Антон Кротков.

Глубина



скачать книгу бесплатно

– А особливо пьяных я не люблю – к уже сказанному добавила старуха, сердито покосившись на мужа.

– Я тоже, – полностью согласился с ней Мазаев, и для пущей убедительности выразил искреннее непонимание причин одного из главных мужских пороков: – И зачем только некоторые доводят себя до свинского состояния?

Старуха благосклонно кивнула: вожделенное койко-место было завоёвано!


Глава 8

Внутри сданный ему сарайчик оказался довольно уютным. Молодой человек сбросил у порога кроссовки, снял с плеча и задвинул под кровать сумку. И плюхнулся на старенький топчан, с удовольствием вытянул ноги и огляделся: вытянутая, словно пенал комнатка, вмещала в себя тумбочку и шкафчик с облупившейся полировкой. Для «ночной норы», куда предстоит «заползать» поздно вечером, очень даже неплохо. И симпатично. Расшитые какими-то рисунками занавески на окне задёрнуты не полностью. По ту сторону оконного стекла аппетитно свисает золотистая гроздь винограда, крупные налитые ягоды светятся изнутри на солнце и кажется вот-вот лопнут от переполняющего их сока. Но для жильцов все эти райские плоды запретны, и об этом не стоит забывать. Как и о прочих «табу» из строгого списка, к которым Мазаева только что ознакомили.

Зато хозяева выделили постояльцам кухоньку, где можно приготовить себе что-нибудь на ужин. А во дворе под навесом из ползучего виноградника устроена общая столовая – длинный стол с многочисленными табуретами. Тут же неподалёку все «удобства». И, учитывая количество проживающих, доступ к туалету и умывальнику в утренние и вечерние часы предполагает ожидание в очереди…

Впрочем, всё это такие пустяки по сравнению с тем, что теперь у него есть крыша над головой! Да и вообще, он везунчик – получил блатной одноместный «люкс». Хотя обычно молодых холостяков везде селят попарно. А то и по несколько человек в одном «курятнике», для чего некоторые хозяева жилья сколачивают многоярусные нары типа казарменных. Но видимо те девчонки, кто похлопотали за Махаева перед хозяйкой, были у неё в большой чести.


Решив вопрос с жильём, Гордей сразу отправился на местный телеграф. Он вошёл в двухэтажное здание, но на запертой стеклянной двери переговорного пункта висело объявление: «из-за ремонтных работ отделение междугородней связи временно не работает». Вслед за Мазаевым с улицы вошла рыжая девица в джинсовых шортах и коротенькой (до пупка) голубой маечке с рисунком умильного котёнка. Прочитав объявление, модница фыркнула:

– Бардак! – И с оскорблённым видом гордо вошла в соседнюю дверь отделения почты и телеграфа. Гордей тоже последовал за ней и встал в очередь к окошку, где принимали телеграммы. Рыжая красотка с отсутствующим видом листала «Журнал мод». Мазаев же стал изучать многочисленные плакаты нас стенах, призывающие покупать билеты денежно-вещевой лотереи и подписываться на газеты и журналы. Следом вошли ещё две женщины лет пятидесяти в простых ситцевых платьях и косынках. Первым делом они с осуждением оглядели вызывающе одетую молодую особу, о чём-то пошептались за её спиной.

Вдоволь перемыв косточки «гулящей», тётки стали жаловаться друг другу, что снова в посёлке исчезла телефонная связь с внешним миром:

– Примета у них, что ли такая – как летний сезон начинается, так обязательно авария – говорила одна другой.

– И не говори! То у них обрыв на линии, то оборудование сгорит, то иная напасть случится. И месяцами не могут связь наладить.

– Верно! И каждый год у них одно и то же. Так бы я своему Андрюше позванивала хотя бы раз в неделю в Липецк, и на сердце было бы спокойней.

– У тебя сердце о сыне болит, а у меня оно в любой момент просто остановиться может! – с одышкой произнесла одна из женщин и почему-то сердито взглянула на операционистку за барьером. – В прошлый раз, когда у меня приступ был, фельдшер к участковому бегал. Хорошо, что Егор Фёдорович по своей рации неотложку из района вызвал, и меня успели до реанимации довезти.

Почтовая служащая виновато улыбнулась «сердечнице», будто в творящемся разгильдяйстве была и её вина. Но вторая посетительница более миролюбиво спросила у неё:

– Любаш, когда начальник твой бардак этот прекратит?

– Откуда же нам знать, Полина Сергеевна, мы люди маленькие.

Когда дошла его очередь, Гордей отбил телеграмму отцу и вышел на улицу. Рыжая красотка, подняв капот новеньких красных «Жигулей» шестой модели и низко нагнувшись, возилась в моторе. Её обтянутые джинсой упругие ягодицы и стройные длинные ноги в босоножках на шпильках не могли не привлечь внимания проходящих мимо мужиков. Некоторые готовы были шеи себе посворачивать! Даже почтенные отцы семейств, на секунду забывшись, таращились на сексуальную штучку. Правда за откровенный взгляд «на сторону» многим тут же досталось от возмущённых жён, да и самой «проститутке» наверняка перепало бы, если бы она смотрела по сторонам. Но возмутительница всеобщего спокойствия, будто не замечала творящегося вокруг ажиотажа. Закрыв капот, она небрежной царственной походкой львицы обошла свой автомобильчик-игрушку и села в него. Прежде чем включить зажигание и взяться за обтянутый меховым чехлом руль, барышня сняла с солнцезащитного щитка модные очки с радужными зеркальными стёклами и надела их, словно демонстрируя, что ей наплевать на окружающих.

– Во-во, бесстыжие глаза свои прячет! – услышал Мазаев чей-то возмущённый женский голос.

Плавно завёлся от электронного зажигания и тихо застрекотал вазовский двигатель. Через мгновение красной «шистёрки» и её сногсшибательной хозяйки и след простыл. А вокруг ещё некоторое время звучали мужские оправдания в ответ на упрёки своих благоверных.


Глава 9

Гордей неторопливо шёл по направлению к пляжу, навстречу ему на велосипеде катила молодая женщина: полноватая пышечка, что называется «кровь с молоком», на боку туго набитая почтальонская сумка. Их глаза случайно встретились, и круглое милое лицо почтальонши осветилось приветливой улыбкой. На душе стало тепло. В городе незнакомцу вот так запросто не улыбнутся на улице.

На площади молодой человек заглянул на крохотный рынок и купил полкило крупной, чёрной, очень спелой черешни. Продавщица засыпала её в газетный кулёк. Так он и появился среди загорающей публики – с кульком в руках. Выбрал место и сел, продолжая класть ягоды в рот. Рядом на расстеленном покрывале загорала супружеская чета лет пятидесяти: он – обычный подкаблучник с невыразительным лицом, гривой, будто припорошенных снегом, седеющих волос и дряблым телом; и она – властная, с низким голосом, с пробивающимися над верхней губой чёрными усиками. Тема их разговора заинтересовала Мазаева. Муж с каким-то журналом в руках увлечённо втолковывал супруге, что означает понятие – быстрочтение:

– Понимаешь, милая, все мы тратим на чтение слишком много времени. Считается, что типичный человек интеллигентного воспитания читает со скоростью 250-300 слов в минуту.

– Вечно ты, Масик, вытаскиваешь из своих журналов нечто жутко сенсационное! – недовольно отмахнулась распластавшаяся под лучами солнца дама. Но её муж не унимался:

– Нет, ты послушай! – горячился «Масик», пытаясь пригладить свои непокорные кудри, которые поднимал ветер. – Оказывается, это черепашья скорость. В наш век информационного бума так медленно впитывать тексты – непозволительная роскошь! – Мужчина потряс раскрытым журналом «Наука и жизнь». – Тут написано, Поленька, что в некоторых западных университетах специально учат методу скоростного чтения. И один преподаватель такого метода способен глотать любые книги просто с пулемётной скоростью. Только представь – 5000 слов в минуту! Все тома «Войны и мира» можно прочесть всего за несколько часов! Конечно это уникальный результат. Но этот уникум берётся любого научить читать со скоростью 2000 слов в минуту.

Женщина приподнялась на локте и слегка пожала плечами:

– М-м…Ну не знаю… Я слышала, у них на Западе просто повальная мода такая – всё делать быстро: есть, любить, общаться. Не живут, а стометровку пробегают!

Дама повернулась к Мазаеву:

– А вы как считаете, молодой человек?

– Время – деньги, – понимающе усмехнулся Мазаев. – Хотя лично для меня чтение, – это в первую очередь удовольствие.

«Масик» недоумённо взглянул на соседа поверх очков, сидящих на самом кончике его носа.

– Но вы же молодой человек! – произнёс он с упрёком. – Вам ли к лицу такие стариковские слова!

– К сожалению, я старомоден, – легко признал Гордей. – И потом, если глотать на бегу, то голод, безусловно, утолишь, только вряд ли почувствуешь вкус.

– Вот! – с каким-то непонятным упоением указала мужу на соседа дама. – Что я тебе всегда говорила! Ты хоть и старше, но не значит мудрее. Это твоё нелепое желание всегда выглядеть современным, передовым! Ты же смешон, и все это видят, кроме тебя!

– Это я то смешон?! – оскорблённо взвился мужчина. – Просто ты давно уже не воспринимаешь меня всерьёз. Считаешь, что Масик выдохся, Масик способен только глупости морозить. А, между прочим, сам академик Лихолетов хвалил мой доклад на последнем учёном совете.

Пока поблизости бушевал этот вулкан, Мазаев поглядывал на знакомый учебник в синей обложке, лежащий на самом краю соседского покрывала. Интересно, зачем он людям, давно вышедшим из студенческого возраста? Гордей задумчиво произнёс:

– Впрочем, я бы не отказался обучиться такому методу.

Взаимные упрёки сразу смолкли, супруги удивлённо повернулись к невольному виновнику их спора.

Гордей (немного смущённо) кивнул на синий учебник:

– Когда наутро тебе предстоит экзамен, например, по английскому языку, а ты за весь семестр не нашёл время его даже открыть, то скорость действительно имеет значение. Это ведь не то, что роман на досуге полистать.

Его спокойная самоирония, а также проявленный интерес к синей книге пришлись весьма стати. Страсти угасли сами собой.

– А вы, молодой человек, случайно в английском не сильны? – поинтересовалась соседка. Она пояснила, что у приехавшего с ними племянника (который в данный момент плавал) имеется академическая задолженность в институте. Иными словами «хвост», который обязательно нужно ликвидировать по возвращению.

Тётушка кивнула на учебник.

– А наш Юрочка в языках абсолютный дилетант, хотя по основным предметам у него все пятёрки. Преподаватели считают его очень талантливым и перспективным. Только англичанка не соглашается войти в положение.

– Можно попробовать – Гордей взял учебник, хотя даже не открывая, мог по памяти воспроизвести многие тексты, ведь на первых курсах пришлось проштудировать его от корки до корки.

Соседи, а особенно обрадовавшаяся за племяша тётушка, принялись рассказывать Мазаеву, что они приехали из Днепропетровска (об этом можно было догадаться по их «малороссийскому» говору). Отдыхают здесь уже третий год подряд. Место им очень нравится: море чистое, посёлок ухоженный, а люди очень доброжелательные. Здесь тихо, уютно и очень спокойно.

– Совсем нет хулиганства и воровства, как в других местах – уверяла соседка. – Можно что-то случайно забыть на пляже и твои вещи не пропадут. Прям как за границей!

И благодарить за образцовый порядок следовало начальника местной милиции. Большой умница и хороший организатор он сумел сколотить из местного комсомольского актива крепкую дружину помощников. Женщина кивнула на спасателя на вышке с биноклем в руках, который бдительно следил за морем:

– Они везде успевают! А какой праздник Нептуна ребята устраивают для отдыхающих! Обязательно сходите, не пожалеете!

В этом году супруги впервые уговорили племянника приехать сюда с ними. Чувствовалось, что этот парень главная жизненная отдушина для уже немолодой и видимо бездетной семейной четы. При появлении великовозрастного птенца тётушка захлопотала вокруг него, словно курица. Прежняя высокомерная снисходительность по отношению к мужу-ребёнку сменилась угодливым восхищением перед племянником:

– Наш Юрочка отличный пловец, у него даже разряд есть – горделиво сообщила она Мазаеву.

Небрежно приняв протянутое дядей полотенце, худосочный племянник с надменным видом и досадой бросил:

– Разве тут толком поплаваешь!

Обтирая мокроё тело, смазливый юноша неприязненно стрельнул злыми суженными глазами на спасателя на вышке.

– Эти придурки всех держат за буйками, словно пионеров в лягушатнике.

– Наш Юрочка отлично сам мог бы работать спасателем! – светясь благостной улыбкой, поспешила заверить Мазаева тётушка.

– Ну уж дудки! – фыркнул в её сторону племянник. – Маячить на этом насесте часами. И за-ради чего? За спасибо?! Или за грамоту?

Дядюшка позволил себе мягко не согласиться с ним и нравоучительно заметил:

– По-моему, дорогой мой, здесь ты немного не прав. Эти благородные молодые люди выполняют важную общественную миссию.

Супруга раздражённым взмахом руки велела мужу не встревать:

– Вечно ты со своими нравоучениями, Масик! Юра прав: каждый в жизни должен знать свой насест. У кого кроме крепких мускулов других талантов нет, пусть этим и занимается.

Масик с оскорблённым видом уткнулся в журнал. Лицо же тётушки снова сделалось любезным, а голос бархатно-сиропным. С ловкостью опытного дипломата она представила Гордея племяннику:

– Этот молодой человек, любезно готов помочь тебе с английским.

Парень немного смущённо кивнул Мазаеву и что-то буркнул в песок навроде «спасибо». Впрочем, ему и не требовалось ничего объяснять, ибо за него всё делала преданная тётушка:

– Понимаете, – торопливо затараторила она, – Юра всерьёз опасается быть отчисленным, ведь тогда ему грозит армия. С его то светлой головой! Оттуда же все возвращаются с вывихнутыми мозгами! А насчёт заданий не беспокойтесь, если не возражаете, я посижу вместе с вами, вместе как-нибудь со всем разберёмся. Зато мы с моим мужем Максимом Васильевичем будем вам очень благодарны за вашу отзывчивость. Очень благодарны… – Она произнесла это с особым выражением, намекая на вознаграждение.

Но неожиданно Гордей протянул ей книгу обратно:

– К сожалению, в школе я учил немецкий.

Лица днепропетровцев вытянулись от изумления. Мазаев поднялся. Перед тем как уйти, сказал, обращаясь к племяннику:

– А в армии мозги не только вывихивают, но случается, что и вправляют.


Глава 10

Был ранний вечер. Гордей решил найти своих благодетельниц. Вот и нужная улица. У калитки одного из частных владений стояла новенькая жёлтая «Нива». О таком полноприводном ВАЗе мечтает каждый рыбак и любитель активного отдыха на природе. Вот только официальная цена советского джипа почти как у люксовой «Волги» – десять тысяч пятьсот рублей. Через комиссионные магазины дефицитные «нивы» уходят ещё дороже. Мало кому они по карману. Но машина действительно отменная. Говорят, что их даже охотно покупают избалованные жители западных стран.

Задняя дверца «Нивы» была поднята, девушка в коротких шортиках что-то искала в багажнике, вся подавшись вперёд. Услышав за спиной шаги, девушка оглянулась:

– Ах это вы? – Вика мгновенно признала утреннего чудака с пляжа, который поначалу так напугал их с подругой. – Ну и как, устроились?

– Да вот, пришёл поблагодарить.

– Значит, понравилось – удовлетворённо кивнула Вика.

– Более чем!

– Что ж, очень рада – улыбнулась Вика и стала звать какого-то Валю, чтобы он помог ей перенести в дом лотки с черешней. На зов, стуча подошвами сандалий, явился полноватый молодой увалень. Это был рано располневший пухлогубый добряк. Всё в его облике выглядело несколько преувеличенным: голова, губы, уши, живот. Шорты обтягивали его крупные ляжки и явно были ему тесны, при ходьбе под майкой молодого мужчины переливались складки жира.

То, что возле его девушки вертится незнакомец, озадачило пухляка. И Вика поспешила его успокоить:

– Знакомься, Валя, это тот самый Гордей, о котором мы рассказывали с Ингой.

У толстяка оказалась детская улыбка – открытая и одновременно лукавая. А взгляд внимательный и добрый. Ладонь у него мягкая и тёплая.

Гордей так прикинул, что в этой паре явно ведущая она. Толстяк же, похоже, изнеженный комфортом рохля. Впрочем, за такими широкими лбами, как у него, часто помещаются гениальные мозги. Ведь заработал же он как-то на свою «Ниву», если, конечно, машина куплена им, а не подарена родителями.

Они пожали руки, и Гордей кивнул на багажник с ожидающими выгрузки ягодными лотками:

– Помочь?

– Было бы неплохо – не стал отказываться неспортивный Валя.

Парни взяли по ящику и вслед за Викой вошли в калитку.


…Компания новых знакомых занимала целый щитовой, или, как его принято называть, «финский» домик. У них имелся собственный дворик с крытой столовой, чайной беседкой и местом для мангала. Одним словом устроились они роскошно. Да и вообще, ребята, что называется «умели жить». На курорт четвёрка прикатила на двух автомобилях.

Правда вторая машина, хоть и была абсолютно новой (а может быть именно поэтому), не выдержала испытания крымскими дорогами и сейчас находилась в ремонте у здешнего мастера-частника. Но уже завтра механик обещал пригнать её в лучшем виде. Об этом вскользь упомянул её хозяин. У него редкое имя Элем. Загорелый жгучий брюнет с блестящими чёрными глазами-маслинами похож на испанского аристократа-идальго. Он франт и в одежде явно предпочитает благородный белый цвет, который великолепно контрастирует с его смуглой кожей и волосами. На нём белоснежная футболка «поло», парусиновые брюки «гольф», на ногах тенниски. У брюнета худощавое спортивное телосложение и интеллигентное умное лицо, обрамлённое короткой бородкой-«эспаньолкой». Оценивающий взгляд с прищуром вызывает чувство внутренней неловкости. Гордею он показался надменным. Впрочем, с новым человеком Элем вежлив и даже любезен.

Гостя пригласили в дом. Здесь три комнатки – две изолированные спальни и общая крохотная гостиная. Имеется также своя кухонька. В общем, полноценное жильё для двух пар.

Элем указал гостю на диван, а сам, уселся в кресло, обвёл взглядом комнату, в которой имелся даже телевизор!, и небрежно поинтересовался:

– Ну, как тебе наша келья?

– Ничего изба.

В комнату вошла Инга в струящейся юбке. Стрельнув глазками на Гордея и промурлыкав: – Приветик! – она подсела к Элему. С любопытством поглядывая на Мазаева, красотка прижималась к своему избраннику, а тот небрежно обнимал одной рукой красавицу, второй же раскуривал трубку.

«Похоже, «испанец» чувствует себя хозяином жизни – размышлял Гордей. – Эта его трубка в углу рта, импозантная борода, спокойная уверенность в невозмутимом выражении лица и в каждом движении, – столь харизматичная смесь в мужчине убийственна для любой женщины. Такой супермен не потерпит рядом обычную девушку, ему подавай только первых красавиц».

Попыхивая трубкой, Элем пояснил, что вообще-то они могли бы без проблем устроиться в лучшей интуристовской гостинице Ялты или в любом ином престижном месте побережья. Но его девушке захотелось «слиться с природой» (он произнёс это со снисходительной иронией).

– Ей сказали, будто в эту бухту каждое утро приплывают дельфины.

Инга подхватила:

– Да, да! Мы с Викой каждое утро бегаем на море смотреть дельфинов! Правда, пока они почему-то ещё ни разу не появлялись, но мы всё равно надеемся их увидеть.

– А меня привлекло сюда обещанное безобразие! – разыгрывая скандалиста, дурашливо сообщил вернувшийся с кухни толстяк Валя. – Только где оно? Я вас спрашиваю! Почему бы нам не признаться самим себе, что нас элементарно надули?

– Играй лучше в шахматы, Валюша – пренебрежительно посоветовал приятелю Элем. – У тебя это неплохо получается. И не строй из себя импортного мачо. Порок в передозировке, знаешь ли, чреват крупными неприятностями.

– А тебе значит можно? – обидчиво вспыхнул Валя и напомнил: – Между прочим, это ты нас сюда затащил!

– Да, мне можно, – спокойно согласился Элем. – Я беспартийный, и азартен только в любви. А тебе, Валик, неплохо бы перечитать старика Достоевского про разгул страстей и чем всё обычно заканчивается.

– Спасибо за совет! – сердито буркнул Валя и обиженно надулся.

Вика обняла своего пухляка и что-то ласково заворковала ему на ушко, после чего парень положил свою большую голову ей на колени и позволил утешать себя нежными поглаживаниями.

Гордей заговорил о цели своего визита, он хотел бы пригласить их посидеть где-нибудь:

– Я слышал, в посёлке имеется неплохой ресторанчик.

Инга скептически наморщила симпатичный носик, а её подруга произнесла с мягкой улыбкой:

– Не то чтобы ресторан, так… – Она сделала витиеватый жест рукой.

Валик был более категоричен в оценках:

– Послушайте, уважаемый сеньор, неужели вы надеялись отыскать в такой дыре достаточно прилично заведение?! Второсортный кабак, – вот что это такое!

Толстяк неожиданно проворно сбегал на кухню и вернулся с запотевшей бутылкой элитной «Посольской» водки. Это был экспортный алкоголь, такую обычно пьют дипломаты или большие начальники.

– Предлагаю отметить наше знакомство в узком кругу! – провозгласил Валик.

На журнальном столике тут же появились рюмки.

– А я голосую за ресторан, – удивил всех Элем. Похоже, он заметил, как расстроил отказ нового знакомого, искренне хотевшего их отблагодарить, и произнес своё веское слово. – А что, послушаем ещё раз «Таракана» на саксе…

После некоторого замешательства обе девицы приняли его сторону:

– Зря, что ли мы набрали с собой нарядов! Потом, мы не хотим пить водку дома.

Валику оставалось подчиниться большинству.

– Итак, сэр, – шутливо обратился Элем к Мазаеву, – ваше приглашение принято. Джентльменам полагается быть в смокингах, дамам в вечерних платьях.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6