Ярослава Лазарева.

Девушка с жемчужной кожей



скачать книгу бесплатно

Пролог. Нить пути

… Фиолетово-синяя мгла заполнила все пространство. Зеленые искорки пробегали по ней, и их фосфоресцирующие следы тянулись длинными сверкающими тонкими нитями. Хуньдунь, Великий Первичный Мрак, зависал в этом безвоздушном и бессолнечном мире словно огромное бесформенное яйцо. Он пребывал в анабиозе, времени для него не существовало, как и ощущения происходящего вокруг. У Хуньдуня отсутствовали отверстия для органов чувств – глаза, уши, ноздри, рот, он являлся целостным существом, его жизнь протекала в замкнутом поле огромного мешкообразного тела, парящего в первичном хаосе.

Но однажды безвременье закончилось. Пришли боги и привели с собой большую воду, она омыла хаос, образовалось два моря – Северное и Южное. Но боги этих морей были добродушными, они не хотели войны с Первичным Мраком и даже подружились с ним. Хуньдунь обрадовался такому соседству и милостиво встретил гостей. Бог Южного моря Шу (Быстрый) и Бог Северного моря Ху (Внезапный) через какое-то время сговорились придать бесформенному Хуньдуню облик, достойный бога. Они решили для его пользы дать ему слух, обоняние, зрение и все остальное, что есть у них. Ху и Шу, получив приглашение в очередной раз, принесли с собой топор и сверло. Хуньдунь не возражал и позволил «усовершенствовать» свое тело. За семь дней сделали они семь отверстий. Но в таком виде Первичный Мрак существовать не мог, и его тело трансформировалось во Вселенную.

Но попутно появилось и множество существ. Одним из них оказалось злое проказливое создание. Когда боги сверлили ноздри, то Хуньдунь чихнул и высморкался, именно так оно и родилось. Новоявленного демона сразу прозвали Сморчок, но он обиделся и выбрал себе звучное имя Хенг, что означает Вечный.

Хуньдунь преобразовался во Вселенную, а существа разлетелись, кто куда, и начали устраиваться в новом мире. Хенгу, созданному из слизи, больше понравилась водная стихия, и он поселился на дне одного из морей. Но когда ему надоедало общество морских обитателей, он выбирался на землю, по настроению принимал облики животных и проказничал, как мог. В виде лисы он проникал в деревенские дворы и таскал кур, часто превращался в ястреба и нападал с воздуха на мелких животных и детей, он мог стать на время ядовитой змеей или, по настроению, быстрым и беспощадным волком. Затем он снова возвращался на морское дно.

Время шло, Хенг постоянно развивал свои умения и научился принимать человеческий облик. И это показалось ему самым увлекательным занятием. Люди были намного умнее и хитрее животных, их мысли создавали буйные фантазии, и это возбуждало Хенга. Все чаще он покидал море, принимал вид красивого юноши, добирался до какого-нибудь города и гулял беспрепятственно, изучая повадки, речь, одежду встречающихся людей. Он наблюдал, как возникают все новые государства, как техника все более усовершенствуется, как города разрастаются и превращаются в перенаселенные мегаполисы. Но все это мало его волновало.

Больше всего Хенга интересовали люди, их внутренний мир. И отчего-то сильно задевал вид влюбленных парочек. Он, как и любой демон, не знал чувства любви, но обнимающиеся юноши и девушки, их нежные взгляды, потоки их эмоций, которые Хенг чувствовал на энергетическом уровне, не давали ему покоя. Словно от природы он был обделен чем-то важным, чем-то, что приносило невероятное удовольствие. Он пытался знакомиться с девушками, они охотно шли на контакт с красивым, хорошо одетым юношей с эффектной азиатской внешностью, но последующие встречи обычно ничем не заканчивались. Хенг уже знал как правильно себя вести, чтобы привлечь внимание и завоевать симпатию. Он водил очередную знакомую по дорогим ресторанам, дарил цветы и драгоценности, катал на престижной машине, но как только они оставались наедине, Хенг не понимал, что делать дальше. Несомненно, поцелуи приносили удовольствие, но и только. Страстные объятия, слияние обнаженных тел, последующая разрядка, как стандартная реакция здорового мужского тела – это были всего лишь физические действия. Но ни нежных чувств, ни бурного потока эмоций, ни экстаза любви он никогда не испытывал. И от этого казался сам себе ущербным, настоящим Сморчком, мерзким комочком слизи, вылетевшим из ноздри великого Хуньдуня.

Наступил XXI век, но ничего не изменилось для демона. Любовь была ему все так же недоступна, но он упорно гонялся за ней. Это стало для него настоящей идеей-фикс. Хенг уже не превращался ни в животных, ни в птиц, он давно потерял интерес к подобным развлечениям. Он все чаще принимал облик брутального мачо. Длинные черные волосы, зачесанные назад и заплетенные в тугую косичку, темно-карие раскосые глаза, густые выразительные брови, высокие скулы, крупный, четко очерченный рот, мускулистая фигура мало кого могли оставить равнодушным, и девушки слетались на его красоту, как мотыльки на свет ночника. Но ситуация для Хенга не менялась, он не мог любить и становился все более озлобленным.

И вот как-то в одно из весенних полнолуний демон оказался в китайской провинции Сычуань. Он был в смятении. Раздражение, ненависть ко всему на свете и в первую очередь к себе самому, смешанные со странной грустью не покидали его, и это выводило из состояния равновесия. Поэтому Хенг и устремился в этот район. Место всегда вызывало у людей мистический ужас. Хэйчжу – Лощина Черного Бамбука – считалась обителью Горного Бога, который убивал всякого, кто осмеливался нарушить границу его владений. Целые группы людей исчезали бесследно в бамбуковых дебрях, и ни разу не нашли ни трупов, ни каких-либо вещей, оставшихся от пропавших экспедиций. Самым опасным районом лощины считался Шимэньгуань. Это была низина, постоянно укрытая густым белым туманом, гниющий бамбук насыщал воздух мерзким запахом, часто слышны были холодящие душу звуки, напоминающие жалобный вой мучающихся на дне ада существ. Ни одному человеку не удавалась проникнуть в низину, Горный Дух убивал всякого за нарушение табу. Но сюда частенько наведывались демоны. Шимэньгуань являлся для них местом отдохновения. И Хенг, когда у него возникало определенное настроение, устремлялся именно туда.

Демон спустился на самое дно низины и присел на камень возле ручья. Луна слабо просвечивала сквозь туман, Хенг долго смотрел на мутный диск, его мысли постепенно пришли в порядок, злоба утихла. Ручей тихо журчал, и этот переливчатый звук показался демону даже приятным. Он нагнулся и понюхал раскрытый белый цветок, растущий возле воды. Аромат оказался резким и горьким. Хенг чихнул, утер нос и вздрогнул.

«Сморчок! – заметались мысли. – Жалкий склизкий сморчок! Вот кто я. И как можно достичь совершенства, если я по сути своей комочек слизи?»

Впервые за его многовековое существование глаза увлажнились, покатились слезы. Хенг так удивился этому, что замер, не понимая, что происходит. Он моргнул, снял со щеки слезинку и уставился на нее, как на какую-то диковинку. Даже в таком слабом, едва пробивающемся сквозь туман лунном свете, капелька показалась ему невиданной красоты драгоценностью. Но она быстро растеклась по пальцу, и волшебство исчезло.

– А ведь тоже жидкость! – пробормотал демон.

– Какой ты странный! – зазвучал тихий серебристый голосок. – Наблюдаю за тобой довольно долго…

Хенг резко обернулся. На белом цветке сидела крохотная девочка, ее тело светилось, словно было соткано из лунных лучей, она казалась невесомой. Длинные прямые молочно-белые волосы укрывали ее словно плащом.

– Ты кто?! – раздраженно спросил демон.

Девочка приложила палец к губам.

– Тише, тише! – прошептала она. – Ты разве забыл, что находишься во владениях Горного Бога? А он очень не любит посторонние шумы в своем царстве! Зачем его сердить?

– И правда! – перешел он на шепот. – Зря я раскричался! Меня зовут Хенг.

– А меня Юи, – представилась девочка. – И я просто крошка лунного света.

– Да, ты настоящая лунная девочка! – улыбнулся Хенг. – И имя у тебя…

– Означает Луна, – сказала она и тоже улыбнулась.

– Знаю! Я ведь сотни лет на этом свете и понимаю все-все языки, – самодовольно добавил он и протянул к ней руку.

Юи перелетела с цветка в его раскрытую ладонь и уселась, свесив ноги, словно находилась в удобном кресле.

– Какая ты забавная! – заметил Хенг. – А что ты делаешь в Лощине Черного Бамбука? На вид ты вроде бы из светлых духов, а здесь обычно обитают только темные.

– Но ведь я лунная, – возразила она. – Поэтому могу существовать лишь ночью.

Юи погрустнела. Хенг покачал ее в ладони и снова улыбнулся.

– И что же с тобой случается при свете дня? – уточнил он.

– Впадаю в сон и никак не могу проснуться, как бы сильно я этого не желала! И только когда солнце скрывается за горизонтом, я прихожу в себя.

– Вполне нормальная форма жизни, – сказал демон и пожал плечами. – Но ты, видно, чем-то недовольна, крошка?

– Я влюблена, – после паузы сообщила Юи.

Хенг от неожиданности вздрогнул. Он внимательно вгляделся в крохотное светящееся личико девочки, но она явно говорила серьезно.

«Даже такое существо может влюбиться! – с накатившим раздражением подумал он. – Почему же мне это недоступно?!»

– Не понимаю, отчего ты грустишь! – заметил Хенг. – Наверняка это большая радость!

– Я влюблена в Лианга, – сообщила она.

– А кто это?

– Солнечный мальчик, – тихо ответила Юи. – Он тоже соткан из лучей, но солнца. И мы никогда, никогда не сможем быть вместе!

– Вот так история! – прошептал Хенг. – Сожалею, хотя до конца я тебя никогда не пойму.

– Знаю, я ведь тебя чувствую, – после паузы призналась Юи. – Ты не первый раз спускаешься в Лощину, я тебя давно заприметила.

– Интересно почему? Я не один такой, тут много демонов бродит, и самых разных.

– Но ты особенный, – сказала девочка.

– Правда? – приосанился Хенг.

– Да! В твоих глазах тоска… по любви. Так мне кажется. А демоны никогда не ищут это чувство. Поэтому ты и особенный для меня! – добавила Юи и погладила его пальцы.

Это было немного щекотно, но приятно.

– А почему ты раньше не заговаривала со мной? – спросил он.

– Сейчас полнолуние, для меня это лучшее время, период силы. Затем я начинаю слабеть, и к новолунию почти мертва…

– Какая неудобная цикличность! И все равно я рад, что мы познакомились, – улыбнулся Хенг.

– Я решилась показаться тебе, потому что хочу дать совет. Ты ведь гоняешься за земными девушками в поисках любви?

– Почти…, – признался он.

И снова ощутил приступ раздражения.

– А не надо! – уверенно проговорила Юи. – Найди такое создание из иных, которое полюбит тебя и пробудит в тебе это чувство.

– Никогда не пробовал, – с сомнением ответил он. – Мне кажется, что земные девушки совершенны в делах любви, искусны в пылких ласках, они почти всегда пробуждают во мне сильную страсть. И она, как огонь, греет меня изнутри. А что мне может дать иная? Да и кого я могу найти? Хорошенькую бесовку? Или кого-то из оборотней? Чжу? – и Хенг расхохотался.

Чжу – это была сова с руками человека. Он на миг представил, как обнимает эту девушку-птицу, а она обхватывает его, прижимаясь телом в перьях. Юи молчала и ждала, когда он закончит веселиться.

– Или познакомиться с какой-нибудь хорошенькой хули-цзин? – продолжил он. – Девушки-лисы, кстати, самые влюбчивые!

– Ты так всех существ переберешь, – сказала Юи. – Но ведь это проявления темной стороны, – добавила она. – А ты разве не знаешь, что только противоположности притягиваются? Только тогда чувства самые сильные!

– То-то ты влюбилась в свою полную противоположность, – задумчиво проговорил Хенг. – И кого ты предлагаешь мне выбрать? Богиню Луны, твою госпожу Чан Э? Или может, само воплощение милосердия Гуаньинь?

– Не шути с великими, – тихо сказала Юи. – Не забывай, ты всего лишь демон, один из…

– Ты надоела мне, лунная девочка! – оборвал ее Хенг и тряхнул рукой. – Убирайся!

– Я хотела помочь советом, – сказала она и взлетела.

Ее облик начал тускнеть и будто таять.

– Твои советы глупы! – немного успокоившись, ответил демон и подставил ей раскрытую ладонь. – Только земная девушка с ее горячей кровью, пылким сердцем может дать мне то, что я хочу!

– Что же за столько веков ни одна тебе этого не дала? Ты так и не знаешь любви! – заметила Юи и повисла на его указательном пальце.

– Тут ты права, – со вздохом ответил он.

– Совершенное существо, светлое по сути своей, чистое… например, как вон та жемчужина! – сказала Юи и указала на берег ручья.

Хенг удивился, наклонился и увидел сквозь тонкий слой воды на песчаном дне раскрытые створки раковины. Он поднял ее, Юи тут же исчезла, но демон даже не заметил этого. Он не сводил глаз с находки. На гладком перламутровом ложе сияла великолепная, совершенной формы белая жемчужина.

– Не может быть! – прошептал он. – Неужели это Жемчужная? Я слышал о них, но и представить не мог, что смогу когда-нибудь взять в руки такое сокровище!

Хенг поднял взгляд. Сквозь все густеющий туман лучи луны проходили слабыми колышущимися размытыми длинными бликами. Он глянул на жемчужину. Она сияла на его ладони намного ярче лунного света. Хенг коснулся ее губами и прошептал:

– Да, тебя я смогу полюбить, ведь ты – само совершенство…

Жемчужина первая. Само совершенство

 
Жемчужина небесной тишины
На звездном дне овьюженной лагуны!
В твоих лучах все лица бледно-юны,
В тебя цветы дурмана влюблены…
 
Максимилиан Волошин

Илья вышел из института в прекрасном настроении. Последний экзамен сдан, впереди долгие летние каникулы, и он уже второкурсник. Было отчего прийти в восторг. Илья замер на ступенях и заулыбался. Солнце заливало двор, птицы очень громко и резко перекликались в зелени деревьев, ухоженные цветочные клумбы радовали взгляд нежными красками, пушистая рыжая кошка лениво развалилась в тени скамейки. Но Илья воспринял окружающее совсем по-другому, чем обычно. Он был не склонен к любованию привычными картинами окружающего мира и часто просто не замечал ни переливов солнечных лучей, ни прозрачной лазури неба, ни причудливой формы облаков, ни других прелестей природы. Его больше интересовали красоты, созданные в фотошопе, готовые картинки, сияющие яркими кислотными красками на мониторе его компьютера. И даже если он делал фотографии, когда ездил отдыхать с друзьями или отцом куда-нибудь на природу, то обычно выкладывал снимки в Сеть только после основательной обработки их в фоторедакторе. Он любил, когда цвета выглядели насыщенными, и добавлял им неестественной яркости.

Но сейчас, видимо, из-за состояния эйфории после сдачи последнего экзамена Илья как-то внезапно для себя увидел красоту обычного летнего ясного дня и в душе восхитился ею.

– Илюх, чего застыл? – раздался позади голос его друга Гогена, а попросту Гоги, и легкий толчок в плечо окончательно привел его в чувство.

Он повернулся к остановившемуся рядом с ним парню. Тот улыбался, как показалось Илье, глупо и щурился на солнечный свет, заливающий двор и крыльцо.

– Сегодня что-то фееричное на улице, – заметил Илья. – Или мне кажется… сам не пойму!

– Втюрился! – сделал неожиданный вывод Гога и весело рассмеялся, снова толкнув друга в плечо.

– В кого?! – изумился Илья.

– В Ксюху, в кого ж еще! Давно пора, дружище. Она за тобой еще со вступительных экзаменов увивается, а ты все в игнор ее отправляешь. Целый год по тебе сохнет. А девчонка что надо!

– Вот сам и влюбляйся в нее! – с улыбкой ответил Илья, но поморщился.

Он был скрытным по натуре и даже с лучшим другом избегал обсуждать подобные темы.

– Не-а, – отмахнулся Гога, – она совсем не в моем вкусе! Мне блондинки нравятся…. Хочешь, анекдот в тему?

Илья усмехнулся и посмотрел на улыбающегося друга. Гога славился тем, что при каждом удобном и неудобном случае рассказывал анекдоты. Иногда они были очень пошлыми, но Гогу это не останавливало. Он мог даже в компании девушек завернуть что-нибудь крайне неприличное.

– Приходит чувак в брачное агентство, – не дождавшись ответа, с воодушевлением начал Гоген, – а там две двери, на одной написано «блондинка», на другой – «брюнетка». Ясное дело, выбирает блонд. Заходит, а там снова две двери. На одной: «большая грудь», на другой соответственно «маленькая». Выбирает «большую», открывает, а там, прикинь, снова две двери. На одной «умная», на второй – «полная дура». Выбирает «умную», открывает, а там уже только одна дверь и на ней…, – Гога сделал эффектную паузу и со смехом закончил: – «выход на улицу».

– Вот-вот, – ответил Илья, – зря тебе нравятся блондинки!

– Да, но длинноногие, высокие и стройные. Особо умная девушка мне и не нужна. Я уж тебе сто раз говорил.

– Ага, рост в приоритете! Чем выше, тем тебе лучше! Сам каланча, и девушку себе под стать выбираешь, – со смехом заметил Илья.

Гоген имел рост один метр девяносто три сантиметра и являлся капитаном институтской баскетбольной команды. После получения диплома – ребята учились в Воронежском институте экономики и социального управления на факультете «Менеджмент организаций» – он собирался остаться в родном городе и получить второе высшее образование. Гога давно решил стать профессиональным тренером, Илья его в этом полностью поддерживал, не видя другого пути для друга, с детства посвятившего себя спорту. Гога сразу хотел поступать в Воронежский институт физической культуры, но родители были категорически против «такой ненадежной специальности» и настояли, чтобы он выбрал менеджмент. Отец убеждал, что после получения диплома Гога может найти место менеджера какого-нибудь спортивного клуба. И парень согласился, тем более поступал в компании Ильи, своего лучшего друга. Но во время обучения он все четче понимал, что хотел бы связать свою жизнь только со спортом и не в качестве менеджера, а именно тренера. Вообще ребята последнее время стали часто обсуждать «жизнь после института». И если для одного все было понятно, то другой по сей день оставался на распутье. У Ильи не было сильных увлечений, он просто плыл по течению. Профессия менеджера востребована в социуме, и он пошел по пути наименьшего сопротивления и поступил в этот институт.

Родители не оказывали на него никакого давления. Они были вот уже много лет в разводе, Илья остался с отцом, но все равно, что один. Виталий Сергеевич всю свою жизнь посвятил музыке. Ему было тридцать восемь, но он продолжал играть в рок-группе на бас-гитаре и выглядел соответственно: такие же светлые и волнистые, как у сына, но длинные волосы, многочисленные татуировки, хорошо прокачанные мышцы. И одевался он обычно в излюбленные рваные джинсы, футболки с черепами и куртки-косухи. С юности Виталий Сергеевич не менял образ жизни. Он являлся бессменным солистом группы «Ворон и крест», играющей в стиле хард-рок, сутками пропадал на репетиционной базе, часто гастролировал, плотно общался с поклонницами. Родился Илья, но это событие не произвело сильного впечатления на молодого отца, он меняться не собирался, его все устраивало. Серафима Андреевна, мать Ильи, очень любила талантливого мужа, терпела его измены и постоянное отсутствие дома, но, в конце концов, она устала и решила, что им лучше расстаться. Виталий Сергеевич не возражал. Илье только исполнилось четырнадцать, и он выбрал отца, категорически отказавшись переезжать с матерью в Анапу.

– Я здесь родился и вырос, все мои друзья, одноклассники в Воронеже, я не представляю своей жизни без всего этого! – упрямо твердил он.

И мать сдалась. Она перебралась в Анапу, ее родной город, и постоянно жила там. Но каждые летние каникулы Илья бывал у нее.

– Чего застыли? – услышали парни звонкий голосок и обернулись.

Из дверей показалась девушка.

– А вот и Ксюха, легка на помине! – пробормотал Илья и поморщился.

Эта история ему уже порядком надоела. Ксения на самом деле не давала ему прохода, и все одногруппники знали о ее безнадежной любви. Девушки относились по-разному: кто-то осуждал ее за навязчивость, другие сочувствовали ей и порицали Илью за холодность. Парни, в основном, завидовали ему и не понимали, почему он так равнодушен. Ксения была хорошенькой – каштановые длинные волосы, карие выразительные глаза, румянец на упругих щеках, стройная фигура, веселый открытый характер. «Не девушка – находка!» – так думали многие парни. Но сердце Ильи оставалось закрытым для нее. Поначалу, когда девушка активно строила ему глазки, он удивлялся, но не реагировал, делая вид, что ничего не замечает. И когда на новогоднем балу она призналась в любви, Илья неловко отшутился, испытывая неприятное для него смущение. Ксения замолчала, возникла тягостная для обоих пауза. Он смотрел на раскрасневшуюся девушку, в ее блестящие глаза с сильно расширенными от волнения зрачками, на ее дрожащие приоткрытые губы, густо покрытые ярко-розовой помадой, и не находил слов. Смесь эмоций, в основной своей массе крайне неприятных, мешала ему объективно оценить ситуацию, раздражение все усиливалось. Ксения, подождав с минуту ответа, сильно побледнела. Она зажмурилась, глубоко вздохнула, резко развернулась и ушла. Илья так и остался стоять, до конца не понимая, что произошло. Впервые девушка призналась ему в любви, но он остался безучастным. Гога, который наблюдал за объяснением со стороны, решил прийти на выручку опешившему другу. Он проводил взглядом быстро идущую к выходу из зала Ксению, затем подошел к Илье.

– Можно поздравить? – тихо поинтересовался он. – У вас все было написано на лицах! Я понял, как все серьезно.

– Она… она меня любит, прикинь? – растерянно ответил Илья. – Как такое может быть? Мы же… еще вчера вместе на каток… потом снежками кидались, так хохотали…. болтали обо всем…. Ну ты же помнишь? Потом в кафешке чай пили, анекдоты рассказывали, преподов обсуждали… Это же Ксюха, своя в доску. И тут такое? Любит!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5

сообщить о нарушении