряд ли неудовольствие Кастора относилось к этому обстоятельству. Попутчик снял очки и теперь виновато смотрел на бушующего генерала парой огромных фиолетовых глаз. Амбал тоже поспешно сдернул с лица очки, уже ожидаемо для меня явив на свет ярко-розовые радужные оболочки. Видно, в их конторе принято каяться, глядя боссу в глаза.

То, что это две части одной и той же шайки, совершенно ясно. Оперативные группы-четверки, подобранные из схожих типажей. Разговоры о предательстве. Какая-то разборка в мире североамериканских спецслужб. Военная разведка. А может, и ЦРУ. Мне подумалось, что Стоцкий вовсе не продал меня за взятку. Он знал, с кем имеет дело, и послал к ним «крота». Сейчас меня будут вербовать. Я, понятно, соглашусь. Меня зашлют обратно, и вуаля, знакомьтесь – Александр Евгеньевич Рогожин, шпион, двойной агент. Теперь понятно, зачем я нужен Стоцкому. Непонятно, на кой я сдался американцам.

– Мы здесь ни при чем. – Макс заметно нервничал и теперь частил. – Он не демонстрировал никаких признаков… пробуждения. Ни на земле, ни в полете. И в его биографии нет ничего…

– Чем он занимается?

Вот это да. Кастор, похоже, понятия не имеет, кого к нему привезли. А я-то думал, что оказался здесь благодаря выдающимся жизненным достижениям. Ну или хотя бы большому количеству знакомых в среде российских чиновников.

– Он полицейский, – быстро ответил Макс, переврав мой статус. – Так же, как и все они. Очень любопытно, не правда ли?

– Дай на пятьдесят процентов. – Генерал уже не слушал его, обращаясь теперь к своему фиолетовоглазому.

Тот вскинул устройство и нажал на спуск. Тяжелый удар пришелся мне точно в грудь, отбросив к двери.


Очнулся я довольно быстро. Во всяком случае, когда сознание вернулось, в комнате находились все те же, и стояли они на тех же местах. Правда, теперь они пялились на мою особу, валявшуюся на полу в довольно неловкой позе. Макс смотрел виновато. Немудрено – это ведь он так долго распинался на тему шахматных фигур и их неприкосновенности. Губы Ирины были недовольно поджаты, а Амбал выглядел растерянным. Никто из них не пошевелился, чтобы помочь мне. Понятно. Я сам по себе и сам за себя.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23