Ари Ясан.

Дом Тысячи Дверей. Начало



скачать книгу бесплатно

Ты здесь, и я спрошу тебя…


Ты чувствуешь дыхание будущего, которое несет перемены?

Ты жаждешь воскресить в себе того, кто так и не сумел родиться?

Ты готов бросить вызов сокрушающей наши сердца предопределенности?

Ты отважишься разрушить свой мир, дабы свершилось то, что было задумано?


Я вижу множество путей для возрождения.

Я верю тому, что говорит мне безмолвие.

Я отдаю все, что имею.

Я принимаю смерть.

Я обретаю жизнь.


Ты в моем Я.

Мы едины.

Мы неделимы.

Что делаю я, то делаешь и ты.

Что делаешь ты, то делаю и я.


Нет запретов.

Нет истины.

Нет лжи.

Нет страдания.

Только бесконечное возвращение к себе.


Кто не хочет терять, тот никогда не найдет.

Открой одну дверь и увидишь тысячи дверей, которые тебя ждут.

Прочти одну книгу и сможешь прочесть то, что еще не написано.

Сделай один шаг и путь начнется…


.

.

.

.

.

.

.


Примечание. Фрагменты, выделенные символами «***» – это развернутые описания внутренних состояний, которые могут быть пропущены без ущерба для понимания сюжета.

Глава 1. Слоны в упряжь!


В. лежал на куче смятых картонных коробок и кутался в желтые замусоленные газеты. Становилось все холоднее, в этом году осень нагрянула внезапно, обрушив на город весь свой арсенал: проливные дожди, ночные заморозки и пронизывающий ветер. Весьма некстати! От капризов погоды зависело не только настроение В., но всё его дальнейшее существование.

Уже год он живет на улице, в этом грязном закоулке, который любой благопристойный горожанин обходит за три версты. Вот так бесславно закончился его крестовый поход против цивилизации – его разжевали и выплюнули, как фруктовый бабл-гам…

В. замычал, именно замычал, так как стонать он себе запретил уже давно. Сомнения, сомнения… будь они неладны! Ничто так не мучает, как колебания уязвленного разума: сознание будто разорвано на множество не способных ни на что обрывков, а спокойствие приходит, лишь когда все мысли замирают, позволяя В. погрузиться в состояние блаженной тупости.

В. тревожно заворочался на ложе из картонных коробок – живот сводило от голода. Душевные терзания придется отложить на потом, пора бороться за свою никчемную жизнь. Раздобыть бы хоть кусок хлеба, уже почти сутки В. ничего не ел. Хорошо, что мусорный бак неподалеку.

С трудом разгибая закоченевшие конечности, В. сбросил с себя листы газет и поднялся. Кое-как размяв негнущиеся ноги, нетвердыми шагами он направился к заветной цели. С самого утра ему уже приходится копаться в отбросах. Ему, некогда лучшему юрисконсульту города! Но сегодня не время быть гордым, перед лицом голода склонялись и не такие герои. Эх, да что там говорить… Теперь В. не брезговал добывать еду в самых отвратительных городских трущобах, ведь от его гордости не осталось и следа после первых голодных дней.

В.

добрел до мусорного бака, и, взобравшись на валявшееся рядом ржавое ведро, принялся выискивать зорким взглядом съестное, которым можно было бы подкрепиться без риска сыграть в ящик. Откинув привычным движением руки луковую шелуху и гниющий салат, он извлек из бака бесценную находку: божественно розовый кусок ветчины, на котором были заметны следы чьих-то зубов.

Улыбка мимолетного счастья тронула губы В. Бережно уложив ветчину в нагрудный карман своего обтрепанного пиджака, В. не прекратил поисков, но с удвоенным рвением стал разгребать отбросы, бормоча себе под нос: «Сладенького бы… на десерт…»

Погрузившись полностью в исследование содержимого мусорного бака, В. не заметил подошедшего к нему сзади немолодого элегантного господина. Этот господин представлял собой занятное зрелище. На нем был фиолетовый цилиндр и такого же цвета старомодный, напоминавший фрак, костюм с атласными отворотами. Господин опирался на изысканную тросточку с золотым набалдашником и разглядывал В. с насмешливой улыбкой, отчего его аккуратные седоватые усы забавно изгибались.

Некоторое время он вел себя вполне прилично, но затем выкинул нечто странное. Согнувшись и растопырив руки, он принялся изображать бедолагу В., повторяя за ним все его движения: как В. трясет кистью, чтобы стряхнуть прилипшее перо зеленого лука; как скрючившись над баком, ворочает там руками, подобно крабу, гребущему песок клешнями; как прикрывает рукавом нос, безуспешно стараясь не вдыхать вонь отбросов.

Ни одна из этих подробностей не ускользнула от незнакомца, он повторял все движения В., разыгрывая свой уморительный спектакль, который, надо сказать, удавался ему блестяще. При этом двигался господин совершенно бесшумно, порхая на мокром асфальте легко, как бабочка.

Тем временем В. нашел то, что искал: пластиковый стаканчик с остатками йогурта. Полностью удовлетворенный, он отвалился от бака и, развернувшись, увидел дикую пляску странного господина, который, передразнивая В., тотчас замер с выражением недоумения на лице, сжимая в руке воображаемый стаканчик с йогуртом. Впрочем, в тот же момент господин принял невозмутимый вид, и, захлопав что есть мочи в ладоши, принялся выкрикивать одобрительные реплики, словно восхищенный театрал на галерке:

– Браво, несравненный В.! Брависсимо! Бесподобно! Повторите для нас ваш номер, очаровательный В.! Превосходные па, обворожительный В., превосходные!

В. на минуту растерялся, но немного поразмыслив, понял, в чем суть этого нелепого спектакля. Наверное, когда-то, во времена своей прежней золотой жизни, В. сильно досадил этому господину, и тот, конечно, не мог упустить столь замечательной возможности поглумиться над В., который превратился из преуспевающего юрисконсульта солидной фирмы в нищего попрошайку.

Скорее всего, этот старикан – обманутый вкладчик, у которого фирма В. по дешевке скупила акции, или же бывший директор, уволенный с разорившегося предприятия. Таких граждан, обездоленных в результате сделок, которые когда-то успешно проворачивал В., было предостаточно по всему городу; многие из них с удовольствием использовали бы шанс покуражиться над неудачником, перешедшим из категории «вершителей судеб» в разряд «обитателей дна».

Ну и плевать! Пусть этот разряженный хлыщ насытит свою злость и идет на все четыре стороны, не стоит обращать на нахала никакого внимания. В. демонстративно повернулся спиной к незваному гостю и поплелся в свой угол.

А «разряженный хлыщ», видимо, оскорбленный таким отношением, наконец-то замолк. Однако он не собирался оставлять свою жертву в покое, В. отчетливо слышал звук неспешных шагов за своей спиной.

Надоедливый незнакомец шел за В., постукивая тросточкой. Его начищенные фиолетовые башмаки попадали во всякую грязь и гниль, но его это ничуть не беспокоило. Элегантный господин шагал со счастливой улыбкой на лице, в полном восторге озираясь по сторонам, словно прогуливался по чудесной липовой аллее в солнечное весеннее утро, а не следовал мимо обшарпанных кирпичных стен, испещренных нецензурными надписями.

В. добрался до своего грязного пристанища и плюхнулся на кучу картонных коробок. Господин тут же оказался рядом. Он ловко выдернул из-под ног В. пару коробок и в один миг соорудил из них нечто вроде грязного картонного кресла. Двумя пальцами он подцепил желтую газету, валявшуюся рядом с коленями В., и бросил ее на импровизированное кресло (видимо, заботясь о том, чтобы его хоть и странный, но, судя по всему, дорогой костюм не запачкался).

Господин удобно устроился на хлипкой картонной конструкции (как она его выдержала, непонятно). При этом он даже крякнул от удовольствия, будто бы только и мечтал посидеть в грязи.

– Мой дорогой В., очевидно, я должен представиться, – заговорил незнакомец. Он приподнял шляпу и слегка наклонил седую голову. – Хотя вот тут, с самого начала нашего пути, у нас и возникают затруднения. Видите ли, если в этом бренном мире что-то и вызывает мою неприязнь, так это необходимость именовать себя, как, например, сейчас, в моем разговоре с вами.

Боже мой, что за скука сидеть на привязи у своего имени триста шестьдесят пять дней в году! Задумайтесь, мой милый В., кажется ли вам справедливым, что кто-то когда-то, пусть даже то были ваши родители, предписал вам быть В., и теперь, без всякого на то с вашей стороны согласия, вы только В. и никто другой?

А кроме прочего, касательно моего имени, – здесь старик склонился к В. и доверительно прошептал: – Признаюсь вам, любезный мой В., я порядком его подзабыл, и даже если бы захотел, не смог бы его назвать, – и он досадливо причмокнул губами.

– Но так и быть! Только из моего к вам уважения, могу позволить вам именовать меня… скажем… – он поводил глазами, словно выискивая себе имя в воздухе. – Как вы мысленно меня называли? Хлыщ, нахал? Хм, на такие прозвища я не согласен! – он поморщился. – Возможно, вы придумаете что-то более изысканное?

В. молчал, насупившись, а незнакомец в задумчивости постукивал пальцами по набалдашнику трости. Так и не дождавшись ответа от В., он продолжал:

– Хорошо, тогда я сам решу, как вам меня называть. Что у нас там есть из общеупотребительного? Господин, сэр, месье, сеньор, пан, дон, герр, мистер… Нет, не пойдет! Слишком формально и не соответствует сути. Ну-ка еще поищем… – старик снова поводил глазами. – Вот оно! Нашел! Мастер! Да, именно так! Мастер! – восторженно воскликнул он и замолчал, уставившись на изумленного В. – И чтобы не быть уж совсем безымянным, я последую вашему примеру и выберу себе одну букву, которая и станет моим именем. Пусть это будет первая буква алфавита! А! Мастер А! Как вам? Мне нравится.

Последнего, однако же, весь этот вздор нисколько не забавлял. В. с удовольствием послал бы новоявленного «Мастера А», или как бы тот себя ни называл, куда подальше, но В. уже предчувствовал, что это бредовое представление ему придется досмотреть до конца. Потому он молчал и лишь презрительно поглядывал на незваного гостя.

– Итак, любознательный мой В., со мной разобрались, теперь поговорим о вас, – сменил тему Мастер А.

А В. заерзал на своем картонном ложе и грозно насупил брови, ясно давая понять, что не намерен терпеть никаких выпадов в свой адрес. Но Мастер А не обращал никакого внимания на гримасы В. и продолжал как ни в чем ни бывало разглагольствовать:

– Позвольте мне напомнить вам кое-какие подробности вашей биографии, незабываемый мой В. Некоторое время назад вы занимали высокий пост в одной крупной корпорации, о-о-очень высо-о-окий пост! – и старикашка задрал голову, словно намереваясь разглядеть высоту некогда занимаемой В. должности. – Ясный ум и железная воля сделали вас незаменимым сотрудником, мой выдающийся В. Начальство вашей фирмы, которой вы приносили солидную прибыль, не оставалось в долгу: вас баловали крупными гонорарами и дорогостоящими подарками.

Многокомнатная квартира в престижном районе, комфортабельный автомобиль класса люкс, кругленькая сумма на счету в банке – всё это и многое другое вам было предоставлено. Хотя некоторые из ваших коллег были недовольны вашим стремительным карьерным взлетом, но что с того, ведь недовольные найдутся всегда, а? – Мастер А подмигнул В. – И всё складывалось замечательно, вам уже прочили место одного из директоров фирмы, феноменальный мой В. Да только в один прекрасный день вы не явились на вашу высокооплачиваемую и почетную во всех отношениях работу, поставив крест на своей карьере.

Ваши коллеги, конечно, решили, что вы заболели, но прошел день, другой, неделя, а вы все не появлялись. Когда стали вас разыскивать, то оказалось, что квартиру в престижном районе вы пожертвовали сиротскому приюту, автомобиль класса люкс передали в благотворительный фонд, а все деньги из банка перевели на счет муниципальной больницы, сами же исчезли в неизвестном направлении.

Странная история, да, мой незаурядный В.? Можно было бы подумать, что вы ограбили свою фирму и смылись, прихватив пару миллионов денежных знаков. Ответственные лица кинулись проверять – счета, приказы, распоряжения – всё чисто. Стали думать, гадать: а вдруг он убил кого или еще чего похуже? Но нет, компетентные органы все отрицают, по их словам вы чисты, как снег.

Тогда, конечно, была озвучена другая версия: будто бы вы сами стали жертвой грабителей, мошенников или даже убийц. Вскоре в полиции завели дело о вашем безвестном исчезновении. Репортеры прочесали весь город, следователи допросили всех свидетелей и подозреваемых, газеты и телевидение раструбили о поисках, а начальство вашей фирмы назначило приличное вознаграждение за сведения о вашем местонахождении. Но никакие меры не дали результата, вас так и не нашли. Вы словно в воду канули, исключительный мой В.!

Ваше таинственное исчезновение до сих пор будоражит умы обывателей, так что вы теперь, мой загадочный В., кто-то наподобие городского призрака. Хотя по прошествии года о вас уже начали забывать. Репортеры снимают сюжеты на другие темы, следователи ищут других безвестно пропавших, сплетники обсуждают другие загадочные истории. Но только я о вас, мой изумительный В., никогда не забывал, о нет, никогда!

В. вздрогнул, что-то зловещее почудилось ему в этих словах. Что за странный субъект этот Мастер А? Наверняка они уже встречались, раз старик так много знает про В. Но где и когда? Как В. ни старался, он не мог вспомнить незнакомца. В. тряс закрома своей памяти, но даже намека на этого чудака в несуразной шляпе оттуда так и не выудил.

– Может быть, мне вы раскроете тайну, мой неповторимый В., а? – язвительно спросил Мастер А. – У вас есть план? Хотите заработать себе славу мученика? Или что-то доказать обществу? Ну же, скажите, не робейте, вы можете мне полностью доверять!

В., конечно, не собирался отвечать ни на какие вопросы, он молча прожигал старикашку злобным взглядом, а Мастер А все не унимался:

– И за что вы обидели свою невесту, в чем бедная девушка перед вами провинилась? Ведь вы с вашей избранницей – некой Паолой – были прекрасной парой, и ваши доброжелатели вам искренне завидовали. Преданная вам Паола уже планировала свадебную церемонию, но вы ни с того ни с сего, попросту говоря, выражаясь современным языком, послали вашу любимую женщину. Причем вы сделали это очень грубо, без объяснения причин. Как вы ей сказали? «Давай расстанемся?» Очень мило! – фыркнул Мастер А. – Пара холодных равнодушных слов – это все, чего вы удостоили свою возлюбленную на прощание.

У В. от удивления и смущения запылали щеки. Откуда старик знает, что В. сказал тогда Паоле? О том разговоре никому не известно! А Мастер А продолжал:

– Самоотверженная Паола впоследствии разными способами пыталась вас вернуть. Она даже закрутила роман с вашим лучшим другом, надеясь разжечь в вас пламя ревности, но увы! Все напрасно, ничто, казалось, вас не трогало. Хотя я-то знаю, что вы не были столь безучастны. Все происходящее вас расстраивало безмерно, но вы упорно изображали полное равнодушие.

Некогда ваша Паола в конце концов решила выйти замуж за того самого вашего друга, ибо он оказался действительно достойным человеком. Видимо, она поняла, что всей мудрости мира не хватит, чтобы заставить вас не противиться собственному счастью.

Что касается вас… Вы выглядели совершенно невозмутимым, когда получили известие о предстоящем бракосочетании вашей бывшей невесты и вашего бывшего друга. Однако мне доподлинно известно, что в день свадьбы Паолы вы напились до полного бесчувствия и не были способны даже передвигаться самостоятельно, что, конечно, дает нам представление о степени вашего расстройства, которое вы ото всех так тщательно скрывали, непостижимый мой В.

Мда, печальная история… – вздохнул Мастер А. – Не хотелось бы, конечно, бить лежачего, но вы и без того знаете, что ваша судьба достойна сожаления. Фортуна осыпала вас дарами, но вам этого было мало, и вот, руководствуясь глупейшим принципом «все или ничего», вы предпочли ничто и теперь, видимо, горды собой безмерно! – здесь Мастер А бросил на В. укоризненный взгляд.

– И ведь это не самые странные ваши поступки, мой фантастический В., – добавил, помолчав, Мастер А. – Вот что гораздо интереснее: чем досадил вам тот несчастный телевизор, который вы выбросили из окна?

В. покраснел до ушей. А об этом откуда знает надоедливый старикан?

– Да, да, непредсказуемый мой В., – говорил Мастер А. – Заметьте, не продали, не сдали в ремонт, не подарили, а именно выбросили из окна. Вот уж настоящее безумие! Правда, дело было глубокой ночью, и никто так и не узнал, что именно вы учинили такое безобразие, но грохот слышал весь квартал. Зачем же вы так хулиганите, удивительный мой В.? Что за страсть к разрушению? Ей богу, непонятно!

Мастер А умолк, изобразив на своем лице высшую степень обескураженности. Через некоторое время он продолжил голосом, полным непередаваемого ехидства:

– Так к чему все эти странности, мой поразительный В.? Чего вы добивались? А?

В. косил из-под бровей недобрым взглядом, но упорно молчал.

– Или вы считаете меня недостойным вашей откровенности, мой неприступный В.? А?

«Еще одно «а?», – подумал В., закипая от ярости, – и я ему задам по первое число!»

– Насколько я знаю людей, мудрейший мой В., – продолжал Мастер А, – ни один из них не даст и крошки хлеба, не рассчитывая получить что-то взамен. Неважно что: деньги, чувство морального удовлетворения, восхищение окружающих. Да мало ли что! Можно сколько угодно закрывать глаза на истину, которая несомненна, которая огненными буквами начертана в небе: «Корысть – суть любых деяний человека!»

При этих словах Мастер А устремил взгляд в небо, словно в огромную книгу:

– То есть обыкновенная личная выгода движет всеми нами, замечательный мой В. Ожидания, конечно, различны. Один ждет получки, другой Царства Небесного, но тем не менее ожидание остается ожиданием. Мы все требуем чего-то от мира, который очень часто остается глух к нашим мольбам, увы! – здесь старик скорбно склонил свою седую голову на грудь и вздохнул.

Какое-то время он, должно быть, вспоминал свои собственные невзгоды, но потом внезапно вскинул голову и изменившимся голосом проревел:

– Все подлинное бескорыстно! Иное только фальшь, участь которой разоблачение! – при этом глаза его странно вспыхнули, и на миг В. показалось, что в них отразилась бескрайняя черная бездна.

В. невольно отшатнулся. Ноги его похолодели, руки затряслись мелкой дрожью. Причем В. ясно осознавал, что разумных оснований для паники нет. Что может здоровому, хоть и несколько ослабленному от недоедания, молодому мужчине сделать этот хлипкий старик? Ха-ха! Смешно! Но В. почему-то совсем не хотелось смеяться.

Мастер А между тем пришел в себя и опять мило улыбался В.

– Так чего ожидали вы, мой потрясающий В.? А? – акнул Мастер А, приводя В. в бешенство. – На что хотели променять свои имущество, деньги, общественное положение и любовь, а? А?

– Да идите вы к чертям собачьим! – вскричал В., потеряв контроль над собой. – Психоаналитик недоделанный! – и В. присовокупил еще парочку крепких словечек, а потом еще и еще.

Он не знал, что именно его так задело в словах Мастера А, ведь все, что тот говорил, было чистейшей правдой, но разъярился В. не на шутку. Он сам не понимал, что кричит в лицо странному господину, ему всего лишь хотелось сбить спесь с придурковатого старика.

Но он не мог не заметить, что Мастер А пребывает в нерушимом спокойствии и даже, кажется, наслаждается зрелищем, открывшимся его взору. Но В. это не останавливало, наоборот, он удвоил старания и так размахивал руками при этом, что окончательно стал похож на нечто вроде грязной ветряной мельницы в бурю.

А Мастера А наконец-то разобрало: он разразился самым заливистым и заразительным смехом, какой В. когда-либо слышал. Неожиданный поворот дела взбесил В. еще больше. Ведь В. ожидал, что старик в ответ тоже начнет кричать, брызжа слюной, однако тот хохотал беззлобным звонким смехом, как ребенок.

– Ах вот ты как! – взревел В., и ринулся на Мастера А с кулаками.

Но зловредный старикашка вспорхнул с места и легко уклонился от атаки В. Без малейшего затруднения великовозрастный насмешник кружил вокруг В., не позволяя тому даже дотронуться до себя, несмотря на то, что В. так и норовил дать господину пинка.

В. даже показалось в пылу битвы, что юркий старикан разыгрывает воображаемую корриду, где В., как это ни печально, выступает в роли быка. В. послышалось бормотание Мастера А: «Оп, оп, алле оп!» При этом господин размахивал своей тросточкой то ли как тореадор красной тряпкой, то ли как укротитель тигров хлыстом. Совершенно озверев, В. пытался схватить мерзкого старикашку, но тот, будто неуловимая голограмма, висел в воздухе тут и там, недостижимый.

Наконец В. обессилел и упал на кучу хлама у стены. Вспышка ярости прошла, и теперь В. сам не понимал, чего он так обозлился. Набросился с кулаками на совершенно незнакомого человека!

А Мастер А стоял рядом с В., невозмутимо улыбаясь. Изящным движением он достал из кармана кружевной платочек, утер со лба воображаемый пот (будто схватка с В. его слегка утомила), и как ни в чем ни бывало продолжил свой монолог:

– Я немного слукавил, обожаемый мой В. Можете не отвечать! Я и так знаю, что привело вас на помойку. Вся ваша якобы «успешная» жизнь состояла из бесконечно повторявшихся бессмысленных действий, которые вы выполняли без радости и вдохновения. День за днем проходили, и вы за миллион не нашли бы между ними различий, до того они были похожи друг на друга. Вас словно заперли в клетке, и самое ужасное, что ключ от той клетки не был спрятан или потерян, нет! – Мастер А вперил горящие глаза в В. и перешел на свистящий шепот: – Ключа никогда и не было!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7