Анна Овчинникова.

Ирландское рагу (Сборник)



скачать книгу бесплатно

От автора

Джордж сказал, что нелепо класть в ирландское рагу только четыре картошки, и мы вымыли еще штук пять-шесть и бросили их в котел неочищенными. Мы также положили туда кочан капусты и фунтов пять гороху. Джордж смешал все это и сказал, что остается еще много места. Тогда мы перерыли обе наши корзины, выбрали оттуда все объедки и бросили их в котел. У нас оставалось полпирога со свининой и кусок холодной вареной грудинки, а Джордж нашел еще полбанки консервированной лососины. Все это тоже пошло в рагу.

Джордж сказал, что в этом главное достоинство ирландского рагу: сразу избавляешься от всего лишнего. Я выудил пару разбитых яиц, и мы присоединили их к прочему. Джордж сказал, что соус станет от них гуще. Я уже забыл, что мы еще туда положили, но знаю, что ничто не пропало даром.

Джером К. Джером, «Трое в лодке, не считая собаки».

Вспомнив этот эпизод, я подумала, что в моих «корзинах» тоже хранится достаточно ингредиентов, чтобы состряпать своего рода литературное ирландское рагу. По отдельности такие кусочки мало куда годятся, но, если собрать их воедино, как следует поперчить, посолить и залить соусом поострее, возможно, из них и получится нечто съедобное. Я кидала ингредиенты в котел приблизительно в порядке их появления (если не считать стихотворного гарнира) и это единственный порядок, который можно здесь найти.

Ингредиент первый, спортивный

Эти кусочки завалялись со времен моих занятий дзю-до. Три года я ходила в спортивный клуб «Взлет» и, хотя больших успехов в спорте не добилась, мой Пегас потоптался копытами по всем спортсменкам из нашей дружной женской группы. Не избежал общей участи и тренер – я написала акростих на его имя, фамилию, отчество.

Моя подруга, рассудив, что негоже мне одной из всего коллектива оставаться невоспетой, сочинила следующий стих:

 
О Анна, о великий стихоплет,
своими виршами ты славишь гордый «Взлет»,
рискуешь ты здоровьем, шеей и зубами,
и если бы все те «осотогари»,
что тренер обещал тебе,
сложить в один прием —
и бросить,
ты б, пробив татами,
увязла бы навеки в нем.
 

Я до сих пор надеюсь, что она преувеличивала и мои словоизвержения не свели на нет спортивный план нашего уважаемого гуру.

Письмо в редакцию «Комсомольская правда» по поводу статьи С. Никологорского «Искусство быть женщиной»

Уважаемая редакция «Комсомольской правды!»

Пишет вам группа дзюдоисток клуба «Взлет» Московского района Санкт-Петербурга. Мы прочитали в вашей газете статью психолога С.Никологорского «Искусство быть женщиной» и были потрясены до глубины души.

В этой статье психолог убедительно разъясняет, что для того, чтобы быть женственной, нужно носить «наряды, как правило, ниспадающие: платья, халат, capи» и так далее.

А девушки, которые носят брюки, оказывается, зачастую не любят детей, пьют, курят, торгуют наркотиками и совершают всякие ужасные преступления. «Курящих среди них – в четыре раза больше, любящих проводить время в беззаботных холостяцких компаниях – в семь раз больше», – пишет господин Никологорский.

Мы посмотрели друг на друга и задрожали. Да, большинство из нас были в брюках. Единственным спасением, пока мы не напились и не перерезали друг друга, было немедленно облачиться в ниспадающую одежду, как советовал С.Никологорский!

Не теряя ни секунды, кто в чем был, мы вылетели из клуба и помчались к ближайшему магазину «Женская одежда». Там мы вытащили из-под прилавка испуганного нашим вторжением продавца и скупили все имевшиеся в магазине халаты шестидесятого размера. С лихорадочной поспешностью облачившись в ниспадающую одежду, мы вздохнули с облегчением. Мы были спасены! Спасибо С.Никологорскому!

Женственность и доброта нахлынули на нас с такой силой, что, попадись нам в тот момент сам господин Никологорский, мы задушили бы его в объятиях (что-что, а душить мы умеем).

Чтобы выдержать экзотический стиль наших нарядов, мы скупили в магазине также все занавески, накрутили из них чалмы, выбежали из магазина и помчались обратно в клуб.

Как же прав был ученый-психолог! О, облагораживающее воздействие ниспадающей одежды! (Ниспадала она очень хорошо). Наши движения, как и предсказывал автор статьи, сразу стали «сдержаны, красивы и элегантны». Видел бы он, с каким изяществом, стоя на одной ноге, мы выпутывали другую из складок халата, одновременно поправляя размотавшуюся чалму и не прерывая при этом бешеного бега ни на минуту! К тому же мы сразу почувствовали такое неистовое отвращение к курению, что стали выхватывать папиросы у встречных мужчин и с бешенством затаптывать их ногами (папиросы, а не мужчин). Попадись нам навстречу кто-нибудь с бутылкой, мы, несомненно, разбили бы эту бутылку о его голову – такой моральный подъем вызвала в нас ниспадающая одежда. Кроме того, нас с неудержимой силой охватила любовь к детям, поэтому мы прихватывали коляски у всех зазевавшихся встречных матерей, а пробегая мимо яслей, похитили детей, выведенных на прогулку. Их воспитательница долго мчалась за нами – но разве ей сравниться было в скорости бега со спортсменками, пусть даже со спортсменками в ниспадающей одежде, обремененными колясками и нагруженными детьми?

Cкоро по району разнесся слух, что в город вступила труппа иностранных бродячих артистов, и неподалеку от клуба нам преградила путь целая толпа, издававшая приветственные крики и бросавшая нам мелкие монетки. Однако Ольга Алексеева, одной рукой жонглируя ребенком, а другой размахивая «Комсомольской правдой», объяснила всем суть заметки С.Никологорского, и толпа мигом распалась: половина людей бросилась к газетным киоскам, а другая половина – к магазинам готового платья. Причем порыв к женственности, как мы могли заметить, охватил даже мужчин…

Мы подлетели к клубу без одной минуты шесть, катя перед собой коляски и тяжело дыша. Привлеченный странным шумом, на крыльцо выскочил наш тренер и, тщательно подбирая слова, сказал, что это спортивный клуб, а не посольство, и что беженцев здесь не принимают.

Мы громко прокричали (чтобы заглушить вопли детей), что мы его родная группа, только облагороженная ниспадающей одеждой, и что в таком виде будем теперь заниматься всегда. Аня Редько хотела прочитать Владимиру Ивановичу статью Никологорского, но ей удалось зачесть только первую фразу: «Эмансипации женщин, как социальному явлению, две сотни лет…»

Уважаемый С.Никологорский! Говоря об одежде, вы с ходу отметаете такие понятия, как «удобно-неудобно». Тем не менее должна заметить: карабкаться в ниспадающей одежде на деревья и фонарные столбы не очень удобно, даже имея под халатами кимоно. Так что если тренеру все-таки не удалось нас поймать, то лишь благодаря нашей хорошей физической подготовке.

Сидя на деревьях, мы выслушали мнение Владимира Ивановича о наших умственных способностях и о статье господина Никологорского. Как только тренер закончил свою речь и ушел обратно в клуб, саданув дверью, на место происшествия прибыла воспитательница яслей: оказывается, все это время она шла по нашему следу, как гончая собака. Эта женщина тоже высказала свое мнение о наших семьях, моральном облике и недалеком будущем, обрисовав все перечисленное самыми мрачными красками. В ответ на кроткий совет облачиться во что-нибудь ниспадающее (она была в брюках), воспитательница швырнула в нас обломком кирпича, забрала детей и ушла. Подоспевшие вслед за ней раззявы-матери тоже поупражнялись на нас в бросках в цель (агрессивность и меткость как облаченных в ниспадающие одежды, так и одетых в брюки, как ни странно, оказались почти идентичны), разобрали коляски и ушли.

Тут мы наконец рискнули слезть с деревьев, внимательно перечли статью, но так и не поняли, в чем наша ошибка.

Вконец запутавшись, мы обратили более пристальное внимание на слова «курящая дзюдоистка в джинсах» и очень удивились. До сих пор никто из нас не курил, к тому же это запрещено правилами дзюдоистов. Но господин Никологорский настаивал, что дзюдоистка должна курить! Что ж, раз нам не удалось снискать сочувствия окружающих в своих попытках стать по-настоящему женственными, мы решили на худой конец стать настоящими дзюдоистками (С.Никологорский явно считает, что «дзюдоистка» и «женщина» – понятия несовместимые).

Мы одолжились у проходившего мимо парня папиросой и коробком спичек и бросили жребий, кому жертвовать собой во имя спорта. Жребий пал на меня. Произнеся короткую прощальную речь, составив завещание и простившись с рыдающими подругами, я дрожащими руками сунула папиросу в рот и храбро сделала затяжку…

О, господин Никологорский! Если я сейчас пишу эти строки, сие не ваша вина! Меня спас лишь счастливый случай.

Очнувшись от резкого запаха нашатырного спирта, я услышала над собой чей-то взволнованный возглас:

– Ну как, доктор?

– Будет жить! – ответил мужественный усталый голос. – Ее счастье, что перед тем, как затянуться, она забыла зажечь сигарету!

Уважаемый господин Никологорский! Могу заверить – ваша теория в надежных руках. Несмотря на противодействие окружающих, мы все свободное от тренировок время не вылезаем из ниспадающей одежды, и результат не замедлил сказаться: торговля наркотиками у нас в группе уменьшилась в два раза, а убийства и грабежи почти совсем прекратились. Вашу статью мы выучили наизусть, потому что все время цитируем ее милиции и всем остальным, кто интересуется нашим странным видом.

Но мы не остановились только на освоении ниспадающей одежды! Вы пишете, что одна из главных бед современных женщин – неумение готовить. Поверив на слово маститому ученому, мы принялись учиться готовить помимо обычных, уже порядком поднадоевших блюд, более экзотические – и пробовать их на нашем тренере. Большое вам спасибо, господин Никологорский! Раньше наш тренер имел такую весовую категорию, что его при малейшем сквозняке сдувало с татами, а теперь он с трудом протискивается боком в дверь и больше не возглавляет регулярные кроссы, заставляя нас бежать по самому длинному маршруту…

И все же, при всем уважении, осмелюсь поставить под сомнение некоторые идеи господина Никологорского о пагубности влияния мужских видов спорта на женщин.

Скажу о себе. Я с детства отличалась очень слабым здоровьем, в школу и из нее добиралась на инвалидной коляске. А теперь я хожу в секцию ногами, а обратно меня обычно бесплатно привозят на «скорой помощи». Я очень окрепла и поздоровела с тех пор, как начала заниматься дзю-до.

К тому же этот вид спорта часто помогает мне в повседневной жизни. Например, недавно, садясь в автобус в «час пик», я нажала чуть-чуть сильнее, чем требовалось, – а когда автобус снова поставили на колеса, пассажиры в едином порыве уступили мне место, и я ехала в салоне совсем одна.

Дзю-до помогло мне и в учебе. Раньше я училась с тройки на двойку, а теперь преподаватели ставят мне пятерки, хотя почти не вызывают отвечать. Даже ректор института стал ко мне лучше относиться. Прежде он все время придирался по пустякам, ворчал из-за моих «хвостов» и норовил лишить стипендии, а теперь, стоит мне встать в стойку «шизантай»[1]1
  Шизантай (япон.) – одна из стоек в восточных единоборствах: ноги на ширине плеч.


[Закрыть]
и сказать что-нибудь по-японски – и он расцветает такой улыбкой, что я сразу вижу, как ему нравлюсь.

Я уж не говорю про эмоциональную и физическую разрядку, которую дает этот вид спорта! Присоедините к нашей Ольге Алексеевой, когда она разминается, динамо-машину: она же обеспечит электричеством весь город!

Словом, я очень надеюсь, что господин Никологорский изменит свое мнение о дзю-до и дзюдоистках, если побывает у нас на тренировке. Мы покажем ему свои любимые приемы и накормим фирменными блюдами, среди которых имеются такие кулинарные шедевры, как мясное блюдо «уке[2]2
  Уке (япон.) – тот из двух партнеров, на котором отрабатывают приемы.


[Закрыть]
слабопрожареный с кровью» и борщ «иппон»[3]3
  Иппон (япон.) – чистая победа.


[Закрыть]
. С нетерпением ждем уважаемого психолога, женофила и людоведа в санкт-петербургском клубе «Взлет!»

По поручению группы дзюдоисток – Анна Овчинникова.
Синяя Пашечка
(По мотивам пародии Александра Иванова «Красная Пашечка»)

Был чудесный зимний вечер (минус тридцать градусов на солнце), когда Пашечка с трудом натянула кеды на гипс и, тяжело опираясь на костыли, выбежала из секции дзю-до.

Она страдала ущемлением спинномозгового нерва, остеомиелитом, сотрясением мозга и растяжением связок голеностопного сустава и бежала поэтому с трудом. Все называли ее Синей Пашечкой из-за многочисленных синяков, покрывавших ее тело с ног до головы.

– Ну как ты? – спросила она у своей соседки, когда они одолели первые семьдесят пять сантиметров.

– Пока ничего! – ответила та, бодро обгоняя все неподвижные предметы.

Она хитрила. На прошлой тренировке, играя в регби, она оказалась в центре свалки и сломала себе руки, ноги, шею и позвоночник, поэтому бежать ей было тяжелее, чем всегда.

– Держись! – подбодрила Пашечка, изо всех сил работая костылями. – Сегодня – юниор, а завтра – олимпиец!

Не прошло и трех часов, как Пашечка во главе геройской группы дзюдоисток финишировала у дверей клуба «Взлет».

Переодевшись в кимоно и преодолев пятнадцать лестничных ступенек за рекордные двадцать минут, Пашечка со скрипом поклонилась и вступила на татами.

В центре татами повстречался ей Владимир Иванович Спиров, тренер ее группы – золотые руки – бросавший безболезненно и мгновенно.

– Ноги мыла? – спросил он.

Пашечка слабо улыбнулась. Жить ей оставалось считанные секунды.

– Сейчас помою… – прошептала она.

– Поздно, – сказал тренер и сделал свой коронный прием «осотогари».

– Отхват?… – спросила Пашечка, с трудом приподняв голову над татами.

– Он, – подтвердил тренер и пошел за аптечкой.

Спустя полчаса, поднявшись на ноги, Пашечка приступила к разминке.

Делая «колесо», она запуталась в костылях и потеряла вставную челюсть, очки, парик, протез и слуховой аппарат.

– Головой надо работать! – мрачно сказал тренер, глядя, как она ползает на четвереньках и собирает свое имущество. – Тогда все получится. Это же очень просто!.. Борьба в стойке четыре минуты! – объявил он, помогая Пашечке встать на костыли.

Пашечка вздохнула и отошла.

Она страдала амнезией слухового нерва с тех пор, как на прошлой неделе ее бросили через бедро без подстраховки, и не расслышала поэтому команду «Хаджиме!»[4]4
  Хаджиме (япон.) – сигнал к началу схватки.


[Закрыть]
Ее противница страдала дисторсией, смещением коленной чашечки, гематомой головы и анкилозом – но бросала быстро и далеко.

Спустя полминуты тренер снял Пашечку со шведской стенки, на которой та повисла, сделал ей искусственное дыхание и снова поставил в стойку «шизантай».

– Не бойтесь падать! – наставительно произнес он. – Дайте противнику почувствовать бросок!..

Пашечка дала.

– Иппон! – объявил Владимир Иванович, привычно поднося к носу Пашечки склянку с нашатырным спиртом.

Пашечка счастливо улыбалась, ничего не видя и не слыша, и только выбивала желтой пяткой по татами мелодию песни «Физкульт-ура, ура, ура, будь готов!»

– Борьба в партере! – объявил тренер.

Пашечка радостно вздохнула – значит, вставать уже не придется. В следующий миг на нее обрушилась противница и попыталась провести болевой прием «рычаг локтя». Пашечка хитро улыбнулась – вместо этой руки у нее уже третий месяц был протез, поэтому болевые приемы были ей не страшны. Ее соперница страдала сколиозом, инфарктом и ущемлением лучевого нерва, потому после каждого приема подолгу отдыхала.

– Двигаться надо быстрее! – негодующе воскликнул тренер. – Движение полезно во всех его видах. Лучшая оборона – это нападение!

– Дзю ёку го-о сэй суру!!![5]5
  «Мягкость побеждает силу и зло» – девиз дзю-до (япон.) Этот лозунг красовался на стене нашего спортклуба на лестнице, а в зале большие буквы возвещали: «Спорт – здоровье миллионов!»


[Закрыть]
– раздался издалека вопль Пашечкиной подруги.

Месяц назад после сильного удара о татами эта девочка начисто забыла русский язык и с тех пор разговаривала только по-японски, приводя в ужас родителей и учителей.

Вдохновленная этим боевым кличем, Пашечка оставила в объятиях соперницы свой протез и другой рукой сделала удушающий прием.

– Победа!.. – счастливо прошептала она, теряя сознание.

– Видите, как все просто! – подытожил Владимир Иванович, со сноровкой опытного реаниматора приводя в чувство Пашечку и ее партнершу. – А теперь встали и попрыгали!

Цепляясь за стенку, Пашечка поднялась на ноги.

– Делаем растяжку! – объявил тренер, и Пашечка, выпустив стенку, растянулась ничком на татами.

Последнее, что она увидела, были чьи-то дергающиеся перед ее лицом ноги с явными признаками недавних переломов и жизнерадостный лозунг на стене:

«СПОРТ – ЗДОРОВЬЕ МИЛЛИОНОВ!»

Ингредиент второй, институтский

Нижеследующее было написано под впечатлением изучения трудов Фридриха Энгельса. В стране вовсю шла перестройка, низвергались старые идолы и водружались новые, а в Московском историко-архивном институте, где я училась, учебники писались в лучших брежневских традициях, и изучение классиков марксизма-ленинизма грозило студентам размягчением мозга или буйным безумием. В числе трудов упомянутых классиков мне пришлось штудировать труд Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства», чтобы написать по нему курсовую. Я была не согласна с Энгельсом по многим ключевым вопросам. С моей точки зрения, не труд сделал из обезьяны человека, а, наоборот, лень – вкупе с любопытством и умением делать «все, как не у людей». Чтобы уберечь мозги от закипания, я начала набрасывать свои тезисы – и опомнилась лишь к двадцатой главе, могучим усилием воли удержавшись от написания двадцать первой.

Краткий курс предыстории человека
1. О том, как обезьяна впервые прошлась на двух ногах

Всю ночь вокруг дуба, на котором расположилась стая, с треском падали деревья. Ночка выдалась бурной, но Вожак не открывал глаз, не сомневаясь в прочности дерева, собственноручно выбранного для ночевки. К тому же у него было самое удобное и безопасное место в уютной развилке, и он продолжал храпеть, сжимая в объятьях аппетитную самочку, даже когда упавший рядом дуб смахнул с ветки одного из членов стаи (его не досчитались только утром). Подчиненные Вожака тоже привыкли относиться к подобным неприятностям философски и во всем брали пример со своего шефа – хвала Дарвину, ночь прошла спокойно.

Но наутро, продрав глаза, стая убедилась, что их дуб одиноко высится среди лежащих вповалку деревьев, и лишь на горизонте виднеются редкие елки.

Зануда первым поднял несусветный шум, прыгая вверх-вниз по веткам, и своими воплями разбудил Вожака. Тот хекнул, хрюкнул, выпустил самку и первым делом поймал за шею проносившегося мимо паникера. Хорошенько тряхнув Зануду, Вожак испепелил его взглядом и только тогда соблаговолил посмотреть, что же произошло.

Увиденное ему не понравилось.

Стая терпеть не могла наземного передвижения, но на сей раз без него было не обойтись. До спасительных елок, вероятно, доберутся не все, кто-нибудь по дороге найдет приют в желудке саблезубого тигра, но таковы шалости естественного отбора, и не сидеть же всю жизнь на дереве, на котором нет ни яблок, ни орехов, ни бананов?

Как и положено руководителю, Вожак первым спустился на землю, подбодрил свой коллектив пламенным взглядом и призывным ворчанием (в переводе на членораздельный: «За мной, не бойсь!») – и привычно занял место в безопасной середине.

Делать нечего: усиленно принюхиваясь и шевеля ушами, стая принялась пробираться через древесные гекатомбы. Впереди двигались старые самцы, за ними – самки с детенышами, потом – нынешняя любимая самка Вожака и сам Вожак… Замыкала шествие зеленая молодежь.

Только у Вожака был геройский вид.

Всем остальным было явно не по себе, но больше всех трусил Слабак, считавшийся самым никчемным членом стаи. Он лишь чудом до сих пор не попал в зубы к хищнику, и у него единственного из взрослых самцов не было детеныша ни от одной самки. Попробовал бы он сунуться хоть к одной! Самки не жаловали его, они все поголовно были влюблены в Вожака. Да и дети от Слабака обещали быть такими же дефективными, как он сам.

Слабак прекрасно знал, что он слабак, поэтому принюхивался и шевелил ушами за троих, уверенный, что его-то первого и слопает саблезубый тигр. Хорошо Вожаку с такими кулачищами и зубами, а как дать отпор хищнику такому субтильному экземпляру, как он?

Слабак споткнулся о торчащий из земли сучок, в сердцах схватил сломанную ветку и что было силы долбанул по коварно сунувшейся под ноги помехе. Гнилой сук разлетелся в мелкие щепки, и Слабак впервые в жизни почувствовал к себе уважение – еще бы, раздолбать такую хреновину было под силу разве что Вожаку!

Возгордившийся Слабак захватил чудесную ветку с собой, хотя она все время цепляла сучьями тех, кто шел сзади, за что ему то и дело на чистейшем нечленораздельном языке обещали накостылять по шее.

Чтобы не злить своих нервных сородичей, Слабак на ходу очистил ветку от сучьев, превратив ее тем самым в палку и сделав такой удобной, узловатой и воинственной, что лапы так и чесались кого-нибудь ею огреть. Вот только ковылять на трех лапах, волоча палку в четвертой, было очень неудобно, поэтому Слабак в конце концов попробовал изменить три точки опоры на две, встал прямо, шагнул раз, другой, оперся на палку, снова шагнул… Это было ужасно интересно и необычно, но насладиться новыми впечатлениями Слабаку не дали.

Зануда злобно хлопнул его по затылку, Вожак, обернувшись, угрожающе заворчал в смысле: «Ты че делаешь, придурок? Я вот те поиграюсь!» – и Слабак перешел на более привычный аллюр. Но палку он все-таки не бросил и дотащил до самых деревьев, к которым, ко всеобщему удивлению, стая прибыла без потерь.

Вожак самодовольно хмыкнул и взлетел на ветку, остальные с радостным верещанием последовали за ним, только Слабак долго маялся внизу, пытаясь затащить на дерево свое суковатое сокровище. Но близкий рык саблезубого тигра заставил его бросить палку на произвол судьбы, и он последовал за сородичами, горько оплакивая свое потерянное могущество.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2